Глава 6.

Малия лежала на кушетке в белоснежной палате на втором этаже здания Организации. Её лицо было бледным, дыхание — ровным. Регенерация работала, хоть и медленнее обычного. Уже затянулись глубокие царапины на руках, исчезла синева под глазами. Организм боролся, вытаскивал себя из ядовитого плена аконита. Рядом, на стуле, сидел Стайлз. Он не отрывал взгляда от её лица, сжимая в руках её неподвижную ладонь. Молчал. Просто ждал. На соседней кушетке, укрытая тонкой простынёй, сидела Эллисон. Медсестра в белом халате аккуратно, почти ювелирно, вытаскивала мелкие осколки стекла из её шеи и предплечий. Девушка морщилась, но молчала, стиснув зубы. Скотт сидел рядом, не выпуская её свободной руки из своей. Его пальцы мягко поглаживали её ладонь, пытаясь забрать часть боли. — Извини, что так вышло… — Диана стояла напротив, теребя край белого платья, всё ещё влажного после прыжка в бассейн. В её голосе звучала вина. — Шутишь? — Эллисон подняла на неё глаза и улыбнулась сквозь боль, — Да мы только благодаря тебе живы. Ты была невероятна! — Ты не говорила, что так можешь, — Айзек стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. В его голосе не было упрёка — только уважение. Диана пожала плечами, отводя взгляд. — Я не хотела быть ищейкой. В офисе безопаснее. И спокойнее. Тео сидел на своей кушетке в углу. Тело уже почти восстановилось — разрывы затянулись, слух вернулся, кровь из ушей перестала течь. Но взгляд его то и дело возвращался к Малии. К девушке, которую он держал на руках в подвале. К той, чей пульс почти остановился. — Ты напугал меня до чертиков, — Лиам подошёл медленно, осторожно, словно боялся спугнуть. — Я уже исцелился, — Тео дёрнул плечом, стараясь сохранить привычную отстранённость, — Беспокойся лучше о Малии. — С ней всё будет в порядке, — Лиам опустился рядом, и их плечи соприкоснулись. Тёплое, живое прикосновение, — Она же Хейл. Они все упрямые, как черти. Тео молчал, глядя прямо перед собой. — Прости меня, — тихо произнёс Лиам. — За что? — Ты сказал, что это может быть последний наш день, а я не верил. Отмахивался. А когда увидел тебя там, в этом подвале... — голос Лиама дрогнул, — Я понял. Тео ничего не ответил. Только чуть заметно качнулся в сторону, усиливая касание. В коридоре, на холодной скамье, сидела Меган. Она смотрела в одну точку на стене напротив, не моргая. Взгляд был пустым, отсутствующим. Перед глазами снова и снова прокручивались кадры сегодняшней ночи: укус, хруст, падающее тело. Дверь палаты открылась, выпуская Айзека. Он увидел её — застывшую, бледную, чужую. — Ты точно цела? Нужно осмотреть тебя, — Лейхи шагнул ближе, присаживаясь рядом. — Я не ранена, — голос Меган прозвучал глухо, будто из глубокого колодца. Она медленно перевела взгляд на него, — Но я не в порядке. Айзек ждал. Не торопил, не перебивал. Просто сидел рядом, давая ей пространство. — Я сегодня впервые дралась по-настоящему, — начала она. Голос срывался, — Со способностями. Со всей этой силой. — Стайлз сказал, ты спасла ему жизнь. — Ты был прав, — она покачала головой, и в этом жесте было столько горечи, что Айзек почувствовал её физически, — Я не готова. — Что заставляет тебя так думать? — Я чуть не убила их, — слова вырывались с трудом, как занозы из глубокой раны, — Я чувствовала... я чувствовала себя Богом. И это отвратительно. Я могла нажать сильнее. Могла ударить ещё раз. Они бы не встали. Она замолчала, пытаясь справиться с дыханием. Глаза защипало, слёзы подступили, но она резво вскинула голову к потолку, пытаясь их остановить. — Я могла убить человека, Айзек. Достаточно не рассчитать силу — и всё. — Меган, — он развернул её за плечи, заставляя посмотреть себе в глаза, — Я не могу исправить тебя. Никто не может. В тебе есть сила, и это твоя ответственность. Но сегодня, благодаря этой силе, ты спасла Стайлза. Те люди не собирались вас оглушать. Они пришли убивать. Если бы не ты, хороший человек был бы мёртв. Меган смотрела на него расширенными глазами, шмыгая носом, не в силах сдержать дрожь в губах. — Что мне делать? — прошептала она так тихо, что обычный человек не расслышал бы. — Взять себя в руки, — Айзек говорил твёрдо, но в глазах его была та особенная теплота, которую он редко кому показывал, — Ты можешь спасать людей. Мы остановим Чарльза и сотни людей будут в безопасности. Благодаря тебе. Благодаря твоей силе. Меган молчала несколько секунд. А потом, не выдержав, уткнулась лицом ему в грудь. Айзек замер на мгновение, не ожидая. А затем медленно, осторожно обнял её, прижимая к себе. В его руках она наконец позволила себе разрыдаться — беззвучно, пряча лицо, вздрагивая плечами. Он не говорил больше ничего. Просто держал. Просто был рядом. Иногда это важнее всех слов. … Кабинет Клер был залит мягким светом настольных ламп, хотя за окнами уже давно опустилась ночь. Здесь собрались все, кто ещё час назад был разбросан по разным уголкам виллы Чарльза. Кто-то сидел на стульях, втиснутых вокруг длинного стола, кто-то стоял, прислонившись к стене — мест на всех не хватило, но сейчас это было неважно. Клер сидела во главе стола, в своём кресле и вид у неё был такой, будто она не спала несколько суток. Под глазами залегли тени, губы сжаты в тонкую линию, пальцы нервно барабанили по столешнице. — Из полученной информации, — начала она, и голос её звучал ровно, хотя внутри, судя по напряжённым плечам, бушевала буря, — У нас есть фотографии его документов. И подтверждение наличия подвала, оборудованного для пыток оборотней. Она сделала паузу, обводя взглядом присутствующих. — Я дала задание своим людям пробить эти земли. Найти информацию по ним. Что там происходит, кому они продаются, какие структуры стоят за покупками. — Он покупал их за рыночную цену, — добавила Диана, стоящая чуть поодаль. Её белое платье, всё ещё влажное после ночного приключения, давно сменили на спортивный костюм, но в глазах всё ещё плескалось напряжение, — А уже через неделю продавал в два, а то и в три раза дороже. — Что могло случиться за такой короткий срок? — Стайлз развёл руками, искренне недоумевая, — Ничего не построишь за это время! Даже фундамент не зальёшь! — Это они и выясняют, — Клер кивнула, давая понять, что вопрос не остался без внимания, — Сейчас нам стоит притормозить и отдохнуть. Все вымотаны. — Он знает, где наш штаб, — подал голос Тео. Он сидел в углу, откинувшись на спинку стула, и в его голосе звучала та особенная холодная рассудительность, которая не оставляла места иллюзиям, — Знает всех причастных в лицо. В любую секунду сюда могут ворваться люди с пушками, с аконитом. Риск оставаться здесь огромен. — Я