46. Ультиматум

Джисон всё ещё чувствовал тепло на шее, там, где Минхо оставил метку. Он стоял посреди процедурной клиники, прикасаясь кончиками пальцев к тому месту, где под кожей пульсировал новый знак. Метка была едва заметной на вид — изящная чёрная вязь, переплетение тонких линий, напоминающих волчьи следы или ветви старого дерева. Но он чувствовал её каждой клеткой тела. Она словно соединяла его с Минхо невидимой нитью, и это ощущение было странным, но приятным. Как будто он наконец-то нашёл своё место. Свой дом. Минхо стоял напротив, его руки всё ещё были опущены, но Джисон заметил, как альфа слегка сжал пальцы в кулаки, словно сдерживая себя от желания прикоснуться снова. В его глазах отражался мягкий свет, и в них не было ни капли той привычной холодности, которую Джисон так хорошо знал. Только тепло. Только забота. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Минхо, его голос был тихим, почти шёпотом. Джисон опустил руку, провёл пальцами по своей шее ещё раз, чувствуя, как под ними пульсирует метка, и улыбнулся. — Странно, — честно признался он, делая шаг к альфе. — Но хорошо. Как будто я наконец-то стал частью чего-то большего. — Ты стал частью стаи, — ответил Минхо, и в его голосе послышалась гордость. — Теперь ты связан с нами навсегда. Джисон почувствовал, как внутри разливается приятное тепло. Он посмотрел на свои руки, на когти, которые всё ещё были слегка вытянуты, и медленно убрал их. Потом поднял взгляд на Минхо. — Что теперь? — спросил он, делая ещё один шаг вперёд. Между ними оставалось всего несколько сантиметров. Минхо на мгновение задержал дыхание, его глаза скользнули по лицу Джисона, остановились на его губах, а потом снова поднялись к глазам. — Теперь мы готовимся, — ответил он, и голос его был чуть хриплым. — Хонджун не остановится. Джисон кивнул. Он знал. Он чувствовал это каждой клеткой своего тела. Враг был рядом, и он не успокоится, пока не получит то, что хочет. Но сейчас, в этот момент, стоя рядом с Минхо, Джисон чувствовал себя в безопасности. Он сделал глубокий вдох, чувствуя, как воздух наполняет лёгкие, и выдохнул. Потом отступил на шаг, давая Минхо пространство. — Я должен идти домой, — сказал он. — Мама будет волноваться. Минхо кивнул, и его лицо снова стало серьёзным. — Я провожу тебя. — Не нужно, — ответил Джисон, накидывая рюкзак на плечо. — Я дойду сам. Минхо хотел возразить, но увидел в глазах Джисона твёрдость и не стал спорить. Вместо этого он подошёл ближе и на мгновение коснулся его плеча, сжимая пальцы. — Будь осторожен, — сказал он. — Всегда, — ответил Джисон с лёгкой улыбкой. Он вышел из дома Хо, и холодный воздух ударил ему в лицо. Он замер на крыльце на мгновение, позволяя ветру коснуться его кожи. Потом спустился по ступеням и пошёл по пустынной улице. Город уже погружался в дневную суету, и люди разгоняли утренний ритм в быстрый темп дня. --- Когда Джисон вошёл в свой дом, он сразу понял, что что-то не так. В прихожей горел свет, и из кухни доносились голоса. Мама. И кто-то ещё. Его сердце пропустило удар. Он снял кроссовки, поставил рюкзак у двери и прошёл на кухню. Там, за столом, сидела его мама, а напротив неё — мужчина в форме шерифа. Отец Минхо. Джисон замер на пороге, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Джисон, — мама подняла голову, и её лицо было взволнованным. — Шериф пришёл поговорить с тобой. Шериф Ли поднялся из-за стола и посмотрел на Джисона серьёзным взглядом. Его руки были скрещены на груди. — Я знаю, что ты общаешься с моим сыном, — сказал он, и его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Я знаю, что вы что-то затеяли. И я хочу, чтобы ты был осторожен. Джисон почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он перевёл взгляд на маму, которая смотрела на него с тревогой, потом снова на шерифа. — Я ничего не