Вернутся к фанфику
Часть 15. Полукровка
10 февраля 2026, 21:03— Я не думаю, что смогу починить его, — с бессилием произнесла Цзинь Мэйли, бросив компас на стол. — Я испробовала все известные методы, но у меня не получилось исправить.
Повисло тяжелое, мрачное молчание, которое не сочеталось с общей непринуждённой обстановкой в обеденном зале постоялого двора. Сюэ Лин, похожий на обиженного щенка, переводил взгляд с госпожи на остальных с немым вопросом: «Что же будет дальше?». Только никто не знал, что ждало впереди. Даже Чжу Шань, когда-то уверенный в собственных знаниях сюжета, больше не полагался на них так самозабвенно.
— Мы что, больше не сможем вернуть артефакт? — всё же озвучил свою мысль опечаленный Сюэ Лин. — Госпожа?...
— Не знаю, — помотала она головой. — У меня нет идей, как продолжить поиски.
Си Хаоюй почему-то выглядел виноватым, будто своими руками компас и сломал. Чжу Шань только устало вздохнул, понимая, что справиться с миссией Системы — как переплыть море на поломанной дощечке.
— Возможно, понадобится помощь господина Цзинь? — жалобно предложил огорчённый Сюэ Лин.
— Понятия не имею... — Цзинь Мэйли потёрла переносицу. — Разве ты, Си Хаоюй, не должен знать, где артефакт, если вы связаны?
— Я не могу определить его местоположение. Чувствую связь, но не место нахождения, — раскаянно произнес Си Хаоюй.
Цзинь Мэйли зыркнула на него со сдержанной злобой, точно вонзила стрелу. Даже самый выносливый боец счёл бы этот взор пробирающим.
— Тогда мы в тупике.
Исчерпывающе и почти что безнадежно. Чжу Шань попытался вспомнить, что было по сюжету дальше: неудача с починкой компаса, растяжение сюжета, в котором главные герои наконец-то начали проявлять друг к другу не только неприязнь... Что там с компасом в итоге? Приложив достаточно совместных усилий и найдя-таки общий язык, Си Хаоюй и Цзинь Мэйли смогли вернуть ему прежний вид и продолжить странствие. Чутьё подсказывало, что сюжетная линия не допустит настолько гладкий ход событий и непременно предоставит неприятностей.
Цзинь Мэйли, однако, не сдавалась. Чжу Шань робко предлагал кандидатуру Си Хаоюя в качестве помощника, на что воинственная госпожа лишь фыркала. Любая попытка переубедить её оканчивалась упрямостью с её стороны и отрицанием со стороны Си Хаоюя, который увещевал, что от него толка не будет. Они словно нарочно препятствовали тому, чтобы он приблизился к завершению миссии хоть на шаг. Иногда казалось, что он не то что не двигался вперёд, а ещё и назад постепенно отодвигался.
В итоге это привело к тому, что главные герои в очередной раз поругались и Цзинь Мэйли, не выдержав его общества, хотела было покинуть их, как Сюэ Лин, чтобы как-то исправить ситуацию, позвал всех с собой на городской рынок: проветриться, успокоиться. Несмотря на явное нежелание тратить время впустую, Цзинь Мэйли сдалась под напором его очарования, а Си Хаоюй... ну, у него не осталось выбора.
— Давайте купим сладостей? — предложил неугомонный Сюэ Лин. — Я видел, что там есть много чего интересного!
— Тебе бы не стоило есть так много сладкого... — противопоставила госпожа, прежде чем Сюэ Лин уверенно направился вперёд.
— И почему ты позволяешь своему помощнику управлять собой? — вполголоса вмешался Си Хаоюй, впрочем, позволивший Сюэ Лину то же самое.
— Я не... не позволяю!... — вспыхнула она, впрочем, сразу осознав, что нелюбимый ей человек оказался прав. — ...
Сюэ Лин тем временем уже разглядывал первый из прилавков, на котором торговец разложил ароматные сладкие булочки.
Чжу Шань же был увлечен наблюдением за парой главных героев, которые на долю мгновений перестали излучать тёмную энергию ненависти. Он готов был возрадоваться этой крохотной возможности лицезреть их хрупкий мир. Если Си Хаоюй уже сдвинулся с мертвой точки, почти ничего не сделав, то такие маленькие и незначительные моменты имели определенную ценность.
