IX. Из любой западни есть как минимум один выход

      Дима ни на что уже особенно не надеялся. Жизнь оказалась чересчур сложной штукой, хоть и казалась линейной цепочкой событий. Никогда и ничего Дубину не преподносилось на блюдечке с голубой каёмочкой. Своё он выгрызал сам, упорно работая. Каждое дело было напоминанием, что лишь честный труд способен принести результат. Пускай не сразу, а постепенно, но маленькие шаги всегда приводили Диму на верхнюю ступень лестницы. Так было с самого начала учёбы в университете и продолжалось по сей день. Случайности в жизни полицейских мало что решали. Поэтому Дубин не думал, что задуманное сработает. Просто проверял очередной вариант подкопаться к Хольту поближе, хоть как-то сузить поиски и может воспользоваться неожиданной зацепкой. Никогда нельзя недооценивать противника, особенно такого незаурядного, как Август ван дер Хольт. Одна часть внутри Димы кричала, что вряд ли Хольт мог позволить себе опрометчивость и не заменить метаданные, дав столь явный козырь полиции. Другая же упорно подначивала дождаться результатов от экспертов.       Несмотря на чудом пережитую вчера слежку, Дима не думал, что ему могла угрожать какая-то опасность, а потому пошёл на работу. Старался идти максимально людными улицами, отмечаясь на куче городских камер, но совершенно не боясь преследования. Но, похоже, Дубин уже не столь сильно интересовал Волкова, что тот не потрудился довести дело до конца. Всё же, сколько Дима ни раздумывал над этим, никак не мог найти разумного объяснения. Было ли это предупреждение ему самому или, наоборот, Августу за их общение? Или его просто хотели убить, потому что он узнал о Призраке слишком много? Ответов у Дубина не было и не могло появиться до самого задержания Волкова.       При входе в управление Дима был неприятно удивлён. Сначала, конечно, долго не мог понять, что в его карманах пиликало на рамках металлодетектора. Офицер дежурной смены на посту готов был и так его пропустить, Дубина в полиции все знали, но сам лейтенант был против. Пока не обнаружил в кармане куртки практически незаметный жучок для прослушки. Дима тяжело вздохнул и покачал головой, узнавая знакомый почерк заходившей вчера Пчёлкиной. Видимо, её гиперопека распространялась теперь не только на Грома. Сунув жучок обратно в карман куртки, Дубин мысленно поставил себе напоминание отдать его Юле и очень настоятельно потребовать так больше не делать.        Дима оставил верхнюю одежду перекинутой через рабочий стул и направился в техническую лабораторию. Надо сказать, техники работали на славу, так что уже через какое-то время у Дубина уже была геолокация с фото. Не думая ни секунды, он рванул по найденному адресу, потому что каждая упущенная минута могла сыграть против. Это действительно оказался дом по соседству с тем, что они проверяли вместе с группой захвата. Так что подозрения Дубина подтверждались ещё больше.        Быстрее всего до того района было добраться на машине, так что Дима быстро прыгнул в первое попавшееся жёлтое такси. Пристёгнутый ремень безопасности напрочь не спасал от лёгкого беспокойства, которое усиливалось с каждым проеханным километром, а сам Дубин барабанил пальцами по колену. В горле обосновался нервный комок, который никак не получалось сглотнуть. Всё это время Дима раздумывал, не зря ли он едет на адрес совершенно один, когда не совсем понятно, с чем или кем он может там столкнуться. Определённая доля глупости в этом была, но Дубин надеялся провести разведку. А в случае чего вызвать подкрепление. Вдруг его телефон просигналил уведомлением, и Дима с лёгкой нервозностью посмотрел на экран. К счастью или нет, писал совсем не Хольт. Юля У меня есть доказательства, что трансляцию вёл Волков.

Дима

???

Юля Ко мне попало видео с Олегом времён его контрактной службы. Голос один в один.

Дима 

Ты сравнивала с записью из телецентра?

Юля Да. Полиция, как всегда, была чересчур занята блокировкой этого видео, вместо того, чтобы использовать его для расследования.

Дима

Спасибо за всю твою помощь! Ты всё ещё крутая ищейка!

