Глава 13. В близком кругу

      Солнечные лучи нагло раскинулись по всей комнате. Эва сощурилась и недовольно отвернулась. Солнце — отвратительно глупое, раз решило, что имеет право тревожить сон Эвтиды. Она раздраженно поерзала и нехотя разлепила глаза. Сон уже прошел.       Эва широко зевнула и приняла сидячее положение. Голова побаливала, хотелось вновь отключиться от окружающего мира. Во сне было так хорошо. Ей снился какой-то странный фильм и успокаивающие поглаживания по спине. Эвтида нахмурилась. Кажется, ей все это не приснилось.       Осознание, словно звонкая пощечина, заставило прийти в себя. Перед глазами промелькнул весь вчерашний день. Голова разболелась еще сильнее, будто кто-то молотом по ней стучал. Эва почувствовала, как горят щеки и приложила к ним ледяные ладошки. Она прикрыла глаза и медленно выдохнула. Эвтида протерла лицо и снова выдохнула. Она уставилась в одну точку, ей вдруг стало… Страшно. Страшно от того, что она совершенно ничего не чувствует. Ни тревоги, ни злости, ни обиды, ни смущения. Эва чувствовала всепоглощающую пустоту, будто все произошедшее случилось не с ней, будто она просто посмотрела какой-то старый фильм с клишированным сюжетом. Ее пытался убить и изнасиловать отчим? Плевать. Дия и Рэймсс стали свидетелями этого происшествия? Плевать. Амен утешал ее после всего случившегося? Плевать. Ей на все абсолютно наплевать. Лишь только сердце стучало сильнее обычного, а пальцы била мелкая дрожь. Эва прекрасно осознавала, что все эти реакции — это проявление страха, вот только и страха, как такого, она не ощущала.       Лучше бы ей порадоваться, ведь она же всегда хотела отключить все эмоции, перестать чувствовать боль, тоску, вину, вообще любые чувства. Но почему-то в данный момент испытывать радость казалось ей чем-то безумным. Может быть, Эва просто сошла с ума? После стольких событий ее рассудок просто напросто не выдержал? Она прикусила внутреннюю сторону щеки и повернулась к окну. Голубое небо, сверкающий от солнца снег. Мир не рухнул, он остался прежним. Никакого конца света, как любят драматизировать заурядные люди. Эва просто свихнулась и всем на это наплевать.       Подул ветер. Снег, что блестел на подоконнике пылью рассеялся по этому необъятному миру. Эвтида тряхнула головой. Должно быть, Исман думал так же, и где он сейчас? Гниет в могиле. Эва не хотела такого конца. С каких пор ее стала пугать смерть? А может, всегда пугала? В любом случае, пора вставать с постели. И ее голодный желудок был с Эвтидой полностью согласен.       На кухне уже сидел Амен и неторопливо пил какой-то напиток. Кофе наверное. Заметив Эву, он легонько улыбнулся и кивнул на соседний стул.       — Доброе утро. Как спалось?       — Как будто вообще не спала, — Эва раздраженно выдохнула и села за стол. Ее взгляд моментально упал на телефон. Вот почему она не нашла его под подушкой. И как же он оказался здесь?       — Ты оставила его в прихожей. Я поставил на зарядку, — будто прочитав ее мысли, пояснил Амен. — Будешь чай?       — Какао, — Эва безразлично пожала плечами, отвечая на предыдущую фразу.       Пока Амен готовил какао, Эва сняла телефон с зарядки и плюхнулась обратно на стул. Что ж, видимо, Амен не соврал. Телефон был выключен. Эва включила его и у нее глаза на лоб полезли от количества уведомлений. Новые видео, скидки в книжном магазине, Дия, Рэймсс, какой-то групповой чат, миссис Диасс, мать… В груди что-то дрогнуло и Эва смахнула последнюю кипу уведомлений толком не всматриваясь в текст.       Первым делом она зашла в диалог с миссис Диасс. Та отправила ей какую-то картинку с котиками и розами и пожеланиями всего самого хорошего. Эва невольно улыбнулась и пролистала диалог. Следом отправленное сообщение и вовсе рассмешило, Эва едва ли не захихикала в голос.       Samina Diass: ЭВ А КАК ДЕЛА?       Эвтида решила ничего не отвечать и просто позвонить немного позже. Вести печатный диалог с миссис Диасс так себе идея. Эва перешла в диалог с Рэймссом и вздрогнула, когда Амен поставил перед ней кружку с какао и какие-то печенья. Эва кивнула и вновь уткнулась в телефон. Амен продолжил молча пить свой напиток.       Ramesses Wright: как дела?                               не игнорируй сообщения. хотя бы от Дии                               мы волнуемся…       Evthys Gonzalez: Все норм                               Ну, насколько возможно                               Не надо волноваться. Напрягаешь:/       Эва уже хотела выйти из диалога, но задержалась. Она закусила губу и постучала пальцем по закругленному уголку телефона.       Evthys Gonzalez: Еще раз спасибо       Эва стерла сообщение и закатила глаза. Спустя несколько секунд ее пальцы вновь застучали по экрану.       Evthys Gonzalez: Спасибо       Палец завис над графическим самолетиком. Сердце забилось быстрее. Эва снова стерла сообщение и снова написала.       Evthys Gonzalez: Спасибо. НО больше не в свое дело не лезь!!!!!       Эва отправила сообщение и шустро вышла из диалога. Теперь очередь Дии.       Dia Wood: У тебя все хорошо? Можешь не отвечать сейчас, я понимаю, что тебе нужно время, чтобы побыть одной и все такое…                         Но только не слишком долго… Ты помни, что ты не одна                         В смысле, что тебе не обязательно быть одной                         Но если хочешь будь… Но я все равно спрошу как ты потому что мне не все равно!                         Прости, что много написываю… Надоела наверное                         В общем, если захочешь поговорить я всегда за!                         Пожалуйста напиши хотя бы «ок» завтра утром                         Спокойной ночи       Эва закатила глаза. Но не от раздражения. Она вдруг осознала, что улыбается. И чему? Простым сообщениям? Сообщениям, от которых стало так тепло внутри.       Evthys Gonzalez: Ого..... Да настрочила ты конечно                               Честно сама пока не знаю как себя чувствую. Наверное такое слово еще не придумали                               Херозлично? Ну это и херово и безразлично одновременно                               Говорить ТОЧНО не хочу                               Спасибо       Эва устало выдохнула. В жизни никому, кроме Исмана так много не писала. Да и Исману не всегда. День, когда он получал от Эвы больше трех сообщений, можно было смело заносить в календарь.       Прежде, чем выйти из диалога, Эвтида решила добавить кое-что еще.       Evthys Gonzalez: Ок       Она улыбнулась, и наконец, перешла в недавно созданный групповой чат. Сердце забилось быстрее, когда она осознала, что это за чат. Здесь были Рэймсс, Дия и конечно Эвтида. Правда, название у этого чата было странным, но довольно забавным. Эва вновь закатила глаза, и в этот раз от раздражения.       