Вернутся к фанфику

Глава 3

17 марта 2026, 16:00
Всё началось, когда Гарри Поттеру было четырнадцать. Именно тогда одержимость Тома Риддла Гарри переросла из простого желания смерти мальчика в нечто совершенно иное. Это случилось в ночь, когда он вернулся в тело и ему пришлось сражаться с мальчиком на дуэли. Гарри был напуган. Ужасно напуган. Но он никогда не отступал. Зелёные глаза Гарри сияли решимостью и презрением, когда он вступил в дуэль, в которой должен был погибнуть. Именно тогда одержимость изменилась. Именно тогда он начал желать мальчика. Хотя он и прилагал немалые усилия, чтобы отбросить всё это в сторону. Возможно, он был массовым убийцей и отъявленным мерзавцем, но Том не был извращенцем, а мальчик был слишком молод. Более того, очевидно, что Гарри всё ещё боролся за Свет. И всё же ему нужно было умереть. Поэтому Том позволил своему желанию превратиться в решимость убить Гарри, чтобы положить конец нелепой одержимости им. Но эта одержимость снова усилилась, когда он столкнулся с Гарри в Министерстве магии. Вторжение в разум Гарри той ночью изменило его жизнь. Это связало их на более глубоком уровне, чем было раньше. Том откинулся на спинку кресла, глядя в потолок своего кабинета. «Дамблдор, наверное, думал, что я каким-то образом осквернил мальчика, но на самом деле всё было наоборот… хотя это и не было никаким осквернением… Гарри начал исцелять меня в тот момент, когда я проник в его сознание». И хотя Гарри этого не знал, с той ночи в Министерстве Том продолжал путешествовать в его сознание с единственной целью — вернуть себя. Теперь Гарри хотел освободиться от войны, а Том мог свободно преследовать то, чего так долго желал больше всего на свете. Но он хотел не только преследовать, Том обнаружил, что хочет и защищать. Он хотел, чтобы Гарри доверял ему, и наоборот. Он хотел, чтобы Гарри был эмоционально привязан к нему. Том задавался вопросом, сделает ли их связь это легче или сложнее в долгосрочной перспективе. Объект его мыслей как раз в этот момент вошёл в кабинет, словно он был его хозяином… как и в последнюю неделю своего пребывания. Гарри вошёл с лёгкой улыбкой и плюхнулся на стул перед столом. — Я же гость, верно? — спросил он, не поздоровавшись, рассеянно болтая ногами. — Да, — медленно и настороженно ответил Том. — Мы это уже обсуждали. — Значит, ты являешься хозяином, верно? Том кивнул, его взгляд скользнул по телу, лениво развалившемуся в кресле, и он задумался, не позировал ли молодой волшебник так специально. — А это значит, что ты обязан мне потакать, не так ли? — Уверен, ты ведёшь к определённому выводу… — Просто помолчи и слушай. Помни, ты потакаешь мне. — Поттер… — Потакай мне! — рявкнул Гарри. — Если ты не можешь сидеть и слушать, ты всегда можешь снова превратиться в кролика и развлечь меня таким образом. Я купил этот милый маленький ошейник и поводок… Губы Тома сжались в тонкие линии, а в глазах читалась ярость. Это тоже было развлечением. — Итак… — Гарри откашлялся, а затем открыл рот и запел чистым, бодрым голосом. — Это мир смеха, мир слёз. Это мир надежд, это мир страха. Нас объединяет очень многое. Пора нам это осознать. В конце концов, мир тесен. Гарри пришлось отвернуться, подняв взгляд к потолку, чтобы не смотреть на охваченного ужасом Тёмного Лорда и не смеяться над ним. Он продолжил. — В конце концов, мир тесен. В конце концов, мир тесен. В конце концов, мир тесен. Мир очень, очень тесен. Гарри начал второй куплет, прежде чем Том успел сделать то, что хотел, а именно громко возразить и/или наложить на него заклятие. И всё же он не отрывал глаз от потолка, чтобы сдержать смех. — Есть только одна луна и одно золотое солнце, А улыбка для всех означает дружбу. Хотя горы разделяют берега, а океаны бескрайни, Мир тесен, тесен. В конце концов, мир тесен. В конце концов, мир тесен. В конце концов, мир тесен. Мир тесен, тесен! Когда показалось, что он закончил петь, Том открыл рот, чтобы обругать его за трату времени на нелепые песни, но Гарри выпрямился на стуле, встретился с ним взглядом и начал насвистывать раздражающую бодрую мелодию, которая сопровождала слова, изо всех сил. Его зелёные глаза горели зловещим юмором, и Том подумал, не пытается ли Гарри наложить какое-нибудь заклинание звуком. У него уже точно разболелась голова! Гарри трижды насвистывал всю эту чёртову мелодию, прежде чем встать. Его ухмылка была ослепительной. К этому времени Том был уже более чем раздражён. — И это всё? — тихо спросил он. — Пока что, — Гарри усмехнулся и повернулся, чтобы выйти из кабинета. — Кстати, я иду на Косую аллею. Мне нужно поговорить с некоторыми людьми. — Поттер, вернись сюда. Гарри вздохнул. Почему он думал, что сможет так легко уйти? Том сказал ему, что он может приходить и уходить, но он никуда не ходил, кроме как в поместье Малфоев, и Гарри знал, что Том не против. Но это был первый раз, когда он снова выходил на улицу, и он знал, несмотря на сказанное, что Том не хочет, чтобы он куда-либо ходил. Поэтому, когда он снова остановился перед столом, Гарри ожидал какого-нибудь нравоучения или прямого отказа. Вместо этого Том просто что-то вложил ему в руку. — Надень его себе на шею, — приказал Том. Гарри посмотрел вниз и увидел в своей ладони тонкую серебряную цепочку с маленьким амулетом. Амулет был небольшой, в виде ничем не примечательного кинжала. — Неотслеживаемый портключ, — объяснил Тёмный Лорд. Гарри погладил большим пальцем амулет в виде маленького кинжала. — Ты оберегаешь меня, чтобы Орден не смог меня контролировать и в конце концов не вступил с тобой в бой? Думаешь, ты победишь, если я буду убран с дороги? — Да. Быстрый и честный ответ заставил его опустить глаза в пол. — Понятно. Том поднялся со стула и обошёл стол, пока не оказался перед невысоким волшебником. — Ты здесь и ради себя тоже. Это не имеет никакого