Часть 98. Смена контроля

— Еда ну прямо очень хороша, — заметила Мария, уплетая горячий плов из большой глиняной миски. — С такой голодухи что угодно хорошей едой покажется, — фыркнул Серж. — Тебе не нравится моя еда, смертный? — прошелестел шёпот единственного женского голоса, от которого у всех присутствовавших, кроме Виктории по спине пробежали мурашки. — Отличная еда! Лучшая в моей жизни! — Так-то… — шёпот затих, не оставив и намёка на своё потустороннее присутствие. Стол был заставлен кучей тарелок со всевозможными салатами, супами, кашами и десертами, напитками, а также полудюжиной видов жареного мяса и рыбы. Игроки и Элора с большим удовольствием объедались предоставленными им блюдами. — Виктория, ты точно в порядке? — уже, наверное, в пятый раз с момента своего пробуждения спросила Мария. — Спасибо за беспокойство, со мной всё хорошо, — улыбнулась жрица. Бенджамин, заметно нервничавший, с удвоенной силой принялся пилить столовым ножиком стейк. «Быть такого не может, что она в порядке. Я видел, как люди были готовы на всё что угодно после наказания ночью десяти кошмаров. Невозможно, чтобы она пережила тысячу и с ней всё было нормально. И ещё этот странно изменившийся голос Шепчущих, после того как Виктория проснулась… Тут что-то не так» — думал брюнет. Виктория же ещё раз перечитала уведомления, присланные системой после пробуждения. Были у жрицы сейчас кое-какие проблемы с адекватным восприятием интерфейса: во-первых, по субъективному времени во сне она провела гораздо больше без Системы, чем вместе с ней наяву, а во-вторых, уж слишком хорошими были полученные бонусы. Нет, Вика, конечно, не жаловалась, но всё же терзало её какое-то смутное ощущение вида «слишком хорошо, чтобы быть правдой». Но хотя бы блондинка больше не боялась того, что в следующую секунду проснётся беспомощной в кошмаре и услышит глумливые шелестящие голоса, шепчущие что-то вроде «ха-ха, поверила в свою победу». Этот этап она прошла очень давно (по меркам своей памяти) — ещё когда у неё впервые получилось вырвать немного контроля из рук своих мучителей и дать кошмарам отпор. Дополнительное условие квеста «Суд голосов в пустоте» провалено — вы получили наказание Шепчущих. Получен опыт за убийство Шепчущего (х12): 10 000. Итого 120 000. Текущий опыт: 163 987/180 000 Стойкость повышена до 196 Титулы «Упрямая» (простой) и «Несломленная» (очень редкий) заменены на «Несгибаемая» (эпический). Вместо +5 к стойкости и +3 ко всем характеристикам он даёт +10 ко всем характеристикам. Выносливость превысила 140! Выберите бонус. Восприятие превысило 50! Выберите бонус. Удача превысила 90! Выберите бонус. «Объясни-ка мне вот что, Система. Какого хера я ВО СНЕ получила сто с лишним тысяч опыта, эпический титул и почти сорок единиц натурального прогресса стойкости? И почему при этом не получила естественной прибавки ни к одной другой характеристике или навыку? Скажи-ка мне, как это работает» — подумала Виктория, напрямую транслируя свои мысли Системе, чтобы ты не могла сделать вид что не заметила. Это работает! Радуйся! «Нет, подожди» — не унималась жрица. «Мне нужны подробности и детали». Это закрытая техническая информация. Нужны права администратора. В доступе отказано. «Напиши мне подобное дерьмо ещё раз, и моей первостепенной задачей станет найти способ либо засунуть тебя в реальное тело, либо заставить чувствовать всё, что чувствую я, а не быть сторонним наблюдателем. После чего я пропущу тебя через курс промывания мозгов с таким огромным количеством пиков удовольствия и агонии, что в твоём выжженом сознании не останется вообще ничего кроме осознания того, кто из нас двоих главный. Ты меня поняла?» — мысленно ответила блондинка своему интерфейсу. Получен навык «Запугивание». Стартовое значение равно 30. Э-э-э… Не надо! И когда ты успела стать такой жуткой? «Не знаю когда конкретно, но подозреваю что где-то