между нами

Дата слушания неумолимо приближалась, как и рост нервов Ким Суен. Нервничала по поводу и без, срываясь на своих подчинённых. Пыталась и на Тэхена, но затихла, стоило Тэхену уйти на ночь и не вернуться. Глупо говорить, что этой ночью ноги сами привели его к квартире братьев.Его не ждали, дверь открыл сам Юнги, с милейшей улыбкой, но от Тэхена не укрылся пистолет, спрятанный за толстовкой. Его лицо мигом переменилось, замечая самого Тэхена. Прежде Ким никогда так не рисковал, сам не приходил. Просто не мог там больше оставаться. Знал, что подставлял этим Юнги, только ноги сами привели его к нужному адресу. Очередную ночь в опустевшей больнице проводить не хотелось. Чимин бы с распростертыми объятиями принял его. Только вот… Тэхен хотел быть с Юнги. Сам не понимал почему. Это зависимость? Чувствовал себя каким-то сталкером, разглядывая спящего Юнги. Точеный профиль, носик-пуговку, тень, отбрасываемую пушистыми ресницами. На яблоке щек персиковый румянец. Красивый. Хоть и не знал об этом. Слишком велико желание дотронуться. Только Юнги, как произведение искусства в Лувре. Смотреть можно – трогать нельзя. Тэхен сжал пальцы в кулаки, внимательно обводя взглядом его припухшие губы. Вечно искусанные, едва ли не до крови. Только заживали, как Юнги вновь терзал их. Тэхен повернулся на спину, пытаясь выровнять дыхание. Еще бы заинтересованный член занять чем-нибудь другим. Думай о котиках, об уголовном праве. О чем угодно. — Ты слишком громко думаешь, — хрипло, на ухо. Черт, Тэхен так облажался. Теплое дыхание прямо в шею, гнало табун мурашек по всей коже. Сглотнул, осторожно поворачивая голову набок. И застыл, смотря в темный лисий прищур. Юнги сонливый, едва держал глаза приоткрытыми. — Прости. И за что только извинялся? Юнги поморщил нос, надувая и губы. Точно котенок, которого хотелось прижать к себе. Обнимать, целовать. Ладонь Юнги упала на его глаза, тут же прикрывая их от света. — Слишком рано, — даже не смотрел на время. Юнги засопел, так и не убрав ладонь с его глаз. Не проснулся окончательно, потому так легко вновь провалился в сон. Тэхен ему завидовал отчасти. Знал, что с его бессонницей так просто уснуть не получится. Тэхен застыл, боясь вдохнуть слишком громко. Осторожно поднял собственную ладонь, перехватывая его теплые пальцы. Медленно, осторожно, ладонь опустил на собственную грудную клетку, чуть сжав их. Знал, что хотел невозможного. Юнги рядом, пока его отец не сядет в тюрьму. А что будет после? Притворятся незнакомцами? Словно не было этих недель? Не было желания, искр между ними. Не было потребности друг в друге, когда хотелось его с собой надолго. Навсегда. Он был влюблен в Юнги? Или он придумал себе эти чувства? Выдумал их, чтобы справиться с болью? Тэхен запутался. Не знал, когда мнимая черта стала размываться. В какой момент интерес сменился вечным жгучим желанием быть ближе, раствориться в нем. Знал, что на предплечье у Юнги татуировка – переплетения тонких линий, образующих знакомую фигуру Чеширского кота. Большие глаза, выпученные как в типичных фильмах ужаса, со змеиным разрезом глаз. Носик-пуговкой и широкий оскал с множеством заостренных зубов. Ничего красивого в этой татуировке не было. На белоснежной коже смотрелась чужеродно. Хотелось избавиться от нее, выжечь ее. Юнги банде Чешира совсем не подходил. Он был намного лучше, чем любой состоящий в ней подлец. Тэхен переложил его ладонь на подушку, медленно выкарабкиваясь из постели. Спал у стены, привыкнув к маленькому пространству Юнги не пытался занять соседнюю кровать или же умостится на полу. Свыкся, что делили в такие ночи его постель. Тэхен без зазрений совести держался за него крепче. Холодно. Босыми ногами ступал по полу, осторожно выглядывая. Шумов никаких. Судя по настенным