      Дубин знал, что Пчёлкиной, успевшей засомневаться в своих журналистских навыках, будет приятно. Версия Августа начинала подтверждаться, что по какой-то причине радовало Диму. По правде говоря, он уже начинал доверять всему тому, что Хольт ему рассказал. Звучало складно, да и ведь косвенно всё больше и больше подтверждалось. Искренность откровенности Августа подкупала. В этот самый момент Дубин начал задумываться о том, что он скажет Хольту, если вдруг застанет его дома. А стоит ли вообще что-то говорить? Ведь можно защёлкнуть на идеально тонких запястьях наручники и выполнить свою работу. Только после доказательств виновности Волкова задерживать Августа хотелось всё меньше. Было бы славно хотя бы поговорить, как в тот раз, когда Хольт нагрянул к нему, поделиться с ним зацепкой от Юли. И может услышать его версию произошедшего в телецентре. Да, примерно с таким планом Дима и ехал. Пчёлкина, кажется, отправила те самые видео и ещё пару сообщений, но их Дубин уже не читал. Вместо этого он написал ещё несколько сообщений с предостережением Хольту. Внутренняя чуйка подсказывала, что он опаздывает к чему-то важному. Только бы Август не предпринял ничего глупого.       Надежды Димы не оправдались. Когда из своего такси, подъезжавшего к нужному подъезду, он заметил, как в другую вызванную машину садится Хольт. Без сомнения, по утонченному силуэту, столь показательно скрытому, и едва заметным голубоватым искоркам от пальцев можно было узнать Августа собственной персоной. Дубин тотчас передумал вылезать из машины и озвучил новую установку: ехать за белым седаном с шашечками. Таксист хотел было отказаться, но Дима вытащил удостоверение и ткнул практически в самое лицо. Эта поездка оказалась ещё более нервной, потому что Дубину приходилось неотрывно следить за едущим впереди такси, чтобы не спутать с другими в машинопотоке. В какой-то момент они доехали до «Красного треугольника», и Дима озадаченно нахмурился. То, что Хольт приехал в такое место, не могло означать ничего хорошего.       Дубин не знал ничего об этом заброшенном месте, даже примерно не мог представить планировки, но выбора у него особенно не было. Всё осложнялось тем, что Дима понятия не имел, с какой целью тут Август, так что от этого тоже не получалось оттолкнуться. Поэтому Дубину пришлось идти наобум, пробираясь сквозь мусор, бетонную пыль и куски отделки. В общем, продвигаться параллельно Хольту было проблематично, но иначе Дима просто не мог. Кроме того, на всякий случай держал в руках телефон с уже набранным сообщением для Игоря, что нужна помощь по этому адресу. Дубин предусмотрел всё, просто нужно было немного больше доказательств, которые бы ответили на все его вопросы.       Чересчур увлечённый слежкой, Дима не сразу уловил ещё одну пару шагов. На этот раз ему пришлось быстро скрыться за ветхой колонной и максимально прижаться к земле, чтобы никак не выдать своего присутствия. Благо телохранитель Августа, по какой-то причине пришедший отдельно от него, не заметил Дубина и прошёл мимо, сжимая в руке оружие. У Димы даже дыхание замерло от такого. Ведь совсем чуть-чуть, и он бы точно встретился лицом к лицу с этим громилой. Слежка становилась всё сложнее, но Дубин был вполне уверен в своих силах, чтобы продолжать это дело в одиночку. В голове крутилась тысяча мыслей, что происходит на его глазах, но пока ни одна не подкреплялась хоть сколько-то вескими доказательствами. И зачем вообще тащиться сюда?..       Реальность оказалась куда прозаичнее, чем Дима мог предположить. Здесь была назначена встреча Хольта с Призраком. Обстановка начинала приобретать очень уж опасные нотки и буквально пахнуть порохом. Дубин медленно сглотнул, следя взглядом за Августом и другими собравшимися. Диспозиция сил была ясна, но вот что делать с остальным, пока понятно не было. Волков и Хольт в одном месте и в одно время были буквально джекпотом для Димы, не ожидавшего ничего полезного от геолокации с фото. Только теперь ещё явственнее стала мысль, что один он попросту не справится. Дубин, конечно, был уверен в себе, но выстоять одному против профессионального наёмника из ЧВК и оружейного магната с подкованным телохранителем казалось чем-то голливудским и невыполнимым. Он же не Гром, чтобы, не подумав, в одиночку лезть в самое пекло. Поэтому Дима занял роль наблюдателя в этом странно гротескном представлении. Вмешиваться в разговор Дубин не собирался. Более того, даже вытащил из куртки Юлино записывающее устройство, которое она так удачно подсунула ему. Дима даже почти перестал обижаться на Пчёлкину, учитывая, что это сейчас так пригодилось.       