3day: Dia Wood: Я создала чат!                         Ramesses Wright: супер                         Dia Wood: ⊙▂⊙                         Ramesses Wright:       что?                         Dia Wood: Очень эмоционально!                         Ramesses Wright: я улыбнулся                         Dia Wood: Представляю…                         Ramesses Wright: :)                         Dia Wood: (•_•)                         Dia Wood: Без комментариев…                         Ramesses Wright:: (       Эва улыбнулась этому забавному диалогу. Из мыслей ее вывел вопрос Амена.       — Какие планы на день?       — Отдохнуть, — Эва отложила телефон и шумно вздохнула. В том году она помогала Исману и миссис Диасс покупать продукты в магазине. Ну как помогала… Исман, болван, подговорил свою мать, а Эва не нашла в себе сил отказать миссис Диасс. Но справедливости ради, продуктов и правда было много, вряд ли у Исмана бы хватило сил все это донести. А в этом году миссис Диасс будет совсем одна…       Эва задумчиво нахмурилась и сделала огромный глоток. Так дело не пойдет. Эвтида ведь не сможет всю жизнь избегать миссис Диасс и ее дом. К тому же, ей и правда нужна помощь.       Эва медленно перевела взгляд на Амена. Может быть, взять его с собой? Сердце забилось быстрее от одной лишь мысли, что они проведут целый день вместе, просто занимаясь бытовыми делами. Но Эвтида сразу же отмела эту мысль. Это все конечно круто, но миссис Диасс начнет расспрашивать, кто такой Амен. А кто такой Амен? Какие у них отношения? И есть ли между ними вообще что-то?       На смену этой мысли пришла другая. Что если позвать Дию? И Рэймсса, так уж и быть. Должен же кто-то таскать тяжелые пакеты. Идея отличная, по крайней мере, Эва не могла найти причин «против». В самом деле позвать их? Написать и предложить провести день вместе? И с чего она решила, что они согласятся? У Дии и Рэймсса что, своих дел нет? Будут они еще проводить день с Эвтидой. Да она им кто? Конечно никто. А уж какое у нее к ним отношение… Да Эва бы саму себя давным давно послала. И поделом ей.       — Эвтида?       — Чего? — Эва моргнула и тупо уставилась на Амена.       — Ты задумалась, да?       — Что ты спросил?       — Уже ничего, — Амен легонько улыбнулся.       — Что ты спросил? — повторила Эва настойчивее.       — Это не так важно, — он отмахнулся и направился к раковине. — Не хочешь поделиться размышлениями? Или это личное?       — Да нет… — Эва прикусила губу. Личное вообще-то, но ведь Амен же не будет над ней смеяться? А если будет, то Эва просто скажет ему какую-нибудь колкость. Придумает обидное прозвище и будет звать так до скончания времен. — Хочу съездить к маме Исмана. Помочь с подготовкой.       — Нужна моя помощь? — Амен вытер руки полотенцем и навалился на тумбу.       — Нет! Об этом я и думала, — Эва закатила глаза. — «Здравствуйте. Тут я и мой классный руководитель, мы вам помочь», — Эва понизила голос. — «Как здорово, Эва! А почему твой учитель нам помогает?» И правда, почему же, — Эва закатила глаза.       — Представь меня не как учителя.       Эвтида подняла глаза на Амена. Сердце забилось быстрее. Вопрос застрял на языке и напряжением завис в воздухе. Эва шумно сглотнула. Амен неотрывно смотрел ей в глаза. Казалось, еще мгновение и он сам ответит на этот неозвученный вопрос, но их немую беседу прервал звук уведомления.       Эва облегченно выдохнула и уткнулась в телефон.       Dia Wood: ОБОЖЕ я так рада!!!                         Тебе правда лучше?       Эва кинула на Амена быстрый взгляд и снова переключила внимание на телефон. Ее щеки горели, а сердце продолжало стучать. Никогда в жизни она так не радовалась сообщению Дии. Как же хорошо, что она такая надоедливая.       Этида перешла в диалог не с Дией, а в общий чат. Что ж, даже если все закончится плохо, она хотя бы попытается. Между неловким и почему-то очень смущающим разговором с Аменом и простым вопросам Рэймссу и Дие, Эва выбрала второе.       3day: Evthys Gonzalez: Дия во сколько ты улетаешь в ЛА?                                                 Рэймсс какие планы?                                                 Чат отпад       Сообщение пришло мгновенно.       3day: Dia Wood: Ура! Видишь Рэйм как надо?                                           Улетаю сегодня вечером, а что?                   Ramesses Wright: никаких а что?                   Evthys Gonzalez: Хотела предложить поехать к маме Исмана                                           Она одна совсем ей помощь нужна                                           Я точно поеду, но подумала вдруг вы хотите опять пристать                                           Пока я не против                   Dia Wood: Ого! Я точно за                                     Во сколько и где?                   Ramesses Wright: +                   Evthys Gonzalez: У школы через полтора часа                                           Мс Диасс недалеко от моего дома живет       Эва убрала телефон и подняла глаза на Амена. Он задумчиво смотрел в окно. Эвтида поймала себя на мысли, что сегодня он слишком задумчивый, чем обычно. Неестественно тихий. Может, просто устал? Впрочем, Эва ведь ему не психолог и уж точно не подушка для нытья.       — Я договорилась с Рэймссом и Дией. Не хочу тебя напрягать.       Амен нахмурился, но в итоге молча кивнул.       — А у тебя какие планы?       — Планы найдутся, — Амен озабоченно вздохнул и ушел из кухни.       — Встретимся вечером! — крикнула Эва вслед и стала активно пить какао. Напряжение пропало, но внутренняя тревога никуда не делось. Эва отмахнулась от нее. Как же хорошо было ничего не чувствовать. Выходит, она не сошла с ума. Жаль.       Спустя час Эвтида уже была на месте. До приезда Дии и Рэймсса еще оставалось время и это время Эва решила потратить с пользой. Она поплотнее укуталась в пуховик и направилась к цветочному магазину. Приветливая продавщица сразу же переключила все внимание на Эвтиду. Советовала какие букеты будут стоять дольше, как ухаживать за цветами и какие у них тут скидки. Эва лишь вежливо, насколько могла, отмахнулась и купила оранжевые хризантемы.       Выйдя из цветочного Эва раздраженно выдохнула и запрокинула голову к небу. Солнце скрылось за серыми облаками. Пошел снег. Эвтида сморщила нос и и стряхнула снежинки с желтоватого пакета, в который запаковали цветы.       