5. На шаг впереди

Ки Хун устало откинулся на спинку пилотского кресла и прикрыл глаза. Гул двигателей «Щита-1» после оглушительного скрежета умирающего самолёта казался почти колыбельной, убаюкивающей и обещающей временный покой. Но внутри него не было тишины. Он ещё раз мысленно пробежался по данным, которые успел выкачать его терминал за последние минуты жизни авиалайнера. Ки Хун злился на себя. Это чувство, едкое и сухое, как пыль на языке, не давало расслабиться. Он снова и снова прокручивал в голове их вылазку: риск был высоким, а результат почти нулевым. Он надеялся найти коды доступа, секретные частоты или хотя бы спутниковые снимки, а вместо этого получил терабайты архивного мусора. Списки пассажиров, инструкции по безопасности, расписание рейсов. Обычные люди, обычные судьбы, которые ничем не могли помочь им сейчас. Он чувствовал себя глупцом, который полез в пасть к зверю за сокровищем, а вынес горсть пепла. Единственным плюсом была вода. Бутылка в подстаканнике поблёскивала, отражая свет приборной панели. Настоящая. Чистая. Безвкусная — и в этом была её величайшая ценность. Ки Хун остался в кабине один. Ин Хо ушёл в жилой отсек. От нечего делать Сон листал слои навигационных данных, которые система продолжала расшифровывать в фоновом режиме. И вдруг среди серых пятен «мёртвых зон» проступила чёткая геометрическая структура. Он замер и увеличил масштаб. На карте прямо по их курсу была обозначена «Обходная ветка снабжения». Это была не дорога в привычном смысле слова. Это был колоссальный подземный бетонный короб, построенный Системой ещё в самом начале Исхода. Огромная артерия, которая должна была соединить Сектора с дальними промышленными узлами. Но, судя по архивным пометкам, проект признали «избыточным расходом ресурсов» и законсервировали на полпути. Система просто вычеркнула его из списков, оставив гнить в темноте. Ки Хун быстро прикинул координаты. Если въезд не завалило, они могли бы нырнуть туда и пройти под хребтом в полной тишине. Но он прекрасно понимал: такие объекты Система не просто «бросала». Риск завала: за десятилетия песок мог превратить въезд в монолитную стену. Ловушка: если выход с другой стороны заблокирован или обрушен, «Щит» окажется в бетонной западне. Развернуться там невозможно, только пятиться назад часами, сжигая остатки топлива и нервов. Ки Хун посмотрел на оранжевую мглу за лобовым стеклом. Буря усиливалась, и корпус вездехода уже начинал мелко дрожать под ударами ветра. — Майор, — позвал Капитан по внешней связи. — Подойдите сюда. Ин Хо вошёл в кабину через несколько минут. Его взгляд сразу упал на монитор, где пульсировала метка объекта. — Ветка снабжения? — Мужчина нахмурился, вчитываясь в технические характеристики. — Она должна была быть законсервирована еще до того, как пыль накрыла этот регион. Ты уверен, что это не очередной архивный призрак? — Координаты чёткие, — Ки Хун указал на лобовое стекло, где начали проступать очертания чего-то массивного. — И, кажется, мы на месте. Впереди, прямо посреди бушующей Пустоши, высился бетонный «гриб» — массивный оголовок вентиляционной шахты, а рядом с ним — пологий пандус, уходящий вглубь огромной дюны. Это выглядело как вход в логово доисторического зверя, наполовину засыпанное песком. Но внимание привлекло другое. Перед самым въездом, застыв в хаотичных позах, стояли три беспилотных грузовика Системы. Их огромные колёса наполовину ушли в грунт, а на угловатых корпусах осела корка спёкшейся соли. Они выглядели как почётный караул у гробницы. Ки Хун указал на ближайший грузовик. — Они так и не получили приказ войти. Система просто «отключила» их прямо на пороге, когда проект признали лишним. В отсек вошли Но Ыль и Хён Джу. Последняя по приказу опустилась на место Сона. Сержант действовала быстро: её пальцы привычно легли на штурвал, а взгляд мгновенно впился в показания приборов. Но Ыль остановилась чуть позади, глядя через лобовое стекло на замершие грузовики. — Столько ресурсов и всё просто брошено, потому что какой-то алгоритм решил, что это «нецелесообразно». — В этом вся Система, — отозвался Ки Хун, отходя к переборке. — Если ты не вписываешься в график или бюджет, тебя стирают. Машину или человека — для неё нет разницы. Хён Джу плавно толкнула рычаги вперёд. «Щит-1» вздрогнул, его мощные колёса начали подминать под себя нанесенный песок, медленно приближаясь к огромным гермоворотам Объекта. Тяжёлый нож отвала скрежетнул по бетону, расчищая путь от обломков и вековой пыли. — Майор, мы вплотную, — доложила Хён Джу. — Жду команду на стыковку с портом. Ин Хо, до этого молча стабилизирующий ситуацию на своём месте, повернулся к Ки Хуну. — Капитан, твой черёд. Если эти грузовики снаружи не пустили, значит, протоколы безопасности здесь были высшего уровня. Попробуй