Глава 11
12 мая 2026, 09:12Богатый волшебник под руку с Гарри Поттером. Кто он?
Ваша покорная слуга лично пообщалась с Избранным и его новым возлюбленным. Достаточно взглянуть на волшебника под руку с Гарри, чтобы понять, что он богат и состоятелен. Где Гарри встретил такого мужчину? Кто этот человек, который, очевидно, делает Избранного счастливее, чем кто-либо за долгое время? Несмотря на эти вопросы, нет сомнений в том, как Гарри удалось заполучить такого прекрасного жениха. Гарри Поттер сам по себе могущественен, и он не так уж и непривлекателен, не правда ли? После некоторых поисков выяснилось, что этот волшебник ухаживает за Гарри. Один из его многочисленных подарков — премиальный абонемент на квиддич. Мы все знаем, сколько это, должно быть, стоило его избраннику.
Что ещё более важно, как вы можете видеть на этом снимке, судя по всему, Гарри и его богатый спутник скоро поженятся.
Взгляд Тома оторвался от газеты, на губах появилась презрительная усмешка. — Я, под руку? Я, конфета, трофей? — прошипел он, обращаясь ни к кому конкретно. Близнецы изо всех сил сдерживались, чтобы не сказать ни слова, иначе их бы просто убили. Гермиона отпила чай и избегала зрительного контакта. Гарри прикрыл рот рукой, чтобы скрыть широкую улыбку, которая никак не сходила. — Она что, пропустила тот момент, когда ты облепил меня со всех сторон?! — прорычал Том, тыкая пальцем в фотографию, где Гарри постоянно тёрся о Тома. Гарри пожал плечами. Он не знал, что сказать. Это было чертовски забавно просто потому, что Том был прав. Было очевидно, что Том поддерживал Гарри, и всё же Скитер написала это именно так. Гарри был уверен, чтобы не вызвать у него неудовольствия. Ах, если бы она только знала, кто именно жених Гарри. — Вы закончили завтракать? Вам, наверное, следует отправиться в Хогсмид и позаботиться, ну, вы понимаете… — Ты прав, Гарри, — сказал Фред, и они с братом вскочили, слегка поморщившись, потому что Тёмный Лорд снова испепелял их взглядом. — Увидимся позже. Гермиона тоже встала и ушла вместе с ними, оставив Гарри и Тома одних в молчании. — Это твоя вина! Ты явно выставлял меня напоказ! — выпалил Том. Гарри посмотрел на него и улыбнулся. — Я рад быть с тобой. Том нахмурился, пытаясь скрыть удовольствие, которое он испытал, услышав эти слова. А затем его охватило безумное чувство вины и страх перед тем, что ему придётся показать Гарри. Том встал и склонился над своим юным возлюбленным. — У меня встречи. — Ты даже к завтраку не притронулся, Том. — У меня почти нет аппетита, — сказал Том на прощание и исчез, оставив Гарри одного и в недоумении. Вскоре Гарри тоже ушёл, не желая оставаться в комнате один, и быстро отправился в Святого Мунго. Нарцисса сидела там, рядом с кроватью Драко. Драко спал. Его дыхание было медленным и глубоким. — У него спала температура, — сообщила Нарцисса Гарри, когда он сел напротив неё. — Мы очень скоро отвезём его домой. — Можно мне пойти с вами? Нарцисса улыбнулась ему. — Конечно, Гарри. Гарри ответил ей улыбкой, прежде чем его взгляд скользнул вниз, чтобы изучить лицо Драко. От вида синяков он болезненно стиснул зубы. Ярость захлестнула его при мысли о тех двоих, кто это сделал, и он искренне надеялся, что близнецы и Гермиона не будут снисходительны к Рону и Джинни Уизли.***
— Ну-ну-ну… всё ещё в ловушке? — спросил Фред, когда он и остальные вошли в холодную пустую спальню и обнаружили своих брата и сестру всё ещё неподвижно лежащими на полу. Он был довольно удивлён, что они всё ещё удерживаются заклинаниями. — Похоже, Гарри и Гермиона приложили немало усилий к созданию этих заклинаний. Гермиона усмехнулась и сняла чары тишины и обездвиживания. Рон и Джинни, дрожа от холода, вскочили на ноги, но не побежали, так как близнецы и Гермиона перекрыли единственный выход. — Что вы собираетесь делать? — спросила Джинни, хмуро глядя на них. — Вы действительно собираетесь встать на сторону этих мерзких ублюдков? — Ты могла его убить! — крикнула Гермиона. — Он может и придурок, но Драко этого не заслужил. С этими словами Гермиона что-то пробормотала, взмахнула палочкой и отбросила Джинни к стене. — Гермиона! — крикнул Рон. — Заткнись, Рон. Вы оба заслуживаете того, что сейчас получите, — спокойно ответил Джордж. — Тебе повезло, что мы здесь, а не люди Драко, — ответил Фред. — Его мать готова буквально содрать с тебя всю кожу. — Мы твои родные! — прохрипела Джинни, поднимаясь с пола, и, потянувшись рукой к голове, поморщилась. На её руке осталось немного крови. — Ты сука! Гермиона усмехнулась и пожала плечами, убирая палочку. Джинни зарычала и бросилась на Гермиону. Рон медленно приближался к двери, и, увидев, что Фред и Джордж обратили внимание на дерущихся девушек, бросился вперёд, надеясь на свободу. Когда чья-то рука обхватила его шею, прижав к груди Фреда, он завыл от отчаянной ярости. Близнецы ухмыльнулись и заставили его наблюдать, как Гермиона явно взяла Джинни под свой контроль. Джордж усмехнулся, когда Гермионе удалось дать сестре пощёчину после того, как Джинни попыталась ударить её в живот. — Ей весело. Фред рассмеялся, а затем поморщился, когда Гермиона умудрилась ударить Джинни кулаком в глаз, а затем и в живот, отчего младшая ведьма согнулась пополам. — Когда всё это закончится, на твоём месте я бы как можно скорее сбежал обратно в Румынию, — сказал он своему младшему брату, пока Джордж схватил Рона и потянул его обратно к Фреду. — И Джинни, возможно, тоже стоит бежать в Хогвартс. Драко будет жаждать мести, и что бы ты о нём ни думала, ты должна знать, что он придёт за тобой. Наш милый Драко — не слабак. То, что мы с тобой сделаем, — лишь малая часть того, чего он добьётся. И не имеет значения, девочка ты или нет, Джинни. Джинни, по сути, не обращала внимания. Она лежала на полу, держась за кровоточащий нос и истерически рыдая, пока Гермиона склонилась над младшей из семьи Уизли, уперев кулаки в бока. — Ты можешь нападать, но не можешь принять ответку? Жалко. — Я его никогда не била! — воскликнула она. — Джинни, лгунья! Ты даже пыталась применить к нему сектумсемпру! — И ты тоже! Близнецы и Гермиона замерли и уставились на брата с сестрой. Оба быстро поняли, что им следовало бы промолчать. Фред подошёл так близко, что оказался лицом к лицу со своим младшим братом. — Драко в это время не спал? — тихо спросил он, едва слышным шёпотом. Низкий и мрачный голос, от которого Рон вздрогнул, никогда прежде не видя такой ярости в глазах своих обычно игривых братьев. — Н-не знаю. Он то был в сознании, то не был, и ни хрена не хотел говорить! Нам пришлось кое-что сделать... Фред сломал Рону нос, даже не вздрогнув, когда почувствовал, как хрящ и кость треснули под его кулаком. — Надейся, что он не был в сознании, Ронникинс. Если он вспомнит… ты заслужишь только то, что с тобой случится. Мы говорили тебе, что он наш. Мы говорили тебе… и всё же ты сделал что-то подобное. Как ты и говорил. Мы твоя плоть и кровь, но, очевидно, это ничего для тебя не значит, раз ты пошёл и причинил боль тому, кто нам дорог. Рон понимал, что совершил ошибку. Он знал, что его ждёт, и умолял братьев о прощении. Однако его мольбы остались без ответа. Фред и Джордж по очереди избивали его, пока он не стал похож на Драко, когда они прилетели спасать блондина. Гермиона тоже не щадила никого. Услышав о том, что пыталась сделать Джинни, она пришла в ярость, села на Джинни верхом и начала бить младшую ведьму, куда только могла дотянуться. Гермиона испытывала определённое удовольствие, зная, что, вероятно, сломала Джинни запястье и несколько пальцев. Она также оставила Джинни несколько некрасивых синяков. И, используя заклинание, найденное в библиотеке Тёмного Лорда, она позаботилась о том, чтобы эти синяки было трудно скрыть или залечить. — Драко пришёл в себя прошлой ночью, — сказала Гермиона почти неподвижным подросткам, лежащим на полу, когда она и близнецы направлялись к двери. — Вам захочется бежать. Он наверняка рассказал своей семье. Вы же знаете, что это значит. Вы знаете, кто будет вас искать. Удачи вам, если попытаетесь от них спрятаться.***
Драко открыл глаза и тут же заметил, что он больше не в больнице Святого Мунго, а, к счастью, в своей постели дома. Когда меня перевели? Как? — Кто-нибудь, принесите мне зеркало, — спросил он вслух, как только его глаза привыкли к солнечному свету, проникающему в комнату с балкона, и он увидел, что не один. — Э-э… — Гарри почесал затылок, стоя рядом с кроватью вместе с остальными. Он искоса взглянул на Гермиону, которая старательно избегала встречаться взглядом с расширенными глазами Драко. — Это… не очень хорошая идея сейчас, Дрейк, — наконец пробормотал Гарри. Драко в панике посмотрел на близнецов. Их лица были бесстрастны, когда они смотрели через кровать на Грейнджер и Гарри. Тот факт, что они не смотрели на него, заставил Драко задохнуться. Однако это длилось всего минуту. Гарри снова посмотрел на него и заметил сильную панику. Брюнет упал на колени и схватил руку блондина. — Прости, Дрейк. Это была просто шутка, — сказал он с лёгкой улыбкой. Грейнджер, эта стерва, рассмеялась. Джордж побежал в ванную и через несколько мгновений появился снова с ручным зеркальцем. — Не смей шутить с моей внешностью, Поттер! — рявкнул он, вырвав зеркало из рук Джорджа и лишь с облегчением вздохнув, что не ужасно изуродован. Единственной проблемой на его лице были синяки. Все переломы были залечены в больнице Святого Мунго, и его черты лица остались такими же, какими были до того, как младшие Уизли осмелились к нему прикоснуться. Руки обняли его голову, а лицо прижалось к его шее. — Ты всё ещё прекрасен, Драко, любимый. — Отстань от меня! — прошипел он, толкая Фреда. — Как ты смеешь притворяться, что я был не идеален, хоть на мгновение! Гарри усмехнулся. Но, получив испепеляющий взгляд блондина, он посерьезнел. Он быстро повернулся к прикроватному столику и взял маленькую коробочку. — Я принёс тебе помадку! С малиновой начинкой. Я знаю, как ты любишь малину. — Не хочу, — пробормотал он. Глаза Гарри расширились. Драко отказывается от своей помадки? Это было неслыханно. — Я хочу, чтобы меня оставили в покое. Гермиона ушла без предупреждения. Гарри переминался с ноги на ногу, выглядя подавленным и расстроенным тем, что Драко отказался от