Глава 9. Бескровно

«Его ненависть не была той, что возникает внезапно, как буря, и так же внезапно стихает. Она была расчётливой и росла бескровно, как только прошёл шок от гнева и боли».

— Мервин Пик, «Титус Гроан»

      Только не Драко! Пожалуйста, только не Драко! — подумал Гарри, выбегая из комнаты и следуя за эхом криков, отражающихся от стен. Логически он понимал, что Драко забаррикадировался в своей спальне за защитными слоями магии, но в глубине души поселилось тревожное чувство, говорившее ему, что слизеринцы не в безопасности.       —Откуда это?! —крикнул позади него Рон.       —Дальше впереди! —крикнул Гарри. Крики прекратились, но Гарри показалось, что он слышит всхлипывания, доносящиеся откуда-то из тёмного коридора.       О боже, кто это был на этот раз? Кого убили?       Заставив себя двигаться быстрее, Гарри помчался мимо пустых дверных проёмов и бдительных теней, изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, что все они, казалось, смотрят на него широко раскрытыми глазами. Каждая тень в коридоре, казалось, поворачивалась, чтобы проследить за ним невидящим взглядом, когда он пробегал мимо, чувствуя, как молчаливые взгляды портретов царапают его кожу чёрными ногтями. Он слышал, как кровь шумит в ушах, чувствовал, как адреналин бурлит в венах, как сердце колотится в груди. За звоном в ушах он слышал, как впереди раздаются причитания и всхлипывания.       И вдруг всё стихло. Крики внезапно прервались, оставив коридор в оглушительной тишине. Гарри мгновенно замедлил шаг, крепче сжимая палочку и осторожно продвигаясь вперёд. Он слышал, как Гермиона и Рон делают осторожные шаги, как постепенно выравнивается их дыхание.              Всё было тихо, ничто не издавало ни звука. Даже тени замерли и затихли. Единственное, что мог слышать Гарри, — это прерывистые удары собственного сердца, бьющегося о его грудь.       —Гарри, —тихо сказала Гермиона, протягивая руку, чтобы остановить его. Она указала подбородком вперёд, и Гарри повернул голову в ту сторону, мгновенно заметив, на что смотрит Гермиона. Дверь дальше по коридору была открыта, внутри было темно, но Гарри мог различить, что за порог в коридор протянулась неподвижная нога.       Втроём они дошли до двери и на мгновение замерли, глядя на эту неподвижную ногу, прежде чем Гарри толкнул дверь до конца. Она распахнулась с громким скрипом, и от этого зловещего звука по позвоночнику пробежали ледяные мурашки. В комнате царила кромешная тьма, и даже серого света, просачивающегося из коридора, было недостаточно, чтобы определить, кому принадлежат ноги.       —Люмос, —пробормотал Рон, и все трое ахнули, когда в поле зрения появилось тело.       Сьюзен Боунс лежала на полу мёртвая.

***

      —Сьюзен, —прошептал Гарри, с ужасом глядя на её холодное бледное лицо. Её глаза были стеклянными и полуоткрытыми, они смотрели в потолок с пустотой, которая заставила Гарри содрогнуться. Её тело распростёрлось на полу, конечности были вытянуты вперёд, а русые волосы разметались по ледяной плитке пола, словно лужа. Её кожа выглядела неестественно замёрзшей и бледной, а свет от палочки Рона отбрасывал на её лицо призрачные блики, отчего оно казалось исхудалым и похожим на скелет. От этого зрелища по позвоночнику Гарри вновь пробежала дрожь.       Что, чёрт возьми, с ней случилось? Почему она была одна? Где были Лиза и Стефан?       —Кто кричал? —внезапно спросил Рон, обводя взглядом всех троих, —Я не вижу ни крови, ни сломанных костей, ни каких-либо признаков того, что на неё напали открыто. Так с чего бы ей так кричать? И почему она плакала? Почему она... —внезапный вздох Рона прервал его слова, и он поднял свою палочку выше, шагнув дальше в комнату, а Гермиона машинально добавила света и от своей палочки, отправив светящийся шар вверх, чтобы он завис под потолком и осветил всё вокруг в мерцающих тенях, которые, казалось, дёргались, подрагивали и наблюдали за ними из каждого тёмного угла.       Осторожно переступив через тело Сьюзен, Гарри почувствовал, как у него свело желудок, глаза обвели комнату и остановились на дальней стене. Почему они так долго не замечали эту ванну? Гарри даже не сразу заметил, что они стоят в ванной. Почему они так долго не замечали второе тело?       В нескольких футах от него стояла старомодная ванна, выложенная белой плиткой, она примостилась в углу комнаты напротив белоснежной раковины с большими медными кранами. Но не это привлекло их внимание.       В ужасе приблизившись к ванне, Гарри услышал хлюпающий звук под ногами и, опустив взгляд, увидел большую лужу воды, растекающуюся по полу и приближающуюся к неподвижному телу Сьюзен. Подняв свою палочку, Гарри тоже наложил Люмос и перевёл дух, после чего взглянул на ванну. Она была полна воды, она почти переливалась через край белого фарфора. Водная гладь была совершенно неподвижна, ни единой волны не пробежало по её поверхности. Она была неподвижна, как смерть, как камень, и так же безмолвна и безжизненна, как лежащее на самом дне тело Лизы Турпин, смотрящее на него широкими опустошёнными глазами, пустыми, без единого проблеска жизни в них. Она казалась неестественной и какой-то фальшивой, какой-то неправильной, словно её тело никогда не было живым и теперь было чем-то ненастоящим, лишь притворяющимся, что оно существовало как настоящий человек.       