использовать свой алгоритм. Ки Хун кивнул, доставая терминал. Его злило, что он до сих пор не уверен в успехе, но азарт исследователя понемногу вытеснял досаду. Он подключил кабель к внешнему разъёму шлюза. Вскоре раздался утробный гул. Где-то в недрах стены сработали древние реле. Огромные створки, покрытые трещинами и коррозией, дрогнули. Сначала посыпалась крошка, затем плотный поток песка и, наконец, ворота со стоном начали расходиться, открывая путь в абсолютную чёрную пустоту. — Хён Джу, — негромко произнёс Ин Хо. — Включай прожекторы. Идём внутрь. Когда лучи вездехода разрезали тьму туннеля, они увидели идеально ровный бетонный короб, уходящий в бесконечность. Стены были девственно чистыми — ни пыли, ни следов эрозии. Система законсервировала это место так тщательно, будто оно должно было простоять вечность. Как только «Щит-1» полностью пересек линию гермозатвора, створки за их спиной начали смыкаться. Тяжёлый вибрирующий гул ворот отдавался в подошвах берцев, а когда всё закончилось, воцарилась тишина, от которой заложило уши. Больше не было воя ветра. Больше не было дрожи корпуса от ударов песка. В ту же секунду под сводами туннеля что-то щёлкнуло. Ряд пыльных ламп на потолке моргнул и загорелся тусклым жёлтым светом, уходящим цепочкой в бесконечную даль. — Внимание! — раздался из динамиков сухой, лишённый интонаций женский голос. — Вы вошли в зону ограниченного доступа Объекта. Соблюдайте регламент безопасности. Весь персонал обязан носить идентификационные жетоны на виду. Приятной смены. Голос смолк, оставив после себя звенящую тишину. — Напугала... — нервно передёрнула плечами Хён Джу, крепче сжимая штурвал. Но Ыль внезапно подалась вперёд, вглядываясь в показания внешних датчиков на панели. — Посмотрите на газоанализатор. Стрелки приборов, которые на поверхности всегда дрожали в красной зоне, медленно поползли вниз. — Уровень радиации в норме. Концентрация пыли — ноль. Система вентиляции всё ещё работает, — Но Ыль обернулась к Ин Хо, в её глазах читалось профессиональное любопытство. — Майор, здесь поддерживается искусственная атмосфера. Если верить приборам, этот воздух чище, чем в Секторе. — Мы не знаем, какие консерванты они подмешивали в смесь, — осторожно заметил Ки Хун. — Я проверю, — Но Ыль уже подошла к внутреннему люку шлюза. — Всего один забор пробы. Если я дам добро, мы сможем сэкономить ресурс фильтров вездехода. Ин Хо разрешил проверку коротким кивком, но его взгляд уже был прикован к тому, что виднелось в паре сотен метров впереди. Там, посреди идеально пустого туннеля стоял грузовик — точно такой же, как те, что остались снаружи, но этот успел проскочить внутрь до консервации. — Притормози, Сержант, — скомандовал Ин Хо. Когда вездеход поравнялся с машиной, Ки Хун прильнул к боковому стеклу. Кузов грузовика был накрыт брезентом, на котором висели массивные магнитные пломбы с тиснением: «Приоритет снабжения: биологический архив». — Био-архив? — Ки Хун почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Система везла сюда что-то живое. Или то, что должно было стать живым. — Или то, что уже мертво, — добавила Но Ыль, закончив экспресс-тест воздуха. — Воздух пригоден для дыхания, Майор. Смесь перенасыщена азотом, но дышать можно. Ин Хо поднялся, проверяя крепление кобуры. — Но Ыль, оставайся у люка. Ки Хун, за мной. Мы должны знать, что в этом кузове. Если там медикаменты или семена, это многое изменит. Если там что-то опасное, мы должны знать об этом до того, как поедем дальше. Они вышли из вездехода. В туннеле было пугающе тихо. Шаги отдавались звонким эхом, а запах здесь был странным. Ки Хун подошёл к задней части грузовика и протянул руку к магнитной пломбе. Помедлил секунду. — Давай, — негромко приказал Ин Хо, прикрывая его и держа руку на рукояти пистолета. Ки Хун приложил декодер. Пломба отозвалась коротким электронным писком: старая система узнала код Сектора. С глухим щелчком магниты разомкнулись. Сон ухватился за край брезента и с усилием рванул его вниз. Ткань упала, открывая содержимое кузова. Внутри стояли штабеля герметичных цилиндрических контейнеров. На каждом из них под толстым стеклом мерцал индикатор состояния. Ки Хун протёр один из них рукой. Внутри, в слое прозрачного криогеля замерли побеги. Настоящие зелёные побеги дуба, клёна, какие-то злаки. На этикетках значилось: «Генофонд. Резерв восстановления». — Это семена и саженцы, — Но Ыль, которая всё же не выдержала и подошла ближе, коснулась стекла контейнера, — Система законсервировала здесь проект возрождения флоры. Она решила, что сейчас растениям на поверхности не место и просто спрятала их в эту бетонную кишку до лучших времён. Но когда Ки Хун прошёл чуть глубже в кузов, свет его фонаря выхватил второй ряд капсул. Внутри них не было