На остановку подъехал автобус. Эва засмотрелась на выходящих из него людей и сердце ее застучало быстрее, когда она увидела бордовую куртку Рэймсса. Лучше бы Дия приехала первой. О чем сейчас говорить с Рэймссом? Эва закусила внутреннюю сторону щеки и отвела взгляд, старательно делая вид, что она просто тут стоит и никого не замечает. Эва мельком глянула на Рэймсса, который смотрел прямо на нее по ту сторону дороги. Дыхание схватило так, будто Эва спускалась по лестнице и пропустила ступеньку. Рэймсс заметил ее, но подходить не спешил. Ждал, когда Эва сама подойдет? Или тоже не хотел с ней контактировать? Еще совсем недавно Рэймсс лез к ней с поддержкой, а сейчас и вовсе отвечает раздраженно и старается меньше общаться с Эвой. Но ведь она сама дала ему понять, что ей его общество не интересно, так чему тут удивляться? Эва поджала губы и отвернулась. Неужели она ждала, что Рэймсс будет так же приветлив с ней, после всего того, что она ему наговорила? И как только Исман умудрялся терпеть Эву? Может быть, он действительно ее терпел, как терпят заносчивую сестру? Семью не выбирают, а вот друзей вполне. Исман считал Эву своей семьей, это она знала наверняка. Неужели она и правда мешала ему заводить новые знакомства? Бред, ну какой же бред! Эва никогда не запрещала ему дружить с кем-то еще только потому, что она сама не хочет! Не нуждалась. Зачем? Ведь есть Исман.       Был. Больше Исмана нет. Но есть Эва. Колючая и озлобленная. Осталась ли она прежней? Та ли эта Эва, которую всю жизнь знал и любил Исман?       Сердце замерло на миг, а после забилось с бешеной скоростью. Рэймсс шагал по пешеходному переходу прямо к Эве. Губы дрогнули в кривой улыбке, которую она поспешила спрятать. Чего это вдруг? Какая еще улыбка? Эва прочистила горло, выпрямилась и бросила на Рэймсса надменный взгляд.       — Ты рано, — равнодушно сказала она.       — Я живу ближе всех, — так же сухо ответил Рэймсс и встал рядом. — Что за цветы?       — Хризантемы, — Эва отвернулась к дороге.       — Понятно…       Подул ветер. Снежинки закружились в коротком вальсе. Снег валил крупными хлопьями. Небо было таким серым как бывает летом перед грозой. Люди толпились под крышей остановки и плотнее кутались в свои одежды. Даже те, кто высматривал автобус на краю заснеженного тротуара поспешили спрятаться под крышей. Высматривать что-то вдали было бесполезно. Детройт окутала плотная снежная стена.       — Хочу поговорить с тобой кое о чем, пока мы вдвоем… — тихо сказал Рэймсс, будто с трудом выдавил из себя эту фразу.       — О Дие? — Эва скептически выгнула бровь и повернулась к собеседнику.       — Как поняла?       — Только слепой бы не заметил твои томные взгляды, — Эва закатила глаза. — Не увидел бы, так услышал, как твоя интонация меняется стоит только заговорить с ней.       — Ладно, Эвтида, забудь, — Рэймсс раздраженно отвернулся и сунул руки в карман длинного пуховика.       — Ты так и будешь бездействовать и предаваться мечтаниями в своей комнате? — Эва усмехнулась, но заметив, как дернулся Рэймсс, прикусила язык. Красные от холода щеки покраснели еще сильнее. Грудь неприятно сдавило. Захотелось помыть рот с мылом и отматать время назад. Эва прочистила осипшее горло и жалобно выдавила. — Я не хотела…       Рэймсс повернулся и осмотрел Эву удивленным взглядом. Что-то словно ударило ее под лопатки. Эвтида выпрямилась и отвела взгляд. К остановке подъехал очередной автобус.       — Дия была влюблена в… — Рэймсс осекся, чем вновь привлек к себе внимание Эвы. — Ну… Она только недавно закончила прошлые отношения, и я не уверен, что она готова к новым.       — Не спросишь — не узнаешь, — Эва пожала плечами. — Если она тебе и правда дорога, тогда тебе придется подождать, когда она будет готова.       — Дия… Очень мне дорога, — Рэймсс поджал губы и протер круговыми движениями покрасневшие щеки. — Я просто боюсь ее напугать.       — То боюсь, это боюсь… — Эва закатила глаза. — Жизнь не такая длинная, как хотелось бы. Просто сделай и все.       — Как легко тебе рассуждать, — Рэймсс насупился и сунул руки в карман. — Речь идет о чувствах, Эвтида. Хотя вряд ли ты поймешь.       — Ты бросаешься колкостями, потому что ты знаешь, что я права, — Эва нахмурилась. — Я задела твои нежные чувства и ты так пытаешься защититься. Ну и будь трусом, пока Дия ждет от тебя первый шаг. Посмотрим, надолго ли ее хватит.       — Ты разве сама делаешь не то же самое? — Рэймсс выгнул бровь. — Стоит проявить к тебе сочувствие, как ты начинаешь делать все, чтобы тебя возненавидели. Хорошая защитная реакция, Эва… И в этом мы с тобой похожи. — Он усмехнулся, — хотя нет. Не только в этом. Как думаешь, почему я говорю обо всем этом с тобой?       — Хочешь сказать, у тебя нет друзей, как и у меня, да? — Эва фыркнула и театрально взмахнула рукой. — Нет, Рэймсс. Тебя любят все вокруг. Не смей говорить, что мы с тобой чем-то похожи.       — Любят? — Рэймсс рассмеялся. — Тебе как будто пять лет, Эва. Никто меня по-настоящему не любит. Всем вокруг нужна от меня только выгода. Списать и все такое. Даже родной брат меня ни во что не ставит. И как не странно, только тебе от меня ничего не надо. Хоть и язва ты страшная. Может, поэтому я с тобой тут стою и общаюсь.       — Нет, — Эва усмехнулась и покачала головой. — Ради Дии.       — Это был не вопрос, — Рэймсс серьезно посмотрел на Эву. — Утверждение.       Эвтида шумно сглотнула и отвернулась. Ну и бред несет этот Рэймсс. Хотя, возможно, какая-то правда в его словах все же есть. А может и вовсе, все сказанное им одна сплошная истина.       — О, вот и Дия, — радостно оповестил ее Рэймсс.       Эва повернулась к пешеходному переходу, по которому шагала Дия в нежно-голубом пальто. Ну наконец-то. Эва почувствовала, как дышать стало легче.       — Привет! — Дия помахала друзьям. — Как ты, Эва?       — Нормально, — она пожала плечами.       — Это что цветы?       — Да, хризантемы.       — Ох, а я так торопилась, что и забыла про подарок миссис Диасс, — Дия задумчиво закусила губу.       — Это ни к чему, — Эва махнула рукой. — Подарим букет от всех.       Дия хотела возразить, но Рэймсс дернул ее за рукав. Эва сделала вид, что не заметила его противную ухмылку и кивнула на остановку. Никто возражать не стал.       Спустя минуты три приехал нужный автобус. Дорога прошла в молчании. Даже Дия неловко поглядывала в окно. Никто не решался заговорить, а Эвтида, в общем и целом, говорить не хотела.       Всю дорогу Эвтида старалась не думать о ее некогда втором доме доме миссис Диасс, но чем ближе они подходили, тем труднее становилось дышать, будто бы кто-то постепенно выкачивал воздух из легких Эвы. Послышался чих. Эва вздрогнула и резко обернулась. Дия смущенно вытерла нос и неловко улыбнулась. Рэймсс лишь закатил глаза, а Эва поморщилась, когда снежинка упала на кончик ее носа.       — Замерзла? — послышалось тихое и заботливое волнение Рэймсса. К этому моменту Эва уже отвернулась и ускорила шаг. Она и сама не знала зачем. Ей напротив, хотелось как можно дольше оттягивать момент встречи.       — Немножко, — ответила Дия, кажется с улыбкой. — Но это ничего, правда.       — Как бы ты не заболела…       Эва поджала губы и ускорилась настолько, насколько это возможно. Дия и Рэймсс еще перекинулись парой фраз, но Эва уже не слышала их. И вот, спустя три минуты, Эвтида замерла у высоких зеленых ворот. Раньше вместо них была невысокая деревянная изгородь, но отчасти по вине Эвтиды, изгородь эту пришлось заменить самым обычным железным забором. Исман частенько подначивал Эву на всякие «подвиги», а в период переходного возраста ему и вовсе крышу сорвало. Исман так и рвался геройствовать направо и налево, да и Эвтида не отставала. Так, однажды они решили поиграть в полицейских на особо опасном задании, и конечно же они должны были преодолевать преграды на своем пути. Так преградой стала хиленькая изгородь. Возможно, она бы и так долго не протянула, но Исман и Эва помогли ей достойно закончить свою жизнь. Бедная изгородь просто не выдержала веса двух подростков. Миссис Диасс тогда очень ругалась и даже отлупила Исмана полотенцем. Он тогда так обиделся на мать, а Эва лишь с жалостью вздыхала всякий раз, когда Исман начинал пыхтеть. Как же так, неужели маме жалко какую-то хилую изгородь? Лишь по прошествию времени Эва поняла, что возможно миссис Диасс и правда немного расстроилась из-за сломанной изгороди, но куда сильнее она переживала за жизни юных Эвы и Исмана.       — Ты в порядке? — Рэймсс потрепал Эву по плечу.       — Да так, — Эва отмахнулась и шмыгнула носом. Она хотела сказать что-то еще, но в конце концов просто смахнула снег с шапки и позвонила в звонок.       Сначала ничего не произошло. Тишина. Но вскоре послышался скрип двери и торопливые шаги. Щелкнул замок. Эва не успела даже глазом моргнуть, как миссис Диасс сгребла ее в своих широкие объятья. Эва едва ли успела отодвинуть от себя цветы, чтобы они не помялись.       — Господи, мой Бог, Эвтида, — миссис Диасс всхлипнула. — Ну ты чего? Ты бы хоть предупредила, милая. Как ты? Как твои дела? — она нехотя отстранилась, поплотнее укуталась в вязаную белую шаль и смахнула снег с плеча Эвы.       — Вот, решила, устроить вам Рождественский сюрприз, — Эва протянула букет. — Это вам от меня и… Наших друзей.       — Ваших.? — Миссис Диасс выглянула из-за спины Эвы и широко улыбнулась. — Я вас помню, вы же одноклассники Эвтиды.       — Меня зовут Дия, — она сделала шаг вперед и поравнялась с Эвой. — Очень приятно с вами познакомиться. Хоть Исман обо мне и не рассказывал, но мы с вашим сыном были… Хорошими друзьями. Это Рэймсс, он тоже наш хороший друг.       — Добрый день, миссис Диасс.       — Я тоже рада знакомству, — миссис Диасс улыбнулась. — Вот так живешь, живешь, и только после смерти сына узнаешь о его знакомствах и… Увлечениях, — она поджала губы. Эва нахмурилась и только сейчас заметила опухшие глаза миссис Диасс. — Ну что же, вы зайдете в гости?       — С удовольствием! Ведь мы для этого и приехали, — радостно согласилась Дия.       Миссис Диасс не стала задерживать гостей и открыла ворота пошире. Она забрала букет из рук Эвы, и дождавшись пока все войдут, закрыла ворота на замок.       — Я как раз тут готовлю, подождите немного, я вас накормлю, — миссис Диасс стряхнула с себя снег на коврик в прихожей.       — Вы уже сходили в магазин? — Эва выпучила глаза.       — Вчера еще, — Самина Диасс махнула рукой и направилась в кухню. — Проходите, не стесняйтесь.       — Эва, все нормально? — Дия легонько потрепала Эву по плечу.       — Нормально, — Эва отмахнулась и краем глаза заметила, как Рэймсс вешает пальто Дии. Она и сама не стала задерживаться, и стряхнув снег с куртки, сняла ее и закинула на вешалку.       Дия сделала шаг в сторону кухни, но Эва остановила ее и махнула рукой на зал. Каждый год миссис Диасс ставила в гостиной стол, за которым они втроем трапезничали. В этом году стол тоже был, но маленький и еды на нем не было. В гостиной негромко работал телевизор, шторы были плотно задернуты. На книжной полке стояла фотография Исмана, обмотанная черной лентой. Эва почувствовала, как ее желудок рухнул вниз и поспешно отвернулась.       — Точно все нормально? — вновь поинтересовалась Дия.       — Нормально, — Эва раздраженно выдохнула и плюхнулась на диван.       — Если выражение лица: «я объелась говна» считается нормальным, тогда я тебе верю, Эвтида, — Рэймсс усмехнулся и сел рядом.       — Свои тупые шутки держи при себе, — Эвтида нахмурилась и отодвинулась.       — Неприятно? А нам думаешь нравится видеть твое кислое лицо и слышать в ответ колкости?       — Рэймсс! Не здесь же, — Дия нахмурилась и скрестила руки на груди.       — Прилипалы вы надоедливые, — Эва закатила глаза и шумно сглотнула. Горло защипало. — Не хотела я сюда приезжать. Думала, что готова, но оказалось… Нет. Все? Довольны?       — Эва… — Дия села рядом и потянулась, чтобы взять ее за руку, но Эва отпрянула.       — Не надо, — она отодвинулась чуть ближе к Рэймссу, просто потому, что больше было некуда. — Не надо меня жалеть. В конце концов, это был мой выбор и вот я здесь. Хотела помочь, но в итоге даже помощь моя оказалась не нужна…       — Еще как нужна! — Дия все же взяла Эву за руку. В этот раз она не сопротивлялась. — Сама подумай, это ведь первое Рождество миссис Диасс без Исмана. Как и твое… Горе должно сплочать, а не разделять. Тем более, мы тоже здесь, с тобой. Друзья и семья вместе, это же почти идеальное Рождество, — Дия улыбнулась и ласково погладила Эву по костяшкам.       Эвтида повернулась к Дие, и сама не заметила, как улыбнулась. Она кивнула и шмыгнула носом. Спорить было не к чему, ведь эта прилипала Дия права. Эва не одна. Рэймсс, Дия и миссис Диасс сидят тут рядом. Горе действительно может сплочать.       Эва отвернулась и нахмурилась, невольно подумав о том, что кого-то здесь не хватало. И она ужаснулась от мысли о том, что подумала не об Исмане.       — Вот салатики, — Самина поставила две глубоких тарелки на стол и снова вышла. Эва выдернула свою руку и направилась вслед за миссис Диасс. Может быть, хоть тут она сможет помочь, да и нельзя же вечно бегать от нее.       — Вам нужна помощь? — Эва нагнала ее уже в кухне.       — Ох, спасибо, Эва. Справляюсь.       Самина взяла в руки поднос с индейкой и замерла. Эва тоже не двигалась. Они смотрели друг на друга несколько секунд, пока у миссис Диасс не заслезились глаза.       — Мне его не хватает… — Ее руки задрожали, и Эва поспешила перехватить поднос. Вдвоем они поставили его обратно на тумбу. — Прости, я не ждала гостей. Не думаю, что… Что я готова… Это был наш праздник, — миссис Диасс прикусила губу и закрыла лицо ладонями.       