после первого полугодия в суперреалистичных зацикленных кошмарных снах, состоявших в основном из: изощренных телесных, психологических и сексуальных пыток, унижений похлеще пожирания экскрементов, мучительных смертей и манипуляций памятью, чтобы я каждый раз была не готова к тому, что меня ждёт» — ответила Вика. Ну вот тебе и ответ на тему стойкости… Я удивлена, что ты не получила больше после такого-то опыта, пусть даже не совсем реального. «Так, подожди. В смысле удивлена? Ты разве не видела мои сны? И разве не ты определяешь мою прокачку?» — Виктория сама заметно удивилась, но постаралась не подавать виду и принялась активнее поглощать салат из смеси каких-то очень нежных местных Вердантских овощей. Во-первых, когда ты отключаешься, я вырубаюсь вместе с тобой. Во-вторых, если бы я хоть на что-то влияла в прогрессе твоих показателей, поверь мне, они бы уже давно были 999-го уровня. Я просто ИИ-компаньон на основе симбиотической души, а все расчёты и манипуляции с маной, изменяющей твоё тело и разум сообразно системным показателям выполняет общемировая Система самого Верданта. «Вот оно значит как… Но всё же, почему стойкость повысилась, когда я спала? Разве это не чисто физическая характеристика?» Ты описание этой характеристики вообще читала? Ну или там за происходящим наблюдала хотя бы, с логами сверяла? Стойкость — это в том числе и ментальная устойчивость. «Так, подожди. Какое ещё описание?» Ну… У тебя в статусе рядом практически с чем угодно есть такая маленькая точка, мысленно нажав по которой можно вывести справку. Ты же открывала раньше справочную информацию, я точно помню… Ну да, действительно. Открывала прямым запросом и думала, что это можно только по праздникам делать. Вика, вот делай со мной что хочешь потом, но я хуею с тебя. Я для кого мануал по своим функциям писала, спрашивается? «Не до мануала мне было! И вообще, где напоминания, компаньон хренов? Почему я всё должна самостоятельно помнить, если у меня есть вшитый даже не в башку, а в душу искусственный интеллект?» Не вижу смысла бегать за тобой чтобы подтереть жопу, если твоей жизни и здоровью нет очевидных и серьёзных угроз. Виктория громко цокнула языком: «Ладно, твоя правда. Извини, что веду себя как злобная сука. Как минимум, запрети мне на уровне прав доступа выбирать перки и распределять очки, если я нахожусь под каким-то сильным влиянием на сознание, типа опьянения. Это-то ты можешь делать, ИИ?» Принято. Сделала. «Спасибо» — бросила Вика напоследок Системе, и сосредоточилась на реальности, решив, что с учётом трёх тысяч очков и запланированного на ближайшее будущее перехода системы желаний на следующий уровень, висящих квестов и необходимости всё-таки дочитать мануал и прочитать все возможные справочные материалы, выбор четырех бонусов за повышение характеристик можно и отложить. «Я и так слишком много всякой херни выбрала под влиянием обстоятельств» — подумала жрица. Трапеза же тем временем подошла к концу — все присутствовавшие уже наелись и теперь сидели, откинувшись на спинки кресел, ожидая продолжения. И продолжение не заставило себя ждать сильно дольше необходимого. Посуда, как пустая, так и наполненная, внезапно растворилась в воздухе, и шёпот объявил: — А теперь заканчиваем второй раунд… Моим участием. Признание или испытание, Вика? «С ними точно что-то не так. Один голос, и он совсем не похож на предыдущие. Такого никогда не происходило на моей памяти, и даже в семейных дневниках нет упоминаний чего-то подобного. Не говоря уже о том, что картина на лицевой стороне карты поменялось, а это вообще не должно быть возможно даже теоретически» — подумал Бенджамин. Аристократ начинал нервничать всё сильнее и сильнее. — Испытание, — спокойно ответила Виктория. — Ах, испытание… Ммм… Убей Сержа Креспо. У тебя полчаса. На секунду повисло молчание — все, включая саму жрицу были несколько шокированы