Пролог

Игорь только недавно закончил работу и вернулся домой. Юля еще днем уехала куда-то по своим журналистским делам, так что ее в ближайшее время можно было не ждать. Повздыхав и пожалев одинокого себя, Гром сварил себе тарелку пельменей, открыл банку пива и сел за стол. Признаться, он так привык, что Юля по вечерам всегда здесь, в его (хотя теперь уже их) квартире, что сейчас даже чувствовал себя как-то странно. Не хватало ее бесконечного щебетания, радостного громкого смеха, прикосновений… Игорь тяжко вздохнул, закидывая в рот очередной пельмень. Даже ужин без своей девушки казался не таким уж и вкусным. Хотя казалось бы, раньше он был готов есть пельмени на завтрак, обед и ужин, считая их лучшей едой. Гром сделал пару больших глотков пива и откинулся на спинку стула, слегка задирая голову назад. И как только раньше он постоянно был в одиночестве? Без друзей, без любимой женщины. И ведь находил как-то, чем себя занять в то немногое свободное время, что у него было. Книжку что ли почитать? Да нет, что-то как-то он слишком устал, чтобы адекватно воспринимать какой-то текст. Сидеть тупить в телевизор тоже как-то не хотелось. Новости он и так знал, ничего интересного по спортивному каналу не шло, а тупые передачи были совершенно не в его вкусе. Игорь уже почти было поднялся, чтобы включить музыку и пойти побить грушу, чтобы хоть как-то разрядиться, как вдруг на его телефоне включилась подсветка и следом раздался звук уведомления. Однажды он непременно привыкнет, но пока же этот чертов смартфон вызывал у него исключительно чувство раздражения. Ему вполне хватало звонков и обычных смс на простой кнопочной мобилке. А сейчас эти мессенджеры, приложения, каналы… Похоже, людям в последнее время решительно нечего делать, раз они целыми днями утопают в этом мусоре. Гром подтянул к себе поближе телефон, надеясь, что написала Юля, но его ждал очередной облом. В мессенджер пришло какое-то сообщение со скрытого номера. В другой вечер Игорь бы просто закатил глаза, раздраженно фыркнул и отложил телефон подальше, но сегодня ему было слишком скучно и решительно нечем себя занять, так что он все же разблокировал мобильник. Ну и что там, интересно? Реклама пылесоса? — Какого?! — прорычал Гром, едва не подавившись пивом. Банка была тут же резко отставлена на стол, Игорь даже не заметил, что оставил на деревянной поверхности несколько мокрых пятен. Он откашлялся и с сомнением уставился в телефон, надеясь, что его усталым глазам просто привиделось, а воображение доделало за него все остальное. Но нет. На всякий случай, Игорь даже проморгался и потер глаза, уже третий раз запуская видео заново. Перед его уже более не усталым, но совершенно охреневшим взором предстала все та же картина. Его лучший друг, Дима Дубин, лежал на огромной постели. И ладно бы просто лежал, так ведь нет. Игорь с удивлением рассматривал Диму. Тот был совершенно обнажен и практически разложен на постели: на запястьях парня, которые сейчас казались особенно хрупкими, были большие кожаные наручники, цепочки которых были прикованы к спинке постели. На щиколотках парня были похожие фиксаторы, только вот цепочки тянулись до перекладины над кроватью. Из-за чего ноги Димы были широко раздвинуты и задраны. На глазах Дубина была то ли повязка то ли маска (всматриваться Игорю не особенно хотелось), и от этого парень выглядел на этом видео совершенно беспомощным. Гром уже хотел было выключить видео и просто не думать о нем (ну или собственного ментального здоровья ради убедить себя в том, что это банально умелый монтаж и чья-то стремная попытка его разыграть), но тут в кадре появился второй человек. Не узнать которого было ну совершенно невозможно. Мужчина был обнажен по пояс, и светящийся позвоночник не оставлял абсолютно никакой интриги, кто именно с грацией пантеры скользнул между ног Дубина, упираясь руками в постель, и склонился над ним. — Твою ж мать, — Игорю было так мерзко смотреть на это, что, казалось, только что съеденный ужин вот-вот покинет его. Но теперь уже он просто не мог выключить это отвратительное хоум-видео, потому что ему было важно разобраться с тем, что в действительности тут происходит. Вряд ли при добровольном сексе приходится так надежно фиксировать любовника, не правда ли? Хотя, не то чтобы Гром сильно часто думал о сексе с мужчинами, но слащаво-омерзительный Хольт казался ему тем человеком, кому в принципе никто не даст по доброй воле. Особенно Дубин. Август склонился ниже и, судя по всему, что-то прошептал в ухо Диме. Черт, видео еще и без звука. Дубин сильно вздрогнул и резко дернул руками, словно пытаясь отстраниться. Чувствуя острое желание что-нибудь разбить, Игорь от греха подальше положил телефон на стол и наклонился над ним. Он, конечно, очень доверял своей девушке, но не слишком хотел объяснять причину, почему он вдруг решил разбить свой подарок на годовщину. В конце концов, это касалось совсем не его. В город бы им, конечно, такие камеры. И ракурс, и