Часть 13 Брачный контракт с бурей

Брачный контракт с бурей «Иногда судьба ставит человека перед выбором не между правильным и неправильным. Иногда она ставит между любовью… и всем остальным миром». Свидание у реки Хан Вечер опускался на Сеул медленно, как тяжелый бархатный занавес. Небо темнело, и огни города один за другим вспыхивали внизу — миллионами золотых искр. Река Хан тянулась через город широкой лентой, и её вода отражала свет небоскрёбов так, словно внизу кто-то рассыпал целое состояние в бриллиантах. На крыше одного из самых дорогих ресторанов Каннама ветер был прохладным и пах дорогим парфюмом, вином и ночным городом. За столом у самого панорамного стекла сидели они. Чонгук и Тэхён. Чонгук выглядел вызывающе безупречно. Черный костюм-тройка от итальянского дома сидел на нём так, будто его шили прямо на теле. Галстука не было — только расстёгнутая верхняя пуговица рубашки, открывающая линию крепкой шеи. Широкие плечи, спокойная уверенность хищника и тяжелые часы на запястье. Он выглядел как человек, который привык владеть всем, на что смотрит. И всё же сейчас он смотрел только на одного человека. Тэхён. Тэхён был другой эстетикой. Шёлковая блуза цвета шампанского мягко струилась по его телу. Длинные ленты на вороте он завязал свободным узлом — так, чтобы ткань слегка прикрывала место, где под кожей постепенно крепла метка. Широкие брюки из мягкой шерсти и лакированные лоферы делали его силуэт почти воздушным. Он казался хрупким. Но светился изнутри. Чонгук смотрел на него так, будто всё золото Сеула было лишь слабой копией того сияния. Тихо зазвенели бокалы. Тэхён медленно повёл пальцем по ножке своего бокала, и Чонгук поймал это движение взглядом. — Ты сегодня почти не прикоснулся к вину, — сказал он негромко. Его ладонь накрыла руку Тэхёна. Тёплая. Большая. Собственническая. Тэхён поднял глаза. В них отражались огни города. — Sono ubriaco di te, Gook-ie. Я пьян тобой, Гук-и. Чонгук усмехнулся тихо. — Опасная зависимость. — Самая приятная, — прошептал Тэхён. Он слегка наклонился ближе. И голос стал ещё тише. — Теперь у меня под кожей — ты. Чонгук замер. — Что? Тэхён коснулся своей груди. — С каждым ударом сердца. На секунду Чонгук потерял дыхание. Он наклонился через стол. — Тэхён… — Мм? — Ты понимаешь, что говоришь? Тэхён улыбнулся. — Да. И шепнул: — Я говорю, что ты меня окончательно испортил. Чонгук тихо рассмеялся. — Поздно жаловаться. Чувственность и тишина Когда они вернулись в квартиру Чонгука, ночь уже полностью поглотила город. Панорамные окна впускали внутрь серебряный свет луны. Сеул мерцал внизу, как океан огней. Они не дошли до спальни. Остановились в гостиной. Иногда между людьми возникает такая тишина, которая громче слов. Чонгук смотрел на Тэхёна долго. Слишком долго. — Почему ты так смотришь? — тихо спросил Тэхён. — Потому что всё ещё не верю. — Во что? Чонгук сделал шаг ближе. — Что ты мой. Тэхён улыбнулся мягко. — Глупый альфа. Он поднял руку и коснулся воротника рубашки Чонгука. — Я был твоим задолго до того, как ты это понял. Чонгук закрыл глаза на секунду. А потом медленно развязал ленты на его блузе. Шёлк мягко соскользнул с плеч. Лунный свет лег на кожу Тэхёна — светлую, тёплую, почти светящуюся. Чонгук провёл пальцами по его плечу так осторожно, словно боялся, что это иллюзия. — Ты даже не представляешь… — тихо