такой задачей. Однако, если другие игроки вообще не ожидали, что Шепчущие решат навредить кому-то кроме подсудимой, то Вику удивляло лишь то, насколько открыто решила играть на её стороне оставленная внутри магической карты личность. Впрочем, учитывая природу этой личности, такое поведение было ожидаемым. Тишину нарушил старый алхимик, резко вскочивший со стула: — Виктория, не нужно совершать поспешных действий. Я не боец, и у тебя, несомненно, хватит сил выполнить задание, но стоит ли убивать невинного человека по приказу карты? Разве я, в отличие от Воль-При и этой эльфийской суки, злоупотреблял своей властью в рамках этой безумной игры? Прошу, пощади беззащитного старика, и я сделаю всё в моих силах чтобы отплатить тебе, когда игра закончится. Я понимаю, что добровольно вызывать на себя гнев этой потусторонней сущности тяжело, но ты ведь хороший человек, я это вижу, ты не станешь бездумно совершать преступление по чужой указке! Может даже, смысл этого испытания в том, чтобы отказаться от него, ведь Шепчущий Суд проверяет, как я это вижу, в первую очередь моральные качества… «Фантастика. Вот это дедуля запел, как только жареным запахло» — невольно восхитилась актёрской игрой старика Виктория. Остаток пламенной речи Сержа девушка не слушала. Ей хватило того, что активно жестикулировавший алхимик как-то незаметно отдалился от игрового стола, и завёл правую руку за спину, предварительно согнув пальцы так словно что-то в них держал. «Что-то напоминающее цилиндр по форме… Например, призовёт из инвентаря бутыль с какой-то взрывоопасной дрянью или ещё чем похуже, которую швырнёт в меня, как только я попытаюсь применить магию. Хитрожопый какой» — подумала жрица. Интеллект повышен до 59! Восприятие повышено до 57! — Не бойся… Не сомневайся… Ты же знаешь, я на твоей стороне, — шепнул в ухо Виктории голос единственной судьи. И тогда блондинка решила действительно не сомневаться. Практически под ногами Сержа возник пространственный разлом, из которого начало вылезать багровое щупальце — у «призыва воинствующей тентакли», на удивление был довольно большой радиус, и расстояние в несколько метров между Викой и необходимой ей точкой призыва не стало помехой. Как и предполагала Вика, старый алхимик, держа руку за спиной, достал из магического пространства флакон с чем-то очевидно опасным и как только понял, что отбрехаться не вышло, метнул этот флакон в сторону жрицы. Однако его тёмная склянка с неизвестным содержимым не упала на невидимый пол — она просто продолжила лететь вверх пока не исчезла из виду в темноте окружавшей игроков бездны. Щупальце же сначала обвилось вокруг ноги старика, чтобы тот не сбежал, затем опутало его шею и принялось просто-напросто душить. Надо отдать Креспо должное — без боя он не сдался. Ну, как минимум попытался дать бой. Вылить несколько флаконов на щупальце, швырнуть себе под ноги, в Вику… К несчастью для старика буквально всё в этом месте сейчас было против него — жидкость, как и брошенные склянки, зависала в воздухе, не производя никакого эффекта. Сложно победить, когда сами законы физики подыгрывают твоему врагу. «И всё же, почему его первым? Потому что самый хитрый и скрытный, а потому потенциально самый опасный?» — подумала Виктория, наблюдая как алхимик дёргается, уже просто руками пытаясь сбросить тентаклю. — И потому что остальных гораздо легче запугать его смертью… Чем наоборот, — шепнул голос. «Справедливо» — хмыкнула жрица. Ещё несколько минут обречённой на провал борьбы за жизнь, и всё было кончено. Тело старика вместе со всеми его повисшими в воздухе флаконами, рухнуло вниз, исчезая в чёрной бездне. Виктория отозвала тентаклю. Получен опыт за убийство: 100. Текущий опыт: 164 087/180 000. Способность «Призыв воинствующей тентакли» повышена до 3-го уровня. — Невиновна, — невозмутимо прошептал голос судьи. — Прежде, чем мы начнём третий раунд, я бы