Вернутся к фанфику
Бонус (18+).
2 июля 2024, 14:32Не было слов, чтобы описать то, что происходило в жизни Сынмина. Действительно, с тех пор, как он осознал свои чувства к Хенджину, Ким никогда не представлял, что они окажутся там, где они есть сейчас.
Скрытые поцелуи, мягкие прикосновения, слова, произносимые шепотом. Они не торопились. Хенджин был осторожен с ним. Он хотел отдать ему все, но, поняв, что чувствовал к нему Сынмин, не хотел разрушать это. Это было так невинно. Ким боготворил его. Хенджин, наконец, понял внешность, слова и поведение своего друга, теперь парня, рядом с ним. Они вместе проверяли возможности этих новых отношений, шаг за шагом.
— Должен ли я попросить Минхо пойти спать с Хан-и, чтобы я мог снова занять его спальню на ночь? — спросил Хенджин, возвращаясь в общежитие после ухода из компании. Они были только вдвоем. Хенджин осмелился взять его за руку.
— Зачем тебе это нужно? Ты можешь просто поспать со мн… ах, верно, — оборвал себя Сынмин.
— Как мы избежим каких-либо подозрений, если я буду оставаться у тебя все время?
Не то чтобы они соглашались скрывать свои отношения. Хенджин предложил подождать с рассказом всем, пока они не почувствуют себя комфортно. Сынмин согласился с этим, в основном потому, что он был одним из самых закрытых участников. Он хотел закричать на весь мир, что Хенджин принадлежит ему, но также хотел наслаждаться тем, что происходило между ними. Наедине с Хенджином. Только пока он не привыкнет к этой новой норме.
— Ты действительно думаешь, что они заметят? — Сынмин потянул его за руку, притягивая немного ближе.
Хенджин рассмеялся и поцеловал его в щеку.
— Ты скажи мне. Сколько раз я проводил с тобой ночь, и никто и глазом не моргнул?
— Много раз.
— Это неправда! Ты сказал мне, что Феликс, Минхо и Хан, как никто другой обсуждали нас, — Хенджин ткнул его кулаком в живот.
Сынмин рассмеялся:
— Хорошо, хорошо! Ладно. Они могут моргнуть глазом.
Теперь они добрались до общежития.
— Тогда останься еще немного? — Сынмин обвил руками шею Хенджина, но не раньше, чем проверил, нет ли вокруг посторонних глаз.
— Конечно, я останусь, — Хенджин широко улыбнулся ему и поцеловал.
—
Сынмин был на небесах. В буквальном смысле. Не в смысле загробной жизни. Хенджин действительно мог заставить его почувствовать, что он парит. Каждое объятие, поцелуи, которые у них были, становились блаженством. Сынмин хотел большего. Он мечтал об этом. Что более важно, Ким позволял себе мечтать об этом. Между украденными поцелуями за кулисами и мимолетными прикосновениями за кадром Сынмин начал набираться уверенности, чтобы просить о большем. — Хэй, ах… — Хенджин издал тихий стон. Сынмин прижал его к стене. Они снимали еще один SKZ-Code. На этот раз группа была в отеле на съемках летнего специального выпуска. Когда участников позвали к бассейну, Сынмин и Хенджин намеренно остались. — Я не могу устоять перед тобой. Ты выглядишь слишком хорошо, — он прикусил нижнюю губу Хенджина, положив руки на его ягодицы, прижимая их тела друг к другу. — Смело, не так ли? — Хван бросил на него многозначительный взгляд. Сынмин внезапно порозовел, покраснев от слов своего парня. — Нет… Я… — начал он, смутившись. — Минни, — Хенджин положил обе руки на его лицо, обрамляя его и глядя в его глаза, — Я хочу делать с тобой все, хорошо? — Сынмин кивнул, — Но не прямо сейчас, не там, где нас могут застукать. И не тогда, когда есть возможность испортить нам удивительный момент, — он поцеловал его в нос. — Я знаю, что скоро смогу прикоснуться к тебе и заставить тебя кричать, — закончил Хенджин, заставив Сынмина покраснеть еще сильнее. Их позвал сотрудник со стороны. — И-иду, — крикнул Сынмин в ответ. Хенджин сжал его задницу, когда тот направлялся к двери.—
