Противостояние, часть 3

             Хозяин гостиницы только упомянул о монстре, напавшем на путников. Он не сказал, что это было целое гнездо голодных хейю! Если бы Вэй Усянь знал, с чем им предстоит столкнуться, он бы позаботился о том, чтобы подготовить больше талисманов. Как бы то ни было, он уже давно выдохся, и ему пришлось использовать свой одолженный меч, чтобы нанести удар любому из отвратительных существ, которые подбиралось достаточно близко, чтобы потенциально причинить ему вред. К сожалению, простое нанесение им удара не приносило особой пользы, поэтому всё, что он действительно мог сделать, это прикрывать спину Лань Ванцзи, пока тот добивал их одного за другим.       Из уродливых, похожих на кабанов чудовищ с человеческими головами остался только один, когда Вэй Усянь услышал, как что-то ещё большое направилось к их позиции через близлежащий подлесок.       - Тебе лучше поторопиться, Лань Чжань! – крикнул он мужу. - К нам что-то приближается.       - Мн.       Когда взмах меча Второго Нефрита аккуратно снёс голову последнему хейю, Вэй Усянь вытащил несколько последних пустых талисманов и, воспользовавшись моментом спокойствия, уколол палец и нарисовал на них как защитные, так и наступательные символы. Оборонительные талисманы были экспериментальными. Один он разработал как обездвиживающее заклинание для противника-человека, а другой - для создания божественных верёвок прямо вокруг врага. Они работали нормально, когда он тестировал их против простой цели во дворе дома, но сработают ли они в бою - это был совсем другой вопрос. Наступательные талисманы были сделаны по старым стандартам, в основном основанным на огне; они должны были гарантированно сработать, даже если его оборонительные нововведения потерпят неудачу.       Но начать Вэй Усянь планировал, конечно, с оборонительных. Он хотел подвергнуть их испытанию! Кроме того, они гарантированно не подожгут лес.       Поэтому, когда приближающееся существо выбежало из леса на небольшую поляну, Вэй Усянь швырнул в него талисман, создающий божественные верёвки, и тот ударил ему прямо в грудь.       - Что за…?!       - Упс.       С одной стороны, талисман сработал прекрасно: теперь божественные верёвки аккуратно обвивались вокруг озадаченного человека в золотой мантии с вышитым пионом «Искры среди снегов».       К сожалению, этим человеком оказался Цзинь Цзысюань, и выглядел он (по понятным причинам) раздражённым.       - Что это!? Зачем тебе нападать на меня ещё до того, как я открыл рот?!       - Прости, прости, моя ошибка! - пробормотал Вэй Усянь и торопливо развеял верёвки. – Я думал, ты ещё один враг.       Цзинь Цзысюань взглянул на трупы хейю, разбросанные по поляне, и издал звук глубокого отвращения.       - Почему ты здесь? - спросил Лань Ванцзи.       - Я пытался найти тебя последние три дня! - воскликнул Цзинь Цзысюань. - Лань Сичэнь предложил поспрашивать в Цинхэ, но Не Минцзюэ сказал, что ты уехал неделю назад! Если бы я не заметил вспышку твоего меча, кто знает, нашёл бы я тебя вообще когда-нибудь.       - Мы бы вернулись в Облачные Глубины через пару дней, - сказал Вэй Усянь и пожал плечами. Если предположить, что он не сможет найти для них других спонтанных ночных охот. - Зачем тебе нужен Лань Чжань?       Удивительно, но Цзинь Цзысюань покачал головой и посмотрел прямо на Вэй Усяня.       - Мне нужно, чтобы ты нашёл для меня Вэнь Цин. Никто другой не сможет исцелить болезнь моего отца.       - Ты шутишь?       - Жизнь моего отца в опасности! Зачем мне шутить в такое время?       Вэй Усянь вздохнул:       - Извини, но я не могу.       - Ты имеешь в виду, что не хочешь?       - Нет, я имею в виду, что не могу. Я не знаю, где она, и даже если бы я знал, то вряд ли смог бы туда добраться, - объяснил ему Вэй Усянь. - Что ещё более важно, даже если бы я смог, могу с уверенностью сказать, что твой отец единственный человек в мире, кого бы она никогда, ни при каких обстоятельствах не стала бы исцелять. Он виновен в смерти её брата, пусть и косвенно. Он загнал её и её семью в Могильные Курганы и с радостью истребил бы её и всех остальных прямо там, если бы им не удалось сбежать. Она и пальцем не пошевелит, чтобы спасти ему жизнь.       Цзинь Цзысюань повернулся к Лань Ванцзи:       - Сможешь ли ты убедить его мыслить здраво?       - Вэй Ин говорит правду, - ответил Второй Нефрит. Затем он покачал головой с холодным весёлым блеском в глазах. - Жизнь Цзинь Гуаншаня не стоит спасать.       - Он мой отец! – в сердцах выкрикнул Цзинь Цзысюань, в то время как Вэй Усянь изо всех сил старался не рассмеяться над невероятно резким (но очень правдивым) заявлением своего мужа. - Каким бы я был сыном, если бы просто стоял рядом и позволил ему умереть?!       - Мне не дали выбора, - медленно произнёс Лань Ванцзи.       - Это было совсем другое дело, - огрызнулся Цзинь Цзысюань, но на его лице отразился неловкий дискомфорт. - Что было…       - Ты должен быть просто благодарен, что не потерял его на войне, как большинство людей нашего поколения, - заметил Вэй Усянь. - У тебя есть шанс быть рядом с ним, когда он уйдёт, а не валяться связанным в лодке, которую отправляют прочь, пока твой отец уходит, чтобы умереть. Или навещать родственников своей матери, совершенно не подозревая, что твоих родителей убили.       Цзинь Цзысюань вздрогнул. Шицзе, вероятно, рассказала ему всё о том, что ей пришлось пережить, когда она впервые услышала о нападении на Пристань Лотоса.       - Разве это так неправильно, что я хочу, чтобы у моего сына был хотя бы один живой дедушка, пока он растёт?       - У большинства детей его поколения их нет. У многих из них даже нет родителей.       Даже среди простых людей кампания «Выстрел в Солнце» имела разрушительные последствия.       - Ты, правда, не поможешь мне?       - Я не понимаю, что, по твоему мнению, я мог бы сделать, - сказал Вэй Усянь. - Вэнь Цин в том месте, куда мы не сможем добраться. И я определённо не знаю никакого способа исцелять людей.       Глубокий, печальный вздох.       - Значит, у вас двоих есть ещё один способ помочь, - печально проговорил Цзинь Цзысюань. - Возможно, уже слишком поздно спасать моему отцу жизнь, но ты, по крайней мере, можешь отомстить за него.       - Отомстить? Я думал, ты сказал, что он болен.       - Лисья болезнь. - Цзинь Цзысюань поморщился: - Он запретил кому-либо из Ордена Цзинь причинять ей вред и пригрозил даже мне суровым наказанием, если мы хотя бы прикоснёмся к ней. Но ты не Цзинь. Ты можешь убить Да Цичжу для меня.       - Как мог Цзинь Гуаншань позволить духу лисы обмануть себя? - потрясённо спросил Вэй Усянь.       Это была ошибка, которую не допустили бы даже заклинатель самого низкого уровня!       - Я не знаю. Она прибыла около шести месяцев назад и её назвали приглашённой ученицей, - поведал Цзинь Цзысюань. - Как только она приглянулась моему отцу, некоторые из нас попытались от неё избавиться. Мне повезло; он всего несколько раз ударил меня плетью. - Цзинь Гуаншань избил своего наследника?! За попытку спасти его от страсти к духу лисы? - Другим не так повезло. Их вдовы и сироты были изгнаны из Ланьлина.       - Он убил членов своего Ордена?       - Я не знаю, как Да Цичжу наложила на него такое заклинание, но к настоящему времени она высосала из него почти всю энергию, - продолжил рассказ Цзинь Цзысюань. - Мы послали за всеми лучшими целителями, но они ничего не могут сделать, пока она продолжает лежать в его постели. Но он никого не слушает и не желает отсылать её даже на одну ночь!       Инстинкт Вэй Усяня подсказывал, что Цзинь Гуаншань заслужил именно такую унизительную смерть. Но его отказ помочь был бы неуважением по отношению к невиновным людям, которые были казнены за попытку вмешаться.       - Почему ты не послал за помощью раньше? - спросил Лань Ванцзи. - Если бы лису убили раньше, его жизнь не была бы в опасности.       - Я пытался, но каждый раз что-то возникало и мешало мне. - Цзинь Цзысюань нахмурился. - Иногда вмешивался сам отец, иногда это был Гуанъяо, иногда это был Сюэ… - Он остановился на полуслове, услышав шаги в лесу позади него, и тихо спросил: - Это ещё те звери?       - Нет. - Вэй Усянь безошибочно чувствовал холод обращённых мертвецов и слышал их глухой вкрадчивый шёпот. – Свирепые трупы. По меньшей мере, сотня.       - Как их могло быть так много, а ты до сих пор не знал?! - требовательно спросил Цзинь Цзысюань и, выхватив меч, отступил, чтобы встать в одну линию с Вэй Усянем и Лань Ванцзи.       Все трое стояли лицом к врагу, который медленно приближался к ним из глубины тёмного леса.       - Их не было.       - Вэй Ин?       