хотела сделать небольшое объявление, — с невинной улыбкой заявила Виктория. Бенджамин, и так очень напряжённый, сейчас, кажется, готов был очком делать алмазы из угля. Влад от него не сильно отставал, и даже абсолютно спокойная до этого момента Элора начала дрожать. И только Мария, наконец узнавшая в шепчущем из темноты потустороннем голосе странное сходство с голосом Вики, с предвкушением лыбилась, демонстрируя все свои идеально ровные и почти идеально белые зубки. — Я думаю, вы все заметили некоторые перемены, — жрица сделала многозначительный кивок в сторону карты Шепчущего Суда, — после того как завершилось моё наказание тысячей кошмаров. С моей стороны было бы не очень вежливо и дальше скрывать информацию… о произошедшем. Я обладаю легендарным титулом, в некоторой степени защищающим от воздействий на разум. И для того, чтобы осуществить своё наказание, Шепчущие проникли в моё сознание напрямую. Это закончилось для них не очень хорошо — я убила их внутри своего сна, и теперь их роль выполняет немного изменённая копия моей личности. Прежде чем, Бенджамин успел закричать «невозможно», со всех сторон раздался шелестящий шёпот: — Это правда… Она не врёт… Верьте ей… В этот раз сходство голоса Судьи с Викиным было настолько сильно, что это заметили все. — Я сдаюсь, — выдохнул Влад, — я больше не буду участвовать в игре. — Я тоже, — пробормотал Бенджамин, — крупье, заканчивай игру, блондинка выиграла. Все амбиции аристократа разом стухли. Сейчас он был просто напуган и хотел оказаться подальше от сумасшедшей магической карты и не менее сумасшедшей, по его мнению, жрицы. — По правилам, я пока не могу объявить игру оконченной… Остаются госпожа Виктория и госпожа Мария… — пролепетала эльфийка. — О-о-о, я сдаваться не собираюсь! Я совершенно точно намерена выиграть у моей дорогой Виктории! — ухмылка колдуньи была достойна того, чтобы добавлять её иллюстрацию в страшные сказки про злобных ведьм. — Ну, может, вы тогда продолжайте, а мы… — начал было Влад, но его перебил шёпот Судьи. — Нет… По правилам суд будет продолжаться пока не определится победитель игры в бак дайс… До тех пор никто никуда не пойдёт. — Мария, сдайся. Разве ты не видишь, в какое безумие превратилась игра? Как ты можешь быть уверена в дальнейшей безопасности себя и своей подруги? — попытался убедить колдунью Бенджамин. — Ох, а кто сказал, что меня волнует чья-то безопасность? — усмехнулась брюнетка. — Да, кстати, Мария, не буду вдаваться в детали, но я получу кое-что очень полезное если выполню много заданий Шепчущего Суда, — сказала Виктория, — Так что надеюсь на долгую, и полную острого соперничества дуэль… В бак дайс, — тут жрица не сдержалась и подмигнула колдунье. — Это фарс! Я не буду… — начал было вставать со стула Бенджамин, но шёпот остановил его. — Сиди… И аристократ сел, лишившись контроля над собственными ногами. — Как я уже сказала… — вновь прошелестел голос Судьи, — никто никуда не идёт, пока игра не закончится. А игра может идти столько, сколько нужно. — Боюсь, по правилам нашего казино такая игра не сможет продолжаться после того, как у одной из участниц закончатся фишки… Я не стану принимать ставку в долг за этим столом, — сказала крупье. — Нет, Элора, ты станешь делать то, что МНЕ надо, — жёстким голосом произнесла Виктория, при этом совершенно безобидно улыбаясь, — Если, конечно, не хочешь к концу игры превратиться в безрукий, безногий, беззубый и слепой обрубок, который я потом на деньги Эша Морелло выкуплю у владельца этого заведения и оставлю себе в качестве живой игрушки. Ты меня поняла? Эльфийка медленно кивнула. — Хорошо. А теперь объявляй третий раунд. *** — Я проиграла, — цокнула языком Мария, — Ах, какая жалость. Держи свои четыре фишки, дорогая Виктория. — Вытаскивай карту, проигравшая, — хмыкнула Вика. Лицевая сторона очередной магической карты изображала застывшего в причудливой