Вернутся к фанфику

Глава 1

10 марта 2026, 16:00
Косой переулок оказался многолюднее, чем ожидалось. Поскольку лорд Волан-де-Морт всё ещё был на свободе, два волшебника, стоявшие в тени, предполагали, что маги и ведьмы прячутся в своих домах, опасаясь нападений Пожирателей Смерти. Так было всего несколько месяцев назад. Однако толпа идеально подходила для двух разочарованных волшебников, наблюдавших за шумными толпами, стоя в тёмном узком переулке. Оба волшебника выпрямились, увидев свою цель: тот, идя сквозь толпу, смотрел прямо перед собой, не обращая внимания на перешептывания и пристальные взгляды. — И мы уверены, что наша информация верна, Люциус? — Да, милорд. Мальчика предали. Он прекратил тренировки. Теперь он лёгкая мишень. Он намеренно снова и снова подвергает себя опасности. Можно подумать, что он хочет умереть. — Или же ему просто больше нет дела до этого. — Почему его должно волновать что-либо, если они принесли ему только смерть и предательство? Драко донёс на Поттера, что тот связан со слизеринцами. Даже тогда, до резни, он отступил от борьбы. Драко говорит, что Поттер больше не интересуется этим. Волан-де-Морт кивнул, и они с Люциусом продолжили наблюдать, как восемнадцатилетний волшебник небрежно пробирается сквозь толпу, опустив подбородок к земле, но его яркие зелёные глаза смотрели прямо перед собой, не отводя взгляда ни в одну, ни в другую сторону. — Мы могли бы забрать его прямо сейчас, милорд. Я не вижу никого из проклятого Ордена. — Сказано слишком поспешно. Серьёзно, Люциус. Почему ты не можешь держать язык за зубами? — прошипел Волан-де-Морт, указывая на группу волшебников, спешащих вслед за Гарри Поттером. Волан-де-Морт и Люциус Малфой с интересом наблюдали, как несколько членов Ордена окружили Поттера, все они выглядели враждебно настроенными. В тот момент, когда Поттер увидел их, его бесстрастное лицо сменилось хмурым выражением, а в руке внезапно оказалась палочка. — Значит, это официально, — пробормотал Волан-де-Морт.  Выражение лица Поттера, когда он столкнулся с пятью волшебниками, тоже было интересно изучать. Если раньше он шёл по дороге, выглядя растерянным, но настороженным, то теперь мальчик выпрямился, и казалось, что его сила окутала его. Он выглядел сильным и хорошо подготовленным к противостоянию с окружающим его глупцам. Но… в оборонительной позе Поттера было что-то бесконечно странное. Через мгновение Поттер поморщился. И сделал это не раз. — Он ранен, — прошептал Тёмный Лорд, и взгляд Люциуса сузился, ожидая более внимательного изучения. — Пойдём, Гарри. Мы должны тебя вернуть, — донёсся до них голос Артура Уизли. Люциус поёрзал и усмехнулся. — Э-э… ​​нет. Мы уже обсуждали это раньше. — Ты не можешь просто так убегать куда хочешь, Поттер! — рявкнул Аластор Муди. — Я буду делать, что захочу. Я больше не ваше оружие, — твёрдо заявил Гарри, прежде чем попытаться пройти мимо Муди и Уизли. Муди схватил Поттера за руку, и даже с того места, где они стояли, Волан-де-Морт и Люциус понимали, что хватка была направлена ​​на причинение боли. — Пожалуйста, Гарри. Давай вернёмся в штаб-квартиру, и мы всё обсудим, — умолял Уизли. — Сколько раз я должен тебе повторять, Артур? С Орденом покончено! С вами всеми покончено! — прорычал Поттер и вырвал руку из хватки Муди. — Может, я хочу оказать Волан-де-Морту услугу, позволив себя убить? Ты заслужил поражение! — Гарри! Что ты говоришь? — Я не знаю, как выразиться яснее. Вы все показали свою ценность, когда пытались убить всех слиз… В Поттера одновременно бросили несколько оглушающих заклинаний, и он не смог увернуться ни от одного из них. Прежде чем он успел упасть на землю, один из членов Ордена схватил его и быстро трансгрессировал, прежде чем толпа успела понять, что только что произошло. Люциус откашлялся, заметив, как в глазах его Лорда вспыхнула сдержанная ярость.  — Поправьте меня, если я ошибаюсь, Мой Лорд. Но неужели Орден только что похитил Гарри Поттера? — Да, Люциус. Я думаю, мы только что это и видели, — тихо ответил Волан-де-Морт.

