Любовь и заточение, часть 8

             Вэй Усянь старался растянуть удовольствие от смакования семян лотоса. Чтобы оно продлилось как можно дольше, поскольку он не мог предугадать, когда у него в следующий раз снова появится возможность попробовать их.       Каким-то образом ему удалось продержаться целых два дня. (Хотя он мог съесть вдвое больше за один присест будучи в пристани Лотоса.)       Пока семена оставались, Вэй Усянь мог использовать их, чтобы немного побороть меланхолию, которую естественным образом вызывала его нынешняя ситуация. Когда же они закончились… ну, остался ещё сам мешочек – красивый, фиолетовый, с вышитым на нём гербом Пристани Лотоса, но иногда, глядя на него, ему становилось только хуже. И даже когда он смотрел на него, это не заставило его оплакивать всё, что он потерял, но ему захотелось спросить Лань Ванцзи, может ли тот слетать в Юньмэн и принести ему ещё. Поэтому он спрятал мешочек подальше, чтобы не видеть его.       Если бы только он мог перестать смотреть на другие вещи, которые он спрятал в этом крошечном домике! Он так часто разглядывал ту эротическую книгу, что боялся, что она развалится (как он объяснит это Лань Ванцзи?), и часто ловил себя на том, что смотрит на нарисованный им в детстве портрет Второго Нефрита и с нежностью думает о том, каким милым он тогда выглядел, и отмечает всё то, в чём он по-прежнему выглядел идентично, а также то, в чём он немного изменился.       Жизнь Вэй Усяня в заточении была разорвана, перевёрнута с ног на голову и едва не закончилась катастрофой, но она уже возвращалась в привычную рутину. Произошло несколько незначительных изменений - у него появился тот комплекс упражнений, который дал ему Лань Ванцзи, и он был полон решимости проходить его каждый день, хотя теперь он проделывал его небольшими порциями, чтобы не вспотеть, — и они не провели ни одного дня без того, чтобы один из них не украл у другого маленький сладкий поцелуй. К сожалению, дальше этого дело так и не зашло, но… время было единственным, чего у Вэй Усяня было в изобилии. Он мог позволить себе, чтобы всё шло медленно.       Однажды утром, вскоре после того, как Вэй Усянь покончил с семенами лотоса, его разбудил Лань Ванцзи. Он сидел на краю кровати и нежно тряс его за плечо.       - М-м-м? Лань Чжань…? Что… ещё даже не рассвело… дай мне поспать, - пробормотал демонический заклинатель, на что Лань Ванцзи ответил:       - Ты можешь спать столько, сколько захочешь. Но ты должен быть в курсе.       - Хм? В курсе? В курсе чего? - Вэй Усянь сел, все его чувства внезапно обострились. - Что-то должно произойти?       - Сегодня будет шумно. Снаружи. Но ты не должен смотреть. Не позволяй никому увидеть тебя.       - Шум? Что… что происходит, Лань Чжань? Это Цзини? Они ищут меня в Облачных глубинах?!       Лань Ванцзи покачал головой, с намёком на кривую улыбку, скрытую за его отсутствующим выражением лица.       - Нет, - ответил он, его тон был наполнен обещанием. - Некоторые ученики будут работать снаружи. Они не должны тебя видеть.       - О. - Вэй Усянь кивнул и улыбнулся, уже снова чувствуя себя затуманено-сонным после того, как страх отступил. - Всё в порядке. Я не сделаю ничего, чтобы они меня увидели.       В конце концов, донесение о его присутствии Цзинь Гуаншаню было худшей вещью, которая могла случиться! Нет, второй худшей вещью. Хуже всего было то, что о его присутствии могли сообщить Лань Цижэню.       - Хорошо.       Лань Ванцзи почти невесомо коснулся губами его лба, а затем вышел из дома, не сказав больше ни слова.       Когда Вэй Усянь снова растянулся на кровати – было ещё слишком рано даже есть, – он задумался о том, действительно ли он будет избегать даже мимолётного взгляда на то, что происходит снаружи. В конце концов, он был уверен, что сможет смотреть, не будучи увиденным. И самое главное – не будучи замеченным.       Но что они собираются делать в такой глуши? Когда он был здесь студентом, большую часть бамбуковых лесов на горе было строго запрещено посещать. Объясняли это чем-то вроде защиты дикой природы, но большинство приглашённых учеников предполагали, что Орден Гусу Лань просто скрывает свои секреты в глуби бамбуковых зарослей. (И, очевидно, так оно и было!) Этот маленький домик – со своей историей и своим узником – вряд ли был единственной тайной на склоне горы, так что, какая возможная причина могла быть достаточно веской, чтобы позволить приглашённым ученикам узнать об одном или нескольких секретах Ордена Гусу Лань?       Тем более что это едва ли было подходящее место для тренировочных упражнений: какие тренировки по совершенствованию можно было проводить, находясь среди бамбука, растущего так густо, что казалось, здесь даже не было места, чтобы могло пройти человеческое тело? Хотя Лань Ванцзи назвал предстоящее мероприятие работой, а не тренировкой. Вэй Усянь не совсем понимал, что он вкладывал в это слово, но ему определённо было любопытно!       