41. Охота начинается

Джисон проснулся от того, что кто-то настойчиво стучал в дверь. Он сел на кровати, протирая глаза. За окном только начинало светать — серый предрассветный свет просачивался сквозь шторы. Стук повторился — настойчивый, тревожный. — Иду, — крикнул он, натягивая джинсы на ходу. Он распахнул дверь и замер. На пороге стоял Минхо. Его лицо было бледным, глаза — напряжёнными. В руках он сжимал телефон, и по тому, как дрожали его пальцы, Джисон понял — случилось что-то ужасное. — Что? — спросил он, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Шериф звонил, — сказал Минхо. — Труп. На кладбище. Мужчина. Убит нечеловеческим способом. Отец хочет, чтобы я приехал. — Ты думаешь, это оборотень? — Я знаю, что это оборотень, — Минхо сжал челюсть. — Но не из моей стаи. Возможно из стаи Хонджуна. Это что-то новое. Или кто-то новый. Джисон почувствовал, как внутри поднимается тревога. Кладбище. Труп. Нечеловеческое убийство. Всё это звучало как начало чего-то страшного. — Я с тобой, — сказал он. — Я знал, что ты так скажешь, — Минхо усмехнулся — невесело, но тепло. — Одевайся. Жду внизу. Он развернулся и пошёл к машине, а Джисон быстро накинул толстовку, сунул ноги в кроссовки и выбежал следом. --- Кладбище встретило их серым утром и тяжёлым запахом сырой земли. Полицейские оцепили место происшествия, но шериф Ли уже ждал их у ворот. Его лицо было уставшим, но глаза смотрели остро, профессионально. — Я знал, что ты придёшь, — сказал он сыну. — И твой друг тоже, — он кивнул Джисону. — Идёмте. Я покажу вам. Он провёл их через оцепление к старому склепу, где лежало тело. Джисон сглотнул, готовясь увидеть худшее. Мужчина лежал на спине, его глаза были открыты и смотрели в пустоту. Шея была разорвана — глубокие рваные раны, оставленные когтями. Не ножом. Не осколком. Именно когтями. — Кто это? — спросил Минхо. — Местный, — ответил шериф. — Работал сторожем на кладбище. Пришёл на ночную смену и не вышел на связь. Утром его нашли. — Это не случайность, — тихо сказал Джисон. — Нет, — согласился Минхо. — Это сообщение. — Кому? — спросил шериф. — Нам, — Минхо повернулся к отцу. — Хонджун хотел показать, что он может ударить в любое время. В любом месте. Шериф покачал головой. — Я не хочу, чтобы вы лезли в это. Но я знаю, что вы не послушаетесь. Поэтому будьте осторожны. — Мы будем, — пообещал Минхо. Они вышли с кладбища, и холодный ветер ударил им в лицо. Джисон чувствовал, как внутри нарастает напряжение. Это было только начало. Он знал. --- Клиника встретила их напряжённой тишиной. Феликс уже был там — сидел на стуле и нервно теребил пальцы. Чан стоял у окна, сжав кулаки. Рюджин сидела в углу, обхватив колени руками. Йеджи стояла рядом с ней, и её рука лежала на плече девушки. — Я знаю, зачем мы здесь, — сказал Феликс, не поднимая головы. — Это моя вина. Я должен был предупредить. — Ты не мог знать, — сказал Джисон, садясь рядом с ним. — Мог, — Феликс поднял голову. — Я банши. Я слышу мёртвых. Я должен был услышать его. Но я спал. — Это не твоя вина, — твёрдо сказал Минхо. — Это вина Хонджуна. И мы найдём его. — Но что, если мы не успеем? — прошептал Феликс. — Что, если он убьёт ещё кого-то? — Мы не позволим, — Минхо посмотрел на него. — Мы — стая. Мы защищаем друг друга. В этот момент Йеджи поднялась и подошла к Минхо. — Я могу помочь, — сказала она. — Я чувствую его. Запах. Он оставил след. — Ты можешь найти его? — спросил Минхо. — Я могу