признать поражение

Его оставили за дверью. И что ему делать все это свободное время? Велик соблазн уехать домой. Все же устал после ночной работы, хотелось вздремнуть. Забыть обо всех проблемах, отоспаться на годы вперед. Только мечта эта несбыточная. Юнги зевнул, перелистывая журнал. Первые десять минут сидел в телефоне, потом поговорил с несколькими работницами, вновь залип в телефоне, а теперь отыскал журнал. Несколько пациентов косились, находя его манеру стучать ногой по полу, весьма напрягающей. Интересно, почему они так долго. Юнги ожидал, что Тэхен сбежит с самого начала приема. Не выдержит всей этой мозговправной фигни. Но нет, высиживал как послушный ребенок все время. Впустую деньги не тратил. Конечно, ему было неизвестно, что за первый прием Миен никогда не брала денег. Юнги цокнул языком, замечая сообщение от Хосока. Их отношения нельзя было назвать натянутыми, они даже неплохо провели выходные. Юнги приехал в ночи, разбудил его, получил свою долю удовольствия и уехал, не оставаясь. Спасибо, но он не собирался ни с кем обниматься в постели. Без исключений. Юнги почесал щеку, смотря на сообщение. Оно ведь не кусалось, так почему не мог ответить на простой вопрос: «Приедешь вечером?». Юнги планировал вылазку вместе с братьями. Нужно же было зарабатывать миллионы вон, раз Чешир повысил им ценз. Так еще и Тэхен…Вряд ли у него будет хорошее состояние после психиатра. И если Тэхен не против провести с ним еще немного времени, то Юнги с удовольствием отодвинул бы пару занятий на потом. Черт, о чем только думал? Может он и признался самому себе, что парень привлекает его, но не до такой же степени, чтобы переносить все дела и планы. К тому же, между ними быть ничего не может. Это как заставить праведника встречаться с дьяволом. Только вот в Тэхене от черта больше, чем от святого. Кто кого еще бояться должен, верно? «Не уверен. Напишу позже». Хосок не напрягал, больше не став ему писать. Ему бы испытывать угрызения совести, но кроме облегчения ничего не испытывал. Хосок заставлял чуствовать себя меньше, чем он был. И Юнги это не нравилось. Юнги сложил ладони на груди, прикрывая глаза. «Заседание по делу Ким Джэбома состоится в скором времени. Они обговаривают дату. Все материалы будут переданы в суд» Юнги зевнул, приоткрыв один глаз. Телефон так и разрывался от сообщений. «У него минимальные шансы» Наконец-то, спустя час сеанса, дверь отворилась. «Приедь, пожалуйста, нужно поговорить» Юнги был уверен, что Тэхен сбежит раньше. От прежней улыбки не осталось и следа. Бледное осунувшееся лицо, покрасневшие от слез глаза. И губы, слегка кровоточащие от множества искусанных ран. Прошел мимо него, тут же направляясь к лифту. Юнги резко дернулся, пытаясь ухватить его за толстовку. Только не успел. Следом, неспеша, из кабинета выпорхнула Миен. Легкая, неземная, напоминающая одну из сказочных фей. Девушка мягко улыбнулась, подходя к нему поближе. Кто бы мог подумать, что она окажется близка к бандитам. — Как прошло? Миен провела пальцем по губам, мол, на замке. — Мы договорились встретиться на следующей неделе, — чуть сжала его плечо. — То, что он остался уже прогресс. Если придет на следующую встречу, то маленькими шажочками… Юнги кивнул, конечно, в интересах Тэхена продолжать ходить на сеансы. Если Юнги будет таскать его раз за разом, то ни о каком прогрессе речи и не будет. Коротко попрощался с девушкой, тут же поспешив за Тэхеном. Обогнать лифт не мог, но очень старался. Тэхен ожидал на улице, присев на лавку. Ладонями зарылся в волосы, локти поставил на колени. Слегка дрожал, но не вздрогнул, стоило Юнги приземлиться рядом. Можно ли касаться человека после сеанса? Вряд ли разговор был милым и пушистым – глаза красные, распухшие, из носа слегка текло. Не образец красоты и изящества. Только сердце все равно предательски участилось. Юнги вытащил салфетку из кармана, протягивая ее застывшему Тэхену. — Спасибо, — высморкался, тут же утирая ладонями глаза. Юнги провел ладонью по его спине, останавливаясь на лопатках. Мог ощущать его легкую дрожь, как пытался держаться сильным, даже когда разваливался на кусочки. — Лучше? Глупый вопрос. Юнги и сам понимал, что за один сеанс прогресса добиться не получится. Психотерапия долгая, кропотливая работа, когда обнажали душу, пытаясь дойти до глубины. — Хуже, — со смешком признался Тэхен. — Но лучше станет, да? Это как вскрыть едва зажившую рану. Кажется, что не болит, но стоило слегка надавить и вес гной прорывается наружу. Никто не даст гарантий, как долго занимает психотерапия. В один момент становилось лучше, а затем единичный триггер и вновь начинать весь путь с самого начала. — Гной