Часть 111

             Дзинь.              Дизайнер и владелец роскошного бутика на территории Хенитьюз на мгновение заколебался.              В магазин вошёл человек, похожий на вспыльчивого молодого господина-нувориша, но одетый крайне бедно.              Кэйл в теле прислужника Вениона с невзрачным, но полным высокомерия и уверенности на грани презрительности лицом… Альберу поперхнулся вздохом, пытаясь хотя бы засмеяться, а не абсолютно некультурно заржать во весь голос. Чхве Чжон Су же не утруждал себя соблюдением хоть каких-то приличий и расхохотался, задушенно сипя сквозь смех.              — Нувориш, боже, Рок Су-я… я тебя обожаю…              За ним был чрезвычайно красивый подросток в такой же потрёпанной одежде.              — Добро пожаловать!              Владелец бутика тут же улыбнулся и подошёл к ним.              Затем он вздрогнул.              — Ты что, даже застирать рукава не мог? — Возмутился Суй Кхан. — Ходишь тут, людей пугаешь…              Кэйл приподнял бровь и внезапно пересекся взглядом с таким же невпечатлённым Чхве Чжон Су. Спустя мгновение молчаливого понимания и смирения они синхронно вздохнули. Рядом смешливо фыркнул Альберу.              Все трое молчали.              Суй Кхан насупился, но мысленно признал, что да, не ему об этом говорить. Но только мысленно. Внешне нужно было сохранять оскорбленный вид, чтобы не расслаблялись.              Вероятно, он увидел следы крови на рукавах Кэйла.              Прошлой ночью в Лесу Тьмы произошла ожесточенная битва между монстрами, и сегодня утром их кровь попала на одежду Кэйла, когда они проходили мимо места схватки.              Чхве Хан сокрушённо покачал головой. Он! Позволил! Кэйл-ниму! Запачкаться кровью монстров. Кошмарная беспечность, в которой было некого обвинить — он из испытания ещё не настолько хорошо знал Кэйла, чтобы защищать не просто от угрозы, но и от шальных брызгов крови.              Ужасно.              Хозяин покосился на Кэйла. Затем он перевёл взгляд на Чхве Хана, и его глаза распахнулись шире.              У Чхве Хана были старые ножны. На этих ножнах были видны слабые следы крови, которые не стирались в течение очень долгого периода времени.              «Два бомжа, укравших кучу денег», — Рон подавил желание прикрыть глаза рукой. Не ему, выполнявшему любую работу в бегах, судить, но осознавать, что этот невзрачный парень с вызывающим надменным взглядом в типичной наёмнической одежде — его молодой господин… В таком амплуа Рон его ещё не видел.              Сколько же всё-таки удивительного нового опыта принесла ему эта авантюра…              Потом перед владельцем появился какой-то мешок.              Чхххххх.              Его глаза были почти ослеплены золотым блеском в сумке, открытой нуворишем.              Это были золотые монеты.              То, как моментально переменился взгляд торговца, стоило показать ему деньги, отражало всю суть капитализма. Альберу подавил желание тяжело вздохнуть. Вот из-за таких-то личностей и разваливаются страны… Но из-за них же они и функционируют. Парадокс, с которым ничего не поделаешь — люди любят хорошо жить и в большинстве своём обладают достаточно гибкой совестью, прекрасно заглушаемой звоном золотых.              А если бы это действительно были грабители, а не его щедрый донсен, знающий, где копать клад, и до безобразия сильный, но добрый и сострадательный мастер меча с молодым любопытным, но неагрессивным драконом? Появилась бы в Вестерне преступная группировка. Которую игнорировали бы, пока у них были бы деньги… Тьфу.              Хотя, если так подумать, это ведь территория Хенитьюзов, они бы это так просто не оставили. Не зря их территория одна из самых мирных в королевстве.              Альберу всё-таки вздохнул. Хоть что-то радовало.              — …Прошу прощения?              Он уставился на Кэйла.              — Мы хотим купить одежду.              На лице человека, похожего на нувориша, была расслабленная улыбка, когда он осматривал бутик.              Если на лице Кэйла это выражение выглядело благородно-безмятежно, то на лице прислужника Вениона это выглядело неуместно горделиво и наигранно надменно. Забавный контраст.              — Наверное, десятки нарядов?              Хозяин схватился за сердце.              Хозяин не был в ужасе — он выглядел воодушевлённым, собранным и совершенно счастливым. Вот что с людьми делают деньги. Розалин недоверчиво хмыкнула, но продолжила улыбаться, потому что то, как Кэйл пытался создать для Раона и Чхве Хана почву под ногами, было очень мило.              — Они будут для этого мечника. Ах. Пожалуйста, дайте и мне несколько.              Хозяин ответил дворянину с полной искренностью.              — Я, я выполню данную задачу, чего бы это ни стоило!              Он двигался быстро, как ветер, чтобы предоставить место и всевозможные закуски и напитки.              — Вот это сервис, — присвистнул Чхве Чжон Су.              — Всё включено, — торжественно кивнул Суй Кхан. — Учитывая, сколько там золота, я не удивлюсь, если этот торговец начнёт делать им массаж ног собственными руками.              Кэйл невпечатленно приподнял бровь, и Раон на его плечах скопировал этот взгляд. Суй Кхан, оказавшись под обстрелом двух скептичных взглядов, поднял руки.              — Сдаюсь.              — На самом деле, учитывая, что это золото старого образца… — Внезапно протянул Альберу и как-то совсем по-мальчишески усмехнулся. — Если бы вы попросили, он бы сделал.              Альберу внезапно чуть передёрнуло. Потому что эта фраза должна была продолжиться словами «он бы и свою дочь заставил массаж делать, лишь бы получить эти деньги». Проблема была в том, что в этой шутке доля шутки была слишком мала.              