Вернутся к фанфику
Часть 8 Я всегда буду твоим безопасным местом
27 марта 2025, 18:48Ники с опаской смотрит на посылку. Она размером с обувную коробку, неприметная, из коричневого картона. Наклеенная сверху этикетка заполнена маминым почерком.
— Тебе не обязательно её открывать, — уверяет Аарон, заглядывая ему через плечо. Ники не отвечает.
Сегодня его день рождения. Сегодня Ники исполняется пятнадцать лет, сегодня Нил разбудил его на полчаса раньше, чтобы они все вместе позавтракали, сегодня он получил ноутбук, наушники и фотографию в рамке. Сегодня родители прислали ему посылку.
Прошло пять месяцев с тех пор, как он видел их в последний раз, почти два месяца с тех пор, как двоюродные братья вытащили его из ада. Два месяца, когда им было всё равно, два месяца без сообщений, звонков, писем. Два месяца покоя?
Ники хватает нож со стола на кухне, не отрывая взгляда от коробки. Он легко прорезает скотч, и теперь между Ники и содержимым коробки ничего не стоит. Он поднимает взгляд и встречает пустой взгляд Эндрю. Нил подходит ближе к столу и с любопытством заглядывает в коробку. Это он нашёл посылку на выходе, но как только увидел, от кого она, решил остаться и открыть ее. Теперь он точно опоздает. Ники открывает коробку.
Сверху лежит слой папиросной бумаги, которую он откладывает в сторону, а под ней находит открытку. Это простая открытка с напечатанным на лицевой стороне предложением.
‘Благодарение Богу за Его неописуемый дар’
2-е Коринфянам 9:15
С Днем Рождения!
— Со вкусом, — комментирует Нил, и Аарон фыркает от смеха. Ники открывает открытку, но молчит даже после того, как перечитывает её несколько раз. Эндрю забирает её у него из рук. — Ты всегда будешь нашим, — читает он вслух. — Это угроза или обещание? — Может, это их жалкое извинение, — предполагает Нил и лишь пожимает плечами в ответ на взгляд, которым Эндрю его одаривает. — Они прислали тебе Библию, — бормочет Аарон, и Ники переводит взгляд на коробку. — Нет, — говорит он, протягивая руку за книгой. Она так же привычна в его руке, как голова на плечах. — Они прислали мне мою Библию. Она в тёмно-синем кожаном переплёте, страницы тонкие от многолетнего использования. Это первая книга, которую Ники прочитал от корки до корки самостоятельно. — Что там ещё есть? — спрашивает Нил, когда Ники продолжает смотреть на Библию. Пока родители не отправили его в лагерь, он читал её каждый день, а теперь не прикасался к ней почти три месяца. — Моё ожерелье, — отвечает он, не глядя. Отец подарил ему Библию на восьмой день рождения, а мать — ожерелье с крестом на конфирмацию. Это две вещи, которые он всегда оставлял на прикроватной тумбочке, когда ложился спать, и к которым он прикасался в первую очередь, проснувшись: надевал крест, брал Библию, чтобы прочитать главу, начинал день с молитвы. Теперь от одной мысли о том, чтобы сложить руки, ему становится плохо. Когда Ники не двигается, Нил тянется в коробку и достаёт ожерелье. — Как ты… — в замешательстве спрашивает он. Ники пожимает плечами: — Они присылают мне важные вещи. — Может быть, — соглашается Нил, но запинается, когда протягивает Ники следующий предмет. Ники всё равно берёт его. Это фотография в рамке, странная параллель с той, что Нил дал ему раньше. Она тоже не новая, фотография была сделана в первый день Ники в средней школе. Это был хороший день. До сих пор она стояла на столе Ники, напоминая ему о том, что важно. Ники неосознанно переводит взгляд с рамки, которую держит в руках, на ту, что стоит на кухонном столе вместе с другими подарками. Это подарок на день рождения от Нила, который прибыл всего через две недели после того, как Ники переехал. Он сидит за кухонным столом в окружении Нила, его двоюродных братьев, Дэн и Мэтта. Это тоже был хороший день. Он переводит взгляд с фотографи на своих родителей и чувствует, как слезы подступают к глазам. — Ники, — говорит Эндрю тихо и успокаивающе. — Это не ситуация “все или ничего". Тебе не нужно выбирать– — Ники, — Нил привлекает его внимание напряжённым голосом. Когда Ники поворачивается к нему, он протягивает ещё один предмет из коробки. У Ники стынет кровь. Он молча выхватывает свой дневник из рук Нила. Он знает, что Нил не брал его, но то, что кто-то другой держит в руках книгу, наполненную его самыми сокровенными страхами и тайнами, кажется ему оскорблением. Он понимает, что Аарон, Эндрю и Нил смотрят на него, но не обращает на них внимания и поспешно открывает дневник. Сердце Ники замирает, когда он видит на первой странице записку.Если мы исповедуем наши грехи, Он верен и праведен, чтобы простить нам наши грехи и очистить нас от всякой неправды.