Подле прилавка, где Сюэ Лин восторженно расспрашивал торговца о начинках каждой из булочки, вся идиллия развеялась — стены выросли вновь.
Цзинь Мэйли заняла себя тем, что решила купить сразу все виды булочек, поскольку неугомонный Сюэ Лин не смог определиться с выбором. Радостный, он перебежал к другому прилавку, где пожилая женщина продавала украшения из цветных камней. Он принялся подбирать заколки и кольца, подходящие его госпоже.
— Ей подойдёт вон то, серебряное, — невзначай предложил Си Хаоюю Чжу Шань.
— А? Ты хочешь подарить ей? — не понял он, указав на тонкой работы украшение для волос.
Чжу Шань выдохнул через нос, уже не зная, злиться или смеяться, и отчеканил:
— Нет. Но подарить можешь ты.
Си Хаоюй недоумённо глянул сначала на украшение, которое теперь вертел в руках Сюэ Лин, потом на своего ученика, и только в последнюю очередь на девушку.
— Почему я должен?
«Потому что вы должны влюбиться друг в друга до беспамятства, идиот!!!». Вслух же он выразил:
— Это поможет вашему... примирению.
— Не думаю... — махнул рукой. — Подарками вину не искупить.
— Просто. Сделай, — едва сдерживаясь, Чжу Шань снова указал на то же украшение. — Это лучше, чем постоянно враждовать.
Си Хаоюй сконфуженно улыбнулся и неуверенно подошёл к прилавку, где хозяйка нахваливала блестящую брошь, которую Сюэ Лин пытался вернуть ей обратно.
Чжу Шань с гордостью сложил руки в молитвенном жесте, чтобы поблагодарить богов. Кажется, всё не настолько безнадёжно!
Си Хаоюй сначала взглянул на предложенную заколку, потом вопросительно взглянул на Цзинь Мэйли, уже уходящую к следующему прилавку с неумолкающим Сюэ Лином и безмолвным Мин Ху. Торговка подмигнула:
— Хочешь порадовать свою красавицу? — она многозначительно кивнула в стройную фигуру Цзинь Мэйли. — У меня полно выбора!
— Как насчёт этой? — он сразу указал на ту, что приглянулась его ученику.
Однако хозяйка не могла упустить прибыли и предложила ещё несколько вариантов. Все, как на подбор, для знатных и наверняка дорогие. Пока Си Хаоюй пытался вежливо отказаться от всего остального, Чжу Шань успел заскучать и появиться рядом будто из ниоткуда.
— И чего ты так долго? Они уже ушли.
— Какая лучше на твой взгляд? — Си Хаоюй взял два заколки, мерцающие в дневном свете. — Тебе нравится эта, но и та тоже неплоха.
— Какая уже разница? Бери любую и пошли, — отмахнулся Чжу Шань.
— Сложно решиться. Выбери ту, что больше нравится, — Си Хаоюй придвинул украшения ближе и Чжу Шань, не желая тратить время, ткнул в первое попавшееся, коей оказалось то, что он выбрал изначально — заколка для волос, выполненная в форме ветви цветущего дерева.
Главный герой кивнул и выложил на прилавок монеты, — судя по реакции торговки, больше, чем необходимо, — и, спрятав в рукав подарок, поспешил догнать остальных.
Цзинь Мэйли тем временем рассматривала прилавок с аромамаслами. Сюэ Лин вертелся и предлагал склянки то своей госпоже, то другу. Чжу Шань многозначительно указал взглядом на женскую фигуру, на что получил робкое:
— Не сейчас...
Он сумел не закатить глаз, но был доволен хотя бы тем, что Си Хаоюй согласился купить то дурацкое украшение. Ещё немного — и сделает первый шаг! Воодушевленный этой мыслью, он расправил плечи и уверенно улыбнулся главному герою, словно говорил, что он на правильном пути. Тот неуверенно улыбнулся в ответ, но не сказать, что был окрылён этим также, как его ученик.
Они присоединились к своей компании, которая и не заметила их задержки, потому что Сюэ Лин не затыкался и своей болтовней отвлекал госпожу.
