Вернутся к фанфику

Часть 6

8 апреля 2026, 11:20
«Ваше влечение взаимно.»       Эта мысль, как ни странно, отрезвила. Так сказал врач, и альфа верил ему. — Да уложи ж ты это чудо нормально! — рявкнул врач.       Минхо вздрогнул и наконец, почувствовал, что его пытаются развернуть. Он инстинктивно свернулся в клубок, когда ему стало плохо, и сейчас Юнхо вместе с врачом пытались уложить его на спину. — Осторожно, иглу не выдерни, — предупредил врач Юнхо, поправляя под спиной Минхо подушку, и принялся объяснять: — Это была паническая атака. Ничего сверхъестественного в его состоянии. Не переживайте, если они еще и будут, то уже не такие сильные. Организм пытается избавиться от нейролептиков. Я предупреждал о скачках настроения, но не упомянул, что могут быть индивидуальные реакции. Это — наверняка одна из них. Так что не паникуем, я пока тут и я помогу. После капельницы станет полегче.       Минхо молчал, вцепившись в руку Юнхо до побелевших костяшек. Мелькнула мысль, что тому, должно быть, больно, но бета даже не пытался отцепить от себя чужие пальцы. Дрожь постепенно отступала. Холод ушел. Страх перестал туманить голову. Минхо действительно становилось легче. — Он сказал, что заякорился на меня, — негромко произнес Юнхо, подняв взгляд на врача. — Это я уже понял, — хмыкнул мужчина и проверил уровень жидкости в мешке капельницы. — В вашем случае, я думаю, это даже хорошо. Без возможности положить парня в больницу под постоянный присмотр якорь — пожалуй, единственный способ сохранить его крышу на законном месте. — Он сошел бы с ума? — Я бы сказал — двинулся, но так это тоже можно назвать, — невесело хмыкнул врач. — ПТСР бы заработал себе точно. А там, возможно, и еще что неприятное прилипло бы. Такой букет собрать можно — ни одному врагу не пожелаешь. А, не, помню, был у нас один мудак в учебке — вот ему бы пожелал…       Врач начал травить какие-то забавные истории со времен своих обучения и службы, не давая тишине заполнить комнату. Сперва Юнхо, а потом и Минхо стали улыбаться, в красках представляя себе, как врач вместе со своими друзьями строили пакости ребятам из параллели, после всем составом огребая сначала от преподавателей, а потом и от командиров. Соль вместо сахара в кофе, чесоточный порошок на постельное белье, зеленка в шампунь, карбид в душевую… Они были ужасно изобретательны. — Но границ никогда не переходили, — тепло улыбнулся врач. — Никакого членовредительства — это было правило, которое в нас вбили еще на первом курсе. Мы должны лечить людей, а не калечить их. — Карбид в душе? — выгнул бровь Юнхо. — Это не травмоопасно, если не наступать на него, — рассмеялся врач. — И потом, прокатит только в первый раз. Потом уже никто не пугается. Ну дымит, ну воняет, но ничего криминального же. А прыгает в воде прикольно!       Минхо слушал, посмеивался, наслаждался близостью Юнхо и понимал, что ему больше не страшно. Ему тепло и сладко-сладко от осознания того, что он не один. Что рядом Юнхо, которому, если верить врачу, Минхо нравится. А не верить врачу повода нет. Мысль о взаимности теплой патокой расползалась внутри, помогая пережить периодические приступы тошноты. Тонкий привкус пудры на губах притуплял голод и заставлял постоянно облизываться, чтобы почувствовать его еще и на языке. А холод иглы в вене почему-то совершенно не беспокоил, хотя врач из того дома, казалось, привил ему стойкий страх перед уколами.       Спустя час капельница закончилась. Врач вытащил иглу из вены Минхо, смотал трубку, снял пакет, забрал иглу из обоев и закинул все это в термосумку с логотипом ресторана. — Нейтрализатор оставляю вам, — мужчина кивнул сам себе и снова закопался в сумку. — Так. Это — успокоительные. Легкие. По таблетке три раза в день, после еды, — на тумбочку легла коробочка с лекарством. — Это — витаминный комплекс. Наш нач. госпиталя так воодушевился, узнав, кто ты, что дал разрешение разорить самые неприкосновенные запасы, чтобы побыстрее поставить тебя на ноги, парень.       