часам – шесть утра. И как долго братьев Юнги не будет? Тэхен прошелся по гостиной, морща нос от мусора. Хотел занять свой беспокойный мозг, перемывавший всю его жизнь. Осторожно взялся за одну упаковку, другую. Собрал все в кучу, ушел на кухню, выискивая мусорные пакеты. Механические движения, повторения однотипных действий успокаивали его. Не позволяли думать. В любой другой момент хорошо бы сработали наушники с шумоподавлением. Только Тэхен оставил их в комнате. Принял душ, сжигая с горячей водой всю боль, все нежелание жить. Тэхен прислонился лбом к холодному стеклу. Позволял слезам стекать вместе с каплями воды, мысленно пересчитывая их одну за другой. Хотел заглушить все крики в голове, попросить покоя и тишины. Взял персиковый шампунь, не совсем понимая, кому именно он принадлежал. Все же лучше он, чем запах больницы въевшийся в кожу. Кто бы мог подумать, что его так выведет из себя только один букет цветов? Ким Суен ни за что бы ни стала оформлять доставку цветов для женщины, которую за человека то не считала. Помогала деньгами, на этом ее полномочия кончались. Значит, цветы для бабушки были скорее предупреждением Тэхену. Догадывался, что события взаимосвязаны. Тэхен не был глупцом: доказательства бы просто так не испарились. Юнги был слишком спокоен. Что он сделал, чтобы отпечатки исчезли? Тэхен прикусил губу, выходя из душа. Дрожал, тут же обтираясь полотенцем. Сколько еще нужно было терпеть, пока все не закончится? Когда Тэхен смог бы вновь зажить нормально, не боясь каждого шороха? Неужели смерть Хагена была лишь спусковым курком перед грядущей бурей? Услышал лишь легкий щелчок закрытой двери. Умыл лицо, затем еще раз. Холодные капли медленно стекали по лбу, скатываясь к переносице и совершая прыжок с кончика носа в раковину. И почему не существовало кнопки, стирающей все воспоминания? — Так, ты все еще здесь. Интересно, почему Монстр так сильно его ненавидел. Тэхен застыл, мысленно благодаря себя – не хотел встретиться с врагом голым. Хотя, в некоторых тренингах наоборот рекомендовали всех представлять голышом. Только вот…Тэхен не очень хотел представлять Монстра обнаженным. — И что с того? — лучшая защита – нападение. Тэхен покачался на носках, возвращаясь в спальню. Юнги окончательно проснулся, недовольно посматривая на него. Говорил же из комнаты не выходить, а Тэхен все правила нарушил. Юнги многое ему позволял, а Тэхен этим нагло пользовался. И себя иногда ненавидел за это. Монстр недовольно цокнул специально поддев его своим плечом. Серьезно, вроде Тэхен с ним особо не сталкивался. Так откуда такая враждебность? Он в тайне влюблен в Юнги или что-то в этом роде? Собственным мыслям не верил, но пытался найти любые оправдания для такого отношения. Не верилось, что ненависть возникла на пустом месте. — Ему не стоило приходить, — Монстр едва взглянул на него. Юнги закатил глаза. Слишком рано для серьезных разговоров, а мозг еще не проснулся окончательно. Тэхен фыркнул, прислонившись к дверному косяку. Удивительно, как Монстр игнорировал его существование. Специально из себя выводил. И почему Монстр ненавидел его? — Слушай, с тех пор как ты притащил его к нам у нас проблемы, — Намджун тяжко выдохнул, усаживаясь на кровать. — Скажи ему больше не приходить. — Я все еще здесь, если ты не заметил — усмехнулся Тэхен, складывая ладони на груди. — И я все слышу. — Тогда съебывай, — процедил Монстр, зло уставившись на него. Тэхен резко оттолкнулся от косяка, в два шага оказываясь перед Монстром. Тот выше, поднялся с кровати, угрожающе смотря в темные глаза. И что Монстр бы ему сделал? Попытался ударить? Убить? Юнги бы не позволил. — Завалитесь оба, — Юнги встал между ними, удерживая их за предплечья. Сжимал до боли, приводя в чувства. Не для драк создана