VI. Предел износа электрических приборов

      С тех пор, как увидел мемориал вживую, Август частенько следил за этим местом по камерам, с каждым разом всё острее ощущая собственную вину. Этот груз, как и гнев на Волкова, преследовал его везде. Вроде бы должно становиться легче, но Хольт снова и снова заставлял себя смотреть, как люди возлагают цветы памяти. Уже целых три недели. Безумие, которое длилось несколько часов, оплакивали почти целый месяц.       Август злился на море пролитой ни за что крови, которое никак не укладывалось в его план. Была огромная разница между «хлопками» и «взрывами», как бы ведущая местных новостей не подменяла эти понятия. У Призрака была чёткая задача: посеять панику среди населения, но минимизировать жертвы из числа мирных жителей. И в это довольно точно определённое задание никак не вписывалось минирование Александровской колонны или подрыв генерал-полковника местной полиции. Если бы целью Хольта было убить как можно больше народа, он бы со спокойной душой нанял Дракона, у которого склонность к систематическим убийствам — то ли психическое расстройство, то ли базовая функция.       А чего он хотел? Нельзя было нанимать бывшего «мертвеца» и ждать, что тот будет играть по написанным для него правилам. Август это понимал ещё тогда, но эгоистично думал, что сможет убрать Призрака с шахматной доски, когда шахматная партия начнёт катиться в пропасть. Только вот некоторых людей может остановить только смерть. И Хольт определённо остановит Волкова.              С утра напоминание о собственных неудачах тонизировало почти так же, как крепкий кофе, дымящийся в кружке на столе. Август мозолил глаза экраном, вспоминая вчерашнюю встречу с лейтенантом Дубиным. Всполох эмоций от произошедшего никак не желал уходить из головы. Всё пошло не по плану примерно с первой же фразы, когда Дмитрий допустил мысль о том, что Хольт мог взять его сестру в заложники. Август, несомненно, мог так поступить, но причины и желания делать подобное у него точно не было. Он не хотел усиливать напряжение между ними. Просто собирался объяснить сложившуюся ситуацию и почему полиции лучше не лезть в эти разборки. Однако этого не произошло. Хольт ненавидел, когда что-то шло не так, как он задумывал, но здесь просто не мог ничего поделать. Вся его решимость пала перед Дубиным, заставляя задавать вопросы самому себе уже после ухода. От его твёрдого напора не осталось и следа, а ведь такого раньше никогда не было. Что-то в Дмитрии заставляло Хольта впасть в ступор и забыть о привычной напористости и бескомпромиссности. И это беспокоило чересчур сильно. Даже из головы не выходило.       Неизвестно, сколько бы ещё Хольт пребывал в своих мыслях, тупо уставившись на экран с монотонно проходящими людьми, если бы там не возник определённо знакомый силуэт. Август покосился на время. Ну да. Самое время Дубину идти на работу. Хольту хотелось закатить глаза, насколько быстро предмет его мыслей материализовался перед глазами. Невольно Август проследил за ним вдоль всей улицы с камерами, хотя не мог отделаться от мысли, что что-то не так. При всей внимательности и концентрации Хольт только через минуту понял, что именно его напрягло. За Димой кто-то следовал, со знанием дела уворачиваясь от камер. И можно было допустить мысль о том, что человек в тёмной одежде и объёмном капюшоне просто шёл по своим делам, но Август сердцем чуял, что это не так. Неужели Дубин кому-то настолько насолил, что за ним выставили слежку? Хотя, судя по сокращающемуся расстоянию, это уже было вполне себе готовящееся покушение. А если это…       Рука потянулась к телефону быстрее, чем он успел закончить мысль в своей голове. Воспоминание о Призраке прошлось холодком по телу. Если Волков следил за ним, то и визит к лейтенанту мог срисовать. Установить, что Дмитрий сейчас занимался поиском Хольта, а начинал с дела Разумовского, было не так уж и трудно. Август застыл в напряжённой позе на несколько секунд, прежде чем нажал на иконку вызова. По камерам было видно, что Дубин не сразу решил ответить на звонок, а начал рыскать по карманам, только когда понял, что звонящий не собирается сбрасывать. Чего Хольт не видел в полной мере, так это лица, но предполагал, что на нём замерло удивлённое выражение.       — Алло? — Дмитрий отозвался совершенно растерянно.       Август замер, задумчиво проведя языком по губам. А что, собственно, он должен сказать, чтобы не усугубить ситуацию ещё больше? Как сформулировать мысль так, чтобы Дубин не полез с кулаками на матерого наёмника посреди людной улицы? Хольт не знал. Попытка у него была одна.       — Дмитрий, вы мне доверяете? — словно издалека начал он.       — Рехнулись? — Дмитрий опешил и чуть притормозил. — Нет, конечно!       — Не останавливайтесь! Идите вперёд! Давайте, перефразирую, — Август тяжело вздохнул от напряжения. — Жить хотите?       — Что? — переспросил Дубин, замедляясь почти до полной остановки.       Хольт чувствовал пульс, гулко бьющийся по ушам, и явно не мог сконцентрироваться. Расстояние между двумя фигурами на камерах сокращалось. Август едва успевал между улицами переключаться, чтоб не упустить обоих из виду. Сейчас никаких сомнений уже быть не могло: тот, кто шёл за Дубиным, точно по его душу.       — Я вас прошу, только не останавливайтесь и не… — как только Хольт собрался попросить не прерывать его, так тут же был перебит.       — Да что происходит вообще?! — не выдержав, прикрикнул Дмитрий.       — Минуту! — раздражённо бросил Август, пытаясь не выбесить Дубина настолько, чтобы тот отключился. — Просто идите вперёд и дайте мне время.       Мыслительный процесс двигался медленно и напряжённо, пока Хольт вдруг не выстроил стройный план. Нужно было немедленно вытащить Дмитрия и хоть как-то защитить его от преследователя. К счастью, Август мог это обеспечить.       — Отто! — Хольт подождал, пока телохранитель не оказался за его спиной, и указал на экран. — Этот перекрёсток через десять минут.       И хотя Шрайбер не ответил, Август знал, что задачу он понял. Пульс, гудящий в ушах, мешал сосредоточиться. Тук-тук-тук. Нужно было сосредоточиться, но голову заполнил сплошной чёткий ритм. Тук-тук-тук. Август сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь прийти в себя, и это потребовало больше усилий, чем он ожидал.       — Дмитрий, — убрав палец с микрофона, вновь позвал Хольт. — Вы меня ещё слышите?       — Я не слышу ответа, что вам нужно от меня? — Дубин до сих пор звучал чересчур раздражённо.       — Неверный вопрос. Не мне, — Август почувствовал, как реакция младшего лейтенанта выводит его из себя. — За вами хвост! Только не оборачивайтесь…       По камерам Хольт увидел, как Дмитрий всё-таки обернулся, вопреки просьбе, поглядывая назад через плечо. Августу захотелось только нервно рассмеяться от такой упрямости, хотя в глубине души понимал, что в подобной ситуации сделал бы так же.       — Это ваш человек? — видимо заметив человека в толстовке, уточнил Дубин.       — Нет, конечно! — от возмущения у Хольта аж дыхание перехватило. Ну да, стал бы он тогда предупреждать о слежке. — Я думаю, что это тот, кого мы вчера обсуждали.       — В таком случае спасибо за бдительность. Я его задержу, — каким-то преувеличенно будничным тоном бросил Дмитрий.       — Не вздумайте! — тут же перебил его Август. — Да и потом. Что вы ему предъявите, Дмитрий?       — Ну да… — лейтенант ещё какое-то время думал, а потом с раздражением (очевидно, от того факта, что Хольт прав) спросил. — Что вы предлагаете?       — Сверните налево.       Время бежало убийственно быстро, обгоняя происходящее на экране. Казалось, Хольт отставал от настоящего времени, проваливаясь в топкое болото прошлого, устаревшего на непростительные секунды. Дубин замешкался, но всё же, как Август и просил, повернул налево, огибая мрачно-серое здание. С губ Хольта сорвался облегчённый вздох, потому что Дмитрий хотя бы начал прислушиваться к нему, а не спорить с каждым предложением.       — Я знаю, что у вас нет абсолютно никаких причин мне доверять, но всё же прошу послушать меня… — Август сделал паузу, заполнившуюся нервным дыханием. — Я просто хочу вам помочь.       — Как вы себе это представляете? — во взволнованном голосе Дубина было напополам интереса со скептицизмом. — И где вы сами?       — Я слежу за вами по камерам, — честно признался Хольт. — Хотя не собирался, но так вышло. И сейчас я могу вас увести по прилегающим улицам. Мне просчитать маршрут намного проще, чем вам. Ещё раз налево.       Дмитрий замолчал, но, надо отдать ему должное, ни на секунду не замедляя своего темпа, повернул в указанном направлении. Видимо, он обдумывал услышанное или просто взвешивал «за» и «против» того, чтобы поверить Августу. Ещё вчера Дубин практически прямым текстом сказал, что скорее умрёт, чем поверит ему. Хольт чувствовал себя беспомощным, будто в его руках было всё, но он физически не мог ничего сделать. Это давило на мозг. От волнения Август прикусил нижнюю губу до крови, тут же чувствуя привкус металла на языке.       — Хорошо. Допустим, — Дмитрий махнул свободной рукой.       — Отлично, — Хольт облегченно выдохнул, только сейчас замечая, что затаил дыхание. — Следуйте моим указаниям.       Август никогда особенно не интересовался спортом, но сейчас чувствовал себя судьёй на соревновании, неотрывно следившим за каждым действием. Каждый новый поворот ощущался личной победой, будто бы он тоже часть этой опасной гонки. Казалось, каждая ошибка или промедление со стороны Дмитрия могли стать последними, и замерший в напряжении Август это понимал. Странно, как ещё телефон не хрустнул в руках, учитывая то, с какой силой он его держал. Попутно Август написал Шрайберу чуть более подробные указания, что нужно убедиться в безопасности полицейского и отвезти его домой.       — Поверните направо.       — Очень смешно, — хмуро фыркнул Дубин. — Спасибо, я не голоден. Зайду в ресторан в другой раз.       — Я был в этом ресторане. Там удобный чёрный ход! — не менее недовольным голосом парировал Хольт. — Прямо во двор. Ну же!       Судя по камерам, преследователь практически настиг Дмитрия, который медлил у входа в дорогое заведение. Каждая камера давала возможность лучше отслеживать Дубина, но сейчас Август практически мог видеть беспокойство и нерешительность на его лице, словно стоял прямо напротив. Или голос здравого смысла победил, или Дмитрий краем глаза зацепил силуэт позади себя, но парень юркнул внутрь ресторана. Он пропал из зоны видимости Хольта на пару нервных минут, а потом снова показался уже во дворе. Запыхавшийся, он явно пытался отдышаться, но вместе с тем и не терять темп.       — Куда дальше? — Дубин завертел головой по сторонам.       — Садитесь в машину перед вами! — практически приказал Август. — За рулём мой человек.       — Ваш человек? — Дмитрий, готовый спорить, встрепенулся.       — Он вас не тронет. Даю слово, — поспешил заверить Хольт.       Дубин всё же поверил словам Августа и бросился к машине. Как только он запрыгнул в салон, Хольт завершил звонок, понимая, что и так слишком долго был на связи. А в его случае это было чревато. Август задержал взгляд на смартфоне в своих руках, чувствуя, как ком в горле медленно сходит на нет. Отложив его на стол, Хольт наконец-таки с облегчением выдохнул…       …только ненадолго. Номер, с недавних пор забитый в телефонной книге, как «Призрак», высветился на экране. Август тяжело сглотнул, ощущая, как тяжелеет всё тело от перенапряжения. Слишком много событий на такой небольшой отрезок времени. Хольт просто не справлялся со всем этим за раз.       — Да? — словно не своим голосом ответил Август.       — А знаешь, это даже забавно… — Призрак сделал небольшую паузу, явно не торопясь продолжать. А может, просто приводил в порядок учащенное после беготни дыхание. — Ты так возишься с этим полицейским. Он важен для тебя, не так ли? Получается, вы вместе под меня копаете?       — Это не так! — упрямо возразил Хольт, помотав головой, словно разговор происходил вживую. — Ничего у нас с ним общего нет!       — А что ж ты его так защищаешь тогда? Это ведь ты был? — было слышно, как Волков выразительно усмехнулся. — Нехорошо врать, Август. Ой как нехорошо. Особенно своим друзьям.       — Запомни раз и навсегда: у меня друзей нет. А если бы и были, то ты в их число никогда бы не вошёл, — грубо одёрнул Август, мгновенно ёжась от проходящего по телу тока. — Тебе не дорасти до таких высот, чтобы быть наравне со мной. Ты просто ничтожество, и твои догонялки просто жалки.       — Смелые слова от того, чьих сил хватило только на то, чтобы убить безоружного человека. Кстати об убийствах. Кажется, нашу игру пора заканчивать, — сипло предложил Призрак и, выдержав выразительную паузу, продолжил. — Иначе начнут страдать важные для тебя люди. Ну, как страдать… они будут барахтаться в собственной крови. Начну я с простых знакомых, сотрудников твоей команды, а закончу семьёй.       — Чего ты хочешь? — перебил его Хольт.       — Ты вроде такой изобретательный сукин сын, а вопросы задаёшь одни и те же, — Волков на том конце провода хмыкнул.       — Тебе нужен я? Хорошо, давай встретимся и всё обсудим, — неожиданно даже для самого себя предложил Август.       Хольт как всегда пытался свести всё в деловое русло, даже сейчас, будучи на пределе и разговаривая с террористом. Это явно досталось ему от отца, как и необходимость держать на контроле абсолютно всё и всех. Правда, сейчас Хольт скорее всё больше и больше терял контроль над ситуацией. Какое-то время в трубке слышалось лишь тяжёлое дыхание Волкова, и Август находился в сильном напряжении. За спиной всё искрилось, но Хольт не обращал внимания, сосредоточившись только на звонке.       — Хорошо, — наконец принял предложение Призрак. — Но всё будет на моих условиях.       Больше он ничего не сказал и отключился. Хольта до сих пор ощутимо коротило электричеством. Когда Август положил телефон на стол, то ощутил дикую, сковывающую тело слабость. Хольт машинально провёл пальцами под носом и обнаружил, что они перепачкались в крови. Позвоночник работал на износ, преобразовывая каждый нервный импульс в электрический. За спиной у Августа буквально функционировала мощнейшая трансформаторная подстанция, разгонявшая по конечностям чистое электричество. Всё тело было в нервном напряжении. Голове становилось всё сложнее и сложнее обрабатывать электрические импульсы, поступавшие от тела к мозгу. Хольт почувствовал, скорее даже просто услышал, как сильно у него сбилось дыхание. Машинально облизнув губы, Август понял, что кровь ни на секунду не переставала течь из носа. Всё это было не то что плохо, просто смертельно опасно для него.       По дороге в гостиную Хольт собрал плечами все дверные косяки, чересчур сильно впечатываясь в них от потери координации. Взгляд уцепился за фирменный чёрный кейс с маской, и Август на неприятно затёкших ногах, мышцы которых ощущались как рябь от помех, двинулся к нему. Добравшись до дивана, Хольт практически упал на него, подползая ближе к столу с ящиком. Моторика его явно покинула, потому что Август провозился с простой защёлкой слишком долго, теряя драгоценные секунды. Наконец он извлёк маску, смог примитивно её настроить, пока мозг ещё пребывал в рабочем состоянии, и поднёс ко рту. Она должна была увеличить содержание кислорода в крови, чтобы хоть как-то уменьшить напряжение в организме и риск выброса огромного заряда тока. Хольт едва успел сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем в глазах потемнело окончательно, а мозг перестал воспринимать действительность. Кажется, перед тем, как отключиться насовсем, Август ощутил разряды, пробегающие по всему его телу и задевающие чувствительные нервные окончания.              — Мистер Хольт? Сэр? — на периферии раздался голос Отто.       Хольта ощутимо потрясли за плечо, и только после этого он открыл глаза. Яркий солнечный свет бил прямо в лицо, заставив только что очнувшегося Августа проворчать что-то неразборчивое. Воспалившиеся глаза с лопнувшими сосудами тут же пронзила резь от внезапной яркости. С недовольным стоном Хольт зажмурился, а потом заново открыл глаза, потихоньку приходя в себя. Он всё ещё находился в гостиной, правда, с дивана сполз на пол и сидел теперь к нему прислонившись. Маска оказалась сжата в руке, и Август с раздражением откинул её на стол, промазав мимо открытого кейса. На языке почему-то вертелись слова и предложения на родном языке, поэтому Хольту пришлось сделать усилие, чтобы переключить мозг на английский и поговорить с Отто.       — Ты выполнил моё поручение? — первое, что спросил он.       — Да, сэр, — Шрайбер помог ему подняться и сесть на диван. — Поездил кругами, убедился в отсутствии хвоста и отвёз его домой.       Хольт глубоко вдохнул и медленно выдохнул, постепенно приходя в себя после потери сознания. Он заторможенно подтянул ноги, чтобы сесть повыше, и откинулся на спинку дивана, насколько позволял позвоночник. Механизм уже успокоился и лишь мерно гудел сзади, поддерживая необходимую жизнеспособность организма. Август провёл по лбу и пальцами зачесал растрепанные волосы назад. Стоящий рядом Отто неодобрительно буравил его своими ледяными глазами.       — А телефон? — Август конкретизировал вопрос.       — Всё сделал, — чётко повторил Шрайбер.       — Ладно, хорошо… — утомлённо выдохнул Хольт, на секунду прикрывая уставшие глаза.       — Вы в порядке? — после недолгой паузы добавил Отто. — Выглядите неважно.       — Спать днём вредно, — Август саркастично увильнул от прямого ответа, давая понять, что всё нормально. Если не нормально, то, по крайней мере, терпимо. — Пока свободен, но ты мне скоро понадобишься. Охотиться на волка пойдём.       Такой ответ Отто пришёлся по вкусу, и он с готовностью ухмыльнулся, становясь похожим на заправского викинга. Если бы Хольт не был в таком раздрае, то это бы заставило его улыбнуться. Август облизнул потрескавшиеся губы, ощущая лёгкий привкус засохшей крови. Стоило дойти до ванной, умыться, но силы только-только начали возвращаться в организм. Вопреки словам Призрака, что игра уже заканчивается, Хольт чувствовал, что всё только началось.