Эва почувствовала болезненный укол прямо в сердце. Наш праздник. Эва всегда считала, что это их общий праздник. Она считала себя частью их маленькой семьи, ведь своей собственной у нее не было. Каждый раз, сидя за столом и слушая сказки миссис Диасс, Эва чувствовала себя дома. Она чувствовала, что нужна и важна здесь. Здесь и нигде больше. Никто не сможет принять ее так же хорошо, как приняла семья Исмана. Потому, неосторожные слова миссис Диасс выбили весь воздух из легких. Потеря Исмана сильно ударила по каждому, кто близко знал его. Но Эва нашла в себе силы пересилить свое горе, и вот она здесь. Несмотря на огромную тяжесть в груди, несмотря на раздражение, несмотря на дрожь в руках. Она приехала, чтобы узнать, что единственное место, которое она считала своим домом, никогда ей не принадлежало. В тот день, почти три месяца назад, Эва потеряла названного брата и смысл своей жизни. Миссис Диасс потеряла сына, и впрочем, на этом все. Все попытки помочь и узнать, как дела были лишь от того, что миссис Диасс просто жалела потерянную девочку. Жалость. Вот, что Эва вызывала в каждом, кто на нее смотрел.       Эвтида сжала руки в кулаки и плотно сжала челюсти. Первым порывом было наговорить гадостей и сбежать отсюда. Сделать так, чтобы больно было не только ей одной. Ей хотелось, чтобы каждый почувствовал эту боль вместе с ней, чтобы все страдали. А Эва? Ну что ж, она злая и бесчувственная, и должна вызывать в глазах окружающих только раздражение и ненависть. И Эва уже почти поддалась этому яростному порыву, что клокотал в ее груди, но в последний момент прикусила язык. Это ведь не в первый раз. Что ее и раньше не предавали? А где тут вообще предательство? Мама Исмана не обязана ее любить. Никто в целом мире не обязан был ее любить, и Эва лишь сама вызывала у всех жалость своими попытками получать любовь хоть от кого-нибудь. Бездомная собака. Вот она кто.       — Ох, прости, прости меня. Как не хорошо. Вы приехали в гости, а я тут, — Самина всхлипнула и вытерла покрасневшие впалые глаза.       — Мы можем уйти, — Эва пожала плечами, глядя куда-то в сторону. — Мы просто зашли, чтобы вас поздравить. У нас у всех… Свои дела.       — Да как-то не удобно… Вы такой путь проделали. Ну что вы, как я вас в такую метель отпущу? Вот что, отнеси поднос, милая, а я налью вам чай и немного приду в себя.       Не глядя на миссис Диасс, Эва взяла поднос и направилась в гостиную. Услышав шаги, Рэймсс и Дия сразу же отпрянули друг от друга, будто до этого делали что-то неприличное. Но возможно, они всего лишь общались, сидя интимно близко друг к другу.       — Все нормально? — Уже в который раз за сегодня прозвучал этот вопрос, и Эва осознала, что нисколько не умеет контролировать свою мимику.       — Не здесь, — сухо бросила она и села на край дивана.       Рэймсс и Дия лишь переглянулись, но спрашивать ничего не стали. Минуты через две в гостиную вошла миссис Диасс с двумя кружками чая. Поставив их на стол, она снова ушла в кухню и вновь вернулась с чаем, и в этот раз, она наконец, села.       Никто не решался заговорить или приступить к еде. Будто не Рождество, а поминки. Эва старалась не смотреть на миссис Диасс или на фотографию Исмана, вместо этого она смотрела в пол. Миссис Диасс тоже была отстраненной. Дия протяжно выдохнула.       — Исман рассказывал, у вас свой цветочный магазин. Должно быть, вы любите цветы?       Эва еле удержалась от смешка.       — Да, наверное, — Самина криво улыбнулась. — Я никогда не задумывалась.       — А я люблю цветы, — губы Дии вытянулись в широкой улыбке. — Это как кусочек лета в зимней стуже. Зиму я вообще не люблю, из-за холода. Как и мои родители. Мы каждый год уезжаем в теплые края на зимние каникулы.       — А я думаю, зима очень романтичное время года. А вы как считаете, миссис Диасс? — поддержал тему Рэймсс.       — Я люблю лето, — сухо ответила она и глотнула чай. — Летом жить проще.       — Что ж… Эва? — Рэймсс повернулся к ней. Она закатила глаза.       — Ну… Говорят весна. Весной там гормоны, все такое. Солнца больше, одежды меньше. Научно подтвержденный факт.       — Зануда, — в этот раз Рэймсс закатил глаза. — Я тебя не про науку спрашиваю, а про твои личные ощущения.       — Отстань, Рэймсс, — Эва протяжно выдохнула.       — А ты какое время считаешь романтичным? — робко спросила Дия.       — Я? — Рэймсс повернулся к ней, и Эва готова была поспорить, что улыбка его стала мягче, а глаза заблестели. — Осень.       — А почему?       — Особенное время. Лично для меня.       Эва закатила глаза. Вот же дурак Рэймсс. Только тупой бы не понял, именно осенью, когда произошла эта трагедия, Рэймсс и Дия так сблизились.       Дия что-то пробормотала, Эва не услышала, а миссис Диасс предложила приступить к еде. Никто не был против. Дия еще пыталась поддерживать разговор, Рэймсс, как мог, помогал ей в этом. Миссис Диасс неохотно вела беседу, а Эва молча ела салат. Ей хотелось, чтобы все это скорее закончилось. Хотелось сбежать из этого холодного чужого дома, который пробуждает теперь уже болезненные воспоминания. Но сбежать куда? Куда обычно сбегают одиночки? А куда бежать Эва, если у нее нет своего пристанища и никогда не было? Домой… к Амену. Сердце забилось быстрее, тело напряглось, готовое в любой момент соскочить с дивана.       Дом Амена никогда не был ее домом. Возможно, никогда не станет. Но Эве так хотелось вернуться туда, потому что только там ее искренне принимали. И с радостью, и с грустью. Лишь там, впервые за долгое время, Эва почувствовала себя в безопасности. Эва почувствовала себя… Она улыбается? Эва крепче сжала ложку и скривилась. Нашла о чем думать в таком то месте. Но почему вдруг она улыбнулась? Что заставило ее сделать это? Какое такое чувство? Безопасность, комфорт, единство или… Влюбленность?       Сердце рухнуло вниз, а после вновь подскочило к груди. Мурашки пробежали по всему телу. Да какая еще влюбленность?! Амен красивый да, нравится ей, конечно. Это физиология и просто интерес. Откуда еще тут взялись все эти метафоры из детских сказок? Она теперь что, как Рэймсс с Дией? Что еще за глупости!       Поглощенная в свои мысли, Эва и не заметила, как тарелки оказались наполовину пусты, а время трапезы подошло к концу. Рэймсс вызвался помочь отнести тарелки на кухню, а Эва поспешила в коридор. Дия присоединилась к Рэймссу и миссис Диасс.       