его подарка, и зная, что Драко будет мучиться из-за случившегося. — Оставь помадку рядом с кроватью, Гарри. И вернись через несколько часов, — приказал он. Брюнет оживился, ярко улыбнулся и сделал, как ему было сказано. Он радостно помахал рукой и ушёл. Драко повернулся к близнецам, которые выглядели совершенно непреклонными в своём желании никуда не уходить. — Мы не пойдём, — сказали они, подтверждая то, что Драко и так знал. — Уходите, — они покачали головами. — Со мной всё в порядке. Вам здесь не нужно быть. — Драко, мы хотим быть здесь. — Я не считаю вас ответственными за поступки ваших брата и сестры, — тихо пробормотал он, сразу понимая, что немного успокоил их, внезапно сбросив напряжение с их плеч. Прежде чем он успел что-либо сказать, в комнату вошли родители Драко. Драко напрягся, понимая, что сейчас произойдёт. В больнице Святого Мунго его отец потребовал узнать, кто виновен. Драко солгал, сказав, что не знает. И по прищуренным глазам старшего Малфоя он понял, что отец ему не поверил. Драко не ответил даже на повторный вопрос и поморщился, когда отец прошипел, что Тёмный Лорд придёт за ответом. Драко благоразумно воздержался от слов о том, что Гарри, скорее всего, позаботится о том, чтобы Тёмный Лорд не узнал, кто за этим стоит. Люциус и Нарцисса остановились у кровати. Мать окинула близнецов взглядом, слегка улыбаясь, хотя в её взгляде явно читалось сомнение в их присутствии. Люциус пристально посмотрел на сына. — Драко, ты расскажешь нам, кто виновен в твоём похищении, — мрачно произнёс Люциус. Драко отвёл взгляд от отца, его взгляд скользнул к краю кровати. Он чувствовал, как близнецы наблюдают за ним, практически слышал их вопросы. Почему он ничего не говорит? Почему он ослушивается отца? Если они не понимали, то были идиотами. — Я их не видел. У меня были завязаны глаза. Как бы сильно он ни ненавидел Уизела и Уизлетту, если бы он рассказал, отец заставил бы всю семью Уизли заплатить. Он бы жаждал мести, как и его мать. Люциус всё ещё обладал значительной властью в Министерстве и сокрушил бы Уизли. А его мать могла быть очень жестокой. Он не мог допустить этого с семьёй этих злодеев. Отец прищурился, и Драко понял, что тот в курсе, что он что-то скрывает. Но мать кивнула и, взяв мужа за локоть, осторожно вывела его из комнаты. Драко знал, что это не последний раз, когда он услышит об этом. Мать молчала, но он знал, что она уже вовсю обдумывает план мести на тот случай, если узнает, кто посмел прикоснуться к её сыну. Драко поднял взгляд на правую сторону кровати, где сидели близнецы. Они улыбались ему. Видимо, они всё поняли. Драко сосредоточил взгляд на том, кто сидел ближе всего к нему. Фред. В его ухе была изумрудная серьга. Его взгляд был прикован к лицу Драко. Когда их взгляды встретились, Драко почувствовал, как по нему разлилось волнение, и это не имело ничего общего с плотским желанием, хотя оно тоже присутствовало, чёрт возьми. Его взгляд переместился на Джорджа, и его охватило то же чувство, и он подумал, что никогда ещё не чувствовал себя таким довольным и взволнованным. Они были идентичны, и всё же их характеры не совсем совпадали. Но Драко одинаково привлекали оба. Неужели они действительно любили его? — Их всех убьют. Всех до единого, — прошептал он. Они кивнули, и Фред провёл пальцем по щеке Драко. — Ты удивляешь нас каждый день, Драко Малфой. Блондин фыркнул и отмахнулся от руки. — Пожалуйста, оставьте флафф за дверью, — пробормотал он, хотя на его губах и играла улыбка. — Итак, Драко, дорогой, — начал Джордж, вставая со стула, забираясь на кровать и растягиваясь рядом с блондином. — Ты примешь наше предложение? — Какое предложение? Фред последовал примеру брата, растянувшись с другой стороны и зажав Драко между ними. — Ужин. Танцы. Возможно, ночь восхитительного секса? — Где будем танцевать? — «Меракус», конечно же. — Хорошо. Только когда синяки пройдут. На секс не рассчитывайте. И… Гарри должен пойти с нами в «Меракус». Близнецы ухмыльнулись. — Если бы мы не знали тебя лучше, — прошептал ему на ухо Фред. — Мы бы сказали, что ты нас боишься. Драко вздрогнул от их слов, едва слышно донёсшихся до его уха, и попытался зарыться поглубже под одеяло, чтобы скрыть румянец. Возможно, он немного боялся их. Он никогда в жизни не ожидал, что влюбится в двух мужчин. Это было немного пугающе. Особенно учитывая, что это были именно эти двое. — Вы не должны лежать здесь рядом со мной. Мама может вернуться, и тогда вы умрёте, и я снова услышу безумную тираду о своей невинности. — Ты будешь по нам скучать, Драко? Если мы умрём? — Ты будешь оплакивать нас? — К сожалению. Близнецы улыбнулись и устроились рядом с ним, а Драко был слишком уставшим, чтобы заставлять их двигаться. Да и, честно говоря, он бы всё равно не заставил их двигаться. Им было тепло, и они очень хорошо его укутывали. — Чепуха, — пробормотал он. Когда появился домовой эльф, Драко велел ему предупредить его, если мать приблизится к его комнатам. Эльф поклонился и выскочил. Драко почувствовал, что теперь достаточно безопасно потерять сознание, обняв себя конечностями близнецов.***
После того, как Гарри вышел из комнаты Драко, он вместе с Гермионой прошёл по поместью Малфоев, спустившись вниз в гостиную, где, как он знал, находился Том. Гермиона тихонько посмеялась про себя. Несомненно, она вспоминала панику на лице Драко, когда Гарри намекнул, что его лицо сейчас далеко не идеально. — Это было немного подло, не правда ли? — сказал он, хихикая, когда они подошли к нижней ступеньке. — Я ещё долгие годы буду помнить выражение ужаса на его лице. — Забавно, как вы двое, кажется, получаете удовольствие от того, какой ужас испытывает другой. Он сказал то же самое о тебе и твоей реакции, когда я рассказал тебе о Томе и обо мне. Гермиона усмехнулась. — Полагаю, это один из способов начать дружбу. Я начинаю понимать, что ты видишь. Он слишком чувствительный… для избалованного придурка, — сказала она, когда они приблизились к гостиной. Из-за гостиной раздался голос: — Гермиона. Они вдвоем посмотрели в дальний конец коридора, где в вестибюле стоял аврор Чарльстон со своим напарником Ластре. — Энди, — прошептала она, задыхаясь. Глаза Гарри расширились от её тона и сильного румянца на её щеках. Энди? С каких это пор аврор Чарльстон стал для неё Энди? — Теперь вы обращаетесь друг к другу по имени? Гермиона пожала плечами и наблюдала, как Энди что-то пробормотал своему напарнику, прежде чем направиться к ним. Гермиона бросила на Гарри взгляд. Он полностью проигнорировал этот взгляд и наблюдал за приближением аврора. Чарльстон остановился перед ними и одарил Гермиону очаровательной улыбкой. Гарри подумал, что мужчина достаточно привлекателен. Судя по румянцу на её лице, Гермиона, похоже, думала так же. А затем Чарльстон посмотрел на него и послал ему молчаливое сообщение, которое каждый мужчина посылает другому мужчине, когда хочет остаться наедине с женщиной. В ответ Гарри скрестил руки на груди и поднял бровь. — Я откладывал это уже довольно давно, — начал Чарльстон, полностью игнорируя Гарри и уделяя Гермионе всё своё внимание. — Обстоятельства этого требовали. Но я хотел бы узнать, могу ли я оставить за собой право пригласить тебя куда-нибудь вечером, когда это будет уместно. Гермиона даже не перевела дух. — Да, конечно! В ответ на ехидную ухмылку Чарльстона и бессмысленный смешок Гермионы, Гарри наконец быстро отошёл. Гермиона… хихикает? Как странно, подумал он, входя в гостиную, где задержались Том и Снейп. Гарри всё ещё качал головой от удивления, когда Том его увидел. — Что-то не так? — Нет… Чарльстон пригласил Гермиону на свидание, а она ведёт себя как девчонка. Это странно. — Она девчонка, — ответил Том. — Но она покраснела… и захихикала! Том посмотрел на него таким взглядом. Взглядом, который говорил о том, что он вот-вот скажет что-то, что Гарри не понравится в присутствии Снейпа. — Я помню несколько случаев, когда ты делал то же самое… — Я не хихикаю! Том лишь ухмыльнулся, и на этом всё закончилось. Он даже не обнял Гарри за спину, как обычно, когда они сидели вместе. И не погладил его по волосам. Гарри не думал, что присутствие Снейпа как-то связано с этим. Том делал это и раньше перед этим сварливым волшебником. Так почему же он не делал этого сейчас? — Как сегодня мой крестник? — спросил Снейп. Гарри выглянул из-за Тома, чтобы посмотреть на мастера зелий, который сидел на стуле рядом с ними. Сейчас он не мог заставить себя испепелить его взглядом. Особенно после того, как увидел, как Снейп заботился о Люциусе и Нарциссе в то время, когда Драко пропал. Его действия и очевидная любовь к ним обоим… ко всей семье Малфоев были удивительны. Особенно учитывая, что Нарцисса была замужем за Люциусом. Но теперь Гарри знал, что Снейп испытывает к Нарциссе те же чувства, что и Люциус, и что Нарцисса наслаждается их платонической любовью и заботой. — Он вроде в порядке. Немного запаниковал, когда мы намекнули, что его внешность пострадала… — Гарри сделал паузу и усмехнулся. — Он просто злится из-за сложившейся ситуации. Гермиона вбежала в гостиную, схватила Гарри за руку и оттащила его от Тома. — Ты должен помочь мне выбрать ещё один комплект! — Миона, — начал Гарри, широко раскрыв от страха глаза, и отшатнулся от неё. — Я помог тебе две недели назад… пожалуйста, не заставляй меня… — Это важно, Гарри Поттер! — закричала она. — Ты поможешь мне! Твой жених не имеет ничего общего со мной! Прежде чем он успел возразить, а она знала, что он не посмеет, Гермиона повернула кольцо и исчезла на месте. Гарри задрожал. — Что только что произошло? — спросил Том, глядя на то место, откуда исчезла Гермиона. — У Гермионы есть… навязчивая идея. И если что-то встаёт на пути её «навязчивой идеи», она превращается в… ну, вы только что это видели. — Что это за одержимость? — спросил Снейп. — И почему ей нужна твоя помощь? Гарри заставил их поклясться не произносить ни слова, прежде чем рассказать им. Объяснение было недолгим, и ему это не показалось особенно смешным, учитывая, как его постоянно втягивали в увлечение Гермионы дорогим нижним бельём, но Тому это показалось уморительным. На самом деле, Гарри любил Гермиону, и он не возражал пойти с ней и высказать своё мнение. Он был геем. Он мог честно высказать своё мнение о её внешности, не пуская слюни. Но это случалось часто. Если бы могла, Гермиона потратила бы все свои деньги на книги и нижнее бельё и забыла бы о еде. А если что-то менялось в её жизни, что-то захватывающее, или даже если её жизнь становилась монотонной на несколько недель, с чем она не могла справиться, она покупала новое нижнее бельё и книги. — Серьёзно, ей нужна помощь — это совсем не смешно! — рявкнул он в ответ на продолжающийся смех Тома. — Она... не против позировать перед тобой? Гарри немного удивился, что Снейп ещё не съязвил по поводу темы разговора. — Ты же гей, верно? На сто процентов? — Снейп кивнул. — Ты видел Нарциссу в трусиках? — Несколько раз… — Ты и глазом не моргнул, да? Держу пари, она тоже. Потому что ты гей, и вы так хорошо знаете друг друга. Гермионе нравится позировать мне и получать честный ответ о том, как она выглядит. Честно говоря, мне это не мешает… за исключением того, что это происходит постоянно! — Гарри глубоко вздохнул, затем внимательно посмотрел на Снейпа и вдруг усмехнулся. — У вас с Люциусом и Нарциссой платонические ночёвки, не так ли? Он всё ещё хихикал, глядя на застигнутое врасплох выражение лица Снейпа, когда Том отвёл его домой.***
