Глава 2.19. Это страх темноты, страх, что будет потом

      

Если будет день — значит тени не в счет,       Если харакири — то кривым мечом,       Если тушат свет — значит, грех так грех,       Если минарет — значит выше всех,       Выше всех,выше всех!       Пикник — Настоящие дни

      А наутро Ки Хун проснулся. Вообще-то, судя по слепящему глаза солнцу, было не совсем утро... Но будучи человеком неработающим и не обременённым никакими срочными обязательствами — когда проснулся тогда и утро, в общем-то.       В отличие от Ин Хо, которого рядом не было. При этом открытии Ки Хун резво вскочил с кровати, о чём тут же и пожалел — колено прострелило нешуточной болью. Если он и дальше будет забывать о нём, то не вылечит его и до лета. А если Сон будет так упускать из виду Ин Хо, то и шансов нагнать его не будет.       Последнее хоть и было взаимосвязано с первым, но пугало Ки Хуна больше. Поэтому он сквозь боль и отправился приводить себя в порядок (вчера-то не до этого было!), хотя избавить его от красных ушей не могло ничего.       Воспоминания придавали ему не только краски, но и скорости. После вчерашнего... Не мог же Ин Хо слинять испугавшись? Нет! Просто Ки Хун вчера перенервничал, утомился и вообще, не совсем здоров — вот и проспал. А у Хвана обязательства. Наверняка повёз куда-то дочку. Занятий быть уже не должно — все на каникулы разошлись, даже дошкольные и дополнительные учреждения, но варианты всё ещё были. Необязательно сразу худший, в котором фигурировал недавний звонок госпожи О и тараканы в голове Ин Хо.       Вот так, успокаивая себя, чуть кривясь от боли в потревоженном колене, Ки Хун и допрыгал до кухни, где вопреки страхам обнаружился переворачивающий яичницу Ин Хо. Вздох облегчения всё же вырвался из груди. Тут. И никуда не смылся, несмотря на то, что они вчера вытворяли. Хотя ключевое — они. Вместе. Не один Сон сошёл с ума — Хван выглядел вполне довольным происходящим. И продолжает... Вон как приветливо улыбнулся, заметив его появление. И завтрак... Джу Хи не любительница жареных яиц. Вон она — Сон чуть обернулся — уминает хлопья, сам же Ин Хо совершенно всеяден — значит, для него жарит!       И Ки Хун ещё раз выдохнул. Ну точно — снова зря себя накрутил. Дурак. Хван тем временем уже и табуретку выдвинул. Под коленку. Заботливый. И Сон, наконец, поскакал туда, где его явно ждали. Всё было настолько хорошо, что и верилось с трудом. Но поверить было необходимо, чтобы всё не испортить.       Вальяжно проходивший мимо Дракон Ли презрительно фыркнул. Ки Хун понимал: наверное, со стороны кота они выглядели очень глупо. Или этот усатый шпион госпожи О просто сроду не видел человеческих отношений, а не холодную отстранённость и механический расчёт.

* * *

      Времени до Рождества осталось всего ничего. И к спокойствию Ки Хуна больше никаких прорывов в отношениях не происходило. Потому что оставались последние границы, к которым он пока ещё готов не был. Хотя и не просто смирился со всем остальным, а наслаждался этим.       Впрочем, Ин Хо заметно притормозил. Но не оттого, что одумался и решил вернуться к гетеросексуальности, а потому — и это цитата: «Ки Хун, я не хочу, чтобы твоё колено окончательно вылетело из-за нашей несдержанности!»       Так, оставшиеся ночки они просто спали. Правда, в одной кровати и это Сона больше не парило. Как и то, что его халат и полотенце перекочевали в чужую ванную. Как и то, что, собственно, с его коленом принять душ полностью самостоятельно он... Вообще-то, мог, но отказываться от помощи не стал. Потому что устал бороться с собой и своими желаниями. А те были весьма однозначными: быть рядом с Ин Хо. А для этого необходимо было... Хотя бы не отталкивать. Доверять.       Вот и свыкался Сон понемногу, и даже сам немного шутил над их ситуацией... Не с той женщиной, а о гействе и с ним связанной шелупони. Например, прилепил на него Хван накладки для душа, да и хотел просто на стульчик в душевой кабине посадить, да и выйти. Нормальное поведение? Вполне. А вот Ки Хуна не устроило.       