***

Они держали его в плену на чердаке площади Гриммо. На чердаке! Как бы смешно это ни звучало. Неужели они забыли? Он был наследником Сириуса. Всё, что находилось на площади Гриммо, включая сам дом, принадлежало ему. Дом защитит его. Дом будет выполнять его приказы. Включая домашнего эльфа.  — Кричер! — Хозяин звал? — презрительно дёрнул ушами домовой эльф. Гарри, сидевший со скрещёнными ногами посреди пустого чердака, поднял руки перед собой. Его запястья были в наручниках, прикованных к полу и заколдованных так, что он не мог освободиться. — Освободи меня. Потом иди и найди мою волшебную палочку. Я уверен, она всё ещё в доме. Верни её мне и помоги мне выбраться отсюда. И ничего не говори обо всём этом, пока не поможешь мне уйти. Кричер подкрался ближе, окинул взглядом цепи, затем усмехнулся и щёлкнул пальцами. Наручники с громким лязгом сбросились. Вскоре эльф вернулся с его палочкой и передал Гарри портключ, который тот спрятал в своей спальне, внизу. — Спасибо, — сказал он угрюмому эльфу, прежде чем активировать неотслеживаемый портключ. Гарри упал на спину в своей меблированной квартире в Лондоне и вскрикнул, когда удар о пол вызвал резкую боль по всей спине. Он перевернулся на живот и лежал на деревянном полу, дрожа и глубоко дыша, пока боль не утихла. — Чёртовы ублюдки, — прошипел он, встав и войдя в свою спальню. Он понимал, что поступил глупо, отправившись в Косой переулок, но никогда не думал, что Орден так на него набросится. Хотя, ему следовало бы быть осмотрительнее. После смерти Дамблдора Орден изменился. Они стали ещё более безжалостными в своих действиях. Например, пытались уничтожить весь факультет Слизерин, а потом свалили вину на Пожирателей Смерти. Что за чертовщина? Гарри не мог поверить своим глазам, когда понял, что происходит. И многие студенты погибли. Его парень, например. При этой мысли его неизбежно охватили боль и печаль, хотя на этот раз ему не позволили в полной мере насладиться ими, когда в гостиной раздался хлопок. — Гарри! И внезапно всё его лицо было покрыто густыми каштановыми волосами. — Со мной всё в порядке, Гермиона. — Я так испугалась, когда услышала, что случилось! А в газетах писали, что это был самозванец! Они даже не пустили меня к тебе, когда я пришла в штаб! Отрицали твоё присутствие. Честно говоря, Муди и остальные, похоже, сошли с ума, — она глубоко вздохнула и вдруг пришла в ярость. — О чём ты думал, идя в Косой переулок один? Гарри пожал плечами, хотя и выглядел слегка пристыженным.  — Шёл на встречу с Невиллом… наверное, было наивно полагать, что хотя бы один гриффиндорец, помимо нас, считает весь этот заговор против слизеринцев ужасным. Глаза Гермионы расширились до невероятных размеров.  — Невилл тебя подставил? — Мне так кажется. В любом случае, я не хочу говорить о том, что я идиот и верю в лучшее в людях… Ты видишь, что со мной всё в порядке. Но сейчас мне бы очень хотелось, чтобы меня оставили в покое. Почувствовав мрачное настроение, она кивнула. Зная, что задумчивость Гарри приносит ему больше пользы, чем вреда. — Будь осторожнее, если будешь выходить на улицу. — Останусь в маггловских районах. Просто заскочу в парк неподалеку. Ненадолго. — Хорошо. Я вернусь позже, чтобы намазать тебе спину лосьоном. — Спасибо, Гермиона.

***

Он пробыл в парке около часа, сидя на краю небольшого пруда с утками и угрюмо глядя на них, казалось, живущих счастливой, безмятежной жизнью. Как вдруг волосы на затылке встали дыбом, и он понял, что кто-то на него смотрит. Гарри небрежно оглянулся через плечо, но никого вокруг не обнаружил. И никто вдалеке не обращал на него ни малейшего внимания. То есть... ни один человек не обратил на него внимания. Но, как ни странно, он заметил животное, которое выглядело совершенно неуместно. В нескольких метрах от него под деревом сидел чёрный кролик. Просто сидел и смотрел на него. Гарри сразу понял, что это магия. Ни одно обычное животное не могло бы так пристально смотреть, чтобы у него волосы встали дыбом. То ли это был анимаг, то ли чей-то фамильяр. Опасаясь первого — и того, что это был кто-то, посланный Орденом, — Гарри встал с клочка травы, на котором он лежал, отвернулся от кролика и направился к тротуару. Через несколько шагов он снова оглянулся через плечо, но остановился и уставился на кролика. Тот прыгал за ним, и у Гарри возникло отчётливое ощущение, что животное хмурится на него. Как только он собрался идти дальше, шрам начал пульсировать. Настолько, что он согнулся пополам и вынужден был прижать ладонь к рваной ране на лбу. Гарри тихо выругался, пока боль не утихла. Через мгновение он смог выпрямиться и глубоко вздохнул. Затем он повернулся лицом к животному, которое теперь находилось всего в тридцати сантиметрах от него.  — Понял, — прошипел он, прежде чем едва заметно махнуть рукой в ​​сторону животного. — Петрификус Тоталус. Гарри схватил кролика за загривок и, как только нашёл укромное место, трансгрессировал в маггловскую квартиру, которую Гермиона подготовила для него несколько месяцев назад. Гарри схватил пустую картонную коробку, положил кролика внутрь и поставил её на журнальный столик. Он не освободил животное от беспалочкового заклинания, и поскольку оно не могло освободиться само, Гарри предположил, что неправильно понял послание о существе, которое сейчас застыло в коробке. Брюнет нахмурился, взглянув на часы. У него было несколько часов до визита Гермионы после работы, поэтому он лёг на диван, чтобы вздремнуть. На краю картонной коробки появились две чёрные лапы. Неосторожный юный волшебник уснул на животе. Заснул, зная, что животное перед ним ненормальное. Кролик подозревал, что Поттер знал или подозревал, что это анимаг, причём не дружелюбный. И всё же он уснул? Кролик раздраженно дёрнул носом. Зачем эта нелепая коробка? — с презрением подумал кролик, наклонившись вперёд и немного опрокинув коробку, чтобы выпрыгнуть на твёрдый деревянный пол рядом с диваном. Поттер пошевелился, когда кролик подпрыгнул ближе. Волшебник тихо застонал во сне и снова пошевелился, так что его футболка сдвинулась, обнажив полоску кожи у основания спины. Глаза кролика сузились от любопытства, когда он увидел воспалённую рану. Мерзкая толстая рана, которая начиналась под поясом мальчика и исчезала под рубашкой. Он был ранен. Как? Никто