70 глава — Только потому, что он, альфа высокого уровня, я обязан родить этого ребёнка?

Видя, что Цзян Сыяо по-прежнему молчит, Му И невольно задумался. Если дело не в том, что Цзян Сыяо боится, тогда… неужели он действительно влюбился в кого-то и поэтому не хочет ничего рассказывать? С каких это пор Цзян Сыяо стал таким совестливым? Он и представить не мог, что у Цзян Сыяо когда-либо появится человек, к которому он будет испытывать настолько глубокие чувства. Судя по тому, как его воспитывали с детства, такое вообще казалось невозможным. Цзян Сыяо должен был всегда ставить выгоду и собственные интересы на первое место, а вся эта любовь и сентиментальность, по их убеждению, могли только стать для него обузой. К тому же это произошло в бедном районе. В таком грязном месте, где на каждом шагу одни отбросы, разве можно встретить кого-то, кого действительно стоит полюбить? Если уж рассуждать таким образом, то ему действительно вспомнился один человек. Эта информация была получена ранее от телохранителей, которых он отправил всё разузнать. Но тогда он был слишком занят поисками Цзян Сыяо и не придал этому особого значения. Теперь же становилось ясно, что его появление в том районе было вовсе не случайным. В конце концов, их связывала многолетняя дружба с детства, так что поведение Цзян Сыяо это могло объяснить. Тем более у этого человека действительно есть способность сделать так, чтобы даже бета мог забеременеть… Дойдя до этой мысли, Му И прямо спросил: — Сыяо, ты так его защищаешь… ты ведь не влюбился в него? Услышав это, Цзян Сыяо тут же возразил: — Что за ерунда? — Если ты ни боишься, ни испытываешь симпатию, то почему не хочешь говорить? — нахмурившись, сказал Му И. Разве у ребёнка в твоём животе нет отца? Сказать, что у ребёнка нет отца, было бы слишком нереалистично. Но стоило лишь затронуть эту тему, как Цзян Сыяо сразу вспоминал сцену, где его прижимали и использовали против его воли, это было крайне унизительно. Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как вынужденно принять этот факт. — Я… я не знаю, кто он. — Что? — Я не знаю, кто отец ребёнка… — тихо сказал Цзян Сыяо. Не знаешь, кто отец ребёнка? Хотя он и не видит, но всё же не может же он совсем не понимать, кто перед ним? Неужели кто-то воспользовался тем, что он не видит, обманом увёл его в безлюдное место, и потом… заставил его забеременеть? Нет… это тоже невозможно. Если он действительно беременен от чужого человека, то ещё при первых признаках беременности он бы уже сделал аборт. У Цзян Сыяо всегда была очень высокая самооценка, и даже сейчас он так сильно ненавидит этого ребёнка, никакой абсурдной материнской любви у него точно быть не может. Му Цзыцянь сказал, что Цзян Сыяо якобы находился под чьим-то контролем… Но даже если это так, другой человек вряд ли позволил бы ему вынашивать ребёнка от чужого человека, в любом случае это должен был быть его собственный ребёнок. С точки зрения логики всё не сходилось. Му И, пристально глядя на выражение лица Цзян Сыяо, решил, что дальше задавать вопросы уже нет смысла. В любом случае срок беременности уже довольно большой. Когда придёт время и врачи проведут необходимые обследования ребёнка в его утробе, все ответы появятся сами собой. С этой мыслью Му И первым вышел из палаты. А Цзян Сыяо всё ещё не мог избавиться от тревоги. Ему постоянно казалось, что Му И что-то понял, но ничего не сказал вслух, а сам он совершенно не смел даже допустить подобную мысль. Между ним и Хэ Сюэюанем ещё далеко не всё закончено. После того как он довёл его до такого состояния, неужели думает просто уйти? Слишком легко ему это сойдёт. Му И был прав. После всего, через что он прошёл, он должен обязательно отплатить за это и добиться возмездия. Однако это дело касается только его и Хэ Сюэюаня. Он действительно не хочет, чтобы Му И снова вмешивался в эту историю. Когда вопрос с ребёнком в его животе будет решён и контроль над семьёй Цзян полностью вернётся в их руки, тогда и наступит время по-настоящему свести счёты… Чтобы как можно скорее разобраться с ситуацией вокруг ребёнка, Му И сразу же отвёз Цзян Сыяо