Как это могла быть Лиза? Как Лиза может быть мертва? Она всё ещё была полностью одета; она явно не по своей воле полезла в ванну.       И где, чёрт возьми, был Стефан?       —Лиза, —вздохнула Гермиона где-то позади Гарри, и он обернулся, чтобы взглянуть на неё.       —Лиза и Сьюзен, —тихо сказал он, глядя на бледное лицо Лизы, казавшееся призрачным и жутким под толщей воды. Ему вспомнилось, как он вместе с Дамблдором отправился к чёрному озеру и увидел мёртвые лица, глядящие на него сквозь гладь воды.       Это воспоминание заставило его содрогнуться.       —Ещё двое, —сказал Рон, подходя ближе, —Ещё двое мертвы. Где, чёрт возьми, Стефан?       —Уже трое его напарников умерли, —вяло сказал Гарри, —Это слишком много, чтобы игнорировать. Один — случайность, два — совпадение, но три... три — это закономерность. Три — это намеренно.       —Если только кто-то специально не нацелился на него, чтобы выставить его виноватым, —размышляла Гермиона, глядя на Лизу с печальным выражением лица.       —Нет, Гарри прав, —твёрдо сказал Рон, —Это не может быть совпадением или случайностью. Мы должны найти Стефана. Нужно проверить его палочку. Мы должны поместить его туда, где он не сможет сделать это снова!       —Да, конечно, нам нужно найти его, —начала Гермиона, на мгновение замешкавшись, —И поговорить с ним начистоту. Но что, если...       —Что, если что? —спросил Рон мягким и непреклонным голосом, сузив глаза и посмотрев на Сьюзен на полу и Лизу в ванне.       —Ну, во-первых, ты полагаешь, что он всё ещё жив, —заметила Гермиона, —Он может быть и мёртв. Но ещё больше я беспокоюсь, если он виновен.       —Что? —недоверчиво спросил Рон, —С чего бы тебе беспокоиться? Это значит, что мы нашли того, кто это сделал! Это было бы хорошо, Гермиона!       —Да, я согласна, —кивнула она, —И я хочу найти виновного, очень, очень хочу. Но меня беспокоит, что сделают остальные, когда у них появится мишень для их ярости и горя.       —Они сделают то, что он заслуживает, —прорычал Рон, —Скольких из нас он уже убил, Гермиона? И ты беспокоишься о его жизни?!       —Не его, —вздохнула она, —Что, если раскрытие убийцы зажжёт искру, из которой разгорится целое пламя насилия? Что, если остальные решат в результате ополчиться друг на друга? Вы должны признать, что доверия в этой компании не осталось и в помине. У Стефана здесь есть друзья. Что, если каждый решит, что не может доверять своим друзьям? Что, если все они решат, что не могут доверять ни одному человеку здесь? Не знаю, какая-то часть меня беспокоится, что, когда появится чёткая мишень, каждый из нас позволит страху и гневу взять верх в своих попытках приблизиться к ней. А это ничем хорошим не обернётся ни для кого из нас.       —Так что ты хочешь сказать, Гермиона? —тихо сказал Гарри, и его слова, казалось, отскакивали от кафельного пола и эхом разносились по комнате, —Ты хочешь сказать, что мы не должны ничего предпринимать, если он виновен?       —Нет, конечно, нет, —ответила она, —Нам совершенно необходимо что-то предпринять. Просто я не знаю, как лучше поступить. Потому что, если мы сообщим всем остальным, что он виновен, это может привести к беспорядку, который мы не сможем контролировать. Но если мы просто закроем его где-нибудь и не скажем остальным, где он находится, то они могут просто пробраться сквозь нас, чтобы добраться до него. Все здесь боятся за свою жизнь. А нет ничего опаснее, чем человек, загнанный в угол страхом. Я просто... я просто беспокоюсь.       —Ну, я думаю, сначала мы должны найти его, —твёрдо сказал Рон, —Мы должны найти его и поговорить с ним, а потом уже решать, что делать.       —Да, —согласилась она, —Да, лучше всего найти его как можно скорее.       —Тогда идём.       Но, несмотря на слова Гарри, он не мог оторвать взгляд от лица Лизы или оторвать ноги от пола, как будто не вода покрывала плитку, а клей, приклеивший ботинки к полу и державший его в ловушке. Рот Лизы был слегка приоткрыт, но ни один пузырёк или намёк на воздух не вырвался через него. Гарри задался вопросом, утопили ли её в ванне или убили заранее, как Сьюзен. Затащили ли её в ванну перед смертью или она оказалась в ней уже после? Может, её труп затащил туда тот, кто это сделал? И наполнил ли он ванну с целью убить её, или она сама набрала её, намереваясь принять её?       Чёрт, Гарри нужны были ответы. Им нужно было найти Стефана. Ему нужно было разыскать Стефана и получить ответы, а потом бежать в спальню Малфоя, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.       —Идём, —мрачно повторил он, отталкиваясь окоченевшими ногами от мокрого пола с громким хлюпающим звуком, который, казалось, раздавался от каждой поверхности, напоминая Гарри звук, который издают вещи, вытащенные из густой грязи, хотя под ногами был лишь тонкий слой прозрачной воды, —Идём.

