Вернутся к фанфику

Глава 2

14 марта 2026, 16:00
Вскоре стало обычным делом, что Тёмный Лорд появлялся в квартире Гарри без приглашения чуть ли не каждый день. Иногда с ним приходил Снейп, взять ещё образцов крови и кожи — хотя Гарри не думал, что это ему поможет. А иногда с Томом приходил Драко, просто чтобы поиздеваться. По крайней мере, так однажды сказал Том, снова намазывая ему спину целебным бальзамом. Гарри показалось забавным, что даже Тёмный Лорд терпел нытьё Дрейка. Он думал, что, если бы Драко вёл себя как обычно с Волан-де-Мортом, Тёмный Лорд давно бы убил блондина. Но обстоятельства сложились не так, как всегда, и Гарри быстро это понял после первых визитов. Отношения Малфоев с Томом были не просто отношениями слуги и хозяина. Это была своего рода неблагополучная семья. Том был странным злым богатым дядей, который едва терпел капризного племянника и получал огромное удовольствие, командуя им; наслаждаясь страхом, который он мог постоянно внушать младшему волшебнику. Гарри всё это находил совершенно уморительным. Но его также тревожило то, что Том проявлял хоть какое-то сострадание к своим ближайшим последователям, когда всё, что он когда-либо слышал о лорде Волан-де-Морте, это то, что тот был чудовищем. Без всяких «если», «но» или «однако». Опять же, это было не так, и Гарри беспокоился за своё психическое здоровье, когда обнаружил, что начинает всё больше проникаться симпатией к Тому. Во время своих визитов Том постоянно просил его остаться у него дома, но Гарри упорно отказывался. Это никак не было связано с тем, что это был дом Волан-де-Морта. Гарри верил Тому, когда тот говорил, что не желает ему зла. Как Гарри и говорил раньше, что Том мог сделать с ним такого, чего ещё не было сделано? Но Гарри хотелось хоть какой-то свободы, которую, как ему казалось, такой собственнический волшебник, как Том, не мог ему дать. И неважно, что Том продолжал утверждать, что вылечит его быстрее, если он пойдёт с Тёмным Лордом. Это была откровенная ложь. Гарри знал, что по какой-то неизвестной причине Том действительно хотел видеть его у себя дома. И пока Гарри не соглашался, гриффиндорец был уверен, что Том не возражает против откровенной лжи о причинах. Прошло почти две недели, и Гарри наконец-то оказался один в своей квартире, сумев немного расслабиться. Несколько минут назад он выпил бодроперцовое зелье, хотя даже с ним он мог только передвигаться по квартире, не имея сил идти дальше. Ему хватило сил подняться и принести всё необходимое, прежде чем снова упасть на диван, пытаясь игнорировать усиливающуюся боль. Гермиона переехала к нему вскоре после первого визита четырёх слизеринцев, и хотя Гарри пытался возражать против её роли няни, она быстро отвергла его возражения, заявив, что знает, насколько серьёзно проклятие, знает о бодроперцовых зельях, и не позволит Гарри умирать в одиночестве. Не говоря уже о том, что она не доверяла слизеринцам и хотела быть рядом, чтобы присматривать за ним, когда придут Пожиратели Смерти и Тёмный Лорд. В данный момент Гарри был на кухне, проверяя, что готовит Гермиона. Несколько минут назад ей пришлось выйти из дома, чтобы сходить в магазин за забытым ингредиентом, и Гарри согласился присмотреть за едой. Он уже собирался снять крышку с кастрюли, в которой был соус, от которого вся квартира наполнялась восхитительным ароматом, когда внезапно его ноги подкосились. Упав, он с силой ударился лбом о край духовки. Боль в голове была наименьшей из того, что он чувствовал в тот момент. Он чувствовал холод, онемение и буквально огонь одновременно. Боль была повсюду, и он даже не мог нормально дышать, потому что агония удваивалась, если он двигался хотя бы на мгновение. Когда зрение начало проясняться, а из небольшого пореза потекла кровь, Гарри понял, что это конец. Гермиона ушла, и он не сможет попрощаться. Сказать ей, как сильно он её любит и ценит. Гарри было жаль, что она вернётся и найдёт его в таком состоянии. Он едва расслышал щелчок трансгрессии. — Поттер, — раздался голос где-то неподалеку от его спальни. Гарри охватило облегчение, хотя это чувство и сбивало его с толку. Как он мог радоваться тому, что если умрёт, то хотя бы Том будет рядом, когда он испустит последний вздох? Возможно, это была поэтическая ирония, но он почувствовал облегчение, услышав голос Тома и зная, что старший волшебник будет рядом в момент его смерти. Разве так не должно было быть всегда? — Сюда, — прохрипел он, не в силах пошевелиться. Волан-де-Морт начал думать, что Гарри неосмотрительно покинул квартиру, когда услышал низкий, хриплый голос, донёсшийся из кухни. Стоя перед дверью спальни Гарри, обзор был ограничен диваном, который загораживал вид на кухонный пол. Быстро обойдя диван в гостиной, он наконец увидел Гарри, лежащего на полу, с плотно закрытыми от боли глазами, а кровь медленно капала из пореза на виске мальчика. Тёмный Лорд опустился на колени рядом с Гарри, мысленно проклиная всё. Слишком рано. Он думал, что у него осталось две недели, прежде чем проклятие начнёт отключать органы Поттера, а заклинание для отмены проклятия ещё не завершено. Его взгляд встретился с зелёными глазами. — Банниморт. Волан-де-Морт был слишком занят осмотром мальчика, чтобы по-настоящему разозлиться на это приветствие. — Смелый до самого конца, Поттер? — ответил он тихо и как можно мягче. Улыбка, которую Гарри хотел изобразить, вылилась в полугримасу. — Твои глаза совсем не страшные. Они как рубины… — прошептал он небрежно, видя лишь эти горящие красные глаза, слегка сузившиеся от сосредоточенности. Волан-де-Морт рассеянно провёл кончиками пальцев по вспотевшему лбу Гарри, по шраму, который он оставил юному волшебнику. — Ты несёшь чушь. Гарри глубоко вздохнул, когда его пронзила очередная резкая боль. Его тело выгнулось дугой, когда его охватили электрические спазмы. Даже от Круцио он не чувствовал себя так плохо. — Ты… в моей квартире, ведёшь себя цивилизованно… кажется, это ерунда, Том, — выдохнул он. — Перестань говорить, — нетерпеливо прошипел Волан-де-Морт. Разговоры причиняли мальчику ещё больше боли и отнимали последние остатки его энергии. А их было совсем немного. Волан-де-Морт начал рыться в складках своей мантии в поисках флакона, который он стал носить с собой всякий раз, когда навещал Поттера. — Почему? — выдохнул он. — Я умираю. Ты же… не нашёл лекарство… правда? — Я найду, Поттер, — решительно сказал он. — Обратное заклинание почти завершено. — Слишком поздно, — Гарри крепко зажмурил глаза, его внезапно пробрала дрожь. Ему было так холодно. Подняв потускневшие зелёные глаза, чтобы встретиться взглядом с противоречивыми красными, Гарри прошептал своему заклятому врагу: — Я… я не хочу умирать, Том. — Если ты думаешь, что я позволю тебе умереть и таким образом тебе сойдёт с рук «Банниморт», ты глубоко ошибаешься. Гарри снова попытался улыбнуться, но теперь единственное, что он мог сделать, — это смотреть Тому в лицо. Волан-де-Морт выругался, увидев, как губы юного волшебника синеют. Он слышал, как у Гарри стучат зубы, и он ужасно дрожал. Найдя флакон, Волан-де-Морт поставил его рядом и притянул Гарри к себе на колени, перекинув его руку себе на шею. — Тебе нужно выпить это зелье. — Я н-не могу д-двигаться… — Открой рот. Гарри сделал всё, как его просили. Волан-де-Морт как раз собирался влить мальчику в горло кислотно-синее зелье, когда появилась Грейнджер. Она ахнула и, уронив сумки, бросилась вперёд. — Оставайся здесь, — твёрдо сказал он ей, вставая и ловко поднимая Поттера вместе с собой. — Я скоро пришлю за тобой. Ведьма молча кивнула и наблюдала, как он трансгрессировал вместе с Поттером. Приземлившись в гостиной своего дома, Волан-де-Морт тут же позвал Северуса и Люциуса, вышел из комнаты и направился по коридору. Он смотрел на бледное лицо Поттера. Держать Гарри было всё равно что держать холодный труп: его тело окоченело от боли и уже замёрзло. — Люциус! — взревел он, шаги ускорились, перейдя в быстрый бег. Он должен был добраться до камней, прежде чем сердце Гарри не выдержит. — Северус! Двое, о которых шла речь, появились из комнаты в середине коридора, оба задумчиво выглядели, гадая, что могло заставить Тёмного Лорда кричать так, как они не слышали уже очень давно. Увидев, как к ним бежит Волан-де-Морт с бледным телом Гарри Поттера на руках, они серьёзно переглянулись. — Камни! — крикнул Волан-де-Морт. Не дожидаясь, пока он их догонит, они выскочили из комнаты и побежали по коридору, приведя Тёмного Лорда в ритуальную комнату, где семь больших ониксовых камней были расположены по кругу. Оказавшись в комнате, Волан-де-Морт, не теряя времени, осторожно опустил Гарри на каменный пол. Северус и Люциус уже бормотали заклинания, направляя палочки на камни, чтобы активировать их. Семь камней были заложены там на следующий день после того, как Волан-де-Морт узнал о болезни Гарри. Тёмный Лорд не хотел рисковать жизнью бывшего Спасителя волшебного мира. Цель камней заключалась в том, чтобы гарантировать, что тот, кто находится внутри круга, сохранит жизнь, независимо от того, насколько близок он к смерти. Это было мощное заклинание стазиса, но, в отличие от заклинаний, обычно используемых целителями, этот стазис был интерактивным. Они могли работать над болезнью Поттера, не выводя его из стазиса до тех пор, пока не потребуется само исцеление. Как только все камни активировались, комнату наполнил тихий гул, и от камней исходили мягкие вибрации, покалывая кожу волшебников. Через мгновение их окружило тихое, медленное биение сердца Гарри, когда тело юного волшебника поднялось на несколько футов над землёй и зависло в воздухе. Волан-де-Морт скрестил руки на груди и начал расхаживать вокруг стазисного круга. Отвернувшись от Поттера, он смотрел только на каждый камень, проходя мимо. Люциус и Северус настороженно переглянулись, не зная, как поступить дальше. Но, по крайней мере, подумали они с облегчением, заклинание стазиса сработало вовремя. Хотя, судя по очень медленному биению сердца Поттера, это было на волоске. Ещё минута, и мальчик был бы мертв. — Мой Лорд, — Люциус ждал приказа. — Кто-нибудь из вас, идите и приведите мисс Грейнджер, — приказал Волан-де-Морт, не поднимая глаз. Люциус усмехнулся. Ни за что это не будет он. Северус закатил глаза, не испытывая никакого желания выслушивать мнение Люциуса по этому поводу. — И что нам с ней делать, мой Лорд? Волан-де-Морт поднял голову и перестал расхаживать взад-вперёд. В его глазах читалась явная злоба. — Ничего, — прошипел он. — Понятно? Ей нельзя причинять вред, если я не скажу иначе. Приведите её сюда… Пусть Драко позаботится о ней, когда она прибудет, пока я не найду время поговорить с ней. Они кивнули и удалились, оба оглядываясь через плечо. Тёмный Лорд теперь пристально смотрел на парящее тело, на этот раз с отчаянным выражением лица, которое удивило Пожирателей Смерти. Это удивило Люциуса, но для Северуса стало скорее подтверждением. Как только Люциус закрыл за ними дверь, он повернулся к Северусу. — Зачем он на это идёт? Ради Поттера? Северус вздохнул. — У меня есть подозрения, и какова бы ни была причина, я уверен, что мне это не понравится. Уверен, нам придётся иметь дело с Поттером каждый день с этого момента. Очевидно, что наш Лорд планирует оставить мальчика у себя. — Если он выживет… — ответил Люциус, словно считая, что жизнь Поттера обречена, а заклинание стазиса лишь откладывает неизбежное. — Ну же, Люциус. Ты прекрасно знаешь, что со временем наш Лорд найдёт ответ. Поттер выздоровеет. К сожалению. Если Тёмный Лорд не сможет найти ответ, он его создаст. Таков его путь всегда. — А если это нельзя будет отменить? — Нам всем следует спрятаться.