Как он слишком хорошо помнил, от младших учеников и студентов часто ожидали выполнения той работы, которую в других Орденах и кланах выполняли слуги. (Особенно, если эти ученики были склонны к плохому поведению…) Такую ли работу имел в виду Лань Ванцзи? Насколько он мог судить, выглядывая через передние окна, перед домом был разбит небольшой сад, так будут ли они работать в нём до того, как наступит весна и всё начнёт по-настоящему разрастаться? Или они будут сажать новый сад? Или им прикажут вырубить бамбук вокруг дома? Или посадить больше бамбука? Возможности казались одновременно очень узкими и совершенно безграничными. Но что бы ученики ни делали, разве они не увидят рисунок печатей на стенах дома и не поймут, что человек внутри был заключённым, а не инвалидом?       Любопытство Вэй Усяня разыгралось настолько сильно, что он не мог больше отдыхать. В результате он встал и приступил к завтраку в тот час, когда обычно ещё спал. А немного позже он услышал приближение молодых людей снаружи. Сначала это был просто звук шагов, возможно, там было не меньше двух десятков человек. Затем он услышал голос Лань Ванцзи, отдающего им приказы, но говорил тот достаточно тихо, чтобы Вэй Усянь смог разобрать слова.       Потом шаги прозвучали ещё ближе, почти у самого дома и двинулись дальше от него. Вэй Усянь следовал за ними по дому, чтобы иметь возможность услышать то, что говорят ученики. Сначала те ворчали себе под нос, но через некоторое время начали говорить открыто. (Лань Ванцзи, должно быть, ушёл, чтобы заняться делами в другом месте…)       - Не могу поверить, что нам приходится это делать! – простонал один из молодых людей. Он говорил на диалекте Ланьлина, так что, должно быть, был приглашённым учеником. – Я не прислуга!       Он вероятно приехал из самой Башни Кои. Что ж, угроза быть переданным Цзинь Гуаншаню положила конец любому искушению выглянуть из окна.       - Всё не так уж и плохо, - ответил другой голос. Похоже, этот ученик был из Цинхэ. - Я лучше сделаю это, чем буду слушать ещё одну скучную лекцию Лань Цижэня. Немного физического труда освежает!       Определённо из Цинхэ. По сравнению с тем, через что, как говорили, Не Минцзюэ заставлял проходить своих подчинённых, всё, что Лань Ванцзи мог попросить учеников сделать, казалось бы лёгким.       - Я бы всё равно предпочёл, чтобы этот день был полностью выходным, - заметил ещё один мальчик. Вэй Усянь не смог сразу определить, на каком диалекте он говорит. - Так обидно узнать, что Ханьгуан-цзюнь такой надсмотрщик!       Вэй Усяню подавил смешок. Эти ребята понятия не имели, каким на самом деле мог быть Лань Ванцзи! Если бы они только видели, как в своё время он пытался приучить Вэй Усяня к дисциплине…       - Сестра будет так разочарована.       - Причём тут твоя сестра? - спросил мальчик из Ланьлина.       - Она надеялась встретиться с ним, когда моя семья позже приедет в гости, - объяснил другой мальчик. - Она думает, что у неё есть реальный шанс завоевать его сердце.       Сама эта мысль вызвала холод в груди Вэй Усяня, который быстро сменился пламенем гнева. Как смеет эта девушка вообразить, что сможет отобрать у него Лань Чжаня?!       Остальные мальчики засмеялись.       - Он наследник второго по могуществу Ордена совершенствования и герой кампании «Выстрел в Солнце», - усмехнулся мальчик из Ланьлина. - Что может предложить ему девушка из такого ничтожного Ордена, как ваш?       - Моя сестра - лучшая женщина, чем любая, кто когда-либо ступал в вашу Башню Кои! – настаивал другой мальчик.       Очевидно, нет! Шицзе жила в Башне Кои, и никакая другая женщина не могла быть лучше Цзян Яньли!       …нет, теперь все, наверное, называли её молодой госпожой Цзинь, не так ли?       Это… было так… неправильно…       - Твоя сестра тратит время, фантазируя о таком человеке, как Ханьгуан-цзюнь, - заговорил мальчик из Цинхэ, хотя по доносящемуся сопению казалось, будто между двумя другими мальчиками вот-вот начнётся драка.       - Это то, что я только что сказал ему! – выкрикнул мальчик из Ланьлина.       - Это не то, что я имел в виду. - Мальчик из Цинхэ засмеялся. - Все знают, что Близнецы-Нефриты Гусу Лань практикуют совершенствование, основанное на целомудрии и личной чистоте. Если бы они женились, то потеряли бы свои силы!       Это не может быть правдой, не так ли?       Если бы это было правдой, разве Лань Ванцзи не ослабили бы те немногие поцелуи, которые они уже разделили…?       Мальчики снаружи начали спорить о том, возможно ли Ханьгуан-цзюню или его брату поддерживать романтические отношения, не жертвуя силой своего совершенствования. В конце концов, они решили, что любой из братьев может жениться без каких-либо последствий, если брак не будет заключён официально. Казалось, это удовлетворило всех мальчиков, и они возобновили жалобы на ручной труд, которым занимались, но Вэй Усяня это ни капельки не удовлетворило.       Он добрёл до своей кровати, сел и задумался.       Ни один из трактатов о совершенствовании, которые он видел в павильоне библиотеки Гусу Лань, не говорил о том, что Лани традиционно практиковали совершенствование, основанное на целомудрии. Но, учитывая то, что отец Близнецов-Нефритов сделал из-за любви, возможно, они двое сделали этот выбор, чтобы гарантировать, что они не смогут пойти по его стопам?       Если это так… тогда Лань Ванцзи просто притворялся, что испытывает чувства к Вэй Усяню, чтобы держать его послушным?       …что было…       Он не хотел об этом думать.       Вероятно, такое было возможно…       Может быть, совершенствование, основанное на целомудрии, требует только воздержания от контактов с женщинами и при этом разрешает секс с мужчинами?       