Вернутся к фанфику
ГЛАВА 2 Сквозь туман неизведанных путей
8 марта 2026, 14:19Сначала Альбуса ослепил свет. Воздух был густым и влажным. Под потолком клубился пар, то собираясь в замки на отвесных скалах, то распадаясь на стаи летучих мышей, то вдруг складываясь в мерцающие звёздные карты.
Посреди всего этого возвышался Хогвартс-экспресс.
Он казался огромным, почти живым — как дракон, замерший за мгновение перед огненным выдохом. Красный лак тускло поблёскивал в полумраке, чёрные бока уходили в тени, а золотые детали мерцали, будто в них спрятались крошечные искры.
Из труб валил густой пар. Он клубился над поездом, расползался по потолку и то здесь, то там принимал причудливые очертания: вот мелькнула львиная морда с раскрытой пастью, вот взмахнули огромные крылья феникса — и тут же оба образа растаяли, словно их никогда не было.
Платформа гудела, но это был особый гул — шум мира, который магглы никогда не услышат. Вокруг сновали ученики: кто-то торопливо тащил чемоданы, кто-то в последний раз проверял карманы, а родители обнимали детей, напутствуя их вполголоса.
Между ними шныряли крошечные духи-семейники — почти невидимые, лёгкие, как пылинки в солнечном луче. Они мелькали возле ног, заглядывали под скамейки и внимательно следили, чтобы ни один юный волшебник не потерялся в суматохе.
Один из них удобно устроился на чемодане Альбуса, свесив маленькие ножки, и, приосанившись на чемодане, принялся изучать толпу с непоколебимой серьёзностью.
Гарри огляделся. В груди болезненно закололо. Воспоминания нахлынули так ярко, что на миг ему почудилось: он снова одиннадцатилетний мальчик. Растерянный, взволнованный, впервые стоящий здесь — среди пара, гомона и нетерпеливых голосов.
Только теперь всё было иначе.
Теперь он держал за руку своего сына.
Альбус же не сводил глаз с поезда. Его лицо светилось таким восторгом, что Гарри невольно улыбнулся.
— Это он? — спросил мальчик, указывая на алый локомотив.
— Он самый, — ответил Гарри.
Поезд протрубил, и гудок пронёсся над платформой, тяжёлый и протяжный, словно где-то под рельсами проснулся великан и недовольно напомнил о себе. В груди разлилась сладость предвкушения.
Толпа густела. Ученики спешили занять места, родители торопили напутствиями. Джеймс уже ловко втащил свои вещи в вагон и выглянул в окно, сияя гордостью первопроходца.
— Ну что, братец, — крикнул он вниз, — постарайся не заблудиться!
Альбус скривился, но промолчал.
Лили потянула Гарри за руку:
— Папа, а я когда поеду?
— Через пару лет, — улыбнулся он.
— Это несправедливо! — фыркнула она и обиженно скрестила руки.
Гул платформы становился всё громче, пар паровоза заволок платформу, и Лили, вытянувшись на носочках, попыталась разглядеть сквозь белёсую пелену знакомые лица.
— Где они? Они здесь? Может, они не приехали? — Лили ахнула, глаза её округлились.
Гарри спокойно положил руку на плечо дочери и указал на толпу у дальней колонны. Там, сквозь струи пара, показались знакомые фигуры: рыжая копна Рона, строгая осанка Гермионы. Рядом с ними — девочка с рыже-каштановыми волосами, упрямо вздёрнутым подбородком и искрами любопытства в глазах.
— Дядя Рон! — радостно выкрикнула Лили и, не дожидаясь разрешения, бросилась бежать.
Рон только успел развернуться, как племянница уже повисла у него на шее. Он подхватил её, подняв на руки, и, сияя, объявил:
— А вот и моя любимая Поттер! Ну что, показать тебе фокус?
— Фокус, фокус! — потребовала Лили, хлопая ладошками.
Рон с заговорщицким видом сунул руку в карман, порылся и вытащил…
— Ты когда-нибудь слышала о носопохищательном дыхании от «Всевозможных волшебных вредилок»? — спросил он с мрачной серьёзностью.
— Папа! — вмешалась Роуз, закатывая глаза. — Ты опять про этот отвратительный трюк?
— Трюк? — переспросил Рон с неподдельным возмущением. — Это классика. Великое достижение магической науки.
Гермиона улыбнулась одними уголками губ, наблюдая за ними с тем выражением, которое Рон за долгие годы научился распознавать как смесь нежности, терпения и лёгкого сожаления о её выборе.