Уверенность была чем-то мимолетным в жизни Сынмина. Иногда его фанаты позволяли почувствовать ее во время пения. Иногда участники хвалили его во время репетиций. Однако в последнее время в основном это было от Хенджина. Именно из-за Хенджина он старался делать все возможное во время тренировок в эти дни. Он осыпал его комплиментами. Именно из-за Хенджина Ким пел каждую секунду дня, это заставляло его улыбаться чаще. Именно из-за Хенджина он пытался быть лучшим человеком, лучшим другом, лучшим братом. Он хотел быть лучшим для своего парня. Хенджин не жалел комплиментов. Недостатка в приятных словах в адрес Сынмина не было. Ким начал узнавать что-то новое о себе. Ему нравилось, когда Хенджин хвалил его. Такие вещи, как «хорошая работа, детка», «Хороший мальчик», «Вот так, как удивительно» заставляли его неистово краснеть, а затем становиться чрезвычайно твердым. — Прекрати это, — сказал Сынмин, когда они вышли из бассейна на второй день съемок летнего специального выпуска SKZ-Code. — Что я сделал? — Хенджин был прямо за ним, забрасывая мяч для регби в импровизированную сетку. — Ты все время говоришь, хорошая работа, Минни… хороший мальчик, Минни… Тьфу, — он пытался подражать Хенджину, но потерпел сокрушительную неудачу. Хван рассмеялся. — Ладно… Прости, что хвалю тебя? — Хенджин догнал его, входя в вестибюль отеля. На каждом шагу они оставляли за собой лужицы воды из бассейна. — Это… Черт, Хен, это слишком, — сказал Сынмин с болью в голосе, открывая дверь в свой гостиничный номер. Хенджин последовал за ним. Хван довольно хорошо читал настроения Сынмина в эти дни, но прошлое научило его, что он также не обращал внимания на многое, что происходило в голове младшего. — Не мог бы ты пояснить? Я ничего не понимаю, — он опустился на пол, решив, что сидение в мокрой одежде на кровати доведет Сынмина до сердечного приступа. Ким расхаживал по комнате. Как бы он объяснил эту новообретенную странность Хенджину? Хенджин, который должен был знать о нем больше, чем сам Сынмин. Хенджину, который так долго был его другом. Хенджину, который также был слеп ко многим проблемам, происходящим в голове Сынмина. Сынмин остановился посреди комнаты и уставился на старшего. — Это возбуждает меня, понимаешь? Мне это чертовски нравится! Слишком сильно. Мне это слишком нравится. Мне это нравится в неподобающей степени, — его руки замахали из стороны в сторону, как будто он действительно сходил с ума от признания. Хенджин втянул воздух, пытаясь не рассмеяться над своим парнем. Не то чтобы признание было забавным само по себе. Хван находил забавным, что всякий раз, когда Сынмин взрывался, то, что он пытался держать при себе, оказывалось самыми потрясающими признаниями, которые Хенджин когда-либо слышал. Он также звучал очень похоже на мультяшного персонажа, когда взрывался подобным образом. Хенджин внезапно вспомнил, как Сынмин плакал на его кровати, крича на него «Я, блять, люблю тебя» пару месяцев назад. Он взял себя в руки. Очевидно, что для Сынмина это был серьезный вопрос, поэтому он отнесся к нему соответственно. — И… чем я могу помочь? — мягко спросил он. Сынмин моргнул. Это был не тот ответ, которого он ожидал от Хенджина. Ким глубоко вздохнул. — Ну, я не очень разбираюсь в извращениях, — выдавил он из себя. — Я не очень опытен — знаешь ли, в сексе. Хенджину снова захотелось рассмеяться. Он сдержался. — Но, да, каждый раз, когда ты меня так хвалишь, я хочу… Я хочу овладеть твоими губами и ты кончишьнаменя, — последняя часть была произнесена очень быстро, как будто это был один