должен выйти, чтобы рана очистилась, — это всегда им напоминала милая медсестра, когда лечила их ранения. — С душой также. Тэхен тяжко выдохнул, обессиленно опуская голову на его плечо. Едва держал глаза открытыми, часто жмурился, смаргивая слезы. А Юнги не дергался – застыл как истукан, ощущая тепло его тела. И повторял: нельзя. Смотреть можно, а трогать нельзя. Да и общаться не стоило тоже. Тэхен не создан для таких, как он. Тэхена нужно любить, лелеять, а Юнги мог принести ему только страдания и боль. И не знал, как пересилить себя. Ночью проще, когда Тэхен пытался «незаметно» обнять его. При свете же мог только неловко похлопать по плечу. Тэхен не отстранялся, так и шмыгая носом. Замерли, не обращая внимания на мельтешащих людей, их недовольные лица, озабоченные столь близким положением двух парней. Юнги сглотнул, поворачиваясь к Тэхену: — Купить тебе мороженое? Тэхен фыркнул, отстраняясь от него, утер рукавом нос. — Клубничное, с шоколадной крошкой, а еще хочу бургер. Юнги, улыбнувшись, покачал головой. Это уже больше походило на Тэхена. Слегка потрепал его по волосам, поднимаясь. Мог провести несколько часов с ним, а после вернуться к братьям и делам. Тэхен сейчас его приоритет. Глупо отпускать его одного после травмирующих воспоминаний. Найти забегаловку, удовлетворяющую потребностям Тэхена сложно. Жирные бургеры, сочные, с тянущимся сыром, но без соленых огурцов, а еще чтобы лучка побольше было. В теплом кафе сидеть не хотел. Тэхен желал еды навынос и отморозить задницу на реке Хан. Фетиш у него явный на это место. Уселся на холодную землю, довольно вгрызаясь в бургер. Нужно было изучить эту ненормальную страсть Тэхена к вредной еде. Еще бы ему желудок проверить, а то кто знает. Может, внутри него червячок и завелся, жадно поглощающий любую пищу. Тэхен причмокнул, наслаждаясь едой. Игнорировал и соус в уголке губ, который Юнги так и хотел слизать собственными губами. Отвернулся, уставившись на свою маленькую порцию картофеля фри. Менее жирная, но все еще сытная еда. — Расскажи, — Юнги нахмурился на внезапную тихую просьбу. Тэхен не сводил взгляда с бургера. — Что угодно, просто говори. Хоть и пытался казаться сильным после недавней истерики, но говорить больше о походе к психиатру не хотел. Юнги выдохнул, уставившись на бесконечную реку Хан. Успокаивала. В такие моменты вспоминал долгие разговоры с Реном. Когда тот успокаивал его после первого убийства, помогал после драк и залатывал его раны. — Уджи недавно получил высший балл по математике, — Юнги потянулся за картофелем фри, — а Кибом защитил диплом. — Диплом? — недоверчиво переспросил Тэхен, прожував большую часть бургера. Юнги улыбнулся, утирая с края его губы соус. Замер, на мгновение потерявшись в темных глазах напротив. И не двигался, словно они застыли под влиянием Горгоны Медузы. — Да, диплом, — тупо повторил Юнги, тут же отводя взгляд. — Дистанционная учеба, многие из нас ей пользуются. — И ты? Слишком много недоверия в голосе. — Экономика и управление бизнесом, — напыщенно произнес Юнги. Тэхен фыркнул, недоверчиво качая головой. — Я не шучу. — Охотно верю, — Тэхен хихикнул, вгрызаясь в бургер. Юнги не должен был находить его очаровательным, но тот слишком мило уминал гамбургер, надувая щеки. Точно хомяк. Самый прекрасный, милый, очаровательный хомяк. — Второй год уже, — прищурился Юнги. — Эй, хватит смеяться. Тэхен и правда не верил ему? Он что, считал его необразованный бандитом, который только деньги вытрясал? Отчасти, правда. Но не вечность ему же бандитом быть. Вряд ли он когда-либо дорос бы до главы банды, а уйти по-тихому очень даже хотелось. Желательно из этого бизнеса свалить живым и со всеми конечностями. — Сложно представить тебя студентом, — смахнув невидимую слезу, заявил Тэхен. — Еще скажи, что домашние задания делаешь. Юнги надуто отвернулся, игнорируя преувеличенный смех Тэхена. Было в нем что-то волшебное, затягивающее Губы непроизвольно растягивались в улыбке, хоть и пытался сдержать ее. Дурак. Самый настоящий. Издевался над ним, а Юнги терпел. Пусть веселится сколько хочет, это лучше, чем видеть его слезы. — Хватит смеяться, — вновь повторил Юнги, уже не сдерживая улыбки. Колкости и злости в словах никаких. Забыл, когда спокойно позволял смеяться над самыми абсурдными вещами. Вновь чувствовал себя подростком, когда не заботился ни о чем. В то время его волновали только оценки в школе, игры в баскетбол и постоянные занятия в тренажерке, чтобы поступить в академию. — Господин бандит не такой уж и опасный, — фыркнул Тэхен, ойкая, стоило Юнги пихнуть его в плечо. — Ты ударил меня! — Ешь свою еду, — Юнги прижал картошку фри к