Напряжение в плечах Ремуса спало, когда он развеял запирающие чары на своей двери и вошёл внутрь. Он был вне дома по делам и был уверен, что за ним кто-то следит. Он чувствовал на себе взгляды, куда бы ни пошёл, но как бы он ни старался, как бы ни заклинал, пытаясь найти наблюдателя, он ничего не находил, кроме посетителей переулка, которые его окружали, и никто из них не обращал на него внимания. На самом деле, они старались держаться от него подальше, что было для них обычным делом. Он только поставил сумку с продуктами на кухонный стол, как вдруг волосы на затылке встали дыбом. Он резко обернулся к входной двери, как раз в этот момент раздался тихий голос: — Прошло много-много лун с тех пор, как я тебя видел в последний раз, Ремус. Время явно было к тебе неблагосклонно. Ремус резко отвернулся от двери, его ноздри раздулись, когда взгляд упал на фигуру, прислонившуюся к стене в углу, возле окна, на которое он смотрел изначально. Руки фигуры были небрежно скрещены на груди. Губы Ремуса изогнулись в злобной усмешке, когда он узнал запах. Запах стал чище, но он всё ещё мог его узнать. Однако он не узнал очаровательно одетого оборотня, прислонившегося к стене, даже если и знал, кто это. — Как ты сюда попал? — потребовал он, держа палочку в руке и направляя её на грудь старшего оборотня, его взгляд скользил по лицу Грейбека, не в силах связать его запах с внешностью. Фенрир выглядел чистым и… цивилизованным. И как ему удавалось скрывать свой запах, пока он не захотел, чтобы я его учуял? — Такая враждебность к твоему Альфе, детёныш? — спросил Фенрир, переводя взгляд на кухню и гостиную и тихонько насмехаясь над ужасными условиями, в которых жил Ремус. Даже блохастые собаки могли бы найти себе жильё получше. — Не смей меня так называть! — прорычал Ремус. — Ты не мой Альфа! — Так было и так будет всегда. — Нет, — прорычал Ремус. — Можешь сколько угодно отрицать, но ты же знаешь, что это правда… — Фенрир встретился взглядом с Ремусом и усмехнулся, его острые зубы заблестели на свету. Ремус смутно заметил, что его зубы чистые и белые. — Детёныш. — Чего ты хочешь, Фенрир? — резко выпалил он, понимая, что старший оборотень пришёл не убить его. Если бы это было причиной его присутствия здесь, он бы уже напал. — Я пришёл с посланием. — От твоего хозяина? — предположил Ремус, его голос звучал хриплым шёпотом, глаза широко раскрылись, когда он изучал старшего оборотня. — Да. Как ты знаешь, Гарри Поттер больше не участвует в войне. И ты знаешь, что это значит, Ремус. Ты знаешь, что единственной реальной угрозой для Тёмного Лорда был этот мальчик. Ты и твой Орден сделали его единственной угрозой. Ты причастен к тому, чтобы сделать мальчика единственным оружием против Тёмного Лорда, — Фенрир усмехнулся при этой мысли. Не потому, что он считал, что Поттер недостаточно силён, а потому, что волшебники были настолько глупы, что полагались на одного человека. Фенрир подождал, прежде чем продолжить, наблюдая за выражением лица Ремуса. — Но ты понимаешь это. Должно быть, тебя мучает чувство вины. — Уверен, ты пришёл сюда с определённой целью, Фенрир. Давай, приступай. — Тёмный Лорд стремится установить для нас равные права. Для начала, для оборотней и вампиров. Он хочет внедрить нас в общество. Распространяя правду… ты ведь знаешь, что мы не убиваем и не заражаем людей бездумно, по необдуманным прихотям. Мы можем сдерживать себя каждое полнолуние. Нет причин, по которым к нам следует относиться как к опасным животным. — Ты опасное животное, Фенрир, — старший оборотень усмехнулся и пожал плечами, ни подтверждая, ни опровергая это утверждение. — Вот почему Эммита Шафера убили? — И остальных — да. Почему ты не попытался вывести меня из строя, детёныш? Ремус моргнул, услышав внезапный вопрос, и отступил на несколько шагов. Улыбка изогнула губы Фенрира в ответ на этот поступок. Ремус мог попытаться отрицать волка внутри себя, но он всё ещё был там, в каждом его движении. — Я выслушаю, что ты скажешь, — наконец ответил Ремус. — Тёмный Лорд хотел, чтобы ты это знал. — Почему? Фенрир оттолкнулся от стены и сократил расстояние. — Ты не глуп. Он хочет, чтобы ты подумал, — Ремус заметно напрягся, когда Фенрир наклонился к нему, когда его обдало запахом оборотня. Затем он быстро отступил назад, отводя взгляд. Фенрир нахмурился. — Ты слишком долго был без стаи, детёныш. Это простое утверждение задело очень сильно, а этого не должно было случиться. — Убирайся. — Ты всегда был упрямым. Скажи мне… ты принимаешь посылку, которую получаешь каждый месяц? Волчье зелье? Или игнорируешь её, считая ядом? Или отворачиваешься от неё, потому что это благотворительность? — Я терпеть не могу сходить с ума во время полнолуния, — ответил Ремус. — Откуда ты это знаешь? — У нас повсюду глаза и уши, Ремус. Ты же знаешь. Эту посылку присылает Гермиона Грейнджер. Сварено Северусом Снейпом, — Фенрир рассмеялся, заметив абсолютный шок на его лице. — Гермиона? — на лице Ремуса появилась лёгкая улыбка, когда он подумал о светловолосой ведьме. — Надо было догадаться… она работает с Северусом? Но он… — Ремус прищурился. Взгляд его был полон подозрения. — Нет, — усмехнулся Фенрир. — Она рядом со своим другом. Они не принадлежат ни к одной стороне. Но эта магглорождённая умна, и ей не всё равно. Так что, полагаю, ты действительно не одинок. По крайней мере, ты знаешь, что кто-то заботится о твоём благополучии. — Не говори так, будто тебе не всё равно! — рявкнул Ремус, потому что его слова прозвучали так, будто ему не всё равно, и он не хотел слышать этого от Фенрира Грейбека. Фенрир оскалил зубы, услышав эту открытую враждебность. Но на этом его предупреждение и закончилось, и он злобно усмехнулся, когда голова Ремуса слегка опустилась. Явный признак того, что он подчиняется, хотя и неохотно. — Ты, кажется, теперь один, детёныш. Держу пари, ты никогда не представлял себя связанным с группой, которая убивает детей… или ты был добровольным участником этого нападения? Ты же учил некоторых из этих самых детей. — В отличие от некоторых, я ценю жизнь ребёнка, — ответил Ремус тихим голосом, слова вырывались из его горла низким рычанием. — Я ничего не знал об этом нападении, пока всё не закончилось. — Защищаешься передо мной, — пробормотал Фенрир. — Зачем? Ремус молчал, лишь испепеляя взглядом, ожидая, когда Фенрир уйдёт, как, он предполагал, сделает старший оборотень. — Мне очень больно видеть, как один из моих сородичей живёт в таких условиях, — заметил Фенрир, наконец повернувшись, чтобы уйти. Ремус оскалил ровные зубы. — Я не из ваших. — Я тебя создал, — ответил старший оборотень, направляясь к двери. В последнюю секунду он увернулся, когда в его спину полетело проклятие. Ремус бросился на него, когда его заклинание не сработало, разъярённый до глубины души. — Ты разрушил мою жизнь! Фенрир резко развернулся, схватил Ремуса сзади и грубо толкнул его к двери. Он наклонился, прижав губы к уху Ремуса. — Я спас тебе жизнь, и мне за это хорошо заплатили. Твои родители умолчали о важных вещах… наверное, они бы тебе всё рассказали. Когда были бы готовы. Жаль, что они умерли, прежде чем смогли признаться. Наверное… в конце концов, им было стыдно за то решение, которое они придумали. — О чём ты говоришь? — задыхаясь, спросил Ремус, прислонившись к деревянной двери. — Твой отец заплатил мне, чтобы я тебя укусил. — Лжец! — Ты был неизлечимо болен, Ремус Люпин. Ликантропия убила эту болезнь. Без моего укуса ты бы умер. Никогда бы не дожил до своего шестого дня рождения. Ремус закрыл глаза, пытаясь справиться с паникой, охватившей его. — Ты лжёшь, — отчаянно прошептал он. — Ты лжёшь. Отец оскорбил тебя. Ты сделал это ради мести. Ты любишь заражать детей. Фенрир тихо вздохнул ему на ухо. — Заблуждений предостаточно, не так ли? — спросил он, оттолкнул Ремуса от двери и наблюдал, как детёныш, спотыкаясь, уходит. — Подумай над тем, что я сказал. Ремус долгое время, дрожа, стоял посреди своей однокомнатной квартиры после того, как Фенрир ушёл. Его руки дрожали, они были сжаты в кулаки и прижаты к ноющим вискам. Вспышки воспоминаний о детстве, до укуса, прорывались сквозь его защитные барьеры. Вспышки воспоминаний о родителях. Мягкие улыбки. Иногда полные грусти, когда они смотрели на него. Грусть, боль и горе. Но всегда присутствовали также любовь и отчаяние. Он несколько раз ездил в больницу Святого Мунго, не понимая, зачем. Он был в недоумении, когда отец отвёз его в маггловскую больницу, всё ещё не понимая, зачем. Не понимая, для чего нужны анализы. У него была всего лишь простуда. Он постоянно простужался. Но ничего серьёзного. Простуда проходила… и она прошла после укуса. Он помнил тихий разговор между родителями. Отец говорил, что нашёл решение. И всё же Ремус отказывался в это верить. — Ложь, — прошипел Ремус в тишину вокруг себя.***
