Пропуск

Рано утром, не дожидаясь, пока проснётся Полина, Аделия собрала вещи Альмы и остатки своих. Зачем только родители оставили их здесь? Не поместились в чемодан или мама в глубине души не отпускала её насовсем… После вчерашнего вечера это уже не имело значения — если бы она только захотела сделать маленький шаг навстречу, не было бы ни единой преграды. Но Полина указала на кружку, а дочь захватила её с собой вместе с пачкой любимого чая. Ничего, на новом месте попью. Может быть, соберу коллекцию этих чаёв. И кофе! Мы можем научиться варить его дома. Хотя… Аделия подумала, что Эмбер-то как раз всё давно умеет. Это у брюнетки всё никак не находилось ни времени, ни потребности научиться. Зато я умею принимать решения и отвечать за свои поступки. Девушка снова ругала маму за нерешительность, но мысленно уже настраивалась на разговор с Этери. Принять отчисление не представлялось возможным. Она же не Соня, которая пошла на этот шаг абсолютно добровольно и, похоже, в никуда. Зато теперь хоть немного перетянула на себя внимание. И отбирать у неё пальму первенства Аделия не спешила. Она вообще не торопилась. Знала, что утром по плану тренировка старшей группы, а репетиция шоу и номеров для вечерней съёмки «Русского вызова» — только после обеда. Так, сознательно и подсознательно отгоняя от себя тревогу, Петросян успела выгулять собаку, сходить в магазин и впервые самостоятельно накупить всякого барахла — щёток, тряпок и прочих бытовых мелочей. Наконец-то позавтракала, и даже на уборку хватило сил. Этери ей больше не звонила, а часы, показывающие одиннадцать — утра? Дня? — только подтверждали, что её никто не ждёт. Уже бы с сиреной гнали на арену. На то, чтобы прогнать саму себя из дома, сил не хватало, и всё сильнее хотелось позвонить Эмбер и устроить обещанный рум-тур. Но в одиннадцать рано. Да и в двенадцать. Чёрт… Дольше ждать она уже не могла — иначе оставалась без разминки и хореографии, что для её номеров в туре — смерти подобно. Олимпийскую КП они облегчать не планировали; «Жасмин» хоть и состояла наполовину из танцевальных элементов, но геморроя с ними было не меньше, чем с прыжками. А дружба с реквизитом больше напоминала американские горки, чем слаженный тандем. И хорошо, если фигуристка хотя бы видела, куда едет. Иногда ткань полностью закрывала глаза, и Аделия упиралась ресницами в зелёный фон, пытаясь удержать равновесие и не шлёпнуться. Она так и ходила с платком в руках, размышляя, что куда поставить, когда поняла, что настроение позволяет записать видео для Эмбер. А то потом придётся оправдываться: опять не в настроении, отчислилась, наревелась — и давай в другой раз, Эм. Брюнетка обмотала изумрудный платок вокруг шеи и начала с кухни. Рядом с её кружкой заняла место ещё одна. На кружке Аделии был медвежонок, на кружке Гленн — всего одна буква «А», но девушка решила, что этого достаточно. К тому же так они смогут без угрызений совести пить из кружек друг друга. Так странно. Мама ведь брала её на Олимпиаду. Эту кружку… Но тогда Аделия лениво пыталась выпить из неё хоть что-нибудь — лишь бы лезло в желудок — и никак не связывала вещь с Эмбер. Сейчас знаки сами находились повсюду. — А здесь у тебя спальня. Петросян снимала не с первого дубля. Приходилось ногами отпихивать из кадра свои ещё разбросанные вещи и убирать из речи «наша», «у нас», «мы» — о себе-то она ещё ничего не сказала. И если заикнётся, придётся рассказывать историю с самого начала, а у неё просто физически не хватит на всё сил, слёз и чего там ещё надо, чтобы как следует пострадать. Она не забыла, просто гнала весь негатив от себя, а не на себя, и пока это работало. Думала о туре, о друзьях, которые, судя по первым разговорам после возвращения в Москву, уже были готовы поддержать: Соня, Саша, Петя. Прикидывала, как бы перекрасить здесь стены — сначала как раз в спальне. Да и кухню-гостиную можно обыграть куда интереснее, если хозяйка апартаментов не открутит ей за такую самодеятельность голову. Как это уточнить? Ну, конечно, опять к Этери. Все дороги ведут сегодня к ней… — Так, здесь у тебя полка под медали и грамоты. Ты же возьмёшь их с собой? Если не возьмёшь, положим мои. Те самые, которые Аделия привезла утром и которые теперь занимали огромную отдельную сумку. — И кстати, в коридоре есть отличный угол для цветов, если ты хочешь что-нибудь выращивать. Я думала об этом, мне бы хотелось… Аделия снова замолчала. Да блин, надо как-то уже признаться, что я живу здесь. Хочу вместе сажать все эти растения, закупать землю и копаться в ней. И кровать нам надо заменить. — Диван должен раскладываться, но мы в России, поэтому не верь всему, что тебе обещают. И да, я бы его заменила, — быстрее обычного говорила брюнетка. — Хотя как хочешь, для одного человека вроде нормально. Для человека ростом примерно 153, который здесь уже всё опробовал в твоё отсутствие. — Так, что ещё? А, секунду. Аделия перешла в душевую и продемонстрировала шторку с капибарами и коврик в том же стиле. Если тебе не понравится, сделаем вид, что всё это было здесь при заселении. Может, не сделаем. Ничего не обещаю. К концу видео Петросян расслабило окончательно, и она улыбалась всему подряд, а скорее всего — прямо Эмбер, представляя, как та проснётся и посмотрит запись. Саша: Да твою мать, где тебя носит? Аделия нахмурилась и нажала на стоп. Сообщение от Игнатовой возвращало к льду — словно часы, пробившие для Золушки полночь. Вот только Петросян играть роль тихой, скромной девушки не собиралась — да у неё бы уже и не вышло. Поэтому она спокойно отправила Гленн запись, собрала свою сумку и проверила, что ничего не забыла. И только перед выходом позволила себе задуматься о том, как будет бушевать ураган. Как назовём его, Этерина? «Катрина» вроде как раз была буйной.