понимаю, — Клер сжала переносицу пальцами, на мгновение прикрывая глаза, — Но вариантов нет. У нас есть ещё два штаба и о них ему тоже известно. Людей, работающих и живущих здесь — сотня. Они все под прицелом. Будет намного хуже, если все разъедутся. Так ему будет проще убивать по одному. Она подняла взгляд и в нём читалась та усталая решимость, которая бывает у людей, привыкших нести груз, слишком тяжёлый для одних плеч. — И ещё. Дело касается финансов. Сам Чарльз нас финансировал. Без его денег мы словно без одной ноги. Даже если предоставить всем жильё и оплатить переезд, это обойдётся в суммы, которых у нас просто нет. — Тогда нужно обезопасить здание, — Скотт подался вперёд, опираясь локтями о стол, — Максимально. — Стёкла пуленепробиваемые, — отозвался Айзек. Он стоял у стены, скрестив руки на груди и его взгляд то и дело возвращался к Клер, — У нас есть свой друид. В случае опасности он сможет закрыть здание куполом. Работникам стоит временно не выходить. А если перемещаться — то только группами. — Спасибо вам за помощь, — Клер повернулась к Скотту, и в её голосе впервые за вечер появились тёплые нотки, — Вы сделали очень много. — Мы занимались этим ещё будучи подростками, — Скотт улыбнулся краешком губ, — Вы помогли нам не меньше. И Виктория сейчас в безопасности. О ней можно не переживать. — Хорошо, — выдохнула Клер. Айзек, не сводивший с неё глаз, заметил, как дрогнули её плечи, как она на мгновение позволила себе расслабиться, но тут же снова собралась, — Мы приготовили вам комнаты на третьем этаже. Можете отдохнуть. Все начали расходиться. Кто-то переговаривался вполголоса, кто-то просто молча выходил, устало волоча ноги. Айзек остался стоять на месте, не двигаясь. Когда дверь за последним закрылась, он подошёл к столу. — Тебе тоже нужно отдохнуть, — сказал он. Твёрдо. Почти грубо. Клер даже не подняла головы, продолжая печатать что-то на ноутбуке. — Сейчас не до этого. — Перестань. — Он резко захлопнул крышку. Клер едва успела отдёрнуть пальцы, — Ты не в порядке. — Айзек! — Она вскинула на него разъярённый взгляд. — Если ты не заметил, никто не в порядке! Ты тоже! Но есть обязанности, которые нужно выполнять и сейчас я должна заниматься ими, а не разводить сантименты! — Да у тебя шарики за ролики уже! — Он повысил голос, что случалось с ним крайне редко, — Дай себе отдохнуть хотя бы восемь часов! Восемь, Клер! — Так! — Она резко встала, и кресло с глухим стуком откатилось назад, — Хорошо! Если хочешь обсуждать мои проблемы, давай тогда поговорим о твоих?! Я нашла письмо у тебя в комнате. Разорванное на части. Айзек замер. Лицо его окаменело. — Ты была в моей комнате? — Да, была! — Клер шагнула к нему, и в её глазах горел тот же гнев, что и в его, — Вообще-то ты сам мне врал в прошлый раз! Говорил «я в порядке», а на лице у тебя было написано, что ты готов суициднуться в эту же секунду! Как я могу не беспокоиться о тебе, когда ты ходишь по краю и делаешь вид, что всё нормально?! — Ты не должна была рыться у меня в вещах! — Айзек ткнул пальцем в её сторону и голос его звенел от с трудом сдерживаемой ярости, — Не заходи ко мне в комнату! Вообще! Никогда! Поняла?! Клер молчала. Она смотрела на него, и впервые за всё время их знакомства видела его таким. Не просто злым — раненным. Загнанным в угол. Она не ответила. Просто стояла, тяжело дыша, чувствуя, как внутри всё кипит от смеси гнева, обиды и ещё чего-то, чему она не могла подобрать названия. Айзек выдержал её взгляд ровно секунду. А потом резко развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла в шкафах. Клер осталась одна. В тишине кабинета, под мягким светом ламп, среди разбросанных бумаг и остывшего кофе. Она опустилась обратно в кресло и закрыла лицо руками. … Тео распахнул дверь в медицинский кабинет и замер на пороге. Взгляд сразу упал на Стайлза, который сидел на неудобном пластиковом стуле, вплотную придвинутом к кушетке, где неподвижно лежала Малия. Её лицо было бледным, но спокойным — регенерация делала своё дело медленно, но верно. Тео уже собрался развернуться и уйти, не нарушать эту тишину, не вторгаться в чужое горе, но голос Стайлза остановил его. — Можешь остаться, — тихо, почти шёпотом произнёс тот, не поднимая голову. Тео сглотнул. Секунду поколебался, а затем на цыпочках, стараясь ступать как можно бесшумнее, вошёл в кабинет. Взял стул, стоящий у стены, и поставил его напротив кушетки, с другой стороны от Стайлза. Медленно опустился на сиденье. Несколько минут оба молчали. Тишина давила, заполняя пространство между ними чем-то тяжёлым, почти осязаемым. — Почему она не просыпается? — наконец спросил Стайлз, не отрывая взгляда от лица девушки. Рейкен поднял глаза на собеседника. Стайлз сидел, сгорбившись, уперев локти в колени, и смотрел на Малию не мигая, словно пытаясь силой мысли заставить её очнуться. Усталость читалась в каждой линии его тела. — Ничего нового я тебе сказать не смогу, — тихо ответил Тео. — Да ты мастер поддержки, — в голосе Стайлза проскользнула горькая усмешка. Тео помолчал секунду, а потом произнёс: — Мне жаль. Стилински медленно повернул голову и посмотрел на него в упор. В этом взгляде смешались усталость, недоверие и лёгкое удивление. — Мне сказать тебе спасибо? — Нет. — Тео выдержал его взгляд. Помедлил, — Прости меня. Брови Стайлза поползли вверх, глаза расширились. — Ты это говоришь из-за Малии? — Не только, — Тео тяжело выдохнул, чувствуя, как слова с трудом пробиваются наружу, — Я говорю это... в целом. Мне важно, чтобы ты это услышал. Стайлз смотрел на него несколько долгих секунд, пытаясь понять, что стоит за этими словами. Игра? Очередная манипуляция? Или что-то настоящее, прорвавшееся сквозь многолетнюю броню? — И что? — спросил он наконец, — Ты теперь ходишь и вымаливаешь у всех прощения? Новое хобби? — Тебе не нужно прощать меня, — ответил Тео, и в голосе его не было ни капли прежней язвительности. Только тихая, усталая правда, — Можешь ненавидеть меня хоть всю жизнь. Я это заслуживаю. Но сказать я это должен был. Он поднялся со стула, бесшумно поставил его на место и направился к выходу. Стайлз не окликнул его. Не остановил. Дверь за Тео закрылась мягко, без стука. И в кабинете снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным писком аппаратуры и тихим дыханием спящей девушки. Стайлз долго смотрел на закрытую дверь. В голове крутились слова, которые он не успел сказать, вопросы, которые не успел задать. Но внутри, где-то глубоко, впервые за долгое время шевельнулось что-то, чему он не мог подобрать названия. … Музыка в наушниках гремела так, что, казалось, вибрировали стены. Тяжёлые