Драко полностью оправился. Ну, не совсем. Блондин решил, что не сможет полностью оправиться от произошедшего, пока не отомстит сам. Не с помощью Грейнджер и близнецов. В остальном он был в порядке. Плохо спланированное похищение не было таким уж ужасным. Могло быть гораздо хуже. Но даже тогда он пострадал только потому, что Уизли связали его. Если бы он был свободен, гарантировано, что он не получил бы ни одного перелома. С волшебной палочкой или без неё. Он больше не был весь в синяках и с переломами, мог ходить, не думая, что выглядит не совсем идеально, и вот он только что переместился по камину в поместье Тёмного Лорда и направился на кухню, где, как он знал, находился Гарри. Драко чувствовал себя виноватым из-за того, что Гарри в последнее время делал всю работу, хотя это была его собственная идея. Приближаясь к кухне, он поднял светлую бровь, услышав, как кастрюли и сковородки с явным намерением с грохотом опускаются на столешницу, и, подкрадываясь ближе, Драко ясно почувствовал, как магия Гарри неконтролируемо вырывается наружу. Очевидно, что-то разозлило его друга. — Гарри? — тихо спросил он, медленно входя. Всегда лучше было быть осторожным, когда магия Гарри вырывалась наружу, из-за его вспыльчивого характера. Драко увидел Гарри, стоящего спиной к плите. Плечи Гарри были опущены, голова склонена. Но как только он услышал голос Драко, брюнет оживился. Гарри резко обернулся, и улыбка на его лице казалась искренней. Драко подумал бы, что перепутал гнев и уныние, если бы мгновение назад не почувствовал, как магия Гарри вырвалась наружу. Так что он не обманулся и понял, что что-то не так. — Привет! Не знал, что ты где-то поблизости! Драко усмехнулся. — Ну, мы же не можем все так бездельничать, как ты, Потти. Гарри лишь кивнул и вернулся к своим делам. А дела у него шли не очень, так как Драко заметил, что на плите нет кастрюль. — Сегодня отправил первую партию заказов. Те коробки, которые ты заказал, были очень красивые. Мне понравился их дизайн. — Когда у нас будет время, мы сможем вместе разработать дизайн, хорошо? — Звучит отлично. После того, как Гарри некоторое время стоял неподвижно, ничего не говоря и не делая, Драко потерял терпение. — Поттер, какого чёрта ты делаешь? И не говори мне, что ты что-то делаешь. У меня есть глаза, а у тебя явно нет. Гарри слегка повернулся и искоса взглянул на Драко. — Ты… твой отец говорил что-нибудь о… он был занят в последнее время? Пожирателями Смерти, понимаешь? Брови Драко нахмурились от задумчивости. — Не больше, чем обычно. Почему ты спрашиваешь? — Том держится от меня на расстоянии. Я его почти не видел уже два дня, и он не объяснил почему. Я знаю, что он в поместье. Он избегает меня, Драко. Придумывает отговорки, когда я его нахожу, и быстро убегает. — Я знаю, о чём ты думаешь, Гарри. Не делай поспешных выводов. — Я стараюсь этого не делать. — У него, вероятно, есть веские причины… — пробормотал Драко, хотя и гадал, какие именно. И, к его удивлению, внутри него поднялась какая-то сдержанная паника. Ему не нравилось, что Гарри боялся недавних действий Тёмного Лорда. Не нравилась мысль о том, что Гарри может потерять хоть какое-то счастье, которое он здесь обрёл. Но, мысленно рассудил Драко, он видел недавние статьи и фотографии в «Пророке». Тёмный Лорд не позволил бы сделать такие снимки, если бы не был на сто процентов серьёзен по отношению к Гарри. — Честно говоря, я думаю, тебе не о чем беспокоиться. Он — Тёмный Лорд, Гарри. В конце концов, ему нужно выиграть войну. Не может же всё время думать только о тебе, — тихо сказал он, не пытаясь быть жестоким. Гарри отвёл взгляд, на его лице задумчивое выражение. — Полагаю, да… — затем он посмотрел на Драко. — Ну и что? Как дела у тебя и близнецов? Драко усмехнулся. — Они приглашают меня на ужин. Лицо Гарри мгновенно просветлело. — Ты согласился пойти на свидание? Круто! — И танцы. В клубе чистокровных волшебников, который тебе нравился. «Меракус». Ты пойдёшь с нами. — Зачем тебе нужно, чтобы я пришёл? — Потому что… я им пока сказал, что никаких интимных отношений, но если я буду с ними один, боюсь, у меня не хватит силы воли сказать «нет», — выпалил он, ужасно покраснев. Гарри рассмеялся, и его настроение мгновенно улучшилось. — Когда же это будет? — Ещё не решил. Фред и Джордж будут немного заняты в ближайшие несколько вечеров. Незаконные дела моего отца и всё такое. — Дай знать, когда. А теперь берись за дело и помоги мне с остальными заказами. Не думай, что, втянув меня в это, ты можешь отступить и просто загребать галлеоны, не пошевелив и пальцем! — Ладно, хватит уже... этот чёртов надоедливый ворчун!***
Два дня спустя Гарри медленно проснулся и, моргнув, прогнал сон, сразу поняв, что он не один. Обычно это не было чем-то странным, но в последнее время Гарри почти не видел своего жениха, и его неуверенность в себе снова начала нарастать, как это заметил и Драко. Именно поэтому улыбка расцвела на его лице, когда он понял, что Том рядом. А потом он осознал, что обездвижен, его запястья прикованы цепями к изголовью кровати. Улыбка исчезла. — Том… это не наша комната для извращений, — сказал он первое, что пришло ему в голову. Стоявший рядом Том рассмеялся. Это только разозлило Гарри. — Какого чёрта ты смеёшься? Ты меня избегаешь, — выплюнул Гарри и попытался пнуть Тома, когда тот поднимался. — Ты приходишь в постель только после того, как я засну. Ты уходишь, когда я просыпаюсь. Наши совместные завтраки, похоже, остались в прошлом, — закончил Гарри дрожащим голосом. — Я готовился, — пробормотал Том. Гарри раздражало, что тот не смотрел на него. — К чему готовился? — спросил Гарри, его голос понизился до шёпота от нарастающего беспокойства. Том молчал, но наконец посмотрел на Гарри. — Зачем ты меня связал? Собираешься теперь меня пытать? Устал играть со мной? Сейчас самое время? На лице Тома отразился шок, затем ярость, и через несколько секунд на Гарри восседал разъярённый Тёмный Лорд. — Ты думаешь, это игра, Гарри? — прошипел Том. — Ты правда думаешь, что это игра?! Думаешь, я отдам тебе всю свою чёртову душу ради игры? — Ты меня избегаешь! — в шоке воскликнул Гарри. Том никогда не ругался матом вне их интимных отношений. Том глубоко вздохнул, изучая лицо Гарри. Он не осознавал, сколько боли причиняет своему возлюбленному, держась на расстоянии, пока не сможет сделать то, что должен. Хотя ему следовало бы быть осмотрительнее. Особенно с Гарри, ведь его возлюбленный имел полное право сомневаться в мотивах Тома. Гарри был бы идиотом, если бы не сделал этого, и как бы часто Том ни называл Гарри глупцом, он никогда не имел это в виду. Он провёл руками по волосам Гарри, нежно придерживая голову возлюбленного. — Я не хотел внушать тебе такой страх по поводу наших отношений, — пробормотал он, чувствуя боль в этих испуганных зелёных глазах. — Между нами ничего не изменилось. — Обещаешь? — Да, клянусь, — Том наклонился так низко, что его губы едва коснулись губ Гарри. Он улыбнулся, когда Гарри тут же ответил взаимностью, вытянув шею, чтобы почувствовать более тесный контакт. Когда он отстранился, Гарри снова выглядел озадаченным. — Тогда что происходит? Почему я связан? — Я кое-что сделал. Я сделал то, что тебе не понравится. — Ты делаешь много вещей, которые мне не нравятся, — напомнил Гарри с кривой ухмылкой. Том снова положил ладони на виски Гарри и наклонился так, чтобы прижать их лбы друг к другу. — Мне нужно тебе кое-что показать. Мне нужно тебе это показать, и тебе это не понравится. Но я должен это сделать. Мне нужно твоё доверие, Гарри. — Ты говоришь какую-то чушь, Том. Скажи мне, почему я связан. — Я не дам тебе шанса сбежать от меня, как ты, я знаю, захочешь. Мы поговорим об этом позже, — Том прижался губами к губам Гарри, украдкой поцеловав его ещё раз, прежде чем проникнуть в сознание своего возлюбленного, зная, что может пройти некоторое время, прежде чем Гарри позволит ему прикоснуться. — Расслабься. Это не будет больно. — Как я могу расслабиться, когда ты снова начал меня беспокоить? — спросил Гарри, широко раскрыв глаза. — Ты что, убил одного из моих друзей в одной из своих истерик, вызванных яростью?! — закричал он, его голос стал истеричным. — Гарри, ты единственное существо в этом мире, которого я когда-либо любил. Я не буду любить никого другого до конца своих дней. Подумай об этом после того, как увидишь то, что я хочу тебе показать. Пожалуйста. Гарри кивнул, будучи уверенным, что в данный момент не в состоянии говорить, и попытался расслабиться. Том сказал ему, что собирается вложить воспоминание, видение в его разум. И Гарри был в ужасе от того, что вот-вот увидит. Очевидно, что-то нервировало Тома. А затем его мысли затуманились, когда Том внедрил видение. Гарри увидел себя лежащим на полу в кабинете Тома, казалось, он был без сознания. Вскоре появился Том, покачав головой и глядя на его бессознательное тело. — Если ты не переносишь алкоголь, то зачем пить? — пробормотал Том, наклоняясь, чтобы поднять Гарри. Том, прижимая к себе явно пьяное тело, осторожно повёл Гарри в его комнату. Примерно на полпути он увидел, что тот пришёл в себя. Гарри тихо фыркнул, услышав, как его «я» в видении начало напевать «мир тесен». Раздражение мгновенно окрасило всё лицо Тёмного Лорда. — Поттер. Я подвергну тебя невыразимым пыткам за то раздражение, которое ты мне сегодня причинил, — и Гарри от души рассмеялся, когда Том отпустил его «я» в видении — скорее, толкнул — и его «я» в видении, спотыкаясь, упёрлось в ближайшую стену. Выражение разъярённого лица Тома было восхитительным. И даже думая об этом, Гарри задавался вопросом, когда это произошло. Он не мог вспомнить… Гарри стоял, широко раскрыв глаза, и наблюдал, как Гарри в своём видении буквально бросился на Тома, положив начало всему, что произошло в следующие несколько минут. Пьяный он или нет, Гарри не мог поверить, что он это сделал. Хотя наблюдать со стороны, как Том прикасается к нему, было довольно возбуждающе. Их поцелуи тоже были чертовски страстными! Это видение определённо заставило его подавленную утреннюю эрекцию снова расцвести. — Утром я обо всём этом пожалею… Но я не хочу об этом жалеть. Том снова поцеловал его и сказал: — Нет, ты не пожалеешь. Гарри наблюдал, как его возлюбленный направляет на него палочку, смотрел, как Том подносит её к его лицу, и ещё до того, как произнёс заклинание, понял, что тот собирается сделать. — Обливиэйт. Глаза Гарри резко распахнулись, встретившись с