отношения к войне и уж точно не имеет никакого отношения к тому, чтобы тебя контролировать, — сказал он в ответ на абсолютное разочарование, омрачившее лицо молодого волшебника. И ему так хотелось избавиться от этого выражения. — Но… тебе нравится контролировать людей, — мрачно прошептал Гарри, всё ещё глядя в пол. — Я не понимаю, как… — Тебя не следует контролировать, Гарри. Чем дольше ты здесь остаёшься, тем быстрее поймёшь, что я не собираюсь тебя контролировать… если только ты не споёшь ещё одну нелепую песню. — Ч-что ты говоришь? Эта песня — лучшая на свете! — воскликнул Гарри, надевая цепочку на шею и позволив ей упасть под рубашку. — Гермиона научила меня этой песне… — Гарри с опозданием понял, что, вероятно, не стоило этого говорить. Особенно когда он надеялся, что его план сработает. А если он сработает, это будет означать, что в конце концов Том почувствует необходимость кого-нибудь убить. — В любом случае, думаю, я пойду. — Возможно, за тобой следят. — Вероятно. — Ты понимаешь, что произойдёт, если тебя схватят? — Ты будешь праздновать? Ярость отразилась на лице Тома, и Гарри, удивлённый этим выражением, отшатнулся назад. Том двинулся на него. — Я пойду за тобой, Поттер. Я найду тебя. Где бы ты ни был и с кем бы ты ни был, они будут уничтожены. Просто помни об этом, прежде чем ты выйдешь и станешь лёгкой мишенью. Итак, Гарри понял послание и предупреждение. Если Орден снова попытается его похитить, и если он по какой-то причине окажется где-нибудь вроде Норы, то Уизли будут обречены, когда Том его найдёт. А он его найдёт. Гарри был в этом уверен. И хотя Том сейчас демонстрировал свою чёртову сущность Тёмного Лорда, Гарри не мог не почувствовать себя польщённым этим предупреждением. И это было безумие! И всё же Гарри чувствовал только тепло от предупреждения и уверенность в том, что его найдут. У Гарри перехватило дыхание, когда он понял, как они близки. Тёмный Лорд смотрел на него своим яростным взглядом, и между ними оставалось всего лишь несколько сантиметров. Бывший гриффиндорец отчаянно пытался не поддаться такому пристальному взгляду. Он старался сохранять нейтральный тон. Но Гарри был полон решимости не отступать и перед этим взглядом, и ему оставалось лишь изучать лицо Тома. Конечно, волшебник выглядел старше… но ненамного. Том был зрелой версией того Тома, которого он видел на втором курсе. Для злодея молодой Том был хорош собой, но этот новый, более взрослый, был просто великолепен. Тёмно-каштановые волосы, которые падали бы ему на глаза, если бы Том постоянно не откидывал их с лица… Сильная линия челюсти, которую Гарри так и тянуло поцел…   Идём дальше! Хотя, он не очень удачно выбрал место для перехода. Губы Тома были, если можно так выразиться, чувственными. Полные и упругие, совсем не мягкие на вид, и Гарри мог только представить, каково это — прикоснуться этими губами и этим ртом к своей коже. Затем губы зашевелились, а красные глаза сузились. — Поттер? Ты понял, что я имею в виду? — Да, — выдохнул он, отступая к двери. — Да, я понимаю. Буду осторожен. Затем он начал насвистывать мелодию «Это маленький мир» и обернулся. Громко насвистывая, он вышел из кабинета. Он насвистывал так громко, чтобы Том наверняка услышал мелодию, когда он войдёт в комнату с камином в конце коридора. — ПОТТЕР! Гарри ухмыльнулся и быстро прыгнул в зелёный огонь.

***

Гарри понимал, с какой угрозой он может столкнуться, соглашаясь встретиться с Драко в Косом переулке, но он уже говорил блондину раньше. Он не будет прятаться и не позволит себя запугивать. А единственная причина, по которой его поймали в прошлый раз, заключалась в том, что он был не совсем здоров. В следующий раз, когда ему попытаются устроить засаду, он не станет такой лёгкой мишенью. Выйдя из камина в «Дырявом котле», Гарри быстро оглядел довольно пустой обеденный зал и тут же заметил блондина, притаившегося в тени в одной из кабинок. — Драко, — пробормотал он, садясь напротив друга. Тотчас же брови его поднялись, разглядев лицо блондина как следует. — Что за чёрт? Похоже, ты увидел призрака! Что случилось? Взгляд Драко скользнул по залу, и он ещё больше сгорбился, на его лице появилось тревожное выражение. — Сегодня утром получил сову… Думаю, нам стоит перенести встречу на другой день, Поттер. Гарри нахмурился и наклонился вперёд. — Тебе кто-то угрожал? — Н-не совсем. Ну… может быть. В каком-то смысле, наверное… Это не так уж важно. — Тебя что-то пугает, Дрейк. Расскажи, что происходит. Драко внезапно выпрямился и сердито посмотрел на него. — Я не боюсь! — рявкнул он. — И ты больше не герой, так что я не понимаю, почему тебя это так волнует. — Ты мой друг, — просто ответил Гарри. Драко усмехнулся, роясь в своих голубовато-серых мантиях. Гарри с любопытством наблюдал за ним и прищурился, когда блондин наконец вытащил письмо. — Не. Смейся, — проинструктировал Драко, протягивая его мужчине напротив. Гарри взял письмо. — Почему я должен смеяться над тем, что явно тебя пугает? — Я не боюсь! Брюнет воздержался от ответа и вместо этого открыл письмо, разгладив его на столе. Он ещё раз окинул взглядом бледное лицо Драко, прежде чем сосредоточиться на письме. — Дорогой, скоро ты будешь наш… — начал он, но пергамент выхватили у него из рук. — Не читай это вслух, идиот! — Хорошо! Извини. Верни, — с тревогой сказал Гарри. Приветствие показалось ему зловещим. Либо кто-то следил за Драко, либо это было указанием на то, что кто-то планирует вскоре похитить блондина. Гарри хотел убедиться, что знает все факты, прежде чем строить план. Драко снова отдал письмо, хотя и с некоторой неохотой. Затем он испепеляющим взглядом посмотрел на Гарри, хотя брюнет снова читал следующие слова. Драко откашлялся, когда брови Гарри, остановившегося на первых строках письма, взлетели вверх. Гарри же не знал, смеяться ему вслух или