Глава 17. «Прости меня, если сможешь» часть 2

      Эвтида потопталась на месте. Легкие снежинки беззаботно кружились в воздухе. Подул ветерок, сдувая снежную пыль с оголенных веток. Пыль заискрилась от яркого солнца и приземлилась на снежное покрывало. Мимо пробежали дети, наслаждаясь последними деньками отдыха. Они громко смеялись и строили планы на летние каникулы. Как жаль, что Эвтида не разделяла их радости.       После вчерашнего приступа истерики, сердце все еще отбивало неспокойный ритм. Только под утро Эва смогла более менее взять себя в руки. Перепуганный Амен хотел в этот же вечер уехать из проклятого Детройта. И Эва почти согласилась, и уехала бы, если бы не Исман. Утром Эва рассказала обо всем Рэймссу. Он был не просто зол, Рэймсс был в бешенстве. Назвал Эвтиду глупой идиоткой, но она и сама это знала. Выпить какие-то непонятные таблетки? В ее духе. Да, Эвтида глупая идиотка, но она совсем не злилась на себя. Агния Паувилл — причина ее ярости.       Эва пнула снежный ком и посмотрела на часы. Рэймсс неприлично задерживался, и от этого Эва раздражалась лишь сильнее. Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула. В их непростой затее ярость была плохим союзником.       — Привет! — Рэймсс потрепал Эву по плечу, заставляя обернуться. — Прости, я сегодня растерянный.       — В перерывах между нотациями, ты говорил, что всю ночь не спал, я помню, — Эвтида закатила глаза. — Помню, но терпеть такое отношение к делу не собираюсь! Бери себя в руки, Рэймсс.       — Я болтал с Дией… — Рэймсс смущенно прокашлялся, и как и сказала Эва, «взял себя в руки». Эвтида снова закатила глаза. — Так. Еще раз по плану: мы идем к миссис Диасс, я ее отвлекаю, ты берешь телефон и?..       — Поедем ко мне, — Эва шумно выдохнула. Это решение далось ей не просто. Амен куда-то уехал ранним утром, и хоть Эва надеялась, что вернется он не скоро, все равно предупредила его, что после встречи с Рэймссом, они придут к ним. Хоть ей и не хотелось, ведь у Рэймсса точно будут вопросы. Но ведь не на улице же им копаться в телефоне Исмана! Придется импровизировать, если встреча все-таки состоится.       — К тебе в твою… Эту…       — Да, туда, — Эва снова закатила глаза. В которых раз за день. — Идем уже.       — Стой, Эва, погоди, — Рэймсс пристроился рядом. — Как ты себя чувствуешь?       — Скверно, — Эвтида скривилась. — До сих пор чудится, будто все это было взаправду. — Эва не стала вдаваться в подробности о том, кто был ее галлюцинацией. Рэймсс, впрочем, не допытывал ответ.       — Если что, я рядом, — Рэймсс потрепал ее по плечу. Эва отмахнулась.       — Знаю, знаю. Идем уже.       К счастью Эвтиды и Исмана, мать Исмана оказалась дома. Эва совсем забыла о ее работе. Как впрочем, и о своей. Миссис Диасс удивленно оглядела гостей, но все же впустила из в дом.       — Что-то случилось? — Самина застыла в прихожей и ошарашенно наблюдала за тем, как незваные гости снимают верхнюю одежду.       — Ничего серьезного, миссис Диасс. Мы просто пришли проведать вас, — Рэймсс улыбнулся той самой улыбкой, какой обычно улыбался Реммао. Эву передернуло. Выходит, что-то общее между ними все-таки было. Умение грамотно заговаривать зубы.       — Ох, да что вы. Проделали весь этот путь из-за такой глупости, не стоило… — Миссис Диасс заметно расслабилась. — Тем более, я уже скоро побегу на работу…       — Конечно стоило, миссис Диасс, — Рэймсс улыбнулся шире. — Мы проходили мимо и решили заглянуть. Не переживайте вы так.       — Ну, что ж, у нас есть двадцать минут. Хотите чаю?       — Не откажемся, — Рэймсс кивнул. Самина махнула в сторону гостиной.       — У вас Райтов это что в крови? — Рэймсс и Эвтида синхронно плюхнулись на диван. Эва пихнула друга в бок.       — Скажешь тоже, — Рэймсс отмахнулся. — В свое время насмотрелся на Реммао.       — У тебя получается лучше, чем у него, — Эва улыбнулась.       — Просто я говорю искренне.       Под приглушенный смех в комнату вошла миссис Диасс с двумя кружками чая.       — Чайник еще не остыл. Надеюсь, вы не против теплого чая? Не замерзли?       — Самое то, миссис Диасс, — Рэймсс вновь обворожительно улыбнулся. Самина только кивнула и ушла на кухню за печеньем. Вернувшись, она села в кресло и сцепила руки в замок.       В полной тишине громко тикали часы. Эва вновь ощутила себя не в своей тарелке. Как странно, ведь с Исманом такого никогда не ощущалось. Где бы Эва не находилась, с Исманом она чувствовала себя как дома. Неужели дело было в нем? Или в самой Эве? Она представила, что было бы, если бы Рэймсс не пошел вместе с ней. Настоящая катастрофа, десятый круг ада. Но Рэймсс сидел рядом, а Эва хоть и ощущала дискомфорт, но вовсе не волновалась. Рэймсс был рядом с ней и умело поддерживал беседу с миссис Диасс. Если раньше она казалась близким человеком, была для Эвы ближе и любимее родной матери, то сейчас не найти в мире людей, что были бы так же чужды, как Эвтида и Самина Диасс. Но таковы законы жизни. Общая трагедия сближает чужаков, а близких людей отдаляет друг от друга. В этом доме прошло все детство Эвтиды. В этом доме она впервые почувствовала себя счастливой. Но все было в прошлом. Теперь же от счастья осталась одна лишь терпкая горечь. Как черный кофе без сахара и молока.       — Эва, милая, что-то ты совсем потерялась. Ты ведь хотела выйти на работу?       Эва вздрогнула. Голос миссис Диасс грубо выдернул ее из размышлений.       — Я… Да, хотела, но… — Эвтида растерянно похлопала глазами. Поначалу, ей были нужны деньги и неважно какими способами. Но после «счастливого» празднования Рождества, Эве просто не хотелось никаким образом пересекаться с миссис Диасс. И как ей об этом сказать?       — У Эвы сейчас куча долгов по учебе. Учителя пугают, что не допустят ее к экзамену, — умело спас положение Рэймсс. Эва заметно выдохнула.       — Ох, как же так? Все настолько плохо?       — Не настолько. Я помогаю Эве с долгами.       — Надеюсь, все образуется, — Самина вздохнула. — Но я всегда рада тебе, Эва.       — Спасибо, миссис Диасс, — Эвтида пихнула Рэймсса и бросила на него многозначительный взгляд. Рэймсс кивнул.       — А вы помните Дию? Она приходила с нами на Рождество, — с улыбкой произнес Рэймсс и взял в руки кружку. — Она уехала в Лос-Анджелес и обещала привезти вам сувенир.       — Что вы, не стоило, — миссис Диасс смущенно махнула рукой.       — Конечно стоило!       — Я отойду в туалет? — грубо прервала их Эва.       — Да, конечно, Эва, — миссис Диасс растерянно кивнула.       — А вы бывали где-нибудь, кроме Детройта, миссис Диасс? — вернулся к разговору Рэймсс.       — Не довелось.       — А где хотели бы побывать?       Ответ Эва не услышала. Она прошла мимо ванной комнаты и замерла у лестницы. Сердце болезненно заныло. Будто совсем рядом, Эва услышала детский смех. Их с Исманом смех. Детьми они часто играли на этой лестнице. Ползали по ступенькам, скатывались с перил, за что получали нагоняй от миссис Диасс. Эва сглотнула слезный ком и сжала руки в кулаки. Сейчас не до этого, не до воспоминаний. Она поднялась на одну ступеньку, вторую, третью. И вот она уже на втором этаже. Справа от нее комната миссис Диасс, слева комната Исмана. Эва подошла ближе и резко, чтобы не передумать, распахнула дверь. Знакомый запах корицы ударил в нос. Ноги подкосились. Эва схватилась за дверной косяк и хаотично осмотрела комнату. Наспех заправленная кровать, беспорядок на столе, футболка на полу в углу комнаты, рюкзак у кровати, приоткрытый шкаф и задернутые шторы. Все было как и прежде. Даже люстра, на которой… Эва сглотнула и с трудом вошла внутрь. Ноги будто приклеились к полу. Казалось, что ничего не произошло. Исман просто уехал на время и обязательно вернется. Цветы на тумбе по-прежнему цвели, а на доске красовались бумажки, исписанные корявым почерком Исмана. Эва доковыляла до стола и плюхнулась на стул. Взгляд остановился на фотографии в рамке. Эвтида хорошо помнила этот момент. Счастливые Исман и Эва в последний учебный день в седьмом классе. Эвтида отвернулась, попыталась взять себя в руки, но навязчивые воспоминания окунули ее в тот самый день, когда она была здесь в последний раз.       Эва в очередной раз пожаловалась на надоедливого отчима. Он снова притащил своих друзей, и снова на первом этаже громко играла музыка, наперебой с пьяным хохотом, мешая сосредоточиться. А до этого, Эва жаловалась на тупую домашку по литературе. А до этого жаловалась на отсутствие еды. Слишком много жалоб… Что ж, впрочем, Исман все сообщения благополучно игнорировал. Такое часто бывало. Исман объяснял это тем, что он вообще никому не отвечает, когда на него нападает вдохновение. Стихоплет должно быть снова в своем трансе. Эва отбросила телефон подальше и решила сделать перерыв. Домашка порядком утомила ее. Она достала сигарету из комода, подошла к открытому окну и закурила.       Ноябрьский ветер заставил поежиться. Близилось самое мерзкое и отвратительное время года для Эвтиды. Исман же наоборот весь день твердил о том, как рад наступлению зимы. Глупец.       Сигаретный дым приятно обжигал легкие. Эва прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Тихо стало слишком резко. Что там они, легли спать? Эва перевела взгляд на часы. Восемь вечера. Она задумчиво затянулась, но озвучить очередную версию в своих мыслях не успела. Ее отвлек зазвонивший телефон. Эвтида подошла к столу и взяла телефон в руки. Увиденное заставило ее нахмуриться. Миссис Диасс? Так поздно?       — Алло? — Эва затянулась и выдохнула дым.       — Эва… Эва… — сквозь всхлипы позвала ее Самина.       — В чем дело? Что случилось? — Эвтида напряглась.       — Эва… Пожалуйста… Прошу… Приди, Эва… Пожалуйста…       Самина продолжила рыдать и, видимо, случайно сбросила звонок. Эва уставилась в одну точку. Сигарета тлела в ее руке, но ей было все равно. Все это казалось чьим-то глупым розыгрышем. Тупой шуткой. И на улице было так пасмурно и холодно… Хоть дом Исмана и был недалеко, но идти туда сейчас? Что же такое случилось? Неприятное предчувствие схватило дыхание, будто Эва покатилась с огромной горки прямо вниз. Здравый смысл и непонятное волнение вцепились в схватке: волнение победило. Эвтида выкинула сигарету, накинула куртку и выскользнула из дома. К слову, ночные гости, отчим и мать, действительно спали.       Эва бежала. Бежала так быстро, что от нехватки воздуха стало темнеть в глазах. Тревожное предчувствие усилилось. Волнение комом скопилось в груди. У дома Эва остановилась, чтобы перевести дух, но сделать это у нее не получилось. Способность дышать пропала. У дома стояла скорая помощь. Задыхаясь, Эвтида осторожно подошла к дому. Ворота и двери были открыты. Эва вошла внутрь. Наверху громко рыдала миссис Диасс и звала своего сына. А самого сына нигде не было. Тоже наверху? Эва осторожно поднялась по ступенькам. Первых она заметила врачей. Они суетились в центре комнаты. На полу рыдала миссис Диасс. Да где же Исман! Почему не успокаивает мать? Эва вошла внутрь и огляделась по сторонам. Врачи натянуто застонали. Эвтида вздрогнула и присмотрелась к их спинам. Они что-то держали. Что-то тяжелое. Эва подняла глаза вверх и вздрогнуло. Бледное лицо Исмана выскользнуло из петли, тело рухнуло на плечи врачей.       — Эва! Эва, милая! — миссис Диасс поднялась на ноги и замахала какой-то бумажкой.       — Что происходит! — Нервы напряглись, словно струна. Эва выхватила бумажку, на которой красовались кривые буквы: «Прости меня, если сможешь». — Что все это значит!       — Эва-а… — миссис Диасс простонала и снова опустилась на колени.       Врачи положили Исмана на пол. Эва выбросила непонятную бумажку и растолкала мужчин в белых халатах. Кто-то схватил ее за плечи и грубо оттянул от Исмана.       — Что происходит?! Исман! Пустите! Сделайте ему искусственное дыхание! Что вы все стоите?! Исман! Исман, вставай, тупица!       — Смерть наступила от асфиксии. Примерно в семь вечера. Больше вам сообщат после вскрытия, — холодно констатировал врач.       Эва едва ли уловила смысл сказанных слов. Она снова дернулась, врач не удержал ее и Эва рухнула на пол. Она подползла к Исману и потрясла его за руку. Холодную, словно снег. Ее снова оттащили. Сознание отказывалось воспринимать происходящее.       — Он умер, Эва… Он убил себя… — рыдая проговорила миссис Диасс.       — Нет, — Эва отрицательно помотала головой. — Нет, нет, нет… Нет… — Эвтида сглотнула. Она еще раз осмотрела бездыханное тело. Подняла глаза выше к покачивающийся пеньковой веревке, завязанной в петлю. Сердце ударилось о ребра и стихло. Эва опустила глаза на Исмана. Холодное бездыханное тело. Руки затряслись. К горлу подкатила тошнота.       