— Почему бы не взять себе несколько? Изумительные ароматы, так ещё и способствуют сну. Госпожа, не хотите?
— Нет, мне это не нужно, можешь взять себе, если хочешь, — отмахнулась та, скучающе глядя вдаль.
Сюэ Лин не стал упускать момент и принялся со сложным выражением рассуждающего над высоким человеком выбирать из десятков прозрачных склянок. Люди вокруг толпились и толкались, кто-то пару раз задел Чжу Шаня локтем и проехался рукой по спине Си Хаоюя. Когда несносный Сюэ Лин выбрал-таки аромат (то есть сразу семь), Цзинь Мэйли потянулась к кошельку... и наткнулась на пустоту!
— Украли? — тут же предложил мысль Си Хаоюй, видя растерянность на лице бывшей подруги.
— Он был здесь только что! — возмутилась она, но правда на стороне фактов — кошелек пропал.
— Что?! Как кто-то посмел украсть у госпожи?! — Сюэ Лин заозирался кругом.
Чжу Шань лениво окинул взглядом скопление прохожих и заприметил подозрительную фигуру в рваном тёмно-зеленом плаще. Сюэ Лин, точно пёс, взявший след, указал на неё:
— Вор!
В следующий момент все увидели, что в руках он держал кошелек с золотистой вышивкой — именно такой носила Цзинь Мэйли.
— За ним! — с этим приказом Цзинь Мэйли первая бросилась вдогонку. За ней последовали и остальные.
Силуэт похитителя ускорился, почуяв погоню, и двинулся в сторону узкого прохода меж старыми домами. Несмотря на свой размер, вор оказался на редкость ловким и сумел запутать заклинателей, но в итоге сам загнал себя в путик, сбившись с пути.
— Верни украденное, — Цзинь Мэйли направила меч на похитителя, чьё лицо до сих пор скрывалось под капюшоном.
Человек хмыкнул, точно услышал несмешную шутку, и выудил из-под плаща небольшой клинок.
— Повторюсь: верни мой кошелёк.
Вор не отреагировал и улыбнулся одними губами, будто уже победил. Как только он занёс руку, чтобы отправить клинок в полёт, с крыши возвышающихся домов послышался мерзкий голос:
— Вот это улов ты нашла! Поделишься?
Вор резко обернулся и заголосил женским голосом:
— Не смей руки тянуть, ублюдок, это моя добыча!
Заклинатели в замешательстве метнули взгляды на крышу, где на них взирал неприятной наружности мужчина в черном одеянии, за спиной которого стояли молчаливые люди в масках на половину лица.
— А вы ещё кто такие? — теперь острие меча указывало на предводителя бандитской шайки.
— Тебе знать необязательно, красавица! — главарь махнул рукой на Цзинь Мэйли и с нескольких крыш на землю спрыгнуло с два десятка бандитов.
На размышления не осталось времени и разразилась битва: звенели, отдаваясь мерзким скрежетом, мечи; пыль, взлетевшая вверх, застелила взор. Чжу Шань больше наугад размахивал своим оружием, чем достойно бился, и пару раз вражеское лезвие прошлось по руке. Перед глазами все сливалось в беспорядочное движение тел, меж которыми мелькали отблески мечей и клинков. Си Хаоюй предусмотрительно не отходил от ученика далеко и прикрывал, как мог, попутно защищая и себя.
Цзинь Мэйли проворно наносила удары; Мин Ху без слов и эмоций продуманно лишал врагов оружия; Сюэ Лин, хоть и двигался излишне энергично, умело расправлялся с рослыми разбойниками и постоянно опрокидывал их оземь; Си Хаоюй двигался грациозно, с красотой божества и элегантностью лебедя, и лезвие его ни разу не ошиблось в ударах.
Противник заметно слабел и отступал, пока проворная воровка старалась выбраться с поля боя незаметной. Чей-то зоркий глаз уловил движение, и из толпы сражающихся вылетел вдогонку силуэт. Чжу Шань тем временем прикладывал все свои усилия, чтобы облегчить главному герою работу и не быть безвольной обузой. Рукоять в руках дрожала, лезвие боязливо отбивало летевшие удары, сердце звучало громче любых звуков.