Поэтому он и попросил Ин Хо убрать эту стариковскую хрень и просто подстраховать его на скользком полу, мотивируя: да что ты там у меня не видел?!       Вообще-то, не видел, да. Настолько близко, в мокром состоянии и вообще, не в темноте. Но деваться-то уже некуда было. Хван методично взялся ему помогать... Не выдирать же у того мочалку из рук? Тем более что всё, чего хотел в тот момент сам Сон — так это опереться ещё сильнее без риска выскользнуть и совсем расшибиться и поцеловать так, чтоб стало хорошо-хорошо. И мысли из головы снова приятно вымыло этой волной захлёстывающего их вместе с головой безумия.       Но Сон сдержался. Он чувствовал, что если не притормозит, то и правда пробудет инвалидом до лета. Этого не хотелось. И хотя он страшился оставшейся фазы, но намеренно калечить себя, затягивать выздоровление, чтоб не переходить к этому... Не про Ки Хуна. Нет, он больше не будет трусить. Не подведёт Ин Хо, Ка Ён... Никого. Хватит.       Поэтому будет осмотрительнее. И смелее. То, что Ин Хо его заметно бережёт — хорошо, но Сон ощущает к утру 24-го уже вовсе не спокойствие, а напряжение. Тело уже вкусило этот плод и теперь просило ещё. Тем более что ещё было столь близко и восхитительно горячо.       Интересно, Хван вообще понимает, что Сон не может наблюдать спокойно, как тот делает свои дежурные отжимания-подтягивания по утрам? Возможно, стоило бы это просыпать, чтоб не видеть, но... Ки Хун настолько сошёл с ума, что хочет видеть. Именно так и никак иначе. Его тянет, тянет сильнее, чем в своё время к скачкам, а это уже серьёзно. Из-за скачек он оказался в игре, а сейчас...       Сейчас всего-то окончательно становится геем. Вещи всё же тяжело сравниваемые, да? Сходить с ума по Ин Хо... Да что там, вместе с ним — было приятно.       Впрочем, немного его отрезвляет звонок Ка Ён. Та всё же обещала зайти к ним вечером на пару часов. Это было хорошей новостью, которой он не преминул поделиться с Ин Хо. На что тот хмыкнул:       — Значит, будет интереснее.       — Что ты задумал? — сразу по тону понял Сон.       — Увидишь, — чуть растянул губы Хван.       И ведь Ки Хун увидел. Вечером, как и обещал Ин Хо. Когда Ка Ён к ним пришла, когда стол был накрыт, а Джу Хи предвкушала подарочки — Хван внезапно ускользнул от них, сославшись на какой-то звонок, хотя Ки Хун ясно видел, что всё совершенно не так... А потом в дверь постучали.       И вот тут уже Сон немного струхнул. Что, если явилась госпожа О или кто другой из игры? У Хвана были припрятаны пистолеты, но где точно, Ки Хун затруднялся сказать. Да и из него, хромого, боец так себе. Только вот докричаться Ин Хо не вышло... И тут Сона осенило! Он аккуратно подглядел в глазок... Так и есть — Санта-Клаус жарился на пороге. Санта с весьма нехарактерным разрезом глаз.       А ведь Ин Хо не выходил из дома! Для этого ему надо было пройти мимо них... Не выходил через дверь. Но вполне мог вылезти в окно. Сон покачал головой и, восхитившись чужой придурью и желанием порадовать дочь, открыл, впустив «сказку» в дом. Нет, этот мистер Неожиданные решения и правда, думает что его не узнают? Если да, то он балбес.       Ка Ён узнала с первого взгляда, это было очевидно по её улыбке и заливистому смеху. Впрочем — и тут Сон ощутил невольно укол ревности, она была вполне развеселена этой выходкой Ин Хо. А ещё ей понравился его подарок.       Сам-то Ки Хун всю голову сломал, что подарить стремительно взрослеющей дочери, а вот Ин Хо просто взял и купил. Купил какого-то коллекционного ядрёно-розового пони. И ведь обрадовалась! Чуть не взвизгнула! Явно этот хитрец воспользовался навыками Джу Хи, и та выведала, чего хочет Ка Ён.       Сон внезапно ощутил себя круглым идиотом. Он ведь мог поступить так же. Джу Хи бы ему не отказала и узнала бы весь вишлист его дочери. И ведь Сон мог спросить у бывшей. Та тоже не отказала бы в такой просьбе. Вместо этого он понадеялся на собственные, не самые расчудесные познания о Ка Ён.       