Лань Ванцзи выглядел обеспокоенным.       - Лань Чжань, ты сказал, что уничтожил Тигриную Печать Преисподней.       - Да, - твёрдо ответил тот, убирал Бичень в ножны и призвал свой гуцинь, готовясь к битве с нежитью.       - Эти трупы просто пропитаны её энергетикой, - заявил Вэй Усянь. - Они были воскрешены с её помощью. Я уверен.       - Когда я пошёл к Могильным Курганам, там были разбросаны её части, - сообщил Цзинь Цзысюань. - Просто фрагменты.       - Значит, кто-то использует эти фрагменты.       По словам Хуайсана, это мог быть либо Цзинь Гуанъяо, либо тот приглашённый заклинатель, которого так ненавидел Не Минцзюэ. Вэй Усянь надеялся, что последний.       - Так сделай что-нибудь с этим!       - Что именно? - поинтересовался Вэй Усянь, с неприязнью глядя на Цзинь Цзысюаня.       - Возьмите их под свой контроль!       - Каким бы демоническим она ни была, Тигриная Печать Преисподней - духовный инструмент, как и любой другой, - объяснил ему Вэй Усянь. – Она работает у любого, кто держит её в руках. К сожалению, в данный момент это не я.       - Разве ты не можешь просто контролировать трупы? Я думал, у тебя есть какая-то мистическая связь со всем мёртвым! - воскликнул Цзинь Цзысюань.       Вэй Усянь закатил глаза.       - Да, у меня есть связь с мёртвыми с тех пор, как Вэнь Чао сбросил меня в Могильные Курганы, но эта связь не всесильна. Никто, кроме носителя Тигриной Печати Преисподней, не может контролировать трупы, поднятые ею. - За исключением, пожалуй, Саньлана, но казалось маловероятным, что он чудесным образом появится и спасёт положение. - Мы могли бы получить контроль над ними, если бы заполучили Тигриную Печать Преисподней, но я думаю, что легче уничтожить их всех, чем отобрать Печать у того, у кого она прямо сейчас.       - Думаю, я знаю, кто это, - прорычал Цзинь Цзысюань, глядя в темноту за трупами, которые теперь начали выходить на поляну.       Лань Ванцзи заиграл атакующие аккорды на своём гуцине, Цзинь Цзысюань устремился в атаку с Суйхуа, а Вэй Усянь бросил несколько своих талисманов в приближающегося врага. Но его взгляд метался по лесу вокруг них. Волны силы Тигриной Печати Преисподней по-прежнему исходили от её носителя, пробуждая всех мертвецов, которых она могла найти, наступать.       По пути сюда они миновали большое кладбище.       Если бы это разбудило всех мертвецов…       - Я сейчас вернусь, - крикнул мужу Вэй Усянь и побежал так быстро, как только мог, применяя все известные ему трюки, чтобы набрать больше скорости.       Он добрался до кладбища ещё до того, как аура Тигриной Печати Преисподней даже приблизилась к нему. Вытащив нефритовую флейту из мешочка-цянькунь, Вэй Усянь печально закрыл глаза:       - Мне очень жаль, Лань Чжань.       Он начал играть, и мертвецы вокруг него принялись выбираться из могил. Как и у многих из тех, кто сейчас приближался к Лань Ванцзи и Цзинь Цзысюаню, у большинства этих трупов на костях осталось мало плоти, и они могли двигаться только благодаря силе его влияния на все мёртвые существа. Однако, в отличие от скелетов, вызванных вражеским заклинателем, многие из них восстали с оружием и доспехами: это было кладбище, где какая-то древняя армия похоронила своих многочисленных павших после закончившейся битвы. Похоронила с оружием и всей амуницией.       Продолжая играть, Вэй Усянь повёл свои новые силы - около трёх или четырёх сотен человек - обратно туда, где его муж сражался со скелетами-марионетками другого демонического заклинателя. Он знал, что это была авантюра: если нынешний носитель Печати умеет достаточно хорошо резонировать с Тигриной Печатью Преисподней, он, возможно, сможет использовать её, чтобы захватить даже трупы, которые Вэй Усянь лично поднял. Но что ещё он мог сделать? К счастью, даже после того, как они вошли в зону контроля Тигриной Печати Преисподней, трупы продолжали подчиняться Вэй Усяню, так что удача (на данный момент) была на его стороне. Когда они приблизились к поляне, Вэй Усянь заиграл новую мелодию, приказав своим слугам-нежити победить всех движущихся мертвецов в лесу, но не причинять вреда ни одному живому существу.       С привычной лёгкостью засунув нефритовую флейту за пояс, он поспешил на поляну, и был встречен укоризненным взглядом.       - Я знаю, что нарушил своё обещание, - сказал он с беспомощной улыбкой, - но на это была единственная причина.       - Хм.       Прежде чем Лань Ванцзи успел сказать что-нибудь ещё, на поляне появилось больше свирепых трупов. Но эти были другими. Они не были глупыми и неповоротливыми. У них были навыки, ловкость и оружие заклинателей, а также белые одежды, от которых сердце Вэй Усяня содрогнулось.       - Заклинатели Ордена Гусу Лань?!       - Нет, - отрезал Лань Ванцзи. – Нет лобных лент.       - Это правда, но…       - Сюэ Ян! - крикнул Цзинь Цзысюань, блокируя удар меча, который держал один из свирепых трупов. - Тебе было недостаточно убить всех членов Ордена Молин Су, ты должен был сделать с ними ещё и это?!       - Ты говоришь это так, словно это что-то плохое, молодой господин Цзинь, - раздался насмешливый голос откуда-то из тени. Смутно знакомый насмешливый голос. - Они должны быть рады, что их смерть была так полезна Ордену Цзинь.       Это был голос человека в видениях «Сопереживания». Того, кто выставил этих полуживых фермеров на пути Не Минцзюэ, чтобы испортить его саблю энергией обиды этих несчастных.       - Чем это полезно?! – требовательно поинтересовался Цзинь Цзысюань и отступил назад, чтобы избежать нападения ещё двух трупов.       Лань Ванцзи прыгнул к нему, чтобы помочь отбиться.       - Конечно же, они собираются избавить Орден от его самого большого препятствия! – заявил демонический заклинатель и вышел на поляну.       Теперь, когда Вэй Усянь внимательно рассмотрел его, он был удивлён увиденным. Говорящий - Сюэ Ян, как назвал его Цзинь Цзысюань, - на вид был подростком, примерно того же возраста, что был Вэй Усянь, когда Орден Вэнь разрушил Пристань Лотоса. У него было стройное телосложение и красивое лицо, искажённое злобой.       - И что это за препятствие? - спросил Цзинь Цзысюань.       - Бесполезный и недальновидный наследник!       Цзинь Цзысюань попытался возразить, но у него не было для этого свободного дыхания, и ему пришлось сосредоточить все свои силы на защите от атак четырёх мёртвых заклинателей. Даже, несмотря на то, что Лань Ванцзи помогал ему, было слишком сложно справляться с ними и одновременно вести разговор.       После того, как Сюэ Ян с самодовольной ухмылкой оглядел бедственное положение, в котором оказался наследник, он обратил своё внимание на Вэй Усяня, и его улыбка стала одновременно гордой и какой-то голодной. Он начал прогуливаться по поляне, как будто его не заботила хаотичная битва, происходящая вокруг него, в то время как недавно поднятые мёртвые силы Вэй Усяня уничтожали его собственные. Не зная, чего хочет от него этот Сюэ Ян, Вэй Усянь мог только вытащить свой меч, каким бы бесполезным он ни был, готовый защищать себя в случае необходимости.       - О, тебе он не понадобится, учитель Вэй, - со смехом заявил демонический заклинатель. - Зачем мне причинять вред гению-основателю?       Вэй Усянь поморщился:       - Ты меня с кем-то спутал.       Сюэ Ян хохотнул и указал на легионы мертвецов, окружавшие их.       - Правда? Кто ещё мог так быстро собрать столько трупов?- Он мрачно усмехнулся. - Кроме того, ты именно там, где и предсказывал Ляньфан-цзунь: порабощён похотью Ханьгуан-цзюня.       Вэй Усянь рассмеялся, а Сюэ Яну пришлось отпрыгнуть назад, чтобы избежать контакта с остриём Биченя, направленным на него.       - Ты совершенно не понимаешь, о чём говоришь. Я не чей-то раб, ни в спальне, ни где-либо ещё, - заявил Вэй Усянь и махнул Лань Ванцзи рукой.       Это был бой, с которым он мог справиться самостоятельно. (Он надеялся.) Для его мужа было важнее разобраться с этими свирепыми трупами, которые явно всё ещё сохраняли хоть какую-то часть своего интеллекта. Без сомнения, Сюэ Ян пытался повторить то, чего Вэй Усянь добился с Вэнь Нином.       - Тогда почему он заставляет тебя ходить в маске? - спросил Сюэ Ян. - Я срежу её с твоего лица, и тогда ты увидишь, что он тобой управляет!       С этими словами демонический заклинатель прыгнул к Вэй Усяню со зловещим мечом в руке.       Вэй Усянь, как мог, заблокировал удар:       - Это обычная маска, сделанная обычным мастером на рынке. Я ношу её, чтобы скрыть свою личность. Поскольку я должен быть мёртв и всё такое.       - Как только я прикончу этих двоих, тебе не нужно будет прятаться! – продолжал настаивать Сюэ Ян, яростно атакуя своим мечом. Однако он не давал особой силы своему клинку. Выглядело это так, будто он активно подавлял силу меча, вероятно, потому, что думал, что сможет достучаться до Вэй Усяня словами. - Старик умрёт со дня на день, и Ляньфан-цзунь встретит тебя в Башне Кои в качестве приглашённого заклинателя. Мы сможем работать вместе, чтобы восстановить Тигриную Печать Преисподней в её первоначальном виде, и тогда кто сможет противостоять нам? Ты мог бы добиться успеха там, где Цзинь Гуаншань потерпел неудачу и стал новым главным заклинателем, правящим всем миром!       - Вот уж нет. - Вэй Усянь осторожно полез в свою мантию в поисках талисмана. - Кому нужна вся эта ответственность? Хорошая спокойная жизнь с мужем и сыном - это всё, чего я хочу. Сад, хорошее вино, хорошая еда, возможность навещать свою семью, когда захочу. У меня есть всё, что мне нужно в жизни.       - Это говорит его контроль над твоим разумом! – Сюэ Ян усмехнулся. - Как может Старейшина Илина быть удовлетворён крестьянской жизнью?       Вэй Усянь ослабил хватку на мече и попытался исправить свою стойку, прежде чем Сюэ Ян сможет воспользоваться его слабостью и выбить клинок у него из рук.       - Что плохого в крестьянской жизни? - спросил он, пытаясь казаться гораздо более уверенным, чем сейчас, и швырнул талисман в Сюэ Яна. Талисман вспыхнул в воздухе, и бжественные веревки, возникшие из ниоткуда, обездвижили юношу. - Не пренебрегай тишиной и покоем, пока не попробуешь это. Хотя, возможно, такой маленький бандит, как ты, не смог бы оценить деревенскую идиллию, даже если бы тебе удалось её испытать.       Взглянув на битву вокруг них, Вэй Усянь увидел, что все силы Сюэ Яна повержены, за исключением четырёх бывших заклинателей клана Молин Су. Их движения были слишком хороши. Сюэ Ян, должно быть, следовал каждому шагу, который Вэй Усянь описал в своих записях о том, как он восстановил разум Вэнь Нина.       Если бы он только не записал всё это!       Но если к мертвецам вернулся разум, почему они напали на Лань Ванцзи и Цзинь Цзысюаня? Сюэ Ян явно всё ещё каким-то образом контролировал их. Вэй Усянь полез в мантию юноши, игнорируя его насмешливые замечания, и обыскивал его до тех пор, пока не нашёл Тигриную Печать Преисподней.       Её аккуратно собрали обратно с помощью простой пайки, и выглядела она беспорядочно, но деталей было достаточно, чтобы в ней всё ещё сохранялось удивительное количество энергии. Собравшись с духом, Вэй Усянь позволил своему разуму войти в контакт с Печатью, фрагментарными душами и обиженной энергией внутри неё. Он использовал её силу, чтобы связаться с бывшими заклинателями Ордена Молин Су, но их разум был заблокирован физически.       Поморщившись, Вэй Усянь достал из своей мантии талисманы и мешочек, запечатывающий зло. Он спрятал Печать в мешочек, а затем приготовил ещё несколько талисманов, создающих божественные верёвки.       - Я собираюсь связать их! – крикнул он Лань Ванцзи и Цзинь Цзысюаню. - Будьте осторожны, не перережьте верёвки!       Не дожидаясь, пока заклинатели подтвердят его просьбу, он бросил талисманы в мёртвых заклинателей, и один за другим те остановились, туго обмотанные путами.       - Как ты думаешь, какая польза от этого, учитель Вэй? – усмехнулся Сюэ Ян позади него. - Они всё ещё мои рабы! Но если ты отпустишь меня, тогда…       Его слова были прерваны, когда Лань Ванцзи запечатал его рот заклинанием молчания.       - Спасибо. - Вэй Усянь покачал головой - Так вот на что это похоже - пытаться поддерживать со мной беседу? - спросил он, глядя на Цзинь Цзысюаня.       - Нет, он ещё хуже, чем ты.       - Спасибо. Наверное.       - Есть ли причина, по которой мы их не убиваем? - спросил Цзинь Цзысюань, указывая на свирепые трупы. - Если они вырвутся из этих веревок…       - Я думаю, что есть лучшее решение, - перебил его Вэй Усянь. - Дай мне просто взглянуть на них.       Он подошёл к ближайшему мертвецу, ощупал его череп и действительно почувствовал твёрдый, холодный металл, торчащий из затылка мужчины: в его голову были вбиты два гвоздя. Вэй Усянь осторожно вытащил их и увидел, что на них написаны заклинания.       - Теперь он должен прийти в себя. Я думаю. Я надеюсь.       - Ты не внушаешь мне никакой уверенности, - заявил Цзинь Цзысюань, когда Вэй Усянь начал выдергивать гвозди из следующего трупа ученика Молин Су.       