Вернутся к фанфику
4
2 апреля 2026, 00:13
скрип кровати. джухун падает, спиной впечатывается в холодную стену. смотрит под ноги. тело перестало слушаться. в горле неприятно першит. он периодически кашляет. сухо.
сухой кашель – предвестник приступа.
он оглядывается. взгляд метнулся на тумбочку. ниже – на ящик. джухун пытается дотянуться. тщетно. осознав, поднимается на ноги. с трудом, но поднимается. делает вдох. застывает. воздух заполнил четверть легких. дальше не идет. и не выходит. началось. руки сами хватаются за горло. джухун валится на колени в попытках вздохнуть больше воздуха. усугубляет положение. легкие распирает изнутри. ощущение, будто грудь стянули тугим обручем. джухун выдыхает. вернее, пытается. воздух с трудом протискивается через щели оттекших бронхов. сердце колотится. выступил холодный пот. джухун перекатывается на спину. царапает шею. тихий свист вместо желанного крика.
нужно найти.
насилу поворачивается на живот. впивается в деревянный пол. тянет тело вперед. тяжело. кислорода не хватает. он сдается. снова на спину. снова в шею. в глазах начинает темнеть... – джухун-щи! – дверь распахивается. сонхен вбегает в комнату, сжимая предплечье, – у меня тут... – замирает. джухун смотрит с приоткрытых век. сжимает шею. хрипит, пытается вздохнуть. тычит в тумбочку. сонхен не медлит. боль как рукой сняло. он ринулся к ящику, распахнул. ингалятор. хватает, падает на колени. приподнимает джухунову голову. тот приоткрывает рот. сонхен жмет кнопку. хруст пластика. резкий вброс ледяного воздуха. джухун жадно вдыхает с характерным свистом. плечи упали. облегчение накатило, окутало с головой. руки оторвались от измученной шеи. он обмяк в руках сонхена. грудь медленно вздымается. – спасибо, – шепчет. – я все еще настаиваю на том, чтобы ты освоил дыхательные техники, – сонхен помогает сесть, – рано или поздно ингаляторы закончатся и таблетки просрочатся. – от судьбы не убежишь, – джухун хмыкает. взгляд упал на чужую проблему. кровь сонхена уже залила белый халат, – теперь моя очередь спасать. пойдем. джухун отворил дверь. скрип прошелся по всему коридору. он вышел. сонхен следом. мед.кабинет на втором этаже корпуса. они на третьем. вид коридора пустил бы по телу непривыкшего человека мурашки. бледные, облезлые стены. пыльный пол. увешанные по периметру колокольчики. грязь, мусор. они дошли до лестницы. джухун достает ключ, выданный джеймсом, открывает, проходит. через время доходят до кабинета. койка прогибается под весом сонхена. джухун хватает пузырек и вату. сонхен сжимает простынь. стискивает челюсти. джухун льет воду. промывает. промакивает ватой. – ты как умудрился, – хмыкает, глядя на рану. – пробирка взорвалась, резанул случайно, – тот усмехается. джухун промычал. тишина повисла. в голове мелькнула мысль. сонхен не думая: – я слышал, у нас новенький. джухун поднимает голову. смотрит. перед глазами образ мартина. опомнился, вернулся к делу. льет перекись под громкие шипения сонхена. – да, новенький. – и куда его? – в охотники, естественно, – усмехается. откладывает перекись, тянется к бинту, – как ваши разработки? – переводит тему. разговаривать о нем нет никакого желания. сонхен вздыхает. – потихоньку, – признается, – оюль-щи будто с ума сошел. не ест, не спит. живет только этим. – может, хочет поскорее закончить? – джухун закрепляет бинт. встает, отходит. – я не думаю, – сонхен гладит руку, – спасибо, я побежал, а-то сам знаешь, – улыбнулся, встал, ушел. джухун опустился на койку. снова один. взгляд где-то в районе колен. он громко вздохнул. просидел пару секунд. позже ладонь выставил перед лицом. смотрит, брови сводит. кожа сухая. испачкана в крови сонхена. под ногтями то же самое. пальцы худые, страшные. смотрит на вторую. небрежно замотана. недавний порез покоится под бинтом. джухун снова выдохнул. опустил взгляд. халат. испачканный какой-то жидкостью. не отстирывается, сколько бы он не пытался. черные брюки в грязевых пятнах. он так и не постирал их. джухун уложил руки на колени. замер. дышит медленно. смотрит в одну точку. будто уснул с открытыми глазами.***
