28 глава — Он совсем не такой, как вы, низшие люди.

После того, как он помог тому боссу с делами, Хэ Сюэюань снова пошёл в бар. В обычные дни он пил лишь ради того что бы скоротать время, но сегодня ему реально понадобилось утешение в алкоголе. То, что сказал Цзян Сыяо, непрерывно крутилась у него в голове, и он совершенно растерялся, не зная, как поступить. Стоит ли радоваться, что его маскировка сработала слишком хорошо? Цзян Сыяо не узнал его и принял за совершенно другого человека, отличного от того, каким он был раньше. Цзян Сыяо может без всякого морального бремени называть его низшим человеком, но при этом говорит, что прежний он отличался от людей низшего происхождения. А Хэ Сюэюань изначально думал, что в глазах Цзян Сыяо и прежний он тоже должен был быть низшим. Люди с низким происхождением из бедного района вовсе не достойны входить в семью Цзян, но, судя по всему, это не совсем так. По крайней мере, у того красивого друга Цзян Сыяо в сердце есть для него особое место. Выходит, в глазах Цзян Сыяо нынешний он и прежний, уже совершенно разные люди, настолько, что тот даже готов попробовать быть с ним из прошлого. Раньше быть с молодым господином было его самой большой мечтой: с того дня, как в десять лет его привели в семью Цзян, он ждал этого момента, ждал, когда сможет выйти за него замуж и провести с ним всю жизнь. Если Цзян Сыяо узнает, что тот, кого он ищет, стоит прямо перед ним, уже совсем не такой, каким он его помнил, и к тому же натворивший кучу грязных дел, став тем самым низшим, которого он теперь ненавидит больше всего, что тогда Цзян Сыяо подумает? Он точно пожалеет о своих словах. Все эти «очень красивый», «хочу попробовать» в итоге окажутся просто смешными. Раньше в глазах молодого господина он хоть как-то был светлым воспоминанием, но теперь и это последнее хорошее впечатление исчезнет полностью. С таким характером Цзян Сыяо точно его убьёт. Хэ Сюэюань залпом осушил бокал. Под действием алкоголя воспоминания о прошлой ночи вновь всплыли: Цзян Сыяо под ним выглядел покорно, и, смакуя это чувство, он окончательно всё понял в душе. На протяжении многих лет в семье Цзян он был застрявшим в роли приёмного супруга: послушным, покорным, не осмеливался выходить за рамки дозволенного. Он был будущим мужем молодого господина, поэтому должен был следовать правилам и ждать, когда тот придёт, чтобы жениться на нём. А молодой господин женится на нём? Нет. Молодой господин лишь хотел забрать его железы, а сам собирался женится на омеге, подходящей по статусу. Если бы он не осмелился запереть Цзян Сыяо, он никогда бы не испытал того чувства и смог бы лишь ждать, пока Цзян Сыяо женится на другом. Если бы он не оказался в таком положении, Цзян Сыяо, наверное, и не вспомнил бы о нём. Какая ещё любовь и «попробовать быть с ним»? Всё это случилось только потому, что, только приняв, начинаешь ценить то, что имел. Если бы он тогда не сбежал и остался в семье Цзян без желез и со слабым телом, сейчас вообще было бы неизвестно, жив он или уже нет. В любом случае, раз уж всё сделано, какой смысл сожалеть? Только вот как теперь быть с Цзян Сыяо? Он и есть тот самый человек, которого ищет Цзян Сыяо, так что всё, как это преподнести, зависит только от него. Погружённый в мысли, Хэ Сюэюань вдруг краем глаза заметил, что кто-то подсел рядом. Он повернул голову и невольно удивился. Рядом сидел высокий, мужественный альфа с очень привлекательной внешностью. Заметный шрам на лице добавлял ему опасной, бандитской харизмы. Сев рядом, этот парень без лишних церемоний сразу взял его бутылку и налил себе: — О чём задумался? Один сидишь тут и запиваешь грусть? Хэ Сюэюань хотел было отмахнуться, мол, ничего такого, но тот сразу махнул рукой: — Не ври, меня ты не проведёшь. Услышав это, Хэ Сюэюань почувствовал лёгкую беспомощность. Этот человек был его другом, с которым он