глазами Тома. Их головы всё ещё были прижаты друг к другу. — Зачем ты это сделал? — прошептал он. — Я не мог допустить, чтобы ты отдалился от меня — ты бы отдалился, Гарри. Ты же знаешь, что это правда, — сказал он, прежде чем Гарри успел возразить. — Я же говорил тебе… я говорил тебе раньше, как долго я ждал, чтобы ты был рядом со мной. Я не был готов ждать, пока ты оправишься от этого сожаления. — Возможно, тебе не стоило этим пользоваться, — прошипел Гарри, резко дергая запястья. Цепи не давали ему передышки. — Но ты такой соблазнительный, — промурлыкал Том, проводя пальцем по щеке возлюбленного. — Такой красивый, даже в пьяном виде. Я никогда не смогу тебе отказать. Как же ты ожидал, что я откажу? Гарри подумал, что это очень лестное замечание. — Ты солгал… ты сказал, что никогда не будешь мне лгать. — Я никогда тебе не лгал. — Но я же тебя спрашивал! В тот раз, когда приходил Драко! Я спрашивал, видел ли ты меня накануне вечером. — Я никогда не лгал, — сказал Том, не в силах сдержать усмешку. — Я просто кое-что умалчивал. — Чёртов cлизеринец! Сколько раз ты уже так со мной поступал? — Прикасался к тебе? — спросил Том дрожащим голосом. С ним что-то было не так, потому что реакция Гарри на всё это казалась ему забавной. Возможно, дело было в том, что член его молодого жениха прижимался к внутренней стороне его бедра. Очевидно, Гарри получал удовольствие от этой картины. И, возможно, его забавляло то, что он видел в глазах Гарри, что не потеряет своего молодого любовника из-за этого. Из-за его нетерпения. Тому так нравилась эта ситуация, что он позволил своей руке скользнуть вниз и лечь на голое бедро Гарри. — Нет! — крикнул Гарри в ответ на наглый вопрос Тома и выгнул бёдра, чтобы оттолкнуть блуждающую руку, которая была очень близко к краю его трусов. — Сколько раз ты уже стёр из памяти? — Ты поверишь моему ответу? Гарри фыркнул и отвернулся. — Ты же знаешь, я бы поверил, — пробормотал он, и Том видел, как Гарри ненавидит то, что поверит ему во что бы то ни стало. Вот почему он никогда не солжёт Гарри. — Это был единственный случай. Больше я так делать не буду. Гарри медленно кивнул, хотя и продолжал отводить взгляд от Тома. На его лице всё ещё читалось свирепое выражение, брови были нахмурены. Гарри ещё долго будет злиться на него и дуться, если он ничего не предпримет. Рука Тома возобновила свои ленивые движения на бедре Гарри, а свободная рука схватила его за подбородок, чтобы заставить Гарри посмотреть на него. — Позволь мне загладить свою вину. — Как? И если ты думаешь, что секс это исправит, я тебя убью. — Я хочу пригласить тебя на ужин. Надутые губы Гарри медленно исчезли, сменившись восторгом. — Правда, свидание? На публике, где все смогут нас увидеть и сфотографировать эту богатенькую конфетку под моей рукой? — Том кивнул, прежде чем до него дошли остальные слова Гарри. И тут он сам свирепо нахмурился. — Да, тогда я согласен, — продолжил Гарри, теперь уже с ухмылкой. — Как же ты собираешься загладить свою вину? Ты должен предложить мне что-то ещё. — Чего ещё ты хочешь? — медленно спросил Том, уже узнав в глазах Гарри тот коварный блеск, который подсказывал, что, вероятно, ему не понравится то, чего Гарри собирается потребовать. И он не ошибся. — Я хочу Банниморта. Целый день — нет, целых два дня. За исключением нашего свидания. Тогда ты можешь быть человеком... вообще-то, я хочу Банниморта всякий раз, когда я его попрошу. Том сел на колени Гарри. — Нет. — Тогда я не прощу тебя за то, что ты был эгоистичным избалованным ублюдком! — крикнул Гарри. — А теперь развяжи меня! Я возвращаюсь в свою квартиру! Том смотрел на своего возлюбленного и гадал, понимает ли Гарри, как потрясающе он выглядит, когда раскраснелся от гнева, когда его уникальные зёленые глаза сверкали ярким блеском. Том наклонился вперёд, положил обе руки на бедра Гарри и ухмыльнулся. — Ты никуда не денешься. — Смотри! Руки Тома медленно двинулись вверх, кончики пальцев исчезли под краем трусов. — Хорошо. Покажи. Гарри зашипел и снова дернул за цепи. Он начал ёрзать бёдрами, пытаясь удержать пальцы Тома от достижения цели, но это только ещё больше возбуждало его, несмотря на раздражение и недовольство любовником. — Просто дай мне то, что я хочу, и я больше не буду злиться! — А может, я возьму то, что хочу, сейчас? — промурлыкал Том, одной рукой дотягиваясь до эрекции Гарри и крепко сжимая её. — А потом я оставлю тебя здесь, пока ты не перестанешь на меня злиться. — Что?.. Это не… Ты бы не посмел! — когда Том поднял тёмную бровь, Гарри затаил дыхание. Он бы посмел. — Не можем ли мы пойти на компромисс? — Возможно, — пробормотал Том, отступая ещё дальше, пока его горячее дыхание не коснулось прикрытого тканью члена Гарри. — Но не сейчас. Вид тебя, злого и закованного в цепи, оставляет меня в одном состоянии. Я не хочу сейчас много говорить. К тому моменту, как всё закончилось, и Гарри, и Том были сыты и чувствовали себя чертовски хорошо. По большей части. Гарри освободили от цепей, и Том теперь наблюдал, как его самодовольно ухмыляющийся любовник хромает в ванную. В конце концов Том согласился на эту затею с Баннимортом, хотя бы для того, чтобы Гарри не вернулся в квартиру. Что бы ни случилось, если бы Том не уступил, Гарри всё равно бы ушёл, просто чтобы что-то доказать. Кроме того, Том знал, что ему никогда не следовало это замалчивать. Ему следовало разобраться с последствиями того, что произошло той ночью. — О, Банниморт! Том тихо зарычал себе под нос, а затем поёрзал. Через несколько секунд он спрыгнул с кровати и поскакал в ванную.***
Билл подавил усталый стон и попытался сделать вид, что ему хоть немного интересны нелепые разговоры, которые сейчас велись за столом. Кроме него, Ремус был единственным, кто хранил молчание по поводу текущей дискуссии о задержании всех без исключения лиц, хоть как-то подозреваемых в связях с Пожирателями Смерти. Ремус сидел, сгорбившись в кресле, не отрывая глаз от сложенных на столе рук. Несмотря на свою молодость, Ремус выглядел усталым как никогда. Усталым и постоянно взволнованным. — Начнём с тех, кто, как мы точно знаем, являются Пожирателями Смерти, и будем двигаться дальше. Например, Люциус Малфой. Ему слишком долго позволяли разгуливать по Министерству. — Нельзя арестовывать людей без доказательств! — крикнул кто-то сквозь громкий шум. — Тогда предоставьте доказательства! Нам нужна информация! Кажется, Пожиратели Смерти исчезли. За исключением отдельных убийств, групповых нападений не было. Никаких нападений на магглов или магглорождённых. Странно. — Разве это не хорошо? — наконец тихо произнёс Ремус, но его услышал только Билл. Муди встал и ударил кулаком по столу. — Они могут замышлять что угодно! Хватайте всех, кто, как вы знаете, с ними связан. Малфои, Грейнджеры, Хендерсоны, Турпины, Патилы, Дэвисы… — Муди замолчал, когда Билл медленно поднялся с выражением чистой ярости на лице. — Разве тебе недостаточно было убить мальчика Дэвиса? — пробормотал он, и теперь, когда все замолчали, увидев его лицо, его было легко расслышать. — Патилы? У тебя нет никаких реальных доказательств того, что кто-то из них — Пожиратели Смерти или связан с ними. Никаких. А Грейнджеры? Магглы?! Ты что, с ума сошёл, Муди? Вы все, чёрт возьми, сошли с ума?! — закричал он, невероятно встревоженный тем, что большинство кивали в знак согласия со старым безумным аврором. Даже Шеклболт и Тонкс. — Придержи язык, мальчик, а то твои младшие братья окажутся следующими в списке, — тихо пригрозил Муди. — Их довольно часто видели с юным Малфоем, не так ли? Билл с облегчением вздохнул, что теперь не он один выглядит разъярённым. Наконец, его родители, похоже, перестали соглашаться с Муди и в шоке уставились на старого отставного аврора. — Н-ну, Аластор, — начал Артур, — это просто общение. — Мои дети не имеют никакого отношения к Тёмной стороне! — взвизгнула Молли. — Оставьте их в покое! — Я лишь хочу сказать, — продолжил Муди, — что ваш старший сын должен молчать, если ему нечего полезного сказать. Молли бросила на старшего сына умоляющий взгляд, безмолвно приказывая ему вернуться на своё место. Билл послушался, не позволяя ни капли ярости отразиться на его лице. Это никому не поможет. Он знал, что Муди не просто блефует. Если он создаст проблемы, Муди создаст проблемы для их семьи, для Фреда и Джорджа. Это было ясно как день по его лицу. Муди знал, что планы, о которых они говорили, были незаконными, и если это станет достоянием общественности, у Муди, Шеклболта и Ордена будут большие неприятности. И Билл знал, что если в отношении близнецов начнут расследование, это будет очень плохо. Билл не был глупцом. Он знал, что его братья в чём-то замешаны. У них было больше денег, чем приносила прибыль от их бизнеса. Он был единственным, кто это заметил, потому что он был единственным, кто интересовался их жизнью до такой степени, что замечал едва заметные изменения. Он поддерживал связь с близнецами гораздо чаще, чем с остальной семьёй. Билл молчал до конца встречи и старался не выглядеть так, будто собирается сбежать сразу после его окончания. Как и многие, он был глубоко предан миссии Ордена Феникса. Он оставил свою работу по снятию проклятий в Египте, чтобы вернуться в Лондон ради Ордена. И, представьте себе, устроился на офисную работу. И вот что он получил. Кучка безумных мужчин и женщин? Люди, которые легко угрожали его семье? Люди, которые настраивали членов их семьи друг против друга? Это было душераздирающе. — Билл? Рыжеволосый парень, выходя из дома Кингсли, обернулся и увидел, как к нему быстро приближается Ремус. — Что? Оборотень оглянулся через плечо, затем схватил Билла за локоть и повёл его по дороге, пока они не скрылись в тени. — Ты часто разговариваешь со своими братьями. С близнецами? — Билл медленно кивнул. — Не могли бы они передать Гарри сообщение от моего имени? Мерлин, пожалуйста, пусть это не окажется очередной уловкой. — Я не буду инструментом, чтобы заманить Гарри в Орден, Ремус. Если это именно то, можешь забыть об этом. Я проверю письмо, — пообещал он. — Я проведу тесты на заклинания и портключи… Ремус улыбнулся. — Можешь. Я просто хочу с ним поговорить. — Что-то насчёт войны? — Возможно, но ничего о его возвращении в Орден. Я просто хочу… снова увидеть его, — объяснил Ремус, потянувшись к письму в глубине мантии, написанному им несколько дней назад. Билл взял его и спрятал в задний карман. Он выполнит своё обещание, а когда вернётся домой, поищет в письме что-нибудь подозрительное. — Ремус, — медленно начал он, не зная, стоит ли ему говорить то, что он думает. — Мы не должны позволять им терроризировать невинных людей, — пробормотал Ремус, а затем склонил голову, глядя на Билла. — Ты же понимаешь, что Гарри сказал правду. Орден был виновен в нападении на Слизеринцев. Лицо Билла исказилось. — Я не хотел в это верить, — прошептал он. — Я не… — Будь начеку, Билл. Тех, кого мы знаем и кто ни к чему не причастен, нужно предупредить. Рыжеволосый кивнул и наблюдал, как Ремус немного отступил, прежде чем успел трансгрессировать. Билл закрыл глаза, вздохнул и сам трансгрессировал.***