картинка позволяли рассмотреть вообще все в мельчайших подробностях, что Грому совершенно не нравилось. Такое порно было, мягко говоря, не в его вкусе. Хольт некоторое время жадно целовал Димину шею — как вампир, мать его, — потом выпрямился и сел на колени, самыми кончиками пальцев проводя по разведенным в стороны бедрам Дубина. — Блять?! — к увиденному Гром явно не был готов. Этот мерзкий электросамовар скользнул пальцами между ягодиц Дубина, потянул за какое-то кольцо и стал постепенно вытягивать анальные бусы. Хотя какие, блин, бусы. Скорее елочные шары. Которые крайне неторопливо извлекались один за одним, отчего Дима каждый раз сильно вздрагивал и вскидывался на постели. И как только это все могло влезть в довольно-таки субтильного Дубина? У него что там, черная дыра? Не слишком желая углубляться в пространные размышления о внутреннем мире лучшего друга, Гром с трудом снова сосредоточился на этом проклятом видео. Эта ужасающая конструкция из пяти шариков уже лежала на простыне рядом с Димой, а сам парень дрожал и судорожно дышал. Ну бля, еще бы. Черт, если это не монтаж, как, должно быть, ему было больно? Тем временем Хольт с присущей ему ловкостью стянул с себя остатки одежды и удобнее устроился. Он медленно провел пальцами по груди и животу Дубина, пару раз сжал его член в ладони. Блять, ну какой извращенец! Что он вообще в России делает с такими наклонностями? Нет, не то чтобы Гром хотел поднять на вилы всех вот этих вот, но все же предпочитал не знать, кто и чем занимается за закрытыми дверями. Особенно, если этот кто-то насилует его лучшего друга. Хотя о таком, наверное, лучше знать… Бля, Игорь! Он вновь обратил свое внимание на видео. Как раз для того, чтобы увидеть, как Хольт трется пахом о бедра Димы, а после резко входит в него одним толчком, заставляя несчастного Дубина всем телом содрогнуться. Слава богу, на этом видео кончилось. Но уже и того, что он увидел, было достаточно, чтобы Игорь прямо сейчас сорвался с места, поехал к Хольту и открутил ему все, что только откручивается. Хер в первую очередь. Раз уж он не может держать его в штанах, и творит такое. Игорь недовольно хлопнул ладонью по столу, вспомнив, что Хольта, кажется, сейчас нет в городе. Во всяком случае, совершенно точно дней десять назад он уехал по делам к себе домой, а вот вернулся ли… Да хер его знает. Вроде бы должен приехать только через пару дней. Твою ж мать! Не сдержавшись, Игорь все же швырнул в стену тарелку, но звон разбившейся посуды, как ни странно, слегка отрезвил его. Думай, Игорь, думай. Хольта уже больше недели нет в городе. Значит, этому видео как минимум десять дней, а то и оно, возможно, было снято еще раньше. Замечал ли он за Димой какие-то странности? Да вроде бы нет. Насколько он мог судить, поведение Дубина нисколько не изменилось с первого дня знакомства. Все такой же нудный, дотошный, трудолюбивый. Часто улыбается, со всеми приветлив и крайне дружелюбен. Наверное, если бы он стал жертвой вот такого, то было бы заметно. В конце концов, из-за расследования, которым они сейчас заняты, вместе они, кажется, проводят куда больше времени чем по отдельности. Вместе ходят на допросы, на задержания, вместе на полигоны для тренировок. Вместе в душ, в самом-то деле, чего стесняться. Игорь, конечно, не прямо рассматривал голого Дубина, но, наверное, если бы на его теле были следы насилия, он бы точно заметил. Вряд ли такое можно скрыть. Да и Игорю казалось, что без сопротивления Дубин ни за что бы не сдался и не позволил приковать себя к этому траходрому. Значит, должны были быть синяки, ссадины, ну хоть что-то? Может быть, Хольт раскопал на Диму что-то грязное и теперь шантажирует его этим, заставляя вот так… отрабатывать? Да нет, бред какой-то. Представить, что Дубин совершил что-то настолько страшное, что ему проще было лечь под Хольта и позволить творить с собой такие мерзости, чем признаться, Игорь просто не мог. Дима, кажется, был самым искренним и правильным человеком в его жизни. И все же… Что, черт возьми, такого смог сделать Хольт, что несчастный Дубин согласился на такое извращение? Наверное, впервые в своей жизни Игорь пожалел, что он всегда был максимально далек от современных технологий. Ему сильнее всего на свете хотелось верить, что это просто монтаж. Что какой-то долбанутый шутник решил слепить это извращение и поиграться на его нервах. Но что если нет? И ведь такое видео никому не покажешь. Так подставлять Дубина он точно не мог. Даже если это просто профессионально смонтированный ролик, на Диму все равно будут косо поглядывать, пойдут слухи. Уж Гром-то прекрасно знал, что у большинства людей в участке язык за зубами совершенно не держится. А если все же не монтаж? В каком свете он тогда выставит лучшего друга? Черт, придется разбираться самому. Ладно, у него есть еще немного времени до возвращения Августа. Возможно, за эти пару дней он сумеет хоть немного успокоиться и не выстрелить сходу прямо в эту мерзко ухмыляющуюся башку.