себе. — И не смотри на меня так. С надутыми губами, широкими глазами, пародируя кота из Шрэка, Тэхен пытался стащить у него картошку. Серьезно, он столько еды в себя всосал, точно пылесос, а теперь покушался на его картофель. Там и так не сильно много осталось, а Юнги еще предстояла работа! — Какой же ты хен, если заставляешь своего донсена голодать? — пожаловался Тэхен, надувая щеки. Заветную картошку украсть не удалось, а теперь пытался давить на жалость. Юнги рассмеялся, окидывая взглядом несколько пустых коробок из-под гамбургеров, картофеля фри и стаканчика с кофе. Сам-то Юнги лениво потягивал ту злосчастную картошку, пока Тэхен прикончил весь их ужин. — Голодать? — возразил Юнги, преувеличенно громко выдыхая. Прижал ладонь к груди, с упреком смотря на него. — А это кто съел? Тэхен фыркнул, окидывая его внимательным взглядом. Дрожь по телу пускал. — Ты меня вынуждаешь. — Что ты заду… Юнги вскрикнул, заливаясь смехом, когда шаловливые пальцы Тэхена принялись щекотать его за бока. Сам не ожидал от себя такой реакции. Тут же принялся отбиваться руками, когда Тэхен повалил его на землю. Поджал под себя, пальцами проводя под футболкой. По телу пробежалась дрожь и совсем не от щекотки. Юнги застыл, уставившись на лицо Тэхена, так близко к его. И почему, когда находился в присутствии Тэхена, ему хотелось творить глупости? Не поддавалось рациональному объяснению, его желание притянуть за галстук к себе, прижаться к манящим губам. Вкусить запретный плод. — Не отдам. Тэхен замер, слегка приподнимаясь над ним. Нависал, не пытаясь отодвинуться ни на миллиметр. Его пальцы вновь скользнули по животу, опускаясь чуть ниже, пока не достигли упавшего пакетика с картофелем фри. Тэхен хихикнул, тут же возвращаясь в сидячее положение, крепко прижимал пакетик к груди. А сердце Юнги бешено заходилось, отдаваясь набатом в ушах. — Хорошая попытка, — фыркнул Тэхен, закидывая картофель в рот. — Но я победил. Ему бы закурить, чтобы выкинуть все мысли о Ким Тэхене из головы. Вздрогнул, стоило на телефон прийти сообщение. Не успел достать его, как ладонь Тэхена оказалась перед носом, забирая телефон. С невозмутимым лицом прочел чужое сообщение, тут же отправляя телефон Юнги к себе в карман. — А ты часом не ахуе… — Тэхен прижал картошку к его губам, заставляя приоткрыть их. Смотрел в душу, не отводя взгляда ни на мгновение. Юнги задрожал, словно под первоклассным гипнозом. Ученым стоило изучить феномен Ким Тэхена. Почему от одного его взгляда всем существом замирал, боясь пошевелиться. И сил спорить уже не было, когда Тэхен медленно приближался к его лицу. — Когда я гуляю с тобой, то все твое внимание должно быть на мне, — спокойно заявил Тэхен, утирая крошки с уголка его губы. — И это не братья, не волнуйся. Тэхен мягко улыбнулся, сжимая его плечо. В груди сдавило, дыхание задержал, ожидая следующего шага. Только Тэхен, как и подобает настоящему дьяволу, быстро отстранился. И как ни в чем не бывало, с улыбкой доедал его картофель. Дьявол. Точно. Юнги поднялся, поправляя задравшуюся футболку. Уже уяснил, что с Тэхеном спорить бесполезно. — Всего лишь Хоуп предлагал приехать и потрахаться, — все так же безэмоционально заявил Тэхен. Картошка едва не застряла в горле. — Но ты же не бросишь меня ради него, — острый взгляд, плотно поджатые губы. Юнги покачал головой. И не только из-за испуга. — Вот и славно. И, словно этого угрюмого Тэхена не существовало, на его губы вернулась улыбка, широко раскрытые невинные глаза, в которых так и плясали адские огоньки. Было что-то забавное в ревности Тэхена. Хотя, было бы из-за чего переживать. Они всего лишь…кто же они друг другу на самом деле? — Ты купишь мне еще картофеля фри? После очередного бургера, которым Тэхен был не особо доволен, выдвинулись к дому семьи Ким. Слишком много соленых, кислых огурцов, которые Тэхен ненавидел. Еще и упросил купить бабл-ти, а теперь покачивал ногами, пока Юнги спорил с продавцом, что им нужен был только определенный вид. Придуманный воспаленным мозгом Тэхена. Еще хихикал, когда очередной продавец крутил пальцы у виска. Юнги закатил глаза, дернувшись, стоило Тэхену собственнически обхватить его за предплечье. Ходили по торговому ряду, как чертова парочка на свидании. И, несмотря на попытки скинуть его руку, Тэхен был упрямым осьминогом, не собиравшимся его отпускать. Под конец Юнги смирился, что просто так от него не отстанет. — Хочешь прокатиться? — Тэхен уже тянул его в сторону небольшого парка развлечений. Слово «нет» в его лексиконе отсутствовало. Как и желание спорить с Тэхеном. Удивительно, как легко Тэхен заставлял его творить глупости. И не скажешь, что меньше двух