***

Тук-тук…Тук-тук… Тук-тук… Тук-тук… Тук-тук… Волан-де-Морт закрыл глаза, пытаясь унять сводящий с ума медленный ритм сердцебиения. — Слишком медленно, — пробормотал он, шагнув в круг, пока не оказался достаточно близко, чтобы коснуться тела. — Если бы ты не был таким упрямым и согласился прийти сюда с самого начала, мы бы сейчас не оказались в такой ситуации, Поттер. Волан-де-Морт в последний раз взглянул на него, прежде чем покинуть круг и комнату, решив, что сейчас это не имеет значения. Мальчик был у него под рукой, и он собирался создать лекарство. Это был лишь вопрос времени. Всё, что ему нужно было сделать, — это обнаружить элемент проклятия, который, казалось, был очень хорошо скрыт. Пока он не найдёт этот элемент, он не сможет завершить заклинание отмены. Скрытый элемент — это свойство, благодаря которому проклятие плохо реагировало на любую внешнюю магию. Волан-де-Морт опасался помещать Поттера в круг стазиса. Существовала вероятность, что это убило бы его мгновенно, но для этого и было предназначено синее зелье. Зелье, которое он дал Поттеру, было лишь временным решением. Оно дало ему достаточно времени, чтобы поместить Поттера в круг стазиса и позволить магии окружить его, не затрагивая рану. Его размышления прервались, когда он подошёл к комнате, где, как предполагалось, должна была находиться Грейнджер. Это подтвердилось, когда до него донеслись её голос и голос Драко. — Ты отвратительное подобие человека, Малфой! — Взаимно! Как Поттер мог опуститься до дружбы с такими, как ты, мне совершенно непонятно. Ты — просто мерзость! На это заявление последовала короткая пауза, пока комнату не наполнил крик, а затем взрыв, от которого по старому поместью прокатилась дрожь. Волан-де-Морт поднял бровь. После этого воцарилась полная тишина. Неужели Грейнджер убила сына Люциуса? Открыв дверь, пыль ещё не успела осесть, он увидел Грейнджер, стоящую посреди комнаты с палочкой, направленной прямо в сторону дивана. — Выходи, трус! — закричала она. — Ты могла меня убить! — раздался пронзительный вой из-за дивана, где, казалось, половина стены была разрушена. — Мой отец… — Кому на свете не надоело слушать, как ты плачешься отцу, Малфой? Честно! Неудивительно, что Забини тобой не интересуется! Волан-де-Морт скрестил руки на груди и подпёр подбородок ладонями. Ждал. Это было довольно забавно. Голова Драко высунулась из-за дивана, он широко раскрыл глаза и выглядел смущённым. — Ты… ты не знаешь, о чём говоришь! — О, пожалуйста… все видят, что ты влюблен в своего лучшего друга. Даже Гарри знает, а он самый тупой мужчина, которого я когда-либо встречала! А «непонятливый» — это второе имя Гарри. — Как думаешь, Блейз знает? — тихо спросил блондин. Гермиона скрестила руки и пожала плечами. — Это ужасно! — завыл Драко, закатив глаза и снова исчезнув за диваном в драматическом проявлении отчаяния. — Да, и ещё тот ​​факт, что Забини совершенно не привлекают мужчины, Малфой. Нытьё Драко вышло на новый уровень, и Волан-де-Морт заметил, что ведьма выглядела довольной тем, что ввергла юного Малфоя в депрессию; она ещё и самодовольно ухмылялась. Наконец он откашлялся. Гермиона резко повернулась к двери, а Драко вскочил на ноги и быстро провёл руками по своей пыльной мантии. Оба вели себя так, будто на месте стены не было большой зияющей дыры. — Грейнджер, ты хочешь помочь Поттеру выздороветь? — Конечно, — ответила она. — Мне нужно знать, какое проклятие было использовано. Точное заклинание, Грейнджер. И, если возможно, кто его произнес. — Невозможно! — презрительно воскликнул Драко, обращаясь к гриффиндорке. — Грязнокровка никогда не предаст свой драгоценный Орден. Взгляд Тёмного Лорда переместился и сузился, когда он посмотрел на наследника Малфоев. Губы Драко сжались в тонкие бледные линии, и он быстро вышел из комнаты. — Ты сможешь это сделать, Грейнджер? Я бы поручил это Северусу, но Орден не доверяет ему с тех пор, как старик умер. Девушка отвела взгляд в сторону, на её лице появилась лёгкая хмурость. — Они мне тоже не доверяют… но я думаю, что смогу получить помощь от тех, кому доверяют и кто готов сделать всё ради Гарри. Но сначала я требую встречи со своим лучшим другом. — Хорошо. Следуй за мной, — Волан-де-Морт резко развернулся и вышел из повреждённой комнаты. Он повёл её по коридору в комнату, где действовали сильные защитные чары. Как только чары были сняты, она вошла и увидела Гарри. Тёмный Лорд позволил ей задержаться лишь на две секунды, чтобы услышать медленное биение его сердца, прежде чем вытащить её из комнаты и потребовать, чтобы она немедленно приступила к поиску того, кто это сделал. А поскольку она была далеко не такой безумной и дерзкой, как Гарри, всё, что Гермионе оставалось, — это кивнуть и уйти. Но, по крайней мере, теперь она знала, что Гарри всё ещё жив.