на обследование. Хотя ребёнок ещё не полностью сформировался, некоторые характеристики уже заложены в генах. Если взять немного эмбрионального материала и провести анализ, обычно можно оценить вероятность тех или иных наследственных особенностей. Му И и не рассчитывал сразу точно определить вторичный пол этого ребёнка. Ему нужна была лишь примерная оценка вероятности. Пусть этот метод и не отличался высокой точностью, но ведь невозможно просто взять первого попавшегося ребёнка и сразу получить ответ. А если учесть все странности в поведении Цзян Сыяо, Му И уже не сомневался: кто является отцом ребёнка, стало совершенно ясно. Альфы высокого уровня встречаются крайне редко, и почти все они принадлежат к высшим слоям общества. В бедном районе вероятность встретить такого альфу была ничтожно мала, но, как назло, именно Цзян Сыяо с ним столкнулся. Живёт в бедном районе, и является альфой высокого уровня, и к тому же смог пробудить в Цзян Сыяо чувства. Если это не Хэ Сюэюань, то кто же тогда? Му И закрыл глаза и не знал, что сказать. Вот уж поистине сами вырастили себе беду. Они всего лишь хотели воспитать для Сыяо кроткого и послушного будущего супруга, который как можно скорее родил бы ему наследника-альфу высокого уровня. Но кто бы мог подумать, что в итоге этот супруг сам заставит Цзян Сыяо забеременеть. Держа в руках результаты обследования, Му И просто едва не рассмеялся от злости. Око за око. За то, что Хэ Сюэюань посмел так поступить с Цзян Сыяо, он всё равно должен ответить. Просто… Он повернул голову и посмотрел на живот Цзян Сыяо. С Хэ Сюэюанем, без сомнения, нужно покончить. Но этот ребёнок, у которого есть все задатки стать альфой высокого уровня, всё же носит в себе кровь рода Цзян. А значит, его уже можно считать одним из членов их семьи. С этой мыслью Му И немного успокоился. Когда у него появится этот наследник-альфа высокого уровня, положение Цзян Сыяо станет куда более прочным. В каком-то смысле можно сказать, что это несчастье обернулось благословением. Поэтому он не стал особо вмешиваться в это дело и лишь велел Цзян Сыяо хорошенько беречь себя. Но разве Цзян Сыяо мог просто так смириться и спокойно сидеть на месте? Первые несколько дней он был подавлен и почти ни с кем не разговаривал. Но вскоре почувствовал, что здесь что-то не сходится, и немедленно сам отправился к Му И. — Папа… когда ты наконец избавишь меня от этого ребёнка? Эта штука растёт день ото дня. Если оставить её хотя бы ещё на один день, это может обернуться бедой. Услышав этот вопрос Цзян Сыяо, Му И пока лишь уклончиво ответил: — Аборт, это не такая уж простая операция. Сначала дождёмся, пока восстановятся твои глаза, а потом уже решим. — Я уже спрашивал у врача. Он сказал, что даже если сделать операцию сейчас, это никак не повлияет на состояние моих глаз. К тому же после операции на глазах его зрение уже почти восстановилось: он мог различать большую часть предметов, лишь на более дальнем расстоянии видел нечётко. До полной слепоты это давно не дотягивало, максимум сильная близорукость. При таком уровне восстановления зрения операция уже не должна никак повлиять на его состояние. — Какой врач тебе это сказал? — Му И нахмурился. — Ты понимаешь, насколько опасна операция по прерыванию беременности? — Если не сейчас, то тогда когда? Цзян Сыяо интуитивно почувствовал, что с поведением Му И что-то не так. Ведь он уже говорил ему в тот день: у него в животе ребёнок от незнакомца, по сути, чужой выродок. Разве в такой ситуации самое главное — не избавиться от ребёнка как можно скорее? Такое постоянное откладывание аборта, это вообще что? Неужели… он уже знает, кто отец ребёнка в его животе? От альфы высокого уровня вероятность рождения такого же альфы высокого уровня была крайне высокой, это он знал лучше всех. Ещё до своей дифференциации он твёрдо в это верил и намеревался найти подходящую омегу, чтобы тот родил ему наследника-альфу высокого уровня. Однако после дифференциации всё это оказалось лишь пустыми фантазиями. В итоге он сам оказался беременным и стал тем, кем в прошлом даже представить себя не мог. Раз уж он с таким