Когда Гарри одевался на свидание с Томом, он буквально пульсировал от волнения. Их первое свидание… вроде как. Немного запоздалое, но всё же! Том сказал, что забронировал столик в ресторане в фешенебельной части Косого переулка. Гарри подумал, тот ли это ресторан, куда Драко водил его и Гермиону. Наверное. Том ни за что не стал бы одеваться менее формально и роскошно. — Хозяин. Гости пришли вас повидать. Гарри повернулся к дрожащему эльфу позади себя и улыбнулся. — Кто? — Фред и Джордж Уизли, хозяин. — Скажи им, чтобы они поднялись, пожалуйста. — Немедленно, хозяин. Через несколько минут близнецы набросились на него, восхищаясь его элегантным внешним видом и расспрашивая о сегодняшнем свидании. — У нас для тебя письмо от Ремуса, — сказал Фред спустя некоторое время, протягивая письмо. — Оно безопасно. Билл проверил его. Гарри безучастно уставился на протянутую руку, на неприметный сложенный лист пергамента. — Ремус? — спросил он. — Он хочет тебя видеть, Гарри. Он скучает по тебе. Гарри закрыл глаза и покачал головой. Руки опустились ему на плечи и сжали их. Открыв глаза, он увидел две голубые пары глаз, смотрящие на него с пониманием. — Отложи письмо до окончания твоего свидания. Но ты должен его прочитать, Гарри. Гарри наконец кивнул, взял письмо и сунул его во внутренний карман своей парадной синей мантии. Он откашлялся и попытался улыбнуться. — Как я выгляжу? — Очень красиво, — ответил Джордж, твёрдо кивнув. — Твои новые очки просто божественны, Гарри. Они делают твои глаза такими большими и яркими. Гарри улыбнулся и снова повернулся к зеркалу. — Так куда он тебя ведёт? — спросил Фред, обнимая младшего волшебника вместе с Джорджем. — Не уверен. Куда-нибудь в хорошее место. — Наверное, в элитное, — пробормотал Джордж. Гарри кивнул. — Неужели вам обязательно облеплять его при каждом удобном случае? — раздался низкий, бархатистый голос из дверного проёма. Близнецы поспешно отступили назад, а Гарри обернулся и ухмыльнулся, заметив собственнический блеск в глазах Тома. — Они не могут так поступить с Дрейком, поскольку Нарцисса стала следовать за ним повсюду. Фред откашлялся. — Мы… мы любим баловать. — Полагаю, мы это переняли от мамы. — А Гарри просто восхитительно ласковый, и нам очень не хватает нашего любимого Драко. Гарри рассмеялся. — Они всегда были очень тактильными. Том усмехнулся: — Я в трёх шагах от того, чтобы проклясть вас двоих. После такой угрозы Фред и Джордж быстро покинули это место, подмигнув Гарри, когда пробегали мимо Тома и выбегали за дверь. — Это не очень хорошо, — сказал Гарри, позволяя Тому вывести его из комнаты. — Они действительно скучают по Драко. — Им бы стоило набраться смелости и дать отпор Нарциссе. Гарри остановился, уставившись на своего возлюбленного. И от грубых слов, и от самого заявления. От грубых слов кровь Гарри приятно закипела. Но само заявление заставило его дрожать от ужаса за жизнь друзей. — Это безумие! Ты же видел её тогда, когда у неё появляется этот маниакальный блеск в глазах! Даже Люциус не стал поднимать эту тему, — Том издал какой-то неопределённый звук и подтолкнул Гарри вперёд, чтобы тот снова двинулся. Гарри посмотрел на него. — Почему бы тебе самому не заговорить с ней об этом? При одной только мысли об этом Том буквально побледнел. Ему казалось, что Нарцисса, рискуя жизнью из-за его вспыльчивости, всё равно будет разглагольствовать о Драко, своём невинном ребёнке. Ему совсем не хотелось заводить с Нарциссой Малфой такие отношения. — Это не моё дело. Зачем мне тратить силы на то, что меня совершенно не волнует? Он не мой сын. Гарри фыркнул. — Верно. Вот почему ты этого не сделаешь. — Молчи, Гарри. Том трансгрессировал их в район Косой аллеи, где находился ресторан Драко, но через несколько минут ходьбы они прошли мимо этого ресторана. — Куда мы идём? — В «Сервайл». — Мерлин, пожалуйста, пусть это не будет так уныло, как звучит. Мне не нужны рабы, которые будут мне служить. — Насколько я знаю, рабство вне закона. Перестань волноваться. Тебе понравится. Гарри закатил глаза. Это прозвучало как приказ. Настоящий диктатор. — Я не волнуюсь, — пробормотал он. Том тихонько усмехнулся и провёл рукой по волосам Гарри, когда они вошли в ресторан. Гарри огляделся, к Тому тут же подошла официантка, несмотря на то, что они стояли в конце очереди. Это было место, отделанное белым мрамором. Повсюду, включая высокие колонны, расставленные вокруг главного обеденного зала. Если бы не обилие подушек, мягкое освещение, тёплое блестящее дерево и тихая музыка на заднем плане, ресторан показался бы холодным и поверхностным. Гарри нравилось это сочетание мягкости и холода, и особенно ему понравился столик, к которому их с Томом сразу же проводили. Он почти не обратил внимания на то, что большинство приглушённых разговоров прекратились, как только они вошли, и что на них с Томом смотрели с любопытством. Вскоре их усадили в нише. Гарри был доволен таким расположением. Они не были полностью изолированы, остальная часть ресторана была видна им, и наоборот, но здесь они могли говорить, не будучи услышанными, а ниша создавала ощущение, будто они одни, когда он оторвал взгляд от входа, чтобы посмотреть на Тома. Они ещё не успели устроиться, как к ним тут же подошёл официант. Том заказал им бутылку вина, ещё одну держа наготове. Гарри покраснел, когда Том одарил его похотливой ухмылкой, заказав вторую бутылку. — Ты пытаешься меня напоить. — Да, Гарри. Так и есть. После того как принесли вино, Гарри попросил Тома сделать заказ за него. Затем на некоторое время воцарилась комфортная тишина, и внимание Гарри сразу же переключилось на письмо, которое он получил ранее. — Ремус написал мне, — пробормотал он, потирая нагрудный карман. Если Том и был удивлён, то не показал этого. Хотя выглядел он заинтересованным. — И что же он хотел сказать? К тому времени официант вернулся с их заказом, и Гарри подождал, пока тот уйдёт, прежде чем ответить: — Ещё не читал. Близнецы решили, что мне следует подождать… Том протянул руку ладонью вверх. Гарри вздохнул и достал письмо. — Близнецы сказали, что Билл уже проверил письмо. — Дай мне его. Гарри передал письмо, наблюдая за лицом Тома, пока Тёмный Лорд быстро его читал. Выражение лица Тома оставалось неизменным, и Гарри не догадывался, что в нём написано. Он решил, что Том проверяет, не писал ли ему Ремус о войне. Наконец, закончив, Том вернул письмо. Гарри положил его обратно в карман, а затем схватил бокал с вином и выпил половину содержимого. — Гарри… чего ты хочешь от будущего? Гарри чуть не подавился вином. Вопрос, казалось, возник совершенно неожиданно. Он определённо не ожидал такого вопроса от Тома, тем более что они никогда по-настоящему не обсуждали будущее. Том выглядел довольным тем, что ему удалось шокировать Гарри. Поэтому Гарри ответил правдиво и намеренно выбрал ответ, который, как он знал, вызовет у Тома дискомфорт. — Конечно, я хочу детей, — удивлённое выражение лица Тома было бесценно. Гарри скрыл смех, сделав глоток, когда Тёмный Лорд потянул себя за воротник, словно тот был слишком тугим. — А ты разве не хочешь детей, Том? — сладко спросил он. — Наследник был бы неплох, — пробормотал Том, избегая насмешливого взгляда Гарри и сосредоточившись на своём ужине из запечённого лосося. — Нет, не наследник, Том. Ребёнок. Чтобы любить и лелеять. Не маленькое существо, которое ты сможешь слепить по своему образу и подобию. Не маленький ты сам, которого отдадут на попечение нянь и репетиторов. — Я… не подходящий кандидат в родители, Гарри. Гарри криво усмехнулся. — Посмотрим. Взгляд Тома встретился со взглядом его жениха, и он вдруг почувствовал настороженность. В глазах Гарри мелькнул решительный блеск, хитрость, коварство и уверенность. Тому показалось, что он падает. Его маленький любовник определённо станет силой, с которой придётся считаться. И хотя теперь он нервничал из-за того, что планировал Гарри, его также восхищала коварность, которой обладал его возлюбленный и которую он так хорошо скрывал от большинства людей. Он не мог сдержать широкую улыбку, появившуюся на его лице. Эта улыбка стала ещё шире, когда Гарри практически растаял на своём месте, его щёки вспыхнули красным. — Как идут дела с вашим бизнесом? С вашим совместным проектом по выпечке с Драко? Гарри выпрямился на стуле и ухмыльнулся. — Замечательно! Мне пришлось самому начать отправлять заказы, так как Драко выздоравливал, но я не возражал, и он приехал помочь в начале недели, когда ему стало лучше. Один из магазинов, которые Дрейк посещал в Косом переулке, делает коробки на заказ — Фред и Джордж рассказали ему об этом. С каждым днём заказов становится всё больше, и я неплохо зарабатываю. — Как вы это назовёте? — Драко подумал о «Спасителе Помадке», — Том фыркнул и покачал головой. — Да, я подумал точно так же. Я не Спаситель, и я не хотел, чтобы это была просто помадка, так как мы, вероятно, начнём продавать и другое. — Так как же вы это назовёте? — Мы остановились на «Декадентские сладости М.Р.». Тому понравилось это название. И он считал Гарри своим собственным изысканным творением. — А ты умеешь делать ещё и конфеты? Гарри кивнул. — Сейчас я экспериментирую, собираю рецепты и создаю свои собственные. Это весело. — Что означает аббревиатура М.Р? Гарри на мгновение повозился с вилкой. — Это... спроси меня как-нибудь в другой раз, пожалуйста, Том? — Хорошо. Когда они закончили ужинать и заказали десерт, Том неожиданно заявил: — Через несколько дней я отправляюсь в очередную поездку. Приятное тепло от вина и присутствие Тома, казалось, исчезли в мгновение ока. — На какое время? — Неделя. Возможно, дольше, если что-то пойдёт не по плану. Гарри стиснул зубы и кивнул. Он ничего не мог на это ответить, так как знал, что Том всё равно уйдёт, что бы он ни сказал. — Всё почти кончено, Гарри. — Если у тебя проблемы, пожалуйста, скажи мне. Пришли сову или что-нибудь в этом роде. — Я не хочу, чтобы ты выбирал чью-либо сторону. Гарри вздохнул. — Уже немного поздно, не так ли? Ты на моей стороне. Лицо Тома смягчилось. — До этого не дойдёт, Гарри. Ты не попадёшь в такое положение. Гарри улыбнулся в ответ и, с аппетитом уплетая шоколадный бархатный пирог, искренне надеялся, что Том сдержит обещание. Через мгновение он сморщил нос, глядя на свой десерт. — Что-то не так? — спросил Том, забавляясь выражением лица Гарри. Его веселье усилилось после следующего заявления Гарри. — Это ужасно! Боже мой! Что они для этого использовали? Песок шоколадного цвета? Какая же это чёртова трата! — Мне кажется, этого достаточно. — Тогда у тебя нет вкуса. Я мог бы это улучшить.***