басы заглушали мысли, вытесняли тревоги, оставляя только ритм и движение. Лиам снова и снова поднимал штангу, чувствуя, как мышцы горят, как пот заливает глаза, как тело работает на пределе. Именно это ему сейчас и нужно было — полное физическое истощение, чтобы мозг наконец отключился. Время перевалило далеко за полночь. В тренажёрном зале было пусто и тихо, если не считать музыки в его ушах. Лиам решил, что Тео, наверное, тоже хочет побыть один после всего, что случилось. Не стал его тревожить, спустился сюда сам. Двери лифта бесшумно разъехались, выпуская ещё одного посетителя. Скотт вышел в зал, огляделся и заметив знакомую фигуру у стойки со штангой, направился прямо к нему. Лиам заметил его не сразу — только когда альфа оказался в паре метров, опустил штангу на стойку и стащил наушники. Музыка оборвалась и в ушах воцарилась звенящая тишина. — Не спится? — Скотт остановился рядом, глядя на раскрасневшееся, покрытое потом лицо Лиама. Тот взял полотенце, висевшее на поручне и вытер лицо, пытаясь выровнять дыхание. — Не спится, — эхом отозвался он. — Как ты сюда попал? — Скотт кивнул в сторону тренажёров. — Так же, как и ты, — Лиам усмехнулся уголком губ, — Через лифт. — Я про Организацию, — МакКолл заметил, что парень без воды и протянул свою бутылку. Лиам взял её с благодарностью, сделал несколько жадных глотков. — Долгая история, — выдохнул он, возвращая бутылку. — Встретились с Тео в Японии. Там была проблема с охотниками, пришлось решать. Скотт кивнул, ожидая продолжения. — Потом Айзек прилетел, — добавил Лиам, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Тебе здесь нравится? — Честно говоря, я даже не успел об этом подумать, — Лиам пожал плечами, — Сразу после прилёта, на следующий же день, мы поехали на тот концерт. И встретили вас. Скотт помолчал секунду, глядя куда-то в сторону, а потом перевёл взгляд обратно на Лиама. — Ты и Тео... Лиам напрягся мгновенно. Глаза округлились, в них мелькнула паника. — О чём ты? — Я не против, — спокойно ответил Скотт. Голос его звучал ровно, без тени осуждения или удивления, — Ты не ребёнок. Я не в праве запрещать тебе что-либо. Лиам выдохнул, но расслабляться не спешил. Он смотрел на своего первого альфу, пытаясь прочитать между строк. — А запретил бы... если бы мог? Скотт задумался. По-настоящему задумался, глядя куда-то в пустоту перед собой. Прошло несколько секунд, прежде чем он заговорил. — Тео хороший, — сказал он тихо, — Хотя я, конечно, могу ошибаться. С этим у меня уже были проблемы... Но сейчас он... настоящий? Когда он только приехал с Врачевателями, его поведение было вылизано до блеска. Словно идеальная картинка. А сейчас он такой же, как и мы. Живой. Настоящий. Мне нравится такой Тео. Лиам слушал, чувствуя, как в груди разливается тепло. Он не ожидал таких слов. Совсем не ожидал. — Он мой якорь, — выдохнул Лиам, и в этом коротком признании было столько, сколько не вместили бы часы разговоров. Скотт удивлённо посмотрел на него. В глазах мелькнуло понимание. — Это... неожиданно, — признался он, — Но я рад за тебя. Правда. — Спасибо, — Лиам опустил взгляд, чувствуя, как щиплет глаза, — Прости, что не рассказал. — Я не сержусь, — Скотт мягко улыбнулся и положил руку ему на плечо, — Достаточно просто посмотреть на вас двоих вместе. Всё становится очевидным без слов. Лиам поднял глаза и встретил тёплый, понимающий взгляд своего альфы. В груди отпустило то, что сжималось всё это время, с самого момента их неожиданной встречи. — Спасибо, — повторил онии вложил в это слово всё, что не мог выразить иначе. Скотт кивнул, убрал руку и отошёл к соседнему тренажёру, давая Лиаму пространство. Но молчаливое присутствие рядом, это простое «я рядом, я принимаю» значило сейчас больше, чем любые долгие разговоры. … Утро ворвалось в комнату Айзека мягким солнечным светом, пробивавшимся сквозь щели жалюзи. Он открыл глаза и первое, что осознал — время. Десять утра. Он не спал так долго уже... он даже не мог вспомнить, когда в последний раз позволял себе роскошь проснуться без будильника, без ощущения, что кто-то ждёт, что где-то горит, что надо бежать. Умывшись и кое-как пригладив вечно непослушные кудри, Айзек спустился на первый этаж. Офис гудел, как растревоженный улей — люди сновали с папками, кто-то говорил по телефону, кто-то спорил у огромного экрана с заданиями. Обычный день в Организации, несмотря на вчерашний хаос. Взгляд сразу выхватил из толпы знакомые фигуры. Скотт стоял рядом с Клер у её кабинета, они о чём-то напряжённо переговаривались. МакКолл заметил Айзека первым и тут же жестом подозвал его. Лейхи направился к ним, чувствуя, как внутри зашевелилось привычное предчувствие — что-то случилось. Или вот-вот случится. Подойдя ближе, он мельком взглянул на Клер. Та отвела глаза. Айзек стиснул челюсть, но промолчал. Не время. Не место. — Мы нашли его земли, — без предисловий начал Скотт. Голос его звучал твёрдо, но в глазах читалась та особая сосредоточенность, которая появлялась у него перед серьёзными решениями, — Те самые, что он скупал. Они находятся в штате Вайоминг. Айзек замер, переваривая информацию. — Что? — выдохнул он, не веря своим ушам, — Это же самые гиблые территории. Там же ничего нет, кроме прерий и заброшенных городков. Зачем они ему? — Это мы и не выяснили, — Клер наконец подняла на него взгляд. В нём читалась усталость, — Но факт остаётся фактом: он покупал их за бесценок, а через неделю продавал за баснословные деньги. Вопрос — что происходило с этой землёй за семь дней? — Что дальше? — Айзек переводил взгляд с одного на другого, — Какой план? — Отправиться туда, — Скотт говорил спокойно, будто речь шла о прогулке за город, — Осмотреться. Вдруг это прольёт свет на то, что он задумал. Айзек невольно усмехнулся — горько, невесело. — Хочешь поехать в самый центр опасности? Сейчас, когда Чарльз следит за каждым нашим шагом и готов в любую минуту напасть? Ты понимаешь, что это может быть ловушкой? — Я не буду заставлять остальных, — Скотт выдержал его взгляд. В этом взгляде не было ни капли сомнения, — Если потребуется, я поеду один. Айзек смотрел на него несколько долгих секунд. На этого человека, который когда-то был просто мальчишкой из Бейкон-Хиллз, а теперь готов был в одиночку сунуться в пасть льва. Потому что кто-то должен. — Размечтался, — усмехнулся Лейхи и в этой усмешке было столько всего: и усталость, и принятие, и та особая мужская солидарность, которая не нуждалась в долгих объяснениях. Скотт улыбнулся в ответ — коротко, понимающе. … Лиам проснулся от странного, но удивительно приятного ощущения — тяжести на груди. В