Всё услышанное только ещё больше подтвердило окончательную версию событий, что сложилась в голове у Дубина. Не то, чтобы он хоть сколько-то оправдывал Хольта, но теперь хотя бы все пазлы складывались воедино. Но стоило Диме только подумать, что всё идет слишком хорошо и спокойно, как ситуация начала быстро накаляться: от возросшего градуса обвинений до вытащенного оружия. Казалось, сейчас Дубину самое время отправить Игорю сообщение с адресом, что он и сделал, практически не отвлекаясь от Августа и Волкова. А потом чуйка сработала быстрее, чем Дима смог отдать себе отчёт в собственных глупых действиях. Он бросился вперёд с твёрдым намерением вытащить с траектории стрельбы единственного безоружного человека. Остальная перестрелка смешалась в одну сплошную картину c запахом пороха и эхом от выстрелов в пустых помещениях.       Когда в зал ввалилась группа быстрого реагирования, Дубину было проще встать на колени, чтобы его ненароком не задели. Увидев, что Хольт этого делать не собирался, Дима и его потянул за руку вниз. Уж лучше после ему придётся формально извиниться за это, чем сейчас наследнику голландской оружейной корпорации снесут голову. На удивление, Август даже не сопротивлялся, а молча принял свою участь, поднимая руки вверх. Дубин был очень рад видеть Игоря, который правильно всё понял и вызвал группу, а не в одиночку полез спасать товарища. Конечно, можно было обойтись без задираний в сторону Хольта, но старого пса новым трюкам не научишь. Да и голландец на фоне всего произошедшего вёл себя вполне прилично. Даже поблагодарил:       — Спасибо.       — Не за что. Работа такая, — Дима пожал плечами, поднимая на него взгляд. — Нам предстоит очень серьёзный разговор обо всём произошедшем.       Август несдержанно усмехнулся, позволяя себе это. Для Димы это стало поднятым флагом, который давал понять, что Хольт в норме. Настолько об этом мог судить сам Дубин, и насколько это вообще было возможно в таких обстоятельствах. Разглядывая лицо Августа, Дима заметил яркую царапину на скуле. Своей краснотой она явно выбивалась из монотонно бледного лица Хольта. Как лишний штрих. Дубин всмотрелся ещё пристальнее, пытаясь прочесть чувства, которые спрятались за напускной отстранённостью и холодом. Не так-то это просто — прочесть Августа ван дер Хольта. Дима хмыкнул себе под нос и протянул Хольту салфетки из кармана. Дубин чувствовал и своё ранение - лёгкую царапину на предплечье, но не придавал этому значения. Жгло, конечно, прилично, однако Диме сейчас было важнее сделать всё правильно.       — Спасибо, — ещё раз поблагодарил Август. — Как много ты слышал?       — Всё, — на удивление Дубин ответил такой же усмешкой. Казалось, сейчас, когда закончились бесконечные кошки-мышки, ему даже нравилось выбивать Августа из колеи. Для большего эффекта Дима помолчал и добавил: — Да, и не только я.       За лицом Хольта было интересно наблюдать вживую: усмешка исчезла с тонких губ, а потом выражение и вовсе поменялось на непонимающе-заинтригованное. По взгляду Августа и чуть приподнятым бровям стало очевидно, что он не понял. С небольшим, но очень очевидным хвастовством Дубин вытащил из кармана маленькое записывающее устройство, которое вчера ему подкинула Юля. Не сразу, но Хольт понял, что ему показывают, и коротко хмыкнул. На долю секунды Диме показалось, будто он даже заметил во взгляде Августа одобрение.       — Хитро, — усмехнулся Хольт, не понимая, как сам не додумался до такой поражающей своей примитивностью стратегии. — Я тебя недооценил.       Август, сам того не замечая, перешёл на «ты» ещё в пылу боя, и Дубину казалось, что он в принципе не так уж и против. Это было полное игнорирование инструкций, но Диме сейчас было не до них. Казалось, странная погоня, растянувшаяся на столь долгое время, наконец, закончилась, и полиция пришла к финишу.       — Не мой стиль. Это больше к Юле, — отмахнулся Дубин. Похвала-то его интересовала в последнюю очередь. — Ну, к моей знакомой. Объяснишь, чего ты вообще добивался?       Хольт нахмурился, глядя куда угодно, только бы мимо Димы. Хотя, пожалуй, лейтенант был единственным, что в этих развалинах достойно внимания. Столько всего хотелось рассказать, но не в этих обстоятельствах. Каждый взгляд незнакомого служителя правопорядка напоминал о том, за что они цеплялись всё это время.       — Это допрос? — наконец поинтересовался Август, чуть хмурясь так, что между тёмными бровями пролегла складка.       — А я должен назвать это допросом, чтобы услышать правду? — отвечая вопросом на вопрос, Дубин насупился. Он-то наивно полагал, что теперь ему расскажут правду.       — Я знаю свои права. И если это допрос, то его полагается проводить в полиции и в присутствии адвоката. А если мы просто беседуем, то можем перенести наш разговор ко мне домой. Мне есть, что тебе показать. Уверен, это добавит моим словам вес, — Хольт звучал совершенно не резко, а наоборот, вполне уважительно. Эта вкрадчивость подкупала.       Август выглядел вполне доброжелательно, хотя ещё слегка встревоженно от всего произошедшего. Такое состояние отлично подходило для запугивания и навязывания нужной следствию версии. В академии этому не учили, но между строк всегда мелькал такой посыл. Только Дима работал не для галочки, а ради правды, поэтому справедливо рассудил, что в комфортных для Хольта обстоятельствах добьётся большего. Вот только идея поехать к Августу (читать как «преступнику в федеральном розыске») за доказательствами даже в мыслях звучала абсурдно. Не говоря уж о том, чтобы сказать это Грому.       — Да… Да, пожалуй, — Дубин уверенно кивнул, даже не замечая, что на лице у него было написано, как он взвешивал все «за» и «против». — Я сейчас подойду.       Игорь встретил Диму каким-то исключительно многозначительным взглядом, чего за ним ранее не замечалось. На идею Дубина майор так и вообще с недоверием заметил, что это нарушение всех писаных и неписаных инструкций (а ведь кто бы говорил), но скрепя сердце и ради общего блага разрешил. Попутно всучив Диме в руки электронный браслет. Очевидно, для кого. Эта мера предосторожности показалась Дубину справедливой и не лишённой основания, так что он кивнул.       Понимая, как обстоят дела, Хольт согласился на такую меру и позволил Диме застегнуть на своём запястье браслет. По руке у Дубина побежала лёгкая искра от прикосновения к мягкой коже. Вряд ли это мог быть браслет… Дима гнал все прочие мысли из головы, пытаясь держать там только мантру, что он занят делом. Можно было, конечно, соблюсти формальности и поехать на полицейской машине, а на Августа ещё и наручники надеть, но Дубину казалось, что таким негласным способом он узнает намного больше.       — Отто, домой, — бросил утомленный Хольт, чуть потирая запястье под новым аксессуаром. Терпимо.       Как понял Дима в следующие несколько минут, когда Август поехал на такси, Шрайбер на обычной машине двинулся следом. Телохранитель бросил едва заметный взгляд в зеркало и завёл двигатель. Дубин уже не в первый раз ехал с этим устрашающим скандинавом, но сейчас хотя бы чувствовал себя относительно спокойно. Автомобиль тронулся с места, и Дима на всякий случай пристегнулся ремнём безопасности. Вряд ли это спасло, если бы Август решил что-то сделать, но механическое действие помогло Дубину почувствовать контроль над ситуацией. Такому «сотрудничеству» с преступником его точно в университете не учили. Молчание нагревало воздух.       — Но всё же. Как ты меня нашёл? — не выдержал Хольт, повернувшись вполоборота.       Дима заметно удивился вопросу, уставившись на Августа в полном непонимании. Из всех вопросов, так сильно влияющих на его будущее, Хольт выбрал этот. Не «что со мной будет дальше?». Не «зачтётся ли мне помощь следствию?». Даже, на худой конец, не прозвучало «почему вы меня практически отпустили, настолько доверяете?». Определённо, гордыня взыграла в Августе в этот самый момент. Дубин даже чувствовал себя человеком, победившим суперзлодея с безупречным планом, и теперь мог указать Хольту на одну незначительную деталь, испортившую идеальный ход событий. Разве что Август никаким суперзлодеем не был. Скорее, прозаичным продавцом смерти.       — Дмитрий? — вновь раздался нетерпеливый голос Хольта.       — Твоя утренняя фотография, — наконец пояснил Дима, отвлекшись от своих пафосных раздумий. — Специалисты вытащили из неё метаданные. А потом, честно говоря, откровенно повезло. Когда я подъехал к твоему дому и уже с таксистом расплачивался, увидел, как ты из подъезда выходишь. Думаешь, только ты следишь за людьми без их ведома?       — Как ребёнка! — с досадой воскликнул Август, садясь прямо и чуть запрокидывая голову.       Дубин едва слышно хмыкнул в ответ. Несмотря на безбедное детство и травмирующую неполноценность, Хольт всё ещё был похож на нормального человека. Ладно, «нормальность» вполне условна, но, тем не менее, Август был вполне в своём уме.       — И ты не вызвал полицию? — задумчиво глядя перед собой, вдруг спросил Хольт.       Этого Дима сам себе не мог объяснить. Не то, чтобы он настолько в себя верил, нет. Скорее дело было в идеалистических соображениях, что ли. Дубину всегда хотелось думать, что все люди вокруг скорее хорошие, с маленькой примесью зла, а не наоборот. Это убеждение хоть и играло злую шутку с полицейским, но всё же помогало не сдаваться по жизни. Почему-то Диме показалось, что Август этого не поймёт. Разница менталитетов, окружения, жизненного опыта. Можно выбрать любую причину.       — Хотел оценить ситуацию сам, — пожал плечами Дубин. Прозвучало намного увереннее, чем в его голове.       Квартирка у Хольта оказалась неожиданно уютной и маленькой. Как сюда только могли поместиться эго и амбиции Августа, было непонятно. Интерьер был даже скромнее, чем в квартире самого Димы. И хотя беглого осмотра было достаточно, чтобы заметить, что никаких подстав не ожидается, Дубин всё равно не чувствовал себя комфортно. Было что-то невероятно странное в том, чтобы принимать помощь от преступника. Несмотря на это, Хольт предоставил Диме все документы, что у него были на Волкова. Это был рисковый, но правильный шаг. Все указания на сотрудничество Августа с террористом были косвенные и настолько призрачные, что разбились бы адвокатом средней руки. А у Хольта он, несомненно, был бы лучшим из лучших. Август понимал, что ему практически ничего не грозит с юридической стороны, поэтому, отдавая бумаги лейтенанту, даже в какой-то мере тешил своё самолюбие.       Сам Дубин это прекрасно понимал, но ничего против не имел. За время их переписки Дима уже привык к этой черте характера, так что не особо заострял на ней внимание. Всё же то, как вёл себя Хольт, перекрывало недостатки. А вёл он себя достойно: помогал Дубину вникнуть в суть кучи документов и совершенно беззлобно подсказывал при несостыковках. Пока Дима не отвлёкся на звонок телефона.       — Да?       — ПОЧЕМУ О ТОМ, ЧТО ТЫ РАНЕН, Я УЗНАЮ ОТ ИГОРЯ СРАНОГО ГРОМА, А НЕ ОТ ТЕБЯ? — немедленно прокричали в трубку.       Даже при небольшой громкости всё было слышно прекрасно. Августа даже улыбнуло, когда Дубин слегка смутился от неудобства и сделал звук тише. Хольт прекрасно понимал Диму, ведь у него самого была младшая сестра, частенько выдававшая похожие монологи, разве что на другом языке. Машинально дёрнув плечом, Дубин обратил внимание на царапину, которая в пылу активного обсуждения совершенно не беспокоила. Было ли это прямо серьёзным ранением? Ну, вряд ли. Скорее всего, Игорь не удосужился нормально сформулировать и просто бросил этот факт, не особенно заботясь о последствиях. С межличностным общением Грому ещё работать и работать, убедился Дима.       — Потому что я не хотел тебя волновать, — сквозь вздох ответил Дубин. — Там ничего серьёзного. Только задело чуть-чуть в перестре…       Несмотря на то, что Дима осёкся и не закончил слово, его сестра всё равно всё поняла, разразившись тирадой о беспечном отношении к собственному здоровью. Дубин утомлённо выдохнул. Вера была чересчур убедительна, рисуя перспективы необработанной вовремя раны. Чтобы успокоить разыгравшееся воображение сестры, Диме пришлось пообещать в скором времени вернуться домой и подставиться под её руки. Тем более, что он вроде как уже и закончил с неотложенными делами, а ещё валился с ног после насыщенного событиями дня. Домой хотелось нестерпимо. Даже не то что спать, а хотя бы просто оказаться на безопасной территории, где не нужно было постоянно ждать чего-то плохого. Дубин взглянул на Августа, лицо которого выражало преждевременное согласие с любым решением.       — Документы я забираю с собой. Сейчас вызову коллег, которые за вами присмотрят до завтра, — взгляд Димы скользнул с Хольта на Шрайбера, который всё это время подпирал спиной желтоватой холодильник.       Возражений не последовало, и, сделав необходимый звонок, Дубин открыл приложение для вызова такси, мысленно надеясь, что ночная поездка обойдётся хотя бы дешевле продуктовой корзины на неделю. И очень удивился, когда на его плечо легла ладонь Августа.       — Не собираешься же ты ехать на такси? И оставлять опасного преступника? Я могу подвезти… — он спрашивал с явной подоплекой, играя интонациями с видом заправского актёра. — Помнится, ты нашёл какое-то ещё доказательство против Волкова. Меня съедает любопытство.       Встрепенулся не только Дубин, но и мощный телохранитель, который, очевидно, был против. Хольт махнул Отто рукой, заставляя вернуться на своё место. На такое предложение-провокацию Дима заметно усмехнулся. Мучительная усталость толкала ответить что-то язвительное, хоть это и не было в характере Дубина. Было вполне очевидно, что Хольту не хотелось оставаться с полицейскими, которые непонятно как могли быть настроены после инцидента с дронами, когда был хоть один дружелюбно настроенный. В конце концов, с безоружным Августом он сможет справиться. Ведомый идеей о возможности узнать ещё какие-нибудь полезные для расследования факты и чем-то ещё, Дима согласился.       За руль сел, конечно, Дубин, а Хольту только и оставалось устроиться рядом и пристегнуться. Поздним вечером пробок в городе практически не было, так что доехать получилось относительно быстро. Их второе общение в доме Димы должно было стать другим. Действительно. После того, как Дубин открыл, мгновенно зажёгся свет, и в коридоре материализовалась Вера.       — Дима! — она кинулась ему на шею, крепко обнимая.       — Привет, — в ответ Дима ласково потрепал её по спине.       Когда сестра всё же отпустила, Дубин сделал шаг вперёд, впуская в квартиру гостя.       — Добрый вечер, — Август неловко, но вполне искренне улыбнулся, протягивая руку.       На лице Веры сменилась целая гамма эмоций, и она с ужасом уставилась на протянутую для рукопожатия руку. Не найдя лучшего решения, треснула по ладони поварёшкой.       — Ты!..       Дима никогда в жизни бы не подумал, что когда-нибудь будет наблюдать, как его сестра лупит поварёшкой оружейного магната. Что вообще с жизнью Дубина стало не так, если эта картина укладывается в неё вполне логично? В какой момент Хольт так сильно прописался в его жизни, что стал таким же привычным, как утренний кофе или знакомый маршрут до работы? Дима не знал.       — Вер, успокойся, — мягко осадил сестру Дубин, понимая, что Августа надо спасать. — Чего ты накинулась?       — Ты серьёзно? — недовольно фыркнула она и вновь ткнула Хольта в грудь своим кухонным оружием. — Вот он стоит за всем, что произошло, а ты не только его не задерживаешь, но ещё и тащишь домой!       — Прошу прощения, но… — Август собирался было что-то сказать, но поварёшка, возникшая в опасной близости от лица, намекнула, что лучше не продолжать.       — Всё хорошо. Это был вообще не Август. Его просто ювелирно подставили! — Дима решил умолчать, что это не совсем правда, и вину Хольта отрицать глупо, потому что неизвестно, что ещё могла выкинуть вспыльчивая сестрёнка.       — Не хотелось бы начинать наше знакомство так… — плавным движением Август отвёл поварёшку от своего лица.       — Ты вообще хорош! — девушка долго думала над достойным обзывательством. — Пижон!       — Но он спас мне жизнь! — припоминая события на промзоне, возразил Дубин.       — Зря он это сделал, потому что я тебя сейчас прибью! — раздражённо фыркнула Вера, для которой это всё было слишком. — И могила у вас будет одна на двоих!       