позе массивного трёхголового гуманоида, одетого в пёстрый костюм. На каждом из его лиц была шутовская маска. Было вполне в духе предыдущих изображений, но одна деталь несколько выделялась — бугор на облегающих штанах существа. Если бы Бенджамин обратил внимание на карту, он бы обязательно заметил, что этого бугра на рисунке раньше не было. Да и то, что сама поза изображённого существа была как-то сдержаннее. Но наследник семьи Энгельберг был занят — он молился. Молился о том, чтобы по окончании игры остаться живым и не искалеченным. У семейства Энгельберг не было официального покровителя среди пантеона богов Верданта, поэтому Бенджамину пришлось немного поломать голову относительно того, кому направить свои молитвы. И выбор он сделал в пользу… Рал-Нэш-Уторы. Аристократ не знал, что это за богиня, но из слов Шепчущих он уловил что Виктория служит ей и Арису. Обращаться с молитвами-просьбами к Верховной было примерно так же полезно, как биться головой об стену — это знал любой, кто вообще хоть что-то знал о богах Верданта. Поэтому Бенджамин решил попытать счастья с богиней, о которой не знал ничего вообще. Несомненно, отчаянное решение, ведь аристократ не был жрецом и не умел делать так, чтобы его молитвы гарантированно достигали богов. Не обязательно обречённое на провал — существовал мизерный шанс того, что божество обратит внимание на простые слова смертного, не подкреплённые осознанно направленной энергией веры. Очень мизерный, но всё-таки отличный от нуля шанс. Как минимум, описания подобных случаев имелись — пара или тройка в очень старых летописях, неизвестно кем и при каких обстоятельствах написанных. Пожалуй, то, за что хватался Бенджамин нельзя было назвать даже соломинкой. К несчастью для главы семейства Энгельберг, чуда не произошло, и молитва осталась без ответа. Впрочем, учитывая природу богини, к которой аристократ решил обратиться за спасением, ему скорее повезло с таким исходом. Игральная кость приземлилась на чаро-карту единицей вверх. Через секунду, глаза Марии расширились, и женщина захохотала как ненормальная. Смех колдуньи вернул внимание Бенджамина к происходящему за столом. — Эта карта, она выглядела по-другому! — воскликнул аристократ. — Неважно. Лучше скажи, что она делает, — громко сказала Виктория, обеспокоенно поглядывая на подругу. — Ну… Ничего действительно опасного, — так же громко ответил Энгельберг. Мария продолжала заливаться смехом. — Ты уверен насчёт этого? — спросила Вика через минуту. — Да. Если только не пытаться изобразить фальшивый смех. Жрица пристально посмотрела на Марию. — Ну, тогда всё должно быть нормально… — пробубнила блондинка себе под нос. Ещё через минуту колдунья наконец отсмеялась. — Фух… Умора… — Мария перевела дыхание и вытерла с щёк слезы. — Всё хорошо? — спросила Вика. Колдунья кивнула. — Новый раунд суда… — прошелестел голос из темноты, — бросайте кости. Лишённые выбора, игроки последовали приказу Шепчущего Суда. Мария выкинула единицу, Бенджамин двойку, Элора пятёрку, а Влад шестёрку. — Что ж… — снова послышался шёпот, — «Железный» Влад, суди Викторию. — Испытание или признание? — спросил здоровяк. Его лицо было неестественно бледным. Прежде чем ответить, Вика выразительно посмотрела на Марию, чуть наклонив голову. Колдунья, заметив этот жест, безразлично пожала плечами. — Испытание, — сказала жрица. — Заставь Марию сдаться! — Это неправильное испытание… — прошелестел шёпот. Невидимый пол под Владом исчез, и кричащий мужчина вместе со стулом полетел вниз, в бесконечную чёрную бездну. — Что ж… — вздохнула Мария, — жаль, что всё так вышло. — Элора… Твой черёд, — шепнул голос судьи. — Я ведь всё равно умру, независимо от того, что загадаю, да? — дрожащим голосом произнесла эльфийка. — Нет… Ты не умрёшь… Не сейчас… — ответил шёпот. Элору такой ответ совсем не успокоил, скорее наоборот. — П-признание или испытание? — выдавила