Как же хорошо, что Кэйл, как бы он ни был показательно падок на деньги, никогда не опускался до борьбы любыми средствами. Иначе Альберу бы не смог с ним работать, не то что сидеть-лежать рядом на диване в другом мире, раскрывая тайны друг друга.              Альберу Кроссман никогда не был святым, но были вещи, которые в его понимании мира были под полным запретом.              Он подошёл к мечнику-подростку после того, как дворянин махнул подбородком.              — Сейчас я сниму несколько мерок.              — Прошу прощения? А.              Мечник казался немного не в себе.              Щёки Чхве Хана порозовели, и Розалин, чудесным образом повернувшаяся как раз вовремя, засмеялась.              Это было не «немного не в себе». Это было «абсолютно сбит с толку и беззащитен против желания Кэйла ему помочь». Чхве Хана редко можно было увидеть настолько растерянным — настолько же, насколько и увидеть его смущённым. Это был совершенно беспрецедентный случай.              — Да, сэр.              Он казался очень невинным, когда владелец увидел его поближе.              — Делай, как он говорит.              — …Хорошо.              Чхве Хан взглянул на Кэйла, который сидел на диване и ел печенье, как будто это был его собственный дом, прежде чем последовал за владельцем.              Уголки губ Эрухабена дёрнулись, когда, стоило хозяину бутика отвернуться, печенье поднялось в воздух и усыпало стол крошками от первого же укуса. Совсем молодой трёхлетний дракон впервые ел такое, и был неаккуратен, и если бы это кто-то увидел — началась бы паника… Но Кэйлу было всё равно. Как, собственно, и Эрухабену, и всем остальным, собравшимся здесь для просмотра.              Жаль только, что Раон был невидим. Эрухабен хотел бы посмотреть, как он пробует печенье.              Хозяин не видел этого, потому что был слишком сосредоточен на Чхве Хане, но печенье рядом с Кэйлом поднялось в воздух, прежде чем медленно исчезло.              Хруст хруст.              (Это вкусно).              Раон прикрыл глаза и приобнял своего человека хвостом. Он чувствовал не просто благодарность, а что-то глубже, абсолютную уверенность в том, что Кэйл всегда, в любой вселенной и любой ситуации будет на его стороне. Это было… тепло. Как оказаться в объятиях человека, замёрзнув после поездки на спине кита.              Кэйл кивнул в ответ на комментарий Раона и медленно переставил тарелку с печеньем на диван, где сидел Раон.              Абсолютная невозмутимость этого странного действия не оставляла ни одной возможности для вопросов. Суй Кхан улыбнулся и ткнул пальцем Кэйлу в бедро, просто чтобы.              — Хорошо, пожалуйста, вытяните руки!              Хозяин бутика энергично говорил.              Чхве Хан в проекции всё ещё оставался растерянным подростком, одновременно похожим и не похожим на того человека, которого они знали. Их Чхве Хан был любящим, надёжным и иногда откровенно милым — когда, конечно, не был ужасающим мастером меча, — но вот таким растерянным они его не видели, кажется, никогда.              В то время крупнейший и лучший ювелирный магазин на территории Хенитьюз и отделение Торговой гильдии Флиннов должны были быть в хаосе из-за людей, которые приходили и уходили как ветер этим утром.              Кэйл прикрыл глаза. Рынок давно не видел таких драгоценностей.              Через проекцию передавалось чувство удовлетворения — Кэйл был откровенно рад, что, пока он сидел здесь и ел печенье, деньги работали на Чхве Хана и Раона, создавали им стабильное сытое будущее.              Теперь перед лицом территории Хенитьюз у них был владелец.              <Чхве Хан.>              Кэйл назвал его хозяином, а себя — простым дворецким. Потому что в этом мире всё было именно так.              Рон улыбнулся, специально обернувшись к молодому господину, чтобы он увидел и прочувствовал эту улыбку. Не как угрозу, а как дань уважения коллеге поневоле.              Точнее, очень даже по собственному желанию, только в весьма странных обстоятельствах.              Кэйл провёл Чхве Хана и невидимого Раона по многим местам.              Это было за год до того, как Кэйл прибыл на территорию Хенитьюз, но он знал где находится практически всё.              Что было забавно — так это то, что всё это молодой господин Кэйл умудрился узнать за весьма небольшой промежуток времени, в который он ещё и на территории Хэнитьюз в основном был проездом. Не по военным картам же ему узнавать, где что покупать и каким торговцам доверять. Пока устраиваешь перевороты и возглавляешь сражения, весьма сложно изучать территорию, на которой впервые оказался после перемещения в буквально новый мир.       

      Иногда в голове Бикрокса буквально не укладывалось, как это вообще возможно.              — Я хочу купить землю.              — Землю?              Зрачки Чхве Хана начали дрожать, когда он смотрел на Кэйла.              Он посмотрел туда-сюда на сумки в своих руках и на Кэйла.              За Чхве Ханом тоже была новая роскошная карета.              — Да ты не мелочишься, — с уважением протянул Чхве Чжон Су.              — Ещё бы он мелочился, — хмыкнул Альберу, — там золота не то что на землю, там на дворянский особняк с оплатой прислуги хватит.              Кэйл в ответ лишь ухмыльнулся.              — Да сэр. Я надеюсь купить земли у деревни Харрис. Я хочу построить виллу.              — Вы останетесь там, сэр?              — Нет.              Кэйл указал на Чхве Хана.              