квартира семьи, а для спокойствия и отдыха. — Тэхен, иди на кухню, — Юнги подтолкнул его к двери. — Но, — осекся, стоило глазам потемнеть от злости. Знал, когда стоило отступить. В последний раз бросил недовольный взгляд на Намджуна, уходя из спальни. Нарочито громко хлопнул дверью, а еще потопал специально. Лишь бы поверили, чтог он ушел. Бабушка всегда говорила, что подслушивать плохо. Мол, Санта не подарит на Рождество крутую машинку, если Тэхен будет нарушать правила. Только вот подарки все равно приходили, а Тэхен так и не отучился подслушивать разговоры, о которых ему знать вовсе было не обязательно. — Что еще прикажешь? — устало проговорил Юнги. Тэхен едва успел юркнуть в ванную комнату, как дверь вновь открылась. Задержал дыхание, но Юнги и не думал проверять ближайшие комнаты. Какое уединение он хотел в маленькой квартире? Вновь хлопнула дверь. Тэхен на цыпочках вернулся в коридор, смотря на собственную тень. Не падала в сторону спальни, а потому не могли его заметить. Скрипнула кровать. Тэхен вполне мог представить развалившегося Юнги, прижимавшего подушку к животу. — Я все контролирую. Заверение Юнги мало подействовали на собеседника. Сдаваться тот был не намерен, продолжая разговор. Скрип половиц, шарканье ног. — У тебя проблемы из-за него, — вновь попробовал Монстр. — Чешир глаз с тебя не спускает, с братьями проблемы. Ты хочешь, чтобы банда из-за него пострадала? — Банда в порядке, — Юнги зевнул, не особо вслушиваясь в попытки Монстра поставить его на путь истинный. — То, что ты таскаешь его к нам, уже нарушает ход жизни банды! — вспылил мужчина. — Он знает имена, знает, где мы живем. Ты ему доверяешь? А что если через пятнадцать минут он притащит сюда наряд полиции? Что тогда? Юнги хмыкнул. Тэхен не собирался идти в полицию, докладывать на Шугу и Монстра, зная лишь некоторые имена, адрес их квартиры, а еще парочку братьев. Кто в здравом уме попытался бы посадить ребенка? Даже если тот пытался украсть его телефон. Кровать вновь скрипнула. Тэхен медленно пятился. Интересно, успел бы добежать до кухни? — Босс здесь – я. И мне лучше знать, что вредно для банды, а что нет, — один шаг, второй. — Он – моя ответственность. До кухни дойти не успел, заваливаясь в гостиной на ближайший диван. И виновато смотрел на уставшего Юнги. Купился на его невинное личико? Тэхен выдавил из себя улыбку, поглядывая на Юнги, пока за его плечами мельтешил недовольный Монстр. Серьезно, как адский цербер на привязи. Следовал хвостиком за хозяином. Аж тошно. Завтрак неловкий до ужаса. Монстр прожигал его взглядом, пока Юнги следил за ними двумя. Ждал, кто взорвется раньше. Так еще и на телефон отвлекался, печатая и печатая. Что такого интересного в этом телефоне было? Монстр хихикнул над его попытками заглянуть в чужой экран. Только Юнги ловко уворачивался, пихая ему очередную порцию омлета. — Кто тебе пишет? Тэхен не сдержался, надувая губы. Знал, что вел себя по-детски. Юнги прикусил нижнюю губу, продолжая печатать сообщение. Игнорировал Тэхена, его надутые губы, недовольный взгляд. Любопытство погубило многих, а Тэхен на ошибках не учился. Если это их криминальный босс, то скрывать не к чему, верно? Может, тот Хоуп, припомнил Тэхен. Не знал, почему мысль об этом с недовольством отзывалась в сердце. — Не важно, — отмахнулся Юнги. — Его любовничек, — с ехидцей подметил Монстр, не отвлекаясь от еды. Специально давил на больное, замечая атмосферу между ними. Юнги тут же отвлекся от телефона, недовольно качая головой. И телефон в карман спрятал, наконец-то спокойно решив выпить кофе. Горький. Тэхен нахмурился, не понимая, почему его задевал этот комментарий. Потер грудь, отмечая странную тянущуюся боль в области сердца. Ему стоило сделать электрокардиограмму. Весь прожитый