Гарри сел в темноте, простыня сползла к его поясу, когда он пытался сфокусировать взгляд. Он не был уверен, что его разбудило, но подозревал, что это подсознание подсказывало ему не ждать утра, чтобы прочитать письмо, как он думал раньше. Он поискал кучу одежды у двери, где Том раздел их несколько часов назад, как только они, уже сильно возбудившись и тяжело дыша, вошли в спальню. Одежды там не было, и он нахмурился. Должно быть, домовые эльфы забрали её. Что, в принципе, неплохо, но теперь он не знал, где его письмо. Ленивая улыбка расплылась по его лицу, когда он повернулся, чтобы посмотреть на своего соседа по кровати. Том спал безмятежно. Даже во сне Тёмный Лорд выглядел так, будто что-то замышляет, его брови слегка нахмурены от сосредоточения. Гарри лениво погладил руку, обнимавшую его за талию, затем осторожно убрал её и встал с кровати. Надев очки, Гарри обошёл комнату в поисках письма. Он снова оказался у кровати и нашёл письмо на прикроватной тумбочке рядом со своей стороной кровати. Гарри схватил письмо и, пройдя в гостиную, плюхнулся на мягкий чёрный кожаный диван. Он поджал ноги и уставился на письмо в своих руках. Он знал, что письмо короткое. Тому не потребовалось много времени, чтобы прочитать его. Собравшись с духом, Гарри наконец открыл его и прочитал. Гарри, Прости, что не написал тебе раньше. Что не нашёл способа связаться. Признаюсь, мне стыдно. Я не обижаюсь на тебя за твою позицию во время войны. И я не буду пытаться изменить твоё мнение. Я бы очень хотел снова увидеться с тобой, Гарри. Поговорить с тобой. О тебе, а не о войне. Было тяжело… Пожалуйста, подумай об этом. Жду твоего ответа. Ремус — Дела идут тяжело, — пробормотал Гарри, зная, что Ремус хотел написать что-то ещё, но передумал. То, что Ремус это написал, означало, что оборотень, вероятно, был подавлен проблемами, с которыми столкнулся. Они всегда могли поговорить друг с другом, не затрагивая тему войны, даже когда Гарри был ещё образцовым членом Ордена. Ремус всегда старался говорить о других вещах, когда казался подавленным из-за тревоги по поводу войны. Возможно, они могли бы продолжить в том же духе. И если Ремусу нужна помощь… и, вероятно, общение, Гарри хотел бы ему её оказать. Гарри вскочил и побежал по коридору в свою комнату, а затем в кабинет. Он быстро написал ответ, нашёл Дамаса и выпроводил его. Дамас, как обычно, был недоволен тем, что его выгнали из поместья так поздно ночью, но Гарри было всё равно. Он давно привык к этой демонической птице и сердито смотрел на орла, когда Дамас шипел на него. «Просто прими это». Вернувшись в спальню, Гарри забрался под тёплое одеяло и прижался к Тому. — Какое решение ты принял? Гарри не особо удивился, что Том проснулся. — Встретимся завтра. Том вздохнул. — Почему ты так торопишься? — Потому что я могу. Гарри ахнул, когда Том внезапно перевернулся и лёг на него сверху. — Ты возьмёшь с собой кого-нибудь. — Конечно. Я выберу Банниморта. Том зарычал и уткнулся лицом в подушку Гарри. Этот сорванец хихикнул и прижался щекой к его щеке. — Никогда не стоило на это соглашаться. — Но ты это сделал, поэтому тебе придётся. — Не завтра. Завтра много дел… Я всё тебе компенсирую. — Ты меня балуешь, — пробормотал Гарри, закрывая глаза от ощущения больших рук Тома, скользящих по его бедрам, а затем ниже, чтобы поднять и обхватить ногами Гарри его талию. — Чтобы компенсировать мою властную натуру, — согласился Том, лениво двигая губами по шее Гарри. Бёдра Тома начали мягко покачиваться, создавая приятное трение и возбуждая член Гарри. — Возьми с собой кого-нибудь. — Хорошо, — простонал он, повернув голову набок, чтобы дать своему, по-видимому, ненасытному партнёру лучший доступ.***
На следующий день поздно вечером Гарри и Гермиона встретили Ремуса прямо у «Дырявого котла» на лондонской стороне. Гарри слегка улыбнулся Ремусу и повёл его и Гермиону по улице, пока они не смогли свернуть в пустынный переулок. Гарри взял Ремуса за руку и трансгрессировал их в маггловскую квартиру, за которую он продолжал платить арендную плату, а Гермиона последовала за ними. — Я сейчас заварю чай, — пробормотала Гермиона и поспешила на кухню, а Гарри и Ремус сели в гостиной. Гарри внимательно изучал Ремуса, замечая изменения во внешности старшего волшебника, и сразу понял, что с ним что-то не так. — Странно находиться здесь с тобой, — наконец сказал Гарри. — Я никогда не думал, что снова увижу тебя лицом к лицу, Ремус. Не после всего, что случилось. Ремус выглядел огорчённым его искренним признанием. Гарри лишь немного сожалел, но это нужно было сказать. — Хотел сообщить тебе, что я не был участником нападений на Слизерин. Я даже не знал об этом до того, как это произошло. И даже тогда я не понимал, что это был Орден. Наверное, это было отрицание. — Теперь, когда ты это знаешь? Ремус понял, о чём спрашивает Гарри, и вздохнул. — Столько жизней в опасности, Гарри, — брюнет напротив него напрягся. — Нет, я говорю не о твоём возвращении. Ты понятия не имеешь, какие планы строит Орден. Невинные люди становятся мишенью. Я не могу покинуть Орден… — Думаю, это логично. Ремус опустил взгляд на сложенные руки. — Ко мне приходил Грейбек, — тихо сказал он. Гермиона уронила чайник, который держала в руках. Ремус усмехнулся. — Да, моя реакция была примерно такой же. — Что он сделал? — Он заговорил. — Что он сказал? — Гарри, — перебила Гермиона, прежде чем Ремус успел что-либо сказать. — Ты уверен, что хочешь это знать? Гарри не знал, что сказать. С одной стороны, ему хотелось знать, ведь он понимал, что Том, должно быть, послал Грейбека. Но с другой стороны, нет, знать было неинтересно. В конце концов, Ремус почувствовал его противоречивые мысли и улыбнулся. Улыбка не была полна проблем. — Не волнуйся, Гарри. Поговорим о другом. Как дела? Вижу, ты живёшь полной жизнью, — сказал старший волшебник, вытаскивая вырезку из «Пророка» и уставившись на неё. — Ты выглядишь счастливым. Гарри наклонился вперёд, чтобы лучше рассмотреть. Он предположил, что это будет фотография его и Тома, поскольку такие снимки печатались каждый день. Одна из них даже была опубликована сегодня утром. Снимок, сделанный в ресторане. Том смеялся, а Гарри, как влюблённый дурак, пялился на своего жениха. Но фотография, которую держал Ремус, была старой, на ней он, Дрейк и близнецы выходят из Лагеря волшебников, смеясь и шутя друг с другом. — Приятно видеть, что ты живешь так, как хочешь. Приятно видеть, что ты остаёшься верен своим принципам и своим убеждениям. Ты не позволяешь никому сломить тебя из-за твоего решения. Твоя сила меня поражает, малыш. — Р-Ремус… — Гарри почувствовал, что задыхается. — Думаю, — продолжил Ремус с той же улыбкой, — Джеймс и Лили гордились бы тобой, Гарри. Каким бы ни было решение. Важно то, что ты принял это решение и остался верен ему. Гарри по-прежнему ничего не мог сказать, и он почувствовал облегчение, когда Гермиона села рядом с ним, поставила поднос с чаем на кофейный столик и отвлекла Ремуса, который затем поблагодарил Гермиону за ежемесячное волчье зелье. Она выглядела шокированной тем, что он знал, а затем немного испуганной, потому что он знал. Если он знал это, то, возможно, он знал, кто приготовил его по её просьбе. — Я знаю, что это делает Северус. Я не собираюсь спрашивать, как и почему вы до сих пор с ним поддерживаете связь. — Как ты это узнал? — Фенрир, — ответил он. Гарри услышал рычание под этим именем, и его губы дрогнули. — Будь начеку и следи за всем. Вы двое, может, и нейтральны, но, похоже, Пожиратели Смерти всё ещё следят за тобой. О боже. Теперь Гарри чувствовал себя виноватым за то, что заставил Ремуса зря волноваться. — В этот момент, я думаю, Орден представляет для нас большую опасность. — Да, это правда, — ответил Ремус, глядя на Гермиону. Ведьма заметила его взгляд и вздохнула. — Опять? Мерлин, а я уже привыкла к тому, что могу навещать своих родителей, когда захочу. — Это касается не только тебя, Гермиона. Подготовь своих родителей. — Я отправлю их в отпуск. Спасибо, Ремус. Ремус кивнул, прежде чем повернуться к Гарри. — Я давно усвоил, что не стоит принимать на веру то, что напечатано в «Ежедневном пророке», но картинки, которые они печатают в последнее время, говорят сами за себя, — Гарри рассмеялся и кивнул, понимая, о чём говорит Ремус. — Он хорошо о тебе заботится? — спросил оборотень, глядя на помолвочное кольцо Гарри. — Да. И мне бы хотелось думать, что я тоже на него как-то влияю, — пробормотал Гарри, вспоминая некоторые из самых ужасных и злонамеренных поступков Тома. — Да, это так, — тихо ответила Гермиона. Ремус вопросительно посмотрел на них. — Он, как известно, склонен к вспышкам гнева, — объяснил Гарри с усмешкой. Верхняя губа Ремуса отвисла в беззвучном рычании. — Он что, абьюзивен, Гарри? — Нет! Никогда! — Гарри быстро покачал головой. — Просто… он любит выходить из себя, но не со мной! — Он хорошо относится к Гарри, — более спокойно добавила Гермиона. Ремус откинулся назад, явно почувствовав облегчение. Но затем на его лице появилось задумчивое выражение. — Почему ни один из вас до сих пор не произнёс его имени? Более того, его имя не упоминается ни в одной из статей, которые я читал. — Ему нравится быть загадочным парнем Гарри Поттера, — ответила Гермиона со смехом. — Я передам ему, что ты это сказала. Гермиона скрестила руки. — Я больше его не боюсь. Просто иногда немного пугаюсь. Гарри усмехнулся. — В конце концов, ты всё узнаешь, — сказал он Ремусу. Было очевидно, что Ремус всё ещё любопытствует, но он не стал заострять на этом внимание, и трое провели ещё добрых два часа в непринуждённой беседе.***