Удар. Поперечный взмах. Подсечка. Куда он должен бить? В кого целиться? Как выбить оружие из рук врага?
Он паниковал, всё чаще ударов избегал отскоком, а не мечом, всё меньше в мышцах оставалось сил. Ряд противников редел, бандиты отступали и бесшумной тенью исчезали там, откуда пришли: раненые, обессиленные, но живые. Самые выносливые надеялись победить.
Чжу Шань в который раз отскочил, едва сжимая ладони. Позади — стена, на расстоянии двух вытянутых рук — бандит с клинком. На его шее кровоточила небольшая рана, левый глаз подбит. Чжу Шаня же силы подводили, ему была необходима передышка, хотя бы недолгая, пару минут, чтобы перевести дух, и он сможет сражаться дальше...
Времени на отдых не было. Враг занёс руку для удара, пока Си Хаоюя отвлекали сразу двое врагов.
Чжу Шань рассчитал миг, когда ему необходимо отскочить, и на последних силах избежал пронзённого плеча. В следующий момент мимо пролетел меч главного героя, оставивший на груди нападавшего длинную рану. Последний оставшийся бандит, пытавшийся одолеть Сюэ Лина, не решил рисковать здоровьем и убрался следом за раненым товарищем.
Не успели они справиться о состоянии друг друга, как по улице пронёсся девичий визг. Не медля, они отправились к источнику звука. Поплутав между домами, они наткнулись на воровку, которую Мин Ху угрожающе прижимал к стене мечом.
— Пусти меня, пусти!!! — брыкалась девчонка. — Иначе я тебе что-нибудь сломаю!!!
— Мин Ху, отпусти ее, — твердо приказала Цзинь Мэйли и ее помощник молча отошёл на шаг назад. Воровка выглядела измотанной и больше не сжимала в руке небрежный клинок.
— Верни то, что украла, — Цзинь Мэйли протянула руку вперёд.
— Тебя ждёт наказание!!! Как ты посмела грабить нашу госпожу?! — вспылил Сюэ Лин.
Девчонка издала недовольный хмык и выудила из-за пазухи мешочек с монетами. Нехотя бросила Цзинь Мэйли и обиженно сложила руки на груди.
— Ну и забирайте свои деньги! Всё равно у других заберу...
— Ты... Сколько тебе лет? — задала неожиданный вопрос Цзинь Мэйли. — Ты ведь... ребёнок?
Воровка напряжённо вздрогнула:
— Тебе зачем знать?!
— Где твои родители? — пока все остальные молча наблюдали за ее действиями, Цзинь Мэйли сделала осторожный доверительный шаг вперёд, точно хотела приручить дикого зверя.
Воровка сжала руки в кулаки, но капюшон скрывал выражение её лица.
— Нет у меня родителей... — сконфуженно произнесла она спустя несколько секунд. — И мне... тринадцать...
Помявшись, девчонка стянула с себя капюшон и взору заклинателей предстало совсем юное лицо девочки-подростка. Она выглядела не то виноватой, не то смущённой и, надув губы, смотрела в землю перед собой.
— Беспризорница? — слетело с губ Си Хаоюя.
От этого слова девчонка залилась румянцем, точно ей было стыдно за свое бедственное положение. Но сбегать или нападать больше не пыталась, что не могло не радовать.
— О... Так у тебя нет дома? — сердце Цзинь Мэйли дрогнуло.
— На улице... живу... — тихо пробормотала воровка.
Чжу Шань уже знал, что будет дальше: сердобольная душа Цзинь Мэйли не позволит ребёнку жить на улице и впустит под своё крыло.
— У тебя совсем никого нет? — брови госпожи Цзинь изломились в выражении сострадания. — Тебе некуда пойти, верно?
Беспризорница кивнула, не поднимая глаз. Цзинь Мэйли уже приняла решение и уверенно сказала:
— Пойдём с нами.
— Госпожа! — возмущённо воскликнул Сюэ Лин.
— Мэйли... — нерешительно протянул Си Хаоюй. Чжу Шань лишь покачал головой, а Мин Ху, как всегда, остался безучастен.
Девчонка нахохлилась, недоверительно покосилась на девушку, но не стала сразу отказываться.