бежать в ближайший туалет, чтобы подрочить. Прочитав первые две строчки, где говорилось о подарке, который Драко получил вместе с письмом, Гарри наконец узнал почерк, и его беспокойство за блондина тут же исчезло, сменившись удивлением и юмором. После рассказа о подарке остальная часть письма была заполнена эротическими сценариями с участием Дрейка и двух рыжеволосых парней. И эти сценарии были написаны очень подробно. В одном из них Драко стоял на четвереньках, и его трахали с двух сторон. В другом Драко трахал одного из близнецов, пока другой трахал его сзади… и так продолжалось пять абзацев. Наконец, поскольку у Гарри была сильная эрекция, ему пришлось пропустить остальное и сразу перейти к концу. Последний абзац содержал заверения, что близнецы в конце концов заполучат блондина, и что Драко следует просто смириться с этим сразу. Гарри был более чем доволен. Близнецы говорили совершенно серьёзно. В противном случае они бы не стали тратить столько сил на написание этого письма и не отправили бы блондину подарок. Подарок, который Гарри очень хотел увидеть. Гарри поднял взгляд и встретился взглядом с Драко, заметив тёмный румянец на лице блондина. — Мерлин, Дрейк... это фантастический материал для мастурбации! Драко кивнул, прежде чем успел себя остановить. Затем он выпрямился, вырвал письмо из рук Гарри и засунул его обратно в складки мантии. — Нет! Это ужасно, Поттер. Кем, чёрт возьми, они себя возомнили? Гарри пожал плечами. — Это же близнецы. Так… что это за подарок они тебе преподнесли? — с любопытством спросил он. — Ни за что, Потти, — прошипел блондин. — Я позволил тебе прочитать это до смешного похотливое письмо. Я отказываюсь позориться ещё больше. — Разве это позорно? Дрейк бросил на него один из тех нетерпеливых взглядов. — Зачем я вообще с тобой общаюсь? — совершенно серьёзно спросил он. — Как ты можешь спрашивать? Это… это же письменное сексуальное домогательство! Гарри рассмеялся. — Дело в веснушках, не так ли? Иначе ты бы, наверное, с радостью согласился на секс втроём. — Ни за что! Брюнет бросил на него гневный взгляд. — Да, хорошо! Дело в веснушках, — поправил блондин, вздрогнув. — И в их манерах! Гарри наклонился к блондину и заговорщическим шёпотом произнёс: — Чтобы ты знал, когда они хвастаются своим внушительным размером, они не выдумывают. Драко вскочил со своего места. — Разговор окончен! Думаю, пора идти домой. Гарри быстро поднялся со своего места. — Ни за что, Дрейк! У нас есть дела! — Ты. У тебя есть дела. Здесь есть магазин. Ни за что не пойду в переулок! Гарри принял невинный вид, внутренне ухмыляясь. Зная, что Драко никогда не упустит возможности продемонстрировать свои превосходные навыки шопинга. — Разве ты не хотел помочь мне найти новую одежду? Мне понадобится твоя помощь. Если я вернусь домой с хламом, Том взбесится! — Низко, Поттер. Очень низко, — пробормотал блондин. Он на мгновение опустил взгляд на землю. А затем внезапно поднял голову с ухмылкой. — Только что… это прозвучало очень по-домашнему. Уже готов выйти замуж за Тёмного Лорда, Гарри? Гарри замер в шоке, перебирая в уме собственные слова. — Н-нет… Прекрати искажать факты, Дрейк! — Извините, что опоздала! — крикнул кто-то им сзади. Драко испуганно замяукал и спрятался за Гарри. — Это Гермиона, — ответил Гарри. — Не близнецы. Драко презрительно посмотрел на ведьму через плечо Гарри. — Как будто это чем-то лучше. — Если ты это не прекратишь, я наложу на тебя проклятие. — Как будто это меня напугает. — Я дам близнецам твой полный адрес и способы устроить тебе засаду. — Как угодно, — но Драко действительно побледнел и сдержался, не произнося язвительных замечаний в адрес Гермионы. — Планы изменились, — сказал Гарри Гермионе. — Мы сразу пойдём за покупками. Она посмотрела на него с любопытством. — Но почему? Думала, ты хотел увидеть Фреда и Джорджа. Гарри, ты же знаешь, что они хотят тебя видеть, правда? Они этого требуют. Драко заныл и мёртвой хваткой схватил Гарри за рубашку сзади. Гарри усмехнулся: — Видимо, они много чего требуют… но да, я хочу их увидеть. Только не в присутствии Драко. Он ужасно боится… — острие палочки, болезненно воткнутое ему под рёбра, заставило его переосмыслить свои слова. — Просто хочу пойти по магазинам. Я бы предпочёл увидеть близнецов дома, понимаешь? Я хочу поговорить с ними где-нибудь наедине. Гермиона упёрла кулаки в бока. — Гарри, — сердито посмотрела она на него. — Я же ушла с работы пораньше не для того, чтобы пойти по магазинам! Прежде чем Гарри успел ответить, Драко усмехнулся: — Тогда возвращайся к работе. У тебя всё равно нет никакого чувства стиля. Нам лучше без твоей отвратительной… Палочка Гермионы была плотно прижата к его носу, и блондин, пытаясь разглядеть её, скосил глаза, после чего пригнулся, используя Гарри в качестве щита. — Прекратите уже, — резко сказал Гарри. — И ты хочешь пойти с нами по магазинам или нет? Я просто хочу покончить с этим. — Значит, ты можешь вернуться домой и начать медовый месяц? — прошептал Драко ему на ухо. Щёки Гарри вспыхнули, и он ткнул локтем блондина в живот. Гермиона не пропустила лёгкой насмешки Малфоя, и её взгляд сузился, устремившись на лучшего друга. — Нет, я не собираюсь возвращаться на работу. Нам с тобой нужно немного поговорить, Гарри. И ты от этого тоже не откажешься. Взгляд Гарри обвёл всё вокруг, он был чрезвычайно рад, что в «Дырявом котле» дела идут так плохо. Он не хотел говорить с Гермионой о Томе. Он не хотел объяснять, что понятия не имеет, почему согласился остаться в доме Тёмного Лорда. И он знал, что она знает о его влечении к Тому. Она видела это в тот первый день, когда Том пришёл в образе кролика. Он действительно очень не хотел об этом говорить. Однако он точно знал, что ему не удастся избежать этого разговора. — Хорошо, Гермиона. — Мы можем идти? — простонал Драко.

