Вернутся к фанфику
Поломанное желание
13 марта 2026, 02:10Занавес уже опустился после рэп-баттла Ники и Ирохи, но зал всё ещё гудел от аплодисментов и не хотел отпускать вечер. Свет не зажигался полностью — только мягкие золотые и синие прожекторы оставались, создавая ощущение, что история ещё не закончена.
Вдруг двери зала с тихим скрипом распахнулись.
Все обернулись.
На пороге стоял парень — высокий, с серебристыми прядями в тёмных волосах, в серой мантии факультета разума. Улыбка на его лице была одновременно знакомой и чужой — как будто он вернулся из другого мира, но всё ещё помнил этот. Он сделал шаг вперёд, и свет упал на его лицо.
Тэхён.
Зал замер.
Субин первым узнал его — глаза расширились, рот приоткрылся.
— Тэхён…?
Кай уронил ветку-куст, которую всё ещё держал.
— Это… ты?
Бомгю и Ёнджун одновременно шагнули к краю сцены. Ира прикрыла рот рукой. Сонхун сжал руку Сону так сильно, что тот поморщился.
Тэхён улыбнулся шире и поднял руку в приветствии.
— Привет, ребята. Я вернулся.
Он побежал — быстро, как в детстве. Прыгнул прямо на сцену, прямо в толпу друзей. Субин, Кай, Бомгю и Ёнджун поймали его в объятия одновременно. Они вцепились в него, как будто боялись, что он исчезнет снова.
Субин уткнулся лбом в плечо Тэхёна:
— Ты… ты реально здесь?
Тэхён засмеялся — тихо, но искренне.
— Реально. Мама осталась в Ливерпуле — работа там пошла в гору. А я… я не мог пропустить выпускной. Я скучал. По всем вам.
Кай отстранился, вытирая глаза рукавом куста.
— Ты уехал в пятнадцать… и не написал ни слова!
Тэхён виновато пожал плечами.
— Я писал письма. Но они… не доходили. Магия разума иногда играет злые шутки с почтой между странами.
Бомгю обнял его крепче всех.
— Ты вернулся… ты вернулся, придурок.
Ёнджун просто стоял рядом, улыбаясь — тихо, но так тепло, что это было видно даже в полумраке.
— Добро пожаловать домой, Тэхён.
Тэхён оглядел всех — Иру, Сонхуна, Сону, Оливию, Хаэля, Юну, Ники.
— Я скучал. По всем вам.
Затем он кивнул Бомгю.
— У меня есть идея. Давайте споём. Ту песню, которую мы сочинили вместе — ты, я, Субин, Кай и Ёнджун. Про прошлый год. Про всё, что мы пережили.
Бомгю моргнул, потом кивнул.
— Да. Именно сейчас.
Все актёры и участники вечера — Ироха, Ники, Жулияна, Хаэль (синие и серые), Субин, Но Юна, Сонхун (белые), Ира, Кай, Оливия, Сону (красные), Бомгю, Константин, Ёнджун, Хисын — встали в полукруг на сцене. Тэхён встал в центр. Свет стал золотым — тёплым, как воспоминания.
Песня (все поют вместе, голоса сливаются, иногда соло)
(Куплет 1 — все тихо, нараспев)
Прошлый год был как буря в эфире,
Клара тьму принесла, мы едва не сгорели.
Древо стояло, золотое и сильное,
Мы падали — вставали, держась за руки липкие.
(Припев — громче, все вместе)
Мы пережили тьму, мы выстояли в огне,
Плакали ночами, но утром вставали вновь.
Академия — дом, где любовь побеждает страх,
Мы — последний класс, и мы не сдаёмся, брат!
(Куплет 2 — соло Тэхён)
Я уехал далеко, в Ливерпуль за мечтой,
Но каждый день думал: «Они там, без меня».
Вернулся — и вижу: вы стали сильнее,
Спасибо, что ждали. Я дома, друзья.
(Куплет 3 — соло Сону и Сонхун, держась за руки)
Мы ссорились, молчали, били кулаком в лицо,
Но любовь оказалась сильнее любой обиды.
Булочки, барьеры, поэмы в темноте —
Мы нашли друг друга в самом страшном сне.
(Куплет 4 — соло Ира и Хисын)
Мы летали на драконах, боялись высоты,
Но ты держал меня — и я перестала бояться.
Поцелуй под луной — не сцена, а жизнь,
Мы вместе навсегда, даже если конец близко.
(Припев — все громко, с поднятыми руками)
Мы пережили тьму, мы выстояли в огне!
Плакали ночами, но утром вставали вновь!
Академия — дом, где любовь побеждает страх!
Мы — последний класс, и мы не сдаёмся, брат!
(Финальный мост — все вместе, медленно, эмоционально)
Листья золотые улетят этой весной,
Но мы останемся здесь — в сердце, в эфире, в судьбе.
Спасибо за слёзы, за смех, за каждый день,
Мы — семья. И мы всегда будем вместе.
Последняя нота повисла в воздухе. Зал молчал секунду — а потом взорвался овациями. Люди вставали, хлопали, свистели, кто-то плакал. Декан Элдрин в первом ряду вытирал глаза рукавом мантии.
На сцене все обнялись — Тэхён в центре, Сону и Сонхун держались за руки, Ира уткнулась в плечо Хисына, Кай обнимал всех ветками-руками. Бомгю стоял в стороне и плакал от счастья, Константин обнял его сзади.