***

      —Гарри! —произнёс женский голос, в этом единственном слове прозвучала странная смесь страха и облегчения.       Прежде чем Гарри успел ответить, его внезапно обхватило тёплое тело, и он с удивлением посмотрел на тёмные волосы. Парвати бросилась в его объятия, и он несколько мгновений моргал, прежде чем неловко похлопать её по плечу.       —Всё в порядке, —неуверенно сказал он, бросив на Рона и Гермиону беспомощный взгляд через её плечо.       —Мы услышали крики, —объяснила она, отстраняясь, чтобы посмотреть ему в глаза, —А потом всё прекратилось! Что случилось? Кто это был? Боже, я так рада, что с тобой всё в порядке!       Сделав ещё один шаг назад, Гарри начал осматривать небольшую гостиную, в которой они оказались, на предмет присутствующих. Насколько он мог судить, там были только четверо гриффиндорцев и Падма. Где же все остальные?       —Где все? —задался вопросом Рон, сузив глаза и оглядываясь по сторонам, —Почему здесь только вы пятеро?       —Все остальные в бильярдной, —объяснил Невилл, откинувшись на спинку дивана, на котором сидел, —Но никто из девочек не захотел идти, поэтому Симус, Дин и я остались с ними. Лиза захотела принять ванну, пока ванные комнаты свободны, поэтому Сьюзен пошла с ней.       При виде мрачного, тревожного взгляда, которым Гарри, Рон и Гермиона обменялись между собой, Невилл заметно напрягся.       —О боже, —вздохнул он, —Что с ними случилось? Кто из них?       Гермиона глубоко вздохнула.       —Обе, —тихо сказала она, —Мы нашли их обеих в ванной комнате чуть дальше по коридору.       —Обе? —тихо спросила Падма, —Обе умерли? Никогда не было такого, чтобы два человека погибали одновременно. Всегда убивали по одному. Они не могут быть мертвы обе! Это несправедливо! Они были не одни!       —Чёрт, —выругался Симус, —Чёрт! Я знал, что мы должны были пойти! Но...       —Но они хотели помыться, —приглушённым голосом сказал Дин, —И они настаивали, что с ними всё будет в порядке... уборная, в которую они направлялись, находится недалеко...       —Мы должны были пойти с ними, —фыркнула Падма, вытирая блестящие от слёз глаза, —Мы с Парвати могли бы пойти с ними. Мы могли бы быть там... Мы должны были...       —Это ничего не изменило бы, кроме того, что ваши жизни тоже оборвались бы, —добродушно сказала Гермиона, но Гарри услышал в её словах нечто более глубокое, —Они каким-то образом оказались заперты в ванной. И мы не знаем, на них напали именно в тот момент, когда они входили, или же тот, кто это сделал, проник внутрь уже после того, как они заперли дверь. У нас сейчас недостаточно информации, чтобы строить догадки.       —Пожалуйста, скажите, что у вас есть хоть какие-то предположения, кто может это делать, —взмолилась Парвати, делая шаг вперёд и отчаянно хватаясь за воротник Гарри, —Пожалуйста! Пожалуйста, я не могу... —она сделала паузу и разрыдалась, уткнувшись в его плечо, —Я больше не могу этого выносить! Я не могу постоянно гадать, кто будет следующим! Я не могу вынести ощущения, что это буду я или Падма! Я не могу вынести ощущения, что... —задыхаясь, пролепетала она, в панике хватаясь за рубашку Гарри.       Поместив кончик своей палочки между её лопаток, Гарри пробормотал заклинание, заставляя её лёгкие наполниться воздухом. Спустя мгновение она с тихим вздохом выпустила воздух, он повторял заклинание снова и снова, пока её дыхание не нормализовалось, а пальцы не разжались в ткани рубашки.       —Всё в порядке, Парвати, —прошептал он, понимая, что ничего не в порядке. Парвати была права, когда паниковала, —Всё будет хорошо. Вы с Падмой всё ещё живы, всё будет хорошо.       —Да, Парвати, —сказал Симус с дивана, —Мы всё ещё здесь.       —Мы с Симусом не упустим вас с Падмой из виду, —пообещал Дин, —Мы обещаем.       —Даже не позволим вам, девочки, ходить одним в туалет, как бы вы ни настаивали, —добавил Симус и нахмурился, —Ээ, простите, вообще-то, это звучало гораздо более утешительно и гораздо менее жутко в моей голове.       Парвати фыркнула, слёзы продолжали течь по её щекам.       —Но когда ты звучишь не жутко, Симус? —тихо ответила она.       —Да, но зачем теперь меняться? —пошутил Дин, но глаза у него были красными, а голос осипшим, и Гарри видел, как отчаянно все пытаются держать себя в руках.       —Тогда я не буду так усердно пытаться себя сдерживать, —ответил Симус, пытаясь придать своим губам странное подобие улыбки.       —Как будто ты когда-нибудь это делал, —глухо произнёс Дин.       —Всё будет хорошо, —повторил Гарри, подводя Парвати к дивану, чтобы она села между Дином и Падмой, —Я хочу, чтобы вы все оставались здесь вместе, хорошо? Нам нужно найти остальных.       —Хорошо, —кивнул Невилл, —Если понадобится подмога, пошлите мне патронус, хорошо?       —Хорошо, —кивнул Гарри, —Никто из вас не должен покидать эту комнату, понятно? Даже группой. Гермиона закроет за нами дверь. Мы скоро вернёмся.       В ответ последовали лишь рассеянные кивки, и он с мрачным выражением лица повернулся к Рону и Гермионе. Они молча последовали за ним, когда он вывел их из комнаты, сделав паузу, чтобы Гермиона закрыла дверь, после чего они направились по коридору в сторону бильярдной, расположенной в противоположном конце поместья.       —Это значит, что мы точно можем вычеркнуть их из списка подозреваемых, да? —задался вопросом Рон, его голос резко контрастировал с тихими звуками шагов по полу под ними.       —Мы не можем никого исключить, пока не поговорим с другой группой, —просто ответила Гермиона, —А также со слизеринцами. Нам нужно выяснить точное местонахождение каждого человека в этом доме, прежде чем мы сможем что-то предпринять.       —Давайте пока сосредоточимся на Стефане, —сказал Гарри, крепко сжимая свою палочку.       —Где находится бильярдная? —спросила Гермиона, хмуро глядя на море закрытых дверей, простирающихся перед ними.       —Мы уже почти пришли, —тихо ответил Гарри, —Это та, что впереди, слева.       Из-за двери, на которую указал Гарри, послышались приглушённые звуки голосов и резкий стук кия по шарам. Дверь была заперта, Гарри постучал костяшками пальцев по дереву, надеясь, что в них в панике не будут запущены заклинания, — все трое крепче сжали свои палочки и встали по бокам от двери.       —Это Гарри, Рон и Гермиона, —позвал он, —Откройте дверь, пожалуйста.       Ответа не последовало. Гарри постучал громче.       —Откройте дверь! Это Гарри!       По-прежнему ничего; голоса не стихали, кий не переставал стучать.       Нахмурившись, Гермиона отошла назад и жестом попросила Гарри и Рона отойти в сторону. Как только они это сделали, Гермиона произнесла несколько заклинаний и нахмурилась ещё сильнее, когда замок со щелчком открылся и дверь распахнулась внутрь. Вся комната погрузилась в тишину, когда все разом повернулись лицом к трём гриффиндорцам, и Гарри увидел, что палочки поспешно опускаются при виде них.       —Эй, а вы зачем здесь? —с любопытством спросил Майкл, —Вы пришли поиграть?       —Забейте на него, —пробормотал Смит, —Корнер, блять, жульничает.       —А Смит, блять, полный отстой, —ответил Майкл, —Так что не стесняйтесь играть с ним, если хотите лёгкой победы.       Войдя в комнату, Гарри в недоумении огляделся по сторонам. Почему все были так спокойны? Почему они всё ещё играли? Почему никто не отреагировал на крики Лизы и Сьюзен? Конечно, они находились в другом конце длинного коридора, но не услышать ничего...?       —Где Стефан и Энтони? —резко спросила Гермиона, сузив глаза.       —Они ушли в туалет, —смущённо ответил Майкл.       —Как долго их нет? —спросила Гермиона, выходя из комнаты и оглядывая коридор, прежде чем снова войти и закрыть за собой дверь.       —Эм... несколько минут, наверное, —неловко ответил Майкл, и Гарри увидел, как Энтвистл и Смит переглянулись, —Скорее всего, они просто заблудились. Чтобы найти здесь туалет, понадобится целый чёртов год.       —Как давно вы все здесь находитесь? —продолжала Гермиона, доставая свой крошечный блокнот и перо и начиная яростно писать на новой странице.       —Что случилось? —с вызовом спросил Захария.       —Кто ещё покидал эту комнату, кроме Стефана и Энтони? —вклинился Гарри, глядя прямо на Захария. Господи, как же он недолюбливал этого человека и не доверял ему.       —Никто, —пожал плечами Джастин, —Только они двое.       —И как долго их нет? —спросила Гермиона, поочерёдно глядя на каждого из мужчин в комнате, —Мне нужно точное время.       —...Всего несколько минут, —повторил Майкл, —Я не знаю точно. Зачем вам это нужно? С ними что-то случилось? —к тому времени как он закончил говорить, его слова были пропитаны страхом, —О боже, неужели мы все должны были пойти с ними? Но они ушли не в одиночку! Их было двое! Что с ними случилось?!       Трое гриффиндорцев обменялись тяжёлыми взглядами, от которых паника в комнате стала ещё более ощутимой.       —Это не с ними что-то случилось... —начал Рон, но Гермиона прервала его.       —Почему на эту комнату наложили защиту? —вопрос вызвал несколько недоумённых взглядов, —Мы дважды стучали и просили вас отпереть дверь, —объяснила Гермиона, заправляя локон за ухо и осматривая четверых мужчин, —Но, когда никто из вас не откликнулся во второй раз, я поняла, что вы нас не слышите. Мы могли слышать вас, но вы нас не слышали, а это не самое простое заклинание. Магические замки, установленные на двери, на самом деле было легче снять, чем заглушающее заклинание. Кто наложил его?       —О чём ты говоришь? —спросил Джастин, с недоумением глядя на неё, —Никто из нас не накладывал на дверь глушитель. Мы наложили несколько запирающих заклинаний, но это всё.       —И они были наложены как до, так и после того, как Стефан и Энтони покинули комнату? —спросила Гермиона, приподняв одну бровь.       Джастин и Энтвистл посмотрели друг на друга, но заговорил Захария.       —Эти двое заперли её за собой, чтобы потом вернуться обратно.       Трое гриффиндорцев обменялись ещё одним напряжённым взглядом.       —И вы абсолютно уверены, что они были единственными, кто покинул эту комнату, когда вы вшестером пришли сюда? —спросила Гермиона, листая страницы своего блокнота.       —Да, —хмыкнул Захария, —Мы чертовски уверены, Грейнджер.              —И почему вы шестеро решили отделиться от группы и прийти сюда? —холодно спросила она.       —Может, потому что там было очень скучно, и мы хотели чем-то заняться? —Смит язвительно хмыкнул, закатив глаза. Рон оскалился и угрожающе шагнул вперёд, но Гермиона положила руку ему на плечо, чтобы остановить.       —Мы же просили вас не отделяться от группы, —сказала она ещё более холодным голосом.       —Нет, —пробормотал Смит, смотря в пол, а не на испепеляющий взгляд Рона, —Вы сказали нам не уходить в одиночку. И никто не уходил. Нас здесь шестеро, и ты уже сказал, что ничего не случилось, так что же такого в том, что мы решили заняться чем-то, чтобы не умереть от скуки? Стефан и Энтони не ушли одни, с ними всё в порядке.       —По-моему, Рон сказал, что с ними ничего не случилось, а не то, что ничего не произошло, —тихо сказала Гермиона, и Гарри почувствовал, как внимание всех присутствующих в комнате переключилось на неё; даже воздух резко завибрировал в ответ.       —Кто? —прошептал Майкл, отходя от бильярдного стола, —Кто это был на этот раз?       —Лиза и Сьюзен, —ответил Гарри, и в ответ Энтвистл сделал шаг назад.       —Сьюзен? —вздохнул он, расширив глаза от ужаса, —Сьюзен мертва?       —Обе мертвы? —резко спросил Смит.       —Да, —ответила Гермиона на оба вопроса, —Мы услышали крики и нашли их в ванной.       —Но... мы не слышали никаких криков, —медленно произнёс Майкл, в его голосе слышались растерянность и беспокойство, —То есть вы хотите сказать, что тот, кто их убил... наложил на эту комнату заглушающее, чтобы мы их не услышали?       —О, перестаньте, мы уже знаем, кто это был! —огрызнулся Захария, —Ответ не может быть более очевидным!       —Смит... —начал Гарри, уже зная, что собирается сказать Захария, но тот лишь повысил голос и продолжил говорить.       —Это явно были слизеринцы! Каждый раз, когда они куда-то исчезают вместе, кто-то в итоге погибает! Прошлой ночью никто не погиб только потому, что Поттер не спал всю ночь, следя за тем, чтобы никто из них не двигался! Но стоит ему отвернуться, как они снова начинают! Почему вы продолжаете обвинять всех, кроме них?!       Все повернулись к Гарри в ожидании ответа. Но ответа не последовало.       Он не знал, почему больше всего защищает именно слизеринцев, но чутьё подсказывало ему, что только он не даёт им быть разорванными на части испуганной толпой. И что бы ни думали другие, он не считал их виновными, хотя и не знал причин этой уверенности. И Гарри знал, кого на самом деле винил Смит — он винил Малфоя. Он хотел, чтобы Малфой заплатил за каждую каплю крови, пролитую в его доме, хотя Гарри знал, что Малфой не виноват. Во-первых, он был рядом с Гарри во время убийства Терри и разговаривал с ним во время убийства Ханны. А ещё Гарри видел его лицо, когда рассказал об убийстве Мэнди, произошедшем в комнате, в которую у слизеринцев не было доступа.       Нет, Гарри знал, что они не виноваты.       —Никого из них не было в той комнате, когда убили Мэнди, —тихо сказал он, —Малфой был со мной всё время, пока Терри отсутствовал. Если бы они хотели, чтобы мы все умерли, они бы убили нас всех в первую же ночь, а не запирались бы здесь вместе с нами, рискуя быть разорванными на части каждым, кто их заподозрит.       —Да, если только для них всё это не какая-то больная игра! —Захария сверкнул глазами, —Они, вероятно, получают от этого удовольствие! И всё, что вы делаете, — это помогаете им продолжать!       —А всё, что ты делаешь, — это разжигаешь панику и сеешь страх, —тихо сказал Гарри, —Всё, что ты делал всё это время, — это подстрекал, Смит, и пытался настроить всех против остальных. Ты представляешь бóльшую опасность, чем все они вместе взятые.       —А ты — идиот, если думаешь, что можешь им доверять! —огрызнулся Захария.       —Я доверяю им гораздо больше, чем тебе, —холодно ответил Гарри.       —Да прекрати ты уже, Смит, —вмешался Майкл, бросив на Захария суровый взгляд, —Гарри прав, ты только усугубляешь ситуацию.       —Да, —вклинился Рон, —Хоть раз в жизни, Смит, просто держи свой грязный рот на замке.       —Идём, —сказал Гарри остальным, отворачиваясь от раздражающего блондина, —Мы возвращаемся к остальным.       Кивнув, все отложили кии, которые они напряжённо сжимали в руках, и отправились вслед за тремя гриффиндорцами из комнаты. Однако хватка за рукав Гарри заставила его остановиться, и он позволил остальным идти впереди, с любопытством глядя на Майкла Корнера.       —Гарри, —негромко сказал Майкл, оглядываясь по сторонам, —Я должен тебе кое-что сказать. Я бы сказал об этом в комнате, но мне показалось странным, что никто из них не сказал тебе сам.       —Что такое? —тихо спросил Гарри, окидывая взглядом коридор. Остальные по-прежнему находились в поле зрения, но, похоже, не настолько близко, чтобы подслушать их.              —Смит сказал, что никто, кроме Стефана и Энтони, не выходил из комнаты, когда мы пришли сюда, —начал Майкл, в его голосе звучало беспокойство, —И это правда, никто не выходил. Но Джастина и Захария не было с нами, когда мы пошли в бильярдную. Они пришли после.       —Через сколько времени? —резко спросил Гарри. Что это значит? Где они были?       —Не слишком много, —ответил Майкл, —Меньше четверти часа.       Этого времени вполне достаточно, чтобы убить кого-то, подумал Гарри со злостью, заставляя себя отбросить подозрения, пока у него не будет возможности обсудить всё с Роном и Гермионой.       —Ладно, —сказал он и снова зашагал по коридору, а Майкл тут же зашагал рядом с ним, —Спасибо, что сообщил мне, Майкл.       —Почему, по-твоему, они ничего не сказали? —Майкл нахмурился, —Что это значит, почему никто из них не захотел рассказать тебе об этом?       —Я ещё не знаю, —честно ответил Гарри, —Но тот факт, что они ничего не сказали, я считаю самым показательным.       Майкл кивнул, на его лице появилось задумчивое, обеспокоенное выражение.       —Я хочу найти Энтони, —тихо произнёс он, —Их действительно не было слишком долго, и я беспокоюсь.       —Мы найдём его, —пообещал Гарри, —Мы найдём его и Стефана.       И когда мы это сделаем, мы, возможно, получим ответы на некоторые вопросы.