А зря — ведь обещал-то хороший подарок... А купил... Купил, увы, не очень, как теперь думал. Хотел что-то памятное взять. То, что у дочери останется на полке и после того, как та вырастет окончательно. В итоге не нашёл ничего лучше, чем купить изящную, красивую, но очень хрупкую фарфоровую куклу с золотыми кудрями и таким восхитительным платьем, что кукла походила на фею.       Но Ка Ён уже не играла в куклы. Это Джу Хи пока охотно расставляла тех по столикам и подставляла чашки, впрочем, предпочитая зверят. В фарфоровых кукол не играют. Они стоят на полке и ими любуются девочки постарше — это правда. Но кто сказал, что и радость они приносят? Вот пони, ужасного розового оттенка, принёс однозначно. В него, видимо, его дочурка ещё если не играла, то точно хотела заполучить.       Но долго грустить Ки Хуну не дали. Потому что Ин Хо в своей роли сказочного деда был неподражаем и перетягивал внимание на себя.       Во-первых, он постарался. Нацепил не только алую шубу, бороду, мешок и варежки с сапогами. На живот было приделано пузо, в котором Сон слабо угадывал маленькую диванную подушку, лицо было знатно выбелено, а на щёки нанесены румяна... Этот... ещё и косметикой где-то разжился, поэтому походил сейчас на сбежавшего из цирка клоуна! Но вот глаза его выдавали. Крепко так. Даже налепленные поверх белые брови не спасали. Взгляд с прищуром и любяще-тёплый, когда глядел на Джу Хи... и неожиданно на самого Ки Хуна.       И хотя Хван и говорил на английском, читал стишки и вещал про оленей, про нечищеный дымоход, в который он побоялся соваться... Было очевидно по хитрому и очень понимающему взгляду Джу Хи, что и она давно срисовала отца, но хочет досмотреть это шоу одного актёра до конца.       Ин Хо то ли не замечал этого, то ли не хотел замечать, но играл до конца... До того самого момента, как уже, повернувшись, собрался к «другим детям», а дочь его одёрнула:       — Пап! То есть, прости, Санта, а как же дядюшка Ки Хун? Где его подарочек?       И вот тут «дедушка» закашлялся. Но, не выходя из образа, всё-таки Ин Хо недаром прослыл грозой преступности и вообще прозван был морским дьяволом (только вот одной маленькой девочке позволял всё), заявил:       — А господин Сон плохо вёл себя в этом году! Подставлялся под неприятности, не слушал дельных советов и вообще… Я ещё ночью лично занесу ему пару носков с углём, понятно?       Ка Ён и Джу Хи одинаково рассмеялись, пока весь стушеванный Ки Хун переваривал новость, что он, оказывается, плохиш. А сам-то? Но вылиться возмущению не дало подмигивание Хвана, обращённое к нему. То было настолько игривым, что Сона невольно обдало жаром. Это что… игра? Мало Ин Хо было? Он всё ещё в настроении играть? С другой стороны… Ки Хун прислушался к себе — если вместе и по их правилам… Он тоже был готов.       Пока думал, Ин Хо уже испарился, а Ка Ён полезла под ёлку смотреть подарки, поскольку за ней скоро должна была заехать мать. Сону снова стало ни до чего — мир сузился до: понравится не понравится… Однозначного ответа он не узнал. Дочь распаковала, рядом восторженно запищала Джу Хи, а вот Ка Ён… Осталась сдержанна. То есть, она улыбнулась и обняла Ки Хуна, но… чёртов пони ей явно понравился больше.       Немного скрасила ситуацию Джу Хи, угодить которой было просто — достаточно было купить большое пушистое нечто… Та подобное обожала и могла возиться сколько угодно. На сей раз Ки Хун купил милого тюленя. А также то, что мистер предусмотрительность не до конца смыл грим… и теперь светил белым забавным пятнышком на лбу, точно обратная версия индианочки. И ведь они, не сговариваясь, ему об этом не сообщили. Просто тихонько смеялись…       Потом за Ка Ён пришли, а Джу Хи Хван потащил уже, полусонную совсем, спать… Ки Хун остался сидеть на диване рядом с мерцающей и выжившей ёлочкой один… Он даже успел задремать, когда его плеча коснулась знакомая рука… А вот вид у Хвана был необычный.       