Чхве Хан в проекции выглядел так, будто вот-вот отойдёт в мир иной. На него, очевидно, ни разу не покупали целый гардероб, не говоря уж про кареты, земли и виллы. Сам Чхве Хан чувствовал себя как-то неуютно, даже просто наблюдая за этим, так что как себя ощущал его проекционный двойник, даже представить не мог. Впервые выйти из леса и получить такой приём… Странно, очень-очень странно.              — Этот господин мечник. Будет и ребёнок. Пока их только двое, но в будущем число может увеличиться.              — Понятно.              Чхххх.              Золотые монеты высыпались из сумки, которую Кэйл поставил на стол.              Эрухабен смотрел на эту открытую демонстрацию богатства и чувствовал натуральную гордость. Это было хорошо, очень хорошо, что его дети могли вот так ходить и брать самое лучшее. Жаль только, что из-за невидимости они не могли увидеть глаза Раона, когда Кэйл раз за разом вываливал на стол золото.              — Можно ли сделать это быстро?              — Я, я сделаю это как можно быстрее! Я сделаю всё, что потребуется, даже если нам нужно будет связаться с замком Лорда!              «В каком бы мире ты ни находился, везде появится бюрократия», — Чхве Чжон Су вздохнул.              Как же грустно, что даже в фэнтези мире с драконами, магами, мастерами меча и некромантами жизнь шла так же, как и в их мире. И землю оформлять надо было всё так же… Благо, здесь хоть справки не требовали. И на том спасибо.              После этого…              — Строительство виллы?              — Да, сэр.              Чхххх.              Золотые монеты снова высыпались из мешка.              Проекция внезапно замелькала отдельными кадрами, в каждом из которых сверкало золото, и фразами, каждая из которых несла новые галочки в список обеспеченного будущего.              — Не важно что! Я построю лучшее! Самое крепкое! Самое чудесное здание для вас, сэр!              — Тогда я доверюсь вам и оставлю это.              И снова звон золотых монет и ошалевшее лицо Чхве Хана, которого Кэйл просто таскал за собой, как декоративный элемент. И где-то рядом с ними всё это время вился молодой дракон, обретающий уверенность.              Раон смотрел на проекцию широко распахнутыми глазами и обнимал своего человека хвостом.              И после этого…              — У меня 30-летний опыт доставки продуктов, сэр! Будь то пустыня или озеро, я пойду, куда вам нужно, сэр! Пожалуйста, не волнуйтесь!              — Тогда я не буду об этом беспокоиться.              Рон смотрел на эти лица и понимал, что Кэйл выбрал лучших — тех, кто спустя время будет оставаться лидером индустрии, тех, у кого репутация не будет запятнана. Тех, кто уже работает или будет работать на Хенитьюзов, на кого можно положиться.              Это было больше, чем просто сорить деньгами, это была тихая искренняя забота под громкими жестами. Не просто купить самое дорогое — выбрать самое надёжное и качественное.              И кроме того…              — Всё отсюда и до сюда. Это легко запомнить, правда?              — Да, да, сэр! Я, я упакую всё…              — Доставка.              — Да, сэр! Я доставлю вам всё!              Чхве Хан был захвачен бумом, который вызвал Кэйл, и просто тупо следовал за ним.              — Дядя, ты совсем в прострации, да? — Спросил Чжон Су.              — Совсем, — кивнул Чхве Хан, почему-то сочувствуя своей проекционной версии. Хотя, казалось бы, а чему сочувствовать, когда Кэйл-ним решил обеспечить им с Раоном будущее и взял всё в свои руки? Тут радоваться надо.              Но к чести Чхве Хана — он рад, и его проекционная версия тоже рада, просто всё это было слишком хорошо, чтобы казаться настоящим. И слишком смущающе.              «Кэйл-ним, я очень благодарен, но, пожалуйста, не делайте так больше…»              Однако Кэйл не обращал на это внимания и просто кивнул головой, прежде чем выйти из магазина и заговорить с ними с освежённым выражением лица.              — Я голоден.              И наоборот, выражение его лица выглядело чрезвычайно сытым.              Глядя на это выражение на совсем чужом лице, Розалин прекрасно представляла, как бы оно выглядело на лице Кэйла. И эта воображаемая картина была на диво хороша — молодой мастер ощущался как объевшийся сметаны кот. Или как олицетворение фразы «сделал шалость — на сердце радость».              — Давайте поедим.              Мечник, проведший в боях десятки, а может, и более сотни лет, прежде чем появился в этом неведомом мире, и невидимый чёрный дракон, проведший свою жизнь только в пещере, устало следовали за Кэйлом.              — Уставшие утята и мама-утка, — прокомментировал Суй Кхан с видом великого мудреца.              Оскорблённый взгляд Чхве Хана он предпочёл проигнорировать. А вот хвост Раона, хлестнувший по плечу, так просто проигнорировать не вышло.              Затем они увидели еду, приготовленную для них в отдельной комнате ресторана.              — В этом месте готовят лучший стейк на всей территории Хенитьюз. Ешьте.              Глаза Раона загорелись — он помнил это место!! Там было вкусно, почти так же вкусно, как у милого Бикрокса, и человек водил их с хёном и нуной туда, когда они не могли поесть дома.              А ведь тот другой трёхлетний дракон ещё не пробовал еду от Бикрокса, и вообще ничего не пробовал, кроме печенья… И его человек сейчас специально пошёл их с Чхве Ханом кормить в это место, где вкусно, тепло и можно снять невидимость в отдельной комнате, не беспокоясь ни о чём.              В груди стало так тепло-тепло, как когда пьёшь тёплое молоко с мёдом после игр в снегу.              Чёрный дракон перестал быть невидимым и уже ел стейк.              