Вернутся к фанфику
4 ГЛАВА 11 Отражения в бездне лиц Эпизод I
8 августа 2026, 17:21Холодный лунный свет резал, окрашивал суровые стены в серебристо-синие тона.
Каждый шорох, каждый отблеск на стекле отзывался в сердце тревогой. Смолистый запах свечного огня и каменной сырости клубился в воздухе, плотным слоем стелился по стенам и потолку. Чёрный воск стекал с огромных свечей отсчитываяя время до неминуемого.
Все стояли плечом к плечу у окна, не сводя глаз с густой темноты, где ветер бился о стекло, пытаясь прорваться внутрь.
Они смотрели — и ждали.
Лишь Джинни сидела отдельно. Ближе к алтарю, на низкой скамье.
Альбус заметил это. Сначала — краем глаза, затем не смог отвести взгляд вовсе.
Она казалась окаменевшей, будто сам страх и ужас проросли, сделав её частью этого мрачного зала. Он шагнул прочь от окна, оставив остальных в ожидании, и прошёл по залу, где свет свечей метался, вытягивая на стенах чьи-то тени в неестественные, изломанные фигуры.
Альбус остановился рядом. Джинни сидела, опустив ладони на колени; пальцы слегка дрожали.
— Мама, всё будет хорошо, — тихо, почти шёпотом сказал он.
Её губы сорвались в беззвучное движение.
— Я…я знаю. Или надеюсь, что знаю. — Она слегка качнула головой. — Я просто… не хочу видеть его таким. Человека, которого я люблю, в облике того, кого ненавижу.
Альбус сел рядом. Тени витражей легли им обоим на лица, искажая черты.
— Она мне нравилась, — сказал он напряжённо, будто признавался в запретном. — Не в том смысле… Я просто верил ей. Делфи была для меня другом. А оказалась… дочерью Волан-де-Морта.
В её глазах блеснуло что-то острое, но это не был гнев.
Боль.
— Понимаешь сынок, они всегда умели заманивать в сети наивных людей, особенно тех, кто еще не познал жизнь, — ласково произнесла Джинни.
Она ненадолго замолчала, внимательно глядя на сына.
— Они умеют казаться теми, кому можно доверять. Могут говорить правильные слова, проявлять доброту, даже помогать тебе. И ты не заметишь, как начнёшь верить им больше, чем себе. В этом и есть самое страшное.
Джинни чуть смягчила голос.
— Не думай, что доброта делает тебя слабым. Не делает. Но если кто-то узнает, чего ты боишься то начнёт использовать это против тебя.
Она коснулась его плеча.
— Не каждый, кто протягивает тебе руку, хочет помочь подняться.
Альбус потер большим пальцем край скамьи.
— Мам… как же тогда быть?
Джинни ненадолго задумалась, глядя куда-то поверх его плеча.
— Сразу — никак, — тихо сказала она. — Понимание приходит с опытом. Иногда слишком поздно.
Альбус поднял глаза.
— Но как не ошибиться?
Она чуть повела плечом и устало улыбнулась.
— Ошибаться ты всё равно будешь. Все ошибаются. Главное — научиться замечать момент, когда что-то внутри тебя говорит: «Здесь что-то не так».
Альбус нахмурился.
— Значит... никому нельзя доверять?
— Нет, — Джинни сразу покачала головой. — Нельзя жить так, будто вокруг одни враги. Иначе ты сам станешь пленником своего страха.
Она положила ладонь ему на плечо.
— Просто учись замечать то, что другие не замечают. Слова — это ещё не всё. Смотри, как человек поступает, особенно когда думает, что ты не видишь. Если чувствуешь, что тебя подталкивают к чему-то или заставляют сомневаться — остановись. Это уже повод насторожиться.
Альбус опустил взгляд.
— А если я всё равно не пойму?
Джинни мягко сжала его плечо.
— Тогда приходи ко мне. Даже если уже ошибся. Даже если тебе кажется, что сделал глупость. Я лучше узнаю о твоей ошибке от тебя, чем позволю кому-то воспользоваться тем, что ты побоялся мне рассказать.
Она чуть улыбнулась.
— Хогвартс — только первая ступень, Альбус. Там ты учишься... Вот в людях тебе придётся разбираться самому.
Альбус кивнул, но взгляд его всё ещё оставался серьёзным.
— Это сложно.
— Конечно, сложно, — тихо ответила Джинни. — Взрослые просто делают вид, что умеют.
— Чужие ошибки, Альбус — урок для немногих. Свои же … — она махнула рукой, — удел для всех остальных.
Она взглянула на сына.
— Не будь как все. Если тебе настойчиво что-то навязывают — хоть под сладким соусом заботы, хоть в школе, как это было в наше время с Амбридж, всегда спрашивай: «Чего хотят этим добиться и кому это выгодно?»
Она протянула руку и убрала с его рукава нитку.
— Тщательно выбирай друзей, Альбус. Помни, действия говорят ярче слов.
Он нахмурился.
— И ещё, — сказала Джинни и вдруг запнулась, как будто решила что-то не говорить…— Скажу сейчас вещь неприятную.
Она оглянулась через плечо — привычка, оставшаяся ещё с тех времён, когда стены любили подслушивать. Голос стал ниже.
— Полуправда и откровенная ложь вокруг нас, повсюду. В учебниках — аккуратными строчками. В газетах — жирным шрифтом. В Министерстве… — она махнула рукой. — Там вообще предпочитают говорить много и не по делу. Недоговаривают, скрывают.
Альбус поежился, потом резко поднял на неё глаза.
— Так что, получается, нельзя никого подпускать близко?
— Нет, сынок. Так ты останешься один.
Она повернулась к нему полностью, наклонившись ближе.
— Ищи в людях хорошее. Верь — иначе задохнёшься. Но не выключай голову. Особенно с новыми людьми.
Она замолчала, постучала ногтем по скамье.
— Самая крепкая опора — те, кто может сказать тебе неприятную правду и остаться рядом. Близкие. Родные. Остальные же… приходят и уходят.
— Это я во всём виноват, — выдохнул он.
Джинни обняла сына. Её нежные руки словно впитывали его страхи, отчаянно пытаясь защитить хотя бы на мгновение от тьмы, которая медленно обволакивала их жизнь.
— Забавно, — прошептала она в его волосы. — Твой отец думает точно так же. Что всё — его вина. Странная парочка вы двое.
Альбус улыбнулся — коротко, невесело. И в этой улыбке отразилось не облегчение, а понимание: они действительно одинаковы. Оба Поттеры. Оба обречены винить себя за всё, даже за то, что им неподвластно.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!