сказал он. — Что? — Как сильно я тебя хочу. Тэхён тихо выдохнул. Чонгук склонился к его шее. Губы коснулись места метки. И Тэхён вздрогнул. По телу прошла горячая волна. Это было не просто прикосновение. Это было узнавание. Первобытное. Глубокое. Неоспоримое. Тэхён вцепился пальцами в плечи Чонгука. — Гук… — Я здесь. И в этой ночи они больше не говорили. Потому что иногда любовь говорит языком прикосновений. Языком дыхания. Языком сердец, которые бьются слишком близко. В тот момент не существовало ни страхов, ни легенд о «самовозгорании». Была только их связь. Та самая. Истинная. Золотое дерево внутри них пускало новые ветви. Крепкие. Живые. Нерушимые. Ледяной душ реальности Утро должно было быть ленивым. Тихим. Спокойным. Но судьба редко даёт людям слишком много счастья подряд. Чонгук накинул халат и спустился вниз за кофе. Он ещё улыбался. Но когда вошёл в гостиную — остановился. Улыбка исчезла. В кресле сидел его отец. Рядом — деловой партнёр. А напротив, закинув ногу на ногу, сидел Гон У. Его запах сирени был слишком сладким. Слишком навязчивым. Отец поднял глаза. — А вот и наш золотой наследник. Он указал на портфель на столе. — Мы как раз обсуждали детали вашего брачного контракта с Гон У. Чонгук медленно нахмурился. — Какого контракта? Партнёр отца холодно ответил: — Слияние корпораций. Следующий месяц. Тишина. И потом голос Чонгука. Тихий. Но стальной. — Никакого контракта не будет. Партнёр нахмурился. — Это шутка? Чонгук подошёл ближе к столу. Каждое слово падало тяжело. — У меня есть истинный омега. Он посмотрел прямо на отца. — Я уже поставил ему метку. Гон У резко выпрямился. Чонгук продолжил: — Я люблю его. В комнате стало холодно. — И если цена вашего бизнеса — моя жизнь и его сердце… то сжигайте эти бумаги прямо сейчас. Он медленно произнёс: — Я выбираю его. Пауза была долгой. Отец смотрел на сына внимательно. Очень внимательно. А потом медленно вздохнул. Он знал этот взгляд. Взгляд мужчины, который не отступит. — Иди к нему, сын, — тихо сказал он. — Мы найдём другой способ уладить дела. Гон У резко встал. Лицо было бледным. Губы — тонкой линией. — Ты унизил меня, Чонгук. Его голос был ледяным. — Ты променял меня на… — Уходи, Гон У. Чонгук даже не посмотрел на него. Дверь хлопнула. На улице Гон У остановился. Его руки дрожали. Он сжал кулаки. До крови. Я любил тебя годами. Я терпел твои гулянки. Твои холодные взгляды. Твоё равнодушие. Потому что думал — ты всё равно женишься на мне. Он тихо прошептал сквозь зубы: — Ты ещё пожалеешь, Чонгук. Глаза стали холодными. — Я тебя никому не отдам Спящая буря Когда Чонгук вернулся в комнату, всё снова было тихо. Тэхён спал. Свет утреннего солнца мягко падал на его лицо. Волосы рассыпались по подушке. Он выглядел беззащитным. Спокойным. Счастливым. Чонгук сел рядом. И осторожно коснулся его шеи. Метка под кожей уже начинала укореняться. Она становилась частью Тэхёна. Частью их судьбы. Но Чонгук вдруг почувствовал странное предчувствие. Будто этим утром их жизнь превратилась в минное поле. Он наклонился и тихо прошептал: — Я никому не позволю причинить тебе боль. Тэхён во сне едва слышно улыбнулся. Он не знал. Что их счастье уже заметили. И что где-то за пределами этой комнаты началась тихая война. «Любовь делает человека бесконечно сильным. Но именно поэтому у неё всегда появляются враги».