Без бороды, подушки на пузе, но всё-таки в костюме Санты, он как-то загадочно улыбался, выжидающе глядя на него.       — Принёс уголь? — хмыкнул Сон. — Самому себе не забудь положить.       — Лучше! — по-акульи улыбнулся Ин Хо своими ровными белыми зубками. — Подарочек тебе! — с этими словами он негромко включил… Джингл беллс! И принялся под музыку… раздеваться! Подарочек совершенно неожиданно оказался мужским стриптизом.       Ки Хун онемел настолько, что и способность двигаться утратил. Вот это… подарочек, да. Он и представить не мог… Во-первых, двигался Ин Хо хоть и довольно пластично, но презабавно, особенно под такую песенку. Его танец в сочетании с зубастой улыбкой заставил его неожиданно не возбудиться, а всё же не выдержать и в конце танца взорваться неконтролируемым ржачем до колик.       Оставшийся к концу песни в одной шапочке — и то на голове — Хван аж замер непонимающе. Губа его дёрнулась… Дело начало попахивать серьёзной обидой. Поэтому, дабы сгладить эту неловкость, Ки Хун вскочил на здоровую ногу и, доковыляв до голого и совершенно точно прекрасного Хвана, обнял его, сказав срывающимся от смеха голосом:       — Ты лучший. Лучший подарочек! — и хотел было отделаться чмоком в ухо, когда… Мистер Клаус его не отпустил, неожиданно притянув к себе… За задницу! Возмутиться, впрочем, Сону не дали, жадно поцеловав. Пара дней игр в выздоравливающего привели к тому, что… В общем, оба соскучились и теперь жадничали. Не падал Сон только благодаря удерживающим его рукам, а потом и вовсе…       Бесстыдно голый Хван потащил его к ним в спальню. Ки Хун не мог хоть как-то это не прокомментировать:       — Ты же Санта, а не Рудольф!       Впрочем, после звякнувшей защёлки и аккуратного броска на кровать, Ки Хуну тоже стало всё равно. Они повторили всё то, что натворили в тот день. Только более гладко, без лишнего напряжения кое-чьего колена и прочих выкрутасов. В рамках уже прощупанных границ доступной им сексуальности. Но и от этого Сон Ки Хун сходил с ума.       Настолько, что в процессе согласился поехать в Аляску уже через неделю, потому что если планировать сильно заранее, то о планах узнает та женщина и сорвёт им всю поездку своим присутствием. А так у неё, как у занятой светской дамы… Будет меньше шансов.       Именно так Сон и оказался спустя какие-то шесть дней в Анкоридже праздновать Новый год.

* * *

      Самолёт садился. Честно, Ки Хун не разделял восторгов Джу Хи, которой нравился этот вид транспорта. Для него самолёт сулил перемены. Большие. И ведь не было гарантии, что к лучшему. В Америку они бежали. В Корею вынужденно возвращались... А сюда, на Аляску, почти на край света, забирались с целью туризма. Честно — верилось слабо. Ин Хо ничего не делал просто так. Поэтому и эта поездка — бегство. Только на сей раз от самого себя.       Хван не желает думать, что обратный отсчёт до его включения в семейный бизнес пошёл. Вот и бежит, наплевав даже на травмы Ки Хуна. Ладно, хоть не от него бежит и от их общей, как выяснилось, ориентации. Уже несколько... радует, да.       Как и то, что Ин Хо не срывается с места, а ждёт, да. Когда все выйдут. Уже потом на руках, не доверив службе сопровождения маломобильных пассажиров и не позволив ему самому корячиться в салоне и по телетрапу, дотащит до места, где можно получить назад свои костыли. Почему не на спине? Ну... Самолёт низковат для этого. Ки Хуну хоть и было неудобно, хотя персонал на них особо и не пялился, а Джу Хи и вовсе была занята лобызанием иллюминатора... Но ему было приятно.       Да, Хван в очередной раз дурил, рискуя сорвать спину, но... Лучше так, нежели, чем он это не предложил бы и переложил заботу о нём на специальных людей. Поэтому-то Сон и не сильно ворчал.       