Нет, это казалось маловероятным.       Может быть…       Может быть, всё было бы в порядке, если бы они не занимались ничем, кроме поцелуев?       Эта идея ему тоже не очень понравилась, но она была, по крайней мере, немного лучше.       Он продолжал беспокоиться об этом до конца дня, пока не прибыл Лань Ванцзи с его ужином. Но Вэй Усянь мог лишь вяло ковыряться в миске, пока Второй Нефрит исполнял «Очищение». Закончив играть, он посмотрел на недоеденную еду и слегка нахмурился, прежде чем спросить, что случилось.       - Ничего страшного, - заверил его Вэй Усянь и попытался улыбнуться. - Я просто отвлёкся. Интересно, что эти мальчики делали снаружи.       - Ты хочешь увидеть?       - Да, конечно!       Лань Ванцзи встал и пошёл в заднюю часть дома. Вэй Усянь поспешил за ним и догнал его возле дальнего окна.       - Они работали очень медленно, - сказал Второй Нефрит, открывая бумажные створки, закрывающие окно. - Они должны были закончить за один день. Но понадобится ещё два.       Вэй Усянь выглянул в окно и увидел, что мальчики расчищают бамбук и возводят стену позади дома. Очевидно, это была довольно длинная стена, внутри которой могли разместиться как минимум ещё три здания примерно такого же размера с просторным внутренним двором в центре.       - Ты… - Поражённый, Вэй Усянь повернулся и бросился в объятия Лань Ванцзи. - Ты действительно лучший!       Не дожидаясь ответа, демонический заклинатель начал целовать возлюбленного, страстно и безжалостно. После минутной паузы Лань Ванцзи крепко обнял его, одна рука обхватила его за талию, а другая скользнула вверх и запуталась в волосах на затылке. Один, два, три поцелуя превратились в десятки, а потом Лань Ванцзи внезапно повернулся на месте, прижимая Вэй Усяня спиной к стене рядом с окном, и притиснулся к нему всем телом, как будто хотел слиться с ним воедино.       Вэй Усянь застонал в губы Лань Ванцзи, крепче сжимая при этом его тело. Их страстные объятия продолжались без малейшей паузы, как будто размыкание рук могло положить конец им обоим. Затем демонический заклинатель почувствовал, как бёдра Второго Нефрита резко прижались к нему, демонстрируя невероятное возбуждение и надавливая на его собственное.       В восторге Вэй Усянь сильнее сжал тело возлюбленного, переплетая пальцы с его длинными шелковистыми волосами. Но после ещё пары толкающих движений Лань Ванцзи внезапно отпустил его и отошёл назад так резко, что вырвался из его хватки.       - Мне пора идти, - пробормотал он и решительно направиться к двери.       - Что? Подожди! - Вэй Усянь попытался последовать за ним, но его ноги всё ещё были слабы от удовольствия после этих долгих объятий. - Лань Чжань, не уходи!       Но он всё равно ушёл.       Вэй Усянь вернулся к столу, неловко рухнул на подушку и посмотрел на свою недоеденную еду. Лань Ванцзи оставил свой гуцинь, так что оставалась надежда, что он вернётся…       …но ушёл ли он потому, что эти мальчики были правы сегодня утром?       Если да, то придётся ли его возлюбленному делать выбор между любовью и совершенствованием?       Как кто-то мог сделать такой выбор? Как можно было просить человека, которого он любил, сделать такой выбор?       Когда Лань Ванцзи вернулся, уже наступил комендантский час. Его волосы были мокрыми. Как только Вэй Усянь осознал вероятную причину этого, он не смог удержаться от смеха.       - Лань Чжань, ты отправился посидеть в Холодном источнике?       Лань Ванцзи отказался смотреть на него.       - Это так мило!       - Нет.       Вэй Усянь прижался к нему сзади и обнял:       - Да. Но… - Он закусил губу, а затем снова отпустил её. Он не мог задать этот вопрос, прикасаясь к нему вот так. - Ты же не потеряешь своё… я имею в виду… то, что… Ты же не совершенствуешься на основе личного целомудрия, не так ли?       Лань Ванцзи, наконец, посмотрел на него с явно ошеломлённым выражением лица:       - Конечно, нет.       - Какое облегчение!       Вэй Усянь снова начал его целовать, но Лань Ванцзи быстро оттолкнул его.       - Вэй Ин… не надо.       - Почему нет? Раньше тебе это явно нравилось, - заметил он немного угрюмо.       - Это неуместно, - настойчиво произнёс Лань Ванцзи и опустился на подушку перед своим гуцинем.       - Неуместно, - с отвращением повторил Вэй Усянь. - Лань Чжань, я думал, ты сказал, что будешь работать над тем, чтобы не позволять этим правилам управлять твоей жизнью.       - Я этого не говорил, - возразил Лань Ванцзи. - Ты сказал, что я должен. Я не соглашался на это.       - Но ведь именно эти правила заставили тебя сбежать, хотя ты предпочёл бы остаться, верно?       - Не совсем.       - А что ещё это было? – требовательно спросил Вэй Усянь, но Лань Ванцзи не ответил.       Он просто начал играть свою антикошмарную песню, как будто не услышал вопроса. У него была действительно плохая привычка - использовать музыку, чтобы не отвечать на вопросы. Кто-то должен был научить его не делать этого.              * * *       В итоге на строительство стены ушло три дня. Судя по тому, что Вэй Усянь услышал из болтовни мальчиков в следующие два дня, у них ещё оставалось несколько выходных до возвращения Лань Цижэня, и это было для них отличной новостью! На второй день мальчики также потратили немало времени на обсуждение набора печатей, нанесённых на внешнюю стену дома, в котором он находился, но, похоже, они неверно истолковали их предназначение и восприняли их как стандартный набор, предназначенный для защиты от злых духов, а не для удержания внутри конкретного человека. Он не был уверен, произошло ли это из-за того, что мальчики были недостаточно обучены, или Лань Ванцзи, рисуя печати, замаскировал их функцию. Вероятно, последнее. В конце концов, Второй Нефрит не имел склонности оставлять всё на волю случая.       На следующее утро, доставив Вэй Усяню завтрак, Лань Ванцзи начал совершать ходки туда и обратно, занося строительные материалы внутрь кольца выстроенной стены. Но только когда он снял верхнюю одежду и приступил к работе, демонический заклинатель понял, что происходит.       Он подошёл к окну и попытался выглянуть из него, хотя, конечно, печати не позволили ему высунуться наружу даже носа.       - Эй, Лань Чжань, что ты делаешь?       Лань Ванцзи нахмурился и подошёл ближе:       - Не кричи. Кто-то может услышать.       Как будто кто-то мог оказаться в этой изолированной зоне?!       - Ага-ага. Но что ты делаешь?       - Вэй Ин сам видит.       Вэй Усянь вздохнул:       - Ты же не планируешь строить всё внутри стены самостоятельно?       - Мн.       - И я должен просто сидеть здесь и ничего не делать, пока ты работаешь?       Выражение лица Лань Ванцзи дрогнуло, но он не ответил.       - Я имею в виду, что ты строишь это не просто для развлечения, верно? - продолжил Вэй Усянь. - Ты строишь это для меня, верно? На этой выстроенной стене установлен новый набор печатей, так что, когда всё будет готово, ты сможешь выпустить меня отсюда, и я смогу жить немного больше как человек и немного меньше как заключённый, верно?       - Мн.       - Тогда позволь мне помочь тебе строить! Мне будет чем заняться, а ты потратишь на стройку гораздо меньше времени.       Лань Ванцзи простоял в задумчивости слишком долго, но, в конце концов, кивнул и подошёл к передней части дома. Вэй Усянь слышал, как он какое-то время ходил по веранде, а потом раздался звук выскользнувшего из ножен меча. За этим последовал шум падения чего-то тяжёлого, а потом Лань Ванцзи открыл дверь и протянул Вэй Усяню руку.       - Всё нормально…? - осторожно спросил демонический заклинатель, сжимая его ладонь. – Ты отключил печати?       - Мн.       И, конечно же, он смог пройти через дверной проём, не будучи отброшен назад. Оглянувшись вокруг, он увидел, что Лань Ванцзи срезал кусок от угла дома, разрушив печать таким образом, чтобы её можно было быстро и легко восстановить. Печать, как предполагал Вэй Усянь, была замаскирована под стандартный талисман для защиты от злых духов, хотя он видел, что это слишком сложная вязь знаков для такой простой функции. Когда же демонический заклинатель отвернулся от упавшего куска стены, он увидел противоречивое выражение на лице Лань Ванцзи.       - В чём дело?       - Сюнчжан настаивал на том, чтобы печать оставалась на этом доме, - ответил Второй Нефрит. - Пока строительство не завершится. - Он вздохнул и повёл Вэй Усяня туда, где предстояло возвести новые здания. - Разрушить внешнюю изоляцию было бы слишком легко, - продолжил он, указывая на дерево и камень, которые были свалены повсюду внутри выстроенной стены.       - Я думаю, что здесь всё равно будет слишком шумно, чтобы можно было сбежать, - заметил Вэй Усянь, - но, конечно, Цзэу-цзюнь не может пойти на такой риск. Даже если он доверяет мне, что я не нападу ни на кого в Облачных Глубинах, риск того, что это сделает Цзинь Гуаншань, если узнает…       - Мн.       Вэй Усянь пожал плечами и откинул голову назад, чтобы взглянуть на безоблачное голубое небо. Зрелище было настолько волнующим, что он не смог удержаться от смеха.       - Мне всё равно! - воскликнул он. - Посмотри на это! Я на улице впервые за несколько месяцев!       - Вэй Ин…       - Ты даже не представляешь, как сильно мне этого не хватало. – Вэй Усянь опустил голову и уставился в землю. - Когда я впервые попал в Курганы, я не мог видеть неба. Ничего, кроме серых мрачных облаков. Плотных, неестественных. Это было удушающе.       - Не думай об этом.       Лань Ванцзи сжал его ладонь.       - Это нелегко забыть. - Его руки начали мелко дрожать, несмотря на хватку Лань Ванцзи. - Мне до сих пор снятся кошмары. Гнев и ненависть, наполняющие всех этих духов…       И если бы недавнее удаление его золотого ядра не привело к дисбалансу энергии инь, сбивая с толку некоторых призраков, заставляя их думать, что он один из них… тогда он сейчас был бы одним из них…       - Со временем это пройдёт.       Как такое может быть? Как его кошмары могут просто исчезнуть? Разве он не вдыхал этих духов в течение трёх долгих месяцев? Разве они не стали частью него? Разве не поэтому он…       - Вэй Ин!       - Хм? Что?       Когда Второй Нефрит оказался прямо перед ним?       - Сосредоточься. - Лань Ванцзи положил ладонь на его щёку. Она была такой горячей. - Сконцентрируйся на этом. - Другую руку он положил на вторую щёку Вэй Усяня. – На том, что здесь. Сейчас. - Пауза, почти нерешительная. – На мне.       Тепло понемногу расползалось по груди демонического заклинателя, и он улыбнулся:       - Ага.       