познакомился, когда только приехал в бедный район. Тогда Хэ Сюэюань ещё плохо здесь осваивался, и Се Ци, приняв его за омегу, влюбился с первого взгляда и какое-то время добивался его. Позже, узнав, что он доминантный альфа, он также пережил крушение своих иллюзий. Недавно Се Ци съездил по делам в другой город и, похоже, вернулся только сегодня. — Это по работе, — немного помедлив, сказал Хэ Сюэюань. — Возникли небольшие разногласия с людьми, но всё уже решилось. Се Ци явно не слишком верил, и Хэ Сюэюань сразу же сменил тему: — А ты? Как прошло задание на этот раз? Как и ожидалось, его лицо сразу изменилось, и он начал многословно рассказывать о событиях последних дней: какой работодатель ненадёжный, какой товарищ чуть не попал в беду, где снова произошли изменения. Хэ Сюэюань слушал, время от времени отвечая, и в целом чувствовал себя расслабленным. Слушая, как он делится своими проблемами, Хэ Сюэюань на время мог забыть обо всём, что связано с Цзян Сыяо. Поболтав некоторое время, Се Ци снова сменил тему: — Кстати, по поводу того дела на острове, ведь ты был там, верно? Что же на самом деле произошло? Хэ Сюэюань слегка замялся и честно ответил: — Не знаю точно. Я тогда был рядом с работодателем и находился на некотором расстоянии от места происшествия. — Скорее всего, последствия этого до сих пор не улеглись, и, наверное, главные изменения касаются семьи Цзян. Как только он услышал о семье Цзян, Хэ Сюэюань мгновенно сдержал эмоции. — Как звали того, кто женился?.. — Се Ци не мог сразу вспомнить. — Судя по всему, у него мало шансов. В такой большой семье, если решат сменить человека, то всё, скорее всего, уже решено. Хэ Сюэюань не сказал ни слова, просто взял бокал и снова отпил. Поняв, что тот не хочет говорить, Се Ци не стал настаивать. Он обнял Хэ Сюэюаня за плечи и вздохнул: — Так давно не виделись, я по тебе ужасно соскучился. Он сказал это и распахнул объятия, чтобы обнять его сильнее. Хэ Сюэюань не уклонился, но когда тот наклонился, он всё же чуть сдвинулся в сторону по привычке. Заметив его движение, Се Ци с недовольством сказал: — Мы же все альфы, разве нельзя просто обнять тебя? Хэ Сюэюань не ответил, лишь посмотрел на время: — Уже поздно, мне пора идти. — Постой! — Се Ци схватил его. — Мы так долго не виделись, и ты уже собираешься уходить? — Разве мы не достаточно поболтали? Хотя он почти не говорил, Се Ци умудрялся сам с собой разговаривать полчаса. В итоге, после такой беседы, уже стемнело и время было далеко не раннее. — Этого мало! — с воодушевлением сказал Се Ци. — Если хочешь домой, мы можем купить что-нибудь поесть и продолжить болтать у тебя дома. Хэ Сюэюань снова слегка растерялся. К нему домой? Обычно это не было бы проблемой, и он не возражал бы поболтать с другом у себя дома, но сейчас у него дома есть один важный человек. Не будем пока рассматривать, сможет ли Се Ци сохранить тайну. У него с Цзян Сыяо непростой характер, и неизвестно, что выйдет, если они столкнутся. Се Ци больше всего ненавидел людей высшего общества, считая их лицемерными подонками. Цзян Сыяо изначально смотрел свысока на жителей бедного района, а после того, как низший человек его изнасиловал, он ещё сильнее возненавидел людей бедного района. Хэ Сюэюань не осмеливался представить, что будет, если они встретятся, поэтому нашёл оправдание: — Давай как-нибудь в другой раз, я сегодня немного устал. — Когда именно? Тебе придётся назвать мне точную дату. — Через пару дней… — Через несколько дней? Да это же очень долго. Увидев его реакцию, Хэ Сюэюань пришлось уступить: — Тогда завтра? — Хорошо, тогда завтра. Не забудь. Хэ Сюэюань кивнул и развернулся, выйдя из бара. Как только он ушёл, Се Ци сразу же завёл разговор с барменом у стойки: — Эй, с ним в последнее время всё в порядке? — Вроде, я не припомню, чтобы он кого‑то с собой приводил. Се Ци нахмурил брови, всё ещё оставаясь