Вернутся к фанфику
Часть 2
15 марта 2026, 13:40— Тишина! — хлопнул по столу ладонью Чан. — Сейчас мы идем кушать к тетушке Наби, там и поговорим.
Возражать ему никто не рискнул. Потому что, во-первых, говорить на территории агентства — неосмотрительно. Везде стоят камеры видеонаблюдения. А во-вторых, тетушка Наби готовила так вкусно, что даже Уёна из Ateez, постоянно сидящего на диетах и как-то раз залетевшего к ней в ресторан чисто с Чанбином поздороваться, ей удалось накормить до отвала. Милая, высокая пухлая женщина с европейской внешностью и ужасным произношением очень душевно встречала гостей и, казалось, всегда знала, когда подготовить отдельный кабинет. Вот и сейчас, едва ребята переступили порог ее ресторанчика, как тетушка Наби счастливо улыбнулась им и замахала руками в сторону отдельных кабинетов, на пальцах показывая, что свободен второй.
После того, как мемберы устроились в кабинете ресторана и отдали заказ второй тетушке, работающей тут, и отзывающейся на странное имя Тати, Чан спросил:
— У вас все серьезно?
Минхо и Сынмин переглянулись. У них не было возможности обсудить то, что произошло, так что сейчас они пытались понять, насколько честными им нужно быть. Однако, если у Минхо и были некоторые сомнения, то Сынмин решил больше ничего не скрывать.
— У нас ничего не было.
— Как так? — воскликнул Джисон. — Но Минхо так уверенно говорил…
— А что я должен был сказать? — глухо бросил Минхо, раздраженный тем, что Сынмин решил все за них обоих. — Что Сынмин — ничейный омега? Так он после этого вылетел бы из группы со свистом!
— Минхо, спокойнее, пожалуйста, — попросил Чан. — Никто из нас не хотел терять Сынмина. Думаю, ты поступил правильно. Но теперь встает вопрос о том, что делать дальше.
— Завтра мы идем в клинику и делаем мне временную метку, — ответил ему Сынмин, поднимая осторожный взгляд на Минхо.
— Метки, — выделил голосом множественное число Минхо. — Не тебе одному, а нам обоим.
— Ты с ума сошел? — ахнул Чонин. — Ты понимаешь, что значит метка на альфе?
— А ты знаешь, что значит метка на омеге? — неприятно удивился вопросу Минхо.
— Это обозначение принадлежности, — с вызовом ответил ему Чонин.
— Метки — это пережиток прошлого, — проворчал Чанбин.
— Это связь, — осторожно предположил Хенджин.
— Это взаимность, — тихо ответил Сынмин.
— Именно, — кивнул Минхо. — Метки — это взаимность. И руководство должно видеть, что она есть.
— Но когда временная метка сходит — это больно, — негромко сказал Джисон.
В кабинете повисла тишина и, впервые за этот день, удивленные взгляды скрестились на ком-то помимо Минхо и Сынмина.
— У тебя была? — догадался Чан.
— Да, — кивнул Джисон. — Это было давно, еще до агентства, но запомнил я на всю жизнь. Когда она сходила — это была воистину адская неделя.
— Временную метку можно обновлять, и это не больно, — предложил Хенджин.
— Но к ним же привыкание вырабатывается, — блеснул знаниями Феликс. — Чем дольше с ними ходить, тем быстрее они выдыхаются.
— И тем жестче откат, — закивал Джисон. — Я читал. Было зафиксировано несколько случаев, когда люди, носившие временные метки по несколько лет, потом умирали от болевого шока.
— Мне придется делать метку, — тихо сказал Сынмин. — Потому что менеджер обязательно проверит.
— Минхо, но тебе-то не обязательно… — попытался отговорить друга Чанбин.
— Ты предлагаешь оставить Сынмина с этим одного? — резко спросил Минхо. — Односторонняя связь тяжелее, ты это знал?
— Но почему тогда большинство альф, пометивших своих омег, не имеют метки сами? — озадаченно спросил Чонин.
— Потому что мало кто об этом задумывается, — негромко ответил ему Джисон. — Ведь метка — это действительно связь. С давних пор принято, что омега должен быть помечен. Меченый же альфа — это слабак, который позволил омеге пометить себя.
— Даже звучит мерзко, — фыркнул Хенджин. — Меченый альфа — счастливчик, у которого в семье с большей вероятностью будет мир и покой. Потому что как омега будет чувствовать его, так и он будет чувствовать своего омегу.
Чонин посмотрел на него почти с ужасом, Джисон — с пониманием, а Минхо — задумчиво.
— Что? — смутился Хенджин. — Да, я мечтаю о взаимной метке со своим омегой. Что в этом такого?
— И мы его знаем? — как бы между прочим спросил Феликс.
Хенджин вспыхнул румянцем, но промолчал, искоса глянув на Чана. Тот кивнул, и Хенджин широко улыбнулся.
— Знаете.