Аделия:

Саш, привет. Чего ждать от тренировки?

Саша: Той, которую ты пропустила? Мы тут все в предвкушении😅

Аделия:

А если у меня уважительная причина?

Саша: Только не говори, что прилетела Гленн и ты у неё в заложниках.

Аделия:

Если бы😅

Саша: Весело живёшь, я тебе скажу. Петя тут вообще разрывается, обед заказывать или бежать тебе стратегию придумывать.

Аделия:

Скажи, чтоб ел. Скоро буду.

Саша: Этери сказала, что ты наглая. Я пока ставлю на смелую. Но если что, версии про отбитую тоже гуляют.

Аделия:

Пусть гуляют. В себе вредно держать.

Саша: Эй, мадам, ещё раз громче У НАС ОБЕД! Давай что-то другое вместо приятного аппетита.

Аделия:

Пете привет.

Саша: Ну ок, ждём. — Ну что она? — Гумменник готов был предложить любые оправдания, лишь бы спасти репутацию Петросян. Аделия не бездельница и не прогульщица: она могла спасать котёнка или собаку — лучше собаку — и теперь вынуждена взять себе вторую, потому что не смогла бросить четвероногого друга на произвол судьбы. Пришлось срочно закупать всё для неё, показывать ветеринару и ждать, пока та хоть немного привыкнет к новому жилищу. — Лажа какая-то, она там в отличном настроении, и вообще мы все больные. Я не понимаю, что происходит. Но не может быть, чтобы ей резко стало плевать на тренировки. Я никогда в это не поверю. — Я тоже. Мы когда тренировались в Праге, она начала тулуп восстанавливать и билась об него. Буквально. — Вот это убедительнее. Ладно, едим. Тебе передали «приятного аппетита», она скоро приедет. — А мне? — напомнил о себе Макар, который присоединился к команде Этери пока без громких официальных объявлений, но уже почти на все сто. Дело оставалось за малым — красиво всё оформить, чтобы ни одна из сторон не осталась в обиде. — А тебе нет. Тебе я желаю. — Этого более чем достаточно. — Вот и отлично. — Тебе, кстати, тоже. Тулуп сегодня отличный. — Макар, выезд на две галки. Если вы собрались обсуждать, какая я гениальная, давайте без меня. Пока не идёт он. — Ничего, что ты уже за третий ультра-си взялась? И это за такой короткий срок. — Надо будет, я и за всё остальное возьмусь, так что пока — «я глух и нем», да? — Конечно, любимая. — Обожаю. Саша чмокнула мужа в щёку и налегла на свою порцию. Энергии требовалось примерно вагон, и сбавлять обороты она не планировала, грозясь уже в туре показать на публике чистые выезды с квад-лутца, с трикселя и с квад-тулупа.