прямом смысле. Рука Тео лежала поперёк его тела, собственнически, крепко, будто во сне химера боялся, что Лиам исчезнет. Пальцы чуть сжимали ткань футболки, дыхание касалось шеи. Данбар замер, боясь пошевелиться. В комнате было тихо, солнечные лучи пробивались сквозь шторы, рисуя на полу золотистые полосы. Он попытался аккуратно, почти невесомо выскользнуть из объятий, но стоило ему чуть шевельнуться, как рука сжалась крепче. — Доброе утро, — хриплый со сна голос Тео раздался прямо у уха. Рейкен приоткрыл глаза, всё ещё не до конца проснувшись и потер их свободной рукой. — И тебе... — Лиам повернул голову, взглянул на него и вдруг его лицо озарилось искренним, почти детским изумлением. Он оглядел комнату, потом снова Тео, — Вау... — Что? — химера приподнял бровь, ещё не понимая причины такого восторга. — У нас такое впервые, — Лиам улыбнулся той самой улыбкой, от которой у Тео внутри всегда что-то переворачивалось. Довольный, расслабленный, счастливый — как кот, дорвавшийся до миски со сметаной, — Мы вместе проснулись. И здесь... так спокойно. Тео почувствовал, как к лицу приливает тепло. Он смущённо отвернулся на секунду, а потом резко, одним движением, сгрёб Лиама в охапку и опрокинул обратно на кровать. Прижался всем телом, уткнулся носом в шею, спрятал лицо в изгибе плеча. — Тео! — Лиам засмеялся, пытаясь выбраться. — Отпусти! Надо вставать! Нас там, наверное, уже обыскались! — Нет, — голос химеры прозвучал глухо, но непреклонно, — Если встанем, нам опять придётся работать. Спасать мир. Бегать от плохих парней. — Ты сам меня сюда привёз, между прочим. — Могу увезти, — Тео поднял голову и посмотрел на него с той особенной, только для Лиама предназначенной усмешкой, — Хочешь, сходим на пляж? Он прямо за окном. Вода, солнце. Лиам замер, глядя в эти глаза. Такие разные — холодные снаружи и тёплые только для него. — Как только разберёмся с Чарльзом, — сказал он тихо и наклонился, чтобы поцеловать Тео в лоб. Коротко, невесомо, но в этом жесте было столько обещания, что у химеры перехватило дыхание, — Я буду ждать. Тео закрыл глаза на секунду, впитывая этот момент, это ощущение покоя, которого у него никогда в жизни не было. А когда открыл, в них плескалась та самая уязвимость, которую он позволял видеть только одному человеку. — Обещаю, — выдохнул он. Они лежали так ещё несколько минут, не двигаясь, не разговаривая. Просто существуя в этом маленьком пузыре тишины и тепла, за пределами которого их ждала война. Но здесь, сейчас, была только тяжёлая рука на груди, ровное дыхание и солнечные лучи, рисующие на стене узоры. … — Не долго счастье длилось, — Тео вздохнул. В кабинете Клер царила напряжённая рабочая атмосфера. Кто-то сидел за столом, кто-то стоял у стен, но все взгляды были прикованы к Скотту, который только что закончил рассказывать о своих планах. — Штат Вайоминг, — подытожил он, — Там находятся те самые земли, которые Чарльз скупал и перепродавал. Диана, уже успевшая облачиться в свой привычный деловой костюм и вооружиться планшетом, быстро прикинула в уме. — Туда ехать на машине часов шестнадцать, — сказала она, поправляя очки, — Значит, нужно будет взять минимум два автомобиля. Для нас и... — Поедут не все, — мягко, но твёрдо прервал её Скотт. — Это не боевая операция, а разведка. Мы не можем ехать всей толпой. И... наверняка есть те, кто не захочет рисковать. — И кого ты выбрал? — Стайлз подался вперёд, в его глазах горел знакомый азарт. — Не я выбираю. Только те, кто готов. В следующую секунду руки взметнулись вверх почти у всех присутствующих. Лиам поднял свою, потом мельком взглянул на Тео, который сидел с каменным лицом, думая о чём-то своём — судя по выражению лица, о несбывшемся пляже. Данбар без колебаний схватил его руку и поднял тоже. Тео дёрнулся, но было поздно. Рука уже болталась в воздухе, как белый флаг капитуляции перед судьбой. — Замечательно, — Айзек обвёл взглядом поднятые руки и криво усмехнулся, — То есть выбирать всё равно придётся тебе. — Я благодарен, правда, — Скотт обвёл взглядом собравшихся, и в его глазах мелькнула тёплая признательность, — Но лучше будет, если поедут пятеро, включая меня. — И меня! — Стайлз снова вскинул руку, словно боялся, что его не заметят. Скотт выдохнул, но кивнул, принимая кандидатуру друга без лишних споров. Стилински в бою мог быть не самым сильным звеном, но его мозг стоил целой армии. — Если выбирать по способностям, — подала голос Клер, и все обернулись к ней, — То наилучшим выбором будут Тео и Малия. В комнате повисла тишина. Стайлз сжал челюсть. — Малия ещё не пришла в себя, — произнёс он глухо. В груди Тео что-то неприятно похолодело. — Тогда Айзек, — Клер произнесла это, даже не взглянув на него. Лейхи напрягся, но ничего не сказал. — Если едет Тео, значит, еду и я! — Лиам шагнул вперёд, и в его голосе звенела сталь. Не просьба. Требование. Диана, быстро строчившая что-то в планшете, подняла голову и обвела взглядом получившуюся группу. — Значит, команда собрана, — подвела она итог, — Скотт, Айзек, Тео, Лиам и Стайлз, — Она сделала пометку в планшете, — Я подготовлю сумки для каждого. Машину можете взять один из наших внедорожников. Они надёжные, проверенные. В кабинете повисла тишина, тяжёлая от осознания того, что впереди — долгая дорога в неизвестность. За окнами светило солнце, обещая тёплый день, но здесь, в этой комнате, уже сгущались тучи нового испытания. Тео поймал взгляд Лиама и чуть заметно усмехнулся — мол, прощай, пляж. Тот ответил таким же кривоватым «извини, но я без тебя никуда» и легонько толкнул его плечом. … Солнце палило нещадно, будто пыталось компенсировать все пасмурные дни разом. Его лучи отражались от чёрного капота внедорожника, заставляли щуриться и обещали, что поездка будет долгой и жаркой во всех смыслах. Айзек стоял у открытого багажника, методично укладывая сумки. Внедорожник был огромным, созданным именно для таких путешествий — просторный, надёжный, с мощным двигателем, способным тащить их через полстраны. — Зачем так много? — раздался голос за спиной. Тео подошёл, сунув руки в карманы и скептически оглядел гору багажа. Айзек, не оборачиваясь, продолжил своё дело. — Спроси у Дианы, — он вытащил из сумки фен и демонстративно помахал им в воздухе, — Она нам даже это положила. Видимо, боится, что мы без укладки помрём. Тео фыркнул, но ничего не сказал. Из стеклянных дверей здания показались Стайлз и Лиам. Оба уже были готовы к дороге — в удобной одежде, с лёгкими рюкзаками за плечами. Лиам выглядел сосредоточенным, а Стайлз, наоборот, прямо-таки искрился энергией, предвкушая дорогу. За ними вышел Скотт и рядом с