Часть 20

Находясь в арендованной квартире, Мэлло сидел на подоконнике и смотрел в окно. К слову, это была уже третья квартира, которую он успел сменить за этот год. Ему очень хотелось выйти на улицу и покурить, но он удивился, услышав звонок в дверь. Кто интересно пришел к нему в такой час? Посмотрев в глазок, он увидел белокурую макушку Ниа и сразу же открыл дверь. Мэлло снова потерял дар речи, увидев возлюбленного с букетом красных роз в руках. На нем была рубашка с этническим узором и бежевые брюки. Выглядел он очень даже экстравагантно и необычно для того, кто раньше не обращал внимания на свою внешность. — Красивые цветы для красивого парня, — улыбнулся Ниа, протягивая ему букет. Придя в себя, Мэлло наклонился и взяв букет в руки, чмокнул его в губы. — Значит ты считаешь меня красивым? — ухмыльнулся блондин. — Не напрашивайся на комплименты. Хмыкнув, Мэлло притянул его к себе. — Ты меня с каждым днем удивляешь. И спасибо за букет. Блондин взял его за руку и повел его в гостиную. Он уже почти привык к тому что Ниа каждый раз дарил ему цветы, поэтому прикупил для этого вазу. Теперь букет стоял на своем почетном месте на столе. Ниа уже успел осмотреть эту квартиру, но так как квартира была чужой, она никак не отражала хозяина дома. Но ему все-таки хотелось бы увидеть, как Мэлло обустроил бы свой собственный дом. — Садись ко мне, — сказал Мэлло, сев на диван и поманив Ниа к себе. Оглядев гостиную, альбинос немного потоптался на месте и все же сел к нему на колени. — Ты чего такой зажатый? Расслабься, — шепнул ему Мэлло. Ниа кивнул и попытался расслабиться, сидя на коленях блондина. — Не волнуйся, ты не тяжелый. Блондин поцеловал его в макушку и по-хозяйски приобнял возлюбленного. — Значит… ты правда каждый год навещал мою могилу? — решился он наконец спросить. — Кусты на твоей могиле еще не заросли только потому что я за ними ухаживал. Мэлло немного помолчал, переваривая услышанное. — Хотелось бы узнать, что ты делал, навещая меня. — Ты действительно хочешь знать? — Теперь мне и правда интересно, что же ты там делал. — Ничего особенного. Приносил шоколад, рассказывал всякое, желал спокойной ночи… Ниа замолчал на некоторое время, а затем нервно намотал прядь волос на палец. — И это все? Что ты еще делал? — Цитировал Ромео и Джульетту. — Реально? — наверное он никогда не перестанет удивляться выходкам Ниа. Лично для него, Ниа нельзя было назвать предсказуемым, ведь он до сих пор пытается разгадать эту загадку по имени Нэйт Ривер. — Хотелось бы посмотреть на это. Но мне интересно, с каких это пор ты интересуешься романами и поэзией. Тебе ведь было не до этого. — В доме Вамми, я читал не только про Шерлока Холмса. Но ты прав, до твоей «смерти», я не особо интересовался подобной литературой. — И моя «смерть» подвигла тебя на подобное чтение? — Мне показалось, что эта история олицетворяет нас, хотя и не имеет к нам никакого отношения. — Я не особо читаю романы, но ради тебя, я все же освежил свою память и заново перечитал Шекспира. — Для меня, ты был «мертв» Мэлло. Я имел право изучать любую литературу… — Я не смеюсь над тобой, — поспешил сказать Мэлло и посмотрел в глаза возлюбленного, — Ты не представляешь, какого мне было слышать, как ты цитируешь Шекспира своей… бывшей. — Мэлло, тебя не было рядом со мной и кому я по-твоему должен был произносить эти цитаты? Уж не призраку ли твоему? — Я все же хотел спросить… ты специально выбрал себе такую девушку? Она напоминала тебе меня? — Мне обязательно отвечать? — Хочешь сказать, что у тебя просто нереальная любовь к блондинам с голубыми глазами? — Ты хочешь знать, почему я выбрал девушку, у которой было внешнее сходство с тобой? Может это было просто совпадение… — Боже, Ниа, ты пытаешься это отрицать? — Помниться, я как-то говорил, что для меня это было экспериментом… — Ты трахался с ней, чтобы поэкспериментировать? — хмыкнул Мэлло. Мэлло и не пытался отрицать того что ревновал, пусть она и была похожа на него. Ниа задумчиво уставился на возлюбленного, раздумывая над ответом. Он закатил глаза и вздохнул. — Если бы ты не проделал эту выходку с инсценировкой смерти… может я и отдал бы свой первый поцелуй