Вернутся к фанфику

Часть 11

3 декабря 2025, 13:00
— Мам, да всё у меня хорошо, — отмахнулся школьник от слов матери, понимая, к какому исходу склоняется их разговор. — Как может быть всё хорошо, если мне во время рабочего дня звонят из школы и говорят: «Ваш сын попал в больницу»? — говорила рыжеволосая женщина, сидя возле койки. Её рука опустилась на ладонь сына. — Почему ты ничего не сказал, что тебя снова обижают? — Мама, я уже не тот ребёнок, сам за себя отвечаю, — возмутился школьник, не глядя на мать. — Сегодня мне звонят из больницы, а завтра из морга позвонят?! Когда ты поймешь, что я волнуюсь за тебя! — И что бы ты сделала, узнав? Пришла бы в школу и вежливо попросила бы их прекратить? — в голосе альбиноса звучала агрессия, которую он всеми силами пытался заглушить. Он не хотел срыватся на мать из-за своих проблем со сверстниками. — Я устала смотреть на то, как тебя мучают, а ты мне даже ничего не говоришь. Если так и дальше будет продолжаться, я переведу тебя на домашнее обучение до окончания школы. Уж поверь: отца мне уговорить получится на этот счёт.

***

— Что показал рентген Аньяна Брауна? — Смещение носовой кости. — Холод к травме прикладывали? — Да, по дороге в больницу. — Кровотечение было? — На одежде остались засохшие пятна, так что, похоже, остановилось без чужого вмешательства.       не долго думая мужчина в белом халате поднял в свои руки недавно принесённую мамой школьника медицинскую карточку. на первой странице указывалось о его генетическом заболевании. с рождения в его коже, в волосах и даже в глазах полностью отсутствовал пигмент меламина. ближе к двум годам была обнаружена плоскостопия но среди детей такого возраста плоскостопия не редкость так что к четырём годам плоскостопия была вылечена. уже в более подростковом возрасте обнаружилась аллергия на какао бобы. аллерголог подтвердил его специфические антитела IgE. в пятнадцать лет был перелом руки. так же присутствует отчёт невропатолога по его словам мальчик жалуется на постоянные головные боли из-за чего был поставлен на учёт по сей день.       уголки его губ слегка приподнялись «— не ребёнок, а букет» — подметил для себя мужчина продолжая задавать вопросы своему коллеге. — Отёк наблюдается? — Пока нет. — А по поводу возможного сотрясения? — Лёгкое, первой степени. — Он жаловался на что-то? — После приезда в больницу — только на очень сильную боль в носу и в голове. — Ассистент отложил папку с недавно выданной ему информацией о школьнике и снова обратился к врачу: — Будете использовать бимануальную репозицию? — Нет. Для такого способа организм слишком молодой, может не выдержать. Буду использовать инструментальную репозицию. — Кто ж его так… Неужели сверстники настолько его недолюбили? — Дети в таком возрасте очень жестоки со своими ровесниками, а к младшим — ещё жестче. Не знаю, что этот паренёк им сделал, но чувствую, он будет частенько у нас появляться, — проговорил врач, просматривая медицинскую карту, взятую ранее в руки. — Так, скажи, пусть готовят операционную. Будем вправлять ему нос.