***

Тренеры обед пропускали. Как и съёмки «Русского вызова», в отличие от нескольких своих спортсменов. И частично приходилось курировать ещё и это. Хотя за несколько дней до первого шоу накопилась ещё сотня срочных вопросов, которые шаг за шагом находили решение. Один выбивался из очереди своей неординарностью и внезапностью, и как раз его обсуждение продолжили Этери, Даниил и Сергей, когда остались на арене втроём. Машина для заливки льда им нисколько не мешала. — Если бы у наглости было второе имя, её бы звали Адель, — спокойно заключила Этери. — Да уж, у Алёны достойная преемница, если с ней ничего не случилось. Ты связывалась? Уверена, что всё в порядке? Я меньше всего ожидал чего-то подобного от Аделии. Даниил и суетился, и нервничал, и переживал за ученицу, и себя уже ругал за то, что сам не позвонил. Ещё утром. — На А, все они на А, — Этери вспомнила вчерашний инцидент с Гленн и посчитала, что одной Адель в названии недостаточно. Имя должно быть двойным. Или как им там пишут в сетях — петрогленн. Она поочерёдно взглянула на Дудакова и Глейхенгауза. Со своей активностью в ТикТоке Даня точно должен быть в курсе. Но разговоры об этом были для неё слишком низки и не по статусу, чтобы продолжать. — Алина, кстати, старается, — решил выделить хотя бы Загитову Сергей Викторович. — Да, я вижу, но бесполезно добавлять ей прыжки. А Лиза меня восхищает: я на неё смотрю и вообще не вижу возраста, не вижу, что она тоже из завершивших. Этери долго сомневалась. После всего, что устроила Туктамышева перед чемпионатом, легче всего было просто отказать ей. Но девушке нужна была работа, а Тутберидзе ещё в начале сезона заикнулась, что такая возможность есть. И теперь, когда Лиза обратилась, тренер сначала высказала всё, что о ней думает, но в ответ услышала заверения: «Это в прошлом. Готова на любые условия и программы». И всё-таки дала второй шанс. — Ты поэтому себе Гленн такую же взяла? — Такую же? Не знаю, куда вы смотрите. Но если у них похожий стиль, то на этом всё. — Тебе виднее, но уверен, что она тоже будет нас слушать, — предположил Дудаков. По его опыту, иностранцы всегда вели себя даже вежливее своих. У Этери же опыт выходил далеко за пределы ледового времени, но и об этом с коллегами она откровенничать не собиралась. — Так что ты будешь делать, когда Адель приедет? — Даня раскручивал рулетку вариантов: открутишь голову, выгонишь вон, исключишь, не дожидаясь приказа от Сихарулидзе, отругаешь публично, будешь игнорировать, как будто никого нет… — У меня сегодня был план сделать с ней полные прогоны всех трёх программ, этим и займёмся. Многократные прогоны для участницы на редкость синхронного дуэта. — И не ругайся, ладно?! — Дань, ты чего боишься? Не собираюсь я ругаться! Мне не надо, чтобы она перед туром ещё больше от нас закрылась. — Так вроде наоборот, отлегло у неё что-то. Я бы вообще сказал, что после Милана и после Праги два разных человека приехали. — Меня устроит, если хотя бы одна её версия сегодня посетит тренировку. — Так ты звонила или нет? — С ней всё в порядке. Этери отошла в сторону, чтобы дать команду сотрудникам, заливающим лёд. Сергей Викторович и Даниил Маркович переглянулись. Их явно не посвятили во что-то важное, но они не собирались ни сплетничать, ни обсуждать. Один понимающий взгляд — и тема закрылась, почти не открываясь.