слог. — Что сделать? — Кончи… на… меня… — прошептал Сынмин. В комнате внезапно повисло сильное напряжение. О, конечно это произвело должный эффект на Хенджина. Он встал, медленно приближаясь к Сынмину — как хищник, оценивающий добычу. На секунду он увидел, как Сынмин скривился. — А… Как насчет тебя? Ты тоже кончишь для меня? — Хенджин умел играть в эту игру. Ему нравилось видеть эту сторону Сынмина. Новую его сторону. Сынмин не ответил. Все, что он мог делать, это смотреть, как Хенджин приближается к нему, не прикасаясь к нему. Хван остановился в дюйме от него. — Скажи мне, детка, — его глаза были прикованы к губам. — Что ты сделаешь для меня? Сынмин слышал, как вода капает с его промокших шорт, между ними повисла тишина. Хенджин не давил на него. Он наклонился к нему и прошептал на ухо: — Ты позволишь мне доставить тебе удовольствие? А? Я знаю, что так и будет, потому что ты такой хороший мальчик. Хенджин лизнул кончик его уха. Сынмин судорожно вздохнул. Они даже не прикасались друг к другу, и Хенджин тяжело дышал, его лицо приобрело темно-красный оттенок. Такой хороший мальчик. Это придало Сынмину уверенности двигаться и говорить то, что он хотел сказать. Он положил руки на задницу Хенджина и притянул его к себе. Они пробыли в гостиничном номере достаточно долго, чтобы смесь холодного кондиционера и их мокрой одежды заставила их зашипеть, когда они спускали воду вместе. — Я сделаю все, что ты захочешь, если ты продолжишь говорить подобные вещи, — Сынмин сжал его задницу. Хенджин обвил руками его шею. — Как насчет того, — Хван быстро поцеловал его в щеку, — мы попробуем кое-что, — он поцеловал его в другую щеку, — для начала. Потом мы сможем пройти весь путь до конца, — затем поцеловал губы. — Как только я точно узнаю, что тебя заводит, — сказал Хенджин. Сынмин кивнул и крепко поцеловал его. Ни один из них не был слишком опытен в этой теме. Ким действовал в основном инстинктивно. Хенджин заставил его почувствовать, поэтому он пошел на это. — Я весь день смотрел на тебя в этих мокрых шортах, обтягивающих твою задницу, — сказал Хенджин, кладя руки на талию Сынмина и задирая его рубашку, — Все, что я хотел сделать, это снять с тебя одежду, — он отодвинулся и снял с Сынмина рубашку. Его грудь покраснела, но он поежился от холодного воздуха, коснувшегося его кожи. Хенджин посмотрел на него, как на произведение искусства. — Тебе холодно. Иди сюда, позволь мне согреть тебя, — он снова притянул Сынмина в свои объятия. Хенджин отвел его в ванную и быстро снял с них одежду, оставив Сынмина и его самого в одних плавках. Хван поднес руки к подолу шорт: — Можно мне? Сынмин кивнул. Он нервничал. Конечно, также чувствовал себя хорошо. Но, тем не менее, нервничал. Они ничего не делали без одежды. Сынмин подходил к их сексуальному опыту так же, как он относился ко всему остальному в своей жизни, ожидая, пока напряжение нарастет настолько, что он взорвется. Со всем остальным такой подход не всегда был лучшим. С этим все было идеально. Сынмин больше не мог ждать, когда руки Хенджина прикоснутся к нему. Он голодал достаточно долго. Ким был готов отдать все Хенджину, все, что тот хотел. — Ты даже более великолепен, чем я себе представлял, — сказал Хенджин, облизывая губы, все еще стоя перед ним на коленях. Шорты Сынмина растеклись вокруг его ног. Хенджин снова посмотрел на него, в безмолвной просьбе прикоснуться к нему снова. Он кивнул. Руки Хенджина отпустили шорты и осторожно прошлись вверх по ногам Сынмина. Его лицо было прямо перед твердеющим членом младшего. — Скажи мне, если хочешь, чтобы я остановился, хорошо? — сказал он Сынмину. — Просто, пожалуйста, прикоснись