зелени. В тусклом свете индикаторов он увидел ряды металлических кассет с пробирками, на каждой из которых был нанесен QR-код. — Здесь генетическая база. Он поднёс фонарь ближе к списку на терминале грузовика. — Здесь тысячи образцов. Система не взяла этих людей в Сектор, но она «сохранила» их здесь в виде кода. Она посчитала, что кормить живых людей — это лишний расход, а хранить их ДНК в холодном туннеле вполне приемлемо. — Забираем один контейнер с семенами, — голос Майора прозвучал глухо под бетонными сводами. — Больше не потянем, а риск того, что система внутри грузовика может быть заминирована на случай кражи, всё ещё есть. Ки Хун аккуратно подхватил тяжёлый цилиндр. Они быстро вернулись к «Щиту-1», где Хён Джу, не снимая рук со штурвала, внимательно следила за датчиками движения. — Задраить люки, — скомандовал Ин Хо, как только они оказались внутри. — Сержант, медленно вперёд. Обходим грузовик по левой стороне. «Щит-1» плавно двинулся дальше вглубь Объекта. В туннеле всё ещё горел тусклый аварийный свет, создавая иллюзию бесконечного коридора. Когда они отъехали от грузовика на пару километров, динамики вездехода, настроенные на частоту объекта, вдруг ожили. Это не был сигнал тревоги. Из них донёсся шорох, звук переключаемых тумблеров, а затем усталый человеческий голос, принадлежащий мужчине, который явно не надеялся быть услышанным. «...говорит дежурный смены. Сегодня мы получили уведомление о консервации. Грузовики на поверхности заблокированы. Ветка снабжения признана нерентабельной...» Группа замерла, прислушиваясь. «Система приказала нам покинуть пост через технический выход. Но мы решили остаться в жилом блоке. Уходить в Сектора... там нет места для тех, кто строил эту ветку. Мы остаёмся с архивом. Если кто-то когда-нибудь откроет эти ворота, значит, мир снова готов к зелени. В шкафу управления я оставил ключи от всех сервисных зон. Удачи вам. Кем бы вы ни были». Запись оборвалась коротким щелчком. Ки Хун кинул взгляд на показатели монитора. Прямая линия туннеля на карте тянулась ещё на добрый десяток километров. Никаких завалов, никаких красных отметок — только ровный бетонный коридор, уходящий вглубь. — Судя по хронометру на поверхности скоро ночь, — произнёс Капитан, откидываясь на спинку кресла. — Буря там сейчас в самом разгаре. Поэтому мы можем остаться здесь до утра. Ин Хо посмотрел на Но Ыль. Женщина выглядела измотанной: тёмные круги под глазами и застывшее напряжение в плечах выдавали её состояние лучше любых слов. Хён Джу тоже едва заметно тёрла виски, не выпуская штурвал. — Останавливай машину, Сержант, — скомандовал Хван. — На сегодня хватит. Мы в безопасности, система жизнеобеспечения туннеля стабильна. Сделаем привал. Вездеход плавно замер, и гул мощных двигателей сменился тихим шелестом вентиляции. В наступившей тишине звук собственного дыхания казался оглушительным. — Я хочу выйти, — неожиданно сказала Но Ыль. — Не в шлеме. По-настоящему. Майор помедлил, проверяя уровень токсинов на внешних сенсорах. — Хорошо. Но оружие держать при себе. Они открыли основной люк. В туннель вывалилась аппарель, и группа впервые за долгое время ступила на твердую поверхность, не боясь, что она уйдёт из-под ног. Здесь не было ветра, не было едкой пыли и вечного белого неба. Тусклый свет аварийных ламп на потолке создавал странную, почти уютную атмосферу заброшенного, но мирного места. Прямо напротив места их остановки в стене виднелась широкая раздвижная дверь с маркировкой «Сектор отдыха и техподдержки». Ки Хун подошёл к ней первым. Пневматика сработала на удивление мягко — дверь ушла в сторону, открывая вид на жилой блок. Внутри всё выглядело так, будто люди ушли отсюда всего пару часов назад. На столах в обеденной зоне стояли пустые кружки, в углу на стеллаже лежали засаленные журналы и несколько колод карт. Никакого хаоса, никакой крови. Просто тишина. Ки Хун остановился у центрального пульта управления блоком. Рядом на стене висел большой бумажный плакат, на котором кто-то от руки нарисовал дерево с пышной кроной и подписал: «Мы сохранили корни. Подождите весны». На стеллаже в углу стояли десятки архивных коробок, но не с цифрами, а с личными вещами техников. Система позволила им оставить здесь частички своей жизни, зная, что они никогда не вынесут их на поверхность. — Здесь есть душевые, — раздался голос Хён Джу из глубины коридора. — И там... там всё ещё есть вода в резервуарах. Техническая, но её можно очистить. Ин Хо опустил пистолет в кобуру и глубоко вдохнул этот странный неподвижный воздух. — Но Ыль, займись проверкой воды. Ки Хун, проверь бортовые записи этого блока. Может, найдёшь что-то полезное. Позже они собрались в небольшой обеденной зоне. Стол был из обычного серого пластика, поцарапанный и видавший виды. Ужин прошёл в