Сону посмотрел на Сонхуна — тот всё ещё улыбался, глядя на друзей. Сону тихо шепнул:
— Это правда.
Сонхун повернулся, увидел его улыбку и сжал руку сильнее.
— Это правда.
Занавес медленно опустился под овации. Последний класс спел свою песню. И она была идеальной.
После всего под лунным вечером в саду — том самом, где когда-то было разбито первое сердце Сону, — он стоял рядом с Сонхуном. Тот самый уголок, где Сонхун когда-то признался Жулияне не по-настоящему, играя в игру, которая затянула его в пучину сожалений. Рука Сону медленно отпустила руку Сонхуна. Ноги сами понесли его к качелям, где сидела Оливия — вся в печали и одиночестве.
Тогда, в прошлом, его сердце было разбито. Но воспоминание о дружбе с Оливией привело его в чувства. Он остановился, обернулся. Вся накопившаяся злость улетучилась после сегодняшнего дня. План мигом разрушился. Выбор, который он сделает сейчас, может изменить его жизнь навсегда.
Он никогда не любил Оливию романтически. И всё же эта девушка имела невероятную ценность. Было сложнее принять, что в итоге его сердце выбрало самого неподходящего человека вместо милой девушки, которая заслуживает этого больше всего. Его душа искренне извинялась перед Оливией — вероятно, она ещё не смогла закрыть швы прошлого и открыться новому миру. Может, позже у них найдётся время поболтать. Тогда Оливия сможет снова взлететь и найти кого-то лучше, чем жалкий парень, который притворяется крутым и милым, а на деле такой же одинокий, как она, теряющийся в собственных чувствах и пытающийся разрешить все неурядицы перед тем, кого любит по-настоящему и кого избегал ради своей защиты от разбитого сердца.
Сону повернулся к Сонхуну. Голос вышел тихим, но твёрдым:
— Сонхун… если ты бросишь меня снова, я не знаю, что со мной случится. Но я обещаю: тогда мы никогда больше не увидимся.
На лице Сону было выражение протеста — требование послушать его и перестать сомневаться. Шелест травы пронёсся по саду под его уверенными шагами вперёд. Звуки сверчков только добавляли интима в этот вечер. Молчание было громче слов, которые он произнёс, и они могли легко пробиться до сознания Сонхуна, который боялся вновь совершить ту же ошибку.
Глаза Сонхуна устремились вперёд к нему. Брови изогнулись дугой. Рот медленно двигался со вздохами:
— Ты мне нравишься, Сону. Ты не понимаешь, как сильно ты мне нравишься. Я даже боюсь прикасаться к тебе. Боюсь, что такой идеальный человек, как ты, может быть с таким занудным человеком, который не имеет никакого понятия о свиданиях или просто… не знаю, флирт мне так чуждо. Всё кажется, что мне приходится только учиться и учиться. И я не могу просто забыть тебя. Даже не думай так!
— Но ты бросил меня!
— Я боялся. И понимал… после тех слов Иры казалось, что я причиняю тебе только боль.
— Почему ты такой… Именно это и рушит наши отношения.
— Знаю. Просто мои родители… они развелись, Сону. Когда мы дружили. Я даже не смог сказать кому-то об этом.
Настало напряжение. Небо сверкало луной, опуская свои лучи на две головы, которые пытались изменить что-то и решить недопонимания между ними. По глазам Сонхуна начали течь слёзы — сначала одна, потом другая. Сону тоже плакал. Просто обнял его крепко, сжав пальцы об его тело.
— Почему ты не сказал мне?
Слова Сону были тяжёлыми, и ответить честностью было сложно. Но это требовало изменений и нового начала.
— Боялся потерять себя.
— Ты уже потерян.
— С тобой — нет.
Сонхун отстранился. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга — так близко стояли, создавая вакуум замедленного действия. Оба потянулись друг к другу, чтобы соединить губы воедино — как в вальсе. Луна лишь светилась ярче, а запах свежести придавал моменту что-то новое. Светлячки — маленькие, вызванные состоянием Сону — летали вокруг них.
Наконец Сону мог сказать смело, что любит его — без тени сомнения и стыда.
Он отстранился первым, но не отпустил рук. Голос дрожал, но был честным:
— Я люблю тебя, Сонхун. По-настоящему. Не как друга. Не как «может быть». А как… всё.
Сонхун смотрел на него — глаза мокрые, но светлые. Он улыбнулся — медленно, почти боясь поверить.
— Я тоже люблю тебя. И больше никогда не уйду. Обещаю.
Они снова обнялись — крепче, чем раньше. Светлячки кружили вокруг, как маленькие звёзды, упавшие с неба. Где-то вдалеке качели скрипнули — Оливия всё ещё сидела там, но теперь она улыбалась сквозь слёзы. Она видела, что выбор сделан. И это был правильный выбор — не для неё, но для них.
Сону повернулся к ней.
— Оливия…
Она подняла руку — останавливая его.
— Я в порядке. Идите. Будьте счастливы. А я… я найду свою весну. Позже.
Сону кивнул — благодарно, виновато. Сонхун тоже кивнул ей — молча, но искренне.
Они ушли — рука в руке — под луной, оставив сад и светлячков позади.
А Оливия осталась на качелях. Она посмотрела на звёзды и тихо прошептала:
— Может, и у меня будет своя песня.
Ветер подул — и один светлячок сел ей на ладонь.
Конец.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!