Эва вскочила на ноги и выбежала из комнаты. Она чуть не споткнулась на лестнице, но вовремя удержалась за перила. Эвтида выскочила из дома и побежала прямо. Она все бежала и бежала, пока ноги не подкосились, а ее саму не вывернуло на землю. Она обессиленно упала рядом с лужицей рвоты. Ее грудь содрогалась в рыданиях, но Эва не плакала. Слез не было. Дыхание схватило так сильно, что Эве показалось, будто она задыхается. Она схватилась за горло, острые нотки впились в тонкую кожу. По телу потекло что-то горячее. Нет, не слезы. Эва по-прежнему не плакала.       Где-то вдалеке ударил гром. Эвтида пискнула, повернулась на бок и поджала коленки. Вдохнуть по-прежнему не получалось, и Эва жадно глотала воздух, открывая и закрывая рот, словно рыба на суше. Что-то капнуло на лицо. Снова и снова. На холодную землю обрушился дождь. Но Эве было все равно. У нее не было сил встать, идти, дышать, жить. В этот дождливый вечер ноября Эва перестала существовать в этом проклятом мире.       Воспоминания отпустили только тогда, когда Эва почувствовала, что ей снова трудно дышать. Она провела руками по лицу и шумно сглотнула. Тело дрожало также, как и в тот день. Эвтида тряхнула головой, схватила телефон со стола, поднялась на ноги и вылетела из комнаты. Кое-что все же изменилось. Комната пропиталась запахом смерти.       Эва сунула телефон в карман и села на ступеньку. Голова закружилась от недостатка кислорода.       — Эй, Эва? — Рэймсс потрепал ее по плечу. Эвтида лениво подняла голову. Когда Рэймсс успел подойти?       — Где миссис Диасс? — хрипло спросила она.       — В гостиной, но сейчас подойдет. Ты чего?       — Ничего, — Эва поднялась на ноги. — Пойдем отсюда, — Эвтида сделала шаг, но пошатнулась. Рэймсс придержал ее за локоть и повел в прихожую. Эва не сопротивлялась.       Эвтида смутно помнила прощание с миссис Диасс. Кажется, она пожелала всего хорошего, а Рэймсс пожелал того же в ответ. Только на улице Эва почувствовала себя лучше. Холодный воздух обдувал щеки, приводил в чувства. Эвтида сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Рэймсс не тревожил ее. Так они прошли до самой остановки. Дыхание окончательно восстановилось, а руки перестали дрожать.       — Ты как?       — Нормально, просто… Хочу поскорее домой, — Эвтида поежилась. Рэймсс больше ничего не спрашивал. Через десять минут приехал нужный автобус, и за все это время, никто не проронил ни слова.       Сев на свободное место, Эва прикрыла глаза. В кармане завибрировал телефон. Рэймсс тихо оповестил о том, что в групповой чат написала Дия. Эвтида только кивнула и отвернулась к окну. Но Рэймсс не оставил ее в покое, не в этот раз. Он тыкал своим телефоном в лицо Эвы, и в конце концов, ей пришлось достать свой телефон и присоединиться к диалогу.       Как и надеялась Эвтида, дома никого не оказалось. Хорошо, что Амен сделал дубликат ключей для Эвы.       — Раздевайся, — Эва закинула куртку на крючок, скинула обувь и прошла в гостиную.       — И ты тут одна живешь? — недоверчиво уточнил Рэймсс.       — Любопытство кошку убило, Рэймсс, — пробурчала Эва из гостиной. — Я же не спрашиваю о чем вы с Дией общаетесь.       — Понял, не лезу, — Рэймсс повесил куртку рядом с курткой Эвы и прошел в гостиную. — Но я могу рассказать.       — Нет, — Эвтида закатила глаза. — Избавь меня от слащавых разговорчиков.       — Узнаю Эву, — Рэймсс улыбнулся и сел на диван. — Что с тобой произошло, там у миссис Диасс?       — Вспомнилось кое-что, — Эва подняла рюкзак с пола и поставила его на диван. — Не хочу это обсуждать.       — Понял. Ладно.       Эвтида достала из рюкзака флакон с таблетками и телефон Исмана. Рюкзак убрала на пол. Рэймсс взял в руки таблетки и стал их пристально рассматривать. Эва положила телефон на диван и замерла. Рука зависла над кнопкой блокировки. Глаза уставились в темный экран, в котором виднелось перепуганное отражение. Эва снова вспомнила свои последние сообщение Исмана, вспомнила его холодную руку, что держала этот телефон. Пальцы задрожали. Эва шумно сглотнула.       — Эй? — Рэймсс обхватил ее дрожащую руку. Эва вырвалась из некрепкой хватки. — Ты чего?       — Я боюсь, — Эва подняла глаза на Рэймсса. — Это телефон Исмана. Его собственность, которую нельзя трогать… Если… Если мы влезем в его телефон… Это значит, придется признать, что Исмана уже нет, а я… Я не хочу. Не хочу его забывать. Не хочу признавать, что Исмана больше не существует.       — Но, Эва… — Рэймсс сочувственно оглядел собеседницу. — Исман всегда будет жить в наших воспоминаниях.       — Да-да, эти воспоминания… — Эва всплеснула руками. — Воспоминания — это все, что у меня осталось. Я хочу помнить каждую минуту, каждую секунду, что мы проводили вместе… Может, я погорячилась с его телефоном, — Эвтида поджала губы. — Может, не стоило в это все лезть…       — Эва, эй, — Рэймсс потрепал ее по плечу. — Вспомни, что произошло с тобой, после того, как ты выпила таблетки, которые дала тебе Паувилл? А ее странное поведение? Ты сказала, что она что-то недоговаривала. А еще мы узнали, что незадолго до трагедии они с Исманом стали сближаться. Что, если это она дала ему таблетки? Ты ведь хотела справедливости. Если это, — он кивнул на телефон, — поможет нам узнать, что же произошло на самом деле, мы должны это сделать. Хочешь, я сам…       — Нет! — Эва выдохнула. — Ладно, ладно, ты прав. Давай уже скорее закончим, у меня голова разболелась от тебя.       Эвтида нажала на кнопку. Телефон включился. На экране отразилась старая заставка и куча уведомлений. Эва бегло взглянула на аккумулятор и удивилась. Миссис Диасс заряжала телефон? Эвтида отмахнулась от этих мыслей и свайпнула вверх по экрану.       — Пароль?       — Я знаю.       Эва ввела нужную комбинацию цифр и разблокировала телефон. Конечно она знала пароль Исмана, как и он ее. Но без его разрешения никогда не пользовалась этими знаниями. Эва отыскала фейсбук и открыла мессенджер. На экране появились диалоги. Эва бегло осмотрела лишь имена и аватарки, стараясь не засматриваться на сами сообщения. К ее удивлению, переписка с мисс Паувилл у Исмана действительно была, еще и в самом верху. Недолго думая, Эва открыла ее и пролистала к началу. Листать пришлось недалеко. Переписка началась с октября. Договоренность о дополнительных занятиях, дни, время, уточнения… Ближе к ноябрю стиль сообщений изменился.       