часов назад, парень вышел никакой после разговора с психиатром. Либо Тэхен первоклассный актер, либо справлялся со стрессом именно таким образом. — Нет, — Юнги покачал головой, уставившись на чертово колесо обозрения. — Нет, Тэхен. И снова этот щенячий, преданный взгляд блестящих глаз. Юнги сглотнул, четко ощущая сердце где-то в горле, тепло прижатого тела, и печально надутые губы. Нет, он не собирался идти на поводу и исполнять любые хотелки Тэхена. Он взрослый мужчина, ему двадцать один год. И Мин Юнги не собирался подниматься на колесо обозрения вместе с ним, подобно этим глупым парочкам из тик-тока. — Пожалуйста, Юнги-я, — выдыхал на ухо. — Один раз. И почему позволял к себе такое отношение? Он старше, он хен, он главнее! Юнги закатил глаза, протягивая контролллеру билеты на адский аттракцион. Рядом, словно щенок-переросток, Тэхен подпрыгивал на носочках, держа его за предплечье. И отпускать не вздумал, усаживая рядом. — Если мы здесь застрянем, — Юнги опасливо окинул взглядом коробку, в которой им пришлось ютиться. Громко не поговоришь. Перед ними трое, рядом миловидная девушка. Тэхен специально уселся у окна, завороженно уставившись на раскинувшийся Сеул. Если так хотел на высоту, то Юнги мог спокойно отвести его на любимую крышу. Только вот сразу вспоминал их последнюю встречу там. Стоило заменить плохие воспоминания хорошими. — Не волнуйся, — Тэхен похлопал его по бедру. — Ничего не произойдет. Путешествие на колесе обозрения мучительно не только из-за высоты. Юнги больше смущала ладонь Тэхена, сжимающая его бедро при каждом наборе высоты. Вцепился так, что отпустить невозможно. Но стоило отдать должное, вид и правда потрясающий. Юги чуть прижался к его боку, разглядывая очертания Сеула. В вечной гонке жизни забывал, насколько потрясающий мир перед ними. Множество людей, напоминающих мелких букашек. Сияние огней вечно шумного города. Тэхен медленно повернулся к нему, мягко улыбаясь. И почему нельзя залезть другому человеку в голову? Раскрыть все его тайны, желания и мечты? Было бы проще, если бы Мин Юнги мог с первого раза прочитать Ким Тэхена, словно тот был открытой книгой. Только, кажется, что понял страницу, а на следующей уже все на другом языке написано и снова ни черта не ясно. Может, только из-за этой странной интриги, его вечной переменности, Юнги и не мог пересилить себя. Всегда легко избавлялся от любых помех, интрижек, а за Тэхеном тянулся, словно тот ему поводок накинул. Хотя нет, скорее Юнги добровольно кинул петлю на шею, крепко привязал, а потом вручил другой конец Ким Тэхену. А тот сам не подозревал об этом, но тащил за собой. В момент, когда Тэхен узнает об этом поводке, для Юнги все будет кончено. Тэхен не искал с ним встреч, больше нет. Это делал сам Юнги. Сам тянулся к нему, сам отправлял первое сообщение, а потом получал поток в ответ. Это Юнги решил проблемы с его отцом, это Юнги умолял Чешира о помощи, чтобы с Тэхеном было все в порядке. Это Юнги притащил его на реку Хан, будто они реально «вместе», а не по отдельности. Голова кружилась, но не от высоты. Он не влюблен. И никогда не будет. — Отвезешь меня домой? — вкрадчиво шепнул Тэхен, отпуская его бедро. Во рту пересохло. Юнги пытался изгнать любые мысли, где бы мог услышать эту хрипотцу. Намджун был прав, он чертовски облажался. Может, им нужно было просто переспать друг с другом, избавится от этого сексуального напряжения между ними. Только какой в этом смысл? Юнги мог захотеть большего. И это пугало. Мотоцикл дожидался на парковке. Юнги встряхнул ладони, заводя мотор. Игнорировал и теплые пальцы Тэхена, обхватившие его талию. Игнорировал теплое дыхание, опаляющее шею. Забыть, игнорировать, не думать о них. Ему просто нужно время, желательно вдали от Тэхена. Когда Ким Джэбмоа посадят, то для них все закончится. Их история завершится счастливым финалом, где каждый пойдет своей дорогой. Тэхен получит диплом, станет первоклассным прокурором, а Юнги повезет не умереть за этот год, находясь под прицелом Чешира. Нельзя желать большего. Нельзя желать того, с кем быть не сможешь. Разбить сердце другому проще простого. Только вот Мин Юнги не хотел собирать осколки собственного сердца. Столько лет бережно держал его в грудной клетке, не позволяя никому тронуть струны души. И только один человек, только одна улыбка, одни сияющие глаза и тихий шепот и Юнги был готов вырвать сердце из груди. Отдать его настоящим, кровоточащим, желающим любви и спасения. Юнги притормозил не так далеко от дома Тэхена. Знал, что растягивал время, нарочито медленно снимая шлем. Тэхен улыбался, а от прежних слез не осталось и следа. — Скоро слушание, — отличный конец