Поднялся галдеж, в котором поучаствовали даже Минхо с Сынмином. Имена сыпались, как из рога изобилия, но Хенджин лишь качал головой. Даже приход тетушки Тати с тележкой не сильно сбил накал страстей. Едва еда была выставлена на стол, а дверь за тетушкой закрылась, как Джисон не выдержал. Он вскочил со своего места, вцепился в Хенджина и затряс его, как молодое деревце:
— ГОВОРИ, ХОРЬ НЕСЧАСТНЫЙ!!!
— Чего это я несчастный? — возмутился Хенджин. — Я очень даже счастливый хорь!
— Ты смерти моей добиваешься???
— Сонни, от любопытства не умирают, — посмеиваясь, заметил Чан.
— Так, стоп, — остановил сам себя Джисон. — Вы переглядывались. Значит…
Джисон отцепился от Хенджина и пошел в сторону Чана, хищно загнув пальцы.
— Вы нам всё расскажете… — приговаривал Джисон, примериваясь, как бы поудачнее повиснуть на Чане.
— Угомоните белку, — рассмеялся в голос Чан.
— Ты же помнишь, что беты слабее альф? — хищно оскалился Джисон.
— Ты же помнишь, сколько я в спортзале провожу? — ответил ему Чан, поигрывая мышцами.
— Черт, один-один, — вынужденно признал Джисон и сменил тактику. — Ну позяяяяязяяяяя…
— Он же хороший вокалист, — поморщился Сынмин. — Как он может делать свой голос настолько противным?
— Он талантлив, — недовольно фыркнул Минхо и в воздухе разлился горчащий аромат мяты, пока еще смягченный ежевикой.
— Ой, — глотнув феромонов недовольного Минхо полными легкими, Джисон перестал канючить и попробовал другой способ. — Ну хён, ну ты же самый-самый лучший, ты же не оставишь своего маленького, несчастного донсена мучиться от ужасного любопытства?
Прием «Глазки кота из Шрека» в свое время был им освоен как раз для таких случаев. Однако, на Чана он действовал слабо. Тот лишь в недоумении выгнул бровь, как бы говоря: «И это все, на что ты способен?».
Минхо же, как и все, смотревший на этот бесплатный цирк, вдруг краем глаза заметил какое-то движение. Немного повернув голову, он пронаблюдал, как Хенджин текучим движением сполз под стол, а затем наклонился и ловко поймал альфу за воротник.
— Ты же не думаешь, что Джисон — единственный, кому интересно имя твоего омеги? — елейным голосом осведомился Минхо.
Хенджин обвис на его руке смирным кульком, даже не пытаясь вырываться. Потому что, во-первых, Минхо старше, а во-вторых, он сильнее, как бы ни было обидно Хенджину признавать это. Тяжело вздохнув, он выполз из-под стола и уселся обратно на свой стул.
— Я не могу сказать, — попытался Хенджин съехать с темы.
— С чего это? — удивился Джисон. — Чан же тебе кивнул!
— Потому что мой омега не разрешал мне, — Хенджин уткнулся взглядом в собственные переплетенные пальцы, лежащие на столе.
— Так напиши ему и спроси! — взвизгнул Джисон.
Хенджин нерешительно набрал сообщение и отправил его. Любопытный Джисон постоянно пытался заглянуть к нему в телефон через плечо, но получал щелчок по носу и отступал. Минут через пять на телефон Хенджина пришел ответ от загадочного омеги.
— Ну, что там? — снова сунул свой нос поближе Джисон.
— Он разрешил, — улыбнулся Хенджин. — Это Сонхва.
— Подожди-подожди, — вскинулся Чанбин. — Пак Сонхва, девяносто восьмого года рождения, хён Уёна? Этот Сонхва?
Хенджин молча кивнул. Но румянец с его щек сходить не спешил.
— Он же старше тебя, — охнул Чонин.
— И что? — сощурил глаза Хенджин.
— Только без драк, — влез между ними Чан. — Чонин, если их обоих все устраивает — значит, они будут вместе. Тем более, что Сонхва мы знаем, он хороший парень.
— Он заботливый, — улыбнулся Феликс. — Джинни, а вы, случайно, не на Кингдоме затусили?
— Откуда ты знаешь? — удивился Хенджин.
— А он меня во время подготовки к совместному этапу просил научить его массаж делать, — бесхитростно сдал чужого омегу Феликс.
— А я-то думал, что мне его массаж напоминает, — рассмеялся Хенджин.
— То есть вы с самого Кингдома вместе? — уточнил Чанбин. — Но тебя ж там почти не было.
— На тренировках и репетициях же я был, — пожал плечами Хенджин. — Вот и встретились мы с ним в кафетерии как-то вечером…
Хенджин, видя всеобщий интерес, рассказывал и рассказывал. Минхо слушал его с легкой улыбкой. Уж сколько лет прошло с Кингдома, а у Хенджина глаза все еще горят восторгом. Минхо даже немного позавидовал. Влюбленные люди прекрасны в своих чувствах. Он бы, наверное, тоже так хотел. Но теперь ему придется ходить по очень тонкой грани, чтобы сохранить группу. Играть человека, который влюблен, но не может показать своих чувств окружающим. Однако, играть надо так, чтобы менеджер влюбленность иногда все же замечал. Минхо пригляделся к Хенджину и решил, что тот, как пример, вполне подойдет.