***

Поход по магазинам не был ужасным делом. За что Гарри был благодарен. Драко и Гермиона большую часть времени проводили в маггловском Лондоне, препираясь, поэтому Гарри оставался один и мог выбирать себе одежду. Он не покупал ничего экстравагантного. Просто одежду, в которой ему было комфортно. Одежду, которая ему нравилась и хорошо сидела. Он разрешил Драко выбрать несколько маггловских нарядов, но Драко, опять же, выполнил большинство его пожеланий и не стал перебарщивать. И он позволил Драко сводить его в фешенебельный волшебный торговый район, чтобы тот тоже мог купить несколько парадных мантий. К тому времени, как они закончили, уже приближался ужин, и Драко настоял на том, чтобы отвести Гарри в свой любимый ресторан. Он не пригласил Гермиону и презрительно усмехнулся, когда Гарри пригласил магглорожденную с собой. Драко провёл их внутрь, и пока он обсуждал столики с консьержем, Гарри и Гермиона осмотрелись. Гарри тихонько присвистнул, увидев богатство, разбросанное по залу. Повернувшись к Гермионе, он собирался сказать что-нибудь о многочисленных хрустальных люстрах, но Гермиона смотрела через весь зал и ухмылялась. — Малфой, — позвала она. Когда блондин повернулся к ней с презрительной усмешкой, она ярко улыбнулась и указала через обеденный зал на тускло освещённый стол. — Забини здесь. Драко ахнул и, повернувшись, начал перебирать пальцами волосы. Гарри нахмурился, сначала глядя на стол, а затем на Гермиону за то, что она привлекла внимание Драко к происходящему в другом конце зала. Блейз, по-видимому, был на свидании и страстно целовался с очень привлекательной ведьмой с каштановыми волосами. Увидев это, руки Драко безвольно опустились вдоль тела. Его глаза расширились и наполнились непролитыми слезами. — Гермиона. Нет причин опускаться до его уровня, — прошептал Гарри. — Ты же знала, как сильно это его ранит. Улыбка Гермионы исчезла, когда Драко повернулся к ним, и холодная маска уже не так сильно скрывала его эмоции. — Пойду домой, — хрипло прошептал Драко, проносясь мимо них и быстро выходя за двери. К тому времени, как Гарри и Гермиона покинули ресторан несколько мгновений спустя, Драко уже трансгрессировал домой. — Он же знал, — проворчала Гермиона. — Мы же ему говорили, что Забини — натурал! То есть… поэтому Забини и не догадывался, что Малфой вообще им интересовался. — Забини — полный идиот, — рявкнул Гарри. — Как он может не хотеть Драко?! Все хотят Драко! Ты видела этого блондина? Кто бы его не хотел? — Тебе не нужен Малфой, — заметила она. — Нет! Но это только потому, что это было бы странно. Но, честно говоря, я думаю, он был бы отличной партией. Гермиона нахмурилась и открыла рот, чтобы ответить. Но тут же закрыла его, увидев выражение лица друга. Затем мягко улыбнулась. — Как мило, что ты так обиделся из-за Малфоя. Даже если он этого не заслуживает. — Ты не знаешь его так хорошо, как я. Он очень чувствительный, Гермиона. Гермиона вздохнула и взяла его за руку. Почему-то она в этом сомневалась. — Давай быстренько поужинаем, а потом я позволю тебе бросить меня и пойти погладить взъерошенные перья Пожирателя Смерти. Гарри благодарно улыбнулся. — Спасибо, Миона. Вместо того, чтобы остаться в дорогом ресторане, Гарри и Гермиона отправились в маггловскую закусочную неподалеку от квартиры Гарри. Они уже почти закончили есть, когда Гермиона заметила, что он постоянно трогает кулон с кинжалом, который носит под рубашкой. — Когда ты обзавёлся этим ожерельем, Гарри? — наконец спросила она, наблюдая, как он прижимает палец к воротнику футболки. — И почему ты постоянно его трогаешь? Ты ведь никогда раньше не носил украшений. — Том дал мне его недавно. Это портключ, — Гермиона прищурилась и отложила столовые приборы. Гарри вздохнул. Вот оно. — Ответ на все твои вопросы — я не знаю, — сказал он, прежде чем она успела начать. Она подняла бровь. — Ты не знаешь, стало ли твоей спине лучше? — Что? Нет. Да, я знаю. Со спиной всё в порядке… вот только остался длинный шрам… — он нахмурился, глядя на неё. Гермиона усмехнулась. — Тогда не будь таким умником, Гарри. — Ну… я знаю, о чём ты хочешь спросить, Гермиона. О том, где я живу и с кем. Я не знаю, и я пока не готов к тому, чтобы ты разбиралась в этой ситуации. — Вот почему ты меня избегаешь. — Я не делал этого. — Пожалуйста… — она саркастически посмотрела на него. — Ты выздоровел почти неделю назад. Я получила от тебя только одно письмо и до сегодняшнего