тебе. Мэлло, ты сам виноват во всем. В том, что мне пришлось найти кого-то другого. Я не искал кого-то на стороне специально, но тебя ведь не было рядом. Ты не представляешь, что я чувствовал все эти годы. — Ладно… но что ты скажешь о том что трахался с ней два месяца, когда мы уже были в отношениях? Ниа усмехнулся и хмыкнул. — Ты сам трахался со всеми подряд… — Значит она действительно напоминала тебе меня? Мне нужно узнать только это. — Да... — с трудом признался Ниа, не вдаваясь в подробности, помолчав перед этим целую вечность, — Тебя ведь не было рядом. — Значит… ты уже был влюблен в меня еще в тот момент, когда мы впервые переспали? — Ты переспрашиваешь очевидное. — Для меня, это не было очевидно. Ты же молчал все время как рыба, как я по-твоему должен был узнать? Мэлло провел рукой по его тонким бледным пальцам. — Я слышал, как ты цитировал Шекспира своей бывшей, — Мэлло пристально посмотрел ему в глаза, — Что-то я ни разу не услышал, как ты произносишь эти цитаты лично мне… — Я цитировал ей эти строки, потому что сам опоздал. Я осознал, кем ты был для меня, только тогда, когда твоя машина взлетела на воздух. Я использовал Валери как резонатор. Я читал ей признания Ромео, но говорил их тебе, Мэлло. Я пытался искусственно воссоздать шекспировскую драму, чтобы через чужой текст выплеснуть скопившуюся внутри иррациональную боль. Мне нужно было громко произносить слова любви человеку с твоим лицом, чтобы заглушить тишину. Блондин посмотрел на недовольно лицо Ниа, который наконец решился нормально заговорить о своих чувствах. Только это и согревало его душу. То, что Ниа решился на отношения с этой девушкой потому что она напоминала ему Мэлло. Но кажется теперь, он уже никогда не сможет простить самому себе свой уход и инсценировку смерти. То, что у Ниа была девушка, так и останется для него черным пятном и он никогда не сможет об этом забыть. Для Ниа, Мэлло всегда должен оставаться номером один. — Я тут вспомнил кое-что… ты говорил, что знал про меня и Мэтта. — Это ведь было очевидно. Для этого не нужно быть гением, — подозрительно быстро проговорил Ниа. — Значит… по твоему мнению, я любил Мэтта и использовал тебя, решив заменить его тобой? Ниа медленно выдохнул и посмотрел на него раздраженно. — К чему этот разговор? — Просто пытаюсь докопаться до сути. Ты следил за нами? — Я не пытался специально это узнать. Я просто знал. Мэлло хмыкнул. Просто знал он, ага. — Если бы Мэтт был жив, думаешь я бы продолжил с ним отношения? — Откуда я знаю, - немного раздраженно огрызнулся Ниа, - Ты разве не любил его? Блондин почувствовал, как Ниа с силой сжал его руку. Мэлло просто дразнил его и ему стало забавно от его реакции. — На тот момент, я сам не понимал, что испытывал и не думал о том, что нахожусь на волоске от смерти. Я был молод, мне было не до любви и отношений. Пару раз мы переспали, но я сам не знаю, как бы у нас сложилось. Ведь он умер... из-за меня. Несколько минут они просто глядели друг на друга, переваривая услышанное, а затем блондин притянул к себе возлюбленного за подбородок и чувственно поцеловал. — Помнишь наш разговор в доме Вамми? О том, когда мы осознали, что влюбились друг в друга, — выдохнул Мэлло, оторвавшись от Ниа, - Тогда ты сказал что осознал все в Лос-Анджелесе. — У тебя никогда не возникало такой мысли… когда ты смотришь на кого-то, а он принадлежит всем, но не тебе? — неожиданно спросил его Ниа, после минутной паузы, — Ты всегда бесился из-за того не дотягиваешь до моего уровня, но не замечал того, насколько ты всем был нужен. Не просто как какая-то ходячая энциклопедия, а как человек. Ко мне дети подходили для того чтобы я растолковал им вычисления, помог с учебой или просто посмотреть на мою реакцию. С тобой они вели себя иначе. Ты был им нужен… они хотели с тобой общаться, целенаправленно искали, если не могли найти. Мой взгляд тоже цеплялся за тебя с детства. — Хочешь сказать, что искал меня глазами, даже когда я злился на тебя и дразнил? — Я бы сказал что за твоей вспыльчивостью было интересно наблюдать. — Каждый раз, когда я проходил мимо тебя, мне хотелось разнюхать, насколько ты хорошо подготовился к тому или иному