Сынмин же улыбался. Такой вот, влюбленный и смущенный, Хенджин был живой иллюстрацией к Великой Омежьей Мечте. Легкий румянец на щеках, блеск в глазах и тепло в голосе. Сынмин никогда особенно не задумывался о браке, но сейчас понял: он хотел бы, чтобы его альфа смотрел на него так же, как Хенджин на фото Сонхва, которые он показывал остальным. Пока же он поймал на себе лишь злой взгляд Чонина. Сынмин тяжело вздохнул и подвинулся поближе к Минхо. Он даже не стал напоминать Чонину, что тот младше него, когда Чонин сказал Хенджину о возрасте Сонхва. Сынмин на миг представил себе, что рядом с ним будет такой альфа, как Чонин, и ему стало не по себе. Многие мечтают о таком: решительном, настойчивом собственнике, который никому не отдаст и будет за тебя драться, но не Сынмин. А вот нежный и любящий Хенджин импонировал ему куда больше. Сынмин не мог знать наверняка, но ему казалось, что Хенджин с Сонхва именно такой: чуткий, отзывчивый, уверенный в себе и своем партнере.
Минхо на автомате обвил рукой талию Сынмина, почти прижавшегося к его боку. Он тоже видел взгляд Чонина и понимал, что он предвещает проблемы. Оставалась лишь надежда на то, что на меченого Сынмина он реагировать перестанет. Но Минхо в это слабо верилось. Не хотелось бы, конечно, доводить до драки, но, похоже, без нее не обойдется. Минхо машинально кивал в такт разговору, а сам прикидывал, когда у них в расписании будет достаточное окно, чтобы травмы от драки успели хоть немного подзажить. По всему получалось, что сегодня — оптимальный вариант. Завтра у них из обязательного только пара занятий по вокалу, от которых Чонина можно будет отмазать. Сам Минхо постарается бить только по корпусу, так что сильных травм быть не должно.
О себе он в этот момент не думал, но не потому, что был таким жертвенным по природе своей. Просто он прекрасно знал, что победит без особых проблем. Феромоны Минхо сильнее, чем у Чонина. Он сильнее физически. Сильнее морально. Минхо, в конце концов, старше и опытнее. Он этим не гордился, но на его счету уже было несколько боев за омег. Давно, еще до агентства. И каждый раз он выходил победителем. Пусть те бои и были подростковыми, но это тоже опыт. Так что если Чонин поддастся на провокацию и решит драться за Сынмина, шансов Минхо ему не даст. Немного обидно, что для Минхо это будет бой не на самого Сынмина, как за омегу, а за будущее группы. Ведь если менеджер узнает, что за единственного омегу в группе ведется борьба, Сынмина вышвырнут моментально.
Чонин бесился. Тихо, стараясь не подавать вида и не привлекать внимания, он кипел от дикой ревности и злости. Сынмин не просто не его. Он теперь ЧУЖОЙ! Не важно, что у них с Минхо еще ничего не было. Чонин был уверен, что Минхо не устоит и присвоит Сынмина себе. В голове тихо тлела мысль о том, что Сынмин Чонину не так уж и нужен, но ее забивало ощущение уязвленного собственника. Здравый смысл пытался напомнить, что это ради будущего группы и самого Чонина, но ревущая злость орала: “ УНИЧТОЖИТЬ СОПЕРНИКА!!!». И пусть Минхо — старший товарищ, сокомандник и друг, но кипящая внутри ярость требовала его крови. И, кажется, соперник откликнулся…
— Сынмин, — обратился к омеге Минхо. — Ты сможешь сегодня сходить со мной и Чонином в зал для бокса?
— Смогу, — кивнул Сынмин и лишь потом спросил, — А зачем?
Чонина аж передернуло от этого доверия. И объективно он понимал, что они все друг другу доверяют, но сейчас это взбесило.
— Нам с Чонином предстоит спарринг и нужно твое присутствие, — ответил Минхо, механически поглаживая талию Сынмина пальцами.
— Мы с Бином составим вам компанию, — безапелляционно заявил Чан и остальные примолкли, услышав его тон.
— Хорошо, — кивнул Минхо. — Чем больше народу — тем лучше.
— Боишься, что Сынмин в одиночку не сможет оттащить меня от тебя? — прошипел Чонин.
— Ритуальный бой за омегу, как и дуэль, должен иметь секундантов, — хмыкнул Чан.
— Ритуальный бой? — вскинулся Хенджин. — Что за…
— Это когда два альфы борются за внимание омеги, — шепотом пояснил ему Джисон.
— Да знаю я, что это такое! — воскликнул Хенджин. — Я просто в шоке от того, что это произойдет с нами!
— Ты хочешь бой по старым правилам? — Сынмин дернул Минхо за подол толстовки, чтобы привлечь внимание.
— Да, придется, — кивнул Минхо.
— Естественно, — хмыкнул Чонин. — И, после того, как я его уложу, ты станешь моим!
— Для полного соблюдения нам бы еще хотя бы пару омег, — намекнул Хенджину Чанбин.
Хенджин блеснул счастливой улыбкой и схватил свой телефон.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!