дня ни одного визита. Почему так? — Просто… начал осваиваться в этом районе. Пообщался с Дрейком. Он забавно себя ведёт, когда выпьет вина. Она наклонилась вперёд. — А что насчёт Волан-де-Морта? — тихо спросила она. — Он забавно ведёт себя, когда злится на меня. — Я не это имела в виду! — резко ответила она. — Я же тебе уже сказал… не хочу об этом говорить, хорошо? — Но Гарри, ты же живёшь с Тёмным Лордом. Ты ожидаешь, что я не буду волноваться, когда я прекрасно знаю, что у него есть мотив? Гарри улыбнулся. — Он признался, что у него несколько мотивов. Хотя он не говорит мне, какие именно, кроме того, что я в безопасности. Правда, Герм. Я там в безопасности. И он… заботится обо мне, — тихо закончил он, снова поглаживая ожерелье. — Я видела, как ты на него смотрел. — Он красавчик, Гермиона! Ты же его видела, правда? Волшебник теперь просто красавец. Высокий, темноволосый, с большими руками. Потрясающе сексуальный голос… В общем, — поспешно продолжил он, заметив недоверчивое выражение на её лице, — как я и говорил. Не очень-то хочу об этом говорить. Гермиона кивнула и вернулась к еде. — Поговоришь со мной, когда во всём разберёшься? — Да. Конечно. Они обменялись улыбками и начали говорить о другом. О работе Гермионы, которую она очень не любила. О планах Гарри на будущее… на данный момент у него их практически не было. Разве что постоянно досаждать Тёмному Лорду при каждом удобном случае. И это напомнило ему, что перед уходом нужно рассказать ей о том, что он сделал в кабинете Тома. Она чуть не выплюнула газировку. — Нет, ты этого не сделал. Гарри ярко улыбнулся. — Думаю, ему понравилось! — Ты сумасшедший. — Ты всё время это повторяешь, — с улыбкой ответил Гарри. — Ты надеешься, что если повторишь это достаточно часто, то это окажется правдой, и тогда у тебя появится веская причина отправить меня в больницу Святого Мунго? Если это так, я соглашусь. Честно говоря, мне кажется, со мной что-то не так. Гермиона рассмеялась. — С тобой всё в порядке, Гарри. Это ты. Ты мне нравишься таким, несмотря на то, что ты говоришь и делаешь всякие глупости. Знаешь, ты так сильно повзрослел со времен школы. Ты стал счастливее. И гораздо интереснее. — Эй! Ты хочешь сказать, что я раньше был скучным? — Честно говоря, немного депрессивным. Но это и неудивительно, когда тебя всю жизнь угнетали. — Слово «угнетённый» звучит несколько резко. — Если ты так думаешь, — пробормотала Гермиона, глядя сквозь бокал. Но она была уверена, что права. И это была одна из причин, почему она безоговорочно поддержала Гарри, когда он решил отойти от войны. То, как с ним обращались, как с инструментом, а не как с человеком со своими собственными желаниями, было, по её мнению, просто варварством. Честно говоря, какая нация рассчитывает на мальчика, который будет спасать ей жизнь снова и снова? Она не была впечатлена. На самом деле, она бы никогда не устроилась на работу в Министерство, если бы оно ей действительно не было очень нужно. И если бы это было возможно, Гермиона ушла бы оттуда не раздумывая. — Это мне напомнило, — сказала она, вспоминая свои мысли. — Несколько дней назад мне прислал сову Рон. — Да? — равнодушно спросил Гарри, когда они встали, чтобы уйти. Ему действительно было не очень интересно слушать о Роне. — Он всё ещё с Чарли. — Прекрасно, — саркастически ответил он, придерживая для неё дверь. — Может, драконы вселили в его упрямую голову хоть немного интеллекта. Гермиона вздохнула и покачала головой. — Всё ещё бесконечно говорит о твоём предательстве. Всё ещё пытается заставить меня тебя переубедить. — Моё предательство… — фыркнул Гарри. — По крайней мере, я всё ещё здесь. Что он сделал после окончания школы? Сбежал в Румынию. Какая наглость! — Знаю, Гарри, — улыбнулась она. — В любом случае, мне пора домой. Живоглота нужно покормить, а тебе нужно проследить, чтобы Малфой не совершил ничего слишком драматичного из-за разбитого сердца. Например, не попытался покончить с собой, съев слишком много шоколада. Гарри усмехнулся, обнимая подругу. — Думаю, Драко скоро забудет Блейза. — Почему ты так говоришь? — спросила она, когда они отстранились. Гарри рассказал ей о письме близнецов и обо всём, что в нём содержалось. Когда он закончил, глаза Гермионы расширились. — Не думаю, что они оставят его в покое, так что у него больше не будет времени тосковать по Блейзу. — Мерлин, они действительно говорили серьёзно. Гарри рассмеялся и кивнул.

