Часть 17

Лин стояла у калитки, наблюдая за тем, как её близнецы с максимальным усердием пытались вернуть былой вид клумбе соседей. День был солнечным, но для детей он оказался немного хуже, чем они ожидали. Клумба, которую они уничтожили накануне, теперь была похожа на поле битвы, а сами они, похоже, не очень-то представляли, что с ней делать. Оскар был в полном беспорядке — его лицо и руки были покрыты землёй, а лопата, которую он держал, казалась слишком тяжёлой для него. Он тыкал ей в землю, но скорее раздражённо, чем с какой-то определённой целью. Оливер, в свою очередь, старался выровнять землю, но вместо того, чтобы делать клумбу аккуратной, он создавал очередные холмики, как будто на поле боя. Его сосредоточенность была на том, чтобы строить «крепость», а не на том, чтобы верно посадить цветы. Их старания явно были поверхностными, и Лин сразу заметила, что они не слишком усердствуют, ожидая, что что-то само собой получится. Лин вздохнула, шагнув ближе, её строгий взгляд скользнул по детям. Она не любила таких отговорок, и уж точно не позволяла своим детям халтурить. В голове у неё промелькнула мысль: «Они опять надеются, что я не замечу их лени». Подойдя к ним, она мягко, но с твёрдостью в голосе сказала: — Оскар, Оливер, не выделывайтесь. Я прекрасно вижу, что вы здесь не работаете, а просто изображаете. Она чуть приподняла одну бровь, продолжая смотреть на них, но в её голосе не было злости. Лин была строгой, но её любовь к детям всегда проглядывала через её слова, даже если она пыталась быть строгой. Это был её способ заставить их работать лучше, а не просто делать вид, что стараются. — Я понимаю, что копать клумбу — не самый захватывающий процесс, но это ваша обязанность, — продолжила она, улыбаясь уголками губ. — Так что либо берётесь за дело по-настоящему, либо я вам дам задание на следующую неделю... и поверьте, вы этого не захотите. Её голос оставался спокойным, но твёрдым, как всегда, когда она устанавливала правила. Она знала, как шутить с детьми, но всегда в нужный момент. И сейчас, хотя её слова были строгими, её взгляд говорил больше, чем всё остальное — она просто хотела, чтобы они действительно постарались. Оскар и Оливер, стоя с лопатами в руках, обменялись взглядами, понимая, что их мать, как всегда, права. Лин не позволяла им халтурить, и они прекрасно знали, что если не прилагать усилий, она не будет довольна. Однако что-то всё-таки терзало их, и, как только они услышали её слова, оба одновременно обвели взглядом клумбу и потом посмотрели друг на друга с явным недоумением. — Мама... — начал Оскар, так как он всегда был более разговорчивым. — Почему мы не можем попросить Столаса помочь восстановить клумбу с помощью магии? Это ведь гораздо быстрее, чем вручную, а? Оливер добавил, с сомнением покачав головой: — Да, он же может сделать это за секунду! Он с лёгкостью починил твои цветы вчера. Клумба бы уже была готова! После вопроса близнецов Лин резко напряглась. Её лицо мгновенно изменилось, и она начала оглядываться по сторонам, словно боясь, что кто-то может подслушать их разговор. Она чувствовала, как тревога мгновенно охватывает её, и, оттолкнув в сторону первые мысли, сдержала нервный вздох. Это было совсем не то, о чём она хотела бы, чтобы кто-то узнал. В её голове пронеслась мысль: «Никто не должен знать, что Столас у нас гостит». Она по-прежнему помнила, как Милли просила скрывать его присутствие от посторонних, особенно от соседей, и ни в коем случае не хотелось, чтобы кто-то заговорил об этом. Даже упоминание его имени могло привести к нежелательным слухам. Лин быстро подняла руку, заставив близнецов замолчать, и сдержанно, но уверенно сказала: — Тсс! Тише, — её голос был почти шепотом, но в нём явно звучала тревога. — Никому, слышите? Ни одному живому существу не говорите об этом. Она нервно оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что никто не слышал. Напряжение на её лице было явным, она не могла допустить, чтобы кто-то, особенно в их районе, узнал, что Столас находился у них. Слишком многие знали, что Столас был не просто аристократом, но и имел определённую