Не понимая, насколько серьёзна эта резкая угроза из уст низенькой блондинки в очках, Хольт всё равно впечатлился и вжал голову в плечи, определённо тушуясь. Внезапно Вера почувствовала лёгкую и щекотную волну, пробежавшую по телу, и отпрянула на шаг.       — Проводка шалит, — едва сдерживая улыбку, Дима положил ей руки на плечи и буквально завёл в кухню.       — Сначала ты убегаешь чуть свет, даже не позавтракав, а потом мне звонит Гром и говорит, что «Дима просил передать, что с ним всё в порядке. Он всего лишь ранен»! — сестра всплеснула руками.       Продолжая сетовать на обоих мужчин, Вера достала аптечку и заставила Дубина закатать рукав свитера. Дима точно уловил взгляд Хольта на своих мышцах, что его даже ободрило. Такое немое признание от Августа с идеальным телосложением. Когда перевязка была закончена, девушка отпустила ещё пару острот в сторону Хольта и ушла в комнату, чтобы наконец-таки поспать оставшееся время. На кухне воцарилось неловкое молчание, и Дубин нашёл выход — сделал две кружки чая. Теперь они сидели напротив друг друга точно так же, как в первый раз на этой кухне. Разве что атмосфера от удушающе опасной поменялась на растерянную и молчаливую.       — Хороший чай. Ещё в прошлый раз заметил, — внезапно прокомментировал Август. — Поделишься сведениями?       — Чайная лавка через пару улиц. Выбор хороший, но вот цены ощутимо кусаются, — Дима задержал на Хольте долгий и выразительный взгляд. — Хотя… Думаю, для тебя это не критично.       Август медленно закивал, видимо, взяв рекомендацию на вооружение. Наступила тишина. Потом Дубин спохватился о первоначальной цели визита и принёс ноутбук, на который Юля уже успела скинуть свои результаты. Хольт тоже был впечатлен простотой доказательства и искренне восхитился работой, которую проделала журналистка. После этого Август слегка помрачнел, словно задумался о своей дальнейшей судьбе, и пил чай молча. Дима не без интереса наблюдал, как на лице напротив сменяются эмоции и еле заметно сжимаются от напряжения губы. Беспокойство Хольта было практически осязаемым и звучало, как чуть трещащее электричество. Дубину хотелось сказать, что на этот раз всё уже закончилось и можно выдохнуть, но слова, как назло, закончились. Это был один из тех редких случаев, когда даже Дима не знал, что сказать.       — Ты же мне веришь? — тихо, практически неверяще спросил Август. — Что я не хотел всего того, что случилось…       По какой-то причине, что жгла глубоко изнутри и язычками пламени расходилась по телу, Дубин ему верил. Стараясь подавить внутренние раздумия, Дима прикусил щёку со внутренней стороны и снова нахмурился. Пожалуй, сейчас Хольт выглядел растерянно и даже чуть подавленно, так что сразу отстранился от Дубина, не получив положительного ответа.       — Мой ответ ничего не изменит, — Дима покачал головой, пытаясь то ли убедить в этом Августа, то ли самого себя. Пока что-то горючее оплетало его изнутри. — Дело уже возбуждено, расследование проведено. Ты даже заочно арестован…       С губ Хольта сорвался едва слышный сдавленный смешок, а потом он повернул голову в сторону полицейского, внимательно всматриваясь в его лицо. Ощутив пристальный взгляд, Дубин пожалел, что в кухне слишком много света от люстры, и его лицо, и без того легко читаемое, сейчас очевиднее открытой книги. Однако в тёплом освещении Дима продолжал выглядеть бледнее обычного (сказывался сильный стресс), ещё более чётко прослеживались тёмные круги, которые залегли под усталыми глазами. Их только сильнее подчёркнули чернильные тени вечера.       — Я не совсем об этом спрашиваю.       Что-то в груди протяжно заныло, и Дубину показалось, что на сердце у него потяжелело. Догадка, о чём именно спрашивал Август, болезненно ошпарила. Хольт отвел взгляд. Он выглядел таким же жутко усталым и в то же время впервые настолько открытым.       — Как человек я тебе верю, — осторожно сказал Дима, тщательно подбирая слова. — Но как полицейский… даже не хочу продолжать вязнуть в этой истории.       — Я знаю, что ещё не заслужил этого доверия, — понимающе кивнул Август и сделал паузу. — Просто скажи, что мне делать дальше?       — Нужно сделать всё правильно, — Дубин заметно нахмурился. — По закону, Август. А там посмотрим.