***

— Гермиона! Ведьма помахала рукой, проходя дальше в магазин, и ярко улыбнулась взволнованным близнецам за прилавком «Всевозможных волшебных вредилок Уизли». — Привет, мальчики, — поприветствовала она, принимая объятия от каждого из них, когда они бросились к ней от прилавка. — Рад тебя видеть, — сказал Фред. — Я скучал по тебе, — добавил Джордж. Гермиона сразу перешла к делу, прежде чем они успели спросить её о Гарри, как она и предполагала. — Мне нужно обсудить с вами двоими кое-что очень важное. Это срочно… и я не хочу здесь говорить. Можете закрыть магазин? Понимая всю серьёзность ситуации, близнецы так и поступили, не задавая вопросов. Когда в магазине не осталось покупателей и его закрыли, Гермиона трансгрессировала сначала Фреда, а затем Джорджа в квартиру Гарри. — Вот где Гарри жил, — она сказала им это, потому что в глубине души знала, что Тёмный Лорд не намерен позволять Гарри жить где-либо ещё, кроме того места, где он сейчас находится. Беспокоило ли её это? Да, беспокоило! Но это сейчас не имело значения. — Хорошо. — Где он, Гермиона? — спросил Джордж. — И почему мы ничего о нём не слышали? — Гарри предположил, что после всего, что случилось со слизеринцами, вы больше не хотите иметь с ним ничего общего. После того, как он решил остаться в стороне от войны. — Это полная чушь! Гермиона кивнула. — Да, и я знала, что вы так думаете, но я ничего не сказала, потому что… хотела обеспечить его безопасность. Чем меньше людей знают, где он, тем лучше. — Гермиона, мы бы ничего не рассказали Ордену. Она знала, что они в это верят, но также понимала, что всё может измениться, и никто никогда не знает, что принесёт будущее. Чем меньше людей будут давить на Гарри, что он покинул войну, тем лучше. Впрочем, она полагала, что сейчас всё это уже не имеет значения. Гарри нужна помощь, если он хочет выжить после этого проклятия, а близнецы, вероятно, никогда не перестанут выпытывать у неё информацию о Гарри. — Мне нужна ваша помощь, — сказала она им и, прежде чем они успели автоматически предложить свою помощь, поспешно продолжила. — Но сначала мне нужно объяснить ситуацию. И мне потребуется волшебная клятва от каждого из вас, что вы не повторите ни слова из того, что я собираюсь вам сказать, независимо от того, решите вы помочь или нет. Клятвы были произнесены без колебаний, и вскоре Гермиона начала рассказывать безумную историю, которая закончилась просьбой Волан-де-Морта помочь вылечить Гарри. — Не может быть! — хором ответили близнецы, когда рассказ закончился. — Всё, что я только что сказала, — правда. Близнецы переглянулись и через мгновение кивнули. — Что тебе от нас нужно? — спросил Фред. — Если мы сможем помочь спасти Гарри, мы хотим помочь. — Мы сделаем всё, что ты захочешь, Гермиона. Главное, чтобы это не поставило под угрозу нашу семью, — пояснил Джордж. Гермиона вздохнула с облегчением и ярко улыбнулась им. — Хорошо, вот что вам нужно сделать…

***

Днём позже Драко заглянул в квартиру Гарри, где Гермиона ждала вестей от близнецов. — Ну? — спросил он. — Какая от этого польза? Ты сидишь без дела… — Ну да ладно, Малфой, попробуй-ка заполучить дракона. — Это поможет спасти Гарри? — с надеждой спросил он. Он выглядел настолько серьёзным, что Гермиона не смогла удержаться от смеха. Драко фыркнул и упёр руку в бок. — Ну? — потребовал он ответа. — Он тебе действительно нравится, правда? Как это возможно? Драко скрестил руки на груди и задрал нос. — Я не чувствую необходимости что-либо тебе объяснять. — Это правда… могу я спросить, почему ты здесь? — Я, конечно же, послан Лордом. — Ваш господин… мерзкий педофил, — пробормотала она. Хотя, честно говоря, Гарри было восемнадцать, так что он уже не был ребёнком, и Волан-де-Морт уже не выглядел таким уж жутким, так что… вот так. — В любом случае, я жду вестей от своих информаторов. Пока нечего сообщать. — Я здесь не для этого, — ответил блондин, вытаскивая из-под своих дорогих и модных одежд большую серебряную пуговицу. — Портключ, — объявил он, подняв его, прежде чем положить ей в руку. — Чтобы ты могла вернуться к нему домой, когда у тебя появятся ответы… хотя я думаю, ты вернёшься с пустыми руками, и тогда, надеюсь, я смогу наблюдать, как мой Лорд убьёт тебя. — Ты полный идиот! — Выгляжу неплохо, правда? — сказал он, повернувшись так, что его задница оказалась на виду. — Я встречаюсь с Блейзом через несколько минут, так что мне нужен честный ответ, Грейнджер. — У тебя тощая, несуществующая задница, Малфой. И Забини не гей. Чем скорее ты это переживёшь, тем лучше. Прежде чем он успел ответить, по комнате раздались два хлопка. Фред и Джордж стояли позади Драко с серьёзными лицами. — Стерджис Подмор, — объявили они. — Вы уверены? — спросила Гермиона, вставая и подходя ближе. Они кивнули, хотя их взгляды остановились на опустошённом Малфое. Они продолжили объяснять, как отправились в штаб и объявили, что знают, где находится Гарри, и что он умирает от проклятия, наложенного на него во время нападения на студентов Слизерина. Они сказали Ордену, что Гарри на последнем издыхании, и если заклинание не будет раскрыто, Избранный не проживёт и недели. — Никогда не видел, чтобы кто-то выглядел таким растерянным и испуганным, — сказал Джордж. — Мы сказали, что ты поняла, в чём дело, и что единственный способ спасти Гарри — это чтобы тот, кто наложил проклятие, снял его. Тогда Подмор оживился. Он был единственным, кто так отреагировал. — Наверное, это чёртов гриффиндорец, — пробормотал Драко. — Выдал себя. — Нам и Гарри повезло, красавчик, — ответил Фред, подойдя ближе к блондину и разглядывая Драко. Малфой выглядел испуганным и отступил ближе к Гермионе. Оба близнеца зловеще ухмыльнулись. — Они спросили, где Гарри, и мы назвали им ложное местоположение, которое ты нам указала, — пробормотал Джордж, продолжая двигаться навстречу Драко вместе со своим братом. — Мерлин, Малфой… что тобой случилось? — У тебя когда-нибудь был секс втроём? — спросил Фред, проводя пальцем по передней части мантии Драко. Драко вскрикнул и побежал за Гермионой. — Задержи их! — потребовал он от ведьмы из Гриффиндора. — Ах... не будь таким, — нежно проворковал Фред. — Мы знаем, что ты играешь за нашу команду, — сказал Джордж, протянув руку через плечо Гермионы и навязчиво проведя ею по волосам блондина. Гермиона рассмеялась. — Перестаньте пытаться напугать бедного слизеринца-гея! — Я не бедный! — вмешался Драко, отстраняясь от руки, схватившей его за волосы. Близнецы надули губы. — Мы просто немного развлекаемся, Миона… Пошли! Драко выглядел чуть менее испуганным. — Значит… они на самом деле не пытаются ко мне приставать? Они не геи? — О нет, Малфой. Мы бы с удовольствием переспали с тобой, — возразил Фред. —   Никаких границ. Будь то мужчина или женщина. Пожиратель Смерти или член Ордена… Джордж кивнул в знак согласия. — Мы открыты для всего. И ты был милым в Хогвартсе… хотя тогда был немного молод. Тебе нравится бандаж? — ГАРРИ! — взвизгнула Гермиона, пытаясь привлечь всеобщее внимание к самой важной теме и игнорируя смешное бормотание Малфоя позади себя. — Лорду Волан-де-Морту эта информация понадобится немедленно, — пробормотал Драко. Его взгляд был прикован к близнецам, у которых текли слюни, а палочка крепко сжималась в руке. От того, как они на него смотрели… Он вздрогнул. — Я ухожу. Можешь рассказать Тёмному Лорду, — сказал он Грейнджер и трансгрессировал прочь от этих коварных рыжеволосых. — Большое спасибо, — сказала она близнецам, теребя пуговицу. — Гермиона, мы хотим снова увидеть Гарри… и того блондина. — Вы не серьёзно… насчёт Малфоя? — О, что бы мы с ним сделали, — выдохнул Фред, глядя в потолок, его глаза затуманились от внезапно возникших в голове образов. — В общем… — продолжила Гермиона, глядя на них так, словно они сошли с ума. — Я поговорю с Гарри о свиданиях, когда ему станет лучше. Я не могу забрать вас с собой туда, куда иду. Волан-де-Морт, может, и пытается сохранить Гарри жизнь, но он всё тот ​​же. Он, вероятно, убьёт вас двоих. — Просто сообщи нам, как поживает Гарри, как только сможешь, и будь осторожна. Гермиона пообещала, что сделает это. Затем близнецы ушли, и Гермиона активировала портключ, оказавшись в той же гостиной, где она сражалась с Драко. Обнаружив, что комната пуста, она быстро вышла и направилась в помещение, где Гарри находился в стазисе. Защитные чары были отключены, что указывало на то, что кто-то находится в комнате с Гарри. Это был Волан-де-Морт. Тёмный волшебник сидел у дальней стены, по обе стороны от него лежали стопки старых книг. Красные глаза его были прищурены на открытой книге на коленях. Рядом с одной из стопок стоял поднос с чаем, и казалось, что к нему никто не прикасался. Волан-де-Морт выглядел так, будто не сдвигался с места с тех пор, как она ушла накануне. — Надеюсь, ты что-нибудь нашла, — сказал он с такой убийственной мягкостью, что Гермионе показалось, будто ей следовало бы солгать, если ей нечего было сообщить. — Стерджис Подмор наложил проклятие. Это единственная информация, которую нам удалось получить. — Подойдёт, — Гермиона выдохнула, прекрасно понимая, что всё это время задерживала дыхание. Наконец его сверкающий красный взгляд обратился к ней. — Нам? Кого ты завербовала, чтобы получить эту информацию? — Я… я никого не подвергну опасности, предоставляя тебе эту информацию. У тебя есть Подмор. Они будут искать Гарри в ложном месте. Он должен быть там сейчас. Она сообщила ему местоположение, и вскоре после этого Волан-де-Морт собрал отряд Пожирателей Смерти. Он сам повёл группу к отдалённой ферме за пределами Лондона, где, как сказали близнецы Ордену, скрывался Гарри. Когда они прибыли, Орден всё ещё был там, разыскивая Избранного, и немедленно началась битва. Волан-де-Морт приказал своим приспешникам убивать всех, кто им противостоит, но главной целью всех было проникнуть внутрь, найти Подмора и затем выбраться обратно. По-видимому, Орден не ожидал нападения Пожирателей Смерти, и там было лишь несколько его членов, и все, кроме одного, были убиты — Муди снова пробился наружу, прежде чем трансгрессировать. Подмора легко нашли, связали и немедленно доставили в темницу Волан-де-Морта. Когда Волан-де-Морт вернулся домой, он тут же появился в подземельях и, не теряя времени, принялся просматривать воспоминания Подмора. Он нашёл использованное заклинание. В нём нарастала ярость, когда он пытался вырваться из сознания съёжившегося от страха волшебника. — Наложить проклятие, которое ты не до конца понимаешь… глупость! — прошипел он. Люциус шагнул вперёд. — Мой господин? — Этот волшебник произнёс заклинание, не потрудившись изучить его свойства, и поэтому понятия не имел, к чему оно приведёт. Убийство Поттера было случайностью. По крайней мере, у меня есть ответ, — Волан-де-Морт отвернулся от Подмора и направился к выходу из камеры. Подмор, казалось, думал, что проживёт ещё один день, пока Малфой не ухмыльнулся ему и не спросил, что делать с заключённым. — Ах, да, — прошипел Волан-де-Морт. Он повернулся и направил свою палочку на члена Ордена, который поднял руки в безмолвной мольбе. — Авада Кедавра. Люциус наблюдал, как мужчина безжизненно рухнул на землю. И поскольку Тёмный Лорд снова ушёл, не наслаждаясь убийством, как обычно, блондин подумал, что это свидетельствует о том, насколько сильно мысли его хозяина были заняты Поттером, раз убийство заключённого было второстепенной мыслью. Блондина вывел из размышлений зов Тёмного Лорда, и Люциус быстро вышел из камеры вслед за лордом Волан-де-Мортом. — Я должен был увидеть это и без необходимости искать того, кто наложил проклятие. То, как лорд Волан-де-Морт прорычал последнюю часть, заставило Люциуса заподозрить, что его господин разгневан этой оплошностью. Сам Люциус молчал, хотя и подумал, что неудивительно, что Тёмный Лорд этого не понял. Он, к всеобщему любопытству, был полностью сосредоточен на Поттере, а не только на болезни мальчика. — Теперь вы знаете, мой Господин. И Поттера можно исцелить немедленно. — Да, — Люциус этого не видел, но отчётливо услышал облегчённую улыбку в голосе Тёмного Лорда. — Приведи Северуса и вернись в комнату через час.