репутацию, которая могла вызвать много лишних вопросов. Оскар и Оливер переглянулись, удивлённые её реакции, но быстро поняли, что для неё это не шутка. Увидев её серьёзность, они молча кивнули, хотя в глазах блеск любопытства не исчезал. — Ладно, мама, не будем, — сказал Оливер, сдержанно улыбнувшись. — Не будем болтать. Лин ещё пару секунд постояла, оглядываясь, чтобы убедиться, что всё в порядке. Когда она окончательно убедилась, что ни одно ухо не подслушивает, она вздохнула с облегчением и чуть расслабилась. Она не любила быть так напряжённой, но в такие моменты нельзя было быть осторожнее. — И никакого больше упоминания об этом! — напомнила она, как бы саму себя успокаивая. Оскар и Оливер обменялись взглядами, после чего одновременно кивнули матери, показывая, что поняли её серьёзность. Однако по их лицам было видно: их энтузиазм по поводу работы на клумбе остался где-то в параллельной вселенной. Они подняли свои лопаты, словно это были самые тяжёлые инструменты в мире, и с преувеличенным вздохом принялись за дело. Оскар небрежно копнул землю и тут же остановился, чтобы рассмотреть что-то явно несуществующее на своей ладони. — Оливер, а как ты думаешь, у нас хоть что-нибудь получится? — протянул он, глядя на клумбу так, словно она была полем необъятного труда. Оливер, бросив лопату на землю и глядя на её рукоять, как на злейшего врага, лишь пожал плечами: — Ага, если ты будешь копать не так лениво, как дышишь. Лёгкий смех между ними сменился усталым молчанием, но под строгим взглядом Лин они всё же продолжили возиться с клумбой. Оливер взялся за лопату чуть серьёзнее и начал старательно ровнять землю. Однако каждый раз, когда они думали, что мать не смотрит, его украдкой тыкал пальцем Оскар. Он усмешкой притворился, что собирается посадить цветок… корнями вверх. — Думаешь, так быстрее вырастет? — спросил он, поднимая растение, чтобы показать Оливеру. — Сто процентов, — фыркнул Оливер, пряча смешок. — Мам, глянь, мы великие агрономы! — Агрономы, говорите? — раздался голос Лин, которая моментально вернулась к строгому тону. — Если не хотите, чтобы эта клумба стала для вас домом, вы сейчас же прекратите страдать хернёй, и продолжите убирать за собой! Близнецы моментально принялись за работу. Уже без лишних слов они начали всерьёз разравнивать землю и аккуратно высаживать растения. Каждый раз, когда один из них ловил строгий взгляд матери, они торопливо выправляли свои ошибки, надеясь не попасть под её внимательный контроль. Несмотря на это, они то и дело переглядывались и шептали друг другу шутки, пока Лин не прищурила глаза и строго сказала: — Я слышу каждое ваше слово. Это заставило их замолчать, но ненадолго — через пару минут они снова начали тихонько шептаться, стараясь при этом всё-таки сделать вид, что работают на совесть. Лин стояла, наблюдая за тем, как её близнецы лениво копошатся в земле, и поняла, что одного только её строгого взгляда недостаточно, чтобы заставить их по-настоящему взяться за дело. Она знала своих сыновей слишком хорошо — как только она отвернётся, их энтузиазм снова улетучится, и они продолжат халтурить. Вздохнув, Лин прищурила глаза, задумавшись, как заставить их работать с полной отдачей. И тут её осенило. Она вспомнила, как близнецы, увидев Столаса, чуть ли не подпрыгивали от восторга. Они сыпали вопросами о магии, его жизнь и о том, каково это быть такой важной персоной. Глаза Лин блеснули хитростью — она знала, как использовать это в своих интересах. Подойдя ближе, она сложила руки на груди и посмотрела на них так, словно собиралась объявить нечто крайне важное. — Знаете, — начала она с ноткой задумчивости в голосе, — вчера наш гость рассказывал мне кое-что очень интересное. Оскар тут же выпрямился, держась за лопату, как за микрофон. — Правда? Что он сказал?! Оливер, нахмурившись, тоже обратил на неё внимание. — Он что, про нас говорил? Лин нарочно сделала паузу, чтобы заинтриговать их. Затем, подавляя улыбку, продолжила: — Он сказал, что наблюдает за вами. Ну, не напрямую, конечно, а так...