— Ты называешь это «отвратительным», он — «замечательным», — сказала она. — Я бы назвала это…
— Спасибо, Гермиона, — обиженно произнёс Рон.
— Я ещё не закончила, — спокойно предупредила она.
Рон тут же замолчал.
— Если уж ты решил развлекать детей перед поездом, — продолжила Гермиона, поправляя воротник его мантии, — постарайся хотя бы не использовать ничего, что может прожечь одежду, отрастить вторую голову или заставить кого-нибудь забыть собственное имя.
— Я не использую опасные вещи.
Гермиона выразительно посмотрела на него.
— Рон.
— Почти не использую.
Она покачала головой, но улыбка всё-таки осталась на её лице.
— Да ладно тебе. Тс-с! — шикнул Рон.
Он приложил палец к губам, а затем театрально втянул воздух и с преувеличенно серьёзным видом смачно выдохнул Лили прямо в лицо.
Роуз прыснула со смеху и отшатнулась.
— От тебя пахнет овсянкой!
— Точно! — Рон победно щёлкнул пальцами. — Бинг. Бэнг. Бойнг. Теперь юная леди никогда больше не сможет чувствовать запахи как прежде.
Он ловко дёрнул её за нос.
— Где мой нос?!
— Та-дам!
Все рассмеялись.
Альбус стоял чуть поодаль. Что-то тяжёлое подступило к горлу. Он сглотнул, но ком не исчез.
За спиной локомотив выпустил новую струю пара. Белое облако поползло по платформе, закручиваясь в причудливые завитки. На мгновение в нём проступили очертания — сначала неясные, почти случайные, а затем всё более отчётливые.
Альбус замер.
В клубах пара стоял мальчик. Круглые очки, взъерошенные волосы и худое, удивительно знакомое лицо.
«Папа?» — подумал Альбус.
Только моложе. Намного моложе.
Мальчик смотрел прямо на него.
Альбус моргнул — и образ тут же рассыпался. Пар снова стал просто паром, а на том месте осталась лишь пустая платформа, полная чужих голосов и спешащих людей.
Несколько секунд он стоял не шевелясь.
«Показалось. Просто показалось», — повторил про себя Альбус, но от этого становилось только не по себе.
Он отвернулся от пара и сделал вид, что рассматривает толпу. Ему хотелось стать незаметным, раствориться среди равнодушного гула и чемоданов, но именно в этот момент рядом снова раздался знакомый смех.
— Всё снова глазеют на нас, — тихо пробормотал Альбус, пытаясь спрятаться за тележкой.
Рон, услышав его, резко поднял брови, а затем тут же расплылся в самодовольной ухмылке.
— Ну конечно из-за меня! — Рон важно выпятил грудь. — Мои фокусы с носами ещё лет сто будут передавать из уст в уста. А может, и из носа в нос!
Гермиона, не отрываясь от сумки, аккуратно поправила застёжку и сухо бросила через плечо:
— Несомненно, — её взгляд на мгновение смягчился, выдавая куда больше тепла, чем позволял тон. — Уверена, «Ежедневный пророк» уже готовит передовицу. «Рон Уизли и величайшее носовое открытие века». Не сомневаюсь, что они даже потратятся на цветную иллюстрацию.
— Вот! — Рон просиял, совершенно не заметив сарказма. — Я так и знал! Наконец-то кто-то признал мой вклад в развитие магии.
Гарри усмехнулся.
— Смогли припарковаться? Народу как всегда…
— А то, — тут же отозвался Рон. — Хотя Гермиона была уверена, что магловский экзамен я без магии не переживу. Думала, без Конфундуса экзаменатор не сдастся.
Гермиона повернулась, приподняв подбородок:
— Я такого не говорила. Я сказала, что ты сможешь сдать — при условии, что будешь читать вопросы, а не разговаривать с ними.
— А вот я абсолютно уверена, что он действительно наложил заклинание Конфундус на экзаменатора, — с ухмылкой сказала Роуз.
— Э… — Рон осёкся на полуслове, затем моргнул пару раз и резко уставился куда-то в сторону, словно надеялся, что разговор сам собой исчезнет.
Гарри усмехнулся, но улыбка почти сразу сошла с его лица. Альбус неловко дёрнул его за мантию.
— Пап… — он замялся, потер большим пальцем край пуговицы. — А если… если меня отправят в Слизерин?
Чемодан Альбуса развязал собственные ремни и попытался спрятаться за его ноги, как испуганный щенок.
Гарри не ответил сразу. Он опустил взгляд не на сына — на его руки, слишком занятые чтобы выглядеть спокойными.
Медленно накрыл их своей ладонью. Присел на корточки.