***

— Ты знаешь свою роль. Не сдерживайся. Если ты это сделаешь, и он умрёт… — Тёмный Лорд замолчал, понимая, что его последователи поймут намёк. В душе Северус ощетинился. С каких это пор Поттер стал таким важным для лорда Волан-де-Морта? Настолько важным, что Тёмный Лорд убьёт его ближайших соратников, если они не смогут спасти этого избалованного мальчишку? — Северус? Хочешь что-нибудь сказать, прежде чем мы начнём? Люциус искоса взглянул на Северуса с таким выражением лица, которое говорило: «Лучше не говори громко о своих мыслях. И, наверное, с этого момента тебе следует прекратить думать о подобных вещах». — Нет, милорд. И вот они начали. Люциус и Северус стояли неподвижно, держа палочки наготове и свободно опущенными вдоль тела. В течение получаса они накапливали магию, произнося слова, которые позволяли им раскрыть весь потенциал своих магических способностей. Два Пожирателя Смерти делали это для того, чтобы Тёмный Лорд смог позаимствовать их силу, когда придёт время разорвать круг стазиса и начать созданное им заклинание исцеления. Когда пришло время начать, Волан-де-Морт направил свою палочку на Северуса. «Адсумо». Призывая к себе силу Мастера Зельеварения. Волан-де-Морт внутренне содрогнулся, когда заимствованная магия слилась с его собственной. Затем он призвал магию, которую ему одолжил Люциус. Как только он собрал их силы, Люциус и Северус разорвали круг стазиса. Медленное сердцебиение затихло вместе с вибрациями камней. Гарри оставался неподвижным, когда его опустили на землю, и он лёг на живот. Три волшебника знали, что он, должно быть, испытывал агонию, но это свидетельствовало о том, насколько близок он был к смерти, раз у Поттера не хватило сил даже закричать, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться. Тёмный Лорд быстро шагнул вперёд и встал рядом с мёртвенно безмолвной фигурой, прекрасно понимая, что Гарри может умереть в любой момент. Он опустил палочку, пока её кончик не оказался направлен на голую спину юноши. — Sano protinam devoveo. Retrorsu deprecor, — произнёс он очень чётко и жёстким, твёрдым голосом. Он повторил заклинание три раза, и на четвёртый раз из раны на спине Гарри поднялось чёрное облако. Волан-де-Морт поднял палочку и взмахнул ею, пытаясь снять отравленное проклятие. — Dominatus sanati! Заклинания закончились, все затаили дыхание в ожидании. Зная, что если это не сработает, то ничто другое не сработает. Чёрный туман зашипел, а затем в следующее мгновение исчез, и рана на спине Гарри широко раскрылась, обильно хлынула кровью. Глаза Люциуса расширились, он никак не ожидал такого поворота событий. Северус быстро шагнул вперёд, вытащил из кармана мантии зелье и передал его Тёмному Лорду. Видимо, они этого ожидали. Волан-де-Морт опустился на колени рядом с Гарри и осторожно поднял подростка на ноги, прижав худощавого волшебника к своему боку. Волан-де-Морт силой открыл рот Поттеру и влил ему в горло зелье. Увидев потрясённый взгляд блондина, Северус объяснил: — Проклятие снято, но кровь Поттера всё ещё отравлена. Однако без проклятия его кровь и магия могут залечить рану. Ему нужна только новая кровь. И как можно быстрее. — Ах, — ответил Люциус. — Крововосстанавливающее зелье? Северус кивнул. — И обезболивающее, — добавил он, когда Поттер начал шевелиться, стоная от боли. Северус почти ожидал, что Поттер начнёт кричать от боли, и приготовился к этому, но через мгновение в шоке увидел, как мальчик, не открывая глаз, прижался к Волан-де-Морту и, дрожащими руками, обнял за спину, крепко держась и прижимаясь головой к его груди. Стоны и всхлипы становились всё громче, но было ясно, что Поттер всё ещё не полностью осознаёт происходящее. Совсем не в сознании. Волан-де-Морту пришлось схватить Поттера за прядь чёрных волос и резко откинуть его голову назад, чтобы стало видно его лицо, позволив Северусу впрыснуть ему в горло обезболивающее. — Что дальше? — спросил Люциус, наконец ступив вперёд и осматривая лужи крови вокруг стоящих на коленях фигур. — Мы дадим ему истекать кровью следующие полчаса, — ответил Северус. — А затем дадим ещё одно крововосстанавливающее зелье. Будем делать это в течение двенадцати часов, и тогда с ним всё будет в порядке. Внутренне вздохнув, Люциус стёр кровь с пола. Их ждёт долгая ночь.