Когда Эва уже была в полной готовности на выход, Рэймсс и Дия стали прощаться с миссис Диасс. Эва бросила что-то типа «всего хорошего» и вышла на улицу. Крупная снежинка упала на ее нос. Эва чихнула и плотнее закуталась в куртку. Тишина не давила, напротив, заставляла задуматься, и Эва задумалась, прислушалась к своим ощущениям. Сердце болезненно ныло. А что, если и Амену она не нужна? Кто она такая для него? Маленькая девочка. Ученица. Лишний груз. Амен уже давно не в том возрасте, когда можно верить в наивную и чистую влюбленность. А разве у Эвы когда-нибудь такая была? Эва будто бы всегда была взрослее, собраннее. Пока ее одногодки влюблялись и разочаровывались, Эва позволяла любить себя, позволяла обращаться с собой плохо, но никогда не влюблялась сама. В кого? В того, кто причиняет ей боль? Всем этим людям дорога в одно место. Но как бы там ни было, так устроен мир. Ее отец позволял матери любить его. Отчим позволяет матери любить его. Эва позволяла любить себя своему бывшему, а когда-то и Рэймссу. Так и должно быть в этом мире. Кто-то всегда позволял кому-то любить. И Эва никогда не думала, что сможет оказаться на месте того, кто мог бы любить. Все всегда относились к ней с опаской или ответной агрессией. Все, кроме Исмана конечно, но Эва и мысли не допускала о чем-то большем. Исман был для нее семьей, и любила она его иначе. Амен для нее никакой семьей не был. Так почему же ей так хотелось оказаться с ним рядом? Поговорить, услышать его голос. Ощутить прикосновения, коснуться его рук, губ, тела, души… Хотелось обнять его, нет, самой оказаться в его больших и крепких руках, и плакать. Плакать, а потом смеяться. Говорить глупости и обсуждать серьезные вещи. Слышать его смех, от которого скручивает живот, хмуриться от его замечаний, наблюдать, как он не знает, что ответить на ее очередную подковырку. Сидеть с ним на кухне и пить какао, пока за окном сверкают фонари и валит проклятый снег. Хотелось погасить свет, накрыться одеялом и крепко прижаться к нему. Знать, что в эту ночь, кошмары не приснятся, ведь Эва под защитой Амена. И ее сердце разрывалось на тысячу осколков от мысли о том, что Амен не чувствовал того же. Легкие болезненно сжимались, стоило Эве представить то, что Амен мог быть тем, кто позволяет любить. Ему безразлично на нее. Эва хочет быть у его ног? Пусть будет. А он погладит ее по голове и скажет, какая она хорошая девочка.       Эва запрокинула голову к небу. Холодный ветер сдул слезы с ее впалых щек.       Скрипнула дверь. Эва вздрогнула и направилась к воротам. Снег хрустел позади. Значит, Дия и Рэймсс идут за ней.       — Эва! Эва, подожди! — окликнула ее Дия.       Слезы не хотели останавливаться. Ну вот, нашла где и перед кем расплакаться.       — Эва!       — Ну что еще? — зло бросила она и обернулась.       Рэймсс и Дия замерли на месте, увидев ее красные глаза и влажные щеки. Должно быть, они подумали, что Эва просто не готова была к этой встрече и все еще не отпустила Исмана. Так и было, но лишь наполовину. Остальное им знать не нужно, и так уже опозорилась.       — Эва… — Дия сделала шаг вперед. Эва — назад.       — Не надо…       — Эва…       — Не надо, Дия, — Эва поджала губы и отвернулась.       — Да что вы как… — Рэймсс раздраженно выдохнул и в два шага оказался рядом с Эвой. Она лишь безвольно пискнула, когда он заключил ее в свои объятья.       — Пусти меня, придурок!       Эва попыталась отпихнуть Рэймсса, но он лишь крепче стискивал ее и мужественно терпел все побои.       — Отпусти! Отвали! Уйди! — голос Эвы то хрипел, то срывался на крик. Она дрожала от рыданий. Сквозь крики вырывались судорожные всхлипы. — Иди нахрен, Рэймсс! Ненавижу всех вас! Прилипалы! Надоели! Оставьте уже меня в покое! Ненавижу! Ненавижу всех! — последнюю фразу она крикнула так громко, что у нее самой в ушах заложило, и в конце концов, сдалась. Громко зарыдала, утыкаясь Рэймссу в изгиб шеи.       Стыдно уже не было. И больно тоже. И злости Эва тоже не ощущала. Только свободу и облегчение.       Сквозь громкие рыдания, Эва почувствовала, как кто-то прижимается к ней сзади и гладит по плечу. Дия.       — Мы с тобой, Эва, — произнесла Дия дрожащем от слез голосом. — Мы всегда будем с тобой.       — Завидую своему терпению, — Рэймсс усмехнулся. Дия тоже. Эва не то всхлипнула, не то тоже посмеялась и громко шмыгнула носом. Рэймсс брезгливо скривился и сделал шаг назад, но опомнился и снова подошел ближе, но его ноги запутались и он повалился в снег, потянув за собой Эву и Дию.       Дия громко вскрикнула, Эва сжалась. Боли не последовало, Рэймсс мужественно принял удар на себя.       — Святые небеса… — он болезненно простонал и раскинул руки в разные стороны.       Эва попыталась приподняться, но рухнула на грудь Рэймсса, чем снова спровоцировала его болезненный всхлип. Дия, заливаясь смехом, попыталась подняться с Эвы, но лишь скатилась в снег. Почувствовав облегчение, Рэймсс сам спихнул Эву с себя в сторону Дии. Та едва успела увернуться от «бомбы» в виде Эвы.       Эвтида уже не задыхалась от рыданий, она задыхалась лишь от смеха.       — Ты там в порядке? — сквозь хохот спросила Дия.        — Жить буду… К вашему счастью…       — Да ты оказывается герой, да? — с издевкой произнесла Эва, шмыгая носом.       — Это ты во всем виновата, сопливка, — надулся Рэймсс.       — Иди ты, — Эва громко рассмеялась. — Сам виноват, брезгливый.       — О, да ты что! — Дия потрепала Эву по рукаву, заставляя повернуться. — Я помню, как кто-то без спросу взял его бутылку с водой, а потом Рэймсс выкинул ее еще полную.       — Ну да я такой и что, — Рэймсс обиженно буркнул.       — Хах, теперь я знаю, как его выбесить, — Эва хитро нахмурилась. — Возьмем его бутылку с водой и сделаем по глотку. Хотя, думаю, после тебя, Дия, он ее выкидывать не будет.       Эва подавила смешок, а Рэймсс кинул в нее снег. Эва смахнула на него снежную пыль, а Рэймсс принял сидячее положение и попытался опустить лицо Эвы в снег. На помощь подруге поспешила Дия. Завязался неравный бой, в котором команда девочек одержала победу. Пока Эва стряхивала волосы от снега, Дия повалила Рэймсса в сугроб и упала на него сверху. Они хихикали, пока их взгляды не встретились. Короткий миг напряжения и они отвернулись друг от друга. Рэймсс помог подняться Дие и сам встал на ноги, а после они вдвоем протянули руки Эве. Когда все трое оказались на ногах, стали отряхиваться от снега. Повисла напряженная пауза. Эва поймала себя на мысли, что если бы ее здесь не было, они точно бы поцеловались. Идеальный и романтичный момент упущен, Дия уедет на две недели, а Рэймсс придурок будет мучаться, а заодно мучать и Дию. Раз Эва косвенно оказалась виноватой, ей вдруг захотелось искупить свою вину и помочь разрешить ситуацию. Вот только Эва совсем не романтик. Эва грубая и прямолинейная. Она повернулась к Рэймссу и Дие, которые молча отряхивались от снега и старались не смотреть друг на друга. Эва закатила глаза. Ей захотелось просто сказать: «целуйтесь уже», но это было бы слишком «в духе Эвы». Дия бы смутилась, а Рэймсс ее потом просто бы прибил. На поцелуй они должны сами решиться, а Эва просто им немного поможет.       — Эй, Рэймсс. Ты так смотришь на Дию, что даже мне неловко становится. Влюбленный взгляд с тебя писали что ли?       Рэймсс посмотрел сначала на Эву таким злым взглядом, что на миг ей стало некомфортно, а потом повернулся к Дие. С покрасневшими не только от холода щеками, она смотрела на него огромными глазами, чуть запрокинув голову. Рэймсс криво улыбнулся и слегка пожал плечами, мол да что эта Эва вообще несет. Дия улыбнулась и покачала головой, как бы говоря: «я все прекрасно понимаю». Рэймсс шумно сглотнул и отвернулся.       — Хватит дурачиться. Дия так на самолет опоздает. Пошли на остановку, — засунув руки в карман, он зашагал вперед.       Дия подошла к Эва и взяла ее под руку. Эва сначала напряглась, но возражать не стала. Ей стало немного не по себе, но раз Дия хочет так идти, Эва постарается не совершать лишних движений.       — Как ты себя чувствуешь? — тихонько поинтересовалась Дия.       — На шесть из десяти, — безразлично ответила Эва. Ложь. Минус два из двадцати.       До автобусной остановки компания шла в полном молчании. И даже на самой остановке никто не решался заговорить. И это уже напрягало саму Эвтиду.       — Когда твой самолет?       — В семь вечера. Проводим тебя и я позвоню отцу, чтобы он вызвал мне такси.       — Необязательно провожать меня, — Эва поджала губы.       — Обязательно, — Дия нахмурилась.       — Это правда, — Рэймсс вклинился в разговор. — Я подожду с Эвой.       — Нет, вместе подождем, — настояла Дия.       — Да что я, сама не дождусь? — Эва выгнула бровь и скрестила руки на груди.       — А для чего тебе тогда друзья? — Рэймсс повторил ее движения.       Эва не нашла слов, чтобы парировать. И все же ее сердце застучало быстрее. Друзья. У нее теперь есть друзья.       Эвтида отвернулась и лишь боковым зрением заметила, что Дия поглядывала на Рэймсса. Он в свою очередь, кидал на нее мимолетные взгляды. Никто не решался заговорить.       Подъехал нужный автобус. Эва обернулась, чтобы попрощаться, но Дия накинулась на нее, заключив в крепкие объятья. Эва неловко потрепала Дию по спине, а после уже Рэймсс притянул ее к себе и потрепал по голове.       — Я напишу, как сяду в самолет! Счастливого Рождества, Эва! — крикнула Дия.       — Напиши в чат, как приедешь! — подхватил Рэймсс.       Эва сделала вид, что не услышала, хотя конечно же услышала. Оплатив проезд, она плюхнулась на сиденье у окна и засунула наушники в уши. Водитель терпеливо ждал, пока все оплатят проезд, а после, наконец закрыл двери. Транспорт задрожал и тронулся с места. Краем глаза Эва заметила Рэймсса и невольно обернулась, уже готовая закатить глаза от того, что эти прилипалы позорят ее и машут ей, но увиденное заставило ее саму почти что прилипнуть к окну. Губы вытянулись в улыбке, а сердце радостно запело в груди. Рэймсс и Дия самозабвенно целовались, стоя под снегопадом и наплевав на людей вокруг. Автобус уезжал все дальше и дальше, и вот, друзья уже скрылись из виду, а Эва продолжала смотреть в окно и улыбаться. И тут в ее голове мелькнула мысль. Дия не та, кто смог бы позволить себя любить, да и Рэймсс сам по уши влюблен. А раз, никто никому и ничего не позволяет, быть может, все-таки существует та самая чистая и светлая любовь как в детских книжках?       Эвтида вышла из автобуса, когда уже зажглись фонари. На улицах почти не было людей, да и машин тоже. Снег продолжал валить крупными хлопьями, а Эва шустро шагала по снежной тропинке. Мысли заглушали музыку из наушников. Эва уже не разбирала слова песни, лишь думала о поцелуе Рэймсса и Дии, думала о миссис Диасс, думала о доме и о любви в целом. Раньше Эва считала глупостью, ныть кому-то о своих проблемах и всегда отнекивалась от Исмана, но сейчас… Как же ей его не хватало. Казалось, только он сейчас смог бы понять ее и попытаться помочь.       Эва остановилась на перекрестке. Отсюда уже виднелся дом Амена. Нужно всего лишь дождаться зеленый и пойти… Куда? К нему? А хотела ли она идти к нему? Чего Эвтида вообще хотела? В последнее время она только и думала о том, что к Рождеству ее жизнь закончится. Ей казалось, она просто не сможет пережить этот праздник. Их с Исманом праздник. И вот, настал этот день. Машины неслись по трассе. Всего лишь шаг и все закончится. Эва шагнула к краю. До зеленого оставалось еще пятнадцать секунд. Всего лишь шаг, еще один, и желание Эвы, записанное в блокнот, сбудется. Не будет злости, страха, боли и обиды. Не будет тревог и забот. Всего лишь шаг и все закончится. Эва шагнула на дорогу. Машина пронеслась прямо перед ее носом. Другая, что ехала следом, громко посигналила. Так громко, что Эва услышала сквозь громкую музыку. Она обернулась и свет фар ослепил ее. Сердце застучало быстрее, а Эва сделала шаг назад. Загорелся зеленый.       На дрожащих ногах Эва дошла до подъезда. Она достала из кармана сигарету, но не спешила курить. Почему она не решилась на этот шаг? Почему остановилась? Трусиха? Испугалась смерти?       Эва запрокинула голову к окну и выплюнула сигарету. Да. Испугалась.       Эвтида набрала нужную квартиру, Амен открыл подъезд. Эва шустро поднялась на нужный этаж и вошла в теплую квартиру. Вот она и дома. Наконец-то.       — Привет, — Эва улыбнулась, глядя на растрепанного Амена. Кажется, она его разбудила. — Ты спал?       — Так, дремал, — Амен махнул рукой и помог Эве снять куртку. — Как все прошло?       — Не очень хорошо, — Эва ответила честно. Сама не знала почему.       — Что случилось?       — Ничего, просто… Мне все еще трудно, — Эва поджала губы и отвернулась.       — Будешь ужинать?       — Нет, спасибо.       Амен кивнул и направился в спальню. Эва нахмурилась и тоже пошла туда.       В комнате горел свет, а на кровати лежали тетрадки. Амен взъерошил волосы и стал собирать их в стопку.       — Значит вот так ты празднуешь Рождество, — Эва усмехнулась и навалилась на дверной косяк.       — Я не праздную. — Амен пожал плечами и прижал тетрадки к груди. Он хотел выйти из комнаты, но Эва преградила ему дорогу.       — Ты грустный. Все нормально?       — Я серьезный и сонный, — Амен вновь пожал плечами. — Конечно все нормально, Эва.       — Я чуть не умерла сегодня.       Эва запрокинула голову и поджала губы. Изначально, она не собиралась говорить об этом, но ей так не хотелось оставаться одной, так не хотелось, чтобы Амен уходил… Сердце устремилось к нему до боли в груди. Тело едва ли не свело судорогой от того, как сильно хотелось крепко прижаться к Амену. Настолько, что Эва просто не могла этому противиться. Ну и пусть он будет позволять ей любить, ну и пусть она будет валяться у его ног. Лишь бы не одна. Больше не одна.       — Я сделала шаг и… Не заметила машину. Я испугалась и… Не знаю. Ты не думаешь, что я какая-то больная? — Эва сморгнула слезную пелену.       — Нет, не думаю, — сухо ответил Амен.       — Не думаешь, что я плакса и тяжелый груз?       — Нет.       — Не думаешь, что я тут лишняя? Не жалеешь, что познакомился со мной?       — Нет, Эвтида. Ни на миг, — серьезно ответил Амен и нахмурился.       — Я всегда считала миссис Диасс и Исмана своей семьей… Сегодня убедилась, что это было невзаимно, — Эва поджала губы, ее голос дрогнул. — Я… Не нужна ей…       — Ты нужна мне.       