трудом вернулся, значит, эту ошибку нужно исправить. Му И ведь должен понимать, что он имеет в виду. Но в итоге он всё время уклоняется… Цзян Сыяо смутно что-то понял, и в тот же миг его сердце похолодело. Му И тоже понял, что Цзян Сыяо это заметил, и решил, что дальше скрывать всё это уже не имеет смысла. Теперь Цзян Сыяо вряд ли может оставаться таким же наивным, как раньше. В конце концов, он уже несколько лет занимает пост главы семьи Цзян. Возможно, если спокойно разъяснить ему все плюсы и минусы, он сможет понять его искренние намерения. Размышляя об этом, Му И осторожно спросил: — Сыяо… ты настолько не хочешь этого ребёнка? — Да. — Но он ведь может полностью укрепить твоё положение. Услышав это, Цзян Сыяо невольно нахмурился, он уже догадывался, что Му И скажет дальше. — Ты ведь должен понимать: даже если сейчас ты занял этот пост, у других всё равно найдутся способы тебя свергнуть. Только полностью укрепив собственную фракцию и влияние, ты сможешь по-настоящему прочно удержать позицию главы. — И что дальше? — Значит, этот ребёнок станет твоим лучшим будущим помощником. — Му И сделал паузу. — Он ведь от Хэ Сюэюаня, да? Тогда вероятность того, что он будет альфой высокого уровня, довольно высока… Цзян Сыяо перебил его: — Только потому что он альфа высокого уровня, я должен терпеть все эти мучения и родить его? — Сыяо, не веди себя так неразумно. К тому же ты уже так долго носишь ребёнка, потерпи ещё несколько месяцев, и у тебя будет наследник. В такой ситуации есть ли вообще смысл делать аборт? И только потому, что он уже так долго вынашивает его, он должен смириться и родить этого ребёнка, которого изначально вовсе не хотел? Логика Му И вывела Цзян Сыяо из себя, но он и правда был настолько измучен Хэ Сюэюанем, что даже характер будто выгорел. У него просто не осталось сил, чтобы, как раньше, устроить с Му И громкий спор. Видя, что Цзян Сыяо не реагирует так, как раньше, Му И решил, что тот, похоже, всё же стал послушнее. — Всё в порядке, Сыяо. Нужно лишь потерпеть ещё несколько месяцев, и всё закончится. Пока что просто хорошо заботься о беременности, мы с твоим дядей будем помогать тебе всё скрывать. Когда ребёнок родится, никто не узнает, что ты его выносил. И старому господину тоже будет что сказать. В любом случае, это хорошо. Цзян Сыяо нужно потерпеть всего ещё несколько месяцев, и с этим ребёнком у них появится шанс полностью переломить ситуацию, разобраться с людьми из семьи второго дяди и окончательно укрепить его положение. К тому же они смогут начать готовить следующее поколение наследников… Чем больше Му И об этом думал, тем разумнее ему казалась эта идея. Он снова взглянул на Цзян Сыяо и увидел, что тот был мрачен и пугающе холоден, из-за чего сам Му И невольно почувствовал лёгкое беспокойство. За эти несколько лет на своём посту Цзян Сыяо показал себя так, что Му И был вполне доволен им, и он понимал, что долгосрочные интересы, самое важное. Но рождение ребёнка действительно слишком противоречило его природе. Сможет ли Цзян Сыяо с этим смириться? Атмосфера на мгновение стала напряжённой. И когда Му И уже решил, что Цзян Сыяо снова начнёт ему возражать… — Папа… ты хочешь сказать, что я обязан родить этого ребёнка? Это было сказано слишком прямо. Хотя в какой-то степени именно это и подразумевалось, но говорить это так прямо всё равно было нельзя. Му И тут же сказал: — Я не это имел в виду. Просто ты уже вложил слишком много невозвратных затрат, и если смотреть в долгосрочной перспективе, рождение этого ребёнка, абсолютно правильный выбор. Цзян Сыяо холодно усмехнулся: — Ладно. Я понял. Сказав это, он на ощупь поднялся, явно собираясь уйти. Му И хотел помочь ему встать, но его руку тут же оттолкнули. Хотя Цзян Сыяо демонстрировал куда большую, чем обычно, сдержанность и спокойствие, Му И всё равно чувствовал внутреннюю тревогу. То, что Цзян Сыяо ведёт себя не так, как обычно, как ни посмотри, странно. Он всё это время был в тревоге и даже усилил охрану в палате. Однако не прошло и нескольких дней, как среди ночи ему позвонил телохранитель. — Беда, господин Му! Молодой господин… пропал.