для разговора. Юнги цокнул языком. — Скоро все закончится. Тэхен кивнул, оглядываясь на дом. Темные окна, значит, матери в квартире не было. Юнги выдохнул, пряча охладевшие ладони в карманы. — Я счастлив, что именно ты спас меня, — признался Тэхен, покачиваясь на носках. — И если бы не ты, то все было бы кончено в ту ночь. Единственный фонарь освещал потемневную улицу, Тэхен отвернулся, прижимаясь поясницей к его мотоциклу. Стояли так близко, но держались на расстоянии. И кто же первым нарушил бы это притяжение? Кто сдался бы первым? — Я не думал, что мне нужно говорить об этом, — поморщился Тэхен. — И не думал, что мне нужна помощь. Но доктор Кан… Я с ней еще встречусь. — Ты не заслужил того, что произошло, — отчеканил Юнги. — И твоей вины в этом не было. — А может, была, — шепнул Тэхен, косясь на Юнги. — Я знаю, что мы пообещали без спасибо, поэтому скажу в последний раз, — выдохнул, мягко улыбаясь, — Спасибо, Юнги. — Никаких спасибо и прости. Тэхен рассмеялся, вставая перед ним. В свете фонаря казался неземным. Тэхен наклонился, оставляя легкий, едва заметный поцелуй рядом с уголком губ. В ушах невообразимый шум, дыхание перехватило. — Спасибо. Медленно отстранился, продолжая улыбаться. Ждал от него ответных действий? Только вот защитить себя дороже, чем идти на поводу чувств. Намджун прав – у них дороги разные. И им с ним не по пути. И если Тэхен сейчас этого не понимал, то совсем скоро окажется разочарован. — А теперь верни телефон, солнце, — Юнги не хотел признавать, как сильно ему понравился сегодняшний вечер. Если бы они были вместе, то вполне внес эту встречу в список лучших свиданий. Только они не вместе. Тэхен с улыбкой достал телефон Юнги из кармана, смотря на высветившееся сообщение. Для полного счастья ему оставалось только пароль узнать и пиши пропало. — Кибом, — прищурился Тэхен. Игривая улыбка сошла с его губ. — Просит тебя срочно перезвонить. Юнги нахмурился, выхватывая телефон. Вот и конец мнимого свидания. Время возвращаться в реальную, взрослую жизнь. На экране высвечивались последние сообщения. И если от Хосока была просьба приехать, то Кибом просил перезвонить. А следом еще одно сообщение: «ты просил выяснить, я нашел» — Пора работать, — подытожил Юнги, прижимая шлем к груди. — Где тебя искать завтра? — В реабилитационном центре, — Тэхен почесал затылок. — Я бываю там каждый понедельник с трех до пяти, иногда по средам в зависимости от расписания и каждые выходные вечером. Ты хочешь встретиться завтра? Слишком много надежды в простом вопросе. Лучше задавить ее на корню. Нужно было избавиться от их связи еще недели кназад, пока все не зашло слишком далеко. — Может, позже, — от Юнги не укрылись надутые губы. — Сперва нужно поработать. Тэхен помялся, выжидающее смотря на него. — Напиши, как будешь дома, — все же попросил Тэхен, оглядываясь назад. Юнги не стал ничего обещать, помахав на прощание. Дождался, пока Тэхен не скрылся в фойе многоэтажного комплекса. И как дурак стоял, уставившись в темные окна. Серьезно, они вылезли из подростковых фильмов? Уселся на мотоцикл, замечая включенный свет и мельтешащий у окна силуэт. Общение с Тэхеном походило на зависимость. А от нее так просто не избавишься. В ночи район оживал сильнее: повсюду сновала молодежь, готовая отдать все деньги на выпивку. Мальчишки выделывались перед девушками, пытаясь затащить их в постель. Те же незаинтересованно только смеялись, готовые разбить не одно сердце. В баре на удивление тихо. Клиентов мало, все же день будний, а потому Юнги легонько помахал Сокджину за стойкой и поспешил в кабинет. Работой сегодня не пахло, минута отдыха им не повредила бы. А может, Юнги присоединился бы к одному из братьев на их миссии. По полю он соскучился. Или же мог поколотить пару груш в спортивном зале. Кибом привычно расселся за компьютером, наушники на голове, все щелкал по клавиатуре, совсем не обращая внимания на него. Положил ладонь на плечо, привлекая внимание. — Что ты выяснил? Кибом вскрикнул, роняя кофе на колени. Юнги вроде и не прятался, а тот испугался. И как только с такими навыками в банде выживал. Точно, он же мозг. Да и не особо любил драки и запах крови не переносил. — Напугал, Шуга, — фыркнул Кибом, переключая сайт. Взламывал опять полицию? — Познакомьтесь, Им Юна. С экрана уставилась миловидная девушка с четкими чертами лица, теплым взглядом и милой улыбкой. Красивая, даже слишком. От нее ничего хорошего ждать не стоило. Юнги прекрасно знаком с таким типажом. И чуйка редко подводила его. С ней не все так просто. — И кто она? — Юнги нахмурился, пока Кибом переключал фотографии женщины. Ей было за тридцать явно. Фотограыий множество: в парке, в пекарне, несколько с маленькой девочкой. Дочка, подтвердил догадку Кибом. Им Юна жила потрясающую, богатую жизнь. Кибом хорошо постарался, но Юнги понятия не имел, кто она и что забыла на экране их компьютера. — Ты просил узнать, кто оплатил первый взнос в реабилитационном центре, помнишь? Это было еще до убийства Сонми, когда они переключили все задачи на поиск ее убийцы. Юнги уже и забыл, что просил Кибома. А тот, как самый настоящий следователь, отыскал все. Взломать платежную систему ерабилитационного центра не так уж и сложно. Может, Юнги и признался, что Тэхен интересовал его, но все еще не доверял ему. И лучше обезопасить себя, чем получить нож в спину. — Владелица сети пекарен, одна, кстати, не так далеко от Сеульского университета. Тэхен заходил туда пару раз, — и правда, на фотографии с камер наблюдения, в ужасном качестве, но все еще узнаваемый. — Если он и работал на нее, то неофициально. — Ты нашел что-то еще? Любая информация могла быть полезной. — В официальном браке не состоит, но ребенок есть, — поиграл бровями. — Я пытался найти информацию, но она мало где светилась. На нее оформлено несколько пекарен, три квартиры и дом в Японии и в США. Большую часть года она проводит именно там, но бывает и в Сеуле. Юнги нахмурился, уставившись на женщину. Слишком странно. — Дальше платила Ким Суен? Кибом кивнул, открыв файл из реабилитационного центра. Все последующие платежи проходили под именем матери Тэхена. Не такие баснословные суммы, как в первый раз. Юнги все равно не понимал, как владелица пекарен могла оплатить такую сумму. Даже если Тэхен и работал на нее. Только не складывалось. Он чувствовал, что все не так просто. Только доказать не мог. На телефон пришло новое сообщение. Точно, он же не обещал написать Тэхену. Закатил глаза, заходя в их диалог. «Ты в порядке?» «Работаю», — все же отправил. А следом: «Дата слушания назначена на третье марта».

/

Тэхен выдохнул, уставившись в собственное отражение. Не узнавал себя прежнего – любимые бабушкины щечки исчезли, уступая впалым, острым скулам. Тэхен хмуро провел ладонью по лицу. Нужно было остаться на ночь у Чимина, с утра имел бы доступ к его огромной косметичке. Подмазал бы синяки под глазами, возникшим от недосыпа. — Ты скоро? — долгий стук в дверь. Скучал по единению прошлой квартиры. Тэхена зачерпнул воды в ладони, вновь омывая лицо. Словно это могло смыть груз вины и лжи с его сердца. Сегодня финал истории. Сегодня первое слушание в суде. Не верилось, что история подходила к своему завершению. Дело тянулось слишком долго. Тэхен улыбнулся собственному отражению, поправляя галстук. Завязывать его не умел. Бабушка всегда помогала ему. Сегодня же справлялся сам. Матушка для суда выбрала строгое футлярное черное платье, с белым пиджаком. Идеальный образ справедливого главного прокурора. Тошнило от показушности. Ким Суен закатила глаза, поправляя волосы у зеркала. — Просто говори все, как было, — примудрила носик, нанесла яркую алую помаду на губы. Не знал, кто видел в них сходство. У него с Ким Суен ничего общего не было. Тэхен кивнул, накидывая на плечи темное пальто. Он уже скучал по теплу толстовки, по ласковому лавандовому аромату. Тэхен достал телефон, кротко улыбаясь высветившемуся сообщению: «удачи». Юнги собирался встретить его после суда. Суен не разрешила бы ему досидеть до конца. Заседание проходило в закрытом режиме. Они должны были по очереди выступить, выслушать друг друга, а затем судья на основании всех документов вынес бы решение. Тэхен ожидал больше зрелищ, больше крови во славу Капитолия, но жизнь никогда не складывалась так, как он хотел. — Хорошо, — правду на суде никто и не ждал. И не знал, конечно же. Чешир постарался, чтобы свидетелями остались они с Юнги. Меньше народу, больше кислороду. Тэхен выдохнул, уставившись в зеркало. Мать миниатюрная, но в ее взгляде чувствовалась сила, до которой Тэхену как до луны. Тэхен же больше напоминал испуганного крольчонка. Тэхен ожидал такси, но машина любовника Суен выглядела неплохо. Они совсем неподозрительно кивнули, стараясь не смотреть друг на друга. От их наиграной холодности тошнило вдвойне. Его психика испорчена достаточно. Меньшее, что могло испортить его день поцелуй матери с мужчиной, младшее ее лет на пять. Может, все дело в том, что мать для него матерью никогда и не была. Не воспринимал ни ее, ни кровного отца родительскими фигурами. Его вырастили бабушка с дедушкой. Они были его настоящими родителями. А теперь Тэхен играл в спектакле, где притворялся маменьким сыночком, чтобы та возвысилась в глазах других мажоров. — Как продвигаются дела в университете? Серьезно, они