***

— Сынок, всё будет хорошо, ты даже не почувствуешь, — говорила женщина, идя рядом с каталкой. Её голос был нежным, тихим и успокаивающим. Она держала сына за руку, перебирая его пальцы в своих. С другой стороны шла медсестра, аккуратно ведя капельницу.       Впереди на стене виднелась табличка, текст на которой становился всё более разборчивым с каждым шагом: «Реанимация». — Скоро всё будет хорошо, сынок, это будет недолго, — продолжала она, пока каталку не начали заводить в операционную. Дальше ей нельзя. Остаётся только ждать и надеяться на лучшее.       Операционная. Операционная — это медицинское помещение, где проводятся хирургические вмешательства, место, где единственным неосвещённым пространством остаётся маленький участок под каталкой. Тишину изредка нарушали приглушённые звуки приборов и спокойный голос врача.       Блондин лежал неподвижно, боясь сделать лишнее движение. Его тело было накрыто стерильными простынями, чтобы ничего лишнего не попало на кожу. Хирург в маске и халате склонился над лицом школьника, повторно осматривая нос и возможные изменения.       Перед операцией хирург заходил в палату, чтобы уточнить некоторые детали: есть ли у школьника аллергии и какой способ обезболивания он предпочитает — местную анестезию или наркоз. После нескольких объяснений процедур, которые будут проводиться, блондин выбрал обычную анестезию, решив, что «ничего страшного и необычного в этом нет».       Сейчас он лежал с закрытыми глазами — ему было неловко смотреть за происходящим. Что говорил врач своему ассистенту, беловолосый не вслушивался, пока ему не начали распылять в нос спрей и помещать вату с холодным гелем. По телу пробежал холодок, из-за чего он слегка вздрогнул. — Сейчас я обрабатываю твою слизистую носа, чтобы потом я смог без всяких проблем… — врач прикоснулся пальцем в большой перчатке к области между бровями, — …ввести обезболивающее средство, чтобы до этой области никакая боль не распространилась. Но сейчас нужно подождать чтобы антисептик подействовал. можешь расслабиться на несколько минут.       После ещё нескольких минут объяснений что врач собирается делать и какие будут его последующие действия ассистент передал ему в руки шприц с той самой анестезией как обратился врач к своему ассистенту «лидокаин». игла проткнула мягкую часть тканей останавливаясь рядом с костью и по местности где оказалась игла распространилась жидкость. Это чувство было далеко не из самых приятных. — Эндоскоп. — в очередной раз обратился он к своему ассистенту и тот не медля протянул ему ладонь с недлинной трубкой которую ассистент же назвал «дистальный конец». рядом послышалось как заработал препарат. интерес нарастал с каждой секундой, хотелось открыть глаза и посмотреть что будет происходить дальше но трубка вошедшая в нос отбила любое желание это делать. чувствовался дискомфорт но боли не было быстродействующая оказалась эта анестезия. — Носовая кость сдвинута вправо. — проговорил хирург смотря на экран эндоскопа вводя дистальный конец глубже в нос. — щипцы. — проговорил тот принимая в свои руки инструмент. небольшие щипцы были просунуты в нос отодвигая слизистую носа дабы дистальная трубка её не повредила. — Репозиторный лонгет.       В руку опустилась небольшая тонкая металлическая пластина которая моментально начала вводится в носовой проход останавливаясь в носовой перегородке. чувство это было неприятным. и блондин подметил для себя что если бы не анестезия то он вряд-ли в держал эту боль. после установки лонгета убедившись что всё расположено без проблем врач аккуратно на несколько миллиметров отодвинул дистальную трубку ложа сверху на нос несколько пальцев для корректировки формы дабы та осталась в ровном положении. лёгкими надавливаниями на нос кость постепенно медленно но с уверенными движениями возвращалась на своё исходное положение. бросив пару раз взгляд на эндоскоп хирург аккуратно вытащил дистальную трубку с лонгетом а на их место вставляя силиконовую сплинту. — ну вот и всё. — проговорил врач возвращая инструменты обратно ассистенту. с рук слетели перчатки, а за ними и маска с лица. — сейчас тебе нужно полежать минут пятнадцать пока седативный эффект не пройдёт. по возвращению в палату мы наложим тебе гипсовую шину одну — две недели проходишь с ней, она будет       Через тонкие каналы вставок воздуху едва получалось проникнуть в нос. Дыхание было слабым, и подметив для себя что с каждым вдохом слышался тихий свист, но всё же лучше, чем полностью заложенный нос. Каждое вдох-выдох давалось очень тяжело из-за чего альбиносу переодически казалось что он вот-вот задохнётся.       По истечении времени, как и говорил лечащий врач, альбиносу в палате блондину наложили гипсовую шину. Дышать было очень тяжело, но всё-таки удавалось — пусть слабо, пусть через маленькие отверстия, но это куда лучше, чем постоянно пересушенное горло. — Итак, парень, в драки не влезать, — проговорил врач, держа в руках медицинскую карту альбиноса. — Я просмотрел твою карту и понял, что ты боевой парень, но в следующий раз, если снова прилетит в нос, кость она уже не сдвинется, а сломается, и придётся ставить пластину для её сращивания. Так, идём дальше: сильно не сморкайся, а когда ложишься спать, держи голову в приподнятом положении. Два дня ты проведёшь в больнице, а дальше по твоему самочувствию посмотрим — выписывать тебя или нет. — Миссис Браун, можно вас на пару слов? — проговорил врач, намекая на разговор за пределами палаты. Они покинули её, оставив беловолосого одного наедине со своими мыслями.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!