— Госпожа, Вы действительно хотите взять её с нами?! Но она же... преступница! — недоумевал Сюэ Лин.
— Но она всё ещё дитя, — Цзинь Мэйли покачала головой. — Как твоё имя?
Девочка помолчала секунду-две, прежде чем назваться:
— Яньжань...
— Яньжань? Хорошо, Яньжань, зови меня госпожой Цзинь или Цзинь Мэйли.
Яньжань кивнула и лицо Цзинь Мэйли посветлело. Она выглядела совсем не такой, какой бывала обычно: мягкая, ласковая. Не та жёсткая и боевая воительница, коей она представала перед Си Хаоюем. Пожалуй, только дети могли пробудить в ней нежность сердца и доброту души.
Решение было принято. Яньжань присоединилась к компании заклинателей. Цзинь Мэйли всю дорогу до постоялого двора расспрашивала ее, но девчонка оказалась неразговорчивой и постоянно опасливо косилась по сторонам, точно была уверена, что опасность совсем рядом.
— Госпожа, разве не опасно брать её с собой?! Она даже не заклинательница!!! — всё не унимался Сюэ Лин.
— Не волнуйся, я отправлю её в наш орден, как только сообщу об этом брату... Не оставлять же ее в беде?
Чжу Шань не вслушивался в их разговоры и время от времени многозначительно глядел на главного героя. Тот и не спешил исправлять свои отношения с госпожой Цзинь и всё время намекал, что сейчас не время преподносить подарок. Он, вообще-то, был прав, но Чжу Шань, между прочим, торопился вернуться к сестре в родной мир и ему всё равно на неуместность ситуации! Чем быстрее они сблизятся — тем скорее всё это закончится. Пребывать в столь непривычном и чужом мире поистине утомительно для тела и духа.
Вернувшись обратно на постоялый двор, Цзинь Мэйли тотчас же предложила новой спутнице:
— Нужно сменить твоё одеяние на новое. Сними этот плащ.
Яньжань вздрогнула и помотала головой — не снимет. Цзинь Мэйли нахмурились и спросила о причине, но девчонка молчала. Она что-то скрывала, это понимали все.
— Что такое? Ты можешь доверять, мы не причиним вреда. Что бы это ни было...
Яньжань колебалась. Несмотря на то, что эти люди хотели помочь, она не могла раскрыть свой секрет, о котором знал только Чжу Шань.
Но, спустя некоторое время и несколько убедительных увещеваний, она оглянулась по сторонам, чтобы рядом не было лишних глаз, и неуверенно стянула с плеч потрёпанный плащ.
Все присутствующие так и ахнули от удивления, когда за спиной настороженной девчонки оказались самые настоящие крылья! Огненная расцветка перьев маралась засохшими каплями крови к основанию. Прекрасные крылья Яньжань были опутаны и пронзены толстыми металлическими нитями со множеством маленьких шипов, которые доставляли сильнейшую боль при любом движении, а шею сковывал плотный железный ошейник.
— Кто это сделал?! — первой воскликнула Цзинь Мэйли.
— Ты не человек?.. — в замешательстве спросил Си Хаоюй.
— Моя мать не человек... И я не знаю того, кто это сделал. Меня... — она помялась, — держали в оковах очень долго. Один человек... хотел изучить меня и забрать мою силу.
Главные герои вопросительно переглянулись. Цзинь Мэйли спросила:
— Человек?
Яньжань продолжила, сминая ткань простого изорванного белого одеяния:
— Он... я не знаю имени. Но... у него была демоническая тварь, похожая на волка. И этот человек говорил, что выполняет чей-то приказ...
Перед глазами пронеслись воспоминания: похищение Мин Ху и разгром городской площади; пытки Чжу Шаня в холодной пещере. Имя того, кто в этом участвовал, всплыло само собой в умах заклинателей.
Нин Юэ.
Куда бы они ни шли, посланник главного злодея преследовал их везде. Даже теперь его имя висело в воздухе безмолвным проклятием. Чжу Шань мысленно посочувствовал девчушке с нелегкой судьбой. Автор писанины то ещё чудовище!