молчании. Но Ыль закончила первой и подошла к стеллажу с архивными коробками, который приметил Ки Хун. Её внимание привлекла небольшая тетрадь в кожаном переплете, засунутая между техническими справочниками. Это был личный дневник. Она открыла его на последних страницах. Почерк был аккуратным, но к концу записи буквы становились всё более размашистыми, нервными. «Сегодня пришёл окончательный список "Приоритета А". Моего имени там нет. Имени главного инженера тоже. Система прислала уведомление: "Ваш вклад неоценим, но биологическая ценность текущего состава группы ниже порога воспроизводства". Они просто посчитали наш возраст, наши болячки и решили, что мы отработанный материал. Мы построили им этот туннель, а они вычеркнули нас». Но Ыль перевернула страницу. «Они не спасают людей. Они спасают функции. Мы им не нужны и поэтому решили не выходить. Зачем ползти к Сектору, чтобы услышать отказ у ворот? По крайней мере, здесь мы люди, а не цифры в отчёте». Кан закрыла дневник и положила его обратно на полку. Она посмотрела на Ки Хуна, на Ин Хо, на Хён Джу. Они и сама Но Ыль были здесь только потому, что их «функции» пока были полезны Сектору. Когда блок погрузился в полумрак, а Но Ыль и Хён Джу, наконец, уснули в узких, но чистых каютах техников, Ин Хо и Ки Хун остались в центральном зале. Тусклый свет аварийной панели бросал длинные тени на бетонные стены. Ин Хо сидел на краю стола, медленно вращая в руках пустую кружку, в которой ещё недавно была «вода из прошлого». Ки Хун проверял показатели «Щита-1» через выносной терминал, но его движения были скорее машинальными. — Знаешь, — тихо начал Ки Хун, нарушая тишину, — я никогда не задумывался, что будет после. Когда-нибудь планета же должна восстановиться. Ин Хо долго молчал, глядя в пустую кружку, словно на её дне была зашифрована карта будущего. Он поставил кружку на стол и посмотрел на свои руки. — Сектор учит, что без их алгоритмов и фильтров жизнь невозможна. Но посмотри на этот туннель, — Ин Хо обвёл рукой бетонные своды. — Система вычеркнула его, как «лишний ресурс», обрекла на смерть. А он стоит. Здесь чистый воздух, здесь тишина. Планета — это не механизм, который сломался и ждёт запчастей. Она заперлась изнутри и ждёт, когда мы, паразиты, либо вымрем, либо научимся стучать в дверь, а не выламывать её. Она восстановится, Ки Хун. Обязательно. Но уже без нас. Ки Хун медленно поднялся со своего места. Шаги его в этой тишине казались неуместно громкими. Он подошёл вплотную и поставил свою кружку рядом с кружкой Ин Хо — два одинаковых жестяных цилиндра на пустом столе, как два человека, запертых в одной судьбе. Посмотрел на профиль Ин Хо. Три года — срок огромный для Пустоши, где каждый день идёт за десять, но сейчас, в этом полумраке, расстояние между ними казалось короче, чем ширина этого стола. Сон вдруг коротко, почти неслышно усмехнулся. — Не знаю, что нас ждёт завтра. Доберёмся ли мы до конечной точки или нас завалит в первом же узком лазе... Он чуть наклонил голову, ловя взгляд Ин Хо. — Поэтому я хочу сказать то, что должен был уже давно, — тихо произнёс мужчина. — Прости меня за всё, что я наговорил тогда. Он снова посмотрел на Ин Хо. — Я ведь тогда видел только тех рабочих, Ин Хо. Я слышал, как они кричали. И я ненавидел тебя за то, что ты смог просто... отвернуться. Ки Хун сделал шаг ближе. — Но на самом деле не было правильного выбора. Прости, что я оставил тебя с этим одного. Ин Хо замер, смотря на Ки Хуна хмуро, исподлобья. С выражением лица, которое Сон привык считать признаком безразличия. Минуты тянулись мучительно долго. Воздух между ними, казалось, стал плотным. Хван не двигался, только взгляд его метался по лицу Ки Хуна, будто пытаясь найти подвох. Но там была только усталость. Затем Ин Хо выдохнул, покачал головой, и на его лице промелькнула тень усмешки. — К чёрту... — прошептал он. — К чёрту Сектор с его приказами. Он резко, почти грубо подался вперёд. Его широкая горячая ладонь легла Ки Хуну на затылок, пальцы запутались в волосах, притягивая Сона к себе. — Я не просил тебя понимать меня тогда. И сейчас не прошу, — выдохнул Майор. — Я знаю... — тихо ответил Ки Хун. Он поднял руки, касаясь лица Ин Хо. Хван закрыл глаза, на мгновение прижимаясь щекой к ладони Ки Хуна, сдаваясь этому моменту, словно это был последний глоток воздуха перед тем, как его вытолкнут в безвоздушное пространство. Они простояли так долго, не размыкая объятий. — Иди ложись, — наконец произнёс Ин Хо, отстраняясь. — Тебе нужно поспать. Ки Хун кивнул, чувствуя странную лёгкость. — Попробуй тоже уснуть, — попросил он уже в дверях каюты. Ин Хо ничего не ответил, лишь молча смотрел ему вслед, пока дверь не закрылась. Оставшись один, Майор ещё несколько минут стоял, прислушиваясь к гулу системы жизнеобеспечения.