1 Иоанна 1:9
— Ники, — мягко зовёт Аарон. — Ты в порядке? Ники видит, как дрожат его собственные руки, когда он сжимает маленький блокнот. — Это, — начинает он и не может сдержать дрожь в голосе. — Это мой дневник. Я спрятал его под оторванной половицей вместе с… с… — Его дыхание прерывается, и он не успевает закончить предложение, прежде чем бросается к раковине, чтобы его стошнило. Эндрю оказывается рядом в мгновение ока, изучающая рука ложится ему на спину, пока Ники делает все возможное, чтобы взять себя в руки. — Дыши глубоко, — инструктирует Он и терпеливо ждет, пока Ники не удается сделать именно это снова и снова. Ники берет бутылку воды, которую предлагает Аарон, и быстро прополаскивает рот, прежде чем сделать несколько глотков. — Что еще там было? — Спрашивает Эндрю, как только Ники снова успокаивается. — Радужный браслет, — Ники с трудом сглатывает. — В прошлом году мы ездили на школьную экскурсию в Чарльстон. Там проходил гей-парад, и однажды вечером я улизнул, чтобы посмотреть издалека. — Он пожимает плечами. — Я слишком боялся подойти близко, но одна из девушек, покидавших мероприятие, должно быть, что-то увидела на моём лице, потому что отдала мне свой браслет. Я так часто думал о том, чтобы выбросить его, всегда боялся, что отец его найдёт. Думаю, в конце концов он его нашёл. — Ники, — начинает Аарон, но Ники отмахивается от него. — Я опоздаю в школу, - бормочет он, прежде чем протиснуться мимо кузенов за своей сумкой. Он берет свой дневник с собой наверх, но остальные подарки оставляет на кухне. Взрослые всё ещё сидят в той же позе, в которой он их оставил, когда возвращается с сумкой и обувью. — Ты можешь остаться дома, если хочешь, — предлагает Аарон, но Ники отмахивается от него. — Мне нужно идти. Ники с волнением впивается ногтями в ладони, прежде чем повернуться лицом к обоим своим кузенам. — Я хочу, чтобы вы подали заявление на опекунство. Эта мысль пришла ему в голову, как только он увидел дневник, увидел записку, увидел, что её явно читали. Никто в этом доме даже не подумает о чём-то подобном — он уверен в этом. Как только он позволил себе представить, что ему не придётся жить в постоянном страхе перед возвращением к родителям, он уже не мог остановиться. Ему это нужно. Ему нужны его двоюродные братья. — Ты уверен? — нерешительно спрашивает Аарон, но Ники не отвечает, вместо этого он твёрдо смотрит Эндрю в глаза. — Хорошо, — соглашается Эндрю, и Ники кивает сам себе. Он бросает взгляд на часы и сдерживает ругательство. Словно прочитав мысли Ники, Нил хватает ключи от машины Эндрю со стола и показывает на дверь. — Пойдём, я тебя отвезу.***
Ники как раз успевает проскользнуть в класс до мистера Джонсона. В середине урока Кевин кладёт на парту Ники маленькую открытку. На ней изображены щенки с бантиками на голове, сидящие перед праздничным тортом, а внутри — короткий текст: С днём рождения, Ники! Пусть следующий год твоей жизни принесёт тебе только хорошее. Кевин. Ники хмуро смотрит на открытку. — Это ведь твой день рождения, да? — спрашивает Кевин, и Ники кивает, но вопросительно приподнимает бровь, потому что Кевин никак не мог это знать. Кевин какое-то время теребит шнурки на своей толстовке, а потом смущённо улыбается Ники. — Мы с Жаном как бы вломились в кабинет директора? — предлагает он. — Нам нужно было исправить кое-какую ложную информацию. На столе лежала твоя папка, там был указан твой день рождения. Я запомнил. Ники прокручивает эту информацию в голове до конца учебного дня, но к тому времени, когда начинается его последний урок — физкультура, — он уже принял решение. Он отправляет сообщение в групповой чат, а затем быстро переодевается