Гарри и Гермиона вернулись домой после прогулки, оба очень довольные встречей с Ремусом. Прощаясь, Гарри мог сказать, что встреча пошла на пользу и Ремусу, и они пообещали вскоре снова встретиться. Как только они пришли домой, тут же появился домовой эльф и сказал Гарри, что его вызывают в кабинет Тома, и что друг Мастера тоже срочно нужен. — Интересно, к чему такая спешка? — пробормотал Гарри, направляясь к ним. Драко ждал их у входа в кабинет. Увидев их, он усмехнулся и бросился к ним, тут же запустив пальцы в волосы Гарри, пытаясь привести в порядок растрёпанные чёрные локоны. Гермиона наконец оттолкнула его руки. — Это действительно бесполезная затея, Малфой. — Ты к этому готов? — спросил Драко, буквально дрожа от волнения. — К чему готов? — спросил Гарри. Драко не ответил, вместо этого он открыл дверь и втолкнул Гарри внутрь. Помимо Тома, в кабинете находились ещё шестеро: Люциус, Северус и Нарцисса, там же были Фред и Джордж, а также высокий худой старый волшебник, которого Гарри никогда раньше не видел. На мужчине были чёрные мантии, которые каким-то непонятным образом выглядели официальными, и он неистово ёрзал. Нарцисса так широко улыбнулась Гарри, когда он вошёл, что тот на минуту ослеп. А потом все уставились на него с ожиданием, словно это он созвал это собрание. — Э-э... Гермиона огляделась и ахнула, почти сразу догадавшись. Том подошёл к Гарри, улыбаясь его недоумению. — Ты готов? — К чему готов? — рявкнул он, и Драко, стоявший позади, усмехнулся. — К нашему сближению, конечно. Глаза Гарри расширились, когда он ещё раз оглядел присутствующих в комнате. Прежде чем он успел что-либо внятно ответить, Том взял его за руку и потянул к мужчине, выглядевшему солидно. Гермиона тихонько пискнула себе под нос и бросилась к близнецам. Трое молча обнялись, взволнованные тем, что вот-вот станут свидетелями свадьбы Гарри. Драко нахмурился, прекрасно понимая, что близнецы даже не могут к нему прикоснуться, так как на свадьбе присутствует его мать, которая с самого начала бросала на него подозрительные взгляды. Следующие мгновения пронеслись для Гарри как вихрь. Он был счастлив. Даже в восторге. Его даже не волновало, что Том так внезапно это преподнёс. Он знал, что рано или поздно всё так и случится. Поэтому он позволил Тому держать его за руки и повернулся к чиновнику. Церемония бракосочетания заняла не более десяти минут. Это было неформальное единение, но в конце помолвочное кольцо Гарри исчезло во вспышке света, и золотые завитки магии окружили безымянные пальцы его и Тома. Когда свет погас, у них оказались одинаковые золотые кольца, и чиновник объявил их супругами и связанными узами брака на всю жизнь. И это было всё, что имело значение для Гарри. Улыбка Гарри грозила расколоть ему лицо, когда он подписал официальное свидетельство о браке, а затем он бросился на Тома, который тоже улыбался, как восторженные мальчики, когда родители наконец-то купили им игрушку, о которой они мечтали несколько месяцев. — Люциус, пожалуйста, проводи Турворла, — пробормотал Том одними губами. Люциус кивнул и увёл беспокойного волшебника прочь. Гарри надеялся, что тот не умрёт. — Вы двое, прекратите это сейчас же. Нам нужно праздновать, — сказала Нарцисса, подойдя с двумя бокалами шампанского и протиснувшись между Гарри и Томом. Пока Том принимал бокал, Гарри огляделся в поисках Драко. Блондин чопорно сидел на подлокотнике кресла. Он усмехнулся Гарри, тот улыбнулся в ответ, прежде чем посмотреть на остальных. Гермиона подбежала и быстро обняла его. Обнимая её в ответ, он увидел, как Драко и близнецы смотрят друг на друга. Довольно пристально. И несколько мрачно со стороны Драко. И Гарри знал, что им бы хотелось стоять вместе, если бы только у Нарциссы не было этого безумного комплекса невинного младенца. — Гермиона, я испёк вкусный пирог. Он на кухне. Можете с Нарциссой сходить и принести его? — Конечно. — Наверняка ты можешь приказать домашнему эльфу доставить его, — спросила Нарцисса, слегка приподняв нос. — Это произведение искусства! Не доверяю домашним эльфам, они его точно уронят, — солгал он. — Пожалуйста? — Очень хорошо. Пойдём, мисс Грейнджер. Должна признать, его выпечка просто исключительная. Гарри ухмыльнулся Гермионе, когда Нарцисса повернулась и направилась к двери. — Не торопись, — прошептал он. Гермиона подмигнула ему и пробормотала, лишь наполовину в шутку: — Чего только я не делаю ради этого белокурого придурка. — Ты действительно испёк пирог или это была ложь? Гарри повернулся к своему новоиспеченному мужу (внутренне – и совершенно по-мужски – взвизгнув!) и улыбнулся. — Нет, я правда его приготовил. Хотел посмотреть, получится ли у меня сделать его лучше, чем та отвратительная штука, которую нам подали в «Сервайл». Том усмехнулся и прижал Гарри к своей груди. Гарри довольно вздохнул, когда Том опустил подбородок на его макушку. Близнецы бросились к Драко, и блондин чуть не упал с подлокотника, когда на него напали четыре руки, воздух вырвался из его легких, когда они бесстыдно прижались к нему и начали ощупывать. — Убирайтесь отсюда, — прохрипел он. — Нет, Драко, любимый, — прошептал близнец в изумрудно-зелёной рубашке. — Мы слишком долго были без тебя. Драко открыл рот, чтобы что-то сказать, но Джордж быстро воспользовался моментом и скользнул губами по губам блондина. Гарри хихикнул. Драко даже не пытался оттолкнуть близнецов. На самом деле, одна рука скользнула в волосы Джорджа, а другая обхватила талию Фреда, чтобы тот крепко прижался к нему. Гарри понимал, почему Драко хотел, чтобы он сопровождал их троих в клуб чистокровных волшебников. Если Драко всерьёз намеревался немного воздержаться от секса, ему нужен был кто-то, кто помог бы держать их троих под контролем. Гарри был рад, что Драко придумал правило «никакого секса». Это имело смысл. Обычно блондин сначала занимался сексом, а потом задавал вопросы, но поскольку для них троих это было серьёзно, воздержание от секса было прекрасным способом сблизиться. Гарри подозревал, что Драко тоже боится, и он мог это понять. Отведя взгляд от троицы, Гарри увидел Снейпа, стоящего в стороне и насмехающегося над ними. Гарри рассмеялся, привлекая внимание Снейпа. — Прости. Твоё выражение лица… Люциус вернулся прежде, чем тот успел ответить. Гарри и так не был уверен, что ответил бы. Светловолосый волшебник остановился рядом с Драко и близнецами. — Твоя мать возвращается. Близнецы тут же сползли с Драко, но не отошли далеко. Они сели рядом с ним, один из них поправил ему волосы, а Драко откинул голову на кожаный диван. Драко знал, что его губы распухли от поцелуев… Боже мой, пожалуйста, не дай ей это заметить. Когда Грейнджер вошла вслед за его матерью, бросив на него извиняющийся взгляд, он стал ненавидеть её немного меньше, зная, что она изо всех сил пыталась задержать его мать. Конечно, тот факт, что Грейнджер повредила себе руку, когда жестоко избила Джинни Уизли, также во многом способствовал улучшению его настроения по отношению к ней. Фред и Джордж с удовольствием поделились воспоминанием о том дне, когда они заснули с ним на его кровати. Драко был впечатлён тем, что она ничего не скрывала. Драко прищурился, думая об этом. Часть этого воспоминания явно была изменена, и он задавался вопросом, почему. Полагал, сейчас не время думать о таких вещах. В конце концов, Гарри и Тёмный Лорд только что поженились. Драко выпрямился, едва сдерживая прижатые к нему бёдра, и огляделся. Гарри с восторгом нарезал свой пирог и раздавал его, болтая без умолку с неизменной улыбкой на лице. Драко пристально смотрел на пирог и решил, что ему обязательно нужен кусочек. Когда он встал, две руки быстро скользнули по его ягодицам. Он резко повернул голову и сердито посмотрел на нарушителей. — Пожалуйста, ведите себя сдержанно. Ответом ему были две дьявольские ухмылки. Драко отвернулся от них со своей лёгкой улыбкой и подошёл к Гарри, который передавал Тёмному Лорду кусочек своего творения. Гарри игнорировал всех остальных в комнате, явно с нетерпением ожидая, как ему понравился пирог. Драко принял кусочек от Грейнджер, кивнул и наблюдал, как Тёмный Лорд откусил. Гарри затаил дыхание. Похоже, вся комната тоже затаила дыхание, и теперь все ждали реакции Тёмного Лорда. Том вскоре осознал, что за ним пристально наблюдают, и огляделся, когда бархатный пирог Гарри практически растаял у него во рту. Это, это было совсем не похоже на пирог, который им подавали в Сервайле. Тогда Том не понял жалобы Гарри, но теперь, когда ему предложили альтернативу, он понял. По-видимому, его молодой муж был прав. У него не было вкуса, чтобы не понять. Том жевал, глотал и посмотрел на Гарри, который ещё не пришёл в себя и теперь кусал нижнюю губу. — Ты мог бы прямо сейчас подойти в Сервайл, и тебе бы заплатили горы галлеонов за то, чтобы тебе разрешили его продать. Это, Гарри, невероятно. Гарри подпрыгнул на цыпочках и повернулся к Драко. — Ему это нравится! Драко был слишком занят едой, чтобы ответить хоть словом, хотя, судя по стонам и закатыванию глаз, блондин, похоже, ел пирог так же, как и помадку. — Мерлин, Гарри. Ты превзошёл самого себя, — пробормотала Гермиона. Нарцисса, Фред и Джордж с ней согласились. Позади них Северус усмехнулся: — Не понимаю, в чём тут проблема. Это всего лишь пирог…— Люциус отправил полную вилку пирога в рот своему возлюбленному. — Отдай должное тому, кто этого заслуживает, — пробормотал блондин, наблюдая, как Северус медленно жуёт. Уголок его губы дёрнулся, когда веки Северуса закрылись, и на его лице появилось по-настоящему потерянное выражение. А затем он нахмурился. Слишком уж ему понравился этот кусочек.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!