— И что в этом плохого? — спросил он мягко, заботливо помогая завязать шнурки.
Альбус отвёл взгляд.
— Слизерин — это же факультет со змеёй… Там учатся те, кто занимается тёмной магией. И вообще...
Гарри вздохнул. Его глаза на мгновение затуманились воспоминаниями.
— Альбус Северус, — сказал он, — тебя назвали в честь двух директоров Хогвартса. Один из них был слизеринцем. И это был, пожалуй, самый храбрый человек из всех, кого я встречал.
Альбус поднял взгляд.
— Правда?
— Правда, — кивнул Гарри. — И ещё: если это будет важно для тебя, Шляпа учтёт твоё желание. Моё она учла.
Он замолчал, и только теперь понял: никогда прежде он не говорил этого вслух.
Альбус чуть распрямился, хотя в глазах его всё ещё светилась тревога.
— В Хогвартсе ты станешь хорошим волшебником, Альбус, — твёрдо сказал Гарри. — Уверяю тебя, там нечего бояться.
— Кроме фестралов! — весело встрял Джеймс. — Следи за фестралами!
— Они же невидимы! — возмутился Альбус.
— Вот именно, — подмигнул Джеймс.
— Слушай профессоров, не слишком обращай внимания на Джеймса и, главное, не забывай иногда просто хорошо проводить время. — Гарри улыбнулся и крепче сжал плечо сына.
— А теперь, если не хочешь, чтобы поезд уехал без тебя, пора запрыгивать.
Он на мгновение задержал взгляд на сыне, а потом тихо добавил:
— И постарайся не забыть, что ты едешь в Хогвартс не для того, чтобы кому-то что-то доказывать. Просто будь собой.
— Я побегу за ним! — выпалила Лили и уже шагнула вперёд.
— Лили, даже не думай, — Джинни поймала её за капюшон, не повышая голоса. — Наза-а-ад.
Гермиона наклонилась к Роуз, поправляя ей воротник, который та упрямо сдвигала обратно.
— Передай Невиллу привет от нас.
Роуз округлила глаза, почти возмущённо:
— Мам, я не могу. Он же профессор.
Платформа гудела: кто-то смеялся слишком громко, кто-то говорил вполголоса, прижимаясь лбом к детской макушке. Шарфы путались, шляпы сползали, чемоданы норовили уехать не туда. В воздухе мелькали мелкие чары — ничего торжественного: записки, сложенные в фигурки, сами находили карманы, перья выводили пару слов и застывали, пока их не прочтут.
К Альбусу подлетела одна такая бумажная мелочь — неровно сложенная, с заломом посередине. Она задела щёку, развернулась и тут же потускнела, оставив несколько слов, написанных быстрым, знакомым почерком: Не бойся выбирать свой путь.
Он машинально провёл пальцем по краю пергамента, потом сунул его в карман, не перечитывая.
Джинни подошла к сыну и вложила ему в ладони пару мягких синих перчаток.
— Они тебе пригодятся, — сказала она, поправляя воротник его мантии. — Левая всегда найдёт платок, когда он понадобится. А правая… — Джинни на мгновение сжала его руку. — Она просто будет рядом, если будет трудно.
Альбус ощутил, как перчатка слегка пошевелилась.
Ранее Джинни незаметно пришила к мантии сына крошечный золотой снитч. Прикоснувшись к нему, Альбус услышал тихий шёпот:
«Ты не один».
Над платформой замерцали магические афиши. Одна показывала дуэль Минервы Макгонагалл с огромным драконом — зрелище было настолько ярким, что дети замерли с открытыми ртами. Другая тихо рассказывала истории выпускников Хогвартса, чьи портреты сменяли друг друга. Третья оживала и изображала праздничный банкет с переливающимися небесами над Большим залом.
И всё это время паровоз позвякивал и ворчал, готовясь к отправлению. Его красные бока сверкали, и казалось, будто сам поезд нетерпеливо переминается с колёс на колёса.
В этом году вагоны были зачарованы Министерством: теперь они могли разговаривать и, похоже, считали своим долгом вмешиваться во всё происходящее.
— О, привет, новички! — бодро воскликнул третий вагон. — Кто-то из вас выглядит как будущий ловец!
— Роуз! — громко крикнул из вагона Джеймс.
— Что — Роуз? — переспросила она, оглядываясь по сторонам.
— Это про тебя.
Роуз недоверчиво посмотрела на вагон.
— Я вообще-то ещё ничего не делала.
— Тем лучше! — жизнерадостно отозвался третий вагон.
— Ах, вот и мистер Поттер-младший! — подхватил седьмой вагон. — Рад видеть продолжение славной линии!