в спортивную форму. К тому времени, как они заканчивают играть в вышибалы, что для Ники в основном сводится к уворачиванию от бросков Рико и одновременным попыткам попасть ему мячом в пах, он получает три положительных ответа. Рико дежурит на уборке, поэтому Ники без колебаний нацарапывает на листке бумаги: "Хочешь прийти ко мне домой сегодня вечером?" — и протягивает его Кевину. Кевин читает записку и кивает. "Конечно, напиши мне во сколько". Ники показывает ему большой палец вверх, а затем поспешно собирает вещи, чтобы уйти до того, как Рико войдёт в раздевалку. Он может принять душ дома.***
— Ты уверен в этом? — в последний раз спрашивает Аарон, и Ники кивает. Он не знает, как именно это утро повлияло на его двоюродных братьев, но, должно быть, что-то произошло, потому что, когда он вернулся домой после школы, они оба сидели за кухонным столом. Аарон, который очень тщательно следит за посещаемостью, пропустил занятия, а Эндрю, очевидно, тоже не пошёл на работу. Между ними лежит стопка заполненных документов, не хватает только подписи Ники. — Я знаю, что это значит, — обещает Ники. — Возможно, мне придётся вернуться, но я… я просто больше не могу жить в неопределённости. — Тебе не придётся возвращаться, — обещает Эндрю и игнорирует взгляд, которым его одаривает брат. Ники ставит подпись.***
Они устраивают небольшой праздничный ужин в честь дня рождения, Мэтт, Дэн и Кевин — единственные гости, но даже мысль о том, что можно пригласить друга, заставляет Ники забыть о буре эмоций, которая весь день бушевала в его голове. Он проводит вторую половину дня, заканчивая некоторые задания, которые Эндрю запретил ему делать на кухне, и к закату солнца он более чем взволнован. Ники сбегает по лестнице, как только раздается звонок в дверь. Он предусмотрительно убеждается, что Сэра нет поблизости, прежде чем открыть. — Кевин, — приветствует он и отходит в сторону, чтобы впустить мальчика. — Привет, — здоровается Кевин и неловко почесывает затылок, протягивая Ники противень. — Я испек брауни, — предлагает он. — Я не принес тебе подарок, — Кевин слегка хмурит брови в волнении. — У меня не было времени. — Не волнуйся, — Ники отмахивается от него. — Тебе не нужно было. — Кевин слегка качает головой. — Эбби говорит, что невежливо приходить на день рождения с пустыми руками. Ники пожимает плечами: — Может быть. — Прежде чем кивнуть Кевину, чтобы тот шёл за ним по коридору. Он ведёт Кевина в гостиную, где на диване сидят Нил и Эндрю. Он уже собирается представить Кевина, когда чувствует, что мальчик рядом с ним замирает. Ники хмурится. — Ты в порядке? — тихо спрашивает он, и Кевин поворачивается к нему с широко раскрытыми глазами, а затем снова смотрит на Эндрю и Нила, а потом снова на Ники. — Это Нил Джостен, — шепчет он так настойчиво, что Ники чуть не смеётся. — Да, — соглашается он. — Он… он здесь живёт. — Ты живёшь с Нилом Джостеном? — спрашивает Кевин, совершенно сбитый с толку, его глаза широко распахнуты от удивления и страха. Прежде чем Ники успевает ответить, снова раздается звонок. — Я сейчас вернусь, — обещает Ники и исчезает в коридоре. Он открывает дверь Мэтту и Дэну и позволяет им поздравить друг друга, прежде чем провести их в гостиную. Кевин замирает, увидев их, переводит взгляд с Дэна на Мэтта, затем обратно на Нила и Эндрю, прежде чем устремить широко раскрытые глаза на Ники. Ники сжалился над ним и мягко потянул Кевина за руку, чтобы отвести на кухню. — Ты в порядке? — спрашивает он, как только они скрываются из виду, и Кевин смотрит на него так, словно тот сошёл с ума. — Половина лис в твоей гостиной. Ты живёшь с Нилом Джостеном, Эндрю Миньярд — твой двоюродный