стресс мог вполне отразиться на его показателях. — А разве я не прав? — продолжал Монстр, игнорируя злобный взгляд Юнги. — Ты с ним уже почти год, да? Так долго? Тэхен приоткрыл рот, тут же захлопнув его. Как он мог не заметить это? Они с Юнги общались уже несколько недель, но Тэхен не помнил, чтобы тот хоть как-то упоминал об отношениях. — Я ни с кем не встречаюсь, — процедил Юнги сквозь плотно сжатые губы. — Трахаться с одним и тем же человеком несколько месяцев уже считается отношениями, — Монстр покачал головой, а после взглянул на Тэхена. — Разве я не прав? Во рту пересохло. — Нет, — тут же ответил Тэхен. — Встречаются по любви, а трахаются…по разным причинам. Тэхен опустил взгляд на омлет. И как только разговор зашел в это русло? Ладони вспотели, воздуха не хватало. Нельзя показать, что этот комментарий задел его. И что с того, что Юнги трахался с другими людьми? Тэхен тоже в свое время был с другим парнем, затем с мужчиной. Не самые лучшие воспоминания. Прочь все мысли из головы. Он слышал недовольный голос Юнги, ругающий Намджуна, словно из-под толщи воды. Точно, он мог подумать, что его триггернули воспоминания о Хагене. Было бы проще, если все было бы так. Все еще ощущал удушающую хватку на шее, в зеркале снова видел кровоподтеки на лице, разбитую губу и синеющие отпечатки пальцев. Вздрогнул, тут же отгоняя образ. Ладонь Юнги медленно легла на его лопатки, слегка поглаживая сквозь тонкую футболку. — Ты в порядке? Юнги поморщился, коря себя за глупый вопрос. Втирал успокаивающие круги сквозь футболку, позволяя Тэхену медленно возвращаться к себе. В свое сознание, подальше из клуба, дальше от того дня, когда все поменялось. Только сейчас заметил, что Монстр куда-то испарился. Его тарелка исчезла, чашка чая тоже. Неужели Тэхен настолько глубоко погряз в себе? Отпил чая из кружки, пытаясь унять дрожь в ладонях. Он здесь, он в порядке. Живой. — Я не нравлюсь Монстру, — вместо ответа подметил Тэхен, выпрямляясь. — Ему мало кто вообще нравится, — усмехнулся Юнги, но застыл, замечая его грустные глаза. — Просто забей на него. То, что между нами, его никак не касается. А что было между ними? Простая договоренность. Партнерство, чтобы засадить отца. Даже если чувства Тэхена настоящие, то он никак бы не смог привлечь внимание Юнги. Тот его не воспринимал в романтическом ключе, верно? Между ними – ничего. И точка. Встал из-за стола, чуть не столкнувшись с Юнги. Иногда забывал, что у них небольшая разница в росте. Юнги идеального размера, чтобы целовать его в лоб, прижимать к себе и…Тэхен мысленно влепил себе пощечину. У парня отношения, к тому же явно серьезные, раз он был с кем-то несколько месяцев. Тэхен не должен вмешиваться. Даже если его глупое сердце готово было привести с тысячу доводов, почему Юнги и неизвестный соперник не пара. — Я пойду. Тэхен больше не хотел здесь оставаться. Лучше дома, терпеть крики матери, чем задыхаться здесь. И как за пару часов все могло так перемениться? Может заскочить к Чимину в кафе, получить бесплатный горячий шоколад и маффин. Тэхен неловко потер середину грудной клетки. Может, у него сердечный приступ? Юнги нахмурился, но все же кивнул. Молча наблюдал, как спешно Тэхен выискивал вчерашние вещи. Может, все же стоит ему остаться. Забить на глупые комментарии Монстра, прижаться к Юнги и на мгновение почувствовать себя в безопасности. Рядом с ним. — Подбросить тебя до Чимина? — Я пройдусь пешком, — отрезал Тэхен, намереваясь прочистить голову. Что могло быть лучше, чем часовая прогулка? Свежий воздух, отсутствие мобильного телефона и каких-либо денег. Юнги его идею не оценил, накидывая кожаную куртку сверху. Даже не стал вслушиваться в объяснения — Я могу и один дойти. Юнги закатил глаза, открывая дверь. Едва не выталкивал его