Isman Diass: мы классно провели время! спасибо, Агни       Agnia Powville: И тебе спасибо, Исман.       Isman Diass: может, как-нибудь… встретимся вне школы?       Эвтида подняла глаза на Рэймсса. Он нагнулся ближе и тоже просматривал переписку. Почувствовав взгляд, Рэймсс посмотрел на Эву. В его глазах она увидела то же смятение, что испытывала она сама.       Agnia Powville: Исман, нет. И речи быть не может.       Далее диалог вернулась к привычному стилю. Снова назначение дополнительных, время, дата, и большой промежуток. Эва перепроверила еще раз, быть может, ей показалось? Но нет. Диалог действительно прервался на неделю. От следующих сообщений сердце провалилось в желудок.       Isman Diass: прошу, давай поговорим       Agnia Powville: Нам не о чем, Исман. Пора прекратить.       Isman Diass: тот поцелуй ничего для тебя не значил?       Agnia Powville: Исман, ты еще молодой парень, у тебя впереди вся жизнь. У тебя есть любимая девушка. Ты закончишь школу и будешь счастлив, но не со мной.       Isman Diass: Агния, пожалуйста…                               я запутался…                               я дорожу Дией, но ты… как я жалею, что не узнал тебя раньше       Agnia Powville: Исман, хватит!                               Нервничаешь, пей успокоительные, что я дала.                               Пострадаешь дня два и все пройдет.       Isman Diass: я люблю тебя                               я не знаю, что чувствую к Дие, но я точно знаю, что люблю тебя                               ты удивительная, Агни                               пожалуйста, не отталкивай меня                               все будет хорошо, никто не узнает о нас                               я поговорю с Дией, я все решу, только дай мне шанс       Agnia Powville: Меня уволят за связь с малолеткой, ты это понимаешь?       Isman Diass: нет, нет                               мне уже 19, в этом году я окончу школу                               все будет хорошо       Agnia Powville: Ты мне противен.                               Так понятно?       На этом диалог закончился. Эва провела рукой по щеке и смахнула… слезу? Эвтида вытерла мокрые щеки и шмыгнула носом. Она действительно расплакалась?       Рэймсс молчал. Эва тоже не знала, что сказать. Исман всегда казался ей таким светлым человеком, не способным на подлости. Но Исман встречался с Дией и был влюблен в Агнию Паувилл. Он нагло врал Дие, которая любила его. Врал и Эве, скрывал от нее свои чувства к учительнице и отношения с Дией. Он врал, что после школы они вдвоем уедут из Детройта, а сам обещал Дие уехать с ней в Париж, но просил Агнию дать ему шанс.       Впервые за три месяца Эва почувствовала опустошенность, а вместе с ней отвращение. Эва не знала, что почувствовала бы, если бы Исман рассказал ей обо всем. Наверное, сказала бы, что любовь это глупости. Но теперь, она больше не считала любовь какой-то глупостью.       Эвтида по-прежнему не считала Исмана плохим человеком. Она никогда не делила мир на «черное» и «белое». Мир был для нее одним сплошным серым пятном. Но несмотря на это, поступок Исмана вызывал отвращение. Хотелось забыть увиденное, прижаться к Амену и сказать о том, как сильно она его…       — Что думаешь? — нарушил тишину Рэймсс.       — Не знаю, — Эва шмыгнула носом. — Я вообще об этом думать не хочу.       — Я бы ему втащил.       Эва подняла глаза на Рэймсса и уже хотела ответить что-нибудь мерзкое, но прикусила губу. Рэймсс любил Дию, и в целом, имел право втащить Исману за такое. Эва и сама ощутила острое желание сломать Исману нос. И в этот раз не потому, что он «оставил» ее, а потому что врал Дие. Эвтида еще слишком мало общалась с ней, но несмотря на это, точно знала, что Дия такого не заслужила.       — Ладно, отбросим эмоции… — Рэймсс прочистил горло. — Ты заметила сообщение про успокоительные?       — Да, — Эва заторможенно кивнула и проморгалась. Слезы никак не хотели останавливаться. — Агния действительно дала их Исману. Таблетки вызывают галлюцинации. Думаешь, Исман наглотался таблеток и…       — Да, наверное, так и было.       — И… Что теперь?       — Технически, Агния не то, чтобы виновата. Может, она и не знала вовсе о свойствах таблеток, — Рэймсс пожал плечами.       — Как не знала? Еще чего!       — И стала бы она тогда давать их тебе, если бы знала, что таблетки стали причиной… Трагедии?       — А вдруг стала бы? — Эва вскочила с дивана. — Нужно все узнать. Я поеду к ней, разговорю ее и запишу ее признание на диктофон.       — С ума сошла? — Рэймсс выгнул бровь. — Как ты собралась это делать, Эва? Приедешь и спросишь: «а не вы ли Исмана убили?»       — Буду импровизировать! Чего ты прикопался ко мне?       — Может, не стоит? — Рэймсс поднялся на ноги. — Мы узнали правду. Вряд ли мисс Паувилл виновата в том, что Исман был в нее влюблен.       — Чушь! — Эва сжала руки в кулаки. — Я не собираюсь все бросать только потому, что Исман поступил как мудак. Он все еще мой друг, Рэймсс, и я не отказываюсь от него даже после всего вот этого, — она махнула на телефон. — Был бы Исман жив, я бы втащила ему за Дию, не сомневайся. Мне гадко и противно от того, что он… — Эва выдохнула. — В общем, на хуй он пошел. Но это его личные дела. Для меня Исман остается самым близким человеком, а Агния может быть причастна к его смерти. Она дала ему эти таблетки, можно ведь приписать это к непредумышленному убийству или как это там называется?       — Но зачем?       — Потому что справедливости заслуживают все, Рэймсс. Тебе туманит разум твоя любовь к Дие, но я тебя с собой и не зову, — Эва вышла из гостиной.       — Но я все равно буду с тобой, хоть ты меня и не зовешь, — Рэймсс догнал ее.       — Еще чего, — Эва раздраженно сняла куртку с крючка.       — Еще того! — Рэймсс схватил ее за руку и потянул к себе, заставляя повернуться. — Мы друзья, Эва, ясно? Да, я зол на твоего этого Исмана, потому что… — он шумно выдохнул. — Потому что я люблю Дию. Это ты хотела услышать? Ты права, Эва, сто раз права. Но кое в чем ошиблась. Как дорога мне Дия, так же дорога мне и ты. Нам двоим, если быть точнее. Я не собираюсь оставлять тебя на полпути. Если хочешь прищучить Паувилл, я помогу тебе. Хоть я и не согласен.       