ним, как всегда, была Эллисон. Они остановились в тени у входа и МакКол обнял девушку — крепко, по-настоящему, будто пытался запомнить это ощущение перед разлукой. Эллисон уткнулась лицом ему в грудь и в этом жесте было столько тихой нежности, что Айзек поспешил отвернуться. Снова. Каждый раз он отводил глаза, когда видел их вместе. Не потому что ревновал или злился. Просто слишком ярко это напоминало о прошлом. — Ну что?! — Стайлз уже забрался на водительское сиденье и с восхищением провёл ладонью по рулю, будто это был не просто кусок пластика, а нечто живое, — Готовы к приключениям?! Покатаемся?! Айзек захлопнул багажник и подошёл к машине. — Обычно вожу я, — сказал он без особого протеста, просто констатируя факт. — Не сегодня, — Стайлз широко улыбнулся и похлопал по сиденью рядом с собой, — Сегодня за рулём профессионал. Лейхи только рукой махнул. Он не был против — наоборот, с радостью уступил место. Забрался на заднее сиденье и откинулся, готовясь к долгой дороге. Скотт сел впереди, рядом со Стайлзом. Последними в машину загрузились Тео и Лиам — они устроились рядом с Айзеком. Двигатель завёлся с мягким рычанием. Кондиционер медленно начал вытеснять жару, заполняя салон прохладой. Айзек бросил последний взгляд на здание Организации, где за стеклом всё ещё стояла Клер. Стайлз нажал на педаль. Вайоминг ждал. А впереди было шестнадцать часов дороги, тесный салон и неизвестность. … Дорога мерно гудела под колёсами, за окном проносились бесконечные поля и редкие фермерские домики. Кондиционер работал на полную, но атмосфера в салоне накалялась с каждой минутой. — Я всё ещё не понимаю, почему за рулём сидишь ты, — проворчал Тео с заднего сиденья, наблюдая, как Стайлз слишком уж любовно поглаживает руль. — Потому что я гениальный водитель, — гордо заявил Стилински, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — Ты три раза чуть не пропустил поворот на заправку, — заметил Айзек, уткнувшись в навигатор на телефоне. — Это была тактическая хитрость! Я проверял бдительность команды! Тео, сидевший рядом с Лиамом, закатил глаза и демонстративно натянул на лицо капюшон толстовки, готовясь вздремнуть. — Если мы разобьёмся, я тебя воскрешу и убью снова, — пообещал он, не открывая глаз. — Какая у тебя богатая фантазия на угрозы, — восхитился Стайлз. — Стайлз, давай внимательнее, — напомнил МакКолл. — Ты тоже отлично справляешься с ролью ответственного пассажира, — кивнул Стайлз, другу. Лиам хихикнул и тут же сделал серьёзное лицо, поймав взгляд Тео. Тот приоткрыл один глаз и посмотрел на него с выражением «и ты туда же?» В машине запахло кофе из термоса, который достал Айзек. Он налил себе в крышку и с наслаждением отпил. — Кстати, кто-нибудь знает, что конкретно мы ищем в этом Вайоминге? — спросил Лиам, переводя тему в более конструктивное русло. — Землю, — ответил Скотт. — Гениально, — кивнул Данбар, — А поконкретнее? — Участки, которые Чарльз покупал и продавал, — вмешался Айзек, — Мы надеемся найти там следы того, что он там делал. — Может, тайная база злодеев с лазерами и акулами, — воскликнул Стилински. — Акулы в Вайоминге? — с усмешкой в голосе произнес Тео. — Это были метафорические акулы, — отмахнулся Стайлз, — Хотя от Чарльза можно ожидать чего угодно. Может, он там бассейн с акулами построил, для скармливания тел. — Какие у тебя познания о злодеях, — пробормотал Тео из-под капюшона, — Что за фильмы ты смотришь? — Опыт общения с тобой дорогого стоит, — парировал Стайлз. Лиам напрягся, но Тео лишь усмехнулся, не открывая глаз. — Может включим музыку? — Скотт попытался разрядить обстановку. — О, спасибо. Это позволит мне отвлечься от голоса Стайлза, — Айзек отпил кофе. — Я тебя высажу. — Ты не можешь меня высадить, мы едем по трассе, — отметил Лейхи, глядя в окно. — Могу. Выйдешь и проголосуешь до Вайоминга. Хорошая практика для уже не молодого оборотня. — Если я не ошибаюсь, ты меня старше на пару месяцев. Так что тебе уж точно не помешает проголосовать и желательно в сторону дома престарелых, — добавил Айзек. Скотт рассмеялся первым, за ним Лиам. — Знаете что, — сказал Стайлз, — Я, кажется, начинаю жалеть, что согласился на эту поездку. Машина тем временем выехала на длинный прямой участок дороги, уходящий к горизонту. Стайлз прибавил газу и внедорожник плавно набрал скорость. За окном замелькали столбы и редкие деревья, в салоне заиграло радио, которое Айзек быстро переключил на рок. … Меган стояла перед зеркалом в ванной, но не узнавала себя. Вернее, узнавала слишком хорошо — и это было невыносимо. На неё смотрели глаза, в которых плескалась такая глубокая усталость, что хотелось отвернуться. Она рассматривала своё отражение с пристальностью хирурга, изучающего пациента и с каждым мгновением находила всё больше поводов для презрения. Кожа бледнее обычного. Под глазами залегли тени, которых раньше не было. Губы сжаты в тонкую линию. И эти волосы. Длинные, рыжие, тяжёлые — они напоминали ей о той девочке, которая была когда-то. О той, которая не умела выпускать когти и не знала, каково это — чувствовать чужую кровь на руках. Она медленно подняла правую руку и сосредоточилась. Коготь на указательном пальце вышел с тихим щелчком — острый, опасный, блестящий в свете ламп. Меган смотрела на него несколько секунд, а потом поднесла палец к волосам. Левая рука натянула прядь. Первое движение было неуверенным — коготь скользнул по рыжим прядям, срезая их у самого плеча. Волосы упали на белую раковину мягким, почти бесшумным ворохом. Второе движение — увереннее. Третье — почти жестокое. Она стригла себя без сожалений, без остановок, словно пыталась вместе с волосами отрезать и ту часть себя, которая боялась, сомневалась, не знала, как жить дальше. Пряди падали одна за другой, устилая раковину и пол рыжим ковром. Когда она закончила, волосы едва касались плеч — чуть неровное каре, которое делало её старше, жёстче, собраннее. Меган отряхнула шею от мелких волосков и подняла глаза на зеркало. Из отражения на неё смотрела почти незнакомая девушка. И почему-то эта незнакомка нравилась ей больше, чем прежняя. В дверь постучали. Меган открыла, даже не спросив кто. На пороге стояла Диана — безупречная, как всегда, с идеально уложенными волосами и лёгким недоумением на лице. — Ох... — выдохнула блондинка, разглядывая её новую причёску, — Ну... Это... Это сильно. — Спасибо, — Меган кивнула, хотя не была до конца уверена, комплимент это или попытка скрыть шок. — Я пройду? — Да, конечно, — Меган отступила в сторону, пропуская гостью в комнату. Диана вошла, огляделась и сразу заметила открытую дверь в ванную, а за ней — россыпь