***

Взгляд Тёмного Лорда был ужасающим во время слушания докладов Пожирателей Смерти. Совещание длилось уже больше часа, и хотя это была не вина его Пожирателей Смерти, он всё равно вымещал свою злость на них, надеясь, что их крики заглушат раздражающую мелодию, застрявшую у него в голове. Противный свист, который никак не переставал звучать в его сознании. Волан-де-Морт подумал, что Поттеру придётся за это заплатить, пока ещё один из его приспешников подвергался Круцио. Прошло ещё двадцать минут, пока он обрушивал на Макнейра поток наказаний, и наконец он отступил, прежде чем свести волшебника с ума. — Если вы не лишите меня своего присутствия в течение следующих пяти секунд, я убью вас. Всех вас! Все, кроме двоих, разбежались так быстро, что всё расплылось в одно мгновение. Только Люциус и Северус сохранили хоть какое-то приличие и просто быстро пошли. Когда комната опустела, Волан-де-Морт трансгрессировал обратно в своё поместье, в свой кабинет. Он тут же приказал домашнему эльфу приготовить зелье от головной боли. Выпив зелье и бросив флакон в огонь, Волан-де-Морт отправился на поиски причины головной боли. Гарри как раз и хотел, чтобы эта проклятая мелодия застряла у него в голове. — Как тесен мир… какая чушь! — выплюнул он, скользя по коридорам, его красные глаза сузились до зияющих щелей. Прорвавшись в личные покои этого сопляка, он обнаружил, что Гарри там нет. После недолгих поисков и, наконец, обращения к домашнему эльфу, чтобы получить информацию, Волан-де-Морт узнал, что Гарри нет дома, и он не возвращался с тех пор, как ушёл днём. Приближалась полночь. Гарри наверняка уже должен был вернуться. Он намеренно игнорировал тот факт, что Гарри восемнадцать лет, и он может делать всё, что захочет. И теперь он может оставаться вне дома столько, сколько пожелает. Но Тёмный Лорд беспокоился. Пока он не выиграет войну, Орден будет охотиться за Гарри, и со временем, когда они поймут, что Избранный абсолютно серьёзно настроен сохранять нейтралитет, Тёмный Лорд опасался, что Орден предпримет радикальные меры, чтобы заманить Гарри к себе. Более радикальные, чем нападения Слизерина. Проклятие Гарри было случайностью, но Волан-де-Морт знал, что в конце концов… в следующий раз всё будет иначе. Тёмный Лорд вернулся в свои покои и сбросил тёмную мантию, которую всегда носил во время собраний и набегов Пожирателей Смерти. Мантии, как однажды сказал Гарри, были альтер-эго Волан-де-Морта. Этот сопляк настаивал, что, когда мантия снята, он больше не Волан-де-Морт, а просто Том. Тёмный волшебник с проблемами. Том рассмеялся, а затем наложил на него заклятие, хотя эта мысль казалась правдоподобной. Честно говоря, он всё равно предпочитал, чтобы Гарри называл его Томом. Том стоял посреди своей комнаты, закрыл глаза, глубоко дышал и активировал отслеживающие чары, которые он наложил на юного волшебника. Он попросил у Гарри разрешения сделать это. И Гарри отказал. Конечно, он бы отказался. Но Том также знал, что Гарри знал, что он всё равно наложит на него отслеживающие чары. И он это сделал. Том сделал это сразу после того, как мальчик выздоровел. Спустя несколько мгновений он аппарировал к мальчику, крепко сжимая палочку в руке на случай, если окажется там, где ни один из них не хотел бы оказаться. Через несколько секунд его рука расслабилась, когда он понял, где находится. В центре вестибюля поместья Малфоев. Волан-де-Морт раздражённо прошипел. Конечно. Гарри проводил здесь много времени. По вечерам. Будь он проклят, если скажет, что ревнует, но его начало очень раздражать, что Гарри проводит так много времени с Драко. Особенно зная, что они оба предпочитают мальчиков. И оба, похоже, очень любят друг друга. Это не ревность, твёрдо подумал он. — М-может ли Т-Т-Трайп сделать что-нибудь для Лорда М-мастера? Волан-де-Морт опустил взгляд и увидел, что перед ним низко поклонился домашний эльф Малфоев. — Где твой хозяин? — М-мастер Малфой в кабинете с мистером Снейпом, Лорд Мастер. — Доложи обо мне. — Да, Лорд Мастер! — пропищал он и исчез. Том направился по коридору в кабинет и встретил Северуса и Люциуса на полпути. — Я что, что-то прервал? — с усмешкой спросил он, заметив их не совсем безупречный внешний вид. — Нет, мой Господин, — равнодушно произнёс Северус, кланяясь ему вместе с Люциусом. — Где Поттер? — спросил он их. — Наложенное на него отслеживающее заклинание привело меня сюда. Люциус и Северус обменялись взглядами, выпрямившись после поклона. Северус понял, о чём думает Люциус, и в ответ сжал губы в тонкую линию. Люциус глубоко вдохнул, а затем медленно выдохнул. — Если он здесь, навещает Драко, то, вероятно, они находятся в покоях моего сына. — Веди меня, Люциус, — прошипел он. Люциус кивнул и повернулся к винтовой лестнице. Мне следовало предупредить Драко. Мне следовало ясно дать понять, что Поттер для него неприкосновенен. Моё молчание может стоить мне жизни моего сына. — Мой Лорд… — сказал Люциус, остановившись на первой ступеньке. — Драко не знает о ваших планах в отношении Поттера. Это моя вина. Я даже не подумал объяснить ему… — Вперёд, Люциус! Том ухмыльнулся, глядя на спину блондина. Неужели он действительно верил, что тот убьёт Драко, если они застанут их двоих в ситуации, которая ему не понравится? Нет, не убьёт. Не то чтобы Драко отделается без последствий, но правда заключалась в том, что ни он, ни Люциус не предупреждали его держаться подальше от Гарри. И насколько сложнее ему будет заманить Гарри к себе, если он убьёт молодого блондина? Так что нет, он не убьёт Драко. Но он не собирался говорить об этом Люциусу. Ему нравилось наблюдать, как блондин потеет от беспокойства, пытаясь скрыть это беспокойство на лице и в голосе. Наконец они оказались перед закрытыми дверями Драко. — Отойдите в сторону. Люциус отступил назад и встал рядом с Северусом, оставив Тёмного Лорда открывать двери. Блондин слегка обрадовался, когда понял, что его Лорду не нужно отпирать дверь, и вокруг комнаты не было наложено никаких защитных