в фойе, оглядываясь по сторонам. Дверь на ключ закрыл, а после спрятал их в задний карман. — Мне все равно по пути. Ему пора бы перестать давать смешанные сигналы. Тэхен ни черта не понимал, почему Юнги до сих пор был рядом с ним. Монстр соврал? Тот человек был для Юнги никем? Они не встречались? Он был свободен? Вопрос застыл на кончике языка. Остановились у ближайшей станции метро. Как раз удобная ветка, чтобы добраться до дома. — Напиши, когда будешь дома, — попросил его Юнги, потрепав по волосам. — Ты не слушай Монстра. Он хороший парень, просто защищает семью. — А я угроза, — фыркнул Тэхен. Юнги не стал его поправлять. И так ясно, что лишь одни знания Тэхена делали из него опасную переменную. Он был угрозой не только для семьи, но и для всего их бизнеса. Решись Тэхен рассказать всем, то одним убийством бы дело не обошлось. Им повезло, что злодеяния Хагена никак не повлияли на семью. — Тебе не кажется, что у нас однотипные разговоры? — Юнги цокнул языком. — Да – ты угроза. И что с того? Я тоже угроза. Тэхен фыркнул. Логике это объяснение не поддавалось. — Предлагаешь, просто забить? — Дождаться суда, а там посмотрим, — Юнги взглянул на часы. — Я уже опаздываю. Просто…Не вляпайся в неприятности. Встретимся завтра. И последнее не вопрос. Тэхен кивнул, поворачиваясь к метро. Хотел задать еще один вопрос, самый глупый, но в то же время важный. Кто такой Хоуп? Встречался ли он с кем-то на самом деле? Только Юнги уже ушел, а Тэхен вновь остался один со своими мыслями.

/

Запыхался, руки дрожали вместе с ключами. Дурацкий брелок с белкой, Юнги не особо нравился он. Хосоку же он показался забавным. Он находил радость даже в таких мелочах, говорил, что купил его после смены с расчлененкой. Юнги пытался унять чересчур быстро бьющееся сердце, открывая дверь. — Ты опоздал, — Хосок еще не успел снять униформу. Была очередная ночная смена? Прошли дни, когда Юнги с легкостью мог вспомнить его расписание. Специально выбирал дни для вылазок, в моменты, когда Хосок был либо на смене, либо мог быть удобным алиби после. Ему не пришлось бы беспокоится о сокрытии убийства, когда спишь с копом. — Мы не договаривались о времени, — ужасное оправдание. Юнги скинул кроссовки, проходя на кухню. Хосок попивал кофе, уставившись на распечатки с дела. Хорошо знакомые фотографии, хоть и не видел их прежде с такого ракурса. Был в тот день убийцей, которого так искал Хосок. Тело Хагена, растрепанная постель. Для полной картины не хватало только Тэхена. Вздрогнул, уставившись на Хосока. Прежде тот никогда не показывал материалы дела над которым работал. Все передавал лишь словами. Так что же изменилось? — Ты избегал меня,— Хосок провел кончиком пальца по вырезке из газеты. К делу приложено невероятное количество материалов. Увесистая папка. Такой и убить можно, стоило хорошенько разок вмазать по лицу. Юнги боялся представить, сколько материала хранилось в их офисе. И о скольких вещах Хосок умолчал. От Юнги несло сигаретами за километр. Не удивительно, что Хосок сморщил нос и тут же поспешил к окну. Открыл его, впуская свежий зимний ветерок. — Был занят, — объяснений не заслужил. Вместо кофе – стакан с водой. Забежать за живительным напитком не успел. Потратил много времени на разборки с Намджуном и Тэхеном. Серьезно, они переубивать друг друга готовы были. Хосок молча наблюдал за ним. Не спешил говорить, перебирая листы в деле Хагена. Интересно, у него копии были? Заметил ли, если Юнги бы стащил парочку? — Я уверен, что кто-то украл те отпечатки, — все же проговорил, — настоящего убийцы. И зачем только втянул его в это? Думал, если попросит помощь в деле у знакомого копа, то все будет в порядке. К тому же, Хосок очевидно влюблен в него. Проще простого посадить засранца да? Не думал, что