***

Гарри проснулся от глубокого сна; из которого было трудно вынырнуть. Лёжа на животе, он чувствовал, как его спину пронизывает холод комнаты, в которой он находился. Но больше всего он чувствовал руки на своей спине. Руки, которые он сразу узнал, ведь они не раз наносили мазь Гермионы на проклятую рану. Гарри держал глаза закрытыми, когда чувствовал, как эти руки скользят туда, где не было раны, касаясь и поглаживая, успокаивая его напряжённые мышцы. Гарри сдержал довольный вздох. Как Том мог заставить его чувствовать себя так? Удовлетворённо и тепло. Приятно во всех отношениях. В безопасности. Следующее, что помнил Гарри, — это раздражающее нытьё одного блондина, от которого он резко проснулся. Проснувшись на этот раз гораздо легче, он вспомнил свои предыдущие мысли о Томе и подумал, что, возможно, всё это было сном. — Поттер! Ты жив и здоров! Прекрати врать, пытаясь привлечь к себе больше внимания! — голос Драко Малфоя прозвучал в приятных снах Гарри. — Прошло уже два дня! Проснись, чтобы мне больше не пришлось иметь дело с этой грязнокровкой! Она ужасна! Постоянно рассказывает отвратительные лживые истории о сексуальной ориентации Блейза! Гарри открыл глаза с многострадальным вздохом. Иногда ему хотелось, чтобы Тео никогда не уговаривал его и Драко прекратить эту нелепую вражду. Гарри осторожно повернулся и сел. Драко стоял у изножья кровати, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая ногой. Оглядевшись, Гарри нашёл свои очки на прикроватной тумбочке. Взяв их, он надел и огляделся, обнаружив себя на широкой кровати, застеленной тёмно-синим шёлком. Сама комната тоже была большой. Очень большой, очень хорошо обставленной и совершенно незнакомой. — Э-э... где я? Драко усмехнулся. — Твоя комната. А эта лестница, — блондин указал на узкую лестницу у окна, — ведёт вниз, в твой собственный кабинет. Специально для тебя, Поттер. — Что? Драко фыркнул и, сидя на кровати, наблюдал, как Гарри осматривает комнату. — Вставай! Я должен тебя одеть, дать тебе зелья и всё показать! И поторопись! Тёмный Лорд хочет тебя видеть. Гарри покраснел и опустил взгляд на колени. — Он… он спас меня. Разве нет? Блондин фыркнул. — Конечно, спас! Ты сомневался? Гарри отказывался смотреть на Драко. Он, в самом деле, сомневался. В конце концов… «Я… я не хочу умирать, Том». Он вспомнил, как говорил это Тому умоляющим голосом, демонстрируя такую ​​слабость и страх человеку, который был совсем не таким. Это было действительно жалко. — Мне, наверное, пора домой, — пробормотал он, откидывая тяжёлое пуховое одеяло и свешивая ноги с края кровати. — Ты меня не слышишь, Поттер? Это твой дом. Это твоя комната. Тёмный Лорд держал тебя там, где хотел с самого начала. Ты всерьёз думаешь, что он позволит тебе уйти сейчас? Гарри слегка поморщился, поднимаясь с очень удобной кровати. Боль была вызвана затёкшей спиной, но в остальном он чувствовал себя хорошо. Боль уже не была такой сильной, и это всегда было хорошо. — Я не буду здесь пленником. — И что ты собираешься с этим делать? Ты не можешь просто так выйти из дома Тёмного Лорда, чтобы он этого не заметил. — Где моя одежда? Драко поёрзал и сложил руки за спиной. — Э-э… ​​да, мм… Тёмный Лорд приказал мне сжечь то, что на тебе было надето, когда он привёл тебя сюда. — ЧТО?! Блондин усмехнулся. — Шучу. Не смог удержаться. Всегда забавно видеть, как твоё лицо пылает от праведного гнева. — Убирайся отсюда, Малфой. — Нет. Мне и так хорошо, спасибо. — Тогда помоги мне найти одежду, чтобы я мог пойти и убедиться, что Банниморт знает, что я здесь не пленник. Драко возмущённо заикнулся: — Как ты его назвал?! Гарри, смеясь, ходил по комнате в поисках ванной, которая, несомненно, была соединена с таким роскошным помещением. — Не смей задавать вопросы Тёмному Лорду, Поттер! — крикнул Драко. — Ты меня слушаешь, Гарри? — Честно говоря… нет, — Гарри выгнал Драко из комнаты, как только нашёл ванную, чтобы принять душ и одеться. Драко был немного извращенцем и мог подглядывать за Гарри во время принятия душа. И хотя Гарри не особо стеснялся своего тела, ему не нравились вуайеристы… ну, по крайней мере, блондинистые вуайеристы. После этого он обнаружил, что Драко ждал его в коридоре, и двое молодых людей неспешно спустились на два этажа ниже, в восточное крыло, где находился кабинет Волан-де-Морта. — Я сейчас выйду, Дрейк. — Значит, ты хочешь, чтобы я тебя подождал? — с надеждой спросил блондин. — Да. Подожди меня, — ответил Гарри, прежде чем повернуться к кабинету и открыть дверь. — Ты не можешь держать меня здесь в плену, — заявил он, как только дверь закрылась за ним. Том на мгновение задержал взгляд на здоровом румянце на лице молодого человека и яростном огне в его зелёных глазах, после чего усмехнулся. — На самом деле, могу. В конце концов, ты разговариваешь с лордом Волан-де-Мортом. Однако у меня никогда не было намерения держать тебя в плену где бы то ни было. С чего ты это взял? — Дрейк сказал, что ты не отпустишь меня сейчас, — ответил Гарри чуть спокойнее. — Правда? Я же не заключенный? — Сейчас ты здесь гость, Поттер. Можешь приходить и уходить, когда захочешь, в разумных пределах, — прорычал Тёмный Лорд. — А Драко будет наказан за то, что слишком много болтал и распространял ложь. — Тогда я смогу пойти домой. Том откинулся назад, сложив пальцы под подбородком и бесстрастно глядя на Гарри. — Я спас тебе жизнь, Поттер. — Да, и спасибо, — осторожно ответил Гарри, вспомнив, что разговаривает со слизеринцем. Он сел за стол, готовясь к разговору. — Зачем ты это сделал? — Очевидно, я не желал твоей смерти. Но я считаю, что за спасение твоей жизни мне причитается. Гарри закатил глаза. — Что тебе нужно? — Тебе разрешается оставаться здесь в качестве гостя до тех пор, пока я не посчитаю, что ты слишком долго здесь задерживаешься. Поскольку именно благодаря Тому он остался жив, Гарри не считал это таким уж плохим делом. По крайней мере, ему не нужно было бояться быть убитым. Но на всякий случай… — Я здесь в безопасности? Том кивнул и задумался, поверит ли Гарри сначала, не увидев всё своими глазами. Если нет, то он был более чем готов доказать это юному волшебнику. Гарри прищурился. — Я не хочу знать, что ты делаешь в связи с войной, и я не хочу знать, что делает Свет. — Если хочешь, мы будем придерживаться политики «не спрашивай — не говори»? — А как же Пожиратели Смерти? Я не хочу постоянно быть окружённым ими. — Здесь почти никогда не проходят встречи. Из Пожирателей Смерти ты, скорее всего, встретишься только с теми, кого уже видел: Люциусом, Северусом и Драко. Что-нибудь ещё? — с усмешкой спросил