обеспокоенным. Увидев его такой, бармен улыбнулся: — Спокойно, братан, я прослежу за этим. Если какой-нибудь наглец решится проявить интерес к Сяо Хэ, я обязательно прогоню его. Се Ци на мгновение почувствовал раздражение и снова поднял бокал, сделав глоток. Обычно, когда он рядом, никто не смел подходить к Хэ Сюэюаню. Как только он появлялся с таким лицом рядом с ним, все, кто хотел заговорить, сразу тщательно взвешивали свои действия. Но в последнее время у него действительно были дела, и он должен был уйти, поэтому заранее предупредил людей в баре, чтобы приглядели за ним. Иначе, с такой внешностью, как у Хэ Сюэюаня, каждый день он бы не знал, сколько людей будут к нему приставать. Только так он смог немного успокоиться. Но как только сегодня вернулся, он увидел Хэ Сюэюаня, сидящего в углу одного и пьющего, явно обременённого мыслями. Что же это может быть? Ему всё время казалось, что Хэ Сюэюань не говорит ему правду. Рабочие дела не могли так сильно его тревожить, и его интуиция подсказывала, что причина, скорее всего, связана с личными отношениями. Он перекрыл путь к бару и заранее предупредил всех в окрестностях бедного района. А если Хэ Сюэюань познакомился с кем-то во время работы вне дома? Тогда область слишком широка, людей слишком много, и он не сможет проверить каждого Осушив бокал залпом, он тут же взял себе ещё один. Ну вот, теперь снова он пьёт, чтобы утопить грусть в алкоголе. Тем временем Хэ Сюэюань открыл дверь и вошёл домой. Сегодня он немного задержался. Обычно в это время они уже помылись и легли спать, поэтому он немного переживал за Цзян Сыяо. В комнате всё ещё горел свет. Цзян Сыяо не спал, он сидел за столом, держа в руках что-то и, склоняя голову, что-то рисовал. Сегодня он не готовит, так чем же он теперь занят? Хэ Сюэюань глянул и опешил. Хотя его глаза слепы и он ничего не видит, Цзян Сыяо всё же умудряется что-то рисовать. В самом деле, человек, который не умеет сидеть без дела. Хотя линии на бумаге были хаотичны и наложены друг на друга, а в некоторых местах выходили за края, всё же среди них можно было разглядеть общий контур. Похоже… это человек? Но потом он внёс ещё несколько штрихов и буквально превратил контур человека во что-то похожее на цветок: лепестки и ветви расправились, и получилось довольно реалистично. Хэ Сюэюань вспомнил, как на острове Шэнь Цзиньюнь рисовал, а Цзян Сыяо скромно говорил, что в этом не разбирается. Да и раньше Хэ Сюэюаня почти не волновало, что он рисует. Неужели он действительно освоил это самостоятельно? Размышляя об этом, он заговорил: — Почему вдруг решил порисовать? Рука Цзян Сыяо на мгновение замерла: — Просто коротаю время. Хэ Сюэюань, особо не раздумывая, подошёл к нему, чтобы отнести его умыться. Но как только он приблизился, Цзян Сыяо нахмурился, а в его голосе явно слышалось отвращение: — Ты пил? Хэ Сюэюань кивнул: сегодня вечером он действительно выпил немного больше обычного. Сам чувствовал от себя запах алкоголя, и головокружение .Он был слегка пьян. Но в общем-то ничего страшного, это ведь не первый раз, когда он возвращается домой с запахом алкоголя перед Цзян Сыяо. Алкоголь он пьёт всегда один и тот же, разве что сегодня запах был сильнее. Стоило ли так на это реагировать? Цзян Сыяо отшатнулся: запах ему реально был неприятен. Обычно он ещё как-то справлялся, но сегодня его ощущения обострились, и терпеть было особенно тяжело. Иногда он тоже выпивает, когда раздражён, но между видами алкоголя большая разница: дешёвое пойло из бедного района пахнет как промышленный спирт, резкое и терпкое, словно только что с завода химического производства. Вдруг у него резко поменялся цвет лица, и он, прикрыв рот, чуть не блеванув. Хэ Сюэюань застыл. Глядя на побледневшее лицо Цзян Сыяо, он невольно стал что-то подозревать. То, как отреагировал Цзян Сыяо… Совсем не похоже на реакцию на запах.