издалека. И сказал, что может определить, кто из вас лучший работник. У близнецов глаза округлились, и они переглянулись. — Он нас оценивает? — переспросил Оливер, явно уже представляя, как Столас смотрит на него через какое-то магическое зеркало. Оскар чуть ли не вскрикнул: — И что он говорил?! Лин притворно задумалась, смотря на них, как будто взвешивая свои слова. — Пока ничего конкретного, — ответила она. — Но он сказал, что хочет увидеть, насколько хорошо вы справляетесь с делами. Особенно такими важными, как восстановление клумбы. Оскар и Оливер снова переглянулись, а затем, будто по команде, резко взялись за свои лопаты. Они начали копать землю так усердно, будто от этого зависела их судьба. Лин стояла в стороне, подавляя смешок, видя, как её хитрость сработала. Она поняла, что упоминание Столаса — лучший мотиватор для близнецов, которые восхищались им больше, чем кем-либо ещё. Конечно, она понимала, что принц за ними не наблюдает, но это был тот случай, когда маленькая ложь служила большим целям. — Вот так-то лучше, — тихо сказала она самой себе, наблюдая за тем, как её сыновья наконец-то принялись за работу по-настоящему. Лин, наблюдая за тем, как близнецы, воодушевлённые её маленькой хитростью, начали работать с явным рвением, удовлетворённо кивнула. Земля летела из-под их лопат, цветы начали находить своё место в клумбе, и, что самое удивительное, между ними почти не было обычных подначек и споров. Ну, почти... Она чуть задержалась, чтобы убедиться, что их энтузиазм не угаснет сразу же, как только она уйдёт. Подозрительно прищурившись, Лин сделала вид, что уходит, но остановилась за углом, чтобы краем глаза проверить, не притворяются ли они. К её удовольствию, Оскар и Оливер действительно продолжали трудиться. Пусть они и делали это в своём фирменном стиле, бросая друг другу шуточные комментарии, но клумба определённо преображалась. Лин облегчённо выдохнула и решила, что можно оставить их наедине с работой. — Ну что ж, раз у вас всё под контролем, я пойду посмотрю, как там дела в доме!— громко сказала она, чтобы они слышали. Близнецы лишь пробормотали что-то невнятное в ответ, полностью сосредоточенные на том, чтобы показать, что они действительно "лучшие работники", которых мог бы оценить Столас. С лёгкой улыбкой Лин направилась к дому, поправляя фартук. Она всегда гордилась своей способностью управлять близнецами без крика, хотя иногда для этого приходилось проявлять всю свою изобретательность. — Пусть теперь немного потрудятся, — тихо пробормотала она себе под нос, поднимаясь по ступенькам крыльца. — А я посмотрю, как там наш гость. Зайдя в свой двор, Лин остановилась на мгновение, удивлённо наблюдая за неожиданной сценой. На траве, недалеко от крыльца, сидел Столас, увлечённо играя с маленьким котёнком. Тот то и дело пытался схватить его пальцы или напрыгнуть на пёструю тряпочку, которую Столас шевелил перед ним, смеясь тихим, искренним смехом, каким он обычно пользовался, находясь вдали от своих титулов и обязательств. На нём всё ещё был бежевый платок, заботливо повязанный Лин, чтобы скрыть его выдающуюся внешность. Теперь, однако, он выглядел скорее частью образа, особенно с учётом того, как тряпочка с его рук привлекала внимание пушистого гостя. Котёнок, с изумительной грацией для такой крошечной сущности, прыгнул вверх, поймал тряпочку лапками и тут же опрокинулся на спину. Столас захлопал в ладоши, как ребёнок, явно наслаждаясь моментом. Лин прищурилась, не скрывая лёгкой улыбки. Она пару секунд постояла в тени, раздумывая, стоит ли вмешиваться, но затем всё-таки сделала шаг вперёд. — У вас, я смотрю, дела гораздо важнее моих. — сказала она с лёгкой насмешкой, скрещивая руки на груди. Столас, вздрогнув, обернулся и поспешно спрятал тряпочку за спину, будто застигнутый за чем-то запрещённым. Его глаза заблестели, но он попытался придать лицу максимально серьёзное выражение. — О, Лин, я просто... ну, знаете... он сам ко мне подошёл, — быстро пояснил он, указывая на котёнка, который уже карабкался ему на колени. — Конечно, подошёл, — фыркнула Лин, качая головой. — Кто ж ещё так охотно развлекает наших хвостатых, если не ты? Столас на секунду замер, но затем улыбнулся, понимая, что она не