Кэйл с удовлетворением посмотрел на него, продолжая говорить.              — Сейчас я научу вас читать. Я также научу вас общепринятым социальным нормам. Учитесь оба.              Альберу чуть грустно улыбнулся. Кэйл не просто познакомил их, дал им средства к существованию и виллу в лесу Тьмы, не просто помог собрать гардеробы, построить виллу в деревне, организовать быт и создать Чхве Хану какую-никакую, но предысторию и имя… Он заботился о том, как они будут чувствовать себя в этом мире. Как будут жить, смогут ли интегрироваться в общество, смогут ли развиваться дальше самостоятельно.              Это было настолько основательно, что Альберу не мог не думать о самом Кэйле, маленьком Ким Рок Су, оставшимся беспризорным сиротой, сдавшимся и отказавшимся сражаться с миром. Как же всё-таки жаль, что у Кэйла не было своего Кэйла, который мог бы ему помочь…              Чхве Хан и Раон встретились взглядами. На лице Чхве Хана была горькая улыбка, когда он смотрел на чёрного дракона, избегая его взгляда.              Просто глядя на эти лица, Бикрокс понимал, о чём они думают. Они понимали, что человек, каким-то чудом оказавшийся альтер-эго прихвостня Вениона, собирается уйти.              Взгляд Кэйла устремился в окно.              Проекция мигнула и переместила их в новое место, и никто не удивился. Они привыкли и устали от бесконечных прыжков во времени, от фонового давления записи, от сидения на одном месте, но делать было нечего. Они уже здесь и у них есть цель.              В конце концов, какой ещё мир даст им возможность допросить охотника с помощью их специфичной магии, обходящей большинство клятв и ограничений? Им нужна была эта информация.              Тихая, но оживлённая деревня Харрис…              В настоящее время это место было немного беспокойным из-за стройки. На окраине деревни строилась шикарная вилла.              Конечно, это было здание, которое Кэйл заказал для Чхве Хана и Раона.              Перед окном сновали рабочие с инструментом, лежали на земле массивные деревянные балки, слышался шаркающий звук лопат и жужжащий звук пилы. Кэйл на фоне этого раздрая с чашкой чая в руках казался чуждым элементом. Возможно, дело было в идеальной осанке и сосредоточенности в глазах, так не подходящих этому невзрачному лицу с невзрачными чертами.              Рон не брался судить, в чём именно дело, но одно он знал точно. Будь на месте прислужника Вениона их молодой господин — всё выглядело бы в разы лучше.              Их основным домом будет вилла Супер Камня в Лесу Тьмы.              «Супер Камня там не было».              Древней силы, Страшного Гигантского Камня, не было на пятом этаже виллы Супер Камня. Наверное потому, что это была иллюзия.              Кэйл отмахнулся от неуверенности, которую он чувствовал, и огляделся.              Было во всех этих испытаниях что-то странное. То испытание оказывается другим миром, то просто фарсом, то ожившим прошлым со всеми деталями, о которых ты даже не знал; и никогда не знаешь, что именно видишь перед глазами. Могли ли быть все эти ситуации на самом деле двойниками из вселенной, другими временными линиями, где жили и страдали от унижения другие их версии? Могли.              Альберу очень смущали некоторые моменты, но он не мог ничего доказать. Но думать о том, что где-то в параллельной вселенной другая версия его самого смогла встретить Кэйла и получить от него дозу его безусловной поддержки, было приятно. И ещё приятнее было думать, что где-то в другом мире Раона спасли раньше, и Чхве Хан смог выбраться из леса не один. Самому Альберу поддержка была нужна не так сильно, как им.              В настоящее время они заняли дом у кого-то, кто временно покинул деревню, через старосту, поскольку в этой маленькой деревне не было гостиницы.              Чхве Хан знал этот дом, и знал мужчину — дядюшку, — который здесь жил, но не хотел думать и вспоминать. Потому что в их мире этого человека уже давно нет, он похоронен, как и все остальные жители деревни.              Как же всё-таки жаль, что никто из их семьи не знал этих людей. Но, возможно, оно и к лучшему. Большинство из тех, кто сидел с ним в этом зале, и так пережили слишком много смертей. По крайней мере, у прошлых жителей деревни Харрис был Чхве Хан, который помнил их и навещал могилы, и все неравнодушные новые жители, поддерживающие небольшое кладбище в чистоте.              Говорили, что Чхве Хан и Кэйл жили здесь, но, естественно, Раон тоже жил с ними.              Тук. Тук. Тук.              Указательный палец Кэйла постукивал по столу.              Розалин, почувствовав перемену настроения, прислонилась плечом к плечу Чхве Хана. Это было немного, но… О чём бы он ни думал, что-то плохое вспоминать всегда лучше, когда ты не один.              Его острый взгляд обратился к Раону.              — Ты не знаешь?..              — Верно. Это трудно.              Трёхлетний чёрный дракон уверенно кивнул головой.              Раон встрепенулся и сполз с плечей своего человека вниз, с недоумением глядя на свою трёхлетнюю версию. В четыре года у него с этим учебником проблем не было, и если они всё-таки один и тот же дракон, то у того дракона тоже не должно быть проблем с чтением. Они всё-таки великие и могучие! Так что тут явно было что-то не так. И Кэйл явно об этом знал.              Уголки губ Эрухабена задёргались, когда он осознал, что пытался сделать малыш. Смышлёный всё-таки ребёнок…              Кэйл ещё раз спросил.              — Ты всё ещё не умеешь читать буквы?              — Верно. Я думаю, что мне нужно будет учиться как минимум год, чтобы научиться читать.              Суй Кхан восхищенно присвистнул.              — Молодец, ребёнок, своего не упустит!              Хотя на самом деле это было грустно — молодой дракон настолько боялся, что Кэйл его оставит и вновь превратится в ублюдка Вениона, что принижал собственные способности и не позволял себе развиваться, делиться успехами. Он просто чувствовал, что Кэйл готовится уйти, и препятствовал этому, как только мог.              А самое грустное — как бы он ни пытался удержать своего человека рядом, тот всё равно не сможет остаться и исчезнет, как только Раон справится со своим унижением. И если это не просто испытание, а другой мир, то они с Чхве Ханом останутся там с одними воспоминаниями о том, как им помог кто-то, кого на самом деле никогда не существовало. И с человеком, который никогда не станет тем, кого они хотели бы видеть.              Короткие передние лапы подтолкнули лежащую перед ним книгу к Кэйлу.              — Мне трудно учиться читать!              «Лжец».              В этой мысли было всё — понимание, мягкое раздражение, подозрительность, усталость, нотка грусти… Кэйл вновь лучился эмоциями, испытанными одномоментно, и вновь, даже в чужом теле, ни одна из них не отражалась на его лице.              — Считать тоже трудно! Я не могу понять, как правильно использовать деньги!              «Лжец».              Чхве Хан тихо вздохнул — будь он на месте Раона, тоже пытался бы удержать Кэйл-нима изо всех сил. Да что там, его проекционная версия ведь наверняка именно это и пыталась сделать, и десятки лет жизни в лесу Тьмы никак ничего не меняли. Потому что невозможно было так просто взять и отпустить человека, который вывел тебя из леса, подарил спутника, новый дом, средства к существованию и возвращению в общество. Это было выше его сил в любом из миров.              Но это всё равно произойдёт, что бы они с Раоном ни делали в испытании. Иначе Кэйл-ним сейчас не был бы здесь. То, что он сейчас здесь, значило, что где-то там Раон и Чхве Хан проиграли.              Почему-то это трогало сильнее, чем можно было представить.              — Я сильный, но я не умный! Мне есть чему учиться!              «Лжец».              Кэйл уставился на Раона.              — Но разве драконы не великие и могучие?              Эрухабен вздохнул.              «Даже великие и могучие не хотят отпускать руку, которая однажды вытащила их из тьмы».              — Мы не великие и могучие. Эй, ужасный ублюдок, перестань учить меня всякой всячине! Я предпочитаю играть!              Кэйл погладил Раона по голове, старательно отгоняя от себя мысли о том, что у него до сих пор не было уверенности, что испытания на унижение не происходили в других временных линиях. Он не мог ничего подтвердить или опровергнуть.              В конце концов, даже если это и так, он в любом случае сделал всё, что мог. У него не было никакой возможности остаться, и даже если бы она была — Кэйл бы просто не смог, потому что его ждали. О нём переживали те, кого он оставил ждать за вратами храма, поэтому у него не было никакого морального права остаться и бросить всех тех, кого он взял на своё попечение. Кэйл не настолько ублюдок, чтобы бросать детей, которых взял под свою опеку, и людей под его командованием.              «Это я могу принять. Тебе следует играть, пока ты молод».              Правильные игры также были опытом и обучением.              Суй Кхан не выдержал и взъерошил волосы Кэйла. Его донсен был слишком милым, когда даже в мыслях проявлял заботу. Это было просто слишком, чтобы проигнорировать.              — Эй, мечник! Ты научился читать?              — Мм.              Чхве Хан взглянул на Кэйла без каких-либо признаков улыбки на лице и тихо пробормотал.              — Чтение — это тяжело. Я думаю, учиться придётся долго.              Розалин с подозрением посмотрела на Чхве Хана. Он не запинался, и у него не было этой странной интонации, которая каждый раз возникала, стоило ему начать врать… А значит, он не врал, и ему действительно нужно было больше времени на освоение чтения.              «А сколько вообще прошло времени?..» — Внезапно задалась вопросом магесса, потерявшаяся между бесконечными прыжками от ситуации к ситуации.              В конце концов, выучить буквально другой язык было не так просто, особенно для Чхве Хана, который огромное количество времени провёл один в лесу Тьмы. Не от монстров же ему грамоте учиться… Конечно, ему должно быть сложно.              Кэйл закрыл глаза.              «Эти мелкие сопляки…»              Прошло три дня.              Кэйл провёл весь день и всю ночь в качестве лакея Вениона в течение трех дней.              Розалин тихо выдохнула, когда её предположение оказалось верным — прошло не так много времени, чтобы Чхве Хану пришлось притворяться, будто у него есть трудности с освоением роанского языка.              А вот Раон явно притворялся. Драконья память и сообразительность была вовсе не шуточной — Розалин знала по своего опыту, как первый учитель Раона.              Кэйл теперь беспокоился, что другие закончат испытание раньше него, и думал, что ему нужно закончить его быстрее.              Однако проблема заключалась в том, что он не получал никаких других подсказок, которые помогли бы Раону забыть о своём унижении с тех пор, как он получил подсказку «похвала».              Вот почему где-то на фоне маячило чувство срочности — Кэйл знал, что время поджимало и нужно было возвращаться, но не видел прогресса и… на самом деле не хотел оставлять Раона и Чхве Хана вот так просто. Знал, что придётся, и даже был морально готов, но что-то внутри продолжало тихо протестовать. Альберу прекрасно понимал это чувство.              