брат… — Ты знаешь Эндрю? — удивлённо спрашивает Ники. Кевин злобно кивает. — Он один из лучших вратарей, конечно, я его знаю. — Ты ведь и правда фанат, да? — Кевин лишь пожимает плечами, прежде чем признаться: — Нил — мой любимый игрок из колледжа. Он такой быстрый. — Я уверен, что он с радостью даст тебе несколько советов, если ты попросишь, — предлагает Ники, и Кевин слегка приоткрывает рот от удивления. — Ты так думаешь? — Я уверен, — уверяет Ники. — И остальные всегда готовы поговорить о экси. Кроме, может быть, Эндрю, но ты принес брауни, так что, наверное, сможешь его подкупить. — Это так круто, — бормочет Кевин себе под нос. Ники на мгновение колеблется, но в конце концов доверяет Кевину. — Они очень ценят свою конфиденциальность, — начинает он. — И я тоже, поэтому я был бы очень признателен, если бы это осталось между нами. Ты, конечно, можешь рассказать своей семье, но я не хочу, чтобы об этом знали в школе. — Конечно, — сразу же соглашается Кевин. — Я никому не скажу. — Спасибо, — Ники слегка толкает Кевина плечом, прежде чем сосредоточиться на текущей задаче. — Что ты хочешь выпить? В конце концов Кевин успокаивается и позволяет Нилу вовлечь его в разговор о лисах и об игре, а Ники находит место на диване рядом с Мэттом, который тут же засыпает его вопросами о школе, жизни и Кевине. Ники изо всех сил старается ответить, но с облегчением выдыхает, когда ему удаётся отправить Мэтта в долгий монолог о его новой команде и их тренировочных стратегиях, прежде чем они идут на кухню ужинать. Эндрю приготовил вкусное карри, и за едой они непринуждённо болтают. Кевин то и дело задевает Ники плечом, и прямо там, в окружении своей семьи, ему удаётся на мгновение забыть о родителях. На десерт у них брауни, и, как оказалось, Кевин потрясающий пекарь. Он краснеет от похвалы, но выглядит очень довольным, когда Эндрю берет второе. — Сначала я был действительно плохим, — признается он. — Однажды я испек торт, и это был отстой, я думаю, папа, Эбби и Жан только притворились, что едят его, а вместо этого выбросили. Мне не понравилось, что это было так плохо, поэтому я исправил это. Потребовалось около трех месяцев попыток, пока это не стало наполовину хорошо. — Теперь выпечка очень хороша, — обещает Ники, и Кевин улыбается.***
Как и ожидалось, после того, как они вернулись в гостиную, Никки быстро устал. Мэтт бросает на него обеспокоенный взгляд, когда тот падает на диван. — Ники, дружище, ты в порядке? — спрашивает он, и Ники в ответ мычит что-то нечленораздельное. Аарон ближе всех, поэтому Мэтт привлекает его внимание и показывает на Ники. — Всё в порядке? — спрашивает Аарон низким голосом, и Ники пожимает плечами, прежде чем неуклюже изобразить жестами «мне нужно уйти». Аарон сочувственно хмыкает. — Тебе или всем остальным? — Ники показывает на себя. — Всё в порядке, — обещает Аарон. — Иди. Мы позаботимся о твоём друге. Ники кивает и через минуту поднимается на ноги, а затем медленно поднимается по лестнице в свою комнату. Он продержался дольше, чем ожидал. Он смутно слышит разговор, который ведётся внизу, и находит утешение в голосе Кевина, который звучит вместе с голосами его семьи и их друзей. Как по часам, Кинг проскальзывает в приоткрытую дверь всего через несколько минут, но Ники удивлённо видит, что Сэр следует за ним. Пока Кинг сворачивается калачиком на его подушке, требуя, чтобы его почесали, Сэр прячется под ближайшим креслом. Ники до сих пор называет это прогрессом. Он накидывает на ноги утяжеленное одеяло и надевает новые наушники. Он выбирает случайный плейлист в своём музыкальном приложении и позволяет звукам заполнить его голову, закрывает глаза и просто