потребность докопаться до правды в нем такая сильная. Слишком плохо знал Чон Хосока или стал чересчур самоуверенным? Юнги прикусил губу, вытаскивая лист между пальцами. Единственные отпечатки, которые оставил Чешир, принадлежали Ким Джэбому. Сколько было других на самом деле? — Просто оставь это, ясно? — Юнги внимательно смотрел на хитросплетения линий. — Ким Джэбом сядет и точка. И в какой момент легкое дело превратилось в это? Правильно ли Юнги поступил, что спас Тэхена? Ответ очевиден. Только последствий разгребал больше, чем заслуживал. Хаген мудак, но все носились с его смертью, как с ранним лишением благодетеля. Даже с публикацией тысяч материалов о его прошлом, находились люди, пытавшиеся оправдать его. Отвратительные ублюдки. — Это из-за вас исчезли отпечатки? — не нужен был ответ. Хосок все знал. — Кого ты покрываешь, Юнги? Самого себя. — Ким Джэбом, — процедил Юнги, даже не смотря в его сторону.— В твоих интересах, чтобы это был он. Поверь мне. Хосок закатил глаза, поднимаясь с места. Сдерживал свою злость, предпочитая пялиться в окно, чем подраться. Нужно было устроить встречу в спортивном зале. Тогда бы подрались, сбросили пар и забыли бы обо всем. Или нужно было всего лишь потрахаться, чтобы Хосок наконец-то забыл о своей работе. — Это сделал Ким Тэхен? — вновь попробовал Хосок, пытаясь добиться от него правды. — Он убил Хагена и теперь пытается подставить отца? Не далеко от правды. Отца и правда пытались подставить, только вот за дело. — Тэхен здесь не причем. — Ты спал с ним? — говорил ли в нем до сих пор офицер Чон? Или в момент включился ревнивый Хосок. — По камерам наблюдения единственный, с кем он уходил из бара был ты. Думаешь, я тебя не узнаю? Но тем не менее его имя до сих пор не фигурировало в деле. Хоть где-то Хосок пытался его выгородить. Юнги выпрямился, пожимая плечами. — И что с того? — без единой эмоции в голосе. — Разве запрещено трахаться с ним? Хосок сглотнул, складывая ладони на груди. Добавил, добивая окончательно: — Это не измена, если мы не вместе, верно? Знал, что причинял ему боль. Не только ложью, но и злобными словами. Но ведь они и правда не вместе. Всего лишь два друга, которые время от времени проводили время вместе в горизонтальном положении. И если за последний год член Юнги побывал в нем чаще, чем в любом другом человеке, то это все равно не делало их эксклюзивными партнерами. — Ты не можешь быть серьезным, — прошептал Хосок. — Юнги…Блять, ты врешь. Пускай думает, что хочет. Юнги махнул рукой, не вдаваясь в объяснения. — Ты все еще с ним… — Общаюсь? — встрял Юнги, прежде чем он успел договорить. — Да, мы поддерживаем связь. Хосок отвернулся, уводя разговор в безопасное русло. Подальше от странной связи между ним и Тэхеном. Пусть думает, что хочет. Они не вместе. Так что, если несколько ночей Юнги снился Тэхен, то об этом никто не должен знать. — Я не думаю, что тебе продолжать общение с Кимом, — Хосок прищурился, смотря в окно. — Он не тот человек, которым пытается казаться. — Странные у тебя предпочтения, — фыркнул Юнги, чуть посмеиваясь. — А как же твое: «все заслуживают шанс?» — Послушай, Юнги, я хорошо разбираюсь в людях, — уверенно кивнул. — Он только кажется милым и пушистым. Моя чуйка меня редко подводит. Значит, не один Юнги такой наблюдательный. Только их отличия в том, что Юнги раскусил его раньше, а потому Тэхен и не особо скрывал себя. Либо заставлял всех поверить в это. — У меня нет доказательств, что он убийца — Хосок цокнул языком. — Пока нет, но я найду их. Юнги не сдержался – рассмеялся. — Оставь это. Тебя уже отстранили от дела, передали другим людям. В чем проблема просто забить и дать Ким Джэбому сгнить в тюрьме? — Потому что это правильно, — вспылил Хосок, отталкиваясь от подоконника. — Есть закон. Есть