Спасти всех невозможно. А уж сопровождать всех спасённых в их долго и счастливо — невозможно в квадрате, совершенно нереально. Даже если порой этого действительно хотелось.              Еда, одежда и кров… Ответ не появился даже после достижения всего этого для Раона.              «Странно».              Чхве Хан вспомнил подсказки, которые получал в собственном испытании, и горько улыбнулся. Всё то, что перечислил Кэйл-ним — то, чего было достаточно ему самому в детстве, чтобы преодолеть своё унижение.              Как же всё-таки это преступно мало.              Нынешнее состояние Раона было далеко от того, когда он был прикован цепью в пещере.              Но почему всё было по-прежнему?              Кэйл не мог скрыть своего замешательства.              Чхве Чжон Су хотел что-то сказать, чтобы разрядить атмосферу, но никак не мог найти слов. Что можно было сказать, когда перед ними сияло багровыми огнями загубленное детство дракона? Дракон, который не смог избавиться от чувства униженности, даже когда выбрался из плена и обрел поддержку и дом, и человек, который искренне считал, что крыши над головой, еды, одежды и финансовой стабильности хватит, чтобы жить спокойно и ни о чём не думать.              Это было слишком тяжело, чтобы пытаться шутить. Почему-то это было сложнее, чем смеяться над собственной болью и продолжать двигаться вперёд после всех смертей.              В этот момент… Кто-то постучал в дверь этого маленького дома.              Тук-тук-тук.              — Вы здесь?              Это был знакомый голос. Он решил, что это был голос деревенского сторожа-добровольца.              Внезапное появление нового действующего лица заставило всех вынырнуть из своих мыслей и сосредоточиться на происходящем.              — Я выйду, так что попрактикуйтесь в чтении.              Кэйл проигнорировал ворчливое лицо Чхве Хана и Раона и открыл дверь.              Щёлк.              Дверь широко открылась без каких-либо проблем.              За дверью стоял не просто сторож, а вооружённые рыцари и один из ублюдков Вениона. И стояли они не просто так, а на фоне кареты с очень знакомым гербом.              Эрухабен сжал кулаки, сдерживаясь, чтобы не зарычать. Эти ублюдки ещё и смеют преследовать несчастного ребёнка, только выравшегося из плена?              В тот момент древний дракон даже не вспомнил, что драконы обычно весьма самодостаточные существа, поэтому Венион никак не мог ожидать, что сбежавший дракон останется с человеком, который помогал держать его в плену, прежде чем сойти с ума и помочь ему сбежать.              Бах!              А потом сразу захлопнулась.              — Вау, вот чёрт!              Кэйл подсознательно выругался, крепко сжимая дверную ручку.              — Это слишком неожиданно!              И вот так, с помощью пары фраз и одной захлопнутой прямо перед носом рыцаря двери, напряжение чуть спало. Наблюдатели сидели поголовно с недоверчивым видом.              Чхве Чжон Су оставалось лишь моргнуть и порадоваться, что он не влез в то, что работало само по себе.              — Что происходит?              Чхве Хан встал и подошёл. Однако глаза Кэйла смотрели на Раона.              То, что Кэйл увидел, только что открыв дверь…              — Кто эти люди? Они выглядели как рыцари?              Хотя Чхве Хан в проекции не узнал герб на карете, Чхве Хан, сейчас сидящий в зале, прекрасно знал, что значит это изображение. И это знание никак не помогало расслабить намертво сжавшуюся при виде угрозы руку на рукояти меча.              Эти ублюдки посмели прийти к его семье и угрожать им!..              Кэйл закрыл дверь сразу после того, как увидел великолепный герб на карете.              Он смотрел на Раона, пока глаза Раона были широко открыты, когда он смотрел на Кэйла, а точнее на дверь.              Красная змея, обвивающая каменную гору…              На карете был герб Дома Стэнов.              Раон неуютно поёжился, и на спину быстро легла тёплая ладонь, призывающая расслабиться. Видеть свою молодую версию таким испуганным… Было, возможно, даже более неприятно, чем видеть таким самого себя. Потому что сам Раон уже справился с этим страхом и обрёл уверенность, а тот чёрный дракон, застывший с широко распахнутыми глазами, ещё нет.              Рыцарь, стоявший за дверью с трясущимися от страха жителями деревни, был одним из подчинённых Вениона Стэна. Этот парень был левой рукой Вениона, тем, кто размахивал мечом не ради Дома Стэнов, а ради Вениона.              «Как они нашли меня?»              Альберу приподнял бровь и обернулся к Кэйлу, сидящему с невозмутимейшим выражением лица. Приподнял бровь повыше.              Рядом фыркнул Суй Кхан, следом за ним на эту пантомиму обернулся Чхве Чжон Су. Кэйл молчал.              Кэйл быстро нашёл ответ.              — Я был слишком показным.              Кэйл в полном молчании ткнул в свою проекционную версию пальцем. Альберу вздохнул и почувствовал, как тот же палец ткнул уже в щёку, заставляя отвернуться к проекции.              По плечу сочувственно похлопала рука Чхве Чжон Су.              Ему было слишком весело на территории Хенитьюз.              Его ошибкой было дать себе волю и тратить деньги, как воду, потому что это была иллюзия.              Розалин опустила глаза, впитывая раздражение на саму себя и стыд, которые передавала проекция. А ведь она тоже про это не подумала, даже не подумала счесть кого-то вроде Вениона угрозой — а зачем?              Но ведь тот чёрный дракон ещё не успел оправиться от всего пережитого, как их Раон. Для него Венион оставался одновременно угрозой и объектом мести, и он ещё не успел обрести достаточно уверенности в себе, чтобы предпринимать какие-то действия.              