Яньжань говорила отрывисто, с паузами и запинками, но всё-таки смогла рассказать, что случилось, не вдаваясь в детали, но желая хоть с кем-то поделиться тем грузом, что висел на ней.
Ещё в детстве она потеряла родителей и долгое время выживала на улице. Через какое-то время её отыскал Нин Юэ и предложил кров в обмен на небольшое количество своих нечеловеческих сил. Не видя подвоха, Яньжань согласилась и в итоге вместо дома оказалась узницей в плену своего «спасителя» — на нее нацепили оковы. Девочке пришлось пережить множество ужасов, прежде чем удалось сбежать.
— И... И мне пришлось снова жить на улице. Но это намного лучше, чем быть пленницей!!! — не выдержав, Яньжань горестно разрыдалась и Цзинь Мэйли поспешила утешить дитя в своих объятиях.
— Какой кошмар! Да они же нелюди без сердца! — взорвался Сюэ Лин. — Неужели у них нет души?! Мин Ху, вот скажи, как кто-то может быть настолько жестоким?!
Мин Ху не ответил, но ободряюще похлопал друга по плечу. Си Хаоюй, едва переварив услышанное, предположил:
— Им нужна сила... чтобы получить артефакт?
— Возможно... — Цзинь Мэйли бережно поглаживала низенькую девочку по растрёпанным светло-коричневым волосам, задумчиво закусив губу. — Они знали, что так просто его не получат, поэтому пытались забрать её силу... Но как она может помочь? И неужели к этому они готовились не один год?
На это ответа не было. Возможно, она необходима злодеям для других целей? Ха, автор, как всегда, не удосужился ничего объяснять. И как такая история вообще вышла в свет?! Да на его месте Чжу Шань постыдился бы это даже дописывать!
Загадок все больше, в то время как решений всё меньше. Сюжет только и делал, что усложнялся! Система, ты не могла переместить его в более приятную историю?!
Успокоившись, Яньжань ушла вместе с Цзинь Мэйли в её комнату, чтобы привести себя в порядок; Сюэ Лин, не прекращая изумляться людской жестокости, забрал с собой Мин Ху. В безлюдном коридоре повисла напряжённая тишина.
— Ну и... ужас, — в конце всего произнес Чжу Шань. — День ото дня не легче.
— Ты уверен, что всё ещё хочешь следовать за мной? — обернулся Си Хаоюй.
— Э... Конечно! Я не боюсь опасностей! — «пиздецки, блять, боюсь, но или так, или я останусь здесь навсегда!!!».
Си Хаоюй отстранённо покачал головой и заметил:
— У тебя раны остались. Пойдем, помогу.
— Это мелочи, не стоит...
Выслушивать его отпирания Си Хаоюй не стал и уже через несколько минут они оказались в комнате в окружении лечебных мазей, растений и масел.
— Твои меридианы всё ещё повреждены, нельзя переусердствовать с использованием духовных сил. Самостоятельное исцеление ран может усугубить их состояние, — со знанием дела произнес главный герой. — Так что... воспользуемся традиционными методами.
— Но ты же заклинатель... Или в передаче духовных сил ты проигрываешь? — подшутил Чжу Шань, но не вызвал на лице главного героя и тени улыбки. Тот лишь уязвлённо поджал губы, словно нерадивый ученик коснулся болезненной темы.
— Просто... моя энергия несовместима с другими, и всё, — этот ответ показался чересчур лёгким и простым.
Нет, это не совсем правда. Чжу Шань сразу понял. Это, скорее, лишь очищенная от деталей часть правды. У Си Хаоюя тайн больше, чем воды во всех мировых океанах. И ни одна из них так и не раскрыта. И будет ли?
— И... почему же? — Си Хаоюй, едва откупоривший целебное снадобье, вздрогнул, как будто кто-то совершил оглушительный выстрел в шаге от него, но, как ни в чем не бывало, он принялся наносить на незначительные царапины заживляющее средство.
— Не знаю. Полагаю, во мне что-то поломано, — его пальцы мягко прошлись по ранам, чего Чжу Шань не заметил, испытующе вглядываясь в его лицо.