уроку, чтобы попытаться тебя обойти, но ты просто собирал паззлы и конструкторы с тем самым выражением лица, от которого мухи дохнут… Альбинос ткнул его в бок. — Но ты смотрел на меня и следил за мной совсем не по той же самой причине что и я. — Нэйт… неважно зачем я за тобой следил. Все это уже в прошлом. Важно то, что я не мог прости пройти мимо. Ладно, возможно на тот момент, я и хотел оказаться на другом конце планеты, лишь бы не смотреть как ты решаешь головоломки, не прилагая для этого никаких усилий, но это не значит, что ты не вызывал у меня никаких чувств. — Да, твои чувства ко мне были очень даже явными. — Ну моим вниманием ты никогда не был обделен, — ухмыльнулся Мэлло, — Я ведь только о тебе и думал. Ну о тебе и Кире. Практически круглые сутки мои мысли занимали мысли о том, смогу ли я обогнать тебя на этот раз. И каждый раз, я был готов взорваться от того что ты снова меня обогнал. Мэлло снова притянул к себе возлюбленного, понюхал его аккуратно уложенные волосы и поцеловал в висок. Посмотрев ему в глаза, Ниа обнял его за шею и запечатлел на его губах поцелуй. Альбинос медленно выдохнул, когда Мэлло засунул руку ему под рубашку. — И все-таки? Представь, что тебе восемнадцать… что бы ты сделал, если бы я вдруг решил пристать к тебе и поцеловал тебя? — Как минимум был бы шокирован. — Когда мы впервые поцеловались и переспали, мне не показалось что ты так уж шокирован… — Думаешь я был способен сдерживаться, когда для меня ты был мертв десять лет? Мэлло снова ухмыльнулся. — Тогда мне было уже не восемнадцать, — тихо продолжил Ниа, — Но если бы было… думаю, что не смог бы нормально отреагировать. Просто представь… только вчера ты приставил пистолет к моей голове, а потом полез бы целоваться. Я бы подумал, что ты издеваешься надо мной… — Ты и через десять лет так думал, — Мэлло не смог скрыть обиду в голосе. — Когда ты «умер»… я думал только о том, что с радостью отдал бы тебе титул Эла, из-за которого ты был так одержим. Ты и правда думал, что я делал все это с мыслью «Я во что бы то ни стало должен поймать Киру»? Если для тебя, наше соперничество было как кость в горле, то мне оно придавало сил. Я всегда знал, что ты где-то пытаешься обогнать меня в поимке Киры. Пытался просчитать и твои ходы тоже, но ты как всегда оказался непредсказуем. Я знал, что мы однажды встретимся и даже почти не удивился, когда ты явился ко мне в штаб, угрожая мне пистолетом. — Ниа… не будем больше вспоминать об этом. — Надеюсь из всей моей «исповеди», ты извлек не только последние слова? — Ты когда-нибудь думал о том что если бы не Кира, у нас никогда не было бы ничего общего? — Если бы не Кира, ты бы даже не обратил на меня внимание. Мэлло не услышал обиды в его голосе, но он задумался над его словами. — Даже если бы мы никогда не соперничали за преемство L, тебя было невозможно не заметить. Думаю, что даже если бы не ненавидел тебя, то все равно не смог бы пройти мимо. — Ты этими словами пытаешься меня задобрить? Для Мэлло, Ниа действительно был слишком странным, чтобы не обратить на него внимание и не пройти мимо. Слишком неординарной была его личность и он замечал это даже в детстве, когда их соперничеством даже и не пахло. — Но сейчас ведь ты любишь меня? — Ниа провел пятерней по длинным волосам и задумчиво посмотрел на него, — Даже если я тебя бесил. — Ты все еще сомневаешься? Я люблю тебя, Нэйт Ривер, - произнес Мэлло с лукавым взглядом. Ниа улыбнулся и чмокнул его в нос. — Могу даже сказать что скорее всего любил тебя еще со времен дома Вамми… — сказал Мэлло напоследок. — Буду верить тебе на слово… — Ты вообще слышал то что я тебе говорил? — Да шучу я. — Ниа… — Мэлло снова притянул его к себе за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза, — Никому я тебя не отдам. Ты мой. — А ты? Мэлло посмотрел на Ниа, который сидел у него коленях с таким видом, будто он был эльфом, вышедшим из фэнтези романа. Он провел рукой по его белоснежным волнистым волосам. — Если я не твой, то чей? — Значит ты не принадлежишь ни Мэтту, ни Рики Томпсону, ни Джону Уилсону из ночного клуба и ни Мейсону Смиту из полиции… А мне? — Ты знаешь про них? - нахмурился Мэлло. Ниа