***

Тишина бетонного коридора начала казаться неестественной, давящей. Ки Хун сидел за пультом, наблюдая, как на главном мониторе медленно восстанавливается сетка внешних датчиков. «Щит-1» прогревал системы, и этот низкий утробный рокот машины вибрировал в подошвах, возвращая их к реальности. Ин Хо сидел в командирском кресле, его спина была прямой, как струна, но взгляд, которым он обменивался с Ки Хуном, стал иным — в нём больше не было дистанции. Сон просматривал данные, которые скопировал с терминала в жилом блоке техников. Среди личных дневников и журналов смен он нашёл именно то, что искал — инженерную схему сопряжения Ветки снабжения с внешним ландшафтом. — Что там? — негромко спросил Майор. — Подтверждение того, о чём я знал — Ки Хун вывел красную точку на месте их предполагаемого выхода. — Туннель выведет нас на плато Соляных Озёр. Мужчина повернул планшет к Ин Хо. Ин Хо нахмурился, вчитываясь в характеристики региона. — «Шестёрка». Бывшее дно моря. — Именно. Там аномальный климат. Из-за высокого содержания соли в почве и отсутствия термальных потоков пыль там не летает, она плотно осела. Там мёртвый штиль. У нас десять часов пути. Ин Хо долго смотрел на схему, затем перевёл взгляд в окно. Когда тяжёлые гермоворота в конце туннеля начали расходиться, Ки Хун невольно зажмурился. Вместо привычного рыжего ада Пустоши на них обрушилась ледяная белизна. «Щит-1» медленно выкатился на поверхность. Перед ними расстилалось белое зеркало. Ни одной пылинки не кружилось в воздухе. Далеко на горизонте, словно призрачная стена, высился рыжий столб пыли — это была граница предыдущей зоны, оставленная позади. А здесь царила пугающая тишина. Воздух был прозрачным и колючим от соли. Реактор «Щита» начал работать громче, борясь с ледяной взвесью, которая мгновенно начала оседать на обтекателях инеем. Вездеход превратился в крошечный чёрный штрих на бесконечном белом полотне. Десять часов абсолютной видимости начались.

***

Прошло пять часов. «Зона-6» выматывала своей неподвижностью. За окнами ничего не менялось: всё то же белое небо, сливающееся на горизонте с белой солью. Не было ни камней, ни выступов, по которым глаз мог бы зацепиться за движение. Внутри кабины царил сонный полумрак, изрезанный тусклым светом приборов. Хён Джу, занявшая место пилота, впала в подобие транса и неподвижно держала штурвал, а Но Ыль ушла в жилой блок, не выдержав давящей белизны за стеклом. Ки Хун сидел, откинув голову на подголовник. Тишина внутри машины была такой плотной, что он слышал дыхание Ин Хо рядом. Майор не спал. Он смотрел прямо перед собой, и в отражении монитора Ки Хун видел, как его пальцы едва заметно перебирают край перчатки. Идиллическое безмолвие прервал звук, от которого у всех присутствующих внутри похолодело — резкий, царапающий по нервам треск статического электричества в динамиках дальней связи. Ин Хо мгновенно выпрямился. Его рука замерла над пультом. Рация, связывающая их с Сектором, которая молчала с самого начала перехода через «Зону-3», ожила. Сквозь шипение и свист прорвался голос, лишённый помех, чистый и глубокий, словно собеседник стоял за спиной. — Объект «Щит-1», доложите статус, — произнёс Иль Нам. Ин Хо помедлил секунду, обменявшись с Ки Хуном быстрым предостерегающим взглядом. Майор нажал кнопку ответа. — На связи Майор Хван. Находимся в «Зоне-6». Двигаемся по графику. Потерь нет. В динамиках повисла короткая пауза. Было слышно, как алгоритмы на том конце обрабатывают информацию, анализируя не только слова, но и тембр голоса, частоту пульса, передаваемую датчиками, и даже фоновые шумы в кабине. — Система зафиксировала использование Ветки снабжения, которая была помечена как неактивная. Ки Хун почувствовал, как по спине пробежал холод. Иль Нам видел всё. Он не «спал», он просто ждал момента, когда они окажутся на открытом месте, где связь станет идеальной. — Мы использовали туннель для обхода песчаной бури в четвёртой и пятой зонах, чтобы сохранить ресурс фильтров, — сухо ответил Хван. — Разумно, — согласился голос. — Однако ваше пребывание там затянулось. Система обеспокоена вашей эффективностью. Иль Нам сделал ударение на слове «эффективность» так, что стало ясно: он знает о каждой минуте, проведённой ими вне протокола. — Капитан Сон, вы на связи? — вдруг спросил старик. Ки Хун вздрогнул и нажал тангенту. — Да, Командующий. — Ваши показатели сердечного ритма выше нормы. Соляная взвесь «Зоны-6» не должна вызывать такой реакции у опытного навигатора. Вас что-то тревожит? Или вы нашли