попытаться, — она кивнула. — Но мне нужно время. — У нас нет времени, — сказал Чан. — У нас есть сегодня, — ответила Йеджи. — Завтра мы начнём поиски. Минхо задумался на секунду. — Хорошо, — сказал он. — Завтра утром мы выходим. Джисон кивнул. Завтра. У них есть один день. Но он чувствовал, что это только начало. Настоящая охота только начиналась. --- Остаток дня прошёл в подготовке. Джисон помог Доку Кану подготовить лекарства и бинты на случай, если кто-то пострадает. Феликс сидел в углу и сосредоточенно слушал голоса, которые никто не мог услышать. Чан проверял оружие. Минхо изучал карту города, отмечая места, где мог прятаться враг. Рюджин сидела на крыльце клиники, глядя вдаль. Йеджи села рядом. — Ты волнуешься? — спросила кицунэ. — Да, — честно ответила девушка. — Я боюсь. Боюсь, что мы не успеем. — Мы успеем, — Йеджи положила руку на её плечо. — Я здесь. Я помогу. Рюджин посмотрела на неё, и в её глазах мелькнула благодарность. — Почему ты помогаешь нам? — спросила она. — Ты не обязана. — Я хочу, — Йеджи улыбнулась. — Я чувствую, что это правильно. И ты мне нравишься. Рюджин удивлённо подняла брови. — Что? — Ты мне нравишься, — повторила Йеджи. — Я хочу узнать тебя лучше. Рюджин покраснела, но не отвела взгляда. — Может быть, мы сможем поговорить, когда всё закончится? — спросила она. — Я бы хотела этого, — ответила Йеджи. Они сидели молча, глядя на закат, и между ними царила тишина, которая была не пустой, а наполненной надеждой. Джисон стоял у окна и видел их. Он улыбнулся. Даже в самые тёмные времена есть место для света. --- Вечером он сидел в своей комнате и смотрел на дневник отца. Он ещё не дочитал его до конца. Слишком больно было узнавать правду. Но он знал, что должен. Он открыл страницу, на которой остановился в прошлый раз. «Я не знаю, смогу ли я вернуться к тебе. Но знай: если я не вернусь, это только потому, что я борюсь за твоё будущее. За мир, в котором ты сможешь быть свободным.» Джисон прочитал это снова. Потом ещё раз. «За твоё будущее», — повторил он про себя. — «Он боролся за меня». Он закрыл дневник и убрал его под кровать. Завтра они начнут охоту. Завтра они найдут убийцу. И, возможно, завтра он узнает ещё больше о своём отце. Он лёг на спину и уставился в потолок. «Я сделаю это, — подумал он. — Я найду его. Я найду Хонджуна. И я остановлю его». --- Следующее утро началось рано. Джисон проснулся от того, что в дверь постучал Феликс. — Вставай, — сказал он. — Мы выходим через час. Джисон быстро оделся, спустился вниз, где уже все собрались. Минхо стоял у двери, его лицо было сосредоточенным. Рядом с ним стояла Йеджи и Рюджин. Чан уже сидел за рулём машины. — Мы едем на старую ферму, — сказал Минхо. — Там был след Хонджуна. Или того, кто убил сторожа. — Ты думаешь, это он? — спросил Джисон. — Я не знаю, — ответил Минхо. — Но мы должны проверить. Они вышли из дома. Джисон посмотрел на небо. Оно было серым, хмурым. Начинался дождь. «Сегодня будет трудный день», — подумал он. Но он был готов. Они все были готовы. Они сели в машину и поехали. Впереди их ждала охота. И они знали — они выиграют. Потому что они были вместе. Потому что они были семьёй. И никакая тьма не могла погасить их свет. --- Ферма встретила их тишиной. Они вышли из машины и огляделись. Здание было старым, полуразрушенным. Вокруг ни души. — След здесь, — сказала Йеджи, закрывая глаза. — Запах слабый, но он есть. — Внутри, — сказал Чан. — Я чувствую. Они