Врач усмехнулся, выкладывая все новые и новые бутылочки, пачки и блистеры. — Так, это у нас комплекс для детокса. Воды тебе придется пить литра по три в день, больно ядрена была та дрянь, на которой тебя держали. Всё подписано, ничего сложного в приеме нет. Это, — на тумбочку лег еще один блистер с таблетками, — только при кризисах типа неконтролируемого обильного выделения феромонов. Подавители, напоминаю, тебе сейчас нельзя. А это — на случай ЧП, если придется бежать, — в руках мужчины оказалась стопка пластырей гораздо большего размера, чем привычные маскировочные. — Это уже из боевых аптечек. Полная нейтрализация запаха на 48 часов, но последствия для организма будут так себе. Ничего фатального, но придется восстанавливаться. Однако, если тебя найдут — пользуйся без раздумий, понял?       Минхо кивнул, не отрывая взгляда от пластырей. Внутри него боролись две мысли. С одной стороны, врач сказал, что это для чрезвычайных ситуаций, и что они плохо влияют на здоровье. С другой стороны — притравливание Юнхо — это не ЧП? Это не вредно? Может, стоит взять пару и… — А еще они все посчитаны, и если я не досчитаюсь этих пластырей, я потребую объяснений. И мое начальство тоже. Они не предназначены для использования гражданскими, но слишком уж сильно семейка Ким прищемила хвост начальнику госпиталя.       Видимо, размышления Минхо были написаны на его лице огромным шрифтом, раз врач так легко прочитал их. Щеки снова обожгло стыдом. Уже почти привычное чувство. — Короче, вот мой номер телефона, если что — звоните. Я на связи круглосуточно, — доктор хмыкнул, укладывая поверх одной из коробочек бумажку с чередой цифр. — Придется пока поспать на диване в гостинной, чтобы мужа не будить. Так что в случае чего обязательно звоните. Один хрен диван неудобный, и спать я буду фиговенько. Не заставляйте меня страдать напрасно, боясь потревожить. Все, ариведерчи.       Подхватив изрядно полегчавшую термосумку, врач ушел, захлопнув за собой дверь. Юнхо же смотрел на заставленную лекарствами тумбочку и цепенел. Он и раньше понимал, что состояние альфы аховое, но такое яркое подтверждение нагоняло тоску. Столько препаратов — и только для того, чтобы помочь одному человеку преодолеть то, что с ним сделал другой. Это страшно. Юнхо в этот момент остро захотелось крепко пожать шею Чонелю. И его родителям тоже. Сволочи.       Минхо длинно выдохнул, и этот звук вырвал бету из круговерти кровожадных мыслей. Нужно было взять себя в руки. Минхо требуется помощь. Юнхо встряхнулся и потянулся к расставленным на тумбочке лекарствам. Нужно было прочитать все подписи и составить график приема. Бета выхватил из всего разнообразия какую-то коробочку и попытался вчитаться в надпись на ней. Буквы плыли, сосредоточиться не получалось.       Минхо пытался сдержать слезы. Он понимал, что Юнхо заботится. Что все эти лекарства тут оставили не просто так. Что его здоровье сильно подорвано. Он даже вспомнил, что врач говорил о каких-то разоренных ради этого неприкосновенных запасах госпиталя. Но исчезновение теплых пальцев Юнхо с лодыжки ощущалось несправедливостью вселенских масштабов. Желание попросить бету вернуть все как было боролось с пониманием, что альфе не пристало скулить и молить о прикосновении. Минхо уже почти смирился с тем, что надо как-то привыкать к холоду, когда откуда-то из глубины его существа поднялось третье чувство. Альтернатива, которая пугала. Разгорающееся все ярче и ярче, оно топило в себе все остальное, захватывая разум и нашептывая в ухо: «Схвати его! Подомни под себя! Пометь! Присвой! Сделай своим!»       