из обладателей Тёмной Метки не сообщал о ранениях мальчика, который выжил, но очевидно, что юный волшебник был ранен. И жестоко. Кролик почти чувствовал магию, использованную для нанесения такой раны. Чувствовал её запах. И рана гноилась. Желая рассмотреть её получше, кролик запрыгнул на диван, подождал, пока Поттер успокоится, а затем медленно перепрыгивал вдоль бока мальчика, стараясь не упасть с края. Кролик двигался, пока не смог ясно разглядеть рану, и наклонился вперёд, так что его тёмный нос почти коснулся кожи Поттера. Это было сделано тёмной магией. Возможно, это сделал Пожиратель Смерти. Никто из Ордена так бы не поступил. Не с их драгоценным «спасителем»… хотя, с другой стороны, они же напали на Поттера средь бела дня и посреди многолюдной улицы, даже если и скрыли это в «Пророке», заявив, что охотятся за самозванцем Поттером. — У тебя нос замёрз. Не мог бы ты отойти от меня подальше? Голос Поттера звучал совершенно бодрствующим и равнодушным к тому, что животное на свободе, но, несмотря на тон, в нём чувствовалась настороженность, и мальчик крепко сжимал в руке волшебную палочку. Гарри опередил кролика, сполз с дивана и, обойдя его, встал за ним. У него снова возникло отчётливое ощущение, что кролик закатил глаза.  — Хорошо. Я тебя сюда привёл. Покажись. И если ты пришёл меня убить… я не совсем беспомощен. Знаю немало заклинаний. Кролик спрыгнул с дивана и повернулся лицом к юному волшебнику, после чего превратился. Глаза Гарри расширились и поднялись, когда фигура вернулась к своему обычному росту. Превратившийся волшебник изучал молодого человека перед собой красными глазами, лишёнными каких-либо эмоций.  — Разве ты не говорил Ордену, что хочешь оказать мне услугу, пожертвовав своей жизнью? — Я сказал «может быть», — ответил Гарри, придя в себя. — Чёрт. Это… дерьмо, — прошипел он, понимая, что попал в беду.  Возможно, он и знал какие-то тёмные и светлые заклятия, которые могли бы ему помочь, но он был совершенно не готов сражаться с Волан-де-Мортом в гостиной своей квартиры. Впрочем, Гарри почувствовал, как из него вырывается комок смеха. Том Риддл, он же лорд Волан-де-Морт, скакал по Лондону в образе милого чёрного кролика. Это было слишком смешно, чтобы не найти в этом повод для юмора, несмотря на ситуацию. Тёмно-коричневая бровь приподнялась, когда Гарри фыркнул от веселья… подождите. Бровь?  — Что, чёрт возьми, случилось с твоим лицом? Глаза Волан-де-Морта сузились.  — Что ты имеешь в виду? — У тебя есть она! Лёгкая боль от шрама удивила Гарри. Небольшая боль сводилась лишь к лёгкому раздражению Волан-де-Морта, и это было всё. Гарри ожидал сильной ярости за свою дерзость. Но тёмный волшебник не насмехался и не ухмылялся злобно. Он не выглядел готовым поднять палочку и произнести заклинание Авада Кедавра. Вместо этого волшебник, каким-то образом вернувший себе человеческое лицо, смотрел на Гарри немигающими глазами. — Ты пришёл сюда, чтобы убить меня, или это просто визит на чай? — смело спросил Гарри. — Если бы я планировал тебя убить, я бы уже это сделал. Глупый ребёнок. — Я не дурак! — Ты прав. Ты привёл меня сюда, несмотря на то, что знал, что я опасен. — Я не сразу понял, что это именно ты, — пробормотал Гарри. — Должен сказать, ты довольно хорошо воспринимаешь моё присутствие здесь. Гарри пожал плечами.  — Лучше бы ты меня убил, чем Орден и все остальные контролировали меня до конца жизни, — мрачно выплюнул он. — Зачем ты здесь? Пришёл, чтобы посеять хаос и массовую истерию? Намереваешься убить всех моих соседей-магглов? Парень из соседней комнаты — настоящий мерзавец. Начни с него, — Гарри усмехнулся, когда шрам болезненно защемило. — Я был свидетелем этого зрелища похищения в Косом переулке, — резко выпалил Волан-де-Морт, раздражённый настойчивостью мальчика в своих дерзких высказываниях. — Я к тебе не присоединюсь. Волан-де-Морт пощипал переносицу. Нос, на удивление, прямой и красивый, заметил Гарри. Тёмный Лорд сдержал своё раздражение и приготовился ответить, когда раздался стук в дверь. — Гарри? Ты там? Гарри испуганно посмотрел на дверь. Гермиона пришла раньше. Гриффиндорец поспешил и встал между дверью и Волан-де-Мортом. — Впусти её. — Нет, — прошипел он и прижался к двери. — Она — всё, что у меня осталось. Я не позволю тебе ничего с ней сделать. — Конечно, это неправильно. У тебя их несколько, — усмехнулся Волан-де-Морт, — друзей. — Нет. Больше нет, — Гарри повернулся и прижался губами к двери. — Гермиона, приходи позже. — Нет, Гарри! Мне нужно намазать тебе спину мазью! Впусти меня! — Впусти её. — НЕТ! — Гарри, а кто это с тобой? — задумчиво спросила Гермиона. Гарри услышал, как она достала связку ключей от квартиры. — Я вхожу! — Нет, Гермиона. Уходи! — Ты в порядке? — дверная ручка загремела. Гарри всем своим весом прижался к двери, молясь, чтобы она ушла. — ГАРРИ ДЖЕЙМС ПОТТЕР! ВПУСТИ МЕНЯ НЕМЕДЛЕННО! Волан-де-Морт усмехнулся, когда Гарри вздрогнул от страха.  — Я не причиню ей вреда. Даже если она магглорождённая. Хотелось бы посмотреть, какая ведьма способна внушить тебе такой страх. Гарри уже был готов послать его куда подальше, когда внезапно его отбросило лицом вниз, а его входная дверь была распахнута настежь испуганной и разъярённой ведьмой. Гермиона ворвалась, держа палочку наготове и готовая к битве. Волан-де-Морт поднял бровь, увидев гримасу на её лице. Затем он зловеще улыбнулся, когда она заметила его, и вся кровь с её лица отхлынула. Но вместо того, чтобы застыть от страха, как он думал, ведьма бросилась вперёд, схватила Поттера под руки, когда тот лежал на полу в оцепенении, и оттащила его за диван, скрывшись из виду. — Гермиона, моя дверь! — Твоя дверь? Твоя дверь?! — истерически закричала она. — Забудь про эту чёртову дверь! Нам нужно отсюда убираться! Волан-де-Морт поднял палочку и починил дверь. Затем сел и стал ждать объяснений Поттера. Хотя он не был уверен, как всё пройдёт, поскольку толком не объяснил причину своего визита. — Чай необходим, Поттер, — объявил он, прежде чем Грейнджер удалось убедить Поттера трансгрессировать из квартиры. Хотя это им бы сейчас ничем не помогло, ведь он установил барьер. — Итак, — уточнил он. — Гарри, что происходит? — спросила она, когда Гарри отказался уходить. — По-видимому, он хочет чаю, — пробормотал в ответ тот. — Полагаю, ты умеешь заваривать приличную чашку? — продолжил Волан-де-Морт. Наступила тишина. Неудивительно. — Мисс Грейнджер… возможно, ты делаешь это лучше, чем он? — Ты обычно завариваешь мне чай, — прошептал Гарри. — Гарри... — Он сказал, что пришёл сюда не для того, чтобы убить меня! — И ты ему веришь? — Честно говоря, мне всё равно. Но тебе следует уйти. — Я тебя не брошу! — Чай, Поттер. — Смотри. У него теперь есть лицо… никакой змеиной чешуи, — пошутил Гарри, вырываясь из крепких объятий Гермионы и направляясь на кухню. — Когда всё это закончится, я отправлю тебя в психиатрическую больницу Святого Мунго! — прошипела она ему в спину. — Он очень хорошо воспринимает моё присутствие, — согласился с ней Волан-де-Морт. Сбоку медленно показалась копна густых каштановых волос, её карие глаза сузились, устремившись на него. Гарри вошёл в кухню в каком-то оцепенении, уверенный, что его нынешнее состояние отражает острый шок. Всё, что он мог делать в данный момент, это стоять на кухне, положив руки на столешницу и невидяще глядя на закрытый шкаф перед собой. Может, он сошёл с ума. Любой здравомыслящий человек сейчас бы испугался. Любой человек в здравом уме попытался бы убежать как можно дальше от Волан-де-Морта. Особенно тот, кого этот тёмный волшебник приговорил к смерти. И всё же он не боялся и даже не хотел убегать. Зачем? Если Волан-де-Морт смог найти его в относительно маггловском районе, где даже Орден не смог его найти, то Тёмный Лорд, вероятно, смог бы найти его где угодно. Единственная причина, по которой Волан-де-Морт не навещал его раньше, заключалась в том, что он всегда был под защитой Ордена или Хогвартса. Но теперь он не хотел такой защиты, а это означало, что этого визита следовало ожидать. Волан-де-Морт был прав. Он действительно был глуп. А ещё был другой очень важный вопрос, из-за которого он перестал бояться… но он старался не зацикливаться на этом, если только это не было абсолютно необходимо. Волан-де-Морт откинулся на спинку стула, проигнорировал девушку, внимательно наблюдавшую за ним из-за дивана, и вместо этого сосредоточил внимание на неподвижном волшебнике на кухне. Мальчик стоял, уставившись на дверцу шкафа перед собой, с лёгкой хмурой гримасой на лице. Его глаза были затуманены от размышлений. Поттер выглядел так же, как и в Косом переулке, может быть, немного более беспомощным. Если не беспомощным, то более уязвимым, чем когда он шёл по Косому переулку. Это было непохоже ни на один другой случай, когда он сталкивался с Поттером. Молодой волшебник выглядел побеждённым, но Волан-де-Морт был уверен, что это никак не связано с его присутствием. — Чай, Поттер, — когда юный волшебник не двинулся с места, Волан-де-Морт поднял свою палочку и направил её на Поттера. — Круцио. — Протего! Взгляд Волан-де-Морта скользнул по Грейнджер, которая быстро создала щит вокруг своего друга, прежде чем заклинание Круцио успело поразить его. Никто из них не заметил боли на лице Гарри, когда его окружило заклинание Гермионы.  — Я не привык к тому, чтобы меня игнорировали, мисс Грейнджер. Эта вежливость, которую я проявляю, быстро исчезает. Хмурый взгляд ведьмы сменился удивлением, а затем и пониманием. Она поспешила на кухню и, оттолкнув Поттера, начала заваривать чай. Волан-де-Морт мрачно усмехнулся и снова откинулся на спинку стула. Поттер, выйдя из оцепенения благодаря подруге, увидел, что она делает, и вышел из кухни, вернувшись за диван. — Какой ритуал ты использовал на этот раз, чтобы вернуть себе прежнее тело? — выпалил Гарри. — Зельеварение. Северус, как ты знаешь, очень искусный зельевар. Поттер с удивлением посмотрел на быстрый и простой ответ. Мальчик покраснел и почесал затылок.  — Черт возьми, Снейп, — пробормотал он. — Ты выглядишь ненамного старше тридцати. Даже не на тридцать, если честно. Ты выглядишь… — он замолчал и покраснел ещё сильнее. Медленная усмешка изогнула губы Волан-де-Морта.  — Почему ты так зациклен на моей внешности, Поттер? На кухне Грейнджер неуклюже возилась с чайником, недоверчиво глядя на покрасневшую шею Поттера.  — Никакой причины, — ответил он. — Просто неожиданность… — Гарри быстро бросился обратно на кухню, оставив Волан-де-Морта одного, чтобы тот наконец смог осмотреть скудное окружение. Как обычно, губы Волан-де-Морта изогнулись в презрительной усмешке, глядя на маггловские покои. Но это вполне устраивало такого, как Поттер. Молодой волшебник, едва достигший совершеннолетия. И на удивление аккуратный. В гостиной стоял длинный мягкий диван, два кресла и журнальный столик. На маленькой кухне — небольшой круглый стол. Слева от него находилась спальня, в которую он мог заглянуть через открытую дверь. Кровать была хорошо видна. Удивительно, но она была большой. Спальня тоже выглядела опрятной. Наконец они вернулись, и Грейнджер поставила поднос на кофейный столик, прежде чем сесть рядом с Поттером. Он поднял бровь, глядя на Поттера, который, заметив его взгляд, вздохнул. — Всё это полный пиздец, — пробормотал он, подавшись вперёд, чтобы налить чашку чая самому тёмному волшебнику на свете и подать его ему. Подавать чай убийце его родителей, чёрт возьми. — Зачем ты сюда пришёл? — Пригласить тебя к себе домой. — Это что, нора? — усмехнулся Гарри. Палочка Волан-де-Морта дёрнулась. Гермиона уронила ложку.   — Гарри! — прошипела она. Гарри посерьёзнел и покачал головой.  — Я уже сказал, что не присоединюсь к тебе. — Я тебя приглашал присоединиться ко мне, Поттер? — Не понимаю, почему ты меня ещё не убил, если не из-за этого. Зачем ты пригласил меня к себе домой, если не для того, чтобы попытаться завербовать? — Мои причины — мои собственные, Поттер. — Не думаю. Ты сам ко мне пришёл. Если тебе нужно, чтобы я был там, то это не может быть ни к чему хорошему. Вероятно, к пыткам, да? — Я мог бы сделать это здесь без труда. Гарри моргнул. Это было правдой. — Послушай, — наконец сказал он, встречая взглядом красные глаза, которые были скорее завораживающими, чем пугающими. — Я больше не хочу иметь ничего общего с войной. Я хочу жить в относительном мире столько, сколько мне осталось. Разве это так много? Мне совершенно наплевать, что будет с волшебным миром без меня. Я считаю жалким то, как они возлагают все свои надежды и мечты на одного мальчика. Лично я считаю, что с таким отношением волшебный мир, вероятно, заслуживает того, чтобы быть побежденным тобой. Тогда, может быть, это научит их заботиться о себе, вместо того, чтобы полагаться на маленького мальчика, который будет делать за них грязную работу. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое, Волан-де-Морт. Я не буду тебе мешать. Волан-де-Морт молчал и не двигался во время этого короткого заявления. Он уже знал, что Поттер думал примерно в таком ключе. Тёмного Лорда больше удивило, что Грейнджер кивнула в знак согласия. Однако она замерла, заметив его взгляд на себе.  — Ты позволишь им быть побеждёнными, даже зная, кого я ищу? — спросил он, не отрывая взгляда от мисс Грейнджер. — Ты охотишься не только на магглорожденных. Это всего лишь отговорка. Ты просто хочешь власти. А у чистокровных её предостаточно. Что может быть лучше для того, чтобы заполучить эту власть, чтобы они встали на твою сторону, чем игра на их собственных предрассудках? Ты действительно с самого начала ненавидел магглорождённых? Я знаю, у кого ты родился, Том. Я знаю, где ты вырос. Думаю, мы выросли похоже… но я не думаю, что твоё детство сильно повлияло на то, как ты сформировался. Ты слишком сильный человек для этого. Иначе у тебя не было бы той силы, которой ты обладаешь сегодня… даже если она немного ошибочна. Лично я думаю, тебе следует перестать убивать магглов и магглорожденных и найти что-нибудь другое, за что их ненавидеть… например, за глупость. У Гермионы таланта в одном мизинце больше, чем у всех волшебников и ведьм волшебной Британии вместе взятых. Тебе следует пытаться завербовать её, а не убивать. Она могла бы в одиночку выиграть эту войну для тебя. — Ты что, с ума сошёл? — прошипела Гермиона ему на ухо. — Вероятно… да. — Ты меня так забавляешь, Поттер. — Я не пытался шутить, — ответил Гарри, нахмурившись. На губах Волан-де-Морта появилась лёгкая улыбка.  — Нет, не пытался, — он поставил чашку чая и встал. — Я ухожу. Подумай над тем, что я сказал. Предложение всё ещё в силе. — Ты ничего толком не сказал. — Намажь свою рану целебной мазью. Жди от меня вестей в ближайшее время, Поттер, — и с этими словами Волан-де-Морт трансгрессировал. Наступила долгая пауза, которую нарушил Гарри.  — Это было странно волнующе. . Гермиона покачала головой.  — Иногда я за тебя волнуюсь. Честно.

***

Миона считала его сумасшедшим. Прошло три дня с момента той странной встречи с Волан-де-Мортом. Три дня, в течение которых Гарри ни о чём другом не думал. Честно говоря, Гарри был рад этому отвлечению. Какова же была цель пребывания Волан-де-Морта там? Гарри ни на секунду не поверил, что Волан-де-Морт изменился. Нападения Пожирателей Смерти всё ещё происходили каждый день. Хотя никаких бессмысленных убийств магглорождённых не было, и Гарри задавался вопросом, что это такое. Раздражающая боль в спине вырвала его из размышлений. Относительно лёгкое настроение Гарри исчезло, когда он встал с дивана, чтобы пойти в ванную, расположенную рядом с его спальней. Рана на спине, казалось, ухудшалась. Что бы он ни делал, какие бы зелья Гермиона ни находила для него, какие бы заклинания она ни изучала… Проклятие, которым он был поражен, действовало медленно. Сняв рубашку, чтобы рассмотреть рану, Гарри почувствовал то же отчаяние, которое всегда испытывал, глядя на неё. Они с Гермионой не говорили об этом прямо, но это проклятие станет для него смертельным. Эта гноящаяся рана медленно отравляла его кровь. Гарри прищурился, глядя на рану, и потянулся за баночкой с лечебным бальзамом. Это был уже второй раз за сегодня, когда порез нужно было смазать обезболивающим лосьоном. Обычно это делалось только раз в день. Но боль усиливалась последние несколько дней, и Гарри никогда ничего не говорил об этом Гермионе. Она каждый день отпрашивалась с работы, чтобы помочь ему, так как рана тянулась вдоль всей спины, и он не мог дотянуться до некоторых участков. И если бы он сказал ей, что проклятие распространяется, она бы только ещё больше волновалась. Зачем ему это делать, зная, к чему это приведёт? Он хотел избавить её от лишних страданий. Гермиона верила, что лекарство где-то существует, но они оба искали его месяцами и ничего не нашли. Они даже не знали, какое заклинание было использовано. И если Гермиона ничего не нашла, Гарри был уверен, что никто ничего не найдет. Намазывая молочно-зелёную субстанцию ​​на основание позвоночника, где только мог дотянуться до раны, он подумал, что это одна из причин, почему визит Волан-де-Морта не заставил его закричать от страха. Хотя он бы никогда и не закричал. Но вернёмся к сути. Он умирал. Он был мертв, по сути. Гарри нечего было терять. И он говорил Волан-де-Морту правду. Всё, чего он хотел, — это прожить остаток жизни в мире. А визит был… другим. Гарри стиснул зубы. Да, боль усиливалась. Вместо того, чтобы ощущать только рану, казалось, что огонь распространяется по всей спине. Он подумал, что через несколько недель даже бальзам не поможет. Гриффиндорец прервал свои действия, услышав стук в дверь. Надеясь, что это Гермиона, потому что ему нужен был бальзам на каждый сантиметр раны, он остановился, поспешил к двери и открыл её. — О, это ты. Волан-де-Морт поднял бровь.  — В самом деле, — протянул он, прежде чем пройти мимо молодого волшебника. — Скажи мне, Поттер. Ты всегда открываешь дверь, не будучи подобающе одетым? — спросил тёмный волшебник, разглядывая молодого человека без рубашки. — Конечно. Иногда даже голым, — резко ответил Гарри. — Не то чтобы это тебя касалось. Если хочешь на этот раз чаю, завари сам, — закончил он, проходя мимо и возвращаясь в свою спальню. Волан-де-Морт, уходя, окинул взглядом спину восемнадцатилетнего юноши и сразу же заметил длинную рану, которая изменила цвет и воспалилась не только в непосредственной близости. Через мгновение он последовал за дерзким волшебником, но остановился, увидев Поттера, держащего на плече, у затылка, сосуд и наклоняющего его.  — Что ты делаешь? Поттер стиснул зубы.  — Я не могу всё обработать сам, но мне это очень нужно. — А ты думал, что такой способ сработает? Ты надеялся, что он чудесным образом покроет именно те участки, которые тебе были нужны? Гарри закатил глаза.  — О, я не в настроении слушать эти ехидные замечания, Волан-де-Морт. У тебя есть идея получше? Тёмный Лорд действительно удивлённо моргнул, услышав этот язвительный выпад.  — Конечно, — тихо ответил он и взял баночку, прежде чем сорванец успел разлить лосьон по всему полу. Затем он взял удивлённого волшебника за руку и повёл его в спальню. — Ложись. Гарри тупо моргнул, глядя на тёмного волшебника, и внезапно ужаснулся, когда его мысли тут же обратились к пошлостям. Но это была не его вина. Этот Волан-де-Морт был не так уж и плох на вид (это было мягко сказано), а магия тёмного волшебника словно окутала его одеялом. Было трудно не опьянеть от неё. — Ложись на живот, Поттер, — протянул волшебник с плохо скрываемым нетерпением. — Не говори так! — смущённо выпалил Гарри. Тело его подводило. Он пожалел, что Гермионы нет рядом, чтобы вразумить его. Затем Волан-де-Морт с улыбкой посмотрел на Гарри.  — А как бы ты хотел, чтобы я это сказал? Поттер, — промурлыкал он, отчего ярко-зелёные глаза Гарри расширились, — забирайся на кровать и ляг на живот, как хороший мальчик… тебе это больше понравилось? Гарри нахмурился.  — Да ладно, — он поспешил лечь на живот, чтобы ещё больше не опозориться. Не отпуская язвительных замечаний, как ожидал Гарри, Волан-де-Морт сел на край кровати рядом с ним и поднёс баночку с лосьоном к его носу.  — И что это такое? — Гермиона сделала. — Другой способ сказать, что ты не знаешь. — Эй! По крайней мере, я знаю, для чего это нужно. — Ты меня не убедишь в своём интеллекте, — возразил Волан-де-Морт, зачерпнув немного лосьона и намазав им ладони. Гарри закатил глаза, прежде чем уткнуться лицом в подушку, пытаясь игнорировать ту часть своего разума, которая кричала ему, что это полная безумная и странная ситуация. Как раз когда он собирался отвернуться, поддавшись влиянию здравомыслия, Волан-де-Морт коснулся его. Руки, внезапно коснувшиеся верхней части его спины, были твёрдыми, но не грубыми, и Волан-де-Морт… нет, Том. Теперь это будет Том, потому что он не мог назвать Волан-де-Мортом того, кто массирует ему спину лосьоном. Должно быть, Том подогрел лосьон перед нанесением, потому что он не был холодным, когда он его наносил, и это было слишком приятно, чтобы быть в порядке. Тёмный Лорд пристально смотрел на затылок Поттера, осторожно нанося лосьон на ужасную рану, уродующую в остальном безупречную спину юноши. Волосы Поттера были короче, чем он помнил их на четвертом курсе. Короткие, но не менее непослушные. Чёрные пряди торчали во все стороны, словно их подхватил порыв ветра. Буря, не щадящая никого. К тому же, они были темнее его собственных волос. Если у него волосы были тёмно-каштановыми, то у Поттера они были чёрными, как полночь, что прекрасно подчёркивало поразительный цвет глаз молодого волшебника. Завораживающий зелёный цвет, которого Волан-де-Морт никогда прежде не видел на другом человеке. Спустя мгновение он прищурился, глядя на рану, и его руки замерли. Теперь, когда он касался её в своём человеческом обличье, он лучше чувствовал магию.  — Это очень тёмное заклинание. Затем Поттер напрягся, что привлекло внимание Волан-де-Морта к тому факту, что юноша расслабился под его опекой.  — Да, мы это уже обсуждали… наверное, ты сам его придумал. — Возможно, — серьёзно ответил он, наклонившись, чтобы лучше рассмотреть. — Как ты это получил, Поттер? — спросил он спустя мгновение. Поттер немного помедлил, прежде чем ответить.  — Конечно, ты знаешь, что произошло. Слизеринцы… — голос Гарри оборвался, он замолчал. Через мгновение он откашлялся и продолжил: — Они были просто детьми. Как и я. Мне плевать, кем были их родители, и что они могли сделать в будущем. Они не заслуживали того, чтобы их убили, как животных. А Тео… они убили его только для того, чтобы вернуть контроль надо мной. Они боялись его влияния… но он был чертовски нейтрален, когда дело касалось меня! — Юный Малфой сказал, что ты пытался спасти его друга. — Это я должен был умереть. А не Тео... — Ты бросился под тёмное проклятие, — предположил Волан-де-Морт, возвращаясь и нанося мазь. — Ты слышал заклинание? — Нет. Мы с Мионой пытаемся выяснить, что это, но ничего не нашли… Я знаю только, что боль усиливается. И вместо одного раза в день теперь мне приходится наносить эту дрянь два раза в день. — Ругаться необязательно, Поттер. — Если тебе это не нравится, ты знаешь, где находится дверь. Гарри затаил дыхание, когда грубая рука опустилась на изгиб его бедра, с противоположной стороны от раны. Эта рука слегка сжала, в то время как другая продолжала втирать лосьон. Гарри ожидал какого-то наказания за дерзость, но вместо этого получил лишь молчание. И это казалось хуже боли. Особенно когда эта теплая рука оставалась на его спине, где ей не нужно было находиться. Гарри обнаружил, что это его совсем не беспокоит. Со мной что-то серьезно не так. — Так... кролик? — Гарри хихикнул, прижавшись к его руке, когда та дернулась. — Милый чёрный кролик? — Я могу причинить тебе серьёзный вред прямо сейчас, Поттер. — Ничего нового, чего ещё не было сделано, — пробормотал Гарри. Они погрузились в тишину, которая продолжалась до тех пор, пока Волан-де-Морт не закончил наносить лосьон. Тёмный Лорд был рад видеть, что воспаление немного уменьшилось, хотя и не полностью. И снова он обнаружил, что Поттер заснул в его присутствии. Вымыв руки, Тёмный Лорд выхватил палочку и пробормотал несколько диагностических заклинаний над раной. Он узнал некоторые свойства использованного заклинания и был почти уверен, что это заклинание создал он сам. К тому времени, как он закончил диагностику, стало ясно одно: Поттер умирает. И мальчик, вероятно, это знал. Это объясняло, как легко Поттер справлялся с его присутствием на этот раз. Этому сорванцу действительно нечего было терять. Неужели Поттер просто будет лежать и терпеть? Тёмный волшебник полагал, что у Поттера не было выбора. Это проклятие не было задокументировано, и созданная им версия не имела лекарства. И когда-то он был бы в восторге от сложившейся ситуации. Но теперь уже нет. И теперь Волан-де-Морт внутренне кипел от ярости, зная, что кто-то пытался отнять жизнь у этого молодого могущественного волшебника, причём таким медленным и мучительным способом. Поттер пошевелился, застонав от боли, и Волан-де-Морт понял, что мальчик чувствует его ярость через шрам. Тёмный волшебник повернулся и трансгрессировал. Ему предстояло много работы.