Пока Вэй Усянь занялся третьим свирепым трупом, Лань Ванцзи вытянул гвозди из черепа четвёртого. К этому времени оставшиеся мертвецы, которых поднял Вэй Усянь, окружили их, желая услышать его приказ и разорвать на части четыре оставшихся свирепых трупа Сюэ Яна. Вэй Усянь поспешно поднёс флейту к губам и сыграл несколько нот.       - Куда они идут? - спросил Цзинь Цзысюань, когда трупы начали уходить.       - Назад в могилы. Вернуться к своему упокоению.       - Это сработает? Они не восстанут позже?       - Они, вероятно, развалятся на куски, как только вернутся в землю, - ответил Вэй Усянь. - Это то, что случалось в прошлом, когда я позволял трупу выйти из-под моего контроля. Им это, видимо, не на пользу.       - Для Вэй Ина это тоже нехорошо.       - Я знаю, Лань Чжань, знаю. Мне жаль, что я нарушил своё обещание, но какая польза в том, чтобы сдержать обещание, данное мертвецу?       Лань Ванцзи издал тихий звук, почти смешок:       - Не делай этого больше.       - Я не буду. Если только твоя жизнь снова не окажется в опасности.       - Мн.       - Ч… что… где…?       Незнакомый голос прорезал воздух прежде, чем они смогли перейти к романтическим разговорам.       Вэй Усянь подошел к трупу заклинателя Молин Су, из которого он первым выдернул гвозди, и спросил:       - Ты знаешь, кто ты?       - Я... Су... - начал мужчина, но затем остановился. - Нет. Я не. Я не могу.       - Хм.       «В конце концов, Сюэ Ян не смог воссоздать то, что я сделал для Вэнь Нина, - размышлял Вэй Усянь. - Тем не менее, есть ясность мысли. Это многообещающее начало».       Остальные трое заклинателей Молин Су были не в лучшем психическом состоянии. У них оставались их навыки, и они могли говорить, но они не помнили, кем были до смерти. Однако они не проявляли злобы, и, казалось, были готовы подчиняться приказам.       Всё время, пока Вэй Усянь опрашивал трупы учеников Молин Су, Цзинь Цзысюань ходил взад-вперёд по поляне, периодически останавливаясь, чтобы пнуть Сюэ Яна.       - Что нам теперь с ними делать? – требовательно спросил он, как только Вэй Усянь закончил с допросами. - Они, конечно, не могут летать в таком состоянии.       - Сомневаюсь, - согласился Вэй Усянь. - Но я тоже не могу летать.       - Тогда тебе придётся следовать за трупами, - сказал Цзинь Цзысюань. - Мне не стоит ждать так долго. Что, если этот монстр напал на А-Ли, прежде чем напасть на меня?!       Глаза Вэй Усяня расширились.       - Шицзе может быть в опасности?! - Он повернулся к трупам и снял связывающие их веревки, затем вытащил флейту, чтобы убедиться, что они правильно выполнят его приказ. Он велел им вернуться к Башню Кои и не причинять вреда никому и ничему на своём пути. Если что-нибудь нападёт на них, они должны будут пассивно принять травму и двигаться дальше. Уладив это, Вэй Усянь вернул флейту в мешочек-цянькунь и засунул тот в свою мантию, а потом отправил запечатывающий зло мешочек с Тигриной Печатью преисподней в рукав мантии Лань Ванцзи. - Лучше всего, чтобы у меня её не было, если мы собираемся в Башню Кои. Ты ведь сможешь нести меня, верно? - спросил он, не желая тратить время на обратный путь в город, где они оставили своих лошадей.       - Мн.       - Что насчёт него? - спросил Цзинь Цзысюань, указывая на Сюэ Яна. - Если мы оставим его, он может сбежать.       - Ты можешь нести его на своём мече.       - Что?!       Вэй Усянь не стал ждать его жалоб. Лань Ванцзи уже ступил на Бичень, и он запрыгнул на лезвие перед ним. К тому времени, когда Цзысюань догнал их на Суйхуа, они были высоко над деревьями, а Сюэ Ян болтался под мечом наследника Цзинь вверх ногами.              * * *       Солнце уже почти сползло за горизонт, когда они приблизились к Башне Кои.       - Мне лучше не говорить, когда мы доберёмся туда, - сказал Вэй Усянь. - Не там, где меня могут услышать. Слишком много людей знают мой голос.       - Мн.       Цзинь Цзысюань приблизился к ним на Суйхуа и крикнул:       - Если ты снова не заткнёшь Сюэ Яна, я его брошу!       - Мн.       Лань Ванцзи снова использовал заклинание молчания на Сюэ Яне, и наследник Цзинь с облегчением выдохнул:       - Слава богам! Кто-то должен отрезать ему язык и заставить замолчать навсегда.       - На мой вкус, это слишком, лично для него, - прокомментировал Вэй Усянь. – Хотя, я предпочитаю, чтобы мои враги поступали друг с другом подобным образом, чем покрывать свои руки кровью.       Цзинь Цзысюань издал звук отвращения и увеличил скорость полёта.       Вэй Усянь рассмеялся:       - Я что-то не так сказал?       - Мн.       Лань Ванцзи также увеличил скорость Биченя, и вскоре оба меча уже снижались к величественным ступеням главной лестницы Башни Кои. Казалось, все бегали вокруг в волнении, и Вэй Усянь сомневался, что это волнение вызвано появление всего лишь двух мечей, несущих четырёх человек.       Несколько заклинателей, одетых в мантии Ордена Цзинь, явно младшие ученики, бросились к ним, когда они приземлились.       - Глава! - закричали они и низко поклонились Цзинь Цзысюаню.       - Что? Что... мой отец?..       - Он умер сегодня утром, - подтвердил один из учеников. - Ляньфан-цзунь принял на себя командование до Вашего возвращения.       - Где он сейчас? - спросил Цзинь Цзысюань.       - Я думаю, в зале для аудиенций, глава.       - Я поговорю с ним там. А как насчёт моей жены и сына? С ними всё в порядке?       Ученики в замешательстве переглянулись.       - Я ничего другого не слышал, - наконец, сказал один из них. - Кто-то сказал, что это не так, глава?       - Нет, я просто… неважно. Я направляюсь внутрь. А вы найдите эту лису и тащите её ко мне!       - Да, глава! – хором ответили заклинатели с довольными лицами и побежали прочь.       Цзинь Цзысюань же проследовал к главным зданиям, увлекая за собой связанного Сюэ Яна. Не желая пропустить то, что должно было произойти дальше, Вэй Усянь тоже последовал за ним. Лань Ванцзи шагал рядом с ним. Какая-то часть разума говорила опальному Старейшине Илина, что это самая глупая вещь, которую он только мог сделать прямо сейчас – даже после смерти Цзинь Гуаншаня Башня Кои оставалась местом, где была самая высокая концентрация его врагов – но после того, как он уже зашёл так далеко, что ещё он мог сделать? Если бы Вэй Усянь хотел действовать разумно, он бы позволил двум своим спутникам улететь без него, вернулся бы в город за лошадьми и сопровождал бы трупы учеников Молин Су по земле, терпеливо ожидая возможности узнать, что произошло. После того, как всё закончится.       Но как он мог так поступить? Особенно, если его шицзе могла быть в опасности!       Никто не сказал им ни слова, пока они не достигли зала для аудиенций, где Цзинь Гуанъяо сидел на месте главы Ордена, как если бы оно было его собственным, и отдавал приказы различным слугам. Увидев входящего брата, он вскочил на ноги и, поклонившись, воскликнул:       - Ах, ты благополучно вернулся! Тебя не было так долго, что я начал опасаться худшего. - Его взгляд упал на Сюэ Яна, и он повернул озадаченное лицо к Цзинь Цзысюаню. - Что случилось?       - Эта дворняга пыталась меня убить! – громко заявил Цзинь Цзысюань и грубо толкнул Сюэ Яна на пол. - И если бы там не было Ханьгуан-цзюня, он мог бы добиться успеха.       - Какое прискорбное положение дел! - вскричал Цзинь Гуанъяо и махнул охранникам, которые немедленно подбежали и подняли Сюэ Яна подмышки. - Отведите его в темницу для допроса! - приказал он. - Мы должны выяснить, что заставило его так неблагодарно напасть на моего брата.       Охранники кивнули и потащили Сюэ Яна к дверям. Как только они ушли, Цзинь Цзысюань подошёл и сел на место своего отца - нет, теперь это было его место - и посмотрел на своего сводного брата.:       - Что случилось? Когда умер отец?       - Ранним утром, - ответил Цзинь Гуанъяо. - С ним была только приглашённая ученица, когда…       - Приглашённая ученица? - повторил Цзинь Цзысюань. - Действительно ли мы теперь позволяем лисам быть приглашёнными учениками? Называй её так, как она есть - зверь яо, ответственный за смерть моего отца!       - Совершенно верно, - поспешно согласился Цзинь Гуанъяо, и его постоянная улыбка внезапно стала более натянутой.       - Где она сейчас?       - Я не видел её с утра.       - Возможно, она сбежала, - вмешался Лань Ванцзи. - Лисы обычно не задерживаются.       Конечно, они также обычно не нападали на заклинателей и не проникали в их Ордены и кланы, заявляя, что сами являются заклинателями. Это явно не был типичный лисий дух… но Вэй Усянь не мог сказать этого вслух, не так ли? Необходимость держать язык за зубами уже убивала его! Ему следовало попросить Лань Ванцзи наложить на него заклинание молчания, чтобы у него не было другого выбора, кроме как молчать в тряпочку…       - Ванцзи совершенно прав, - сказал Цзинь Гуанъяо, слегка поклонившись ему. - Как и ожидалось. Но кто твой спутник?       - Он приглашённый заклинатель Гусу Лань, - заявил Цзинь Цзысюань. - Потерял язык в результате того же несчастного случая, из-за которой на его лице остались шрамы.       - Какой ужас! - воскликнул Цзинь Гуанъяо, всё ещё улыбаясь.       От этой улыбки Вэй Усянь похолодел. Цзинь Гуанъяо точно знал, кто он. В этом не могло быть никаких сомнений, особенно после того, что сказал Сюэ Ян.       - Цзысюань!       Голос шицзе отвлёк Вэй Усяня от беспокойства.       Цзинь Цзысюань поднялся со своего места и поспешил навстречу жене, когда она с маленьким Цзинь Лином на руках вбежала в зал. Он обнял их обоих с почти отчаянной страстью, хотя объятия были и немного неловкими, потому что шицзе, по всей видимости, была снова беременна.       Почему никто не сказал Вэй Усяню, что его шицзе ждёт второго ребенка?! Похоже, малыш родится через два-три месяца. Как не пошли слухи?       - С тобой всё в порядке, А-Ли?       - Конечно, - заверила его шицзе и мягко улыбнулась. - За исключением того, что я беспокоюсь о тебе! Как могло уйти так много времени, чтобы добраться до Облачных Глубин и обратно?       - Они уехали в путешествие, - ответил Цзинь Цзысюань и указал на Вэй Усяня и Лань Чжаня.       Шицзе посмотрела в их сторону и слегка ахнула при виде лица Вэй Усяня в маске. Но затем она широко улыбнулась, повторяя улыбку на его собственном лице.       - Что ж, я рада, что ты смог найти Ханьгуан-цзюня, - произнесла она, поворачиваясь к мужу. - Просто жаль, что было слишком поздно.       Цзинь Цзысюань кивнул.       - Никто… - Он оборвал себя и взглянул на своего маленького сына, который невинно улыбался ему. - Пока меня не было, у тебя не было никаких необычных посетителей, А-Ли?       Шицзе покачала головой.       - Не совсем. Да Цичжу приходила к нам сегодня утром, как раз перед тем, как твоя мать сказала нам, что твой отец умер.       - Чего она от тебя хотела?!       - Ничего. Она просто погладила А-Лина по голове и сказала, что он чудесный ребёнок, и как нам повезло, что он у нас появился.       В страхе Цзинь Цзысюань поднял сына на руки и вгляделся в его личико.       - Она не причинила тебе вреда, не так ли?       - Со мной всё в порядке, папочка.       Не успокоенный словами ребёнка, Цзинь Цзысюань повернулся к Лань Ванцзи:       - Знаете ли вы какие-нибудь способы определить, прокляла ли лиса кого-то?       Лань Ванцзи покачал головой. Большинство остальных в зале, вероятно, подумали, что это был очень пустой ответ, но Вэй Усянь видел раздражение в глазах своего мужа. Абсурдно думать, что кого-то можно проклясть, просто погладив по голове! Не говоря уже о невозможности легко обнаружить проклятие до того, как оно подействует! Тот, кто развивает такие навыки и подготовку, как Цзинь Цзысюань, должен был знать, что лучше не задавать такой глупый вопрос.       - Правда, Цзысюань, не нужно паниковать, - сказала шицзе. - Может быть, у меня нет навыков моих родителей, но ты правда думаешь, что я бы не заметила, если бы кто-то проклял моего сына прямо передо мной?       - Мне очень жаль, А-Ли, - смутился тот и передал ей ребёнка. - Я просто не вынесу, если с кем-нибудь из вас что-нибудь случится…       Шицзе рассмеялась и поцеловала его в щёку.       - Кто посмеет причинить нам вред, зная, что ты сделаешь с ними, если они даже попытаются? Не говоря уже о том, что сделал бы мой брат!       Несмотря на то, что Вэй Усянь знал, что она не могла включить его в своё заявление, когда их слушало так много людей, тот факт, что она это сделала, всё ещё причинял ему боль.       Вскоре после этого в комнате воцарился хаос: охранники вернулись и сообщили, что нигде не могут найти Да Цичжу, а следом прибыла госпожа Цзинь и принялась расточать слова любви к своему сыну, в то же время гневно прогоняя ублюдка своего мужа. В этом хаосе никто не обращал особого внимания на Вэй Усяня, поэтому он смог подойти к шицзе и нежно сжать её руку, единственное, что он мог сделать, чтобы пообщаться с ней, не раскрывая свою личность.       - Я так рада тебя видеть, - прошептала она, пожимая ему руку в ответ.