Да, не все шло, как хотелось. Бывшая не отпустила с ними Ка Ен, аргументировав, что они полудурки, раз попёрлись в разгар праздников к медведям на съеденье ещё и с травмированным Соном. Ну да... Ин Хо вполне хватит присмотра за малолетней дочерью, маломобильным Соном. Так что с Ка Ен поедут потом. Когда Ки Хун оправится полностью. Теперь главное, чтоб это потом было. И чтоб у Хвана не щёлкнула спина.       Поэтому-то Сон так радуется своим не потерянным авиакомпанией костылям. И тому, что они прибыли всё же в Анкоридж, а не куда-нибудь в нацпарк Денали, чтобы посмотреть огромную двуглавую гору Маккинли. В Анкоридже вот и аэропорт вполне современный... И туристический центр развит. И посмотреть есть что — рядом, а не на много километров снегоходами или собаками вглубь.       Цивилизация! Ну почти. Ки Хун находил статьи, что по окраинам и здесь разгуливает живность... Медведи там, лоси... Может, им повезёт и никого не встретят. А то у него с таким коленом шансов убежать немного. И самое ведь страшное — Ин Хо его вряд ли бросит. Хотя... наличие рядом Джу Хи давало нехилые шансы, что Хван всё же верно расставит приоритеты. Да уж.       Всё же мысли у Сона были странными. Очень. Он неловко улыбнулся, когда Ин Хо хлопнул его по плечу и спросил, готов ли тот грузиться... Этот мистер Предусмотрительность уже подогнал машину из каршеринга чуть ближе. Наверняка разорился за парковку или не успел... Впрочем, Ки Хуну было так спокойнее. Меньше скакать...       А снаружи было прохладно. Более того... Шёл снег.       — Ура! — Джу Хи вот в машину грузиться не хотела, всё пыталась ртом поймать снежинку... Дурашка! Хотя... не будь здесь столько народу — Сон бы сделал то же самое. Наконец, снег был попробован и они двинулись в гостевой домик.       Тот выгодно отличался от их в Лос-Анджелесе — наличием настоящего, а не бутафорского камина, некоторым уединением и просто потрясающей иллюминацией, ради которой никто не отбил спину... Ну, наверное. А ещё там прямо на покрытом снегом газоне росла ёлка. Большая. Живая. Настоящая. На неё тоже повесили гирлянду. Это было...       — Потрясающе, — всё же сказал Ки Хун вслух.

* * *

      — Потрясающее! — впервые, с момента как Ин Хо принял решение ехать в Анкоридж, улыбнулся Ки Хун... И у Хвана отлегло. Он вовсе не хотел тащить его сюда против воли. Но ещё меньше он хотел ехать сюда только с Джу Хи. А ехать было надо. Во-первых, обещал дочке. Во-вторых, надеялся, что вдали от привычной обстановки мысли прояснятся. Он и правда верил, что мороз ему поможет просвежить мозги. И что тогда удастся что-то придумать... Даже если нет — Ин Хо верил: им всем это на пользу.       У дочки будут новые впечатления, и она забудет, что было в Корее, забудет эту страшную женщину... Ки Хун будет переживать о поездке и меньше загоняться об ориентации и тому, что он живёт с тем, кто вскоре будет у руля игры в кальмара. Да, у кривого-косого, одного из... Но руля.       Всем будет лучше. Ну кроме Дракона Ли. Этого нежданного кота, к счастью, удалось пристроить бывшей Ки Хуна. Тот ладил с Ка Ён — проблем быть не должно.       Да и в самом Анкоридже проблем быть не должно. Это самый крупный город штата. Здесь инфраструктура позволяла замахнуться и на встречи ВИПов самого высокого уровня... Приемлемая больница, тренированные спасатели, аэрофлот... солидный. Вполне позволяла.       И красиво ведь. Побережье, леса, коренные народы... Если всё же раскочегарить Ки Хуна на инвалидную коляску, то можно и по деревянному настилу Поттер-Марш добраться до смотровой горы Чугач. Хотя, наверное, не стоит так рисковать. Там наверняка есть ступеньки... Были бы они без Джу Хи... А с двумя потенциально маломобильными — Ин Хо рисковать не станет.       Нет, хватит им и прогулки по тропе Тони Ноулза. Точно хватит! Там вообще маршрут лыжный... Но собачьи упряжки по отдельной полосе тоже пускались. Вот её-то и забронировал Хван. Хаски, красоты... И Ки Хуна мучить сильно не надо. Да, всё должно удаться... Но это он забронировал на второе января. Раньше не удалось, к сожалению.       