рыжих волос на полу. Она понимающе кивнула. — Слушай... Айзек сказал, что тебе нужна поддержка, — начала она, поворачиваясь к Меган, — Я, если честно, не совсем подходящий человек для этой роли. Я лучше с бумагами управляюсь, чем с людьми. Но... видимо, тебе правда нужна компания. Меган опустила взгляд, чувствуя себя почти голой — не столько из-за новой причёски, сколько из-за того, что кто-то заметил её состояние. — Решила начать всё с чистого листа, — сказала она тихо, — И первое, что поняла: длинные волосы в бою только мешают. Диана подошла ближе, прищурилась, разглядывая результат её парикмахерских экспериментов. Потом протянула руку и осторожно потрогала кончики волос, оценивая длину. — Тебе идёт, — сказала она вполне искренне, — Правда. Но... давай я немного подровняю? А то тут явно видно, где рука дрогнула. Меган подняла на неё удивлённый взгляд, а потом на её губах впервые за долгое время появилась настоящая, живая улыбка. — Хорошо. Диана уже деловито закатывала рукава, направляясь в ванную за ножницами. А Меган смотрела ей вслед и чувствовала, как внутри понемногу отпускает то, что сжималось всё это время. Может, чистый лист — это не так страшно, когда есть кому помочь его расчертить. … Тео рванул в сторону Стайлза. Если бы Лиам не перехватил его за долю секунды до столкновения, вечер определённо закончился бы кровопролитием. — Я его убью, — прорычал Тео, дёргаясь в железной хватке Данбара. — Так, стоп! — Стайлз выставил перед собой руки, пятясь назад и путаясь в собственных ногах, — То, что вы сами неправильно указали мне направление, а потом мы потерялись, совершенно не моя вина! Я просто выполнял ваши приказы! Я — жертва обстоятельств! Они стояли посреди пустой дороги, которая уходила в обе стороны ровной, как стрела, линией и терялась где-то за горизонтом. Вокруг не было ничего. Совсем. Только выжженная солнцем земля, редкие кусты, цепляющиеся корнями за иссушенную почву и бескрайнее небо, на котором уже зажигались первые звёзды. Солнце село полчаса назад и теперь темнота быстро заглатывала пространство, делая пустошь ещё более зловещей. Скотт стоял чуть поодаль, развернув на капоте внедорожника огромную бумажную карту. Он водил по ней пальцем, шевелил губами и время от времени поднимал голову, сверяясь с расположением звёзд, словно древний мореплаватель. — Это ты повернул неправильно, — Айзек прислонился к машине, доставая сигарету. Щелчок зажигалки прозвучал в вечерней тишине оглушительно громко. Он затянулся, выпустил дым в темнеющее небо и продолжил, чеканя каждое слово: — Мы тебе несколько раз сказали, что надо на следующем повороте. А ты поехал дальше со словами «на следующем повороте завернём»! Где мы теперь? — Сеть не ловит, — подал голос Лиам, всё ещё удерживая Тео. Он сунул свободную руку в карман, достал телефон и помахал им в воздухе, словно это могло помочь поймать сигнал. Экран упрямо показывал «нет сети». — У нас не хватит бензина до заправки, — добавил Тео, прекратив вырываться, но не прекратив сверлить Стайлза взглядом, полным самых мрачных намерений. — Разве в багажнике нет канистры? — с надеждой спросил Стилински, оглядываясь на внедорожник. — Именно что нет, — Айзек швырнул окурок в темноту и проследил, как красная точка исчезает в черноте, — Они пустые. Мы должны были набрать бензин на ближайшей заправке, но ты, — он ткнул пальцем в сторону Стайлза, — несколько раз подряд проехал мимо! — Так, стоп! — Скотт наконец оторвался от карты и подошёл к остальным, — Я понял, где мы, — Он ткнул пальцем в истрёпанный край карты, — Мы сейчас здесь. Все пятеро уставились на точку, которую он указывал. На карте это место выглядело просто белым пятном между двумя линиями дорог. — Нужно ехать обратно, — продолжил Скотт, — километров пятнадцать. Потом повернуть направо. Там ещё столько же — и будет заправка. — Ну вот! — Стайлз просиял, словно уже выиграл в лотерею, — Одна проблема решена! — Убью тебя — и вторая тоже, — прошипел Тео. Скотт сложил карту аккуратными движениями, спрятал её в бардачок и обернулся к остальным. — Значит, так, — сказал он спокойно, будто речь шла о прогулке в парке, — Доедем, сколько сможем. Потом пойдём пешком до колонки, наберём канистры и вернёмся к машине. — Пешком? — переспросил Стайлз, и голос его предательски дрогнул, — В темноте? Где водятся, судя по карте, медведи? — Медведи тебя не тронут, — пообещал Айзек, открывая дверь машины, — Твоя главная опасность Тео. Все загрузились обратно в внедорожник. Стайлз послушно перелез на пассажирское сиденье, уступая руль Айзеку. Тот сел за руль с видом человека, который только что получил обратно бразды правления своей жизнью. — Держитесь, — буркнул он, заводя мотор, — Доедем до упора. Машина тронулась и фары выхватили из темноты бесконечную ленту дороги, уходящую в никуда. За окном проплывали силуэты кустов и редких деревьев, а в салоне висела та особенная тишина, которая бывает только после громкой ссоры — на грани усталости, злости и смутного осознания, что через час они будут топать пешком по этой пустоши с канистрами в руках. … — Ну как тебе? — Диана отпила глоток вина из изящного бокала, наблюдая за реакцией Меган. Химера стояла перед высоким напольным зеркалом, разглядывая своё отражение. Короткое каре обрамляло лицо, делая черты острее, выразительнее, взрослее. Появилось что-то новое — дерзость, которой раньше не было. Меган повернула голову влево, потом вправо, придирчиво изучая результат. — Мне нравится, — выдохнула она и на её губах расцвела улыбка — робкая, но искренняя. В дверь снова постучали. Три коротких удара. Диана, уже успевшая освоиться в комнате, лениво отставила бокал и направилась к выходу. Щелчок замка — и в проёме возникли две фигуры. Эллисон, чуть запыхавшаяся, будто бежала по лестнице и Клер, которая выглядела так, словно её выдернули из рабочего кресла прямо посреди отчётов — усталая, но с любопытством в глазах. — Наконец-то! — всплеснула руками Диана, втаскивая их внутрь, — Почему так долго?! — У меня, знаешь ли, работа, — фыркнула Клер, но в голосе её не было обиды. Она уже рассматривала Меган и её новую причёску с одобрительным прищуром. — Я решила устроить для нас девичник! — объявила Диана, жестом фокусника указывая на сумку, которую принесла с собой. Из неё уже виднелись бутылки, какие-то коробочки и пакеты, — Немного поболтать, выпить, расслабиться. Думаю, нам всем это нужно. — Клер — точно, — многозначительно заметила Эллисон, бросив взгляд на девушку, которая за последние сутки, кажется, вообще не спала. Клер только отмахнулась, но не стала спорить. Вместо этого она прошла в комнату, огляделась