в архивах информацию, которую ещё не успели передать в центральный узел? В кабине стало так тихо, что было слышно, как хрустит соль под колёсами. — Я просто устал, — голос Ки Хуна был ровным, но он чувствовал, как потеют ладони. — Пять часов белого света утомляют глаза. — Понимаю. Берегите зрение, Капитан. Вы нужны Системе и дочери в здравом уме. Майор, продолжайте движение. И не заставляйте Сектор сомневаться в целесообразности вашего возвращения. Ки Хун не ответил. Слова Иль Нама о дочери эхом отдавались в ушах, превращаясь в невидимую удавку. Система напомнила Капитану, что его единственное уязвимое место находится внутри Сектора, в зоне досягаемости её механических рук. Связь оборвалась коротким щелчком и повисла мёртвая тишина. Майор нервно дёрнул плечом и снова перевёл внешние сенсоры в пассивный режим. — Он знает, — прошептала Хён Джу, не оборачиваясь. — Он всё знает. — Он знает только то, что мы ему позволяем видеть через датчики, — отрезал Хван. После этого в кабине повисла гнетущая тишина. Больше никто не решался произнести ни слова — воздух казался слишком плотным, наэлектризованным после разговора с Сектором. Слышно было лишь ровное, усыпляющее гудение реактора и однообразный хруст соляной корки под колёсами. Через пару часов монотонность пейзажа начала брать своё. «Щит-1» переключили на автопилот. Система стабилизации мягко приняла управление, удерживая курс по заданным координатам. Постепенно напряжение сменилось изнуряющей усталостью. Хён Джу откинула голову на подголовник, проваливаясь в тревожную полудрёму под мерцание контрольных ламп. Даже Ин Хо, вопреки своей привычке всегда быть начеку, прикрыл глаза, застыв в кресле неподвижной тенью. Ки Хун единственный не спал. Он смотрел в бесконечное белое небо, пытаясь унять дрожь в руках, пока его сознание медленно баюкал ритмичный рокот машины. Внезапно идиллия оборвалась. «Щит-1» ощутимо повело вправо. Сработал предупреждающий сигнал бортового компьютера, и автопилот с писком отключился. Все в кабине мгновенно вскинулись, ещё не понимая, что произошло. Вездеход начал замедляться, и в установившейся тишине они услышали странный звук. Это был не треск, а чавкающее засасывание. Словно под колёсами была не твёрдая почва, а густое тесто. — Что с управлением? — Хён Джу дёрнула штурвал, который стал мёртвым и тяжёлым. Ки Хун прильнул к экранам внешних камер. — Стой! Не газуй! Мы попали в «соляной котёл». Снаружи всё выглядело так же, как и минуту назад — бесконечная белая равнина. Но под весом вездехода тонкая сухая корка проломилась, и наружу выступила тёмная густая жидкость. Это была не вода, а то, что годами скапливалось в низинах бывшего дна. — Это зыбучие пески, только из соли, — Ки Хун указал на монитор. — Под белой коркой жижа. Она не держит вес. Мы тонем. Хён Джу попыталась дать чуть больше оборотов, но вездеход только глубже погрузился в серую кашу. Правый борт уже ушёл в зыбун почти по самую дверь. Девушка замерла, её руки затряслись. Она смотрела, как грязь медленно замазывает лобовое стекло, и не могла пошевелиться от ужаса. Ин Хо мгновенно оценил ситуацию. Он видел, что сержант впала в ступор. — Отойди, — коротко бросил он. Мужчина отстегнул ремни и решительно, но аккуратно оттеснил Хён Джу из кресла пилота. Она послушно отползла назад, а Майор занял её место. Он не стал давить на газ до упора. Начал нажимать на педали, короткими толчками раскачивая многотонную машину. — Прямо по курсу, в пяти метрах должна быть отмель, — предупредил Ки Хун, сверяясь с датчиками. — Если проскочим — там твёрдо. Но если застрянем посередине, нас засосёт по самую крышу. Хван коротко кивнул. Он дождался момента, когда вездеход качнулся вперёд и резко выжал максимум из электромоторов. Машина взревела, выбрасывая из-под колёс фонтаны едкой белой грязи. На секунду «Щит-1» почти полностью ушёл носом в зыбун, и в кабине стало темно от облепившей стёкла жижи. Но Ин Хо не отпускал руль. Он буквально вырвал вездеход из ловушки. С тяжёлым хлюпающим звуком машина выскочила на сухой участок и замерла, накренившись на бок. В кабине воцарилась тишина. Было слышно только, как снаружи по металлическому корпусу стекает густая жижа. Майор выдохнул и убрал руки со штурвала. — Все целы? — спросил он, оборачиваясь к команде. Ки Хун посмотрел в окно. Позади них, в идеально белой пустыне чернело уродливое грязное пятно — место, которое чуть не стало их могилой. — Целы, — хрипло ответил Ки Хун, переводя взгляд на Майора. — Нам нужно очистить линзы и датчики, — Ин Хо