заклинаний. Драко не стремился к полной приватности. Это был очень хороший знак. За дверью находилась маленькая гостиная Драко. Она была пуста. За ней — спальня, и Тёмный Лорд направился к закрытой двери и распахнул её. Пусто. Но двойные двери, ведущие на веранду, были открыты, и все три волшебника тут же заметили ноги, вытянутые на виду. Люциус поспешил к ним и замер на месте. Гарри Поттер сидел немного в стороне от двери. Он прижался спиной к перилам балкона, голова наклонена набок. Рот был слегка приоткрыт, и он храпел. В его руках была почти допитая бутылка вина. Дальше Том увидел ноги Драко. Голова блондина лежала на ногах Поттера, небольшое количество слюны капало на штанину Гарри, и он тоже сжимал пустую бутылку, крепко прижимая её к груди, как делал это по ночам со своим плюшевым мишкой. Ещё три пустые бутылки были небрежно разбросаны по балкону. — Они украли моё лучшее вино! Пять бутылок! — Люциус наклонился вперёд и оторвал сына от ног Поттера. — Моё лучшее вино, Драко! Крик Люциуса заставил обоих мальчиков отреагировать. Хотя Гарри не проснулся, он пошевелился, голова упала на другую сторону, а бутылка вина выскользнула из его пальцев. Глаза Драко сонно открылись, когда он обмяк, прислонившись к Люциусу. — Блейз целовался с этой девчонкой, отец, — пробормотал он, прежде чем опустить голову на грудь Люциуса. — Никто меня не хочет! — завыл он. Люциус едва не зарычал и втащил сына обратно в спальню. — Драко, что вы с Поттером делали? — Выпивали, разумеется, — заявил он и нелепо захихикал. — Поттер… совсем не умеет пить. Люциус толкнул Драко на кровать и начал снимать с сына ботинки, понимая, что Тёмный Лорд прислонился к дверному проёму веранды и наблюдает за ними. — Драко, ты не можешь… ты должен… я запрещаю тебе заводить роман с Поттером! Судя по хихиканью Драко, это показалось очень смешным. — Гарри? И я? Ни за что! Это было бы слишком странно! — воскликнул он, падая на спину с закрытыми глазами. — Кроме того, — он сделал паузу, чтобы истерически рассмеяться, — Гарри хочет переспать с Тёмным Лордом. Разве это не удивительно, отец? Чёртов Мальчик-Который-Выжил, хочет переспать с Тёмным Лордом! Мир приближается к концу? Думаю, да, потому что… или, может быть, Гарри прав, и он сошёл с ума… Знаешь, как Гарри его называет, отец? Он называет его Баннимо… — Немедленно сотрите ему память, — объявил Том. — Он всегда был таким болтливым, когда пьян? Пока Люциус отчитывал своего болтливого сына, Северус ответил: — Да, мой Господин. Ничего не может с собой поделать. Особенно неловко, когда он выпивает. Том неопределённо цокнул языком, выходя на веранду и разглядывая молодого волшебника, который, судя по всему, хотел с ним переспать. Так что, по крайней мере, в этом плане их чувства были взаимными. — Поттер? — спросил он, ткнув мальчика в бок носком ботинка. Гарри ответил, неловко сползая вниз, пока не растянулся на земле. — Хватит ныть, — пробормотал он, слова оборвались, и за ними последовало ещё одно храпение. Губы Тома дрогнули в улыбке, он присел на корточки, взял Гарри за руку, обернув её вокруг своей шеи, а затем снова встал, прижимая пьяного подростка к себе. — Что это? — воскликнул Люциус. — Он что, украл мой кнут?! Том обернулся и увидел Люциуса за круглым столом, смотрящего в коробку. Северус подошёл и встал рядом со своим возлюбленным, осторожно достав из коробки тёмно-зелёный кожаный кнут. Там же лежали повязка на глаза, кандалы, обитые мехом, и бутылочка с чем-то, что, как подозревал Северус, было смазкой. К этому он не притронулся. Крепко обняв Гарри, Том втянул юного волшебника обратно в дом как раз в тот момент, когда Люциус обнаружил в коробке карточку. — Дорогой Драко, — прочитал вслух Люциус. — Прими это как знак нашей благодарности за твоё восхитительное тело. В ближайшем будущем мы все будем с удовольствием пользоваться этими подарками. С любовью… — Люциус ахнул и уронил открытку. — Фред и Джордж Уизли, — закончил он сдавленным голосом. Северус издал хриплый звук, бросил кнут обратно в ящик и вытер руки о штаны. — Ну… — усмехнулся Том. — Похоже, кто-то хочет твоего сына. Или, вернее, они? — Уизли, — прохрипел Люциус, поворачиваясь и глядя на своего потерявшего сознание сына. — Привыкайте, мистер Малфой, — все обернулись и увидели, что глаза Гарри слегка приоткрыты, хотя и немного в расфокусе, а на лице красовалась кривая улыбка. — Близнецы полны решимости. Это лишь вопрос времени, когда они сломят защиту Драко. — Я прикажу их убить. — Я тебя убью, — ответил Гарри, и хотя его кривая ухмылка всё ещё была на месте, его глаза, на удивление, были ясными, чего не было ещё мгновение назад. — Прикоснись к близнецам, и я тебя убью. Северус презрительно усмехнулся мальчику. Очевидно, вино вскружило ему голову. — Ты не вправе никому угрожать, Поттер. — Снейп. Ты ублюдок, и я тебя ненавижу. А теперь, извините, мне нужно идти спать. Кажется, мир вращается очень быстро… не думаю, что это нормально, — он попытался пошевелиться, но понял, что кто-то его поддерживает. Его взгляд упал на руку, лежащую на животе. Он проследил за рукой, за предплечьем, а затем посмотрел в сторону, широко раскрыв глаза и покраснев. — А, это ты. Я думал, что стою один. — И ты проснулся, — это означало, что ему больше не нужно было поддерживать мальчика. Но когда Том убрал руку, Гарри рухнул на землю. Гарри вздохнул, перевернулся на спину и закрыл глаза. Наверняка он не уснет прямо сейчас. — Поттер, тебе следует... — Гарри потянулся, чтобы погладить свою цепочку, и прошептал кодовое слово активации. Том зарычал. Мальчик окажется в его кабинете, и он искренне надеялся, что Гарри не стошнит, когда он туда приземлится. Том повернулся к своим приспешникам. — Я не думаю, что он блефовал, когда угрожал твоей жизни, Люциус. Близнецов Уизли следует оставить в покое, — затем он злобно усмехнулся. — Я бы не хотел потерять одного из своих лучших сторонников. В следующее мгновение он исчез, оставив Люциуса бессвязно бормотать что-то себе под нос.