и заметив свободное кресло, с благодарным вздохом опустилась в него. Меган смотрела на них — на Диану, уже разливающую вино по бокалам, на Эллисон, устроившуюся на подлокотнике кресла, на Клер, которая наконец позволила себе расслабить плечи. В груди шевельнулось что-то тёплое, забытое. — Хорошо, — сказала она тихо, а потом улыбнулась. Ярко, открыто, так, как не улыбалась с того самого момента, как очнулась в этом новом для себя мире. Диана протянула ей бокал и Меган взяла его, чувствуя, как прохладное стекло приятно холодит пальцы. Эллисон подняла свой тост: — За нас. За то, что мы живы. — За нас, — эхом отозвались остальные. Зазвенели бокалы, и в комнате повисла та особенная атмосфера, которая бывает только в женском кругу — тёплая, безопасная, чуть пьяная от вина и внезапной близости. Меган сделала глоток и поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей не хочется никуда бежать. Что здесь, с ними, она может просто быть. Собой. Настоящей. … Ночь опустилась на придорожную заправку, как тяжёлое одеяло, приглушая звуки и краски. В свете неоновых ламп бензоколонки отбрасывали длинные причудливые тени, а вдали, за полем, угадывались силуэты редких деревьев. Где-то в темноте стрекотали цикады и этот монотонный звук делал тишину между ними ещё более ощутимой. Внутри магазинчика горел яркий свет. Сквозь грязноватое стекло было видно, как Стайлз с энтузиазмом ребёнка сгребал с полок чипсы, шоколадки и газировку, явно намереваясь обеспечить всю команду провизией на неделю вперёд. Между стеллажами с консервами и крупами медленно двигались две фигуры — Лиам и Тео. Они о чём-то тихо переговаривались и даже на расстоянии чувствовалось, как пространство между ними вибрирует той особенной энергией, которая бывает только у двоих, которым не нужны слова. Айзек стоял у колонки, наблюдая, как цифры на счётчике неумолимо ползут вверх. Канистры наполнялись с лёгким бульканьем, воздух пах бензином и ночной прохладой. Он специально выбрал это место — подальше от остальных, чтобы побыть в тишине. Но тишина, как назло, решила его навестить в виде приближающихся шагов. Скотт остановился в паре метров, сунув руки в карманы куртки. Несколько секунд он просто смотрел на бегущие цифры, собираясь с мыслями. — Ты как? — наконец спросил он. — В порядке, — Айзек даже не обернулся. Голос звучал ровно. — Слушай... — Скотт помялся, переступил с ноги на ногу, — У нас не было времени поговорить. По-настоящему. В последний раз я видел тебя шестнадцать лет назад. В Бейкон-Хиллз. Айзек молча кивнул, не отрывая взгляда от пистолета бензоколонки. Казалось, процесс заправки занимал его сейчас гораздо больше, чем разговор. — Я рад, что ты цел, — продолжил Скотт, — И что... хорошо устроился. В Организации, с ребятами. Ты выглядишь... нормально. — Спасибо, — коротко ответил Айзек. Слово упало в тишину и растворилось без следа. Скотт помолчал. Собрался с духом. — Я думал, ты приедешь на похороны Дерека. Пистолет щёлкнул, отключаясь. Айзек медленно выпрямился, убирая шланг на место. — Я приехал. Скотт удивлённо посмотрел на него, пытаясь найти в этом коротком ответе что-то ещё, какой-то скрытый смысл. — Не решился выйти ко всем, — пояснил Айзек, пожимая плечами. В этом жесте не было ни боли, ни сожаления — просто констатация факта. Скотт сглотнул. Вопрос, который он хотел задать всё это время, повис в воздухе, тяжёлый и неизбежный. — Это... из-за Эллисон? Тишина затянулась. Айзек смотрел куда-то в темноту, за пределы заправки, туда, где ночь сливалась с полем в сплошную черноту. Скотт уже решил, что ответа не последует, но Лейхи наконец заговорил: — Да. Одно слово. Короткое, как выстрел. МакКолл почувствовал, как внутри что-то сжалось. Он не знал, что именно ожидал услышать, но это «да» прозвучало приговором их несостоявшемуся разговору. — Тебе... неприятно? — спросил он осторожно, боясь сделать больно, но понимая, что не спросить нельзя, — Ты ненавидишь меня? Айзек наконец повернулся к нему. В его глазах не было ни злости, ни горечи. Только ровное, спокойное принятие того, что случилось. — Нет. Прошло много лет. Я уже не тот, кем был тогда. Сейчас это просто... неловкое воспоминание. И всё. — Значит, всё хорошо? — Скотт с надеждой всмотрелся в его лицо. — Да, конечно, — ответил Айзек, и голос его звучал убедительно. Но Скотт не поверил. Он не мог объяснить почему — может, дело было в том, как дрогнули пальцы Айзека, когда он брался за канистру, или в том, как его взгляд на секунду задержался на освещённом окне магазинчика. Что-то неуловимое, почти незаметное, но неоспоримое говорило: нет, не всё хорошо. И возможно, не будет уже никогда. Но Скотт кивнул. Потому что иногда единственное, что ты можешь сделать для человека — это принять его ложь и не лезть в рану, которая ещё кровоточит. — Ладно, — сказал он, отворачиваясь, — Пойду проверю, сколько там Стайлз набрал всякого дерьма. Айзек ничего не ответил. Он просто стоял у колонки, глядя, как в темноту уходит свет фар редких машин и слушал стрекот цикад. … Рассвет разлился над горизонтом бледно-розовой акварелью, подсвечивая силуэты заброшенных зданий, которые вырастали из утренней дымки, как декорации к постапокалиптическому фильму. Машина медленно катилась по разбитой дороге, последние километры давались с трудом — асфальт давно превратился в мешанину трещин и выбоин, поросшую редкой травой. В салоне было тихо. Стайлз отключился ещё часа три назад и теперь его голова безвольно моталась в такт движению, приоткрытый рот и расслабленное лицо делали его похожим на ребёнка, уснувшего в машине после долгой поездки. Лиам устроился на заднем сиденье, положив голову на плечо Тео и даже во сне, казалось, искал его тепло — рука покоилась на груди химеры, дыхание было ровным и глубоким. Тео спал, откинув голову на подголовник, но даже во сне его лицо сохраняло ту особую настороженность, которая не исчезала никогда. Айзек вёл машину, не сводя глаз с дороги. Редкие фары встречных машин давно исчезли, вокруг была только пустота. Он бросил взгляд в зеркало заднего вида на Скотта. Тот лежал с закрытыми глазами, делая вид, что спит, но Айзек знал — не спит. Альфа не мог позволить себе такой роскоши. МакКолл прислушивался к каждому шороху, к каждому удару сердца в машине, готовый в любой момент открыть глаза. — Мы приехали, — произнёс Айзек, останавливая внедорожник. Слова упали в тишину салона и через секунду началось привычное утреннее шевеление. Стайлз дёрнулся, чуть не свалившись с сиденья и заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд. Лиам нехотя оторвался от плеча Тео, потянулся, хрустнув