Эва замерла. Несколько секунд она тупо таращилась на Рэймсса, а после… Крепко обняла его. Рэймсс охнул от неожиданности. Он колебался всего несколько секунд, а после, сам сжал Эву в объятьях.       — Спасибо, Рэймсс… — прошептала Эва, чувствуя, как щиплет горло от слез.       — Было бы за что, — так же тихо ответил Рэймсс.       — Я раньше думала, что никто кроме Исмана не захочет со мной общаться.       — Глупости какие. Ты очень даже ничего, когда не зубоскалишь.       — Беру свои слова назад, — Эва отстранилась. — Иди ты нахрен, Рэймсс.       — Ну вот, опять, — Рэймсс тихо рассмеялся и Эва подловила его смех.       — Ладно, хватит, — Эва смахнула остатки слез и накинула куртку. — Пойдем давай.       Рэймсс взял свою куртку и надел ее. Пока Эва натягивала обувь, дверь открылась. Домой вернулся хозяин квартиры. Эва так и застыла с ботинком в руках и поочередно глазела то на Амена, то на Рэймсса. Рэймсс же удивленно уставился на Амена так, словно увидел призрака. Только Амен был спокоен.       — Рэймсс, добрый день. Привет, Эва.       — Мистер Ларсон? А вы… — Рэймсс медленно перевел взгляд на Эву, и его зрачки сузились до микроскопических масштабов.       — Мы… Уже уходим, — Эва повернулась к Амену и постаралась натянуть улыбку.       — Все хорошо?       Эвтида быстро кивнула и шустро надела обувь. Рэймсс уже был одет и обут и просто удивленно разглядывал то Амена, то Эву.       — Ну все, мы пошли, — Эва улыбнулась и дернула Рэймсса за рукав.       — Задержись на минутку, — попросил Амен.       — Ладно, — Эва пожала плечами и повернулась к Рэймссу. — Подождешь на улице, ладно?       Рэймсс заторможенно кивнул и снова посмотрел на Амена. Его глаза сощурились, словно, он обдумывал что-то.       — Рэймсс!       — Да-да, прости. Простите. До свидания, мистер Ларсон, — Рэймсс кивнул на прощание и вышел за дверь.       — Глупее ситуации и не придумать, — Эва закатила глаза и прижалась к стене, словно хотела слиться с интерьером. — Позвала в гости и не придумала, как объяснить… Все это. Идиотка.       — Все хорошо, Эва, — Амен улыбнулся. — Меня не это тревожит.       — Правда? Вообще не тревожит?       — Нисколько, — Амен тихо рассмеялся и заграбастал Эву в объятья. — Я о другом переживаю. Как ты?       — Ну, знаешь, — Эва мгновенно прижалась к его теплой и такой родной груди. — Хреново. Я такое узнала… Но расскажу потом, сейчас у меня дела.       — Деловая леди? — Амен усмехнулся. Его губ коснулись лба Эвы.       — Типа того, — Эвтида улыбнулась, запрокинула голову, поднялась на носочки и чмокнула Амена в подбородок. — А у тебя все хорошо?       — Да, — он кивнул. — Решал школьные вопросы.       — Это какие еще?       — Предлагаю обсудить это, как закончишь свои дела, — Амен кивнул на дверь. — Твой друг уже заждался.       — Ладно, — Эва сощурилась. — Но все ведь хорошо?       — Да, — Амен снова кивнул и поцеловал Эву в лоб. — Не волнуйся.       — Что ж, верю, мистер Ларсон, — Эвтида улыбнулась, обхватила лицо Амена в ладошки и чмокнула его в нос. — До вечера! С тебя ужин. — Эва отстранилась от Амена и подошла к двери.       — До вечера. Люблю тебя. — Крикнул Амен, когда Эва уже захлопнула двери.       Сердце учащенно забилось в груди. Ей ведь не показалось? Амен признался ей в любви? Вот так просто? И ему совсем не сложно говорить об этом? Не страшно? А она ведь так и не сказала Амену об этом. Он ждет признания? Она должна вернуться и ответить? Эвтида никому и никогда не признавалась в любви и понятия не имела как это делается. Ей казалось, что для признания нужна особая атмосфера. Особый день, место и время. А Амен признался ей в любви в обычной коридоре, когда Эва выходила в подъезд! День самый обычный, место не грандиозное, время — день. Ничего особенного, но сердце шумно забилось в груди. Стало так тепло, как подставить лицо весеннему солнцу после долгой стужи. Несмотря на то, что день был самым обычным, после этих слов, он стал особенным для Эвы. Так всегда бывает или только с Аменом? Мир всегда казался Эвтиде скучным и серым, но Амен, сложно художник, раскрасил мир Эвы яркими цветами. Эвтида захихикала, но тут же прокашлялась и поспешила стереть глупую улыбку с лица. Пора идти. Ее внизу ждал ошарашенный Рэймсс.       — Рэймсс? — Эва вышла из подъезда и сощурилась от яркого солнца.       — М? — он мгновенно обернулся.       — По поводу этого, — Эва кивнула на дом за спиной.       — Это было неожиданно, но… Если ты счастлива, — Рэймсс пожал плечами.       — Давай… Не будем это обсуждать, — Эвтида отвела взгляд и потопталась на месте, словно она была нашкодившей школьницей.       — Как тебе угодно.       — Итак, — Эва подошла ближе. — Вернемся к делу.       — Да, дело, — Рэймсс кивнул.       — Я позвоню Агнии и договорюсь о встрече. Прямо сейчас. У тебя есть ее номер?       — Я что телефонный справочник? — Рэймсс выгнул бровь.       — Ты брат директора, — Эва закатила глаза.       — Может есть… Может нет, — Рэймсс вздохнул и достал телефон. Эва скрестила руки на груди и бросила на Рэймсса выжидающий взгляд.       — Ну?       — Тебе повезло, — Рэймсс протянул телефон Эве. Она достала свой, переписала номер и нажала на вызов.       Гудки длились, кажется, вечность. Но в конце концов, послышался знакомый голос.       — Алло?       — Мисс Паувилл? Это Эвтида Гонсалес.       — Эва? Здравствуй.       — В прошлый раз нас так резко прервали… Разговор с вами очень помог мне, — Эва скривилась. Рэймсс усмехнулся. — Можно увидеться с вами? Прямо сейчас.       — Сейчас? — послышалась какая-то возня. — Ты можешь приехать ко мне, если хочешь.       — Да, без проблем. Скажите адрес.       — Я скину тебе смской.       — Да, хорошо. На этот номер.       — Хорошо, жди, — Агния сбросила вызов.       — Ну что? — Рэймсс набросился на нее, словно нетерпеливый ребенок.       — Сказала приехать к ней. Адрес скинет. — Телефон завибрировал от уведомления. — Уже скинула.       — Покажи.       — Зачем? — Эва выгнула бровь.       — Чтобы я знал, где тебя искать. Если вдруг что.       — Что еще за «если вдруг»? Ты детективов пересмотрел? — Эвтида закатила глаза.       — Мне так спокойнее.       Эвтида усмехнулась и сделала шаг вперед, но Рэймсс преградил ей дорогу. Эва сделала шаг влево, и Рэймсс тоже шагнул влево.       — Рэймсс.       — Адрес, Эва.       — Детский сад, — Эва закатила глаза и протянул телефон Рэймссу. Он сфотографировал сообщение и вернул телефон Эве.       — Теперь я спокоен.       — Еще бы, — Эвтида закатила глаза. В который раз.       — Идем, провожу до остановки. Ты же позвонишь потом, как узнаешь что-нибудь?       — Куда денусь, — Эва шумно выдохнула и неспешно зашагала по тропинке.       — Лишних вопросов не задавай и не провоцируй ее. Как поймешь, что она причастна к трагедии, сразу уходи. Доказательства у нас есть, хоть и косвенные. Разберемся с тем, что есть.       — Ну хватит уже, — Эва снова закатила глаза.       — Эвтида, все это серьезно! Я не потерплю такого отношения к делу.       — Эй! Это ты мой помощник!       — Ага, голос разума в нашей команде.       — Иди нахрен, — Эва скрестила руки и отошла от Рэймсса на приличное расстояние. Рэймсс только захихикал. В конце концов, Эва тоже рассмеялась. В таком приподнятом настроении они дошли до остановки. Но несмотря на отличное настроение, Эвтида чувствовала тревогу.       Путь до Агнии не занял много времени. Всего каких-то полчаса, и Эва была на месте. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Быстро прошла магазины, дворы, и вот нужный дом стоял прямо перед ней. Эвтида сверилась с адресом, подошла ближе и набрала нужную квартиру на домофоне.       — Эва?       — Да, это я.       — Входи.       Эвтида вошла в подъезд, достала диктофон, нажала запись и убрала его в карман джинсов. Она поднялась на нужный этаж и позвонила в звонок. Агния сразу же открыла двери.       — Здрасте.       — Входи, Эва. Я не ждала гостей, не обращай внимания на беспорядок. Раздевайся и проходи в гостиную. Чай будешь?       — Давайте, — Эва немного растерялась, пораженная таким напором. Агния скрылась из виду, а Эвтида прошла в гостиную.       — Солнце ярко освещало комнату. Эва плюхнулась на диван и посмотрела по сторонам. Квартира Агнии была солнечной и теплой. Повсюду висели фотографии Агнии из всяких мест, а в центре висела фотография с каким-то парнем. Эва нахмурилась. Оказывается Агния была в отношениях? И они путешествовали вместе? Эва улыбнулась, представив, как они с Аменом так же путешествуют по всему земному шару. Фоткаются и привозят сувениры, которые ставят на полки, как и у Агнии.       — Чай со смородиной. Надеюсь, ты не против, — Агния протянула Эве кружку и села рядом. — Ну, что случилось?       — Вы говорили, что я могу обратиться к вам, если что, — Эвтида подула на чай и сделала глоток. Агния кивнула. — Допрос пробудил старые воспоминания. Утром я заходила в гости к миссис Диасс — матери Исмана, и… Словно пережила этот ужас снова, — Эва сделала еще один глоток и попыталась принять страдальческое выражение лица. Она надеялась, что это звучало правдоподобно. Должно было, ведь Эва, в общем-то, не врала. Просто откровенничать не умела.       — Бедняжка, — Агния сочувственно нахмурилась. — Прекрасно понимаю тебя. Когда умерла Миранда, я тоже места себе не находила. А ведь мы с ней дружили еще с университета.       — И как вы приняли ее смерть? — Эва сделала глоток чая.       — Ну… — Агния махнула рукой. — Поход к психологу и курс успокоительных. Хотела поехать в Эл Эй, но с этими допросами… Разрушили все планы.       — Директор Райт тот еще козел, — Эвтида усмехнулась. Агния, на удивление, поддержала ее.       — Что есть, то есть. В общем-то, каждый по-своему переживает горе, — Агния улыбнулась. — Те успокоительные, что я тебе дала, очень хорошие. Просто пей их, скоро станет легче. И, я всегда рядом, если захочется поговорить. После трагедии ты такая одинокая, я буду рада стать твоим другом.       — Спасибо вам, — Эва натянула кривую ухмылку. — Говорите, ваши успокоительные помогают?       — Конечно, это ведь греческое лекарство. Не зря Греция считается родиной медицины.       — И они помогут мне так же, как помогли Исману? — Эвтида злобно усмехнулась и сделала глоток чая. Агния поменялась в лице.       — О чем ты?       — Вы эти же «успокоительные» дали Исману. Так ведь?       — Так это… И не секрет, — Агния натянула улыбку. — Исман выглядел очень потерянным и жаловался на плохое самочувствие. Я не могла остаться в стороне.       — Разумеется, — Эва поставила кружку на пол. — Исман так успокоился, что влез в петлю.       — Эва. Я не понимаю, к чему ты клонишь, — Агния сощурилась.       — Я все знаю, мисс Паувилл, — Эвтида скривилась. — Исман признавался вам в любви. А эти ваши таблетки, не успокоительные, а наркотики! После них у меня начались галлюцинации. Вы специально дали их Исману и довели его! И не прикидывайтесь невинной. Вы знали о ваших этих «успокоительных».       — Вас никто не заставлял глотать сразу несколько штук, — Агния скривилась, провела руками по лицу и выдохнула.       — Так это правда, — Эва нахмурилась. — Вы убили Исмана и меня убить хотели!       — Исман мог разрушить мою карьеру, — Агния поджала губы и смерила Эву холодным взглядом. — И ты тоже.       — Вот ведь… Сука, — Эва усмехнулась, а после скривилась. Виски внезапно кольнуло. Захотелось зевнуть, но Эва сдержалась. — Вы и Миранду убили. Тоже дали ей свои таблетки?       — С Мирандой вышло случайно, — Агния вскочила с дивана и подошла к окну. — Миранда еще с университетских времен была дерганной и неуверенной в себе. Не умела спорить, кричать. Плакала, когда на нее повышали голос. Никакой стрессоустойчивости. Какая ей работа учителем, где один сплошной стресс? — Агния задвинула шторы и повернулась к Эве. — На летних каникулах я действительно ездила в Грецию и купила там эти таблетки. Но ты права, Эва. В этих таблетках есть средство, из которого производят наркотики. Я купила их для себя.       — А остальным зачем давали? — Эва злобно нахмурилась и сжала руки в кулаки. И снова ей захотелось зевнуть. Должно быть, недосып дал о себе знать.       — Я купила их, чтобы видеться с Гарри, — Агния повернулась к фотографии. Эва проследила за ее взглядом и увидела ту самую фотографию с каким-то парнем. — Гарри утонул во время одного из наших отпусков. Прошло полгода, но я так и не могу его отпустить. Не хочу. Эти таблетки безвредны, если знать меру. Одну на ночь, и мне снится прекрасный сон с Гарри.       — Да вы психопатка, — Эва усмехнулась и навалилась на спинку дивана. Сидеть стало так тяжело.       — Из всех, только ты одна можешь понять меня, Эва. Неужели тебе не хочется снова увидеть Исмана? Хоть еще разок?       — Хочется. Но это невозможно, поэтому мне и больно, — Эва злобно нахмурилась. — Если у нас и будут какие-то встречи, то только в моей голове, а это все не по-настоящему, — Эвтида покрутила пальцем у виска.       — Как я уже сказала, — Агния проигнорировала ответ Эвы. — Миранда была очень чувствительной. Она постоянно ныла. Даже над моим горем ныла больше, чем я. И я дала ей успокоительные, чтобы хоть немного исправить ситуацию, помочь ей. Так и помереть от разрыва сердца недолго. Я предупреждала ее, что у таблеток есть доза. Это сильные успокоительные, ни какая-нибудь там ромашка. Но разве Миранда меня послушала? Ученики в очередной раз довели ее, она наглоталась таблеток, ей что-то привиделось, и вот результат.       — Так говорите, будто вам ее не жаль, — Эва все же зевнула.       — Конечно жаль. Но Миранда умерла по своей глупости, а я слишком долго и часто жалела ее. И вот к чему это привело.       — А Исман? — Эвтида скривилась и снова подавила зевок.       — Исман был хорошим парнем, — Агния шумно вздохнула. — Правда хорошим. Умный, добрый и красивый мальчик. У него должно было быть хорошее будущее. Он собирался учиться на врача, а для этого ему нужна была биология. Я согласилась помочь ему, мне хотелось помочь ему. На одном из дополнительных он сочинил короткий стишок, а я удивилась: как же так, парень такой талантливый и собирается работать врачом. Мы разговорились. Исман рассказал о том, что ему хочется помогать людям, особенно он мечтал помочь тебе.       Сердце Эвы сжалось. Она ведь не ослышалась?       — Ты пробудила у него стремление спасать всех вокруг, и из-за тебя он так рвался поступить в Гарвардский университет. Я поддержала его, а он сочинил мне стих. Потом еще один, и еще один. А однажды, он сочинил мне стих с признанием в любви.       Эвтида вздрогнула, словно ее током дернуло. Тот самый стих «Маленькая смерть». Эва подумала, что он был посвящен Дие, но выходит… Исман написал его для Агнии?       — Я так растрогалась… Я позволила ему поцеловать себя. Но так было нельзя. Учитель и ученик? Да если бы Райт узнал, голову бы мне оторвал! А Гарри? Я не могла предать любимого. Я пыталась помочь Исману, по-началу. Говорила ему, что все это глупости. Он просто придумал себе эту любовь. У него есть Дия, есть мечта, друзья. Я плохой вариант для него. Но Исман не слушал. А я решила действовать наверняка, проблемы мне не нужны, — Агния поджала губы. — Я дала Исману таблетки, специально холодно разговаривала и отменяла встречи. В конце концов, случилось то, что случилось.       — Вы гадкая… Мерзкая… Сука! — Эва хотела вскочить с места и ударить Агнию, но тело стало таким тяжелым. Руки будто бы приклеились к дивану. — Сейчас я встану… И вы ответите за все! Кто дал вам право распоряжаться чужими жизнями!       — Никто, — Агния подошла ближе. — Но таков закон мира: либо ты, либо тебя. Я не хочу проблем, Эва. Хочу жить в Детройте, путешествовать в отпуске и работать учителем биологии. Влюбленные школьники и их преданные друзья мне не нужны.       — Сейчас я выйду отсюда и ты сядешь, сучка, — выплюнула Эва.       — Нет, Эва, ты отсюда никуда не выйдешь. Снотворное ведь уже действует, я права? — Агния улыбнулась и села рядом. Запоздалый ужас окатил с ног до головы. Эва действительно чувствовала слабость по всему телу. Веки слипались, сознание проваливалось в сон. Эвтида с трудом могла удерживать глаза открытыми.       — Что вы со мной сделаете? — медленно проговорила Эва.       — Еще не придумала. Но времени у нас будет много. Прости, Эва, мне очень жаль. ты всегда нравилась мне, — Агния улыбнулась и провела рукой по лицу Эвы. Она попыталась дернуться и глаза закрылись сами собой. Последнее, что услышала Эва, перед тем, как провалиться в сон был какой-то стук.       Пустота. Полное спокойствие. Безмятежность. Эва впервые за всю свою жизнь чувствовала себя так хорошо. Ничто более не тревожило ее. Вся тяготы и невзгоды остались в прошлом. Значит, вот как ощущается смерть?       Кто-то ласково гладил ее по руке. Щекотно. Эва дернулась, но прикосновение не пропало. Но разве, могла она чувствовать прикосновения, если умерла? Эва с трудом разлепила глаза и сощурилась от яркого света. Первым, что она увидела, а точнее кого, был Амен. Он улыбнулся и крепче сжал ее руку. Эвтида улыбнулась ему в ответ. Если она умерла и попала в рай, то ради такого точно стоило умереть.       — Она проснулась? — из-за спины Амена выглянула Дия. И если до этого Эва не была уверена, что она действительно «проснулась», то сейчас ее словно выкинули из прекрасного рая.       — Тише, Дия, — знакомый голос одернул ее, а после, кто-то потянул Дию, вынуждая пропасть из виду.       Эвтида проследила за тем, куда пропала Дия и заметила Рэймсса. Он усадил Дию на стул и приобнял. Дия повернулась к Эве и легонько помахала рукой. Эвтида слабо улыбнулась и еле заметно кивнула головой.       — Как ты себя чувствуешь? — вопрос Амена заставил повернуться.       — Никак, — честно призналась Эва. Она и правда ничего не чувствовала. — Что произошло? — И Эвтида сама ответила на свой вопрос. Точнее, ее сознание. Последние события разом всплыли в памяти. Признание Агнии, ее чай, таблетки, диктофон. — Где Агния?       — За решеткой, наверное, — ответил Рэймсс.       — Но как? Она же… Усыпила меня, — Эва нахмурилась.       — Я забыл рюкзак у тебя… У вас, — Рэймсс бегло взглянул на Амена и поспешил исправиться. — Вернулся, а мистер Ларсон мне с порога: «где Эва?» Я не смог соврать.       — Напарник называется, — Эва закатила глаза.       — Мы поехали за тобой и вот.       — Ты видел переписку? — Эва повернулась к Амену. Только сейчас она осознала, что тогда забыла убрать телефон и таблетки с дивана. Амен коротко кивнул.       — Я не перестаю удивляться! Какой же смелой надо быть, Эва, — восхитилась Дия.       — И ты уже все знаешь? — Эвтида повернулась к подруге, но ее взгляд перехватил Рэймсс. Он отрицательно покачал головой, и Эва поняла, что Дия знала лишь часть произошедшего.       — Я в шоке с того, что мисс Паувилл пичкала наркотиками Исмана и свою подругу. Как же мерзко! — Дия скривилась. — Зачем она вообще это делала? Она же призналась тебе?       — Я… Не помню. На диктофоне была запись, — Эва перевела взгляд на Рэймсса.       — Мистер Ларсон отдал его полиции. Мы так и не узнаем, зачем же мисс Паувилл это сделала, — сухо проговорил Рэймсс и отвел взгляд.       — Какая жалость, — Эва усмехнулась. — А со мной что? И ты, Дия, когда успела приехать?       — Вчера, — Дия бросила беглый взгляд на Рэймсса. — Рэймсс проговорился, что ты в больнице. Мы с родителями собирались вернуться в воскресенье, но я уговорила их приехать на три дня раньше. Я так перепугалась за тебя.       — Агния напичкала тебя снотворным, — подал голос Амен. — Но оно смешалось с теми таблетками, которые ты пила накануне.       — И… Насколько все плохо?       — Неплохо, — Амен улыбнулся. — Худшего не случилось. Ты проспала два дня.       — Два? — Эва выпучила глаза. — А я то думаю, что же мне так хорошо, — она хихикнула, но скорее от нервов. — Значит, вы сдали Агнию копам, да?       — Да, — Рэймсс кивнул.       — И все закончилось?       — Исман отомщен, — Рэймсс снова кивнул.       Эва поджала губы и отвела взгляд. Мир не рухнул, а боль никуда не ушла. Легче не стало. Эвтида была рада тому, что мерзкая дрянь теперь за решеткой, вот только… Что изменилось? Детройт продолжил жить своей жизнью. Люди продолжали заниматься своими делами. Исман продолжал гнить в земле.       Ничего не изменилось, но Эва почувствовала облегчение. Словно тяжелый груз рухнул с ее плеч. Больше ее ничто не держит в этом городе. Здесь больше нет близких для нее людей. Или… Эва повернулась к Амену, Рэймссу и Дие. Амен продолжал беспокойно осматривать ее лицо. Рэймсс о чем-то тихонько болтал с Дией, и они все были рядом. Дия даже приехала из отпуска на несколько дней раньше. Эвтида улыбнулась. После смерти Исмана, ей казалось, что в мире больше не осталось близких для нее людей. Никто не полюбит ее так, как Исман. Никто не станет выносить ее скверный характер. Но оказалось, в этом проклятом городе нашлась новая семья. Конечно, Амен, Рэймсс и Дия никогда не смогут заменить Исмана и миссис Диасс, или родителей Эвы, которые никогда не были для нее родителями. Но Эва и не хотела, чтобы они стали заменой тем людям. Эва хотела помнить все. Помнить всех. Помнить все то, что сделало ее той, кем она была сейчас.       — Амен, — Эва коснулась его шершавой щеки. Должно быть, он не брился несколько дней. — Я тебя люблю, — Эва смущенно опустила глаза, чувствуя, как горят щеки.       — И я тебя люблю, моя Эва.       Моя.       Сердце дрогнуло. Глаза защипало. И Эва бы расплакалась, будь они с Аменом вдвоем.       — Как это мило, — прошептала Дия.       — И вас тоже… — Эва повернулась к Рэймссу и Дие, но не нашла в себе смелости взглянуть им в глаза. — Хорошо, что вы… Есть.       — Ох, Эва! — Дия коснулась плеча Эвы. Эвтида подняла на нее взгляд и заметила слезы на щеках Дии.       — Ну вот, теперь на Детройт обрушится ураган.       — Почему это? — Дия шмыгнула носом и повернулась к Рэймссу.       — Эвтида сказала та-а-акое, — Рэймсс очертил руками огромный шар.       — Вот придурок, — Эва закатила глаза.       — Поговорю с врачом о выписке. Хватит тебе тут лежать, — Амен сжал руку Эвы и поднялся на ноги. Он еле заметно потянулся, встряхнул ноги и вышел из палаты.       — Как так вышло, что вы с ним вместе?! — Дия тут же села на место Амена и нагнулась к Эве. — Я хочу знать все! — Эвтида перевела взгляд на Рэймсса в поисках поддержки, но он лишь смотрел на нее с хитрой улыбкой, намекая на то, что в этой ситуации он поддерживал не Эву.       — Долгая история, — Эва пожала плечами. — Как-то… Само.       — Эй! Так не бывает, — Дия надулась.       — Ты сама мне ничего про вас с Рэймссом не сказала, — Эва выгнула бровь и улыбнулась. — Если бы я не увидела ваш поцелуй на остановке, ничего бы не узнала.       Дия смущенно посмотрела на Рэймсса. Он и сам сидел весь красный как помидор. Эва только рассмеялась, довольная реакцией друзей. Ее смех прервал врач.       — Что ж, мисс Гонсалес, давайте осмотрим вас.       После того, как Эву выписали, прошла целая неделя. Все это время они проводили с Аменом в компании друг друга и обсуждали будущее. Амен признался, что в тот день, когда Эвтида «допрашивала» Агнию, он уволился из школы. Эва была только рада. Ей и самой не хотелось приходить в это адское место, а теперь и подавно. Амен снова поднял тему о переезде, и на этот раз, Эвтида не отказалась.       Ветер ласково трепал волосы. Солнце пригревало. После затяжных холодов приближалось самое спокойное время года. Эвтида присела на корточки и смахнула липкий снег с холодного надгробия. На могильном камне были выгравированы буквы, что отдавались гулкой болью в сердце. Ismandes Diass. June 30 2004 — November 29 2023       Находится здесь было невыносимо, но Эва не могла уехать не попрощавшись.       — Я тебя прощаю… — тихо прошептала Эва и поднялась на ноги. Амен взял ее за руку и прижал к себе.       Дия положила букет лилий на мокрый снег. Она смахнула слезы и прижалась к Рэймссу. Никто не произнес ни слова. Но слов и не требовалось. Эва в последний раз провела глазами по буквам и потянула Амена к машине. Он сопротивляться не стал. Дия и Рэймсс пошли следом.       У машины Дия крепко обняла Эву. Они договорились списаться, а Рэймсс даже напросился в гости. Но Эва не была против. Она потрепала Рэймсса по плечу и села в машину, в которой уже был Амен. Они переглянулись. Амен нежно улыбнулся и Эва ответила на его улыбку. Амен завел автомобиль, Эва включила музыку. Машина двинулась с места и помчалась по дороге. Эвтида обернулась назад. Могильные камни постепенно исчезали. Кое-где уже растаял снег, обнажая грязную землю. Машина загородила весь обзор и Эва отвернулась. Люди всегда куда-то спешат. Люди всегда чем-то заняты. А Эва сидела в машине рядом с любимым человеком и покачивала головой в такт музыке.       — Кен ю хир ми… Кас а-айм ло-ост, — тихо подпевал Амен, но заметив, что Эва хихикает, только смущенно улыбнулся.       — Ты фальшивишь! Прекращай.       — Мне нравится петь в дороге.       — Что-то я раньше этого не слышала, — Эва нахмурилась и скрестила руки на груди.       — Спала, — Амен усмехнулся. Эва притворно стукнула его по плечу и рассмеялась.       Детройт остался позади.