сердится. — Признаюсь, он меня очаровал. Как можно устоять перед таким созданием? Лин только покачала головой. — Ну, он и соседей так очаровывает, а потом частенько заходит в чужие дворы, как в свои. Вот и сейчас у нас в гостях. Столас задумчиво посмотрел на котёнка, который, кажется, ни о чём не подозревал и продолжал играть с краем его платка. — Значит, ты соседский... — мягко сказал Столас, проводя рукой по пушистой шерсти. — А я уже почти решил, что ты тут обосновался. Он вздохнул, но не мог не улыбнуться, глядя в яркие, любопытные глазки. — Ну что ж, малыш, похоже, тебе пора домой. — сказал он с нежностью, слегка подталкивая котёнка к направлению соседского двора. Котёнок замер, взглянул на него так, будто понимал каждое слово, а потом неожиданно потянулся, потёрся о его руку и послушно направился в сторону забора. Столас проводил его взглядом, удивлённо наклонив голову. Лин, собираясь уже войти в дом, заметила, как котёнок, услышав слова Столаса, встал, потянулся, а затем послушно направился в сторону соседского двора. Она замерла на пороге, слегка приподняв брови, и медленно обернулась к Столасу, который смотрел вслед малышу с лёгкой улыбкой. — Это что сейчас было? — осторожно спросила она, подходя ближе. Столас обернулся к ней с невинным выражением лица, чуть склонив голову. — Что вы имеете в виду? Лин указала в сторону, куда ушёл котёнок. — Ты только что сказал ему уйти домой, и он... ушёл. Этот мелкий проказник упрямый, как осёл. Даже соседи его назад тащат с трудом. Столас мягко улыбнулся, прикладывая руку к сердцу. — Ну, я лишь попросил его. — ответил он с ноткой невинности. Лин прищурилась, сложив руки на груди. — Ты магию случайно не использовал? — спросила она тихо, но с улыбкой, явно полушутя. — Никакой магии, клянусь. — с лёгким смехом сказал он. — Возможно, он просто почувствовал, что я говорю искренне. Лин посмотрела на него, прикусив губу, чтобы не рассмеяться. — Искренне, говоришь? — тихо проговорила она, качая головой. — Слушай, ты и правда удивительный. Сначала мои георгины, теперь этот хвостатый. Столас снова усмехнулся, поклонившись слегка, будто принимая комплимент. — Возможно, у меня просто талант находить общий язык с теми, кто меня слушает. Лин улыбнулась чуть шире, посмотрев на него уже мягче. — Талант, значит... Ну что ж, главное, не используй его слишком активно, чтобы не привлекать лишнего внимания. Она сделала шаг назад и добавила уже спокойным, но тёплым тоном: — Но спасибо тебе. Даже этот мелкий упрямец кажется добрее рядом с тобой. Столас, слегка тронутый её словами, слегка поклонился, не скрывая довольной улыбки. Наблюдая, как Лин скрывается за дверью дома, принц на мгновение остался в одиночестве во дворе. Он бросил последний взгляд в сторону, где недавно исчез котёнок, улыбнулся и, поправив платок на голове, направился следом. Зайдя внутрь, он оказался в уютной кухне, где Лин уже начала разбирать несколько ящиков с овощами, явно готовясь к каким-то домашним делам. — Лин, — начал он с дружелюбной улыбкой, аккуратно закрывая за собой дверь, — я заметил, что вы всегда чем-то заняты. Может быть, я могу вам чем-то помочь? Лин, занятая тем, что пересчитывала картошку в деревянном ящике, лишь мельком взглянула на него и с улыбкой покачала головой. — Помощь? Ты уже сделал больше, чем достаточно, Столас. Даже георгины оживил, — она усмехнулась. — А это, поверь, была не самая лёгкая задача. Но Столас, подойдя ближе, с лёгкой настойчивостью продолжил: — Да, но я не могу просто сидеть сложа руки. Вы столько сделали для меня, принимая в вашем доме. Я действительно хочу быть полезным. Лин выпрямилась, глядя на него с мягкой улыбкой, но с лёгким удивлением. — Ты и так гость. Разве гость должен работать? Столас слегка развёл руками, будто показывая, что возражать бесполезно. — Но ведь я могу быть гостем, который помогает. К тому же, мне приятно ощущать себя частью вашей семьи. Эти слова заставили Лин на мгновение задуматься. Она внимательно посмотрела на него, как будто пытаясь понять, насколько искренни его слова, а затем тихо рассмеялась. — Ну что ж, раз ты так настаиваешь... — сказала она, наклонившись