настоящий убийца, а невинная жертва должен получить срок вместо него? Если бы только Хосок знал всю правду. — Джэбом не невинная жертва, — не после того, как пытался продать Тэхена и столько лет издевался над ним в детстве. — Но и не убийца, — подловил его Хосок. Юнги покачал головой. — Если твой закон должен защищать невинных, то почему каждый год тысячи ни в чем неповинных людей оказываются в тюрьме, когда защищаются от убийц, а? — Юнги не знал, как остановить себя. Почему лишь один комментарий Хосока выводил его из себя. — Почему жертва изнасилования не может выйти из дома десятилетиями, когда насильник выходит из тюрьмы через год и насилует вновь и вновь? Почему за педофилию вы сажаете максимум на пять лет и за хорошее поведение вновь выпускаете их? Почему осужденные после выхода из тюрьмы вновь убивают? И сроки получают еще меньше. Почему коррумпированные чиновники все еще зарабатывают миллиарды вон, а те, кто пытаются их посадить умирают? Хосок застыл, удивленно уставившись на него. Дотронуться боялся – Юнги сам себе напоминал раскаленный провод. Одно лишнее движение и сгорит весь. Голос повышал, огрубел весь, крепко сжимая ладони в кулаки. — Почему ваша полиция убивает без суда и следствия, крича о попытке нападения на полицию, когда у него не было при себе оружия? Это нормально, что закон, который должен защищать невинных, превращает их в злодеев? Не заметил, как поднялся с места. Глаза горели, но не мог позволить себе эту слабость. Не должен показать, что ситуация задевала его. И так сказал слишком много. И Хосок не должен был знать, что привело его на эту дорогу. Дело ведь не только в заработке, в угрозах собственной жизни. Чешир предложил ему месть, в обмен на то, что он останется в банде. Юнги получил ее. И наслаждался каждой минутой. Только вот…Это ничего не исправило. И что с того, что он убил начальника полиции, чиновника и шестерку, когда таких людей по всей Корее тысячи? — Просто оставь это, — Юнги перевел взгляд. — Если хочешь жить, то ты просто оставишь это дело. Ты…ты слишком хорош для этой системы. Юнги не стал слушать глупые оправдания. Сбегал, как последний идиот. И о чем только думал, когда вываливал все это? Какая разница, что думал Юнги об этой системе. Хосок не поймет. Для него полиция – идеал, а не коррумпированный мир со своими правилами. Он был в банде, но не понял ее суть. И оставил ее, словно так легко оставить все позади. Юнги не мог отступить, как и пойти назад. Ноги сами привели в бар. Сокджин не стал выпендриваться маленькими рюмками, протянул ему сразу бутылку крепкого виски. — Ты не в духе, — прокомментировал Сокджин, протирая стакан. — Проблемы на любовном фронте? — Завались, — Юнги приложился лбом о холодный стол. — Я просто хочу напиться и все. Достал телефон, замечая с десяток пропущенных от Хосока. И лишь одно сообщение от Тэхена. Не думал, тут же открывая его. Застыл, смотря на парня в его толстовке, с очками на кончике носа, в больших наушниках. И ракурс выбрал такой, чтобы стол письменный виден был с кучей конспектов и учебников. И бедра. Опять эти чертовы бедра, в коротких серых шортах. Контроль Юнги трещал по швам. «Догоняю пропущенное» Велико желание сфотографировать себя с в обнимку с виски, только не хотел. Отписал лишь «усердно учись». На этом достаточно страданий. Эти бедра все равно собирались присниться ему. — Это Намджун? — невзначай поинтересовался Сокджин, останавливаясь рядом. Клиентов не наблюдалось, а потому Сокджин спокойно мог посидеть рядом с ним. Иногда Юнги забывал, что Сокджин их банде не принадлежал. Всего лишь бармен в банде, которую крышевал Чешир. Они не были друзьями, но Юнги ценил его поддержку в трудные минуты. К тому же, с ним неплохо было поболтать. Старше лет на семь, если Юнги