Пока будут смотреть городок, дышать воздухом... Снеговика из-за значительного минуса вылепить вряд ли получится, но Джу Хи, кажется, вполне довольна и просто валяясь в снегу... Вон руками машет как! Получится потом ангел в сугробе! Хван улыбнулся.       Сегодня вечер так проведут — только еды закажут. Завтра в город, а послезавтра — 2 января. Прекрасно, не так ли? Третьего, если будут силы, оставит Ки Хуна в музее, сам доберётся с Джу Хи до горок. Можно было бы и на горнолыжку махнуть, но... Нельзя Хвана так надолго оставлять скучать. Тот может и не согласиться даже в музее оставаться. Такой вариант тоже надо просчитать и присмотреть кафе с хорошим глинтвейном неподалёку... Да. Точно.       Ин Хо чуть взбодрился. Да, в конце концов, они не столь надолго выбрались. Потом лучше вместе в музей сходят. Да. Точно, не дело Сона оставлять, ещё влипнет в неприятности. Они просто хорошо проведут время. И назад — выздоравливать, и дальше... Дальше изучать границы своей ориентации!       Хван покраснел. То, что они недавно совершили с Ки Хуном... Этот прорыв... Он будоражил лучше любого алкоголя, но пока следовало притормозить. Чтоб не потерять всё. Да и нога Сона очень невовремя решила сломаться. Он вздохнул. Или, наоборот, вовремя... Не было бы травмы — не разгулялась бы их страсть дальше и не сожгли б они себя в её пепле?       Нет ответа. И не узнают теперь. Ну а пока... Надо было наслаждаться тем, что у них было. А было у них уже немало. Вот совсем. Они всё ещё вместе. Им хорошо рядом, и на Аляске хорошо. Вон не только Джу Хи радовалась, видя столь редкий для них снег... Ки Хун тоже заметно ободрился. Ему явно понравились и снег, и ёлочка, и...       — Ин Хо, это северное сияние! — схватил его внезапно за руку, дёрнув Сон.       — Где? — Джу Хи мигом обратила внимание... И да. Это было оно. Вечер только что официально стал сказочным.       Так что Хван даже убрал приготовленные было бенгальские огни... И так превосходно. А стало совсем идеально, когда Ки Хун неожиданно наклонился к нему за поцелуем...       Отказать ему было выше его сил. Не в такой романтичной обстановке. И то, что рядом была Джу Хи... Когда они разорвали касания тёплых губ и глотнули по порции холодного воздуха, Ин Хо первым делом нашёл дочку взглядом. Та встретила его вопросительный взгляд и... подняла палец вверх. С души от этого упал огромный камень. Он, конечно, знал, что Ка Ён была амбассадором их отношений, а Джу Хи пока мало что понимала, но... Увидеть сейчас, что дочь не посчитала это чем-то неправильным... было важно и очень-очень приятно. Ценно.       И Хван аккуратно, чтобы как можно меньше задеть больное колено, повалил их с Ки Хуном тоже в сугроб. Звёзды и сияние так и правда было видно гораздо лучше...

* * *

      А на следующий день они проснулись. Позавтракали и собрались в город. Удивительно, но лежание в снегу, если ты нормально одет, не вредит, представляете, да? Вот что творят лыжные, непродуваемые костюмы! И никакие сквозняки и сопли не страшны.       Город был довольно уютным. Ещё и в рождественском обрамлении. Гуляли они не на своих двоих, а ездили на каршеринговой тачки из точки в точку. А уже на месте Ки Хун ловко управлялся костылями. Местами, конечно, его страховал Ин Хо. А на особо суровых лестницах и вовсе испытывал едва поджившую спину на прочность, но... Это были мелочи, которые не мешали наслаждаться общей обстановкой. И да, глинтвейн тут варили весьма недурственный. Впрочем, Ки Хун довольно скоро перешёл с него на другой напиток из соседней географической точки... водку. Честно, её прикупил и Ин Хо, что был за рулем и мог позволить себе продегустировать только в домике... Но, заметив интерес Ки Хуна, он прикупил ещё один атрибут соседней страны, чей след тут был заметен... Нет, не балалайку и матрёшку. Хотя наверняка та женщина, побывав тут могла бы придумать мерч для ВИПов — инкрустированная каменьями, выполненная из драгоценных металлов матрёшка — с лицевой куклой из первого этапа, затем с кругом, треугольником, квадратом, фронтменом и в конце со стариканом!       