собирались вести здесь светкие разговоры? — Нормально. Разговор не клеился. Сухо неловко принялся рассказывать увлекательные истории о своем прошлом, об обучении, о компании. Тэхен прикрыл глаза. Скорей бы этот цирк закончился, и он вернулся домой. В здании суда холодно. Тэхен потер окоченевшие пальцы друг об друга, ожидая, когда позовут его. Не думал, что весь суд больше напоминал фарс, чем сцены из фильмов. Кинематограф готовил его к прекрасной картине, где дрожал бы от страха. В реальности мог думать только о тепле дома, чем о своих показаниях. Руки дрожали, на лбу выступили капельки пота. Судья выглядела скучающей женщиной за шестьдесят, зевала все, пока один за другим выступали люди. Отец сидел опущенный, ниже воды, ниже травы. Не было его привычной язвительности, не было совсем ничего. Тэхен ожидал от него криков, драк, но он сидел разбитый, побежденный, стараясь не смотреть ни на кого. Тэхен заметил свежий синяк на его скуле. Неужели Чешир решил хоть раз пойти им навстречу? Тэхен не сомневался, что такое поведение отца вызвано побоями. Боялся за свою жизнь, а потому был готов даже в тюрьме отсидеть. Лишь бы жить. Помойная крыса. Выдохнул, стоило судье объявить перерыв. Хотел уйти, подальше из этого места. Не свежий воздух, в объятия к Юнги, куда угодно. Лишь бы не здесь. Его же присутствие больше не надо, верно? Мать его отлучку не оценила. Поджала губы, но все же кивнула. На улице и дышалось легче. Тэхен ощущал, как сердце сдавливало в тисках. Задыхался, ощущая жгучие подступающие слезы к глазам. Сморгнул, не давая им пролиться. Юнги терпеливо ждал его на ближайшей автобусной остановке через два квартала от районного суда. Тэхен никому бы не признался, что пробежал часть пути. Лишь бы заглушить глупые мысли. А если отца не посадят? А если он что-то придумает и избежит правосудия? Все заботы испарялись. Тэхен замер, уставившись на безмятежного Юнги. Стоял, прислонившись к мотоциклу, выкуривал явно не первую сигарету за день. Выпускал кольца дыма в воздух, игнорируя недовольных бабушек. Тэхен не думал, в несколько шагов оказываясь рядом. Прижался лбом к его плечу, вызывая лишь единственный удивленный вздох и мягкую улыбку на губах. Ради этой улыбки Тэхен был готов совершить какую-нибудь глупость. Не первую и явно не последнюю. Ладони Юнги зарылись в волосы, осторожно перебирая прядь за прядью. — Все так плохо? — шепнул Юнги, слегка придерживая его за затылок. Потянул так, чтобы в глаза взглянуть. И плевать, что несколько красные и опухшие. Тэхен пожал плечами, протяжно выдыхая: — Не знаю, — прикусил губу, стараясь не смотреть на него. — Это глупо, если мне кажется, что на этом все не закончится? — Нет, — Юнги кивнул, откидывая окурок от сигареты в сторону. — У придурка еще аппеляции могут быть, но решение не поменяют. Случаи редкие. И в этом правда есть. Судья вынесет приговор, он снова заживет счастливо. И неужели им придется расстаться? Тэхен нахмурился, поправляя воротник пальто. Уже скучал по теплу Юнги, хотя он был так рядом. Вцепился в него покрепче, пока Юнги вез их через шумный город. Странно, но страха не испытывал. Может, все дело в самом Юнги, с которым Тэхен чувствовал себя самим собой. Без масок, без преград и прочих глупостей. Чувствовал себя ниндзя, ожидая в фойе, поа Юнги проверял квартиру братьев. Все же, никто не должен знать, что чужак посещал квартиру их семьи. Юнги спустился десять минут спустя, поманив за собой рукой. Не нужно было. Юнги следовал за ним, будто ведомый музыкой крысолова. Юнги мог вести его на погибель, а Тэхен бы и не воспротивился. Приготовил заботливо чай, сделал несколько бутербродов. Кусок в горло не лез. Телефон в руке походил на змею. Ждал, когда мать соизволит позвонить. Эти две недели, как на иголках. Постоянные похождение в полицейский участок, где доблестные офицеры в очередной раз задавали однотипные вопросы. Отец пытался, правда пытался. Но на суде весь запал его исчез. Пустые глаза будут сниться ему очень долго. — Ты нервничаешь? Тэхен поднял взгляд, уставившись на Юнги. В квартире пусто. Разгар рабочего дня, все братья на заданиях, поэтому Юнги без зазрений совести провел его в квартиру. Виделись не так часто, как того хотели. Юнги оправдывался, что это только перед судом нужно было держать дистанцию. Только раньше его это не смущало. Как и флирт. Тэхен прикусил язык, вновь уставившись на телефон. — Это первое слушание, — напомнил Тэхен, — если все пройдет хорошо, то его посадят, да? Или он подаст аппеляцию. Тэхен на сто процентов уверен, что просто так отец не успокоится, даже если все доказательства будут против. Юнги лишь сказал, что все под