Розалин признавала, что это была ошибка — не позаботиться об анонимности, но знала, что молодой мастер Кэйл найдет способ это исправить. Он был слишком хорошим отцом для того, чтобы не справиться с этой ситуацией в пользу Раона.              Кэйл мог видеть, как передняя лапа Раона слегка дрожит, когда он сидел с ручкой в лапе. Герб Дома Стэнов… Раон определённо видел его раньше.              Должно быть, он видел герб, когда в одиночку отправился разрушать виллу.              — Ах.              Он наконец кое-что понял.              «Он был встревожен. Он всё ещё был напуган».              Эрухабен сжал кулак и тут же разжал, чтобы не пустить по комнате пыль. От неё не было бы никакой пользы ни проекционному дракону, ни их Раону.              Их обоих хотелось схватить и утащить на виллу Супер Камня, спрятать и дать возможность спокойно жить, развиваться, играть с маной, бегать по дому с котятами и спать на чужих коленях, как на особо удобной подушке. Но уж точно не позволить трёхлетнему дракону, едва выбравшемуся из плена, сталкиваться со всякими ублюдками.              Трёхлетний Раон и четырёхлетний Раон были разными. Кроме того, Кэйл Хенитьюз и лакей Вениона были разными.              Бикрокс представил, как бы чувствовал себя, будь он на месте Раона — годами сидеть взаперти на цепи и жить от пыток до пыток, чтобы однажды один из мучителей сошёл с ума и помог ему выбраться, а затем стал вести себя как совершенно другой человек и помогать. Много бы было у него доверия к миру? Отнюдь.              И после этого открыть дверь и увидеть там людей человека, который заковал тебя в цепи при рождении? Бикрокс был бы в ужасе.              Кэйл спас четырёхлетнего Раона вместе с Чхве Ханом, Он и Хонгом.              Он привёл его во внешний мир.              Однако, в то время как лакей Вениона разрушил цепи, связывающие тело Раона, Раон должен был сделать всё остальное самостоятельно.              Чхве Хан прикрыл глаза, не понимая, чьё всепоглощающее сожаление испытывает — Кэйла или своё собственное. Казалось бы, Кэйл-ним справлялся с испытанием гораздо лучше, чем Чхве Хан, и действовал масштабнее, и помогал серьёзнее… Но этого было всё равно недостаточно, чтобы помочь Раону справиться с унижением.              Так смог ли на самом деле справиться маленький Ким Рок Су, которому оказалось достаточно провести день в тепле и сытым? Казалось, это не должно было так работать, испытание не должно было пропустить Чхве Хана дальше. Но оно всё равно это сделало, хотя он сделал в десятки, сотни раз меньше, чем Кэйл-ним в одном этом испытании.              Это было так больно, что хотелось сжаться в комок, вцепиться руками в волосы и выть на одной ноте, как когда-то давным-давно в лесу. Потому что теперь, узнав, как могло бы идти испытание, Чхве Хану было больно от того, как быстро он покинул Ким Рок Су и бросил его справляться в одиночку.              Была одна простая причина, по которой Раон лишил сознания прислужника Вениона. Он вообще не помогал. Он был слаб. Даже Кэйл изначально сказал Раону, чтобы он бросил его, прежде чем покинуть пещеру.              Раон разрушил гору, но ему пришлось взять бессознательного лакея Вениона и отправиться в Лес Тьмы в одиночку, несмотря на то, что он впервые вышел в мир.              Раон внезапно представил себя на место того дракона. Куда бы он полетел? Что бы делал? Он ведь даже карту тогда не знал, не знал, где север, а где юг, где вообще он находится… Конечно, он великий и могучий, он бы справился! Но это было бы вообще не так весело, как следовать за Кэйлом.              Хорошо, что, по крайней мере, у дракона в проекции был Кэйл в облике лакея Вениона… И сильный Чхве Хан. Иначе было бы совсем грустно.              Эта отправная точка отличалась от четырёхлетнего Раона, который последовал за Кэйлом и его сильными товарищами, чтобы увидеть мир.              — Это была моя ошибка.              Кэйл осознал свою ошибку и понял, что беспокоит Раона.              Воображаемые шестерёнки крутились, и план складывался — простой, но действенный и нужный прямо сейчас. Раз произошла ошибка в планировании, её нужно закрыть. Всё просто.              Эрухабен оскалился, ожидая действий Кэйла. Пришло время вынести этот мусор и показать малышу, что эта падаль не представляет для него опасности.              Тогда ответ был прост.              Щёлк.              Кэйл открыл дверь и спросил.              — Здравствуйте, что я могу сделать для вас?              Альберу мгновенно насторожился, услышав этот дружелюбный вежливый тон. Вежливый Кэйл — опасный Кэйл. И если даже для союзников это угроза, то что должно ждать людей Вениона?              В этот раз, один из немногих, Альберу искренне поддерживал вежливого, а значит затевающего какую-то грандиозную аферу Кэйла. Пусть затевает, и грабит, и взрывает — Венион полностью это заслужил.              — …Ты же знаешь, кто я, не так ли?              Кэйл улыбнулся и ответил рыцарю, который злобным тоном угрожал ему.              — Отойди.              — Что?              Резко сменившися тон был привычным и понятным сигналом — спектакль окончен, пришло время действовать. Чхве Хан сжал рукоять меча и увидел, как в проекции другая версия его сделала то же самое.              Возможно, какие-то его привычки были неискоренимы.              — Я сказал отойди.              3 года.              Раон был молод.              Он был очень молод.              Кэйл понял, что, хотя он знал, что это так, он не учёл влияние этой молодости.              