Разум альфы сопротивлялся изо всех сил, но сдавал позиции. Минхо твердил себе, что так нельзя. Что Юнхо — живой человек, со своими желаниями и мнением. Что он может вовсе и не хотеть подобной близости. Но темнота, бурлящая в венах вместе с кровью, подкидывала воспоминание за воспоминанием: — Я, если ты о моем мнении, не против. Точнее — очень даже «за». Точнее, я не настаиваю, но ты должен знать, что я всегда готов. В смысле… Черт… — Ваше влечение взаимно. — Я уйду, и хоть сразу в койку прыгайте. Для здоровья полезно будет.       Крышу рвало с бешеной силой. Минхо пришлось больно прикусить щеку изнутри, чтобы немного отрезвить себя. Даже если Юнхо не будет против, нужно сперва поговорить. Хотя бы спросить… — Херовая из меня получилась сиделка… Прости, но я больше не могу…       Минхо еще пытался понять, послышалось ему или нет, когда его губ коснулись чужие. Мягкие, нежные, упругие, с едва уловимым привкусом кофе, выпитого по дороге домой, и… Минхо застонал от наслаждения, почувствовав, наконец, пудру, которой грезил, на вкус. Самое лучшее, что он пробовал в жизни. Руки сами собой обвили тонкую талию беты, притискивая горячее тело ближе. Желанная тяжесть вдавила в кровать, заставив резко выдохнуть. Пудровые губы отстранились. — Прости, Минхо, прости, пожалуйста! Я сейчас… Погоди, сейчас слезу….       Минхо зарычал и дернул начавшее подниматься тело обратно на себя. Никто не смеет забирать у него то, что принадлежит ему! Альфа вскинулся и прижался губами к суматошно бьющейся под тонкой кожей шеи венке, лаская языком биение чужой жизни. Над ухом раздался стон, забивший еще один гвоздь в крышку гроба самоконтроля Минхо. Он легонько прихватил кожу зубами и с восторгом услышал, как стон сменился всхлипом. Его паре хорошо. Он молодец. — Подожди, дай я с тебя слезу, я же тяжелый…       Голос беты резонировал на языке и вызывал довольное ворчание. Однако, смысл слов до мозга дошел лишь после того, как желанная тяжесть снова попыталась исчезнуть. Минхо покрепче стиснул руки, не давая бете вырваться, и прорычал: — Ты — идеальный.       Услышав это, Юнхо сдался. Он позволил сильным рукам альфы завалить себя на крепкое тело всем весом и снова подставил шею под горячие поцелуи. Он плавился в чужой страсти и уже даже почти не ругал себя за то, что сорвался и начал все это. Что не смог, как взрослый, ответственный бета, сперва сделать все, что было НУЖНО, и лишь потом приступить к тому, что ХОЧЕТСЯ. Потому что Минхо обнимал его так, будто именно это и было ему НУЖНО. Будто Юнхо, весящий вообще не как омеги, не делает больно своим весом. Будто… Будто… — Какой же ты идеальный…       Руки Минхо отпустили талию и принялись блуждать по широкой крепкой спине беты, проминая сильными пальцами натруженные мышцы. Юнхо сдавленно заскулил от этой ласковой боли, обещающей освобождение от напряжения и удовольствие. Он судорожно вдыхал и рвано выдыхал, не способный контролировать себя. Минхо продолжал терзать зубами, губами и языком его шею. Юнхо, по ощущениям, расплывался в счастливую лужу. Ни разу его не вело так, ни от одного его любовника. Хоть и было их очень немного, бета думал, что дело не в них. Дело в Минхо. Он — совершенно особенный. Он — прекрасный. Он — идеальный…       Он перевернул их одним мощным движением. Юнхо взвизгнул от неожиданности, оказавшись вдруг прижатым к кровати сильным телом. Минхо чуть приподнялся и хрипло попросил: — Подними руки.       