поднялся с кресла пилота. Ки Хун посмотрел на лобовое стекло, полностью залепленное серой, быстро твердеющей коркой. Жижа на воздухе превращалась в подобие цемента. На улицу группа выбралась в полном составе. Снаружи было ослепительно. Белизна резала даже через темные фильтры масок, а жар, поднимающийся от соляной корки, казался почти осязаемым. Воздух был неподвижным и сухим, как в раскалённой печи. Все вместе они окружили «Щит-1». Зрелище было удручающим: правый борт вездехода был залеплен тяжёлой серой массой, которая на солнце стремительно превращалась в каменный панцирь. Они работали молча. Ин Хо и Ки Хун, вооружившись длинными скребками, сбивали основные куски застывающей грязи с колес и рычагов подвески. Хён Джу и Но Ыль с другой стороны очищали датчики и залитые линзы камер. — Эта дрянь липкая, как клей, — буркнул Сон. — Если бы мы простояли здесь ещё час, колёса бы просто вросли в этот островок. Ин Хо не отвечал. Он работал в привычном для него ритме, чётко, без лишних движений. Несмотря на жару и тяжёлую работу, его дыхание оставалось ровным. Ки Хун на мгновение остановился, вытирая пот, затёкший под визор. Он обернулся, оглядывая горизонт. Никаких ориентиров. Никаких призраков прошлого. Только бесконечная, идеально ровная белая пустыня, уходящая в небо. Океан исчез, оставив после себя лишь эту мёртвую ослепительную пустоту. Здесь не за что было зацепиться взгляду — ни камня, ни обломка. Казалось, они находятся на другой планете, где нет ничего, кроме соли и безжалостного света сверху. — Не засматривайся, — не оборачиваясь, произнёс Ин Хо. — Сосредоточься на машине. — Я просто пытаюсь понять, сколько ещё этой дряни впереди, — ответил Капитан, возвращаясь к работе. — Мои приборы не видели жижу, пока мы в неё не влетели. Значит, под этой коркой может быть что угодно. — Значит, теперь будем идти медленнее, — отрезал Майор. Спустя полчаса с очисткой было покончено. Вездеход снова выглядел как боевая машина, а не как комок грязи. Уставшие и взмокшие, они один за другим поднялись в шлюз, чувствуя, как благословенная прохлада кондиционера окутывает тело. Когда люк с шипением закрылся, отрезая их от ослепительного ада снаружи, в кабине на мгновение повисла усталая тишина. — Спасибо, что вывели нас, Майор, — выдохнула Хён Джу, снимая маску. Её лицо было красным от жара. Ин Хо ничего не ответил, лишь коротко кивнул. Ки Хун вернулся на своё место. Он чувствовал, как гудит в висках от перепада температур, но его внимание уже было приковано к радару. — Впереди по курсу плотность увеличивается, — сообщил он, настраивая фильтры. — Кажется, мы выходим на более стабильный участок. Надеюсь, подобного больше не повторится. Но ещё. Там, за пределами этой низины, я ловлю странный тепловой след. Ки Хун нахмурился, переключая режимы сканера. Красные и жёлтые пятна на экране плясали от жары, но одно из них было слишком ровным, слишком стабильным для природного объекта. — Датчики показывают тепловое пятно в нескольких километрах прямо по курсу. Плотность объекта высокая. — Ки Хун застучал по клавишам, пытаясь очистить картинку от помех. — Оно неподвижно, но температура выше, чем у окружающего грунта. Слишком высокая. Ин Хо прищурился, глядя на пустой горизонт. Из-за марева и жары воздух впереди дрожал, превращая всё в зеркало. — Может, скала? — подала голос Хён Джу, постепенно приходя в себя. — Базальтовый выход, нагретый солнцем? — Слишком правильная форма, — покачал головой Ки Хун. — Это... металл. Большой массив металла. Ин Хо плавно подал вездеход вперёд. «Щит-1» теперь шёл медленно, осторожно пробуя почву колёсами, пока они не выехали на широкую твёрдую возвышенность. Через почти сорок минут объект проступил сквозь дрожащий воздух. Это был огромный остов старого сухогруза, который когда-то, в прошлой жизни планеты, сел здесь на мель. Огромный ржавый киль, занесённый солью по самую ватерлинию, возвышался над пустыней. Металл за десятилетия под безжалостным солнцем покрылся толстым слоем белого налёта, но всё равно сохранил свою грозную мощь. — Вот откуда тепло. Многотонная стальная коробка раскалилась на солнце, как печь. Ин Хо остановил машину в ста метрах от судна. — Странно, — Майор внимательно осматривал корпус через зум камер. — Капитан, посмотри на левый борт. Вон там, чуть выше уровня соли. Сон настроил резкость. Среди ржавчины и соляных наростов зияло тёмное отверстие — ровный, явно вырезанный прямоугольник, ведущий внутрь корабля. И от него тянулись едва заметные полосы на белой поверхности. — Следы, — Ки