Крылья Раона затрепетали, глядя на жёсткое выражение лица Кэйла — точнее, не Кэйла, конечно, а прислужника Вениона, но…Насколько же плевать сейчас было на эти условности.              Потому что сейчас его, Раона, молодую и напуганную версию защищал его человек.              Четырёхлетний Раон тоже многого не знал, но постепенно учился. Раон был умён, но не мог быть хорош во всём.              Ему и не нужно было быть хорошим во всём.              В этих простых мыслях чувствовались забота и понимание, это было так по-кэйловски, что Рон просто не мог не улыбнуться — не угрожающе, а кривовато, одними уголками губ, искренне.              И всё же этот тигр был хорош, невероятно хорош. Защищать, но не чрезмерно, давать уверенность, но не давить, учить, но не поучать. Кэйл играюче избегал этой невидимой границы между заботой и контролем, никогда не приближался к этой грани, как будто её и не было. Но Рон Молан и сам был отцом, он знал, насколько трудно бывает дать свободу, понять, не ограничивать и не ставить завышенных ожиданий. И он, как отец, видел и чувствовал через проекцию, что Кэйл с этим прекрасно справлялся.              «Например, как правильно разбираться с мусором».              Даже если Раон разрушит гору и виллу… Возможно, люди не погибнут.              На самом деле, он мог просто разрушить всё, как и сказал ему Кэйл.              Суй Кхан улыбнулся и в очередной раз взлохматил волосы Кэйла — его донсен был слишком милым в своей яростной защите и полном принятии любых действий маленького дракона.              Раон тоже получил свою порцию поглаживаний, потому что был смелым и упорным, не сдавался, как и в их мире, так и в испытании.              «Я слишком разошёлся на территории Хенитьюз. Это моя вина».              Он полагал, что Дом Стэн или Дом Тольц не услышат о нём, потому что у них не было хороших отношений с Домом Хенитьюз.              Но он не учёл упорства Дома Стэнов.              Розалин тяжело вздохнула и вновь задумалась о том же, о чём так часто мечтала в бытность свою принцессой.              Как же всё-таки приятно было бы взять и обматерить этих ублюдков с ног до головы… А потом лишить всех титулов и бросить выживать в обычный мир, который эти напыщенные индюки считали грязью. А одного конкретного Вениона Стэна стоило бы не просто кинуть — сначала подарить сеанс пыток, а лучше несколько.              Замечтавшись, Розалин и не заметила, как по губам расплылась кровожадная улыбка.              Причина была проста.              «Теперь мы можем избавиться от него, когда захотим»              Кто-то вроде Вениона Стэна теперь был ничем.              Это действительно было так — фигуры вроде Вениона уже давно не были угрозами, не после бессмертных реинкарнаторов, охотников и буквально богов. Но это понять мог их Раон, переживший месть и кучу приключений-злоключений, а не трёхлетний ребёнок, едва выбравшийся из плена.              Бикрокс вздохнул, мысленно примеряясь фамильным кинжалом к щелям на шее в броне рыцаря. И к окну кареты, за которым явно скрывался один из главных ублюдков. Может, не Венион, но по крайней мере Тольц. К сожалению, примеряться оставалось только мысленно.              Только тот факт, что он всё это время заставлял Раона тревожиться, расстраивал его.              Чхве Чжон Су сдавленно хихикнул, за что тут же получил порцию взглядов.              — Что? Это звучит, как будто ребёнка напугала крупная муха, и родитель вздыхает, но идёт за мухобойкой.              Раон внезапно представил, как Кэйл бьёт Вениона огромной мухобойкой, и захихикал.              — Глупый Чхве Чжон Су — смешной Чхве Чжон Су, — постановил дракон.              — Это меня сейчас повысили или понизили? — Со странным выражением спросил теперь уже смешной Чжон Су.              — Вот и думай, — заключил Суй Кхан.              Атмосфера в зале стала чуть легче.              Кэйл прошёл мимо разгневанного рыцаря, который не осмелился напасть на него, и направился к карете.              В то время как люди на его пути вздрагивали и расступались, а жители деревни наблюдали издалека, недоумевая, что происходит…              Чхве Хан дёрнул рукой, и меч подскочил из ножен, стоило рыцарю дёрнуться, но затем вспомнил, что сейчас он никому угрожать не мог. Если только тем, кто с ним в этом зале — а семье мечник угрожать не хотел, семью нужно было защищать.              С тихим вздохом Чхве Хан отпустил меч, и ножны щёлкнули не угрожающе — обречённо.              По крайней мере, так думал сам Чхве Хан.              Скрииип.              Кэйл открыл дверцу кареты и вошёл внутрь.              Эрухабен сдавленно рыкнул, но удержал в узде драконий страх. Венион в проекции застыл с высокомерным взглядом, на дне которого виднелся страх, весь в бинтах — малыш всё-таки хорошо постарался в пещере.              Но недостаточно. Эрухабен бы очень хотел добавить ему от себя.              — …Сволочь.              Венион Стэн. Ублюдок с бинтами на руках и ногах смотрел на Кэйла.              Кэйл ярко улыбнулся, увидев этот взгляд.              Альберу подался вперёд, ожидая действий своего донсена. Пока что эта улыбка ещё ни разу не подводила — если видишь улыбающегося Кэйла, значит, грядёт что-то весёлое для него и ужасное для тех, кто будет разгребать последствия.              Какое же счастье, что в этот раз с последствиями сталкиваться не Альберу. Если они вообще будут, учитывая, что это испытание.              — Вы были живы?              Затем он добавил.              — Очень жаль. Я думал, вы сдохли.              Хотя он улыбался, его глаза были очень холодными, когда он смотрел на Вениона Стэна.