Эва забыла как дышать. Ей хотелось отвести взгляд, но она как завороженная смотрела в глаза Амена.       — Знаю, что этого недостаточно…       — Достаточно, — прервала его Эва.       -…чтобы облегчить твою боль. Но я и не пытаюсь заменить тебе кого-то.       — И не надо, — Эва покачала головой. — Пожалуйста, не заменяй. Просто будь…       …Рядом.       — Собой? — Амен легонько улыбнулся.       — Со м… — Эва осеклась. — Да. Собой.       Амен разжал хватку, тетрадки с шумом полетели на пол. Эва не успела как следует об этом подумать. Амен обхватил ее щеки и слегка потянул на себя. Эва замерла и прикрыла глаза. Амен шумно чмокнул ее в лоб.       — Будешь выделываться, расскажу всем, как мистер Ларсон обращается с тетрадями, — проворчала Эва.       — Придется заставить тебя молчать, — Амен усмехнулся и не позволил Эве ответить. Его губы накрыли ее.       Это стало последней каплей. Эва прижалась к горячему телу Амена, провела ногтями по его спине. Сердце шумно стучало в груди. Эва углубила поцелуй и сделала шаг вперед. Амен не сопротивлялся ей и послушно шагнул назад. Так они дошли до кровати. Эва сжала край футболки Амена и попыталась толкнуть его на кровать, но он не поддался. Тогда Эва запустила руки под его футболку и погладила напряженные мышцы. Она легонько царапнула его грудь, ласково погладила живот и опустила руки ниже. Она потянула за резинку его штанов и снова попыталась опрокинуть Амена. В этот раз он разорвал поцелуй, и подхватив ее на руки, сам осторожно уложил ее на кровать.       Эва стянула с себя свитер и потянулась к Амену, но он и сам потянулся к ней. Амен вновь утянул ее в жаркий поцелуй Эва чувствовала, как распаляется ее тело, как оно требует прикосновений и ласк Амена. И как только Эвтида могла жить без этого? Как могла его отталкивать? Как могла противиться этим чувствам? Все было так правильно, так хорошо. И если Амен сейчас прервется, Эва за себя не отвечает.       Амен разорвал поцелуй и коснулся губами ее шеи, ключиц. С губ Эвы сорвался стон, когда рука Амен сжала ее грудь поверх бюстгальтера. Какого черта он все еще был на ней? Раздражающий, совершенно лишний.       Будто прочитал ее мысли, Амен запустил руку под чашечку и легонько сжал ее грудь. Эва протяжно выдохнула и сжала короткие волосы на затылке Амена, пока тот покрывал поцелуями ее живот. Эва вдруг опомнилась и потянулась к застежке на своих джинсах, но Амен мягко убрал ее руки и самостоятельно расстегнул замок. Эвтида помогла ему стянуть джинсы и вновь попыталась притянуть к себе Амена, но он опустился перед ней на колени, и взглянув ей в глаза, коснулся губами ее согнутого колена. Эвтида завороженно наблюдала за тем, как Амен закинул ее ноги себе на плечи и легонько притянул ее чуть ближе к краю. Он коснулся губами внутренней стороны ее бедра, а Эва шумно втянула воздух.       Амен погладил ее бедра, лежащие на его плечах, и коснулся губами чувствительной точки сквозь ткань нижнего белья. С губ сорвался стон. Она крепко сжала его руки, удерживающие ее бедра, но Амен осторожно освободился от хватки. Он обхватил край ее нижнего белья и потянул вниз. Эва помогла ему избавиться от мешающей одежды.       Амен вновь взглянул в ее глаза и легонько улыбнулся, поглаживая ее бедра.       — Ты очень красивая, Эва.       — И… Ты, — Эва сглотнула. — Особенно вот так, — она улыбнулась в ответ.       — Вот так? — Амен выгнул бровь и усмехнулся. — И вот так тоже? — он нагнулся ниже и коснулся языком чувствительной точки.       — Д-да… — Эва прикусила губу и шумно выдохнула через нос.       Амен не спеша повторил это действие несколько раз. Его руки неторопливо изучали тело Эвтиды. Они гладили то грудь, то живот, то бедра. Эва сжала одеяло, когда Амен слегка ускорил темп. С ее губ сорвался стон, а Амен осторожно ввел в нее палец. Эва шумно и часто задышала. Потолок завертелся от такого частого дыхания. Движения языком замедлились, подстроились под движения пальца. Эвтида сжала волосы на его затылке и потянула на себя, но после разжала его волосы и стала лишь легонько поглаживать его голову.       Свободной рукой Амен погладил ее живот и ввел второй палец. Но в этот раз его движения ускорились. Эва громко простонала, а Амен продолжал наращивать темп.       — Вот… Вот так… — сбивчиво проговорила Эва, продолжая шумно дышать.       Амен оставил подходящий темп. Эва крепко сжала его свободную руку, лежащую на животе. Амен сплел их пальцы.       Эвтида почувствовала, как пальцы на ногах начинают поджиматься, а внизу живота появляется напряжение. Эва прикрыла глаза и шумно выдохнула. Ее тело задрожало. Она сжала бедрами голову Амена, а он не прекращал движения. Только когда Эвтида расслабилась, Амен отстранился и поцеловал ее живот.       — Амен… — хрипло произнесла Эва. — Не уходи. — Почти мольба. Но Эве было наплевать на то, как это прозвучало. Сегодня ей просто хотелось поддаться своим желаниям и плевать на последствия.       Амен поднялся на ноги, достал из комода салфетки и выключил свет. В комнату скользнули лунные лучи и отблеск фонарей. Амен привел Эву в порядок и переложил в кровать, как надо. Он накрыл ее одеялом, и уже собирался отойти, но Эва обхватила его за руку и потянула на себя.       — Я не ухожу, — мягко ответил Амен и высвободил руку. Он обошел кровать с другой стороны и лег рядом.       В эту же секунду Эва придвинулась ближе и утянула Амена в поцелуй. Ее руки погладили его напряженную часть тела, но Амен легонько убрал ее руки от себя и разорвал поцелуй.       — А ты… — запротестовала Эва.       — А я наслаждаюсь тобой, — он улыбнулся и коснулся губами ее лба. — Видишь, тебе совсем не обязательно что-то делать.       — Но я хочу…       — Точно? — Амен усмехнулся. — Чего ты хочешь, Эва?       — Не уходи никуда, ладно? — прошептала Эва и прижалась к его груди. Амен крепко сжал ее в своих объятьях и поцеловал в макушку.       — Думаешь, я хочу куда-то уходить?       — Почему ты такой грустный сегодня? — Эва уткнулась в его шею и закрыла глаза.       — Не грустный, Эва. Уставший. Как и все учителя перед началом рождественских каникул.       — Сегодня Рэймсс и Дия поцеловались. Я им немного помогла, — довольно протянула Эва. — А еще, они создали групповой чат, и я там тоже есть… И Рэймсс сказал, что мы друзья…       — Я очень рад, — Амен ласково погладил ее по волосам. — Правда рад. Эва, можешь кое-что мне пообещать?       — М? — сонно протянула она.       — Что бы ты ни чувствовала, какую бы боль ни испытывала, просто приди ко мне и скажи об этом. Не молчи и не закрывайся в себе.       Эва запоздало кивнула и крепко зажмурила глаза. Последняя мысль перед тем, как провалиться в сон была о том, что зима — ее любимое время года.