затевал, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы просто пытаемся защитить город. — Я знаю, — ответил шериф, и его лицо слегка смягчилось. — Я знаю, что Хонджун угрожает вам. Я знаю, что вы пытаетесь его остановить. Но я не хочу, чтобы ты пострадал. Минхо потерял уже слишком много. Джисон сглотнул. Он чувствовал, как внутри нарастает напряжение. — Я не дам ему пострадать, — сказал он твёрдо. — Я обещаю. Шериф смотрел на него долгим взглядом, потом кивнул. — Верю, — сказал он. — Будь осторожен. Он попрощался с мамой и вышел из дома. Джисон стоял в прихожей, чувствуя, как сердце всё ещё бьётся быстрее обычного. Мама подошла к нему и положила руку на плечо. — Ты в порядке? — спросила она. — Да, мам, — ответил он, улыбнувшись. — Всё хорошо. Она не поверила, но не стала настаивать. Вместо этого она просто обняла его и поцеловала в макушку. — Я люблю тебя, — сказала она. — Я тоже тебя люблю, — ответил он. --- На следующее утро Джисон проснулся от того, что телефон разрывался от звонков. Он схватил его, увидел имя Феликса и сразу поднёс к уху. — Алло? — Джи, — голос друга был взволнованным. — Ты должен прийти в клинику. Срочно. — Что случилось? — Я не знаю, — ответил Феликс. — Но Минхо здесь. Он в ярости. Джисон вскочил с кровати, даже не успев умыться. Он быстро оделся, накинул толстовку и выбежал из дома. Всю дорогу он бежал, чувствуя, как ветер хлещет по лицу. Когда он ворвался в клинику, первое, что увидел — это Минхо, стоящего у окна и сжимающего кулаки. Рядом с ним стояли Чан и Феликс. Йеджи сидела на стуле, скрестив руки на груди. Рюджин стояла у стены, её лицо было бледным. — Что случилось? — спросил Джисон, подходя ближе. Минхо повернулся к нему. Его глаза горели жёлтым. — Хонджун сделал ход, — сказал он, и в его голосе слышалась едва сдерживаемая ярость. — Он прислал сообщение. — Какое? — Он требует, чтобы ты пришёл к нему, — сказал Чан, подходя ближе. — Иначе он убьёт по одному члену нашей стаи. Джисон почувствовал, как внутри всё холодеет. — Что? — Он серьёзен, — добавил Феликс. — Он оставил доказательство. Он протянул Джисону телефон. На экране была фотография. На ней был изображён кусок ткани — чёрный, с вышитым символом стаи Минхо. И рядом с ним — отрезанный палец. Джисон замер, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Это… это Юнхо, — сказал он, узнавая символ. — Он у него. — Да, — кивнул Минхо. — Хонджун готов убивать своих же людей, чтобы добраться до тебя. Джисон опустился на стул, чувствуя, как ноги подкашиваются. Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как ладонь касается влажной кожи. — Я должен идти, — сказал он, поднимая голову. — Я не могу позволить ему убивать людей из-за меня. — Нет, — твёрдо сказал Минхо, подходя к нему. — Мы не позволим тебе идти одному. — Но… — Нет, Джисон, — Минхо наклонился, заглядывая ему в глаза. — Ты — часть стаи. Мы не бросаем своих. Джисон посмотрел на него, и в его глазах мелькнула благодарность. — Что мы будем делать? — спросил он. — Мы найдём другой способ, — сказал Минхо, выпрямляясь. — Мы не дадим ему диктовать условия. --- Они собрались в процедурной, чтобы обсудить план. Джисон сидел за столом, чувствуя, как пальцы дрожат. Он сжимал их в кулаки, пытаясь унять дрожь. Рядом с ним сидел Феликс, и его рука лежала на плече Джисона, поддерживая. — Мы не можем просто ждать, — сказал Чан, стоя у карты города, развёрнутой на столе. — Он может ударить в любой момент. — Мы должны нанести удар первыми, — добавила Йеджи, подходя ближе. — Я могу найти его убежище. — Это опасно, — заметил Феликс. — Всё, что мы делаем, опасно, — ответила она. — Но мы должны рискнуть. Минхо подошёл к столу и посмотрел на карту. — Мы разделимся на две группы, — сказал он. — Одна будет искать убежище Хонджуна. Вторая — охранять территорию. Если он нападёт, мы должны