Вернутся к фанфику
Часть 9. Пепел и золото
10 марта 2026, 13:44Утро после боя пахло гарью и замерзшей кровью. Снег, который раньше казался Чимину чистым и спасительным, теперь выглядел как грязный саван, наброшенный на израненную землю Стаи Теней.
Чимин сидел на полу в комнате Юнги, прижавшись спиной к холодному камню камина. Сила, которая вчера так яростно вырвалась наружу, ушла, оставив после себя лишь выжженную пустоту и гул в ушах. Его руки всё еще мелко дрожали, а в памяти раз за разом всплывал момент, когда двое северян отлетели от него, словно тряпичные куклы.
Дверь тихо скрипнула. Вошел Юнги. Он уже успел смыть кровь, но его лицо казалось старше на десять лет.
— Старейшины собрались у ворот, — негромко сказал он, присаживаясь рядом с Чимином прямо на пол. — Они видели, что произошло в доме. Тэхён пытался их успокоить, но... — он замолчал, подбирая слова.
— Но они боятся, — закончил за него Чимин, подняв на вожака свои потускневшие глаза. — Теперь я для них не просто изгнанник, который тянет за собой войну. Теперь я — монстр, который может испепелить их изнутри.
Юнги взял его за руку, сплетая свои пальцы с его.
— Они не понимают, что эта сила спасла Тэхёна и всех раненых в доме. Для них всё, что выходит за рамки привычного — это угроза. Но я не позволю им...
— Хён! — голос Чонгука, ворвавшегося в комнату, был резким и тревожным. — Тебе нужно выйти. Сейчас же. Они не просто боятся, они требуют «суда крови».
Юнги медленно встал, и в его глазах вспыхнул опасный огонь.
— Суда крови? Над кем? Над тем, кто защитил наш дом, пока они прятались в погребах?
Чонгук выглядел измотанным. Его доспех был помят, а на лбу темнел свежий порез. Он перевел взгляд на Чимина, и тот на мгновение увидел в глазах младшего альфы не страх, а глубокое, почти болезненное смятение.
— Они говорят, что его магия привлекла Север. Что он — приманка, проклятая их богами. Если ты не выйдешь сейчас, они пойдут против тебя, хён.
Чимин поднялся вслед за Юнги. Его ноги подкашивались, но он выпрямил спину.
— Я выйду с тобой, Юнги.
— Нет, — отрезал вожак. — Это опасно.
— Они боятся того, чего не видят, — Чимин сделал шаг вперед, и в этот момент он выглядел удивительно величественно, несмотря на бледность. — Если я спрячусь, это только подтвердит их страхи. Я должен показать им, что я — человек, а не демон.
Юнги долго смотрел на него, а затем коротко кивнул.
— Хорошо. Но если хоть один из них потянется к оружию — я не посмотрю на возраст и заслуги.
Когда они вышли на центральную площадь, там уже кипела толпа. Десятки оборотней, многие из которых были перебинтованы после ночного боя, сгрудились у крыльца. Впереди стояли трое старейшин — седовласые альфы в тяжелых шубах.
— Юнги! — выкрикнул самый старший из них, старик с мутными от катаракты глазами. — Ты привел в наш дом чуму! Мы видели свет в окнах твоего дома. Это не волчья сила. Это скверна! Отдай его Северу, пока они не вернулись с магами!
Толпа одобрительно загудела. Кто-то бросил в сторону Чимина комок грязного снега. Юнги мгновенно закрыл его собой, его рык заставил первых рядов попятиться.
— Скверна? — голос Юнги разнесся над площадью, как удар молота. — Эта «скверна» спасла ваших сыновей, которые сейчас дышат только благодаря Чимину! Где были ваши старые боги, когда лед Канхо выжигал их сердца?
— Он колдун! — выкрикнула какая-то женщина из толпы. — Из-за него мой муж потерял руку!
Напряжение достигло предела. Руки воинов легли на рукояти мечей. Чимин чувствовал, как воздух вокруг него начинает снова густеть, откликаясь на его страх и отчаяние. Он сжал кулаки, пытаясь подавить рвущуюся наружу силу.
И в этот момент вперед вышел Чонгук.
Он не встал рядом с Юнги. Он прошел в самую гущу толпы, расталкивая людей плечами, и развернулся лицом к старейшинам.
— Вы говорите о страхе? — Чонгук обвел толпу тяжелым взглядом. — Я был в лесу этой ночью. Я видел, как северяне умирали от моего меча. Но я также чувствовал то, что произошло здесь.
Он на мгновение замолчал, и все затаили дыхание. Чонгук был любимцем стаи, их лучшим охотником. Его слово весило много.
— Я ненавидел его больше всех вас вместе взятых, — Чонгук указал на Чимина. — Я считал его слабаком и обузой. Но сегодня ночью этот «слабак» защитил тех, кого мы оставили без прикрытия. Если вы называете защиту своего дома скверной, то грош цена всей нашей доблести.
Чонгук медленно подошел к крыльцу, развернулся спиной к Юнги и Чимину, обнажая свой меч и втыкая его в землю перед собой.
— Тот, кто хочет выдать Пак Чимина, сначала должен будет вытащить этот меч из моей мертвой руки. А за мной стоят те, кого он исцелил сегодня ночью. Кто первый?
Толпа замерла. Из-за спин старейшин начали выходить молодые воины — те самые, которых Чимин спасал несколько часов назад. Один за другим они вставали рядом с Чонгуком.
Чимин смотрел на широкую спину Чонгука, и его сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Тот, кто был его самым яростным критиком, стал его щитом.
Старейшины попятились, видя, что раскол в стае может обернуться гражданской войной.
— Это еще не конец, Юнги, — прохрипел старик. — Ты ставишь омегу выше закона стаи. Это погубит нас всех.
Толпа начала медленно расходиться, оставляя площадь пустой и холодной. Юнги выдохнул, его плечи наконец опустились. Он повернулся к Чонгуку.
— Спасибо, брат.
Чонгук не обернулся. Он убрал меч в ножны и посмотрел на свои руки, которые всё еще покалывало от близости к Чимину.
— Не благодари меня, хён. Я сделал это не ради тебя. Я просто не выношу несправедливости. Даже если она исходит от моих соплеменников.
Чонгук быстро зашагал прочь, но Чимин успел заметить, как на мгновение его взгляд встретился с его собственным. В этом взгляде больше не было льда. Там была растерянность человека, который только что осознал, что его мир никогда не будет прежним.
— Нам нужно готовиться, — тихо сказал Юнги, обнимая Чимина за плечи. — Север не простит нам этого унижения. А стая... стая будет ждать твоей первой ошибки.
Чимин кивнул, прижимаясь к вожаку. Он знал, что впереди — самая долгая зима в его жизни. Но теперь он знал и то, что он не один.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!