из себя остроухая. — Признание, — с ухмылкой ответила Виктория. — Ой, кажется, это нарушение условий одного из предыдущих испытаний… — с деланной строгостью прошептала судья, — в качестве наказания я приказываю подсудимой убить Бенджамина Энгельберга. — Э, нет, стой! — брюнет замахал руками — Я понимаю, что ты злишься, и это вполне оправдано, но уверяю, я буду гораздо полезнее живым, нежели мёртвым! Я наследник семейства Энгельберг, моей семье принадлежит половина этого города и четверть всего королевства, а через несколько лет будут, по сути, принадлежать мне. В другой ситуации Бенджамин не стал бы пытаться вымолить себе жизнь, но он видел, что «Шепчущий Суд» сделал с Сержем и Владом, а потому был уверен — защитные артефакты не помогут. — Это твои последние слова? — сказала Виктория, изгибая бровь. — Я думаю его стоит оставить в живых, — встряла Мария, — Энгельберги действительно очень влиятельная семья в Валорсе. Если ты убьешь их наследника ничем хорошим это не кончится, даже учитывая, что тебя защищают Морелло и король. Ты же не хочешь развязать в королевстве гражданскую войну? Или дать богатым и влиятельным аристократам повод спеться с иностранцами и устроить попытку переворота? — Нет, не хочу, — согласилась Вика. Жрица задумалась: «Возможно, он и правда полезнее живым чем мертвым. Если Бенджамин не слишком сильно преувеличивает насчёт влияния своей семьи, то его действительно лучше не убивать. Но мне нужны гарантии того, что он или его родня не будут мстить.» Собравшись с мыслями, блондинка сказала: — И всё же… Бенджамин Энгельберг, я прекрасно поняла, что ты пытался провернуть и почему остальные, — жрица жестом руки поочерёдно указала на пустые места, где раньше сидели Николас, Серж и Влад, а затем многозначительно посмотрела на Элору, — пытались тебе помочь. Должна заметить, это были довольно неуклюжие попытки на фоне того, с чем я имела дело раньше. Не вы первые, скорее всего не вы последние, — Виктория ухмыльнулась, и наслаждаясь произведённым эффектом и молчанием, продолжила, — Я действительно не хочу ставить под угрозу политическую ситуацию в целой стране ради личной мести. Становиться целью мести целого семейства аристократов мне тоже не очень хочется. Но и просто забыть про случившееся я не могу. Мне нужна компенсация, кровью или иным способом. Поэтому, Бенджамин, принеси мне клятву верности и тогда я не стану тебя убивать... Хотя нет, не клятву верности. Она слишком… Неважно. Мне нужна клятва абсолютной покорности. На добрую минуту Энгельберг задумался. Все остальные тоже молчали. — Исключено, — покачал головой аристократ, нарушая тишину, — Я лучше умру чем поставлю семью под удар, даже гипотетически. Поэтому я согласен только на клятву верности, при условии, что ты пообещаешь не вредить моему дому. Голос Бенджамина был твёрд, лицо выражало крайнюю степень серьёзности и мрачности, что доводило контраст внешности парня с его яркой одеждой в светлых тонах до какого-то уж совсем невыносимого уровня. «Как минимум, не похоже, что он блефует, выторговывая себе более выгодные условия капитуляции. Действительно что ли готов сдохнуть ради своей семьи? Впрочем, это не имеет значения… Меня вполне устраивает клятва верности» — подумала Вика. — Что ж… — вздохнула жрица, — Я уважаю твою решимость. Клянись мне в верности, и я согласна пощадить твою жизнь. — Это достойная сделка… — прошелестел шёпот, — Не буду возражать против таких условий… «Естественно не будешь» — мысленно хмыкнула Вика. — Молчать! А то накажу… — шепнул голос в левое ухо жрицы, так чтобы никто больше этого не слышал. Бенджамин же ещё немного собирался с мыслями. На причудливом, ассиметричном лице брюнета, дрогнули мускулы, но аристократ тут же подавил эмоции. Он встал, медленно подошёл к стулу-креслу, на котором сидела Виктория, опустился на одно колено, и сказал: — Я, Бенджамин Энгельберг, наследник