Бета не сразу понял, чего от него хотят. Минхо сорвал с себя футболку и задрал чужую, и теперь требовательно смотрел в глаза Юнхо. — Подними руки, иначе я ее порву…       Юнхо едва не задохнулся от восторга, услышав такое в свою сторону. Даже в своих фантазиях он редко представлял, что его партнер будет хотеть его настолько сильно, чтобы рвать на нем вещи. Расточительство? Возможно. Кинк на силу? Пожалуй. Кто-то хочет его за это осудить? Пошли нахуй. Не на этот. Этот Юнхо уже застолбил себе. — Рви…       Ответа лучше и желать нельзя было. Довольная усмешка мелькнула на красивых губах альфы. Он прищурился и резко рванул подол футболки в разные стороны. Ткань жалобно треснула и разошлась, обнажая красивый, подтянутый живот с заметными кубиками пресса. Минхо голодно облизнулся. Несмотря на то, что на альф он никогда не заглядывался, красивый рельеф его привлекал. Поэтому все его омеги были из спортивных милашек, знающих, что с тренажерами можно не только фоткаться для соцсетей, но и тренироваться на них. Еще один рывок — и из плена ткани показалась широкая грудь беты. Минхо недовольно рявкнул и рванул еще раз, наконец-то побеждая горловину и разрывая футболку полностью. Окинув взглядом великолепие, что раскинулось под ним, альфа сполз чуть пониже, обхватывая бедра беты своими, и склонился к губам Юнхо. — Пожалуйста, останови меня, если не хоч…       Договорить ему не дали чужие губы. Юнхо чуть приподнялся на локтях, чтобы достать, и теперь самозабвенно целовал. Голова Минхо шла кругом. Ему не просто позволяли… Его ЖЕЛАЛИ!!! Он уже забыл, какого это…       Все дальнейшее слилось для них обоих в одно яркое пятно удовольствия. Им хватило остатков здравого смысла ограничиться ласками и совместной дрочкой, но желания отрываться друг от друга не было вообще. Они с энтузиазмом пубертатных подростков исследовали тела друг друга, доводя почти до исступления. Минхо с удивлением осознал, что с физически сильным партнером открываются ранее неведомые грани удовольствия. Юнхо неожиданно понял, что его высокий рост может быть не помехой, а подспорьем. Они оттягивали финал, как могли, но в конце концов не смогли больше противиться физиологии. Кончив один за другим, они лежали рядом, переплетясь ногами и обнявшись, и пытались восстановить дыхание. И их совершенно не волновало, что они грязные и им надо в душ. Им было просто хорошо. Так хорошо, как никогда раньше. — Минхо… — первым минут через десять подал голос Юнхо.       Альфа неразборчиво муркнул в ответ, давая знак, что слушает. — Нам надо помыться.       Минхо согласно уркнул, но не сделал ни единого движения, чтобы отпустить Юнхо или встать самому. — А еще надо посмотреть, что нам за лекарства оставили для тебя.       Альфа страдальчески застонал, показывая свое отношение к этой теме. Ему не нужны были лекарства. Ему нужен был Юнхо. — Давай, мой хороший, надо в душ.       Теплое тело пришло в движение, и челюсти Минхо сомкнулись на чужой губе. Юнхо тихонько рассмеялся, и альфе пришлось отпустить. Он не хотел делать больно. Он хотел лишь, чтобы бета не уходил. — Тебе нужно поесть. — Я бы с удовольствием съел тебя, — проворчал Минхо. — Сначала надо съесть еду, иначе у тебя не хватит сил съесть меня, — Юнхо решил поиграть в искусителя. — На это у меня всегда сил хватит!       Рука Минхо сжала ягодицу беты. Юнхо понял, что если он не предотвратит разврат прямо сейчас, то потом он в него активно впишется, и тогда неизвестно, когда они вообще поедят. А поесть им было нужно. Он четко вспомнил, что что-то из оставленных лекарств Минхо должен принимать три раза в день после еды. Так что он призвал на помощь всю свою грацию и пластику танцора, выгнулся, извернулся и, наконец, выскользнул из объятий Минхо. Расстроенный гул альфы едва не заставил его вернуться, но здравый смысл заставил бегом покинуть спальню. Перед тем, как захлопнуть за собой дверь ванной, он чуть повысил голос, чтобы его было слышно Минхо, и попросил: — Я выйду через десять минут. Пожалуйста, соберись, потому что ты следующий.       