дышит. Проходит почти час, прежде чем его дверь приоткрывается чуть шире. Ники снимает наушники и жестом приглашает Кевина войти. — Я не хотел навязываться, — говорит Кевин, но всё же следует приглашению. Ники наблюдает, как Кевин с любопытством осматривает его комнату, задерживая взгляд на куртке, которую он одолжил Ники и которая всё ещё висит на спинке стула Ники, прежде чем он поворачивается к Ники. — Ты в порядке? — неловко спрашивает Кевин, и Ники пожимает плечами. — Бывало и лучше, — соглашается он и похлопывает по матрасу рядом с собой. — Можешь сесть, не обязательно стоять там. Кевин колеблется всего мгновение, прежде чем забраться на кровать и устроиться рядом с Ники, прислонившись спиной к стене. Ники подвигается чуть ближе, пока их бёдра почти не соприкасаются, и накрывает друга одеялом. Кевин издаёт любопытный звук, и Ники не может сдержать улыбку. — Оно утяжелённое, приятное, да? Кевин согласно хмыкает, поглаживая пальцами слегка бархатистую ткань. — Ты сегодня опоздал, — наконец замечает он. Ники пожимает плечами: — Не совсем. — Ты никогда не опаздываешь, — хмурится Кевин. Ники на мгновение замирает, затем делает глубокий вдох и пытается не обращать внимания на бешеное биение своего сердца. — Ты знаешь, почему я здесь? — Что ты имеешь в виду? — Ты знаешь, почему я перевелся в середине учебного года, почему я живу с двоюродными братьями и Нилом? — Не совсем, — пожимает плечами Кевин. — Я просто предположил, что случилось что-то плохое, что, может быть, твои родители умерли, и поэтому тебе пришлось перевестись. Я не подумал, что будет вежливо спрашивать. — Вероятно, нет. Я бы тогда все равно тебе не ответил. — А сейчас? - спрашивает Кевин. — Да, — Ники заставляет себя согласиться. — Да. А потом он начинает говорить. Он не рассказывает Кевину всё, не упоминает в деталях все процедуры, которые они применяли к нему, прежде чем отправить в одиночную камеру, не затрагивает мрачные мысли, которые одолевали его в то время, но говорит достаточно. О том, как отец отвёз его туда и бросил, о том, что мать не могла смотреть ему в глаза. Он рассказывает Кевину о сеансах терапии и некоторых строгих правилах. О том, как неделями был один, и о том, как двоюродные братья приехали, чтобы увезти его подальше от этого места. Он рассказал достаточно, чтобы к концу разговора Кевин практически дрожал от волнения. — Это… — начинает он, нервно теребя руки на коленях. — Это просто неправильно. — Да, — соглашается Ники. — И ты… твои родители сделали это? Они просто сделали это с тобой, зачем им… — Кевин прерывается, издав разочарованный звук Ники пожимает плечами — Они думали, что так будет правильно. — Чушь собачья, — бормочет Кевин. Он не смотрит на Ники, его взгляд прикован к рукам, сжатым в кулаки на одеяле. — Они прислали мне подарок на день рождения, — признаётся Ники. — Что-то из моих старых вещей. Поэтому я сегодня опоздал. — Они прислали тебе твои собственные вещи и назвали это подарком? — Кевин морщит лоб. — Даже лучше, — вздыхает Ники. — Они прислали мой дневник. Они его читали. — Они… они… Ники, — теперь Кевин смотрит на него, совершенно возмущённый. Кажется, он ищет правильные слова, прежде чем сдаться. Вместо этого Кевин внезапно поднимает руки с колен и обнимает Ники за плечи. Ники вздрагивает, но легко поддаётся. Его голова ложится на плечо Кевина, и это приятно. — Они отстой, — наконец бормочет Кевин и неуклюже гладит Ники по голове. — Да, — соглашается Ники. — Вот почему я прошу Аарона и Эндрю подать заявление об опеке. — Ты это сделал? — Кевин, похоже, удивлен. — Когда? — Я, сегодня, я... У Ники начинает звенеть в ушах. Его кузены подают документы на опеку. — Кевин , я ... — Его дыхание учащается, он крепче сжимает Кевина. Паника обвивает его грудь, сдавливая, перекрывая доступ воздуха, обжигая кожу. — Ники? — Голос Кевина звучит искажённо, как будто он под водой. Или, может, это Ники не может дышать. Вокруг него что-то шумит, двигается, но Ники ничего не понимает, он слышит только собственное прерывистое дыхание. Вот Кевин прижимается к Ники, а вот его уже нет. Кто-то поднимает Ники за плечи, удерживает его. Кто-то говорит, но Ники не разбирает слов. Он моргает, и вдруг перед ним оказывается его двоюродный брат. Губы Аарона шевелятся, и Ники изо всех сил старается сосредоточиться, чтобы разобрать слова. На его запястья ненадолго оказывается давление, прежде чем оно переходит на руки — Ники изо всех сил старается дышать, пока его сжимают. Когда он наконец снова осознаёт, что происходит вокруг, Аарон и Эндрю сидят перед ним: Эндрю держит его за руку, а Аарон — за плечи. — Ники, — голос Аарона звучит уверенно, и Ники делает ещё один вдох. — Да, да, я здесь. — Хорошо, — говорит Эндрю. — Продолжай дышать. — Что случилось, Ники? — спросил Аарон. — Я разговаривал с Кевином. Я рассказывал ему… я рассказал ему о посылке, о маме, о папе и о лагере… — Ники оглядывает комнату, но Кевина там нет. — Кажется, я сам себя напугал. — Да, можно и так сказать, — соглашается Аарон и убирает руки с плеч Ники, чтобы нежно обхватить его лицо. — Тебе лучше? — Да, — медленно соглашается Ники. — Просто очень устал. Куда ушёл Кевин? — Внизу с Нилом, наверное, звонит своему отцу, чтобы тот забрал его. — Я должен с ним поговорить, — возражает Ники и мягко стряхивает руки своих кузенов. — Ладно, осторожнее, — предупреждает Аарон, когда Ники неуверенно поднимается на ноги. — Нам не нужно, чтобы ты упал. Как и сказал Аарон, Ники находит Кевина в гостиной, где он сидит рядом с Нилом и нервно вертит в руках телефон. — Ники, — он встаёт, как только замечает Ники, но не подходит ближе. — Извини, — извиняется Ники. Кевин хмурится: — Но это не твоя вина. — Наверное, нет, — соглашается Ники. — Я всё равно сожалею, что тебе пришлось это увидеть. — Мы ведь друзья, да? — вопрос Кевина сбивает Ники с толку, но он всё равно кивает. — У меня иногда случаются приступы паники, — говорит Кевин. — Так что если ты когда-нибудь окажешься рядом, то… — Тогда я помогу тебе, насколько смогу, — заполняет пробелы Ники. — Ладно, я понял. — Хорошо, — Кевин кивает сам себе с довольным видом. — Жан забирает Джереми с тренировки, он приедет за мной сразу после. — Вообще-то, — более нерешительно произносит Ники и оглядывается на своих кузенов. — Я подумал, может, ты захочешь остаться на ночь. - Я не взял с собой ничего из своих вещей. — Точно, ты прав, — быстро соглашается Ники. — Прости, тебе не нужно этого делать. — Нет, — возражает Кевин. — Я думаю, Жан может завтра отвезти нас обоих в школу, он может взять мои вещи. Если ты не против? — Если вы оба не против, — соглашается Эндрю. — И ваш опекун тоже. — Я позвоню Жану, — обещает Кевин. — И папе. Тридцать минут спустя они оба снова лежат в кровати Ники, укрывшись одеялом, на этот раз бок о бок. — Прости, я всегда оставляю дверь приоткрытой, — извиняется Ники, заметив, что в комнату проникает свет из коридора. — Всё в порядке, — шепчет Кевин, словно делясь секретом. — Я не люблю темноту. — В твоей комнате было очень темно, когда я остался у тебя, — возражает Ники, его голос звучит устало. — Да, — тихо соглашается Кевин и больше ничего не говорит, так что Ники пока оставляет эту тему. Вместо этого он сосредотачивается на ровном дыхании Кевина и уже через несколько минут засыпает.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!