он, заметив, как нахмурился мальчик, погружённый в размышления. — Я не собираюсь постоянно находиться в этом огромном поместье, Том. Если захочу выйти, я выйду. Я не буду прятаться от мира. Улыбка быстро исчезла. — Ты снова подвергнешься опасности, сопляк, — прошипел он. — Позволишь себя снова похитить. Тебя заставят выполнять приказы Ордена. — В первый раз мне удалось сбежать, не так ли? Я смогу сделать это снова. — А как насчет того, что ты мог бы привести Орден сюда? Взгляд Гарри резко перешёл на него. — Я бы никогда этого не сделал, — выдавил он. — Ты можешь сделать это непреднамеренно. — Ты что, думаешь, я полный идиот? — Мне действительно стоит отвечать на это, Поттер? — Это совсем не смешно. И я говорю это совершенно серьёзно. Я бы так не поступил — намеренно или нет. Даже не знаю, где именно находится это место. — Позволишь ли ты мне наложить на тебя заклинание слежения? — спросил Том после недолгой паузы, во время которой Гарри избегал его взгляда, застигнутый им врасплох. — Конечно, для твоей защиты. — От тебя я восприму это как полную чушь. Ради собственной безопасности… — усмехнулся Гарри. — Что нужно сделать, чтобы ты мне поверил, Гарри? Гарри не понимал почему, но отвечать на этот вопрос ему не хотелось. — Ты когда-нибудь расскажешь мне, почему? — спросил он вместо этого. — Почему ты вообще меня сюда пригласил? Том внезапно ухмыльнулся ему. Это было похоже на укус змеи: быстро, ошеломляюще и болезненно. Гарри подумал, что в этой ухмылке, должно быть, тоже есть яд, потому что его сердце вдруг забилось сильнее, чем когда-либо прежде. Может, ему нравился яд. И уж точно ему нравилось, что эта зловещая ухмылка скорее подчёркивала привлекательность Тома, чем умаляла её. — У меня свои причины, — наконец ответил старший волшебник. — Но скажу, что причин несколько… но ни одна из них не связана с твоим участием в войне, пытками или убийством. Это твоё убежище, если ты этого хочешь, Поттер. Бывший гриффиндорец фыркнул и встал. — Хорошо. Но ты всё равно мне расскажешь. — Возможно. А теперь иди. Мне нужно закончить бумажную работу. Гарри кивнул и направился к двери. — Э-э… — он обернулся и увидел, что на него пристально смотрят красные глаза. — Не мог бы ты не наказывать Драко? Он переживает непростые времена… Том нахмурился. — У тебя слишком большое сердце, Поттер. — Спасибо. — Это не комплимент, сопляк. — Знаю, — улыбнулся Гарри. — А может, пока я здесь, ты постараешься уменьшить смертность и разрушения и займёшься установлением мира во всем мире? Том мрачно усмехнулся. — Не стоит на это ставить. По непонятным для Гарри причинам, улыбка на его лице стала шире, когда он вышел из кабинета Тёмного Лорда. Драко недоверчиво смотрел на Гарри. — Что? — спросил он, когда они шли по коридору. — Мир во всем мире, Поттер? Серьёзно? Мне показалось или ты действительно попросил Тёмного Лорда поработать над установлением мира во всем мире? Гарри усмехнулся. — Я решил попробовать… а зачем ты подслушивал? — Если он собирался мучить Мальчика-Который-Выжил, то я хотел бы это услышать, — ответил Драко с ухмылкой. Гарри игриво оттолкнул его. — Я больше не тот Мальчик-Который-Выжил. Больше никогда не хочу слышать это прозвище. — Прости, Потти, но пока ты не умрёшь, это звание и другие подобные ему никогда не исчезнут. — Я не убегаю, — сказал Гарри сквозь стиснутые зубы, раздражённо скрестив руки на груди. — Я просто больше не участвую. — Это определённо тема для обсуждения позже, когда у нас будет время присесть и как следует напиться, — усмехнулся блондин. — А сейчас я должен показать тебе окрестности и… — Мне нужно вернуться в свою квартиру и взять кое-какие вещи, — перебил Гарри. — Хочешь пойти со мной? Драко побледнел. Он вспомнил, что произошло в прошлый раз, когда он был там. — Э-э... — Да ладно, — настаивал Гарри. — Мне всё равно нужна компания. Драко пришлось идти с Гарри, который игнорировал все его протесты. Гарри странно ищуще посмотрел на блондина, когда Драко выхватил свою палочку в тот момент, когда они трансгрессировали в маленькую гостиную Гарри. — Что с тобой не так? Драко окинул взглядом каждый сантиметр открытого пространства, прежде чем выдохнуть. — Ничего… абсолютно ничего, Поттер. Просто собери свои вещи, чтобы мы могли идти. — Гермионы здесь не будет, если тебя это беспокоит. Она большую часть дня будет на работе. — Меня интересует не грязнокровка! — Перестань так её называть, — пробормотал Гарри, входя в свою спальню. — Что тебя так волнует? Следом за ним вошёл Драко. — Два одинаковых веснушчатых дьявола, которые не умеют уважать личные границы. Гарри отвернулся от прикроватной тумбочки, где достал палочку. — Ты говоришь о Фреде и Джордже? Они были здесь? — Они меня практически изнасиловали! — простонал блондин. — Ты бы видел, как они на меня смотрели! Как на свежее мясо! — Но… что они здесь делали? — зелёные глаза расширились. — Тогда Орден знает! Они знают, где я живу! — Успокойся, герой, — Драко схватил Гарри за воротник рубашки, прежде чем тот успел убежать. — Эти изверги были здесь и передали твоей магглокровке информацию о том, кто наложил это заклятие. — Это не имеет смысла… я думал, они не хотят иметь со мной ничего общего. Драко пожал плечами, не зная, что на это ответить. Гарри начал собирать вещи, которые, как ему казалось, ему понадобятся. Мантия-невидимка, фотоальбомы, метла «Молния» и набор для её чистки, а также кое-какая одежда… пока Драко не заявил, что ему не нужна та ужасная одежда, которая у него уже есть. — Я же не хожу постоянно в мантиях, Дрейк, — пробормотал он. — Мне нравится маггловская одежда. — Хорошо. Пойдём купим новую маггловскую одежду. Одежду, которая хорошо сидит и подчёркивает твою сексуальную попку. Гарри никак на это не отреагировал, что подсказало Драко, что брюнет погружён в тревожные размышления. После окончания вражды флирт стал для них игрой, хотя ни один из них не представлял себя вместе, зная, что им суждено быть с другими… в случае Драко — с неподходящим человеком. Но флирт был всего лишь шуткой, и Гарри всегда умело использовал ситуацию, всегда приятно теша самолюбие блондина… но не сейчас. Гарри был погружён в свои мысли. Об этих ужасных близнецах, не было никаких сомнений. Бывший гриффиндорец оставался молчаливым и мрачным на протяжении всего короткого визита в свою маггловскую квартиру. После их ухода он не произнёс больше десятка слов. Когда Драко попытался провести для Гарри экскурсию по огромному поместью, брюнет отказался и незаметно удалился в свою спальню, чтобы предаться размышлениям. Драко пожалел, что вообще что-либо говорил о близнецах.