ко мне. Ко мне всему, — громко выдохнул он. Хенджин улыбнулся ему и наклонился, целуя его живот, затем спустился ниже, к тазовым костям. Его руки обвились вокруг Сынмина и притянули его ближе. Рука Кима потянулась к волосам Хенджина. Его невероятно мягкие волосы. Это была его любимая черта в его парне — длинные локоны. — Тяни меня за волосы, детка. Тяни сколько хочешь. Тебе это понадобится, — сказал Хенджин между поцелуем и еще одним. Сынмин не совсем понял, но в следующую секунду Хенджин положил одну руку на основание члена и лизнул кончик по всей длине с такой осторожностью и обдуманностью, что все, что Сынмин мог сделать, чтобы не потерять равновесие, это потянуть Хенджина за волосы. — Такой хороший, такой послушный, — томно сказал Хенджин. Он громко застонал. Громче, чем хотел. Сынмин мог сказать, что долго не протянет. С тех пор, как они начали прикасаться друг к другу через одежду в последние несколько недель. Даже так, несмотря на множество слоев между ними, Сынмин не смог бы долго продержаться. Таким образом, только божественное вмешательство могло заставить его не кончить на месте. — Хен, помедленнее, — умолял Сынмин. И, конечно, Хенджин так и сделал. Он лизал его медленно и тщательно, пока Сынмин не превратился в тяжело дышащее и стонущее месиво, затем он полностью взял его в рот. Хенджин был очень медлительным, слишком медлительным. Он знал, что это сводит младшего с ума. — Почему ты… ах, черт возьми… Хенджин отпустил его член и встал на ноги, держа руку между ног Сынмина, медленно поглаживая его. — Я жду, — он поцеловал Сынмина в шею, — когда ты скажешь мне, — и пососал ее, — что тебе нравится. Будь хорошим мальчиком и сделай это, — он поглаживал его быстрее. Сынмин едва мог думать, не говоря уже о том, чтобы произносить слова. — Я хочу, боже… Я хочу кончить для тебя, — выдавил Сынмин слабым голосом между стонами. — Как ты этого хочешь, малыш? — другая рука Хенджина взлетела к его спине и спустилась вниз по заднице, играя вокруг дырочки. — Черт возьми, хен, вот так, — руки Сынмина сжали плечи Хенджина, отчего костяшки пальцев побелели. Его бедра непроизвольно двигались. — Так просто? — Хван прошептал ему на ухо, прикусив его. Сынмин кивнул. — Такой хороший мальчик для меня. Ты потрясающий, — Хенджин снова и снова повторял приятные слова. — Ты собираешься быть хорошим парнем и кончить для меня? — Сынмин отчаянно кивнул. Ким понятия не имел, что Хенджин так увлечется этой динамикой. На самом деле, он боялся признаться в своей склонности к похвалам. Сынмин не был до конца уверен, что ему вообще нравится, но Хенджин хорошо его знал. Он ускорил свои движения, его пальцы поиграли с мышцами его задницы, и снова настойчиво поцеловал его. Он довел Сынмина до конца. Сынмин кончил с его именем на губах, оставив следы от пальцев на плечах и шее. Хорошей частью было то, что съемка была закончена, и они могли скрыть следы, оставшиеся с сегодняшнего вечера. — Такой идеальный для меня, — голос Хенджина был пропитан желанием. Сынмин посмотрел вниз, между ними, на беспорядок, который он устроил между своим животом, рукой Хенджина и шортами. Его парень был явно тверд, невозможно тверд. Сынмин приходил в себя от помутнения рассудка, когда до него дошло, что Хенджин все еще наполовину одет. — Хен… Прежде чем он успел закончить, Хенджин перебил его: — Давай, пойдем в душ. Он снял шорты и включил воду. Душ мог бы вместить их обоих и многое другое. И многое другое. — Я могу сказать, что ты слишком много думаешь, — сказал Хенджин, залезая под воду. Сынмин все еще не двигался; он смотрел, как вода плещется по телу Хенджина. От его головы к плечам, вниз по