неожиданно заткнул его рот пальцем. — В отличие от тебя, я ждал целых десять лет, прежде чем сказать, что ты мой. И знаешь… так легко ты теперь не отделаешься, если я увижу тебя с кем-то другим снова. Мэлло каждый поражался тому, с какой стороны Ниа может себя показать. По большей части он был довольно тихим, терпеливым и молчаливым. Говорил он редко, но метко. Но была одна сторона Ниа, которой он каждый раз удивлялся и никогда не знал, когда же она себя проявит. Та самая сторона, которая заставляла Мэлло заткнуться одним его взглядом и от которого у него подгибались колени. Та самая властная сторона, которая проявлялась, когда Ниа трахал его до исступления. И ведь до этого момента, нельзя было сказать, что Ниа может быть таким активным и властным, трахать его до усрачки и шептать ему о том, что Мэлло принадлежит ему. Если бы Мэлло было двадцать, скорее всего, он бы не позволил Ниа трахнуть себя, но к тридцати годам, у него было уже много сексуального опыта и партнеров. Но Ниа всегда был особенным и даже в постели проявлял себя иначе чем другие. Сам Мэлло не знал, когда в его возлюбленном проснется тот самый зверь. — Кроме Мэтта, из всех кого ты назвал, я даже имени не помню. Пристально глядя на него, Ниа довольно кивнул и улыбнулся. — Я люблю тебя, Михаэль Кель, — когда он сказал это, они поцеловались. Пристально глядя на него, Ниа отсел с его колен на диван, а спустя пару минут, засунул руку к нему в штаны. Мэлло слегка вздрогнул, почувствовав руку возлюбленного на своем члене. Альбинос редко дрочил ему и делал минет, но каждый раз когда он делал это, казалось, что Мэлло дождался какого-то праздника. Ниа провел рукой по его члену вверх и вниз и блондин, шумно задышав, начал толкаться ему навстречу. Он уже до этого был слегка возбужден, но после того как рука Ниа коснулась его, член Мэлло встал уже окончательно. Когда они поцеловались, альбинос начал быстро и яростно надрачивать ему. — Нэйт, постой! — прервал он его и лукаво посмотрел на возлюбленного. Поняв, чего Мэлло хочет от него, Ниа улыбнулся и встав с дивана, сел перед ним на колени. Блондин вздрогнул, когда Ниа выдохнул и коснулся губами его причинного места. Ниа прошелся языком по всей длине, от основания до вершины. Затем альбинос слегка привстал, поцеловал его член и посмотрев ему в глаза, взял его в рот. Мэлло медленно толкнулся ему навстречу, чувствуя его горячий язык. Ниа лизнул его снова, задавая легкий ритм, так что блондин прикусил губу, удерживая рвущийся наружу крик. — Ниа… — Мэлло положил руку ему на голову, отчего тот начал сосать сильнее. От его горячего дыхания и губ, которые не прекращали опускаться вверх и вниз, блондин не сдержался и излился ему в рот. Глядя на его блядское лицо, Мэлло захотелось его поцеловать, но он знал, что Ниа оттолкнет его из-за спермы во рту. Брезгливость Ниа иногда раздражала, но Мэлло был готов это вытерпеть. — Иди ко мне. Ниа вытерся салфеткой и снова присел к нему на диван. Чмокнув его в губы, Мэлло также засунул руку к нему в штаны. Блондин с удовольствием прошелся рукой по его огромному члену и начал ему дрочить. Боже, с таким охуенным членом, Ниа каким-то чудом умудрился остаться один, пока они не встретились. Поправив волосы, альбинос начал толкаться ему навстречу и схватившись за его плечи, излился ему в руку. Видимо Ниа сам чуть было уже не кончил до этого, делая ему минет. Они оба посмотрели на запыхавшиеся лица друг друга и тяжелое дыхание. Это был охуенный вечер и так быстро, он не должен был закончиться. Мэлло скинул возлюбленного на диван и начал снимать с них одежду, чтобы она им больше не мешала… — Мэлло, доброе утро, — раздался в трубке тихий, абсолютно ровный голос. — Я звоню, чтобы напомнить: сегодня четырнадцатое февраля. День святого Валентина. Согласно моей статистике, за время наших отношений, мы посетили семь различных заведений. Сегодня я бы хотел, чтобы мы провели вечер в ресторане. Я уже выбрал место с минимальным уровнем шума. Согласно статистике, семьдесят восемь процентов пар в этот день обмениваются подарками и совершают нерациональные поступки ради демонстрации привязанности. — Буду как штык. И только попробуй выкатить