***

Гарри сидел, скрестив ноги, на полу в огромной спальне, его метла «Молния» парила в нескольких сантиметрах от пола, пока он полировал её. Его движения были медленными и отработанными, и он мало обращал внимания на саму работу, вместо этого сосредоточившись на мыслях о близнецах. Фред и Джордж были единственными Уизли, по которым он больше всего скучал… за исключением Рона, хотя Гарри знал, что ему лучше без этой дружбы. Но близнецы были другими Уизли. Не такими зацикленными на определённых убеждениях, на том, как всё должно быть. Вся их жизнь не вращалась вокруг Высшего Блага… по крайней мере, так думал Гарри. Фред и Джордж тоже не были абсолютными ненавистниками Слизерина. Никогда ими не были. Они не были фанатиками… поэтому, когда Гарри потерял с ними связь, это было очень больно. Иногда он чувствовал себя с ними комфортнее, чем с Роном… ну, чаще всего. Ему не нужно было ходить на цыпочках вокруг близнецов на определённые темы, чтобы избежать спора, как это часто приходилось делать с Роном. Но теперь, похоже, близнецы помогли ему оправиться, раскрыв тайну члена Ордена. Означало ли это, что они по-прежнему хотят оставаться друзьями, или же они просто помогали, чтобы Избранный не умер до того, как сможет убить этого злого и прекрасного Тёмного Лорда? Всё это было так запутанно. И душераздирающе думать, что это единственная причина, по которой они могли это сделать. Не ради друга, а только ради Высшего Блага. Том вошёл в комнату и услышал, как Гарри бормочет себе под нос: — Чёрт возьми, высшее благо… кучка идиотов. — Ты уверен, что не хочешь присоединиться ко мне? Гарри даже не поднял глаз от метлы. — Нет. Перестань спрашивать. — Я ни разу не спрашивал тебя об этом, — напомнил ему Том. — Ладно. Можешь делать то, что делал… пусть они продолжают делать то, что хотят, а я не буду вам мешать, — тихо ответил Гарри и продолжил работать над своей метлой. — Если твоё намерение, чтобы я здесь находился, хоть как-то связано с войной, то ты зря тратишь время, Том. Том отказался повторять сказанное, и в комнате воцарилась тишина. Тёмный Лорд скрестил руки и прислонился к дверному проему, наблюдая за Гарри. Было очевидно, что мальчика тяготили тяжёлые мысли. Его челюсть была сжата, словно он скрежетал зубами, и хотя глаза Гарри были скрыты бледными веками и длинными густыми чёрными ресницами, тёмный волшебник знал, что эти зелёные глаза борются с эмоциями. Его взгляд упал на руки бывшего гриффиндорца, которые тщательно полировали метлу «Молния», и он долго наблюдал, как длинные пальцы Гарри скользят по дереву, и хотя мальчик явно был погружён в свои мысли, эти руки точно знали, куда двигаться, даже не глядя на метлу. — Ты хотел чего-то конкретного? — внезапно спросил Гарри. Взгляд Тома снова переместился на лицо молодого волшебника. Гарри всё ещё смотрел в пол, хотя его глаза время от времени скользили по фигуре в дверном проёме. Он усмехнулся, заметив лёгкий румянец на бледных щеках Гарри. Очевидно, молодой волшебник заметил его пристальный взгляд. — Ты пропустил завтрак и обед. Поужинаешь со мной сегодня вечером. — Это приказ? — Конечно. — Проклятые тёмные владыки, — пробормотал мальчик, слегка ухмыляясь. — Ладно. На этот раз ты победил… должно быть, это для тебя новое чувство, да? Победа. Гарри озорно улыбнулся ему, и, казалось, мысли молодого волшебника, которые занимали его до этого, на время отошли на второй план. — Наглость — не самая привлекательная черта, Поттер, — ответил старший волшебник. Том вошёл внутрь, пока Гарри начал убирать метлу и набор для её обслуживания. Когда Гарри убрал свои вещи, Том подошёл и встал позади юного волшебника, схватив его за край старой и позорной маггловской футболки. Глаза Гарри расширились, как блюдца. — Что ты делаешь? — пронзительно закричал он совершенно не по-мужски, от чего ещё больше покраснел от смущения. — Твою рану нужно осмотреть. Чтобы убедиться, что она действительно заживает как положено, — пробормотал Том, снимая с Гарри футболку и бросая её на кровать, прежде чем Гарри успел возразить. — И тебе не следует сидеть так, как ты сидел, сгорбившись. Это не поможет ране зажить. «Дыши, Гарри. Дыши», — эта мантра снова и снова прокручивалась в его голове, даже когда грудь Тёмного Лорда плотно прижималась к его боку. — «Это Тёмный Лорд. Ты не должен испытывать влечение к Тёмному Лорду!» Гарри тяжело сглотнул и отвел взгляд. И когда рука опустилась на его нижнюю часть живота и задержалась там, Гарри в шоке уставился на эти длинные пальцы, прежде чем прикусить губу и снова отвести взгляд. Руки Тома были большими; пальцы изящными, и Гарри всегда нравились мужчины с такими руками. Через несколько мгновений он почувствовал другую руку на своей спине; пальцы мягко нащупывали заживающую рану у основания спины. — Больно? — спросил Том. — Не очень, — прошептал он, молясь, чтобы его голос не был таким хриплым, как казалось. Рука, лежащая у него спереди, сдвинулась, и кончики пальцев Тома нечаянно скользнули под пояс его мешковатых джинсов. Гарри крепко зажмурил глаза. Он знал, что это было сделано не специально. Том немного наклонился, пока его нос почти не коснулся спины Гарри. Вероятно, он даже не заметил, где находится его рука… Как может становиться так тепло от одного прикосновения? Должно быть совершенно наоборот, подумал Гарри. Он должен был почувствовать холод и отвращение и отбросить эти руки. Но он не мог и не хотел этого. Он чувствовал себя в безопасности и окружённым заботой, пока Том осматривал шрам от проклятия. И как это возможно? — Этот шрам, возможно, никогда не заживёт, — пробормотал Том спустя мгновение, и Гарри удивился, когда губы волшебника так близко приблизились к его уху. — Но, по крайней мере, ты выживешь. Гарри стоял неподвижно, как статуя, под его руками, и Тома почему-то раздражало, что из уст мальчика не вырвалось никакого смелого ответа, как обычно. Том позволил своим рукам задержаться ещё на мгновение, наслаждаясь ощущением Гарри под кончиками пальцев, прежде чем отстраниться. Он подумал, что, возможно, молчание связано с мыслями Поттера, которые он испытывал ранее. — Сегодня вечером мы ужинаем с Малфоями. Одевайся подобающе, — и с этими словами Тёмный Лорд ушёл, наконец-то дав Гарри возможность побыть наедине с собой и начать дрожать от безумно сильного влечения, с которым он изо всех сил пытался бороться. — Что значит «подобающе»? — подумал Гарри некоторое время спустя, выйдя из душа и разглядывая свой гардероб. В конце концов он выбрал то, что наверняка разозлит Тёмного Лорда. Если Том действительно собирался свести Гарри с ума, заставив его испытывать влечение к самому Тёмному Лорду, он планировал отомстить ему при каждой возможности. Двадцать минут спустя Гарри стоял перед Томом и ухмылялся, когда тёмный волшебник раздражённо пощипал переносицу. — Что? Тебе не нравится? — спросил Гарри, повернувшись и демонстрируя свои тёмные джинсы и бордовую рубашку с длинными рукавами — рубашку на два размера больше, чем ему нужно. Резкий контраст с элегантной и облегающей тёмно-синей мантией Тома. — Я бы хотел сорвать с тебя одежду и тут же сжечь её, — прошипел Том. — Ты сначала снимешь их с меня, а потом сожжёшь? Это не очень-то и «зло» с твоей стороны. Том зарычал, схватил Гарри за шиворот и потащил к камину. — Поместье Малфоев, — приказал Том. Драко стоял на другой стороне, ожидая, когда Гарри выйдет из камина, зная, что брюнет так и не научился правильно им пользоваться. — Чёрт возьми, — цокнул блондин, окинув друга голубыми глазами, — опять сам оделся, да? Гарри рассмеялся.