холодный воздух окутал помещение. запах табака, въевшийся в стены, обжигает слизистую носа. дразнит. джеймс откинулся на спинку стула. смотрит сквозь стену. челюсти сжимает. хантер раскинулся на диване, вертит в пальцах ручку. рядом сохи. сидит, оперевшись локтями в колени. смотрит в пол. тишина. только ручка периодически щелкает. – запасы заканчиваются, – нарушает первый сохи. джеймс вздыхает, стучит ногтем по столу. – надо выйти, – хантер опрокинул голову, – нужно, джеймс. как бы сильно ты этого не хотел. я понимаю, ты все еще не отошел от смерти кен... – заткнись, – цедит сквозь зубы. прикусывает губу. хантер замолчал. джеймс сжал кулак. зажмурился. перед глазами предстал он. «??.??.2033. джеймс ведет. хантер следит. сохи слушает. остальные доверяют. они прошли больше двух километров. рюкзаки заполнены. но «миссия» не выполнена. они не взяли тварь. остальные остались за ограждением. кроме джеймса. он пошел с ними. стоит в стороне. спокойный наружно. внутри – ураган из беспокойства и тревоги. они делали это несколько раз. все успешные. однако он все равно переживает. неспокойно. конхо подошел. тихо, осторожно. так, чтобы шаги в пустом помещении не отдали гулким эхом. встал перед тварью. выглядывает, смотрит из-за ее плеча. кенмин. с ремнем в руках. смотрит в ответ. кивает. конхо хлопает. ловить спящую тварь, как показал опыт, нельзя. она просыпается. закидывает голову. раскрывает пасть. она должна была наброситься на конхо. она должна была схватить его, повалить его. но она обернулась. резко. никто не успел среагировать. кенмин упал на пол. глухой удар бьет по ушам. следом – пронзительный крик. тварь вгрызлась в глаза. конхо опомнился. схватил топор. замахнулся, ударил. но было уже слишком поздно. дрянь упала замертво. джеймс подлетел к бьющемуся в истерике кенмину. – кенмин! – кричит, раздирая глотку. конхо трясет. нельзя оставлять в живых. нельзя дать ему обратиться. нельзя дать мучениям начаться. он толкает. джеймс падает на бок. замахивается. бьет. череп с характерным хрустом разделился на двое. кровь брызнула во все стороны, заливая пыльный пол. ан застыл. – что за...! – сохи. вбежал в домишко, замер. джеймс рванно дышит. в уголках скопились слезы. перед глазами кенмин с раздробленным черепом. рядом – подрагивающая тварь. над кенмином – конхо. стоит. держит в руках топор. смотрит. не на мертвого. на джеймса, что держит бездыханное тело за руку, шумно всхлипывая. внутри все кипит. он хочет наброситься на конхо. начать кричать, бить. но головой понимает. иного выхода просто нет. за спиной тяжелые шаги. знакомые вопли. сородичи проснулись. – нужно валить, – конхо хватает джеймса за руку. – кенмин... – шепчет тот. с места не двигается. – хен! нужно валить! – конхо хватает за предплечья, поднимает. джеймс сопротивляется. кричит до боли в горле...» тишина повисла. давит, вжимает в кожаный диван. джеймс рванно выдыхает. – хен, у нас есть новый человек. я понимаю, кенмина он не заменит, но все же, этот парень довольно таки дельный, – подает голос первым сохи. – у него хорошая реакция. подойдет для отлова, – хантер откидывает ручку в конец дивана. джеймс трет переносицу. – реакция – то, чего нам перестало хватать после потери кенмина, – начал, зарываясь лицом в ладони, – я отправлял его на отлов вместе с конхо. вернулся только второй. какова вероятность того, что в этот раз мы, начав отлов, не потеряем кого-то из? – и что ты предлагаешь? оюль-щи просит больше тупоголовых, – сохи откинулся назад. смотрит из-под приоткрытых век. – оюля нужно приземлить, – отвечает вместо хантер, – я конечно все понимаю, вакцина, туда-сюда... но с такими запросами мы потеряем половину состава. – зато представь: оюль с остальными создаст вакцину и вылечит половину города. я думаю, можно... – сохи не успел договорить. – нет, – отрезал джеймс, взглядом сверля стену, – жертв не будет. я не допущу того, чтобы умер кто-то еще. я не позволю. я видел слишком много смертей, – джеймс поднялся с места, – я к оюлю, – подошел к двери, опустил ручку, – помойте мартина, – и скрылся в коридоре.***
скрип металлической двери. хантер толкает, наваливается всем весом. открывает. они выходят из лестничной площадки в коридор. пустой, мрачный, но уже знакомый. идут прямо. хантер останавливается у двери. достает ключ, вставляет, проворачивает. жмет на ручку, открывает. комната. четыре кровати по периметру. плотно зашторенное окно. несколько тумбочек. сохи подходит к одной из них. тянет ящик. берет вещи. кидает в руки мартину. – сходи помыться. от тебя за километр несет. душевые на втором этаже, там ведра стоят, – он плюхается на кровать. та отвечает громким скрипом, – потом к остальным в комнату. там тебе выделят место. мартин свел брови. неприятно стало. хотел дерзить, но все же промолчал. кивнул. вышел из комнаты, хлопая дверью. хантер рассмеялся. – мне кажется, ты слишком прямолинеен, – он подошел, сел рядом. сохи пожал плечами. – какой есть. нет, ну несет от него, конечно, нихуево. я все понимаю, но... – боже, заткнись, – хантер пихает в плечо, смеется. заражает смехом.***