правильно помнил. Один раз увидел его документы, а потом Сокджин влепил ему подзатыльник. — Нет, — цокнул языком. — Ооо, у малыша Шуги появился парень? — Сокджин уложил подбородок на кулак, мило хлопая ресницами. Понятно, почему Намджун так легко влюбился в него. Харизмы ему не занимать. Потрясающе выглядел, даже когда просто дышал. Ему конечно до Тэхена еще далеко, но потенциал был. Юнги качнул головой, тут же отпивая виски. Никаких мыслей о Тэхене. Только вот… Почему в голове все равно появлялся его образ? Намджун был прав. Нужно было перестать искать встреч еще недели назад. А теперь привязался сильно. С Тэхеном не нужно было притворяться, не нужно было строить из себя невесть кого. Он мог спокойно рассказывать о своих братьях самые постыдные истории, жаловаться на дебоширов из бара и говорить, как надоело стряхать деньги с некоторых личностей. Легко мог рассказать, как избил нескольких человек. И в ответ бы не получил недовольства. Тэхен не судил его, а просто принимал. Это входило в привычку – встречаться по вечерам в каком-нибудь парке, недалеко от квартиры Кима, либо же на заброшенной крыше. Иногда оставались там до самого рассвета, уставившись на темное звездное небо. Тэхен, запрокинув руки за голову, называя все звезды, которым научил его дедушка, а Юнги в ответ рассказывал легенды, которые знал от отца. С ним спокойно, с ним хорошо. С ним Юнги вновь учился жить. Только вот признавать, что между ними было что-то не собирался. — Что за, — его прервал удивленный голос Сокджина, бегущий к ним Ынсок. Давно таким встревоженным мужчину не видел. — Вы… Вы не поверите. Кинул на стол телефон, где шла прямая трансляция новостей. Ынсок частенько коротал время в телефоне, а бар обычно крутил по телевизорам известные клипы американских звезд. Юнги нахмурился, слегка увеличивая громкость. И зачем им смотреть новости? «…покончила с собой. Тело было обнаружено в баре на Итэвон. Согласно камерам наблюдения, около часа до нахождения тела девушка скрылась в одной из кабинок. С помощью персонала удалось выломать…» Рот приоткрылся, замечая знакомую вывеску. Этот бар принадлежал их семье. Находился в месте лучшем, граничащим с Итэвоном. Крутились большие деньги, особенно в сфере казино и проституции. Чешир горячо любил этот бар, отбирая в него лучших. Юнги затошнило, стоило кадрам смениться. Самое смешное, что они хорошо зацензурили алкоголь, но не девушку в крови. Лежала в луже собственной крови, голова согнута под неестественным углом. Юнги не дурак, чтобы поверить в их наглую ложь. Перерезанные запястья, обширная потеря крови. Только вот… Склейка с видео камер наблюдения. Вновь барахлившие камеры? «…опознана как…» На экране высветилась улыбающаяся, счастливая девушка с острыми, как лезвие ножа чертами лица. Ынсока рядом с ними стошнило на пол. Юнги не мог отвести взгляда от нее. — Ублюдок, — шепнул Сокджин. В их голове родилась одна и та же идея. Чешир убирал всех свидетелей той ночи. Тех, кто знал правду. «Ли Сонми» Юнги откинул телефон в сторону, стараясь перевести дыхание. К горлу подступал комок. Поднялся с места, тут же выходя на улицу. Тучные облака скрывали солнце, а морозец совсем не расслаблял. Юнги трясло. Тошнило, а перед глазами лицо женщины, что врала полиции, что была свидетелем против Ким Джэбома. Что задумал Чешир? «Как мы поступаем с предателями?», — помнил вкрадчивый шепот на ухо. Звонок, еще один. Юнги осел на землю, прижимая ладони к вискам. Нельзя паниковать. Просто нельзя позволить эмоциям захватить его. Что черт возьми в его голове? Из-за него сообщники Хагена оказались в тюрьме. Чешир убрал отпечатки, выполнил свою часть договора. Только он не обещал, что на этом остановится. Чешир собирался убрать всех свидетелей той ночи. Всех предателей – убивают.