груди, по всей длине. Он моргал, загипнотизированный. — Ты собираешься заходить? — Хенджин выглядел на мгновение смущенным. Сынмин понятия не имел, что его побудило. Это не входило в его планы на эту ночь. Он думал, что если он будет медлить, то сможет прикоснуться к Хенджину раздетым. Но его тело заговорило громче, и он направился в душ, сразу же опустившись на колени перед Хенджином. Хван наблюдал за ним с благоговением и предвкушением, крайне удивленный поступком своего парня. Сынмин очень слабо представлял, что он делает, но все, о чем он мог думать, это о Хенджине у себя во рту. Так он и сделал. Старший не возражал против этого. Когда Сынмин взял его член в рот на всю длину, Хенджин простонал его имя. И какой это был прекрасный звук. Ким хотел слышать это каждый день. Он сильно лизал и сосал его. — Черт возьми, Минни, как ты так хорош в… — он снова застонал. Хенджин тоже долго бы не продержался. Сынмину было все равно. Он хотел брать его в рот так долго, как только Хенджин разрешал. Его руки действительно поработали над его задницей. Он мог сказать, что Хенджину это понравилось, поэтому у него была другая идея. — Черт возьми, — Хенджин громко застонал от внезапного ощущения, что Сынмин играет с его яйцами. — Так хорошо, детка. Такой хороший для меня. Слова Хенджина были музыкой для его ушей. Между стонами и учащенным дыханием Сынмин прижал тело Хвана к стене и стал сосать его быстрее, уделяя особое внимание кончику. Когда он начал безжалостно облизывать головку, там сформировался преякулят, Хенджин предупредил его. Он кончил так же сильно, как и Сынмин. Ким проглотил и облизал его дочиста, вода все еще растекалась между ними. Это было чудо, что Сынмин не утонул. Хенджин немедленно притянул его к себе за плечи. Он уставился на его лицо широко раскрытыми глазами. Смущенный смешок слетел с его губ. — Что? Это было хорошо? — Сынмин вытер губы тыльной стороной ладони. — Хорошо? У меня снова встает при одной мысли о тебе, стоящем на коленях. Хенджин притянул его к себе для самого отчаянного поцелуя.—
После очень долгого сеанса поцелуев в душе и фактического приведения себя в порядок, они оба оказались в постели. Наконец-то согревшись, они снова оделись. Сынмин не был уверен, что кто-то может так сильно нравиться. Между ними было так много любви. Это было чистое взаимопонимание. Хенджин был нежен с ним, когда ему это было нужно, но он не стеснялся проявлять свои чувства физическими способами. Это было лучше, намного лучше, чем Сынмин мог себе представить. — Нам следовало сделать это раньше, — сказал Ким. Хенджин рассмеялся. — Давай покончим с сожалениями, детка, — внезапно он стал серьезным. Голова Сынмина склонилась у него на грудь. Он слышал его дыхание и биение сердца. Хенджин продолжил: — Я никогда не смогу забрать годы, когда я заставлял тебя страдать, но… Сынмин поднял голову, глядя Хенджину в глаза. — Хен, пожалуйста, не говори так о прошлом. — Нет, я должен. Я не могу этого изменить. Но я обещаю, что с этого момента я сделаю тебя намного счастливее. Хенджин одарил его улыбкой, которая не совсем коснулась его глаз. Сынмин нежно поцеловал его. — Ты делаешь меня очень счастливым. Больше, чем я мог себе представить, — и это заставило Хенджина широко улыбнуться. Сынмин снова опустил голову на грудь. Хенджин медленно играл с его волосами. — Когда мы сможем рассказать всем о нас? Я умираю от желания увидеть лицо Минхо. Я так устал от того, что они считают себя самой горячей парой в городе, — пошутил Хенджин. — Мы самая горячая пара? — спросил Ким. — Конечно! Посмотри на себя. Сынмин рассмеялся.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!