Ничто не могло сделать его более счастливым, чем концентрация на Лань Чжане…       Лань Ванцзи осторожно отпустил лицо Вэй Усяня, взял его за руку и продолжил вести его к пустому участку внутри выстроенной стены. К счастью, с одной стороны дома уже был вырыт колодец, так что, по крайней мере, им не придётся его копать!       Обсудив некоторые детали, они решили начать строительство с того здания, что станет западной частью единого комплекса, поскольку Лань Ванцзи уже приступил к закладке его фундамента. Работа была изнурительной, и, несмотря на то, что стояла лишь ранняя весна, они всё равно настолько упарились, что им пришлось раздеться до нижних штанов, и даже тогда оба были мокрыми от пота к тому времени, когда заходящее солнце заставило их прекратить работу.       К счастью, поскольку система печатей на доме всё ещё была отключена, Вэй Усянь смог помочь нагреть воду для ванны и доставить её внутрь! Но Лань Ванцзи отказался мыться вместе с ним, заявив, что ванна слишком мала. И это, на самом деле, было так, но они, вероятно, могли бы как-то потесниться. (И что ещё более важно, Вэй Усяню было очень любопытно узнать размер того, что Лань Ванцзи прятал в своих штанах, потому что на днях оно показалось ему довольно большим, когда он почувствовал это через одежду…)       После того, как они по очереди искупались, Лань Ванцзи собрался уйти, и тут Вэй Усяня пронзил внезапный страх. Снова оказаться запертым в этом крошечном домике после того, как провёл весь день на улице, на солнце…       - Лань Чжань, пожалуйста, останься со мной, - попросил он, вцепившись в запястье возлюбленного обеими руками. - Сегодня ночью мне снова будут сниться эти кошмары, я знаю это. – Вэй Усянь чувствовал, как ледяные руки призраков ощупывают его, гадая, кто он такой, готовые сожрать его, если он окажется живым, или поглотить его, если он окажется обычным призраком. - Останься, чтобы я больше не просыпался один.       Лань Ванцзи кивнул и нежно погладил его щёку свободной рукой:       - Как пожелает Вэй Ин.              * * *       Процесс строительства остальной части комплекса был поучительным. Преображение, которое происходило с Вэй Усянем каждый раз, когда он выходил из дома или возвращался в него, поначалу было шокирующим. Получив возможность бывать на улице, он почти сразу стал тем человеком, которым был до того, как кампания «Выстрел в Солнце» разрушила его. Но возвращение в тюрьму внутри этого крошечного дома снова раздавливало его.       Лань Ванцзи давно должен был понять, что дом переполнен гноящейся энергией. Всей энергии обиды, что он вытягивал из ци Вэй Усяня, некуда было деваться, и она просто оставалось внутри, пойманная той же печатью, которая защищала его возлюбленного. Прежде чем начать второй день строительства, Лань Ванцзи принёс специальные благовония, чтобы очистить воздух. На первый взгляд Вэй Усянь, казалось, смутился при виде них, но как только они были зажжены, Второй Нефрит увидел понимание на его лице.       Тем не менее, эмоциональное состояние демонического заклинателя продолжало меняться, даже после того, как они проработали больше недели. Даже на улице у него случались припадки, хотя, как и в последние недели, это, как правило, были болезненные приступы, отражавшие негативные эмоции внутри, а не вспышки гнева, которые первоначально сигнализировали о том, что его ци превратилась в спиралевидный вихрь.       Опасность смертельного отклонения ци ещё не миновала. Всякий раз, когда у Вэй Усяня случался припадок, его плоть становилась холодной как смерть. Особенно это проявлялось, если перед припадком или во время него он вспоминал о Могильных Курганах. Во время самых худших из них Лань Ванцзи смутно ощущал внутри него призрачную ци. Когда он впервые заметил это, то забеспокоился, что Вэй Усянь действительно мог быть одержим, но, поскольку у него не было никаких обычных признаков, то он быстро отверг эту мысль. То, что происходило, было гораздо сложнее, чем простой захват тела, и справиться с этим было гораздо труднее, если его выводы были верны. Насколько Второй Нефрит смог заметить во время своих кратких визитов в Могильные Курганы, обитавшие в них призраки по большей части распались задолго до того, как Вэй Усянь был сброшен туда. По большей части они не были целыми призраками, а лишь фрагментами недоброжелательности, страха, ненависти и сожаления. Поэтому не было ничего удивительного в том, что Вэй Усянь был заражён ими. Его тело поглотило некоторые из этих призрачных фрагментов, заполняя пустоту в даньтяне, из которого было вырвано золотое ядро.       Помня об этой мысли, Лань Ванцзи начал планировать новый метод его исцеления. Нужно было действовать деликатно, чтобы рассеять частичных духов, не причинив вреда Вэй Усяню, и это должно было быть сделано настолько тонко, чтобы сам Вэй Усянь не осознавал, что происходит, поскольку любое упоминание об этом могло расшатать его эмоциональное состояние и вызвать отклонение ци. К счастью, несколько дней проливных дождей дали Лань Ванцзи время поискать в библиотеке другие методы.       В конце одного из таких дней, спеша накормить возлюбленного ужином, Лань Ванцзи обнаружил, что к нему с хмурым видом приближается дядя.       - Мои ученики сообщили мне о рабочем проекте, который ты поручил им реализовать во время моего отсутствия, Ванцзи, - сказал он. - И я слышал, что с тех пор, ты каждый день занимаешься подобным ручным трудом.       - Мн.       - Почему? - спросил дядя, сузив глаза. - Кто сейчас отдыхает в том доме? Зачем ты поместил его там, в доме твоей матери?       Второй Нефрит оставался пассивным даже при упоминании своей матери. Дядя пытался спровоцировать его. Но Лань Ванцзи не позволил бы себе допустить ошибку и подвергнуть Вэй Усяня опасности.       - Ему необходимо оставаться изолированным от других. Это было самое изолированное строение.       - И всё же его не беспокоит твоё почти постоянное присутствие?       - Я не смогу присматривать за ним, если меня не будет рядом.       - Ванцзи, кто он? От чего он страдает? Зачем вся эта секретность? Почему сейчас на доме печати?       - Его тело частично одержимо, - честно сообщил Лань Ванцзи. - Печати гарантируют, что призрачные фрагменты не смогут ускользнуть и мучить других.       - Хм. – Дядя погладил бороду, глядя на Лань Ванцзи с нескрываемым подозрением. - Ты всё ещё не упоминаешь его имя.       Это не была прямая команда ответить, но она была достаточно близка. Если бы Лань Ванцзи промолчал, дядя заподозрил бы неладное и не преминул бы прийти в дом сам и обнаружил бы Вэй Усяня. Но как мог Лань Ванцзи солгать ему? Дядя вырастил его, выучил его и был его старейшим родственником. Ложь была бы немыслима.       - У меня нет его разрешения делиться этим, - заявил он, в конце концов.       Это была правда, и это был ответ, даже если это был неправильный ответ.       - Как удобно. – Дядя нахмурился и покачал головой. - Полагаю, твой загадочный друг ждёт ужина.       - Да.       - Мы поговорим об этом подробнее позже.       Угроза. Это, несомненно, была угроза.       В последующие несколько дней Лань Ванцзи оставался рассеянным и стал проводить ночи в доме с Вэй Усянем, чтобы гарантировать, что, если того обнаружат, он не останется один на милость дяди. Было больно спать рядом с ним, не позволяя себе проявлять свои истинные чувства, но Лань Ванцзи изо всех сил старался оставаться стойким. Вэй Усянь сейчас был не в себе; его эмоции оставались такими же нестабильными, как и его ци, и когда он полностью исцелится и придёт в себя, он, возможно, не будет чувствовать то, что, как он утверждал, чувствовал сейчас. Вести себя с ним распущенно, не зная, что у него на уме, было бы совершенно предосудительно. Лань Ванцзи уже совершил достаточно подобных грехов; он не мог позволить себе совершить ещё худшие.       Первое из новых зданий было почти готово - оставалось закончить только внутреннюю отделку, - когда сюнчжан пришёл посмотреть, как продвигается проект. Он прибыл, когда они были снаружи, разрезая доски для пола. День был особенно жаркий, и оба заклинателя уже разделись до неподобающей степени, работая под яркими лучами утреннего солнца.       - Кажется, всё идет хорошо, - сказал сюнчжан, подходя к ним.       Они оба поприветствовали главу, и Лань Ванцзи пришлось бороться с желанием встать перед Вэй Усянем, чтобы скрыть его обнажённую грудь от взгляда брата.       - Мне жаль. Невежливо быть настолько раздетым перед главой Ордена! Можете ли Вы простить меня, Цзэу-цзюнь? - спросил Вэй Усянь со слишком кокетливой улыбкой.       - Прощать нечего, - возразил сюнчжан. - Я удивлён, что вы так быстро достигли всего этого вдвоём, - продолжил он, указывая на почти законченное здание. - Но наверняка должен быть кто-то ещё, кому ты можешь доверять, чтобы помочь тебе, Ванцзи.       - Нет.       Вэй Усянь рассмеялся:       - Интересно, какого цвета стало бы лицо Цзян Чэна, если бы Вы попросили его о помощи?       - Убийственного.       - Это не цвет, Лань Ванцзи. - Сюнчжан тепло рассмеялся. – Жаль, что ты отказываешься от помощи. Старшему брату наверняка понравился бы такой вид ручного труда, но я не думаю, что рассказывать ему о присутствии здесь Вэй Усяня было бы разумно.       - Мн.       - Я никогда ничего не делал Не, - заметил демонический заклинатель, и его лицо поникло. - Но я думаю, он слишком честен, чтобы не обращать внимания на то, что я сделал с другими Орденами и кланами…       - Я мог бы подсказать ему, что есть задание, которое могло бы заставить его младшего брата принять надлежащую этику тяжёлого труда, - хитро продолжил сюнчжан.       - Точно нет.       Не Хуайсан никогда бы не стал молчать о присутствии Вэй Усяня. И он, несомненно, начал бы проносить контрабандой алкоголь и иным образом склонять его возлюбленного к возобновлению более распутного образа жизни.       - Да, я тоже не думаю, что Хуайсан подходит для такой работы, - смеясь, произнёс Вэй Усянь. - Он просто уронит что-нибудь себе на ногу, а затем будет сидеть в тени и смотреть, как мы делаем всё остальное.       - Он не такой уж и неуклюжий, - заметил сюнчжан.       - Нет, он сделает это намеренно. - Вэй Усянь ухмыльнулся. - Я помню, как он рассказывал нам о том, как отказывался от занятий фехтованием, получив лёгкую травму, потому что его брат не мог допустить, чтобы он работал, будучи раненным.       Сюнчжан нахмурился:       - Ах… мне, наверное, стоит рассказать об этом старшему брату…       - Конечно же, он больше не прибегает к детским уловкам, - предположил Лань Ванцзи.       - Если это всё ещё работает, значит, он продолжает это делать, - возразил Вэй Усянь и со смехом добавил: - И я сомневаюсь, что его брат когда-либо был одурачен этим.       - Старший брат очень доверчивый.       Вэй Усянь приподнял бровь:       - Тогда это не тот Не Минцзюэ, которого я встречал.       Сюнчжан выглядел удивлённым его словами, но комментировать их не стал. Вместо этого он повернулся и посмотрел на Лань Ванцзи:       - Какую цель имеет набор печатей на внешней стене, Ванцзи? Это печати от злых духов, а не печати, предназначенная для удержания заключённого.       - Подожди, если даже Цзэу-цзюнь видит в этом только печати, отталкивающие призраков… Лань Чжань, я умер, а ты мне об этом не сказал?! - воскликнул Вэй Усянь, и его глаза расширились от ужаса.       Сюнчжан рассмеялся, но Лань Ванцзи понял, что это не шутка. Демонический заклинатель был на грани нового эпизода.       - Несомненно, такой опытный в общении с духами мёртвых заклинатель, как Старейшина Илина, смог бы определить, умер он или нет, - произнёс сюнчжан, его голос всё ещё был мягким и забавляющимся.       - Я… думал, что я…?       - Вэй Ин вполне жив. - Говоря это, Лань Ванцзи положил руку на плечо возлюбленного. Кожа его была прохладной на ощупь, но ещё не холодной. Его ещё можно было успокоить, прежде чем произойдёт что-нибудь непредвиденное. - Внутри печатей есть второй слой. Защитные печати от мертвецов исполняют роль маскировки.       Существовал также третий слой печатей, предотвращающий использование энергии крови для активации талисманов, но об этом он говорить не стал.       - И это гарантирует, что здесь нет ничего, что я мог бы использовать, если б попытался вернуться на демонический путь, - мрачно закончил Вэй Усянь.       - Нет. Правильное поведение имеет смысл только тогда, когда есть выбор, - заверил его Лань Ванцзи, несмотря на то, что это заставило его почувствовать себя нечестным. - Это лишь для защиты Вэй Ина.       Брови Вэй Усяня неуверенно нахмурились, но он кивнул. Его кожа снова стала немного теплее; опасность миновала. Это было многообещающе. Всё прошло гораздо легче, чем в предыдущие разы.       - Ванцзи, могу я поговорить с тобой наедине?       Лань Ванцзи кивнул и последовал за сюнчжаном к дому матери.       Прежде чем заговорить, его брат снова посмотрел на Вэй Усяня.       - Дядя подозревает правду, Ванцзи.       - Мн.       - Когда ты собираешься ему рассказать?       Лань Ванцзи мог только покачать головой. Он никогда не хотел говорить ему об этом. Он хотел, чтобы присутствие Вэй Усяня оставалось совершенно неизвестным, пока мир совершенствования не осознает, что он был несправедливо осуждён. Как только он снова сможет свободно бродить по миру, это уже не будет иметь значения.       - Ты не можешь скрывать это от него вечно.       - Я знаю.       - Тогда…       - Я не знаю, когда наступит подходящее время.       Если присутствие Вэй Усяня могло оставаться секретом достаточно долго, чтобы его ци восстановила баланс, а эмоциональное состояние выровнялось, тогда, возможно, можно было бы привести более убедительный аргумент, чтобы он оставался в Облачных Глубинах. Такой, чтобы даже дяде пришлось бы его принять.       - Ванцзи, чем дольше ты будешь ждать, тем больше расстроится дядя. Наступит время, когда он не захочет слушать ни доводы, ни объяснения, и передаст этот вопрос непосредственно Цзинь Гуаншаню.       - Я скажу ему, прежде чем придёт время.       - Я очень на это надеюсь.       После ухода сюнчжана Лань Ванцзи вернулся к Вэй Усяню. Тот посмотрел на него с тревожным пониманием:       - Твой дядя?       - Мн.       - Сколько у меня времени?       - Вэй Ин будет в порядке.       - Но…       - Я обещаю.       Вэй Усянь вздохнул и заявил, что успокоился. Это было явно не так. Но Лань Ванцзи не знал, что он мог сказать или сделать, чтобы по-настоящему успокоить его. Всё, что он мог, это оставаться рядом и защищать его.       Уверенное поведение Вэй Усяня было фальшивым, однако его радость не была притворной, когда строительство здания было завершено. Лань Ванцзи, естественно, решил устроить кухню в первом здании, которое будет пристроено к комплексу, чтобы его возлюбленный мог сам готовить себе еду, если Лань Ванцзи не будет рядом.       - Это сэкономит тебе много денег, - прокомментировал Вэй Усянь, почти легкомысленно водя пальцами по плите.       - Стоимость не изменится.       - Конечно, изменится! Позволить мне готовить самостоятельно будет намного дешевле, чем летать за едой в город.       - Мне сообщили, что твоя стряпня токсична.       Вэй Усянь застонал:       - Кто сказал тебе такую ужасную ложь?! Это был Цзян Чэн? Это был он, не так ли!       - Нет.       - Тогда кто это был?       - Вэнь Цин.       - Конечно. - Вэй Усянь вздохнул. - Вы двое мило и долго разговаривали, прежде чем она согласилась вонзить нож - иглу - мне в спину, не так ли?       - Мн.       Демонический заклинатель замолчал, а Второй Нефрит с невозмутимым видом приступил к приготовлению ужина.       - Она рассказала тебе, не так ли? – после длительной паузы спросил Вэй Усянь. – О том, что произошло после нападения на Пристань Лотоса.       - Да.       - Дерьмо! - Вэй Усянь ударил кулаком по стене с такой силой, что на дереве осталась вмятина. - После того, как она пообещала, что никогда и никому об этом не расскажет!       - Вэй Ин…       - Что?! Думаешь, я не имею права злиться на это?!       - Она была обеспокоена. - Лань Ванцзи отошёл от плиты и положил руку ему на плечо. Вэй Усянь отпрянул от его прикосновения, и на его лице появилось свирепое выражение, сейчас он был не похож сам на себя. Это снова проявилась тёмная ци, кипящая так, как не было раньше. - Она видела, как твоя ци деградировала.       - Это не повод нарушать своё слово!       - Это единственная причина.       - Что ты имеешь в виду?       - Какая польза в том, чтобы держать обещание, данное мертвецу?       Вэй Усянь нахмурился:       - Я не собирался умирать.       - Ты умирал.       Хмурый взгляд исчез:       - Ты… ты этого не знаешь.       - Ты был очень близок к смертельному отклонению ци.       Вэй Ин усмехнулся:       - Без золотого ядра?       - Мн.       - Это невозможно!       - Я принесу тебе одну из книг из библиотеки, - пообещал Лань Ванцзи, возвращаясь к приготовлению ужина. - Такое уже случалось много раз. Ты сам увидишь.       - Как это могло случиться много раз? - спросил Вэй Усянь, подходя ближе и прислоняясь плечом к стене. - Сколько людей когда-либо делали то, что смогла сделать Вэнь Цин?       - Скорее всего, никто, - согласился Лань Ванцзи. - Но Вэнь Чжулю был не первым, кто умел разрушать чужое ядро. И было много заклинателей, которым так и не удалось развить золотое ядро.       - Да, это правда, - со вздохом согласился Вэй Усянь. - Но я до сих пор не понимаю, как возможно получить отклонение ци без него.       - У некоторых оно возникает из-за того, что они не могут развить своё ядро.       Вэй Усянь выглядел задумчивым.       - Хм. Да… возможно, я помню, как кто-то говорил что-то об этом. Я не думаю, что это было предупреждение от дяди Цзяна; никто не сомневался, что я смогу развить ядро. - Он посмотрел в потолок. - Может быть, на самом деле, это был Не Хуайсан. Стонал о том, как ему было страшно даже пытаться сформировать ядро.       - Смерть его отца из-за отклонения ци была неизбежна в то время.       - Наверное, так оно и было. - Вэй Усянь мрачно усмехнулся. - Честно говоря, судя по тому, что Хуайсан болтал, когда мы здесь учились, я думал, что оба его родителя умерли уже давным-давно. Он говорил это так, будто с самого его рождения были только он и его брат.       Лань Ванцзи нахмурился.       - Во многом так и было. Вот почему Не Минцзюэ - единственный, кто по-настоящему понимает сюнчжана. Они оба много лет исполняли роли братьев и отцов.       - Лань Чжань…       Вэй Усянь положил тёплую руку ему на спину и прижался ближе. Искушение, отказаться от приготовления ужина и уделить всё свое внимание только возлюбленному, было почти невыносимо.       - Пожалуйста, приготовь посуду, - вместо этого сказал он, пытаясь отогнать это искушение. – Скоро можно будет подавать на стол.       - Что, ты действительно собираешься готовить весь ужин сам? - Вэй Усянь рассмеялся. – Значит, великий Ханьгуан-цзюнь действительно умеет готовить? Это ведь не получится таким жёстким, как «Стена послушания», правда?       - Вэй Ин раньше не жаловался.       Минута почти мучительного молчания.       - Лань Чжань… ты имеешь в виду, что не покупал всю эту еду? - растерянно спросил Вэй Усянь. – Ты готовил еду сам? Сам?!       - Мн.       Внезапно Вэй Усянь оказался позади Лань Ванцзи и обнял его за талию. От шока Второй Нефрит едва не выронил кастрюлю, которую держал. Он поспешно поставил её на стол.       - Жаль, что ты такой мужественный, - прошептал ему на ухо демонический заклинатель. - В противном случае из тебя получилась бы идеальная жена.       - Вэй Ин мог бы стать лучшей женой.       Вэй Усянь разжал свои руки и отступил, смеясь, а затем обошёл Лань Ванцзи и посмотрел ему в лицо.       - Это было предложение? - спросил он и озорно ухмыльнулся. – Если это не так, то лучше скажи. Будет слишком поздно что-либо менять, если я соглашусь!       - Вэй Ин…       Руки снова обвились вокруг его талии.       - Слишком медленно, - выдохнул Вэй Усянь ему в ухо. - Я уже принял твоё предложение.       Даже не делая паузы, он внезапно обхватил губами мочку уха Лань Ванцзи и начал её сосать.       Лань Ванцзи закрыл глаза и на долгое время предался фантазиям. Он представил, как берет возлюбленного на руки и безжалостно целует его, прежде чем посадить его на стол. В его разуме прозвучал именно тот звук, который он услышит, когда сорвёт одежду с тела Вэй Усяня, а пальцы невольно дёрнулись от призрачного ощущения его обнажённой кожи. Ему нравилось размышлять о звуках, которые издавал бы демонический заклинатель, когда он брал бы его прямо здесь, на столе, пока позади них горел бы их ужин.       Понимая, что он наслаждается этой прекрасной фантазией слишком долго, Лань Ванцзи сосредоточился и выбросил её из головы. И как только видение благополучно исчезло, он осторожно оттолкнул Вэй Усяня от себя.       - Бесстыдник.       - О, Лань Чжань, это невесело! - запричитал демонический заклинатель, но Лань Ванцзи остался непреклонен:       - Приготовь посуду.       Продолжая ворчать, демонический заклинатель принялся накрывать на стол. Но когда они приступили к ужину, он воспарил духом и расхваливал вкус еды гораздо больше, чем предыдущие блюда, которые Лань Ванцзи готовил для него.