Часть 22. { Хаширама / Тадзима }

Хаширама проснулся один в большой кровати, еще теплой после ночи. Тадзима уже ушел — вероятно, отправился за продуктами на рассвете, как он иногда любил делать. Сенджу медленно моргнул, бледный утренний свет проникал сквозь полуоткрытые шторы. Его тело было тяжелым, онемевшим от сна… и, самое главное, твердым. Прекрасная утренняя эрекция, идеально твердая у его живота, почти болезненно требующая внимания. Он издал долгий вздох, одновременно раздраженный и забавляющийся. «Черт… только не сейчас…» Он не был из тех, кто каждое утро мастурбирует, как похотливый подросток. По крайней мере, так он себя успокаивал. Но Тадзимы рядом не было. И это отсутствие делало его ещё более чувствительным, ещё более раздражённым. Он лениво перевернулся на живот, прижимая свой член к матрасу. Он не очень-то хотел прикасаться к себе в одиночестве. Не очень-то. Потому что ему было намного лучше, когда этим занимался Тадзима — своими грубыми, мозолистыми руками, своим горячим ртом или просто позволяя себя трахать, как собственническую маленькую шлюшку. И всё же… его бёдра двинулись сами собой. Небольшой инстинктивный толчок. Подушка Тадзимы — та, которая всё ещё источала его древесный, слегка дымный запах, смесь чёрных волос и тёплой кожи — оказалась прямо под его пахом. Хаширама тихо застонал, прижимаясь к матрасу. «Всего… совсем немного… никто не узнает…» Он схватил подушку обеими руками, плотно зажал её между бёдрами и матрасом. Затем начал медленно покачивать бёдрами. Давление было идеальным: мягким, но достаточно сильным, чтобы вызвать прилив тепла внизу живота. Ткань скользила по его чувствительной головке полового члена при каждом движении, уже собирая первые обильные капли предсеменной жидкости. Он закрыл глаза. Запах Тадзимы полностью окутал его. Он представил себе длинные черные волосы, рассыпанные по подушке, темные глаза, полуприкрытые от удовольствия, хриплый голос, шепчущий непристойности прямо ему в ухо. Его бедра ускорились, он этого даже не замечал. Трение становилось восхитительно притягательным. Его дыхание стало более прерывистым, влажным на простыне. «Тадзима… ах… да…» Из его уст вырвался приглушенный стон. Он укусил уголок подушки, чтобы сдержаться, но это было бесполезно: тело взяло верх. Его бедра уже дрожали, пресс напрягался с каждым толчком. Капли пота выступили на спине, стекая по позвоночнику. Теперь он яростно, почти жестоко, колотил по подушке, представляя, как зарывается в тугую, пылающую задницу Тадзимы, представляя хриплые стоны мужа, как ногти впиваются ему в плечи. «Тадзима… о, чёрт… я сейчас…» Удовольствие нарастало неудержимо. Его яички сжались, член яростно пульсировал сквозь промокшую ткань. Он тяжело дышал, рот был прижат к матрасу. Дверь спальни бесшумно открылась. Он ничего не услышал. Полностью погруженный в свои фантазии. «Тадзима… я иду… я сейчас приду и трахну тебя!» Прямо за ним раздался глубокий, теплый, слегка насмешливый голос. «Наполни меня тогда… как хорошенькую шлюшку». Хаширама сначала подумал, что это ему показалось. Как те голоса, которые слышишь, когда уже близок к оргазму. Но потом он почувствовал, как большая, теплая рука медленно скользит по его влажной спине, доходит до изгиба ягодиц и слегка надавливает. «Продолжай, детка… пожалуйста, приходи…» «О да… да-да-да…!» Он резко ударил в последний раз, его бедра бешено дернулись о подушку. Удовольствие выплеснулось внезапно: сильный спазм, хриплый крик, приглушенный матрасом. Его сперма выплеснулась мощными струями, испачкав подушку, простыню, часть живота. Он долго дрожал, ноги тряслись, дыхание перехватывало, прежде чем он окончательно рухнул, обессиленный, тяжело дыша. Одеяло мягко накрыло его горящую спину. Он слегка вздрогнул. "Я дома." Хашираме потребовалось несколько секунд, чтобы перезагрузить свой мозг. «…Добро пожаловать домой». "Спасибо." Тишина. Затем: «Ты не собираешься ложиться в постель?» «Нет. Ты просто трахнул нашу кровать. Теперь везде сперма». Хаширама слабо, всё ещё задыхаясь, усмехнулся. «Но обычно тебе нравится это получать…» «Освободите для меня место». Хаширама вяло попытался подвинуться… но едва сдвинулся на три сантиметра. Тадзима вздохнул, схватил испачканную подушку и без лишних церемоний бросил её на пол. Вместо неё он взял подушку Хаширамы, удобно устроился на вспотевшей спине мужа и обнял его за талию, словно собственнический хозяин. «Тогда весь день проведу в постели». Хаширама улыбнулся, уткнувшись в подушку, его глаза уже были полузакрыты. «Меня это устраивает…» Тадзима лениво поцеловал его влажный затылок. «Главное, чтобы в следующий раз ты трахал меня… а не мою подушку». Хаширама тихо рассмеялся, голос его все еще был хриплым. "Хорошо…"   🌱❤️‍🔥