и будущий глава семьи Энгельбергов, перед лицом богов готов принести клятву верности Виктории, ученице и подопечной Эша Морелло, избранной жрице Арису и Рал-Нэш-Уторы. Я клянусь служить ей верой и правдой до конца моих дней. Перстень жрицы засветился мягким розовым светом, и она в свою очередь произнесла свою часть клятвы: — Я принимаю эту клятву, и в свою очередь клянусь, что не буду требовать от тебя службы, порочащей твою честь, вредящей твоим близким и угрожающей благополучию дома Энгельберг. И покуда твоя служба будет честной и достойной, я так же обязуюсь прийти на помощь, если тебе или твоим близким будет угрожать настоящая опасность. Камень в форме сердечка вспыхнул, выпустив в воздух небольшую сферу из чистой энергии. — Уфуфу… — произнёс властный женский голос, в котором Вика тут же узнала Нэш, — Я заверяю эту клятву… Живите дружно, детки. Светящаяся сфера засветилась ещё ярче, увеличилась в размерах, и взорвалась. Из её центра два тоненьких розовых луча ударили в грудь Виктории и Бенджамина. Бенджамин Энгельберг становится вашим компаньоном (вассалом). Теперь у вас первый уровень связи. — Кажется, на этом всё, — сказала блондинка, — Только вот какая незадача, я не смогу теперь его убить. Какой там штраф за… проваленное наказание? Или как вообще называется подобная ситуация? К тому же, как мой собственный вассал, присягнувший мне на верность, будет меня судить? Такое разрешено правилами? И… Ай! — Викторию прервал слабый электрический разряд, с мерзким «бззз» ударивший из темноты в филейную часть девушки. — Помолчи… — прошелестел шёпот, — Я думаю, текущие обстоятельства позволяют сделать исключение из правил… Пространство вокруг Бенджамина пошло рябью, и аристократ… исчез. — Эй, с ним всё будет в порядке? — напряглась Вика. — Я просто… вывела его из игры. Он вернулся туда, где был раньше, до суда, — ответил голос из темноты. — Ну, надеюсь. А теперь, если мне не изменяет память, Элора должна была задать мне вопрос, до того, как мы прервались, — жрица хищно взглянула на девушку-крупье, и облизнула губы. — Эм… Ну, я… — пробормотала эльфийка, видимо надеявшись, что про неё забудут за всеми намного более значительными махинациями, — Госпожа Виктория, что мне сделать, чтобы заслужить ваше прощение? — Умная девочка — хихикнула Мария. — Сомневаюсь, — фыркнула блондинка, — была бы умной, не оказалась бы в этом положении. Ну да ладно, Элора, тебе ведь не нужно много мозгов чтобы выполнять прихоти клиентов, да? Хочешь заслужить прощения — подчиняйся. Эльфийка молча кивнула. — Отлично, — улыбнулась Виктория, — Для начала, становись на колени… *** Наследник Энгельбергов оказался в том же большом зале второго этажа казино, где до активации «Шепчущего Суда» находились игроки. Стола и стульев здесь не было, как и какого-то намёка на остальных. «Меня выпустили?» — подумал парень. — Господин Энгельберг! — услышал Бенджамин синхронный крик знакомых голосов. Парочка его телохранителей, всегда сопровождавших наследника и наблюдавших за его азартными играми издалека, спешила к своему хозяину. Похожие друг на друга как две капли воды девушки-кемо с короткими серебристыми волосами за пару секунд оказались рядом. Их звериные уши дрожали, пушистые волчьи хвосты одного с волосами цвета болтались из стороны в сторону. — Господин Энгельберг, вы не ранены?! — Нет. Идёмте, мне нужно срочно поговорить с матушкой. — Что случилось, господин?! Та девка активировала «Шепчущий суд» и вы вместе со всеми игроками за столом просто исчезли! Вас не было почти целые сутки! Что произошло?! — Не вашего ума дело. Мать не совершала никаких… поспешных действий? — Госпожа Ангелина приказала нам ждать вашего возращения. Она сказала, что если «Шепчущий суд» выбрал подсудимым кого-то другого, то всё будет в порядке, неважно что произойдёт. — Надеюсь, она и правда ограничилась только этим… — сказал Бенджамин, — пошли.