Часть 3

Лу стоял неподвижно еще несколько секунд после того, как дверь за Мариусом закрылась. Воздух в кабинете все еще был спрессован его присутствием, его запахом — терпким, древесным, опасным. Лу поднес дрожащую руку к лицу и выдохнул. Тот самый момент, которого он боялся и ждал годами, наконец наступил. Мариус знает. Он медленно опустился в кресло, чувствуя, как ноги перестают держать. Мысли путались. Что теперь будет? Увольнение? Холодное презрение? Или то, на что он не смел надеяться даже в самых потаенных уголках своего сознания? Следующий день начался как обычно — с резкого звонка ровно в семь утра. Лу подскочил в постели, понимая, что почти не спал. Он оделся тщательнее обычного, задержавшись перед зеркалом. Белая рубашка, темные брюки, волосы уложены идеально — словно готовился не к рабочнему дню, а к чему-то большему. В офисе его встретила тишина. Обычно в это время здесь уже кипела работа, но сегодня коридоры были пусты. Лу прошел в свой кабинет, но едва он положил портфель, как дверь открылась. — Пошли. — Мариус стоял на пороге, одетый в темно-синий костюм, который делал его плечи еще шире, а взгляд — еще пронзительнее. Лу молча последовал за ним. Они поднялись на лифте на самый верхний этаж, где располагался личный кабинет Мариуса, но босс прошел мимо двери и открыл неприметную панель в стене. За ней оказалась лестница. — Куда мы? — осмелился спросить Лу. Мариус обернулся, и на его губах мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее улыбку. — Туда, где нас никто не увидит и не услышит. Сердце Лу пропустило удар. Он поднялся следом за боссом на небольшой чердак, переоборудованный под комнату отдыха. Мягкий диван, стеклянный стол, панорамное окно во всю стену, из которого открывался вид на ночной город, хотя сейчас за окном только начинало светать. — Садись. — Мариус указал на диван, а сам остался стоять, прислонившись к подоконнику. Лу сел, чувствуя себя мальчишкой, вызванным к директору. Мариус молчал, разглядывая его с той же пугающей интенсивностью, что и вчера. — Ты боишься меня, Лу? — спросил он наконец. — Нет... то есть да... — Лу запутался. — Я уважаю вас, босс. И... — И? — Мариус подался вперед. Лу сглотнул. Слова застревали в горле, но он понимал: отступать некуда. Вчера он лишился права прятаться. — И вы мне небезразличны. Больше, чем просто босс. — Голос Лу дрогнул на последнем слове, но он заставил себя смотреть в глаза Мариусу. Повисла тишина. Такая плотная, что Лу слышал, как стучит кровь в висках. Мариус смотрел на него не мигая, и его лицо оставалось непроницаемым. Затем он сделал то, чего Лу никак не ожидал. Мариус опустился перед ним на колени. — Ты даже не представляешь — прошептал он, беря лицо Лу в ладони. — Как долго я ждал, когда ты перестанешь прятать глаза. Губы Мариуса накрыли его рот в поцелуе, который не был ни нежным, ни жестким — он был собственническим, голодным, выжигающим все сомнения. Лу задохнулся, вцепившись в пиджак босса, чувствуя, как мир рушится и заново собирается в единое целое. Когда они оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть, Мариус прижался лбом к его лбу. — Теперь ты мой, — выдохнул он. — По-настоящему. И если кто-то посмеет тебя тронуть... — Я знаю, — перебил Лу, и впервые его голос прозвучал твердо. — Они узнают, почему с вами шутки плохи. Мариус усмехнулся, и в этой усмешке было что-то дикое, почти звериное. — Умный мальчик. — Он поднялся, протягивая Лу руку. — А теперь пошли работать. У нас полно дел. Лу взял его руку, чувствуя, как тепло разливается по телу от этого простого жеста. Они спустились обратно, и когда Мариус открывал дверь в свой кабинет, он обернулся: — И да, Лу. С сегодняшнего дня ты будешь работать не просто со мной. Ты будешь рядом со мной. Всегда. С этими словами он вошел в кабинет, оставив Лу стоять в коридоре с бешено колотящимся сердцем и улыбкой, которую он не мог сдержать. Этот день изменил все