контролем. Интересно, кто из офицеров полиции был из банды? Или они просто были настолько дружны, что покрывали настоящего преступника? Мать обещала позвонить сразу же после вынесения приговора. Только прошло уже около часа с момента его ухода из здания суда. Почему до сих пор не позвонила? — Не волнуйся, солнце, — Юнги улыбнулся, протягивая ему бутылку соджу. Пить запрещалось, но под бдительным контролем старшего можно, да? Интересно, чтобы случилось, приди Монстр раньше времени? Судя по всему, Юнги скрывал свое общение с ним. Последнее время встречались вне квартиры братьев. Изредка Юнги забирал его с университета, несколько раз подъезжал прямиком к дому. Прямо как в глупых подростковых романах – хороший мальчик ждал, пока злой парень в черной кожанке и на байке придет и украдет его от злой мачехи. Тэхен прижался к подушке, вновь выдыхая, пока Юнги отделял дольки мандарина. Ему предлагал через одну, больше поедая сам. Успокаивать должен был Тэхена, но скорее насмехался над его страданиями. Нога подпрыгивала, нервы свои обуздать не мог. С момента ухода судьи прошло слишком много времени. Что так долго можно было обсуждать? Тэхен прикусил ноготь на большом пальце, не сводя взгляда с телефона. — Думаешь, все закончится сегодня? — Было бы славно, — без особой надежды. Тэхен сам не верил, что все закончится так просто. Едва не выронил телефон, замечая звонок от матери. Перевел на громкую связь, не собираясь пересказывать ее же слова. Юнги застыл, так и не поднеся дольку мандарина ко рту. — Он проиграл, — спокойно произнесла Ким Суен, протяжно выдыхая. Улыбка непроизвольно расцветала на губах. Надеялся и верил, что это конечная остановка для отца. Спустя столько лет, Ким Джэбом все же окажется в тюрьме, как того заслуживал. Детская версия Тэхена ликовала прямо сейчас. — Предварительно, ему дают десять лет. Этого слишком мало, но чего Тэхен ожидал с судебной системой Республики Корея? Пожизненного? К тому же, он не оставит все так. — Он подал аппеляцию, — выдохнула Суен, подтверждая его мысли. — Но шансов у него нет. Ким Суен принялась причитать, как отец перепутал несколько важных фактов, как сам своими же словами себя закапывал. Ему стоило отдать должное. О том, как сына в карты продал, не сказал. Боялся, что срок еще больше сделают? За убийство давали больше, какой смысл ему менять один срок на другой? Тэхен застыл, пытаясь подавить улыбку. И удавалось с трудом, Юнги и сам радости своей не скрывал. Завершал звонок торопливо, пообещав вернуться вечером. Только не хотел быть с ней, притворяться грустным и оупстошенным, когда вся его душа пела. — Все закончилось? Тэхен подскочил, откидывая телефон на кровать. Не сдерживался, бросаясь Юнги на шею. Знал, что хотел слишком многого от него. Сердце бешено колотилось в груди, грозясь выпрыгнуть с каждым мгновением. И Юнги обнял в ответ, крепче прижимая к груди. Смех непроизвольно вырывался, купался в мимолетном счастье. Неужели на этом и правда, все закончилось? Неужели путь длиною в два месяца наконец завершился? Неужели Ким Тэхен сможет быть счастливым. Свободным. Юнги с улыбкой потрепал его по волосам, но не отпускал. Придеживал за талию, словно они та самая парочка из сериалов. Телефон разрывался от звонков, но Юнги все еще смотрел в его глаза. Глаза его сияли мириадами звезд, на щеках расцветал персиковый румянец. Тэхен перевел взгляд на его губы. — Отпразднуем курочкой? — предложил, крепче сжимая. Именно в этот момент все решил. В тот самый момент, когда их взгляды вновь пересеклись. Когда чувство свободы заполняло изнутри, когда над ним не висел больше груз сожаления, благодарности и долга. Когда они были просто двумя парнями, не вмешанными ни во что криминальное. Все очень просто – Ким Тэхен влюблен в Мин Юнги. Хотел его себе навсегда. Хотел обнимать, целовать, любить. И Тэхен привык добиваться своего. Будь это пятерка в важном проекте или поступление по гранту в ведущий вуз страны. Не важно. Тэхен хотел двух вещей – посадить отца в тюрьму, а еще Мин Юнги в свои объятия. И желательно не только в них. И если с первым покончено, то пришло время приступить ко второму пункту. — Да, — выдохнул, позволяя отупстить себя. Следил, как спешно Юнги отходил к окну. Выискивал брошенный телефон, тут же вызывая доставку в их любимом кафе неподалеку. Тэхен улыбнулся, довольно укладывая подбородок на ладонь. Очерчивал взглядом бледный профиль, острые скулы, но мягкие щеки. Розовые, припухшие от частых укусов, губы, носик-кнопку, который не прочь поцеловать. — Все в порядке? — Юнги прищурился, внимательно смотря на него. Тэхен улыбнулся. — Просто счастлив, хен. И впервые за долго время Тэхен не врал.