Хун почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Свежие. Кто-то заходил внутрь совсем недавно. В кабине повисла мёртвая тишина. По всем картам и отчётам Сектора, «Зона-6» была абсолютно необитаема. Здесь не должно было быть никого, кроме них. Ки Хун ещё раз увеличил изображение на мониторе. Тёмный зев в борту судна казался зловещим, но полосы на соли рядом с ним были слишком ровными. — Нам нужно уходить. Голос Но Ыль прозвучал ровно и негромко, но в нём была странная глубина, заставившая Ки Хуна мгновенно обернуться. Военный медик не выглядела испуганной. Она сидела, расслабленно откинувшись на спинку кресла, и смотрела на тёмный проём в борту судна с каким-то отстранённым спокойствием. — Что? — невольно переспросил Сон. — Уехать, — она перевела взгляд на Капитана. Ин Хо внимательно посмотрел на неё. Его офицерское чутьё на опасность молчало, но спокойствие Но Ыль было слишком... знающим. — Ты что-то знаешь? — прямо спросил Майор. Но Ыль едва заметно улыбнулась — не весело, а скорее так, словно видела перед собой сложную, но понятную ей схему. — Я знаю, что старое железо на раскалённом солнце — плохой приют для тех, кто ищет спасения. Но те, кто вырезал этот проём, не ищут его. Они не те, кого нужно спасать, — в глубине её глаз промелькнуло что-то такое, что заставило Сона замолчать на полуслове. — И они не причинят нам вреда. — Ты так уверена в их гостеприимстве? В Зоне, где официально нет живых душ? — Опасность здесь только одна, Майор. Мы. Наше присутствие, наши камеры и наши отчёты, которые уйдут в Сектор. Это место... о нём не должен узнать Командующий. Ради того, чтобы мир оставался в равновесии. — Ты говоришь загадками, — Ки Хун нахмурился, чувствуя нарастающую тревогу. — Что это за «равновесие» на кладбище кораблей? — Мир здесь устроен иначе, Капитан, — мягко ответила она и снова откинулась назад, закрыв глаза, давая понять, что разговор закончен. Ин Хо долго всматривался в неё, словно пытаясь разгадать что-то, а затем покачал головой и перевёл взгляд на Сона. — Капитан, сотри координаты этого контакта из лога. Спишем на помехи из-за перегрева почвы. Ки Хун не стал ничего уточнять и молча стёр данные с монитора, но его пальцы на мгновение замерли над клавишами. Он чувствовал себя так, словно добровольно закрывает глаза посреди минного поля. «Щит-1» плавно уходил на запад, и ржавый сухогруз постепенно таял в дали. — Майор, посмотри на навигационную сетку, — тихо произнёс Сон, не оборачиваясь. Ин Хо взглянул на дополнительный дисплей. Основная карта Сектора была пуста, но поверх неё начали проступать тонкие, едва заметные линии. Они не были похожи на стандартную графику Системы. Это были скорее мерцающие нити, которые аккуратно огибали зоны с низкой плотностью и выводили вездеход на идеально твёрдые участки. — Это не наши протоколы, — Ин Хо сузил глаза, крепче сжимая штурвал. — Кто-то взломал канал навигации? — Нет, — Ки Хун быстро пробежал глазами по коду. — Это не взлом. Это... как будто система сама находит путь. Но Ыль, сидевшая рядом, даже не шелохнулась. Воспользовавшись тем, что Ин Хо полностью сосредоточен на управлении — он вёл машину точно по мерцающим нитям, Ки Хун отстегнул ремни и незаметно пересел в кресло рядом с медиком. Хён Джу в это время проверяла уровень заряда в жилом отсеке, так что они на мгновение оказались в относительной изоляции. — Эти линии на карте, — Ки Хун понизил голос до шёпота. — Это они, да? Но Ыль медленно повернула к нему голову. — Лишний шум в этой части Дна сейчас никому не нужен. — Откуда ты всё это знаешь? — Ки Хун заглянул ей в глаза, пытаясь найти там ответ на вопрос, который мучил его с самого начала пути. — Биолог Сектора должен изучать образцы в лаборатории. Ты ведь не просто медик, Но Ыль. Ты... часть чего-то большего? Кан на мгновение коснулась пальцами своей шеи, там, где под воротником формы скрывалась цепочка или, возможно, шрам. На её губах снова промелькнула загадочная улыбка — намёк на истину, к которой Ки Хун ещё не был готов. — У каждого из нас есть своя роль в этой истории, Ки Хун, — прошептала она. — Моя — следить за тем, чтобы вы дошли до конца, не разрушив то, что ещё можно спасти. Она снова отвернулась, закрывая тему. Ки Хун вернулся на своё место, чувствуя, как внутри него растёт странное предчувствие. Весь их поход, приказ Иль Нама, этот вездеход — всё это начало казаться лишь декорациями для какой-то гораздо более масштабной игры, правила которой знала только эта спокойная женщина в форме военного врача.