***

Когда Том нашёл Гарри, тот снова лежал без сознания на полу в кабинете. — Если ты не можешь справиться с алкоголем, зачем тогда пить? — пробормотал он, снова поднимая мальчика. На полпути к комнате Гарри, тяжесть мёртвого груза уменьшилась, и тот медленно пришёл в себя и начал ходить самостоятельно, хоть как-то. И тут Гарри начал ужасно фальшиво напевать. Напевал эту мелодию, напоминая Тому, зачем он вообще отправился на поиски Гарри. — Поттер. Я подвергну тебя невыносимым пыткам за то, чем ты меня сегодня раздражал, — прошипел он и отпустил мальчика. Гарри, споткнувшись, отлетел к стене. Он поник и растерянно моргнул, прежде чем кривая ухмылка расплылась по его лицу, и он оглядел Тома с ног до головы. Гарри облизнул губы, прежде чем ответить. — Значит, сработало… чудесно, — практически промурлыкал он. Том нахмурился и приблизился к идиоту. Вторгшись в личное пространство Гарри, он уже собирался объяснить действие каждого заклинания, которое собирался наложить на мальчика, когда вдруг чья-то рука схватила его за волосы, а губы Гарри плотно прижались к его губам, двигаясь и кусая их. Что ж… это было неожиданно и, возможно, немного неприятно, поскольку он знал, что эти новые дерзкие действия Гарри были вдохновлены вином. И всё же он был Тёмным Лордом, и если он что-то и умел делать, так это пользоваться ситуацией. И в конце концов, начал младший волшебник. Гарри приподнялся на цыпочки, прижимаясь всем телом к ​​его телу, и Том почувствовал возбуждение младшего волшебника, прижатое к его бедру. — Как ты это делаешь? — пробормотал Гарри ему в губы. — Доводишь меня до такого состояния? Это неправильно, но я хочу большего. Том поднял руку к шее мальчика, нежно поглаживая кожу большим пальцем, а затем перебрался в его волосы. — Ты опять ведёшь себя глупо, Гарри, — прошептал он, прижимаясь губами к его губам. — Нет, я не… ничего не могу поделать, — выдавил Гарри, не соглашаясь. — Поцелуй меня или отойди. Том, конечно же, выбрал первый вариант. Он подвинулся, чтобы Гарри почувствовал его возбуждение, и юный волшебник ахнул от прикосновения, оставив Тому возможность для того, чтобы тот погрузился в его рот и овладел волшебником своим языком. Гарри превратился в дрожащую тёплую массу в его объятиях, пробуя на вкус и покоряя опьяняющую глубину, которая, казалось, всегда источала смелость. Гарри отстранился, быстро моргая, пытаясь очистить разум. Затем он покачал головой и снова прижался к нему. Том не мог сдержать смех, прижимаясь губами к его жаждущему рту. Ах да, Гарри был жаждущим и податливым, и Том желал его всего с такой силой, что это его тревожило. Том просунул руку между ними, опустившись к застёжке джинсов Гарри, и провёл ею по его прикрытой тканью эрекции. — Чего ты хочешь, Гарри? Хочешь, чтобы я тебя коснулся? Гарри, тяжело дыша, отстранился, хотя его рука крепко держала за затылок Тома. Том вернулся к его распухшим губам, втянул нижнюю губу Гарри в свой рот и начал сосать, надавливая на эрекцию под этими раздражающими маггловскими штанами. Гарри застонал ему в рот и выгнул бёдра, снова и снова ища прикосновения его руки. Том убрал рот и руку, прежде чем ухмыльнуться, глядя на подростка с безумным взглядом. Он наслаждался потемневшим цветом глаз Гарри и опухшими красными губами. — Я задал тебе вопрос, Гарри. — Да! Да, я хочу, чтобы ты меня коснулся! — выдохнул Гарри, снова шатаясь навстречу Тёмному Лорду. — Умоляй об этом, — промурлыкал Том, прижимаясь губами к губам Гарри, его пальцы были готовы расстегнуть молнию на джинсах. На лице Гарри появилась хмурая гримаса, и он лишь слегка отстранился. — Нет, я не хочу тебя умолять, — проныл он. — Но ты всё-таки мог бы меня коснуться? Это, кстати, не просьба. Том не понимал, как продолжающееся сопротивление Гарри, даже в состоянии опьянения, могло ещё больше расположить к нему этого парня. Но это произошло. И Гарри внезапно оказался отброшенным к стене, и его желание наконец исполнилось. Рука Тома скользнула под джинсы, и большая мозолистая ладонь коснулась его. Поглаживая его твёрдый, истекающий соком член, он почувствовал, как экстаз разливается по его венам, делая дыхание почти невозможным. Том прижал юного волшебника к стене и наблюдал за его выразительным лицом, когда прикасался к нему. Он внимательно следил за выражениями лица, завороженный стонами и вздохами, вырывающимися из распухших губ Гарри, пока доводил бывшего гриффиндорца до предела. Наблюдать за тем, как Гарри достигает оргазма, и доводить его до пика наслаждения было лучше, чем Том себе представлял. Видеть, как Гарри теряет контроль над собой, было достаточно, чтобы утолить его жажду, пока он не сможет по-настоящему завладеть гриффиндорцем. Том прижался к вздымающейся груди Гарри и сомкнул их губы, сплетая язык Гарри со своим, прежде чем отстраниться. В данный момент он не был готов в полной мере воспользоваться своим гостем. Когда он отстранился, Гарри глубоко вздохнул и очень тихо произнёс: — Я пожалею обо всём этом утром… — он нахмурился. — Я не хочу об этом жалеть. И Том знал, что так и будет. В тот момент, когда Гарри прижался губами к его губам, Том понял, что Гарри пожалеет об этом, когда действие алкоголя пройдёт и у него останется только головная боль — и Том надеялся, что она будет ужасной — и тошнота. Том не мог этого допустить. Гарри пожалел бы. Это был бы шаг назад в достигнутом прогрессе. Это закрыло бы его от Гарри, а этого он допустить не мог. Том снова поцеловал Гарри, и этот поцелуй разжёг в нём тлеющий огонь, после чего отстранился от подростка. — Нет, ты не пожалеешь, — пообещал он, поднося палочку к лицу Гарри. Он улыбнулся, когда Гарри лишь лениво моргнул. Улыбка была вызвана тем, что молодой волшебник доверял ему и знал, что он не собирается причинить ему боль. — Обливиэйт.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!