***

В раздевалке Аделию встретила тишина. Похоже, остальные уже разминались. Она переоделась и замерла у двери, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем открыть её. Как бы Петросян ни храбрилась, больше всего боялась прямо там — перед всеми — захлебнуться в истерике, когда услышит: «В свободное плавание, Адель». В зале, на её счастье, разминались Саша и Макар. — Господи, Петросян, где тебя носит? Игнатова тут же позвала к ним, а Миша полез изучать вновь прибывшую — новую для него «игрушку». От Аделии пахло крепким кофе, и мальчик почти сразу потерял интерес к её лицу, но расположился за спиной и теперь дёргал за волосы. Это даже немного помогало отвлечься, пока подруга в очередной раз поражалась внезапному терпению брюнетки, которого отродясь не было в таких вещах. — Где носило, там уже нет. Как здесь дела? — А что должно было произойти? Или ты, как в «Пункте назначения», увидела, что у нас крыша арены обвалится, и решила пропустить? Ха-ха, даже Петя до такого не додумался. — И какие были версии? — Ну, он готов был озвучить, что ты нашла собаку на улице и приютила. — Ещё одну? — А что? Собак много не бывает, да, Макар? Саша искала одобрения у мужа, и тот сразу кивнул. Девушка довольно облокотилась на его плечо, а Аделия, уже приступившая к растяжке, опустила взгляд на собственные стопы. Хотелось так же. С Эмбер. Здесь же. Сейчас. А ещё очень хотелось понять, как найти такой же баланс, как у Саши с Макаром. Казалось, Игнатов добровольно ушёл в тень супруги, хотя сам был не менее крутым спортсменом — пусть и в разы менее титулованным. Вряд ли в их с Эмбер паре кто-то согласится так уступить. И что из этого выйдет, брюнетка пока не понимала. В Праге у них получалось с переменным успехом, но качелей больше не хотелось. Если соревноваться друг с другом, то как в «Жарком соперничестве», но потом возвращаться вместе домой, чтобы это было исключительно приятно, а не оборачивалось кучей взаимных претензий и обид. Поддержка Макара ощущалась за версту. Аделия вообще была уверена, что он сделает всё, о чём Саша попросит, лишь бы жене это помогло в подготовке. — Дак что? Заведёшь ещё одну собаку? — Ага, у меня как раз время освобождается. Так странно. Почему Пете пришло в голову именно это? Аделия любила собак, и это ни для кого не было секретом. В Праге она впервые задумалась о второй. И сейчас задумалась снова. Ведь две собаки — лучше, чем одна. Ещё больше любви. Тем более сейчас, когда несколько месяцев ей предстоит жить одной. — Мы заметили. Идём, Этери покажешься. — Я ещё не размялась. — Петросян! — Ладно, окей, пять минут. — Ха-ха, боишься — хороший знак. Не совсем с ума сошла. — Я со-шла с у-мааа… — протянула Петросян в такт известной мелодии. — Мне ну-жна о-нааааа, — во весь голос продолжила Игнатова. Макар лишь закатил глаза и увёл Мишу подальше от этой парочки. — Вы совсем? Вас из коридора слышно. — Дверь открыла, к счастью, Соня, а не Этери. — Вступай, твоя партия, — позвала её Сашка. — Я слова не помню. Акатьева пыталась напеть мелодию, а Саша смотрела на Аделию, пока та наблюдала, как подруга губами подбирает подходящие звуки. — Чёрт, Петросян, я ушла, это очень… — Что? — переспросила Аделия шёпотом, чтобы Софья не услышала. — Держу пари, она тебе тоже нравилась. Раньше. Эмбер сдохнет от ревности. — Не сдохнет! — Так, я не помню. — Соня закончила искать варианты и заметила, что подружки секретничают без неё. — Эй, вы о чём? — Да так, Аделька — огонь у нас. — Потухни, сама огонь. — Всё как обычно, а тушить мне обеих. — Сонь, я сама. — Саша, не переставая улыбаться, подняла руки в знак капитуляции и быстро удалилась. Аделия смутилась. — Прости, не знаю, что на неё нашло. — Почему ты пропустила тренировку? — Соня подошла ближе и спросила уже серьёзно. — Сонь, меня отчисляют. — Нет. Почему ты так решила? — Ко мне Этери вчера приезжала. Ночью. — И что? — И то. — Но она ждала тебя сегодня утром. Даня тоже психовал. По нему всегда видно. — Да? Странно. Ладно, идём. Петросян машинально взяла Соню за руку. Та не отстранилась, только крепче сжала её ладонь. — Нет, стой, тебя чего так трясёт? — Я к этому не готова. Теперь Акатьева стояла чуть позади, и её дыхание обжигало открытые плечи Аделии. — Адель, всё будет хорошо. И я всегда на твоей стороне. — Спасибо. Я знаю. Брюнетка выпустила руку и пошла вперёд. Соня остановилась. Она не могла повлиять на решение тренеров, но готова была успокоить подругу, если после разговора с ними Петросян понадобится поддержка. Эмбер тоже ответила, но телефон лежал в сумке, и Аделия не видела её сообщений: Amber: Адель, вау, это даже лучше, чем я думала. А почему ты не на тренировке?

Настенные часы несколько раз попадали в кадр и показывали 11:30. И точно не ночи.

Адель, я всё заменю. Ты только подскажи, где и что заказывать. А я смогу оплатить своими картами? У вас доставка как работает? Цветок? Я думаю разместить там игрушки Уки. Ха-ха, кто выбрал этих ужасных капибар?😅 Ну пусть будут, будут поднимать настроение с утра пораньше. Эмбер не стала комментировать, что по полу разбросаны чьи-то до боли знакомые вещи, а в ванной — целый ряд кремов и зубная щётка, которые вряд ли идут в комплекте по умолчанию. Аделия выглядела свежо и бодро, и что там у неё происходило на самом деле, Гленн так и не знала. Но собиралась выяснить уже через несколько часов, когда Петросян закончит вечернюю тренировку. Если, конечно, она и её не проигнорировала.