Он всё ещё что-то скрывал. Чжу Шань знал. Понимал. Только не было смысла даже пытаться что-то разузнать, потому что сюжет изначально выстроен так, чтобы все секреты остались похоронены, верно? Так был ли толк держать его в этом романе?! Он все равно ни на что не влиял — даже сведение ключевых персонажей представлялось невозможным!!!
Укоризненный и очень грозный взгляд не выбил из Си Хаоюя честного признания. Помолчав, тот предложил:
— Сходим снова на тренировку?
— Конечно... — «лучше убей меня!!!».
Смерть, к несчастью, не пришла, а вот прежнее поле — совсем скоро. Солнце мягко грело кожу, ветер благосклонно избавлял от жары. Как жаль, что в этот день не было ни ураганов, ни потопов!
— Сегодня мы вновь испробуем полеты! Надеюсь, ты рад, — жизнерадостно объявил главный герой, как будто это не было сродни призыву убить себя. — Этот навык однажды спасёт тебе жизнь, если вдруг начнёшь проигрывать в битве.
— Да я помру быстрее, чем разберусь в управлении... — раздражённым шёпотом пробормотал Чжу Шань, но был вынужден натянуть улыбку. — Я рад... очень.
— Тогда приступим!
Нет, уж лучше бы он публично признался, что и является вором артефакта, чем снова пережил это!
— Корпус вперёд... и не размахивай руками, это портит балансировку! — поучал Си Хаоюй, словно его ученик был чрезвычайно бестолковым и не понимал ни слова. — Смотри вперёд, а не вниз!
— Да ты... Помолчи! Я из-за тебя сейчас... — невысказанное проклятие пришло в исполнение, и Чжу Шань, впервые вставший на меч без чужой помощи, рухнул на землю.
— О, ты в порядке? — Си Хаоюй участливо снизил высоту и посмотрел на распластавшегося под ним ученика. — Попробуй снова.
Чжу Шань жалостливо застонал, но просьбу выполнил, как и полагалось прилежным ученикам — взобрался на меч, приподнялся над землёй и собрал всю волю в кулак!
— Смотри перед собой, руки держи неподвижно, иначе опять упадешь! — Си Хаоюй летал кругами, как назойливая муха, и не прекращал поправлять. — Меньше резкости!
Балансировка всё ещё выходила на редкость паршивой, а меч едва ли слушался своего владельца, как если бы он был не оружием, а огромной каменной глыбой. Никакими мольбами он не мог заставить это глупое лезвие двигаться!
— Да я всё понимаю, хватит повторять! — не выдержал Чжу Шань и, пошатнувшись, едва снова не потерял равновесие.
Си Хаоюй действительно замолк, чем удивил ученика, и он, получив долгожданную тишину, сосредоточился как следует, ровно выдохнул, совершил рывок вперёд и... вновь оказался в объятиях полевых цветов!
Меч безразлично упал рядом. Чжу Шаню хватило сил на то, чтобы сесть, выплюнув горсть лепестков, но вставать не захотелось. Сколько он угробил попыток, чтобы научиться полету, а в конце концов не продвинулся ни на шаг! Может, он слишком бесталанный, если даже самый могущественный из заклинателей не сумел наставить его? Провал за провалом!
— Не огорчайся так! Ошибки — это естественный путь к успеху, — Си Хаоюй почти без звука опустился рядом. — Они приведут тебя к победе.
— Легко говорить, когда ты идеален во всём, — буркнул Чжу Шань, почти укоризненно мазнув глазами по лицу Си Хаоюя.
— Не настолько я и идеален. Но и моё мастерство не пришло ко мне просто так.
Чжу Шань справедливо решил, что ему солгали. Наверняка этот везунчик освоил все свои навыки за считанные дни! Едва ли автор допустил в жизни своего любимчика хоть одну неудачу.
— Посмотри на меня, — попросил я-не-идеальный-просто-слишком-крутой герой всея мира.
Чжу Шань закатил глаза, не поднимая глаз. Пусть теперь заставит его хотя бы подняться с земли, не то что продолжить тренировку!
— Чжу Шань.
Он не откликнулся, продолжая делать вид, что ничего не слышит.
— Шань-Шань?
Это было чересчур фривольно и слащаво, но всё ещё недостаточно, чтобы он согласился продолжить унижение своего достоинства. Ему и даром эти полёты...