мартин трет влажные волосы. холод кутает свежее тело, пускает мурашки, заставляет ежиться. мартин накидывает свитер, натягивает брюки, шнурует ботинки. давно он себя так не чувствовал: свежим, чистым, аккуратным. с последним, конечно, можно поспорить. но если сравнивать... дверь распахивается. мартин выходит в коридор. в руках грязные вещи. он идет по памяти. сначала на лестницу, потом на второй этаж, следом – в комнату. ту, где ему, по словам сохи, должны выделить место. он находит. не сразу. но находит. опускает ручку, толкает дверь. вместо ожидаемого народа – пустота. ни единой души. мартин проходит дальше. в животе внезапно заурчало. голодно. ужасно голодно. мартин стискивает челюсти. подходит к кровати. на ней не лежат вещи, в отличие от других. постель аккуратно заправлена. должно быть, она ничья. – кровать кенмина, – знакомый голос за спиной. мартин оборачивается. конхо. – кенмина? – переспрашивает. конхо кивает. считывает с чужих глаз вопрос. – кенмин-щи... славный парень, – начал, плюхаясь на чью-то кровать, – он умер. примерно два месяца назад. у меня на глазах, – мартин опустил взгляд на спальное место. в душе что-то сжалось, – когда мы занимались отловом, тварь сожрала его глаза. мне пришлось пустить в ход оружие. жаль его, конечно. – отловом? – услышал только это. – сколько ты вопросов задаешь, – усмешка. конхо откинулся назад. оперся на руки. смотрит в чужие глаза, – отлов тварей для оюль-щи. джеймс расскажет, если посчитает нужным. мартин кивает. переваривает сказанное. – где остальные? – переводит тему. – на первом. кушают, – конхо одаривает взглядом, лыбится. от этого выражения лица у мартина кулаки зачесались, – тебе бы тоже не помешало. конхо резко поднимается. хлопает себя по бокам. выдыхает. громко. – ла-адно, – протягивает, – я пошел к своему джухуну, – лыбится, – он, должно быть, заждался. и ушел. хлопнул дверью. мартин смотрит вслед. губы в ниточку. «своему». они встречаются? в такой ситуации? мартин хмыкает. кидает вещи на кровать. шагает к двери.***
шумно. мартин толкает стеклянную дверь. большое помещение пристало перед глазами. бесчисленное количество окон. все так же зашторены. несколько длинных столов. по бокам скамейки. без спинок. на скамейках знакомые лица. не все. мартин идет дальше. проходится взглядом по всем. ечан, джиншик, рюль... а, уджин. мартин стремительно зашагал. почти дошел. его остановили. положили руку на плечо. он обернулся. сохи. – видишь мелкого? – указывает в другой конец помещения. мартин кивает, – подойди, представься и возьми еду. мартин идет. подходит. понимает, почему сохи назвал его мелким. неконтролируемая усмешка на губах. он прикрывает рот ладонью. – привет, – берет себя в руки. откашливается. усмешки и след простыл. – тот новенький? – хмыкает, – мартин? о, все уже о нем знают. – минджэ, – протянул руку, мартин сразу пожал. парень что-то отметил на листке. после кивнул в сторону стола, – забирай. мартин подходит. пакет. белый. единственный. он берет. идет к уджину. садится рядом. напротив рюля. здоровается. никто, кроме уджина, не отвечает. никто даже не смотрит. в груди неприятно кольнуло. мартин развязал пакет. тушенка, картофель, яйцо. глаза зажглись. мартин не верит. нормальная еда. впервые за последние четыре года. он набросился на еду. жует. быстро, будто за ним гонится нечто. никто его не останавливает. никто не говорит быть медленнее. все понимают.***
тишина. скрип койки. голова конхо на остром плече. в дыхании джухуна все еще слышался тихий свист. они молчат. ничего не говорят. слушают вздохи друг друга. джухун нарушает тишину. – сегодня снова был приступ, – шепчет. конхо кусает губу. кладет руку на его колено. слегка сжимает. – участились, – констатирует. – ты следишь. – слежу, – он поднялся. развернул его к себе за плечи. заставил смотреть в глаза, – завтра выход. я найду вентолин или сальбутамол. а может даже ингалятор. я не вернусь с пустыми руками. – выход? – переспрашивает. после махнул рукой, – конхо, нет. аптеки всегда в тварях. это опасно, – джухун уложил ладонь поверх ладони конхо. у того губы поджаты. – ты во мне сомневаешься? – плюет, глядя в глаза, – плевать я хотел на этих пустоголовых. я не хочу чтобы ты мучался, – он стискивает ткань. – я не мучаюсь. мой ингалятор полон на половину. – этого не хватит. – хватит. – на сколько? на полтора месяца? джухун, этого катастрофически мало, – конхо сокращает расстояние. обвивает плечи. прижимает ближе, – я найду. все будут искать. никто не хочет потерять такого человека, как ты. – конхо... – хватит. молчи, – он отстраняется. двигается. укладывает голову на чужие бедра. прикрывает глаза, – я хочу побыть в тишине. с тобой. джухун вздыхает. смотрит на его профиль. не двигается. он должен уложить руку на сухие волосы. должен зарыться в них. должен коснуться щеки. но он не делает этого. сидит. держит руки на груди. только смотрит. и то. не долго.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!