***

      К тому времени, как Гарри и Майкл добрались до комнаты, в которой собралась группа, все затихли. Гарри огляделся, заметив, что Стефана и Энтони нет. Где, чёрт возьми, они были?       —Я уже разделила нас на группы, —сказала Гермиона двум мужчинам, —Мы прочешем крыло в поисках Стефана и Энтони.       —Я хочу убедиться, что с остальными всё в порядке, —сказал Гарри, заметив, как сузились глаза Захария.       —Ты не можешь пойти один... —начала Гермиона, но Гарри прервал её.       —Они больше никому не доверяют. Со мной всё будет в порядке, Гермиона, я обещаю.       Гарри не был уверен, что сможет сдержать это обещание, поскольку точно знал, что смерть не очень-то доверяет обещаниям и что произнесённая клятва не помешает смерти забрать его, если дело дойдёт до этого. Но он всё равно был полон решимости добраться до слизеринцев и убедиться, что с ними всё в порядке.       Она смотрела на него целую вечность.       —Хорошо, —тихо произнесла она, —Я верю, что ты справишься сам.       Гарри кивнул, выходя в коридор, и кивнул Рону, который последовал за ним из комнаты. Сделав несколько шагов от двери, он наложил на них двоих заглушающее.       —Что такое? —поинтересовался Рон, оглядывая коридор, словно ответ был написан где-то на стене.       —Присматривай за Джастином и Захарией, —предупредил Гарри, —Майкл только что сказал мне, что их не было с группой, когда они впервые пошли в бильярдную. Он сказал, что они появились позже.       Глаза Рона слегка расширились.       —Что ж, они оба не упомянули об этом.       —Я знаю, —согласился Гарри, —Майкл рассказал мне потом, потому что ему показалось подозрительным, что они не сказали нам сами.       —И разве ты не говорил, что Смит сегодня бродил по дому один? —спросил Рон, наклонив голову в раздумье.       —Да, он был наверху... —Гарри замялся и вдруг почувствовал, что его охватывает паника, —Он знает, где находятся слизеринцы, Рон, он пошёл за мной, чтобы узнать! Что, если Джастин и Захария были именно там? О, чёрт! Оставайся с Гермионой!       Развернувшись, он начал бежать в сторону лестницы, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Все ли слизеринцы в порядке? Что, если Джастину и Захарии удалось проникнуть в комнату?       Но нет, попытался успокоить себя Гарри. Они не стали бы нападать так открыто, если бы за всеми убийствами стояли именно они. А даже если бы они и напали, то их количество пять к двум. Слизеринцы в порядке, они все в порядке. Гарри сейчас поднимется наверх и найдёт их всех живыми и невредимыми.       Пожалуйста, господи, пусть у них всё будет хорошо.       Поднимаясь всё быстрее и быстрее по лестнице, Гарри бежал по коридору к спальне Малфоя, повторяя про себя «всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо», но не так уверенно, как ему хотелось бы.       Наконец, спустя, казалось, целую вечность, Гарри подошёл к двери Драко, заставив себя постучать спокойно, а не колотить по ней кулаками, как ему хотелось. У него не было ни малейшего желания впадать в панику или быть немедленно проклятым, заставляя их думать, что за дверью стоит враг.       —Драко! —позвал он, постучав погромче, —Драко, это я, открой дверь! Эм, квиддич!       Прошло несколько мгновений, прежде чем он услышал щелчок открывающегося замка и увидел, как дверь распахнулась, явив взору испуганного Драко Малфоя.       —Что случилось? —сразу же спросил он, схватив Гарри за воротник и втащив его в комнату, —Нам показалось, что мы слышали крики. Кто это был?       Блейз поспешил закрыть за Гарри дверь, а затем принялся тщательно её запирать.       —Лиза и Сьюзен, —сказал он.       —Кто-то убил Боунс? —спросил Нотт, приподнимаясь на диване, на котором сидел, —Но это всё равно что убить кролика. Она, наверное, самый безобидный человек, которого я когда-либо встречал.       Гарри кивнул в знак согласия, горло сжалось, а глаза заслезились. Так много их друзей и однокурсников погибло, а Гарри не мог этого остановить. Он не мог остановить кровопролитие, не мог предотвратить смерть, которая нависла над всем домом, словно грозовая туча, обрушивающая на поместье гнев и отчаяние, намеревающаяся увидеть каждого из них мёртвым.       —Где? —сурово спросил Малфой, и Гарри стало интересно, о чём он думает.       —Мы нашли их двоих в ванной, —тихо ответил брюнет, —Мы всё ещё пытаемся понять, что произошло.       —Обе сразу, —пробормотала потрясённая Паркинсон. Забини направился через комнату, чтобы заключить её в объятия, от которых у Гарри ещё сильнее сжалось горло.       —Пожалуйста, скажи мне, что ты знаешь, кто это делает, —сказала Дэвис с мольбой в голосе.       Гарри заколебался, не желая раскрывать подробности, пока у него не будет более конкретных доказательств.       —Есть предположения, —сказал он ей, желая предложить им больше.       