***

— Ты что, шутишь? — закричал Гарри, выходя из своей спальни два утра спустя и обнаружив в гостиной четырех незваных гостей. — Неужели меня не оставят в покое, чтобы я умер спокойно? Что? Это что, новое убежище Пожирателей Смерти? Что за чертовщина, Том? С таким же успехом можно написать письмо Ордену и выдать своё местонахождение! Ты привёл сюда Снейпа! Что за хрень? — Умереть? — спросил Драко Малфой, приподняв идеально очерченную бровь. Гарри застонал. Вопрос Драко заставил его понять, что он, сам того не желая, выдал свой секрет. А потом ещё и обвинил Снейпа в том, что он двойной агент… хотя Гарри это не слишком расстроило. Он ненавидел Снейпа до глубины души. — Ты совсем закончил? — рявкнул Волан-де-Морт. Гарри усмехнулся, тут же повернулся обратно в спальню и захлопнул дверь. — Умереть? Он действительно умирает? — снова спросил Драко. — Мы это обсуждали, сынок, — произнес Люциус Малфой. — Но… но я думал, ты шутишь. Поттер не может умереть! Он для меня постоянный источник веселья! Волан-де-Морт повернулся к младшему Малфою.  — Хорошо, что я наконец-то узнал твои истинные чувства по поводу Поттера. Это объясняет твою неспособность передать его мне при каждом удобном случае. Драко побледнел и отступил назад, частично спрятавшись за отцом. Как обычно.  — Просто… он пытался спасти Теодора… — Ты это видел? — спросил Волан-де-Морт своего мастера зелий. Гарри, конечно же, снова вышел из своей спальни без рубашки, и Волан-де-Морт заметил, что рана выглядит хуже, чем два дня назад. — Думаю, как минимум месяц. Скоро он будет чувствовать боль по всему телу. Гарри плюхнулся обратно на кровать. При таком раскладе Орден его найдет. Том привел не только Малфоя и Драко, но и Снейпа… и Мерлин! Гермиона должна была появиться с минуты на минуту. Как только он спрыгнул с кровати, в комнату вошёл Волан-де-Морт. — Вам четверым нужно уйти. Немедленно. Гермиона будет здесь с минуты на минуту. — Уверен, ей бы понравилось принять участие в наших планах, — протянул Волан-де-Морт. — Планируете убить меня быстрее? — Ты что, никогда не замолкаешь? — Рот Поттера имеет свойство самопроизвольно работать, почти без всякого побуждения, — сказал Драко из дверного проёма. — Заткнись, Дрейк! Никто тебя не спрашивал! Волан-де-Морт повернулся к ухмыляющемуся блондину.  — Драко, возвращайся на кухню и завари чай. Гарри усмехнулся, увидев ужас на лице друга, и проводил взглядом молодого аристократа, который, бормоча что-то о работе плебея, вышел наружу. — Я не знал, что вы двое дружите. — Это была вина Тео… — Ты сказал, что Грейнджер — единственная, кто у тебя остался. — Я имел в виду людей, которые считают меня другом. Я не уверен, что Малфой считает меня другом… в любом случае, не мог бы ты объяснить внезапное появление четырёх слизеринцев в моей квартире? Волан-де-Морт подошёл так близко, что Гарри приходилось запрокидывать голову, чтобы посмотреть в лицо старшему волшебнику. Ему, в общем-то, не мешало, что Волан-де-Морт был так близко… он чувствовал тепло его тела. Это было приятно.  — Ты хотел умереть, Поттер? — Это была шутка. Я ведь на самом деле не умираю, — пробормотал Гарри, отворачиваясь и отправляясь рыться в комоде в поисках рубашки. Красные глаза опасно сузились, устремившись на подростка.  — Умираешь. Неужели ты думал, что я не замечу, что проклятие такой силы может сделать с человеком? — Какая разница? — прорычал Гарри, захлопнув ящик комода и натянув тёмно-синюю рубашку. — Ты должен радоваться! Я наконец-то не мешаю тебе… теперь, когда они у тебя появились. — Ты также сказал мне, что больше не хочешь иметь никакого отношения к войне. — И это по-прежнему так. Поэтому я не понимаю, зачем вы здесь! Снаружи, в гостиной, Северус и Люциус стояли вместе, внимательно прислушиваясь к каждому слову через приоткрытую дверь. — Зачем мы здесь? — спросил Люциус. — Полагаю, спасаем жизнь этому сопляку. Опять, — прошипел Северус себе под нос. Люциус нахмурился.  — И я полагаю, это как-то связано с тем, почему наш Лорд объявил перемирие Поттеру? — Твоё предположение ничем не лучше моего. — Отец, я не хочу заваривать чай! Это работа слуг! —  А ты — слуга Тёмного Лорда, — прошипел Люциус, холодно глядя на своего избалованного сына. — Делай, как тебе велено. — Северус, Люциус. Начнём, — объявил Волан-де-Морт из открытой двери.   — Я не собираюсь быть объектом экспериментов! — крикнул Поттер откуда-то из комнаты. Двое старейших Пожирателей Смерти наблюдали, как их Лорд поднял голову, пощипал переносицу и вернулся в комнату. — Ты будешь делать, как я скажу, Поттер! — Я не из тех ваших чёртовых подхалимов, которые пожирают Смерть! — Ступефай! На кухне Драко хихикнул и наблюдал, как его отец и крёстный вошли в спальню Гарри; Северус нёс с собой тяжёлую чёрную кожаную сумку, которую он держал всё это время. Несколько минут спустя Драко всё ещё был на кухне, вызывающе глядя на чайник и прислушиваясь к тихому бормотанию из комнаты Гарри, когда ручка входной двери загрохотала, а затем начала поворачиваться. Через мгновение он уже смотрел на кончик палочки Грейнджер. — Отец, — громко проныл он, стоя неподвижно, прекрасно зная, что магглокровка мгновенно проклянёт его, если он пошевелится. — Что ты здесь делаешь, Малфой? Где Гарри? Драко помахал рукой в ​​сторону спальни. Вместо того, чтобы пойти в спальню, как он думал и надеялся, Грейнджер подошла к нему и крепко прижала свою палочку к его груди.  — Отец! — снова воскликнул он. — Всё ещё ноешь, Малфой? Всегда ждёшь, что отец придёт и спасёт тебя. Как типично. — Да будет тебе известно, что я вполне способен позаботиться о себе сам. Просто так получилось, что мой отец здесь. ОТЕЦ! Осознание наконец-то дошло до обычно сообразительной гриффиндорки.  — Ступефай! — прошипела она и, прежде чем Драко успел упасть на пол, отвернулась, бросившись в спальню Гарри. Распахнув дверь, она бросила один взгляд и начала сыпать заклинаниями. — Ступефай! — попало Люциусу Малфою в спину, где он размахивал палочкой над спиной Гарри, создавая замысловатый узор. А затем перешла к Снейпу, который, казалось, пускал Гарри кровь. — Ступ … — Силенцио. Инкарцеро, — протянул Волан-де-Морт, с явным удовлетворением наблюдая, как ведьма падает, окружённая толстыми тугими веревками. — Северус, пожалуйста. Мастер зелий нахмурился, повернулся, чтобы поднять мисс Грейнджер с пола, а затем бесцеремонно бросил её на стул, стоявший рядом с прикроватной тумбочкой. Волан-де-Морт оживил Люциуса, который бросил уничтожающий взгляд в сторону гриффиндорки, после чего три слизеринца полностью проигнорировали её и продолжили испытания. Гермиона тихо зарычала, хотя никто этого не слышал, и вынуждена была наблюдать, как три волшебника склонились над её лучшим другом. Что они делают с Гарри? — За считанные минуты ситуация ухудшилась, Милорд, — пробормотал Северус. — Думаешь, дело в магии? Может, в оглушении? И в тех тестах, которые я провожу? — спросил Люциус. — Вполне возможно, — Волан-де-Морт повернулся к девушке, которая выглядела одновременно разъярённой и ужасно испуганной за своего друга. — Мисс Грейнджер, помнишь ли ты, рана ухудшилась после похищения Поттера Орденом? Гермиона подождала, пока он снимет заклинание молчания.  — Да, — резко выпалила она. Челюсть Волан-де-Морта напряглась.  — Похоже, мы все ускорили процесс деградации. Северус, у тебя есть все необходимые образцы? — На данный момент — да. — Тогда возвращайтесь в лаборатории и немедленно приступайте к работе. — Хорошо, мой Лорд, — Северус резко повернулся и трансгрессировал. Теперь, когда Снейп больше не загораживал ей обзор Гарри, она смогла увидеть, что рана почти почернела, и от неё расходились синие вены, распространяясь по всей спине. — Ему нужна мазь! — закричала она. — Ему будет так больно. Отпустите меня! — Чтобы наложить проклятие такой силы, нужно быть особенно жестоким, — задумчиво заметил Люциус. — Гарри так и не увидел, кто наложил проклятие. Волан-де-Морт внимательно изучал девушку, которая не сводила глаз с мальчика, что лежал лицом вниз на кровати. В её глазах читалась тревога.  — Ты понимаешь, что он умирает. Она кивнула, сдерживая рыдания.  — Это объясняет недавний приступ безумия, — сказала она, слабо усмехнувшись. — Он думал, что скрывает это от меня. У него в ванной целый шкафчик с бодроперцовым… Волан-де-Морт повернулся к Люциусу.  — Начинай свои исследования, Люциус. Скоро я к тебе присоединюсь. — Конечно, мой Господин, — Люциус склонил голову и вышел из комнаты, бросив последний взгляд на девушку, всё ещё связанную в кресле. Мгновение спустя они услышали жалобный голос Драко. — Отец, эта грязнокровка меня оглушила! — Прекрати ныть, Драко! Волан-де-Морт едва сдержал усмешку. Оба Малфоя были оглушены грязнокровкой. Должно быть, это ужасно задело самолюбие. — Ты пытаешься его спасти? — спросила ведьма. — Зачем тебе это? — продолжала она, не давая ответа. Волан-де-Морт сначала ничего не сказал. Просто стоял у изножья кровати, несколько мгновений смотрел на Гарри, а затем взмахнул рукой, и веревки развязались. — Намажь ему спину мазью и убедись, что он больше не соприкоснется с магией. И с этими словами Тёмный Лорд исчез из квартиры. К этому времени Гермиона уже не беспокоилась о том, что Волан-де-Морт пытается убить Гарри. Было очевидно, что лидер Тьмы пытается его спасти. Нет, Гермиону больше всего беспокоило то, как Волан-де-Морт поглядывал на её лучшего друга.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!