мне претензию, если я опоздаю на три минуты из-за пробок, — рассмеялся Мэлло. Только Ниа способен пригласить его таким образом на свидание. Ровно в восемь вечера Мэлло стоял на пороге дома Ниа. Элегантный черный пиджак сидел на нем безупречно. Ниа открыл дверь и замер. Он уже был одет в строгий костюм-тройку, который смотрелся на его хрупкой фигуре удивительно изящно, но все его внимание сейчас было приковано к рукам Мэлло. Тот держал огромный, тяжелый букет роз. Но это не были банальные алые цветы. Розы были двух видов: глубокого, почти черного бордового оттенка и абсолютно белоснежные. Они были переплетены между собой в строгом, геометрическом порядке, напоминая шахматную доску. — Это… розы сорта «Блэк Баккара» и «Аваланж», — тихо произнес Ниа, прикасаясь кончиками пальцев к бархатным темным лепесткам. — Мэлло, их селекция и доставка в это время года требуют сложных логистических расчетов. — Да плевать на логистику, — буркнул Мэлло, проходя в прихожую и отводя взгляд, пока его уши стремительно краснели. — Просто они похожи на нас. Черное и белое. И это еще не всё. Держи. Мэлло протянул Ниа дорогую продолговатую коробку из плотного черного картона, перевязанную атласной лентой. Внутри, на бархатной подложке, ровными рядами лежали крупные, ювелирно отлитые шоколадные фигуры. Это не было обычное лакомство: Мэлло заказал у элитного швейцарского мастера набор шахматных ферзей, королей и коней. Белые фигуры были сделаны из редкого какао-масла с натуральной ванилью, а темные — из стопроцентного горького шоколада. — Ты постоянно крутишь в руках свои фигурки, когда думаешь, — добавил Мэлло, пока Ниа завороженно рассматривал подарок. — Я подумал, что обычный пластик или дерево — это слишком скучно. Эти можно использовать для партии, а если проиграешь — просто съесть. Кони получились особенно детализированными, как ты любишь. Ниа медленно провел пальцем по прохладному, глянцевому боку белого ферзя, а затем посмотрел на Мэлло. В его серых глазах промелькнуло что-то очень теплое. — Спасибо, — поблагодарил он его с улыбкой на лице. Ниа прошел вглубь своей безупречной гостиной и вернулся, держа в руках небольшую белую коробочку кубической формы, перевязанную тонкой черной шелковой лентой. — Я долго анализировал твои вкусовые предпочтения, — спокойно начал Ниа, протягивая подарок. — Процент сахара, сорт какао-бобов, происхождение эквадорских плантаций. И пришел к выводу, что коммерческие бренды всегда допускают погрешность в рецептуре. Мэлло удивленно хмыкнул, потянул за ленту и открыл крышку. Внутри, на черном бархате, лежала плитка темного шоколада. Ее поверхность была выполнена в виде сложной трехмерной мозаики из сотен крошечных, идеально подогнанных друг к другу кусочков паззла. — Ты… купил это в той элитной кондитерской на окраине? — Мэлло поднял глаза на Ниа, всматриваясь в его лицо. — Нет, — тихо ответил Ниа, слегка накручивая прядь белых волос на палец. — Я приготовил его сам. На своей кухне. Температура темперирования шоколада требует идеальной точности до десятой доли градуса. Ошибка на полградуса разрушила бы кристаллическую решетку. Мне пришлось переделывать форму трижды, чтобы вылить эти детали паззла. Здесь ровно семьдесят четыре процента какао. Твоя идеальная норма. Мэлло замер, держа в руках коробку. Тот факт, что Ниа — человек, который ненавидел пачкать руки, презирал быт и признавал только чистую ментальную работу — провел часы у плиты, высчитывая градусы ради него, ударил в грудь сильнее любого признания. — Ты сумасшедший, Ниа, — выдохнул Мэлло. Его голос сорвался. Он резко шагнул вперед, притянул Ниа за лацканы пиджака и поцеловал его — горячо, порывисто, сбивая дыхание. Ниа мгновенно ответил на поцелуй, мягко подаваясь навстречу и запуская пальцы в золотистые волосы Мэлло. Пакет с букетом роз мягко опустился на тумбочку в прихожей. Когда Мэлло отстранился, его глаза лихорадочно блестели. Он бережно отложил шоколад. — Поехали в ресторан, пока я не передумал туда ехать. Официанты ждут. — Мэлло, ты все равно должен будешь пойти со мной в театр на оперу в костюме, — напомнил ему Ниа и улыбнувшись, взял его за руку, а затем вышел с ним за дверь.