к ящику. — Тут есть немного картошки, которую нужно перебрать. Гнилая — в одно ведро, хорошая — в другое. Столас, с интересом глядя на ящики, кивнул, засучивая рукава. — О, это звучит несложно! У меня острый глаз. Доверьтесь мне, я справлюсь. Лин, хмыкнув, кивнула в сторону стула. — Ну тогда располагайся, твой фронт работы вот здесь. Столас улыбнулся, принимая её слова как вызов, и с энтузиазмом приступил к делу. Столас уселся за стол, внимательно осмотрев ящик с картошкой. Он взял первую клубню, изучая её, как будто это было не просто овощ, а загадка, требующая разгадки. Лин тем временем вернулась к своим делам, но её взгляд время от времени останавливался на госте, который сосредоточенно перебирал картошку. — Вы не переживайте, я справлюсь. — сказал Столас, заметив её взгляд, с улыбкой, в которой читалась уверенность. — Я же сказал, что могу помочь. Лин улыбнулась в ответ. — Я и не переживают. По тебе видно что ты ответный и совестливый, так что я тебе доверяю. А вот мне интересно, ты у себя во дворце чем обычно занимаешься? Столас снова взглянул на картошку, как будто пытаясь её уговорить не быть слишком сложной, и, не отрываясь от работы, ответил: — В основном занимаюсь исследованием, наблюдаю за звёздами и планетами, делаю всякие... магические вещи. Но я всегда предпочитаю быть полезным, а не просто стоять в стороне. Лин кивнула, заметив его настойчивость и энтузиазм. В её глазах скользнула благодарность. — Ты действительно немного необычный, Столас. Не каждый бы так поступил, тем более в твоём положении. Столас рассмеялся, забавно поджимая губы. — Мое «положение» — это не повод не быть любезным. Я не люблю сидеть сложа руки, если есть возможность помочь. И вообще, если я могу сделать хоть что-то полезное, это уже приятно. Особенно в доме, где меня приняли как своего. Лин снова засмеялась, несмотря на всю свою сдержанность. Её взгляд стал мягче, а улыбка чуть теплее. Она стояла у окна, наблюдая за Столасом, который с улыбкой продолжал перебирать картошку. Её взгляд был мягким, но в его глубине читалось лёгкое недоумение. Она не могла избавиться от чувства, что что-то в этом принце было совершенно не таким, как она ожидала от демона его статуса. Как среди всех тех жестоких, властных и порой беспощадных существ, которыми были верховные демоны, мог родиться кто-то такой, как Столас? С такой добротой, вниманием к мелочам, с той искренней привязанностью к семье, что он демонстрировал? Она, будучи матерью и заботливой женщиной, могла бы объяснить всё это, если бы он был из простого народа. Но Столас не был таковым. Он был одним из самых могущественных существ, которых она когда-либо встречала, с магией, способной на невообразимые вещи Она вспомнила о его магии, о том, как он буквально восстановил погибшие георгины с помощью своего заклинания, и она сама, честно говоря, не знала, как реагировать. И это была лишь малая часть его способностей. Но ещё больше её удивляло его поведение. В его глазах не было ни гордыни, ни тирании, как она бы ожидала от такого высокого титула. Нет, в этих глазах была простая доброта, даже не без задней мысли. Столас мог бы быть кем угодно — правителем, царём, диктатором — и был бы опасным, но он, похоже, не искал власти ради власти. Он был... по-своему человеческим, что ли. Лин вздохнула и, слегка покачав головой, вернулась к столу. Она не могла понять, как это возможно — что могло бы так измениться в нём, что его доброта могла оставаться такой яркой среди тёмных тонов мира, в котором они жили. Когда она снова взглянула на него, Столас поднял взгляд и заметил её пристальный взгляд. Он слегка улыбнулся, не осознавая всей глубины её размышлений. Однако что-то в этом его искреннем выражении заставило её сердце немного теплее биться. В его мире, где правили амбиции и тирания, возможно, он просто был другим — принцем, который, несмотря на свою силу и статус, сохранил в себе что-то светлое, несмотря на всё, что могло бы затмить его суть. Лин почувствовала лёгкое удивление, что, возможно, именно такие души способны быть теми, кто меняет окружающий мир, даже если этот мир — тёмный и жестокий.