fortune teller

Изрядно захмелевший Саша еще больше развеселился, наблюдая, как Антон старательно пытается справиться со шнурками зимних сапог. Его пальцы никак не слушались, едва захватывали шнурок, как он ускользал, возвращаясь на пол. Есения уснула после первой же волны салютов. Антон предоставил ей свою кровать, в его комнате меньше всего было слышно происходящее под окнами, хотя Саша говорил, что никакие звуки спать ей не помешают.  Взрывы и треск салютов не собирались стихать, и парни выбрали пустую детскую площадку, где резкий звук бил по ушам менее всего. Проигнорировав качели, Саша забрался на второй этаж крепости и уселся на ржавый металл. Антон проследовал за ним и устроился напротив.  Снегопад стих, лишь редкие снежинки падали с неба, но холодный ветер теплее от этого не стал. Тем не менее, бутылка водки в руке Саши и алкоголь в желудке делали свое дело, избавляя от холода. С тем, чтобы забрать остатки алкоголя из дома, проблем не возникло. Антона лет с девяти приучали к алкоголю, и он без понятия зачем, но никакого строгого запрета не было. — Поиграем в "Я никогда не…"? — внезапно пришла идея в голову Антона, и Саша тоже заметно воодушевился. — Правила знаешь же?  — Ну да. Было — пьешь и рассказываешь, — улыбнулся Саша, поджимая под себя ногу. Антон кивнул. — Ты начинаешь. Антон задумался. Предложить-то предложил, но в голове пусто. В начале игры всегда так.  — Я никогда не красил волосы, — Саша отпил. — Можешь не рассказывать, я знаю. — Я никогда не встречался с девушками, — продолжил Собакин, расслабленно откинувшись спиной на железные прутья ограждения. Когда Антон отпил, Саша театрально округлил глаза. — Изменяешь мне?  — Придурок, — засмеялся Антон. — Было пару раз в средней школе. Я даже их имен не помню, если честно… — Ну мало-ли, — он пожал плечами.  — Я никогда не летал на самолете.  — Я никогда не дрочил на порнуху, — Антон отпил и воззрился на него, как на ненормального. — Ты человек вообще? — Антон выгнул бровь. — Зачем порнуха, когда есть твои фотки? — парировал Саша и подмигнул, выбивая из Антона весь дух под его раскатистый смех. — Так, ладно. Забудем, — смутился Антон, а Саша лишь весело покачал головой. — Я никогда не ел с пола… Идиот, — прокомментировал Антон глоток с горла Саши.  Прошло не менее получаса, прежде чем они напитались алкоголем достаточно, чтобы на утро умирать от тошноты и головной боли. Но, как известно, подростки думают об этом в последнюю очередь. И смех, и грех, как говорится.  — И-и… Я скинул его с лестницы, — гордо вскинул подбородок Саша, тут же получая тычок в бок. — Ну а что? Он заслужил. — Тебя менты могли загрести, — с напускным недовольством отметил Антон, но на его губах все еще играла улыбка.  — Да плевать им на нас, — отмахнулся Саша. — Я никогда не… Ам, не знаю. Не ел суши? — предложил он, словно ему требовалось подтверждение. Антон кивнул и пить не стал. — Я никогда не трахался, — Тяночкин повел плечами, ежась от холода. Саша в ответ усмехнулся, мол исправим, и залпом осушил оставшуюся жидкость в стеклянной бутылке. Антон округлил глаза. — Что?! С кем?! — Ха-ха, Тош, я герой-любовник, не знал чтоли? — рассмеялся тот, отбрасывая бутыль в сторону. Со звонким стуком она отъехала к ограждению.  — Ты шутишь?! — получив отрицательный ответ, Антон открыл рот в изумлении и кинулся к нему. — Саш, ну расскажи! Как и с кем?! Саша громче рассмеялся, удерживая Тяночкина на своих коленях, не обращая внимания на их ощутимую разницу в весе, и запрокинул голову.  — С твоей мамой, — улыбнулся тот, сощурив глаза. — Саш, я серьезно! — Антон потряс его за плечи в нетерпении. — Кто она? Ах, или он? — спохватился тот, вспомнив про ориентацию. Саша звонко хихикнул. — Он конечно, — кивнул Саша, все еще не убирая улыбку с лица.  — Кто этот человек? Саш, не томи! Милена?! —… Тош, Милена — девушка, — в глазах Собакина плескались смешинки. Антон растерянно посмотрел на него. — И… Как? Ты сверху или снизу был? Когда?  — А ты как думаешь? — ответил вопросом на вопрос Саша, и его улыбка стала хищной.  Антон не долго думал. Точнее, бездумно окинул его взглядом и выпалил: — Снизу, — он ни капли не сомневался. Саша обиженно надул губы.   — Я тоже так считаю! — парни одновременно вздрогнули, услышав знакомый, но не менее неожиданный голос девушки.  Кашина особо не пряталась, если учесть, что в своих тяжелых сапогах просто физически не могла ходить тихо. В темноте Антон мог не отличить ее от дерева, только подозрительное местоположение за спиной Саши и могло ее сдать. На лестнице появилась Алина и приветливо улыбнулась. Сейчас она больше была похожа на скукожившегося от холода голубя. Антон тут же отскочил от Саши на пол метра — дальше не смог, ограждение не позволило. — М-да, алкашку выхлебали, — Женя безрадостно кинула взгляд на пустую бутылку, которая чудом не скатилась вниз по лестнице. — Раз уж встретились, гоу в падик. Алинка уже матильду отморозила.  — Ой, заткнись, — беззлобно бросает та, на что Саша тихо смеется.  Вчетвером они пробираются в первый попавшийся подъезд. Старая дверь без труда поддалась, Антон не приложил и капли силы, настолько хлипкой она оказалась. Лестничная клетка пятого, ныне заброшенного, этажа, служила пристанищем для наркоманов, но здешние обитатели, похоже, решили морозить жопы на улице в новогоднюю ночь, поэтому подростки без стеснения заняли их место.  Кашина стрельнула Саше сигарету, зажгла свою и подкурила ему. Сверкнув яркой улыбкой, Алина вынула из-за пазухи бутылку шампанского. — Понижаем градус? — Антон мысленно прикинул, чего это будет стоить им на утро.  — Не дождетесь, — усмехнулась Женя и со стуком опустила на пол бутылку коньяка.  — Чушка, ты кого ограбила? — присвистнул Саша, отмечая, что марка коньяка-то недешевая по меркам школьника.  — Маме в школе подогнали к празднику, — отмахнулась она, нисколько не беспокоясь о последствии поступка. Мало ли кто взял, откуда она узнает? — Так! Предлагаю поиграть. Чем вы и занимались без нас, — Алина села в позу лотоса и расстегнула куртку. Возражений не последовало. — Ульяна и Роня придут, может быть Артем, я отправила геопозицию им.  — Сладкая парочка? — уточнил Саша, перебирая всех своих знакомых. Что-что, а имена он забывает мгновенно. Алина кивнула.  В компании из четырех человек особо не поиграешь, тем не менее они пришли к единому решению. «Дурак». К моменту, когда подошли Ульяна с Вероникой и — о, боги — даже Артем, Саша уже повис на Антоне, поскуливая стишок собственного сочинения ему на ухо. И судя по тому, как нажрался Саша, тащить его придется Антону и неизвестно еще куда.  — Ам, ну да-а, к сестре надо… — заплетающимся языком тараторил Саша, каким-то образом перейдя от смерти попугая, которого тот нашел на свалке, к младшей сестре. — Вы будете любить меня, если я картошка?  — Как ты к этому пришел… — Кашина выглядела угашенной не меньше Саши, даже зная, что ничего запрещенного они не принимали. Алина мягко отстранила ее от Саши, когда та наклонилась поближе к другу.  — Ну-у, у меня же отец с судимостью, ты знаешь.  — А-а, — энергично закивала Женя. На лице отразилось озарение. — Ой-й хочешь погадаю?  Остальные промолчали. В какой-то момент они начали с интересом следить за необычным диалогом. Саша уронил свою руку ей на бедро.  Поворачивая кисть и так, и сяк, Кашина вынесла вердикт: — Безмамный пидор, у которого есть сестра и много денег, — заключила она, гордо вскидывая подбородок. — Еще у твоего отца судимость.  Пораженный до глубины души Саша открыл рот в изумлении.  — Ого! Да ты ведьма!  — Идиот… — пробурчала себе под нос Вероника.  — Кажется, меня сейчас вырвет. Чушка, готовься, — сипло предупредил Саша, и его лицо и впрямь позеленело.  Женя отшатнулась от него, как от чумы, наблюдая за тем, как Антон достает из кармана мятную конфету и протягивает Саше.    — Заебись весело! — хохотала Ульяна, которая и без градуса алкоголя в крови не отставала от Саши и Жени. Она достала из куртки телефон и включила видео-запись. — Халло подписчики! В эту новогоднюю ночь мне выпала честь посмотреть на блюющего Сашу! Тем временем на лицо Собакина уже вернулись краски, и он помахал в камеру, после чего расслабленно повалился на колени к Антону.  — Меня не снимай, — попросила Вероника, отходя от Ульяны подальше.  Антон погладил дремлющего Сашу по голове, и Ульяна счастливо заулыбалась, снимая и это.  — М-м, хотите историю? — не открывая глаз, спросил Саша. Он не мог видеть кивающую Ульяну, но ему и не требовалось. — Шли мы как-то с Антоном зимой со школы… Или в школу… А там голубь, — начал он. — Дохлый. Я сделал ему массаж сердца, но ничего не вышло… Мы закопали его в снег и нарвали рябины, чтобы положить на могилку. На следующий день… — Саша тихо всхлипнул. — Его уже не было. Дворник выкинул…  Как по команде, по щекам Ульяны и Жени потекли слезы. — Еще… Попугай. Мы с сестрой нашли его со сломанным крылом и приютили… Я заботился о нем, как о собственном сыне! Кеша жиденько срал, но мы думали, что так и надо. Он не прожил и недели…  Саша уткнулся лицом в колени Антона, мелко подрагивая в беззвучных рыданиях. Антон окинул взглядом компанию и отметил, что Женя вцепилась в плечо Чайкиной, вытирая о ее кофту слезы и сопли, а Ульяна уткнулась Веронике в грудь, рыдая в голос. Заснувшего на холодном полу Артема это никак не волновало.  Антон нежно гладил парня по спине, другой рукой зарывшись в белые волосы, выказывая молчаливую поддержку. Он сам еле-еле держался, чтобы не заплакать. Ни столько из-за истории с попугаем, сколько от… Непонятно чего. Тем временем Алина раздумывала, есть ли неподалеку круглосуточный. Телефон разрядился, а ее память не настолько хороша, чтобы вспомнить какие магазины(а их было немного) работали двадцать четыре часа. Она была не настолько пьяна, как ее собутыльники, не считая Вероники, и осознание пришло быстро — аптека. Утром компания оценит ее труды, ведь она оставалась единственной, кто задумался о последствиях на утро. Благоразумно оставив Веронике на попечение всю пьянь(на Антона, прикорнувшего у стены, она уже не надеялась), без задней мысли ушла в аптеку.  Если бы Кашина могла сейчас здраво мыслить, она бы ни за что не отпустила Алину одной бродить по темноте. На самом деле та просто не знала, что в сумке Чайкиной покоился тяжелый ржавый гаечный ключ, найденный на помойке младшим братом. В железяке Алина не сомневалась. Пока снег хрустел под ногами, она улыбалась. Счастливо улыбалась. Казалось, в их жизни все налаживается. Влюбленный идиот Саша нашелся — Алине всегда были очевидны его чувства, и она искренне не понимала, как Антон не заметил того же — и, несомненно, сейчас тот выглядит лучше, чем когда-либо. Во взаимности Антона она не сомневалась, и смотря на них сейчас… Чтож, она искренне надеялась, что парни поговорили. Если они и впрямь поговорили, то ее немного задело то, что ей они не сказали. Но это никак не могло испортить ей настроение.  Попрощавшись с милой старушкой-фармацевтом, Алина отправилась обратно. У нее появилось плохое предчувствие. Она привыкла следить за мелкими, быть и матерью, и сестрой когда нужно(всегда), вот только с друзьями, что едва ли не старше самой Алины, это оказалось намного сложнее.  Она не подозревала, что ждало ее возвращения.  А картина стояла потрясающая. Она даже открыла рот. Саша оказался связанным мишурой по рукам и ногам, даже рот заклеили на манер кляпа, и валялся в снегу. Ульяна, облепленная снегом с ног до головы, в опасной близости от Артема размахивала арматурой, неясно где найденной. Алина переглянулась с Синицыной и, вероятно, они вполне могли бы поиграть в зеркало — выражения на лицах были одинаковые. Вот уж веселье. За Артема она переживала мало, рассудила, что это не первая подобная ситуация, да и Вероника не выглядела совсем уж испуганной. Хотя… Может надеется на устранение конкурента за сердце Ульяны? Руками той же самой ревностно обожаемой. Но Алина прекрасно понимала, что Артем даже не догадывается о своей роли конкурента. Его стоит пожалеть, неизвестно еще успеет ли Вероника понять, что никаких помыслов у Артема к Ульяне нет, прежде чем из ревности пришьет где-то за гаражами. Но волновал сейчас Алину вовсе не Артем. Она огляделась, и не найдя среди компании юных алкоголиков Жени, сильно забеспокоилась. Она обернулась к Саше, ведь тот ближе всех общается с Кашиной, намереваясь спросить… Но Саши на снегу не оказалось. С места, где он лежал, тянулся след к спуску, словно его прямо за ноги поволокли. Алина так и застыла.  — Я честно пыталась их остановить. Ульяна решила, что будет весело таскаться по улицам и пугать людей, но никого не нашла. Я и моргнуть не успела, как они все разбежались, — вымучено объяснилась она. — Эм… А где Саша? Вероника подошла к Алине со спины, тоже заметив подозрительный след и явное отсутствие Собакина. Ответ ей не требовался. Помимо маньяков и цыган, оставалось лишь два подозреваемых в незамысловатом похищении, потому Синицына прочистила горло, чтобы спросить: — По дороге сюда не видела Антона? — Вероника и сама с трудом верила в эту возможность.  — Разве он не в подъезде? — Алина оглянулась на Синицыну, и та покачала головой, чувствуя крах былой надежды на облегчение поисков. С характерным стуком Артем повалился на снег, лишившись чувств. — Да что здесь вообще происходит?! Алина, внезапно ощутив вспышку гнева, помчалась к сбитой столку бессознательным состоянием товарища Ульяне. Вероника предпочла держаться подальше от разъяренной Алины и не пошла следом. Чайкина сама вспомнила о подруге и обернулась с приказом: — Приведи мне Сашу живым или мертвым!  "Женю целой и невредимой" — мысленно закончила за нее Синицына, понимающе не став озвучивать вслух.  Несмотря на желание бросить все и побежать к Ульяне, Вероника не ослушалась, здраво рассудив, что Алина лучше приведет Артема в чувства, не убив при этом, а с Ульяной осторожничать не станет. К тому же спорить со злой мамашей взрослых безмозглых дитяток — себе дороже. След продолжал вести Веронику вплоть до крутого спуска в канаву. Наверное, стоило перестать удивляться в эту ночь, но она не смогла. В покрытом снегом углублении треугольничком сидели трое — точнее двое, а третий лежал. Женя с видом мудреца тасовала карты таро, Антон воодушевленно смотрел на девушку, а Саша… Просто валялся на снегу, все еще связанный мишурой, но в сознании — нетрезвом, правда, что было заметно по глазам.  Вероника выругалась, обратив этим на себя внимание, и двое из треугольника пересели, с прибытием нового члена секты — по-другому Синицына не могла их назвать, именно такое впечатление они и создавали. — образуя квадрат. Девушка не стала задавать вопросов и, устроившись на отведенном ей месте, проанализировала, что никакая опасность им не грозит.  — Ну-у, будущее у тебя более-менее благоприятное, возможны успехи в учебе и карьере. Если нет партнера, то может появится, если есть, в отношениях будут серьезные изменения. Возможны неприятные новости или ситуации, что могут выбить тебя из колеи, добавить стресса и переживаний, тебе нужно будет проявить себя с других сторон, чтобы решить это. "Это" может послужить сильным толчком к твоему взрослению и укреплению личности.  Антон завороженно слушал ее, на перебивая, а когда она подвела итог, начал обрабатывать полученную информацию. Женя тем временем повернулась к Веронике. — Теперь ты. Сашу оставим на десерт, — кивнула сама себе Кашина, вновь начиная тасовать карты. Добрых минут пять она мешала их, попутно насвистывая незамысловатую мелодию. — Временный упадок сил из-за проблем в семье, но скорее всего к тебе на помощь придет человек, от которого ты меньше всего ожидала понимания и поддержки. Недопонимания уйдут, недосказанности будут озвучены, возможно в результате этого ты найдешь выход эмоциям и чувствам. Ты столкнешься с выбором и если сделаешь правильный, твое душевное состояние улучшится и дела пойдут в гору. Вероника не стала комментировать, как и всерьез задумываться о сказанном, но во внимание приняла. Женя с хищной ухмылкой повернулась к десерту, которого Антон уже освободил от импровизированного кляпа. Удивительно, но тот все еще молчал, взглядом пьяного скептика сверля в Кашиной дыру. Правда, скептиком тот никогда не был, и обмануться его взглядом они не могли, а Антон даже различил в нем огонек интереса. Кашина сосредоточилась куда больше, чем в предыдущие разы, и мешала дольше. Даже глаза закрыла для большей концентрации. — Ой-ой, тут интересно… — рассматривала получившееся она, высунув кончик языка. — Что-то… Я тут не совсем все поняла… Посмотришь своим страхам в глаза. Эти самые глаза и откроешь. Если есть какие-то секретики, все всплывет. Либо трактовка просто "лютый пиздец", я не поняла.