Альбус лишь вжал голову в плечи.
Время прощаний подошло слишком быстро. Роуз уже карабкалась в вагон, смеясь над его комментариями. Альбус стоял рядом с отцом, не решаясь отпустить его мантию.
— Хорошо, — наконец выдохнул он и обнял сразу и Гарри, и Джинни. — Пока.
Гарри почувствовал, как дрожат плечи сына, и обнял крепче, чем обычно. Джинни приложила ладонь к его щеке.
Сзади послышался чей-то оклик, и поезд неспеша тронулся. Время наконец сделало своё.
Альбус запрыгнул на подножку, обернулся на секунду.
Толпа начала распадаться на обычных людей, которые уже не знали, куда деть руки.
Альбус только что переступил порог вагона, и сразу же ощущение пространства обволокло его, как мягкое одеяло. Тамбур был узким, но высоким, словно тонкий коридор, соединяющий два мира — привычный и магический.
Его взгляд бросился на пол, отполированный до мягкого блеска, на герб Хогвартса, выгравированный в центре: линии львов, змей, барсуков и орлов казались живыми, мелькали золотистым светом при каждом шаге.
Сердце Альбуса замерло от восторга.
Он поднял глаза: стены были одеты в красное дерево с резьбой, в узорах мелькали крошечные крылья феникса, звёзды и тонкие руны.
Верхняя часть стен блестела латунью, холодной, но сияющей мягким янтарным светом.
Двери тамбура манили как ворота в новый мир. Массивная внутренняя дверь из лакированного дерева с круглым матовым окошком казалась знакомым и одновременно обещала чудо.
Над головой золотые фонари с плавающими светлячками мягко освещали пространство, отражаясь в медных панелях.
Тонкая полоса рун под потолком медленно меняла оттенки, и Альбус невольно замер, любуясь этим тихим танцем света.
В углу его взгляд зацепился за живую карту маршрута: по золотой линии пути пробегал миниатюрный светящийся поезд, подскакивая на воображаемых стыках рельсов.
Всё вокруг отзывалось: каждый отблеск, каждый легкий скрип пола создавали ощущение, что вагон приветствует нового пассажира.
Поезд дал протяжный свист, колёса заскрежетали, и платформа наполнилась криками: «Пиши чаще!», «Не забудь книги!», «Не опаздывай на уроки!».
Рон, Гермиона, Гарри и Джинни стояли плечом к плечу, глядя, как состав набирает скорость.
Вагоны медленно тянулись вдоль платформы. Металлический гул нарастал, вытесняя обрывки голосов.
Джинни провела языком по пересохшим губам, не отрывая взгляда от вагонов.
— С ними всё будет нормально, да?
Гермиона кивнула, прищурившись от пара.
— Хогвартс умеет о себе позаботиться.
— Более чем, — Рон сунул руки в карманы и покачнулся с пятки на носок. — Великое место. Прекрасное. Полное еды, между прочим. Я бы многое отдал, чтобы снова туда попасть.
Гарри хмыкнул, взгляд был прикован к окнам.
— Забавно. Ал переживает, что попадет в Слизерин.
— Это ещё ерунда, — отозвалась Гермиона. — Роуз волнуется, сможет ли побить чей-то квиддичный рекорд уже на первом курсе или всё-таки придётся подождать до второго. И да, она уже прикидывает, когда сдавать С.О.В.
Рон скосил на неё глаза.
— Понятия не имею, от кого у неё такие запросы.
Джинни повернулась к Гарри.
— А ты… — она запнулась. — Ты как к этому отнесёшься, если Ал всё-таки окажется там?
Рон оживился, будто только этого и ждал:
— Между прочим, Джин, мы всегда считали, что у тебя были все шансы попасть в Слизерин.
— Что? — Джинни резко посмотрела на него.
— Абсолютно серьёзно, — он пожал плечами. — Фред с Джорджем даже ставки принимали.
Гермиона шумно выдохнула и подтянула ремень сумки.
— Может, пойдём? На нас уже начинают оглядываться.
— На вас всегда оглядываются, — спокойно заметила Джинни. — Вместе или по отдельности — без разницы. Люди всегда смотрят на вас.
Они двинулись к выходу. Через несколько шагов Джинни задержалась и коснулась Гарри.
— Гарри… с ним правда всё будет хорошо?
Он кивнул и улыбнулся.
Поезд скрылся за поворотом.
Платформа опустела быстрее, чем хотелось бы.
Пар над рельсами поднялся выше и вдруг сложился в светящуюся фигуру: величественный феникс расправил крылья и тут же растаял в воздухе.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!