От голубого до индиго

Библиотечный зал в Головном Отделе редко кем-либо посещался. Даже Печаль заходила лишь изредка — все руководства она уже прочитала, да и за пультом в конце концов стала появляться чуть чаще, так что времени на чтение оставалось не слишком много. Но сегодняшняя ночь была уж очень спокойной, и голубой эмоции совсем не хотелось спать. Её тусклое свечение даже не доходило до стен, рассеиваясь в воздухе, но его хватало, чтобы не включать свет. Тихий шорох страниц нарушал тишину, но, кажется, никому особо не было до этого дела. Почти все остальные спали, и Печаль даже не помнила, кто сегодня дежурит по снам. А дежурила, вообще-то, Хандра. Они с Печалью были чем-то похожи — обе синие, и обе крайне редко улыбаются. Правда, их первое взаимодействие не удалось. Второе — ещё хуже. Но, с другой стороны, в третий раз они обнимались вместе со всеми. Никто пока не знал об этом, но им обеим третье столкновение понравилось. Хандра вздохнула и соскользнула со стула на пол. Ночь подходила к тому моменту, где Райли впадает в двухчасовую фазу глубокого сна. На экране ползали разноцветные разводы. Скучно. Да и сегодня Студия Сновидений была явно не на пике кринжа — за всё время, пока сны крутились на экране один за другим, эмоция успела задремать. Тем не менее, что-то вдруг заставило её проснуться, подняться и направиться за угол. В библиотеке не было дверей, по сути, это было продолжение зала, но углубившаяся в книгу Печаль даже не сразу заметила чужое присутствие. Но около минуты спустя она всё же повернулась — и неловко улыбнулась коллеге. — А, так это ты сегодня дежуришь… Как дела? — Я в порядке. Только хотела тебе кое-что сказать. — Хандра поджала губы, и, пусть в темноте этого было не видно, её лицо пошло красными пятнами от стыда. — Короче, я… Очень извиняюсь за всё, что тогда произошло. Мне правда жаль, что я была такой игнорирующей. Это было глупо и жестоко. — Ой… — Печаль замялась, смотря на коллегу расширившимися в удивлении глазами. — Но ты ведь ни в чём не виновата! Ты всего лишь делала свою работу, в этом нет ничего плохого. Кроме того, я же украла у тебя телефон, так что, можно считать, один-один. — Она слабо хихикнула. — Я рада, что ты не злишься. Кроме того, в тот момент, когда было создано новое Самоощущение, тебя было очень приятно обнимать. — Хочешь сделать это ещё раз? Хандра задумалась и коротко кивнула. Печаль отложила книгу и подошла к, кажется, уже подруге, но остановилась, не зная, как подступиться. Тёмно-синяя эмоция была очень высокой и очень худой, так что низкой и полной Печали было трудновато её правильно обнять. — Можешь немного нагнуться? Я тебе едва до груди достаю… — Без проблем. Они обнялись. Алый румянец казался фиолетовым на пепельно-синих щеках — Хандра не могла поверить, что когда-нибудь такое почувствует. Печаль была мягкой, маленькой и с очень уютным свитером, и от одного её прикосновения по телу высокой эмоции пробежала лёгкая дрожь. Конечно, Печаль не могла этого не заметить. — Ты дрожишь… Тебе страшно? — Не, в порядке всё. Ты просто, типа, знаешь… Прикольная такая. Тёпленькая. Хандра неловко улыбнулась и легонько помацала коллегу за щёчки. Та ответила тем же, чувствуя, как лицо слегка розовеет, а после они застыли, уединившись в нежности и ласке. — Слушай, Печаль, а Райли сегодня выйдет в быстрый сон? Голубая эмоция посмотрела на настенные часы. — Не должна, можно идти спать. А что? — Ну, типа, э-э… Хочешь, поспим вместе на диване? Ты, наверное, тоже устала. Печаль даже не заметила, как густо покраснела. Спать вместе было для неё чем-то безумно интимным, но отказаться она не могла. — Хорошо… Сразу же после этих слов Печаль вдруг оказалась поднятой в воздух. Её прижали поближе, хоть и держа с трудом, и перенесли на диван. — Хандра? Как ты… — Без проблем. — Тёмно-синяя эмоция уткнулась длинным носом в пушистые волосы коллеги. — Ты довольно лёгкая. — Ах, точно, ты ведь этот диван одной рукой отшвырнула… Но, надеюсь, я тебе не мешаю? — Да не беспокойся ты, нормально всё. Печаль чуть отстранилась и внимательно посмотрела в глаза подруги. И только сейчас заметила, насколько красивый у них цвет — такой блестяще-сапфировый, и ресницы тоже чудесные, пушистые и довольно длинные для натуральных. Это заставило голубую эмоцию улыбнуться вновь. Она редко была так счастлива. — Печаль, ты чего? У меня что-то на лице? — А? Нет, нет, всё хорошо… Всё в порядке. Им обеим было явно неловко, и, чтобы успокоиться, они прильнули друг к другу поближе. Хандра обвила длинными, тонкими руками мягкое тело коллеги, обнимая её со спины. Им было хорошо. И уже всё равно, что подумают остальные, когда найдут их так. Вскоре они заснули.