— ...Милый?
...не сдались.
— Что?! — Чжу Шань чуть не подскочил, поражённый таким бесстыдством.
— Сработало. Так вот, что я говорил...
— Как ты меня назвал?! — вспылил он, готовый испробовать рукопашный бой.
Си Хаоюй невинно развёл руками, не скрывая ухмылки:
— А как я тебя назвал? Что-то уже и не припомню...
Внутри заклокотала злость вперемешку с недоумением и смехом. Это было настолько абсурдно, что по-настоящему сердиться было тяжело. И как он вообще додумался...
— Ты...
— Тебе не нравится? Так бы сразу и сказал, — захихикал Си Хаоюй и Чжу Шаня обдало холодом от его выражения. — Предпочитаешь другое? Золотце?
Чжу Шань беспомощно замотал головой, не сумев издать и звука.
— Сокровище? — он нахально улыбнулся.
Чжу Шань двинулся назад, чувствуя, что ещё немного — и душа вылетит из бренного тела.
— Любимый? — Си Хаоюй опасно переместился ближе, а у его бедного ученика все мысли вытекли наружу под напором наступающей паники.
— Ты... Что... Замолчи! — выдавил Чжу Шань, не зная, бежать ему или сразу хвататься за меч.
Главной герой слетел с катушек! Он получил солнечный удар и теперь страшно бредил!!! Ему нужна целительная помощь девичьей любви! Цзинь Мэйли, где же ты, когда так нужна?!
— Душа моя? — томно выдохнул злорадствующий Си Хаоюй.
Ноги, кажется, перестали двигаться, парализованные услышанным безумием. Душа уже билась в смертельной агонии и кричала так, что закладывало слух. Сердце старательно отбивало ритм от рёбер, пытаясь вылезти наружу и прекратить своё существование.
Си Хаоюй нагнал его. Его лицо — безупречное, доведённое до идеала в каждой детали — выражало маленькую, хитрую победу. Тепло дыхания, ложившееся на кожу, Чжу Шань мог бы впитать в себя, имей он такую способность. Очень близко. С такого расстояния... как следует не ударить!
— Любовь моя? — тихо, почти одними губами прошептал Си Хаоюй и, казалось, в его глазах в этот миг взорвалась сверхновая, образовав за собой целую галактику, полную неизведанных и невиданных ранее звезд.
Дрожь пробила, как выстрел — неожиданно, отрезвляюще.
— Видел бы ты свое лицо... — следом вылетело изо рта главного героя и все смешанные ощущения развеялись, разорвав натянутую стрелу напряжения.
Си Хаоюй отстранился и заливисто рассмеялся, словно только что придумал самую смешную шутку в мире. Чжу Шань счёл это по большей части психологическим насилием. Несмешным, между прочим!..
— Да ты... Издеваешься! — прозвучало слишком возмущённо, без капли настоящего недовольства.
— Прости уж, не удержался... Зато теперь ты смотришь на меня, — он стряхнул с лица нависшую прядь, продолжая смеяться. — Отличный метод.
Чжу Шань не знал, что и говорить на это бесстыдство на грани сумасшествия. Пожалуй, один недостаток у хохочущего недоразумения всё же был — поганое чувство юмора! Его бедный ученик пережил стресс и душевную смерть, размышляя, пытался ли Си Хаоюй убить его!
— Даже не вздумай повторять это снова! — выплюнул недовольный Чжу Шань.
— Так и быть... любовь моя.
...Попытка пронзить главного героя мечом увенчалась лишь новой порцией смеха, который, вопреки всему, в конце концов заразил и Чжу Шаня. Злость сошла, ведь, на самом деле, это было до ужаса нелепо и странно.
Слишком нереально, чтобы злиться.
И, не пытаясь боле восстановить справедливость путем убийства её нарушителя, Чжу Шань разразился смехом. Меч выпал из расслабленных пальцев, ветер взметнул растрепавшиеся волосы.
Как же нелепо. Всё это — нелепость.
Солнце скрылось за пушистым облаком, накрыв тенью всю цветочную поляну, на которой, всего на несколько мгновений свободы и лёгкости, забылись все кошмары и трудности.
И страхов больше не было.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!