подошли к двери. Она была приоткрыта. — Будьте осторожны, — сказал Минхо. — Я пойду первым. Он толкнул дверь, и она с протяжным скрипом открылась. Внутри было темно. Глаза привыкали медленно. Но Джисон уже чувствовал — здесь кто-то есть. — Выходи, — сказал Минхо. — Мы знаем, что ты здесь. Из темноты раздался смех. Холодный, жуткий. — Ты всегда был слишком самоуверенным, Минхо, — сказал голос. Из тени вышел мужчина. Джисон узнал его сразу. Чонхо. Один из людей Хонджуна. — Ты должен был быть здесь, — сказал Чонхо. — Хонджун ждёт тебя. — Где он? — прорычал Минхо. — Не скажу, — усмехнулся Чонхо. — Но я передам ему привет. Он бросился вперёд, и бой начался. --- Джисон никогда не дрался так яростно. Чонхо был сильным, но Минхо был быстрее. Они столкнулись в центре комнаты, и их рыки смешались в один дикий звук. Джисон хотел помочь, но Чан удержал его. — Не вмешивайся, — сказал он. — Это его бой. Джисон смотрел, как они кружат друг вокруг друга, нанося удары. Минхо был сильнее, но Чонхо был хитрее. Он уклонялся, прятался за тенями. Но Минхо не отступал. Он бил снова и снова, пока Чонхо не упал на колени. — Где Хонджун? — прорычал Минхо, прижимая его к земле. — Ты узнаешь, — прохрипел Чонхо. — Очень скоро. Он усмехнулся, и в этот момент Джисон увидел — за его спиной кто-то стоял. — Минхо! — крикнул он. Но было поздно. Второй фигура выскочила из темноты, и Джисон узнал его. Сан. Силач Хонджуна. Он бросился на Минхо, и они покатились по полу. — Чан! — крикнул Джисон. — Помоги ему! Чан бросился вперёд, и они втроём схватились в яростной схватке. Йеджи оттащила Рюджин в сторону, заслоняя её собой. — Не подходи, — сказала она. — Я защищу тебя. Джисон чувствовал, как внутри закипает ярость. Он не мог больше стоять в стороне. Он бросился в бой, и его когти прорезали воздух. Сан зарычал, но не отступил. Он был сильным, но Джисон был быстрее. Они сражались, и в этом хаосе Джисон чувствовал только одно — он должен защитить своих друзей. Он должен защитить стаю. --- Бой закончился внезапно. Сан и Чонхо отступили, растворившись в темноте. Минхо стоял на коленях, тяжело дыша. Чан помог ему встать. — Они ушли, — сказал Чан. — Но они вернутся, — ответил Минхо. Джисон подошёл к нему и помог держаться. — Ты в порядке? — спросил он. — Я в порядке, — сказал Минхо, глядя ему в глаза. — Ты меня спас. — Я не мог позволить тебе умереть, — ответил Джисон. Они стояли друг напротив друга, и в этом моменте было что-то большее, чем просто благодарность. Что-то, что они оба чувствовали, но не могли выразить словами. — Пойдём, — сказал Минхо. — Нам нужно возвращаться. Они вышли из фермы, и дождь начал стихать. Небо было всё ещё серым, но в нём появился просвет. «Мы справимся», — подумал Джисон. Он знал, что впереди ещё много боёв. Но они были вместе. И это было главное. --- В клинике их ждали. Док Кан осмотрел Минхо — несколько царапин, но ничего серьёзного. Рюджин и Йеджи сидели в углу и тихо разговаривали. Феликс стоял у окна, и его лицо было спокойным. — Ты что-то чувствуешь? — спросил Джисон. — Да, — ответил Феликс. — Это не конец. Это только начало. — Я знаю, — сказал Джисон. Феликс повернулся к нему. — Но мы справимся. Потому что мы — стая. Джисон улыбнулся. — Да, — сказал он. — Потому что мы — стая. Он подошёл к окну и посмотрел на улицу. Дождь закончился, и сквозь тучи пробивалось солнце. «Мы выстоим», — подумал он. — «Мы всегда выстоим». И в этом была его сила. Их сила.