суставами. Рейкен открыл глаза мгновенно — полностью, без переходного состояния, сразу включившись в реальность. — Серьёзно? — Стайлз уставился в окно, и его лицо вытянулось, — Это же просто старые домики. Их пальцем тронь — и они как карточный домик развалятся. Он был прав. Перед ними раскинулось то, что когда-то было маленьким городком, а теперь превратилось в кладбище построек. Десятка два домов, пара полуразрушенных сараев, здание, которое когда-то могло быть магазином и старая водонапорная башня, ржавеющая на фоне розовеющего неба. Дорога, по которой они приехали, упиралась прямо в центр этого забытого богом места и дальше не шла. Только пустошь и горизонт. Все выбрались из машины, хлопая дверьми. Утренний воздух обжёг лёгкие прохладой, пахло полынью, старой древесиной и ещё чем-то неуловимо гнилостным, что ветер приносил с дальних полей. — Разделяемся, — скомандовал Скотт, оглядывая территорию, — Прочёсываем каждый дом, каждый сарай. Ищем всё, что может показаться подозрительным. Группа разошлась в разные стороны. Стайлз направился к зданию магазина. Дверь давно отсутствовала, внутри царил полумрак, пахло плесенью и мышиным помётом. Пустые полки, перевёрнутая касса, битое стекло под ногами. Он прошёлся по углам, заглянул в подсобку — ничего. Только мусор и ржавые консервные банки. Скотт исследовал один из жилых домов. Внутри сохранилась старая мебель — продавленный диван, стол на трёх ножках, шкаф с распахнутыми дверцами. На стенах обои, отклеившиеся и свисающие лохмотьями. Он поднялся на второй этаж, проваливаясь каблуками в трухлявые доски, осмотрел спальни — пусто. Айзек зашёл в сарай на окраине. Здесь когда-то держали скот — пахло навозом, сеном и запустением. Старая упряжь висела на стене, в углу валялось сломанное колесо от телеги. Он обошёл помещение по периметру, проверяя каждый угол, заглядывая в тёмные ниши. Лиам и Тео держались вместе, осматривая два соседних дома. Они работали молча, понимая друг друга без слов. Лиам проверял комнаты, Тео шарил по углам, открывал шкафы, простукивал стены. Ничего. — Пусто, — констатировал Лиам, выходя на крыльцо. — Здесь тоже, — отозвался Тео, спускаясь следом. Они уже собрались идти дальше, когда взгляд Тео упал на что-то в тени дома, у самой стены. Он замер. — Лиам, — позвал он тихо, — Посмотри. Данбар подошёл ближе и застыл. Человеческие кости. Разбросанные, побелевшие от времени, частично присыпанные землёй и сухой травой. Череп смотрел пустыми глазницами в небо, рёбра торчали из земли, как сломанные прутья. — Охренеть, — выдохнул Лиам. Они бросились к остальным. И по мере того, как группа собиралась в центре городка, становилось ясно: кости были повсюду. За сараем, где осматривал Айзек, лежал скелет, приваленный досками. У стены магазина, за которой прошёл Стайлз, из земли торчала берцовая кость. За домами, в кустах, под слоем листвы угадывались очертания ещё нескольких тел. — Боже мой, — прошептал Стайлз, оглядываясь, — Это же... здесь десятки тел. Скотт опустился на корточки у одного из скелетов, рассматривая повреждения на костях. — Оборотни, — тихо сказал он, — Здесь убивали оборотней. Айзек стоял чуть поодаль, глядя на это кладбище, разбросанное по всему городу. Рассветное солнце поднималось всё выше, освещая страшную картину и в этом золотистом свете кости казались особенно белыми, особенно мёртвыми. — Мы нашли то, что искали, — произнёс Тео и в его голосе не было торжества. Только горькое подтверждение того, что они и так подозревали. Ветер пронёсся над пустошью, качая сухую траву и шевеля лохмотья обоев в разбитых окнах. Город молчал. Но его молчание было красноречивее любых слов. … — Кости? — голос Клер в динамике телефона дрогнул, хотя она пыталась сохранить ровную интонацию. В комнате, где собрались девушки, повисла тишина. Клер включила громкую связь и теперь голос Тео, доносящийся из динамика, звучал чётко. — Это больше походило на место битвы, — говорил Рейкен. Где-то на фоне слышался ветер, завывающий в пустоши, — Словно туда привозили оборотней... и убивали. Много. Десятки, судя по количеству костей. Диана прижала ладонь к губам, глаза расширились. Меган замерла, вцепившись в подлокотники кресла. Эллисон стояла у окна, скрестив руки и в свете уличных фонарей её профиль казался высеченным из камня. — Почему именно там? — спросила Диана, когда смогла выдавить из себя голос. — Достаточно далеко от города и людей, — тихо ответила Эллисон, не оборачиваясь, — Крики о помощи никто не услышит. Идеальное место для... утилизации. — Остаётся ещё один вопрос, — вмешался Скотт. Его голос звучал устало, но собранно, — Зачем ему постоянно покупать новые земли? И почему после этого он продаёт их в несколько раз дороже? И главное — почему на них есть спрос? В комнате повисла пауза. Клер смотрела в одну точку на стене, невидящим взглядом. Её мозг лихорадочно перебирал варианты, обрывки информации, слухи, которые она когда-то слышала и не придала им значения. — Возможно... — начала она медленно, и все взгляды обратились к ней, — Я не знаю точно. Но я слышала... что тела оборотней... они хорошо подходят для удобрений. — Что? — голос Стайлза в динамике прозвучал так, будто его ударили. — Клетки регенерации, — продолжила Клер, уже увереннее, хотя внутри всё сжималось от отвращения, — Они в тысячу раз сильнее человеческих. Почва становится невероятно плодородной. Вдруг он использует такой способ? Убивает, удобряет землю, а потом продаёт за баснословные деньги? На том конце провода повисла тяжёлая тишина. — Он избавляется от лишних оборотней, — медленно проговорил Айзек, и в его голосе звучало такое же отвращение, какое чувствовала Клер, — Увозит их далеко за пределы города... а потом использует как удобрение. Чтобы пополнить свой кошелёк. Вот это бизнесмен. Просто... слов нет. — Это только предположение, — быстро добавила Клер, — Я проверю эту информацию. У меня есть контакты, люди, которые могут знать об этом больше. — Не нарывайтесь на Чарльза, пока мы не вернёмся, — твёрдо сказал Скотт, — Обдумаем план вместе. Никаких геройств. Ждите нас. — Конечно, — ответила Клер, и в её голосе прозвучало обещание. Связь прервалась. В комнате воцарилась тишина, которую никто не решался нарушить. Диана всё ещё прижимала ладонь к губам, Меган смотрела в пол, Эллисон так и стояла у окна, вглядываясь в ночь. Клер медленно опустила телефон на стол и закрыла глаза. В голове крутилась одна мысль: они имели дело не просто с богатым психопатом. Они имели дело с человеком, который превратил убийство в бизнес. И теперь, когда масштаб стал очевиден, остановить его нужно было любой ценой.