Из комнаты послышалось неразборчивое, но явно довольное ворчание. Юнхо улыбнулся и ушел в душ. Ему предстояло успокоиться и подумать над тем, что произошло. Рефлексировать он не собирался. Все было по обоюдному согласию. Скорее, удивляло другое. Альфа его больше не притравливал. Юнхо четко помнил это ощущение, если быть честным с самим собой, хотел бы его еще почувствовать, но не сейчас. Сейчас надо включить взрослого, ответственного бету и позаботиться о здоровье Минхо.       Наскоро помывшись, Юнхо чертыхнулся, поняв, что не взял с собой никакой одежды. У него даже халатов не водилось. Так что придется выходить в одном полотенце. Смирившись с этим, он вытерся, завязал на бедрах большое полотенце, повесил на плечи второе, маленькое, чтобы вода с волос стекала на него, и вышел из ванной. Вышел — и попал в объятия Минхо.       Альфа, когда Юнхо ушел, немного повалялся в кровати, пытаясь согнать с губ улыбку, но потерпел поражение. Удовольствие наполнило его, как гелий, и теперь он, казалось, вот-вот мог взлететь к потолку. Счастье распирало его. Он хотел поделиться им со всем миром: с соседями, с прохожими, с каждым встречным, даже с мужем… Воспоминание о Чонеле немного отрезвило, но ненадолго. Чонеля и его приторной, банальной ванили, что умела заползать в глотку и отнимать возможность дышать, здесь не было. Зато был бета Юнхо и его прекрасная пудра.       Минхо задумался. Он всю жизнь считал, что беты ничем не пахнут. Где-то внутри поднялся интерес: Юнхо такой особенный или все беты чем-то пахнут, просто слабо? Тут же поднялось внутреннее возмущение: Юнхо определенно особенный!!! Минхо вздохнул. Как же иногда тяжело с самим собой. Но желание снова почуять эту головокружительную пудру заставило подняться и подойти к двери в ванную.       За ней как раз стих шум воды. Альфа приготовился ловить Юнхо, который, возможно, захочет ускользнуть. Он помнил, что у них еще есть дела, но можно же немножко пообниматься, прежде чем начинать их делать? Дверь открылась, и в ждущие руки тут же попало горячее тело. Минхо не изверг, Минхо обернулся простынью в стратегических местах, чтобы не испачкать чистого Юнхо, но соприкоснувшись кожей к коже вдруг подумал, что можно, наверное, отложить дела еще немного… Или много… Его нос будто сам собой уткнулся в шею беты, втягивая тонкий аромат пудры и, внезапно, нотки мяты и ежевики. От этого сочетания Минхо натурально повело. Бета пах им. — Ты… Ты пахнешь мной… — прошептал альфа, заглядывая в глаза Юнхо. — Конечно пахну, — усмехнулся бета. — Ты биологию в школе вообще учил? — Биологию? — Минхо несколько раз моргнул, пытаясь понять, о чем это Юнхо. — Ты кончил на меня, — весело фыркнул бета. — Логично, то я тобой пропах. И буду пахнуть еще несколько часов, если не воспользуюсь нейтрализатором. — А ты… — Но я этого делать не собираюсь, — отрезал Юнхо. — Потому что тебе это нравится. — А тебе?       Голос Минхо прозвучал сдавленно. Он опустил голову, прижавшись губами к плечу Юнхо в почти целомудренном поцелуе. — Прости, но я — бета. Я не чувствую твой запах, — расстроено ответил Юнхо. — Я пахну мятой и ежевикой, — тихо сказал альфа. — Не самый мужественный запах, но… — Но мое любимое сочетание, — неверяще ответил Юнхо. — Подожди, серьезно? Мята и ежевика? — Да, — Минхо вскинул голову и испытующе посмотрел бете в глаза. — Твое любимое сочетание? — Постоянно ем конфеты с этими вкусами, — кивнул Юнхо, вспоминая то, что считал лишь плодом своей фантазии. — И, знаешь, я думал, что мне все кажется, но я… Получается, я чувствовал твой запах!

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!