***

За ужином он чувствовал себя не так неловко, как ожидал, учитывая место, где находился. Его даже не смутило присутствие Снейпа. Хотя, вероятно, это было связано с тем, что его мысли постоянно возвращались к Фреду и Джорджу, и он гадал, каково их участие в его выздоровлении. — Перестань дуться, — прошипел блондин, ткнув Гарри в бок. — За обеденным столом мы не дуемся. Гарри, моргнув, развеял гнетущие мысли и повернулся к Драко. — Блейз — натурал. — Ты лжёшь! Ты просто обязан лгать! — Ты думаешь, весь мир тебе лжёт, Дрейк? — Мне плевать, что ты говоришь! Я отказываюсь в это верить! — Драко, дорогой, — крикнула Нарцисса сверху, из-за стола. — Перестань дуться. Гарри взял свой бокал вина, чтобы скрыть ухмылку. — Мы не дуемся за обеденным столом, — передразнил он, игнорируя презрительную усмешку на лице блондина, и перевёл взгляд на остальных за столом. Взгляд неизбежно остановился на Томе, который тихо разговаривал с Нарциссой. Гарри с удивлением обнаружил, что они оба улыбаются, как и положено друзьям. А затем заметил Люциуса Малфоя и Снейпа, сидящих вместе и разговаривающих, склонив головы ближе, чем это принято в обществе для друзей. Брови Гарри взлетели к линии волос, когда он увидел, как рука Малфоя скользнула под стол и легонько опустилась на бедро Снейпа, оставаясь там. Не может быть! Не может быть, не может, НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ! — Твоя грязнокровка сказала, что у меня задница тощая и её не существует. Это тоже правда? — в панике спросил Драко. Гарри вздохнул, отвернулся от этого неожиданного зрелища и полностью сосредоточил своё внимание на светловолосом мерзавце. — Ты прекрасно знаешь, что у тебя восхитительная задница. Конечно, Гермиона тебе солгала. Она тебя ненавидит… ну, хватит об этом. Я хочу знать, какие отношения у твоих родителей, — потребовал он. — Хм? — с любопытством спросил Драко. Он наклонился, чтобы посмотреть на отца, и увидел то, что увидел Гарри. — Ах, разве ты не знал? Отец и Северус любовники много-много лет. — Н-но, — пробормотал Гарри. — Твоя мать вон там! — он без необходимости указал на женщину, сидящую прямо напротив его отца. — Конечно. И они любят друг друга. Просто совершенно платонически. У отца есть любовник. У матери их много… В итоге всё устраивает всех. Гарри решил, что чистокровные волшебники — это просто странные люди. И тут он задумался об улыбке Тома, которую тот дарил Нарциссе Малфой, и, снова взглянув на Тома, Гарри яростно отрицал, что это была внезапно возникшая ревность, от которой у него сжалось сердце. Но Том больше не улыбался миссис Малфой. Улыбки не было, и теперь эти красные глаза смотрели на него, пронзая взглядом, от которого Гарри тут же покраснел; жар разлился по всему его телу. — Ты прямо как открытая книга, — прошептал Драко, стоявший рядом. — У тебя сейчас такое красное лицо. Почему бы тебе не сделать табличку и не приклеить её ко лбу с надписью «Гарри хочет переспать с Тёмным Лордом»… Что с тобой, чёрт возьми, не так? После всего, что произошло, ты хочешь переспать с Тёмным Ло… Гарри больше не мог терпеть и запихнул в рот болтливому блондину половину буханки хлеба. — Заткнись! — прошипел он, очень благодарив себя и Драко за то, что они были достаточно далеко, чтобы остальные не услышали блондина. Затем он невинно посмотрел на остальных, чьё внимание привлекли громкие хрипы Драко. Гарри потянулся и легонько похлопал блондина по спине. — Боже, Дрейк, — громко ответил он с извиняющейся улыбкой остальным за столом. — То, что ты можешь запихнуть некоторые большие вещи до самого горла, не значит, что ты должен пробовать это на всём подряд. Лицо Драко покраснело так же, как и лицо Гарри несколько мгновений назад, и если бы Гарри не вытащил хлеб из его рта, Дрейк наверняка бы им задохнулся. Гарри не мог сдержать смех. Сильно смущённый Драко был самым смешным, что он видел за долгое время. — Что именно вы имеете в виду, мистер Поттер, говоря о моём ребенке? — спросила Нарцисса с улыбкой, которая вовсе не была милой. На самом деле, она была совершенно безумной. Гарри предпочёл не обращать на это внимания. — Ну, знаете ли… у Дрейка есть талант к… Руки Драко стремительно двигались по столу, и Гарри внезапно обнаружил бокал вина блондина, а вместе с ним и свой собственный, у себя на коленях. — Посмотрите-ка! — воскликнул Драко, вскакивая со своего места. — Какой же я неуклюжий. Вот, Поттер. Позволь мне помочь тебе это убрать! — Драко схватил неоткрытую бутылку вина и потянулся к брюнету. Гарри с большим трудом подняли со стула и оттащили от стола, он всё ещё смеялся над невероятно румяными щеками блондина. Когда они уходили, Гарри услышал, как миссис Малфой пробормотала себе под нос: — И говорить такое за обеденным столом! О моём невинном ребёнке! Подумав, что, возможно, он зашёл слишком далеко, Гарри оглянулся через плечо, чтобы узнать, что думает Том, на самом деле беспокоясь о том, как к нему относится Тёмный Лорд, но увидел лишь ухмылку Тома. Гарри выдохнул и широко улыбнулся тёмному волшебнику, прежде чем Драко резко вытащил его в коридор, скрыв от посторонних глаз. «Эту улыбку следует запретить», — подумал Том. — «Или, по крайней мере, поймать, запечатать в бутылку и показывать только для меня». Тёмный Лорд задумался о себе. Он испытывал ревность и собственническое чувство из-за такой глупости, как улыбка. Справа от него откашлялись, и Волан-де-Морт увидел, что трое его последователей смотрят на него с ожиданием. — Да? — спросил он Люциуса. — Простите за мои вопросы, милорд, но… почему именно этот мальчик здесь? Живой? Северус закатил глаза. — Это довольно очевидно. — Правда? — спросил Волан-де-Морт, приковав Северуса к месту своим напряжённым взглядом. — Честно? — Продолжай, — ответил Волан-де-Морт, жестом приглашая Северуса продолжить без угрозы возмездия. — Поттер здесь для того, чтобы быть «в безопасности» и «под хорошим присмотром». На ум также приходит слово «супруг»… — Как проницательно с твоей стороны, Северус. Хотя часть про супруга… не в традиционном смысле этого слова. — Из него получился бы ужасный супруг, — пробормотала Нарцисса. — Совершенно верно, Нарси, — ответил Люциус. — Поттер никогда бы не подчинился. Улыбка коснулась губ Волан-де-Морта. — Нет, он бы этого не сделал. — А что насчёт войны? — спросил Северус. — И какова роль Поттера? — Я буду держать Поттера подальше от войны, потому что он этого желает.

***

— Всё прошло хорошо, — рассмеялся Гарри, спускаясь на пол балкона Драко. — Я тебя сейчас ужасно ненавижу! Гарри рассмеялся, увидев надутые губы Драко, и выхватил бутылку вина из рук блондина. — Она и так знала, какой ты извращенец. — Но ты ошибаешься, — проныл он. — Мама, может, и умная женщина и наблюдательная, как любой слизеринец, но когда дело касается меня, она так же слепа, как и ты во всём! — Эй... — Гарри нахмурился от оскорбления. — Это правда! У мамы какой-то комплекс... она полностью отрицает, что я вырос, и завтра... — простонал Драко, на его лице отразился ужас, — завтра она устроит мне одну из своих надоедливых бесед о том, какой я всё ещё невинный, потому что иначе она может сойти с ума! Спасибо тебе большое, Поттер! Гарри не мог перестать смеяться. — Тебе действительно стоит подумать о том, чтобы найти помощь для своей матери. Тебе восемнадцать, ради всего святого! Она что, всерьёз ожидает, что ты останешься девственником на всю жизнь?! — Это не смешно, чёртов придурок в очках! Гарри немного протрезвел. — Извини. Садись и выпей со мной. Извини, — повторил он. — Возможно, я немного переборщил. — Немного?! — Не волнуйся, Дрейк. Всё будет хорошо. Они устроились поудобнее и некоторое время провели в приятном молчании, которое показалось им обоим странным, но не неприятным. И тут Драко озвучил то, о чём они оба думали: — Разве миру не суждено умереть? Гарри напевал себе под нос, принимая бутылку вина. — Это что-то новенькое. Никогда раньше не проводил время без… без Тео между нами. После этого они ещё несколько минут молча поднимали тосты за Теодора Нотта. — Гарри. — Дрейк? К этому времени они уже были приятно навеселе, и Драко решил, что может перейти к тому, что его действительно интересовало. — Ты был влюблён в него? Гарри ответил довольно быстро, ведь у него было достаточно времени, чтобы всё обдумать. — Я испытывал к нему чувства, ты же знаешь. Но нет, я не думаю, что был влюблён в него. Он был прекрасным другом и любовником, но я всегда чувствовал, что что-то не так. И это меня бесило. — Почему? — Потому что я хотел его любить. Он был единственным, кто игнорировал мои титулы, понимаешь. Даже Гермиона не может этого сделать, хотя и пытается… — Гарри отвел взгляд. — Не хочу больше об этом говорить. — Зачем ты здесь, Поттер? — Мерлин, Малфой. Я не знаю. Почему бы тебе не спросить своего Тёмного Лорда? — Я хочу сказать вот что… — Драко глубоко вздохнул, потому что не был уверен, не вызовут ли его слова гневную тираду у стоящего перед ним брюнета. — Ты не чувствуешь себя виноватым? За то, что отвернулся от Света? Драко затаил дыхание, когда в него впился огненно-зелёный взгляд. — Думаешь, мне следует? — прорычал он. — Чувствовать себя виноватым? После того, что они сделали? — Нет, не особенно, — честно ответил блондин. — Всю свою жизнь я был бескорыстен. Большую часть жизни делал то, что они хотели. Меня это не беспокоило. Поначалу меня это совсем не беспокоило. Я был нужен, верно? Нужен, когда раньше меня будто не существовало. Поэтому меня не беспокоило, что у меня не было нормального детства. Меня не беспокоило, что меня заставляли расти в семье, которая меня ненавидела. Заставляли слишком рано повзрослеть. Но когда я захотел немного побыть эгоистом и сделать что-то для себя, что-то, что не повлияло бы на их цели, я обнаружил, что они никогда не позволят мне контролировать ситуацию. Никогда. Поэтому я решил, что вместо небольшого эгоизма пойду до конца. Что я знаю о волшебном мире? Не так уж много. За что, чёрт возьми, я боролся? Готовился умереть? Всё, что я знал о волшебном мире, это Хогвартс; домашние задания и скудные заклинания, соперничество и нетерпимость… — Гарри глубоко вздохнул и наклонился вперёд, положив локти на колени. — Меня никогда не учили тому миру, который я должен был спасать; и я понимаю, что Дамблдор спрятал меня в мире магглов, чтобы я мог вырасти без славы… но это обернулось против него. Я вырос рабом. Я никогда не наслаждался жизнью, ни тогда, ни в Хогвартсе. Поэтому, когда Свет показал, что может быть таким же злым, как и Тьма, я решил, что с меня хватит. Я буду эгоистом и буду жить так, как хочу, и буду счастлив. И на данный момент я не знаю, какая сторона хуже, поэтому я решил, что не буду сражаться ни за одну из сторон. Драко наблюдал, как брюнет откинулся назад и уставился в ночное небо. — А что насчёт Тёмного Лорда? — спросил он. — Я ненавижу его, — прошептал Гарри. Ненавижу его, потому что он причиняет мне боль, заставляет чувствовать себя в безопасности, и больше всего я ненавижу его, потому что иногда он заставляет меня забыть, что именно из-за него у меня нет родителей. Его взгляд вернулся к Драко, и в голубых глазах блондина читалось что-то вроде понимания. Но это не утешило Гарри.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!