быть готовы. — Я пойду с Йеджи, — сказала Рюджин, делая шаг вперёд. — Я знаю его методы. Минхо кивнул. — Хорошо. Чан, ты будешь охранять территорию с братьями. Феликс, ты останешься с Доком Каном. Джисон… — Я пойду искать убежище, — твёрдо сказал Джисон, поднимаясь из-за стола. — Это я должен сделать. Минхо посмотрел на него долгим взглядом, в котором читалось беспокойство. Потом кивнул. — Хорошо, — сказал он. — Но я иду с тобой. Джисон хотел возразить, но увидел в его глазах сталь и понял — бесполезно. — Хорошо, — сказал он. — Мы идём вместе. --- Они вышли из клиники через час. Джисон шёл рядом с Минхо, чувствуя, как ветер играет с его волосами. Город был тих — только редкие прохожие спешили по своим делам. Но в воздухе висела тревога. — Ты боишься? — спросил Минхо, не поворачивая головы. — Да, — честно ответил Джисон. — Но я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал из-за меня. — Никто не пострадает, — сказал Минхо. — Я обещаю. Джисон посмотрел на него и увидел в его глазах твёрдость. — Ты всегда такой уверенный? — спросил он. — Нет, — ответил Минхо, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка. — Но я должен быть уверенным для своей стаи. — И для меня? — тихо спросил Джисон. Минхо остановился и повернулся к нему. Их взгляды встретились. — Особенно для тебя, — сказал он. Джисон почувствовал, как сердце пропустило удар. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. — Пойдём, — сказал Минхо, разворачиваясь. — Нас ждут. --- Они нашли убежище Хонджуна к вечеру. Это был старый склад на окраине города. Вокруг ни души. Но Джисон чувствовал — внутри есть кто-то. — Он знает, что мы здесь, — сказал он, напрягаясь. — Я знаю, — кивнул Минхо. — Но мы не отступим. Он толкнул дверь, и она с протяжным скрипом открылась. Внутри было темно. Они сделали несколько шагов вперёд, и свет из-за спины исчез. — Я знаю, что ты здесь, — сказал Минхо, останавливаясь. — Выходи. Из темноты раздался голос. Холодный. Спокойный. — Ты всегда был таким самоуверенным, Минхо. Из тени вышел Хонджун. Его лицо было спокойным, но в глазах горел огонь. — Ты пришёл с ним, — сказал он, глядя на Джисона. — Я думал, ты умнее. — Я умнее, — ответил Минхо, делая шаг вперёд. — Поэтому я пришёл. Хонджун рассмеялся — холодно, безрадостно. — Ты думаешь, что сможешь меня остановить? — Я думаю, что мы сможем, — сказал Джисон, выступая вперёд. Хонджун посмотрел на него, и в его глазах мелькнул интерес. — Ты смелый, — сказал он. — Это хорошо. Ты пригодишься мне. — Я не пригожусь тебе, — твёрдо сказал Джисон. — Никогда. — Посмотрим, — ответил Хонджун. Он бросился вперёд, и бой начался. Джисон сражался с яростью, которой не чувствовал раньше. Хонджун был сильным, но Минхо был быстрее. Джисон уклонялся от ударов, наносил свои, и его когти рассекали воздух. Он чувствовал, как сила наполняет его тело, как свет внутри разгорается. — Ты не сможешь победить меня! — прорычал Хонджун, отбрасывая Джисона в сторону. — Я не должен побеждать тебя, — ответил Джисон, поднимаясь с колен. — Я должен остановить тебя. Он бросился вперёд, и его удар был точным. Хонджун отлетел в стену, и раздался глухой удар. — Ты… — прохрипел он, поднимаясь. — Ты заплатишь за это. Он отступил к выходу и исчез в темноте. Джисон стоял посреди пустого склада, тяжело дыша. Рядом с ним встал Минхо. — Ты в порядке? — спросил он. — Да, — ответил Джисон, и его голос дрожал. — Я в порядке. Минхо положил руку на его плечо. — Ты был смелым, — сказал он. — Очень смелым. — Я сделал то, что должен был, — ответил Джисон. Они вышли из склада, и на улице их встретил свежий воздух. «Мы победили сегодня, — подумал Джисон, глядя на звёзды. — Но это только начало». Он знал, что впереди ещё много битв. Но он был готов. Потому что у него была стая. У него был Минхо. И это было всё, что ему было нужно.