Вздохнув, она кивнула и отвернулась, глядя через большое окно на раскинувшуюся внизу территорию, такую близкую и в то же время такую недосягаемую. Слизеринцы замолчали — тишина была такой громкой, что, казалось, она доносилась с каждой поверхности комнаты.       Внезапное касание руки привлекло внимание Гарри, и, оглянувшись через плечо, он увидел, что Малфой пристально смотрит на него. Как только их взгляды встретились, он потянул Гарри в дальний угол большой комнаты, накладывая на него то же хитрое заглушающее заклинание, которое он использовал в библиотеке, позволяя им двоим слышать всё вокруг, но не позволяя остальным в комнате слышать их.       —Кто? —просто сказал он, и это единственное слово прозвучало очень требовательно.       Гарри вздохнул, недовольно проведя рукой по волосам. Он знал, что Малфой не примет ещё один туманный, уклончивый ответ.       —У нас есть на примете несколько человек.       —Кто? —повторил блондин, подойдя ближе, пока они не оказались в нескольких дюймах друг от друга. От такой близости у Гарри возникло странное желание протянуть руку и прикоснуться к Драко, чтобы убедиться, что он настоящий, живой и в безопасности.       Гарри покачал головой.       —Я скажу тебе, как только буду более уверен в этом. Но до тех пор… —он снова вздохнул, —Я просто не хочу, чтобы мои личные подозрения повлияли на кого-то и заставили совершать необдуманные поступки.       Малфой разочарованно уставился на него.       —Поттер...       —Я рад, что с тобой всё в порядке, —перебил Гарри Малфоя, прежде чем тот успел отругать или оскорбить брюнета, —Я волновался.       Это заявление заметно поразило Малфоя, и он удивлённо замер, глядя на Гарри так, словно пытался пронзить его взглядом, достаточно сильным, чтобы содрать с него кожу и обнаружить скрытую под ней правду.       —Правда? —в его голосе звучало недоумение, как будто никто и никогда не проявлял заботы о нём.       Гарри нахмурился и кивнул. Ему не хотелось признаваться в том, что он действительно волновался, но он начал подозревать, что за его беспокойством может скрываться более глубокая, нераскрытая причина, которую, как он полагал, было бы безопаснее игнорировать.       Малфой отступил на полшага, уставившись на Гарри, похоже, не зная, что ответить, и Гарри снова стало интересно, о чём думает этот человек.       —Гарри...  —неуверенно произнёс он.       —Нам, наверное, стоит присоединиться к остальным, —сказал Гарри, чувствуя себя неловко из-за внезапно возникшей напряжённости момента, —Я практически чувствую, как Паркинсон прожигает взглядом дыру в моём затылке.       Уголок губ Малфоя дёрнулся вверх.       —Ты не ошибаешься, —сказал он, поднимая палочку, чтобы снять заклинание вокруг них.       —Итак, —проворчал Забини, когда они снова подошли к остальным, —Какими секретами вы двое там обменивались, о которых остальные не должны знать, а?       —Да, Драко, —поднялся с дивана Нотт, —Рассказывай.       —Ты знаешь, как мы вчетвером любим секреты, —добавила Паркинсон.       —А ещё я знаю, как ужасно вы вчетвером умеете их хранить, —пробормотал Малфой.       —Чушь собачья, —скучающим голосом сказал Нотт, —Никто из нас ещё не рассказал Поттеру о том, как сильно ты втайне хочешь трах...       —Тео! —Драко сорвался с места, его лицо гневно покраснело, и он бросил на Гарри быстрый взгляд. Что собирался сказать Нотт?       —В конце концов, он сам догадается, Драко, —сказал Нотт со своим обычным безразличием, —Ты не очень-то умеешь скрывать, знаешь ли. И хотя его нельзя назвать гениальным, он не такой уж большой идиот, каким был в школе.       —А ещё он стоит прямо здесь, —прервал его Гарри, в его голосе звучало раздражение. Господи, как же он ненавидел, когда люди говорили о нём, когда он стоял рядом с ними. Дурсли постоянно делали это всё его детство, ведя себя так, будто у него нет ушей, и он не может понять, что они говорят.       —Не обращай на него внимания, Поттер, —спокойно сказал Драко, бросив на Нотта последний взгляд, прежде чем отвернуться от дивана, на котором он сидел, —Тео не понимает, что говорит. Никогда.       —Не слушай его, Поттер, —вмешался Нотт, лениво махнув рукой в сторону Малфоя, —Тео понимает, что говорит. Всегда. Подумай о том, что я сказал. Даже не обладающему достаточным интеллектом человеку не понадобится больше трёх секунд, чтобы понять, что я имел в виду.       —Вы всегда говорите такими загадками? —Гарри вздохнул, задаваясь вопросом, наступит ли когда-нибудь в его жизни момент, когда он не будет постоянно испытывать чувство растерянности от всего, что исходит из уст пяти слизеринцев в этой комнате.       —Где же веселье в однозначности? —проворчал Нотт, —Ты слишком прямолинеен, Поттер. Твои повседневные разговоры, должно быть, очень скучны.              Гарри закатил глаза.       —С моими разговорами всё в порядке, Нотт, спасибо.       —Не за что, —сказал мужчина, и Гарри подумал, слышал ли он когда-нибудь в своей жизни более безразличный тон.       Паркинсон фыркнула, уткнувшись в грудь Забини, но Гарри заметил, как она по-прежнему цепляется за его мантию отчаянно и испуганно.       —И что теперь будет? —спросил тихий голос, и Гарри повернулся к Дэвис, которая всё ещё потерянно смотрела в окно, —Что нам теперь делать?       —Мы остаёмся здесь, —тут же ответила Паркинсон, —Мы остаёмся там, где безопасно.       —Поддерживаю, —сказал Нотт, ложась обратно и вытягиваясь на диване.       —Нет, —покачал головой Гарри, —Вы все должны участвовать в принятии решений. И если вы не будете ничего делать, а просто закроетесь от посторонних глаз, они могут начать думать, что вы действительно за всем этим стоите, и начнут активно вас искать.       —Сначала им придётся найти нас, —заметил Нотт.       —Ну... —Гарри заколебался, не зная, стоит ли ему говорить, что их уже нашли.       —Что? —Забини сузил глаза.       —Они... эм... уже сделали это, —неловко ответил Гарри, —Смит знает, где находится спальня Драко. Он следил за нами раньше и видел, из какой комнаты я вышел.       —Смит? —спросил Забини стальным голосом, —Смит, блять, знает? Какого хуя он за нами следит? Есть только одна причина, по которой ему нужно знать, где мы находимся, — это если он планирует что-то сделать с этой информацией.       —По-моему, Поттер предлагает нам что-то предпринять, пока у Смита нет возможности воспользоваться информацией, —сказал Нотт.       —Нет, —возразил Гарри, —Он точно не предлагает этого. Я рассказал вам, потому что не хотел скрывать от вас что-то подобное, и чтобы вы знали, что с ним нужно быть начеку. Но я не хочу, чтобы ситуация зашла дальше, чем уже есть.              —С ним нужно разобраться сейчас, —резко возразил Забини, —Разве ты не слышал, сколько раз он открыто обвинял и угрожал нам? Мы уже знаем, что он желает нам зла, Поттер. И теперь ты говоришь, что он крадётся в одиночку, чтобы узнать, где мы находимся?       —Послушайте, —вздохнул Гарри, потирая виски, —Я сказал вам, потому что это напрямую касается вас всех, а не для того, чтобы вы взяли дело в свои руки. Смит — просто трепло, вы же знаете.       Забини приподнял одну бровь.       —Ты хочешь сказать, что слова не могут быть так же опасны, как и палочки?       —Я хочу сказать, что ситуация и так достаточно опасна без активного выяснения отношений.       —Даже если это предотвратит нашу смерть? —ответил Забини, крепче прижимая к себе Паркинсон, —Говори, что хочешь, о том, чтобы не допустить ухудшения ситуации, но правда в том, что кто-то в этом доме убивает нас одного за другим. У нас нет возможности сидеть сложа руки и молчать ради мира, когда любой из нас может умереть следующим! И из всех людей в этом доме Смит — тот, кому я доверяю меньше всего, и тот, кто ненавидит нас больше всех. И теперь ты говоришь, что он знает, где мы? И что он следил за нами, чтобы узнать эту информацию? Нет, Поттер, я отказываюсь спокойно принять это. Один только факт, что он бродил по дому в одиночку, достаточно подозрителен, чтобы разобраться в его мотивах, не так ли? Но бродить в одиночку только для того, чтобы узнать, где мы впятером...  —он замялся, позволяя тишине заполнить недостающие слова.       —Я никогда не говорил, что этот вопрос не будет решён, —возразил Гарри, —Я просто сказал, что не хочу, чтобы кто-то из вас пятерых брал дело в свои руки и совершал необдуманные поступки.       —И как именно будет решаться этот вопрос? —тихо спросил Малфой.       Гарри пристально посмотрел на него.       —У меня сейчас нет ответов, —признался он, —Просто дайте мне возможность поговорить обо всём с Роном и Гермионой, и мы решим, что с ним делать. Я скажу вам, как только мы примем решение, но до тех пор я прошу вас воздержаться от вражды с кем-либо в этом доме. Если начнутся разборки и все разделятся, это может очень плохо кончиться для всех нас.       Малфой и Забини обменялись тяжёлыми взглядами, и Гарри почувствовал, как что-то сжалось у него в груди от их способности вести молчаливый разговор друг с другом.       —Ладно, Поттер, —сказал Забини, сузив глаза, —Мы выждем момент и не будем напрямую говорить с ним об этом. Но, —он сделал ударение на этом слове, —Если он решит противостоять кому-то из нас, я не буду нести ответственность за то, как я отреагирую. Мне надоело терпеть его обвинения и предрассудки. И если он ещё хоть раз пригрозит хоть одному из нас, я покажу ему, что мы не из тех, кто легкомысленно относится к угрозам.       —Я понимаю, —просто ответил Гарри, не ожидая от него ничего другого. Забини кивнул, расслабив напряжённую позу.       —Итак, всё решено, —сказал Малфой, глядя на Гарри так, что тот почувствовал себя уязвимым, —Что же нам теперь делать?       На лице Гарри появилось мрачное выражение.       —Теперь мы пойдём и встретимся с остальными.       Гарри подозревал неладное.