По счастью, эту женщину он несколько перехитрил, внезапно сорвавшись сюда. В своём звонке перед Рождеством та ясно дала понять, что у неё есть дела в Америке и что она желает с ним отужинать в первые дни года... Что ж, он тогда покивал, а сам сорвался с места. Та ведь говорила заодно? Вряд ли у неё есть дела в Анкоридже.       Сону же он купил то, что с гарантией прикроет его большие ушки — шапку-ушанку! Та была вдобавок ядрёного красного цвета и, в общем-то, производила впечатление. Шутки ради. Впрочем, Сон заценил. Натянул на себя, так и ходил... Почти всю поездку. Говорил: не продувает. И что красный — вполне его цвет. Ну-ну.       А второго января были собаки. Ну то есть не только они, но и удивительная природа побережья. Но и собаки... Лохматые, пёстрые — от ослепительно-белых до чуть рыжих и серых, прекрасные хасели. С диким энтузиазмом и забавными глазками — не все голубоглазые, но половинка точно. Один пёс и вовсе был с дихотомией. Один глаз карий, второй — синий... Жутко красиво! Как сказал погонщик, это был их вожак по кличке дьявол. Вот с ним-то неожиданно и закентовался Ин Хо. Ему даже дали часть пути самому поводить собаками... Не совсем удачно. Ки Хун тогда едва не вылетел при резком повороте, а Джу Хи немного перепугалась, но... Если б он побольше потренировался — у него бы точно вышло.       А так, поездка точно удалась — красные, чуть обмёрзшие, немного с отбитыми задницами, но счастливые... Главное, что на колено Сон не жаловался... Хотя этот мог не жаловаться и если реально больно. Но, вроде как, по наблюдениям Ин Хо всё было до подозрительного хорошо...       Было. Пока, вернувшись домой, они не обнаружили там ту женщину.       — Простите за вторжение, — та едко улыбнулась. — Я привезла подарки, — она кивнула под ёлку. — Джу Хи, открывай при мне.       — Джу Хи не двигайся! — Ин Хо сделал шаг, загораживая свою... семью.       — Лишишь ребёнка радости? Как же дурно тебя воспитали! — картинно ужаснулась госпожа О.       — Иди откуда пришла. Уговор был на встречи со мной. Не с ними! — тяжело дышал Ин Хо, честно, всё хорошее настроение испарилось в пшик. И тут достала. Вот ведь стерва!       — А что... Мешаю твоему гейскому счастью? — взгляд этой женщины впился в стоявшего позади Ки Хуна. — Не подумай... Я не такая уж и ханжа, но ты мог бы найти и лучше. Мужика, в смысле. Что вы с моим отцом только в нём нашли? — О переходила все границы.       — Пошла вон! — взревел Ин Хо, чувствуя спиной, как напрягся Ки Хун и как скукожилась дочь.       — Как грубо... Подаёшь плохой пример, — поджала та губы и, чеканя шаг, направилась к выходу... в полной тишине. Впрочем, просто взять и уйти О не смогла. Остановилась прямо напротив Ин Хо и молча поправила ему выбившуюся прядку за ухо... и уже тогда вышла, прикрыв дверь.       Какое-то время казалось, что в миг остывшей гостиной воцарилось молчание. Эта женщина была хуже любого Гринча! А потом Джу Хи вдруг сказала:       — Не нужны мне от неё подарки! Давайте отдадим на благотворительность! Только Дракона Ли оставим... Какая неприятная, хуже Круэллы! — вовсю ворчала Джу Хи, потом вдруг посмотрела на Сона. — Ещё и дядю Ки Хуна вообще ни за что обидела! Папа, как ты умудрился родиться у такой мамы?       — Я бы и сам хотел знать... — треснуто выдавил Ин Хо, который вдруг почувствовал, как рука Сона скользит по его спине, поглаживая и несколько успокаивая. — Но она ушла, — натянул он улыбку на лицо. — И вряд ли ещё вернётся сегодня. Давайте веселиться... Не доставим ей удовольствия испортить нам праздники, верно?       Именно так они и сделали. И да, у этой женщины хватило совести больше не появляться. По крайней мере, в том гостевом домике.       А потом они узнали, по снимкам из Интернета6 в ту ночь по Анкориджу гулял медведь... Увы, он не съёл госпожу О. Хотя если бы и съел... Наверняка у бедного мишки было бы несварение.