Глава четвертая.

Виктория не спала уже третьи сутки.

Её комната в резиденции Астор была идеальной. Белые стены, умное стекло, настроенное на панораму ночного города, климат-контроль, поддерживающий ровно двадцать два градуса. Но Виктория сидела на полу, прислонившись спиной к кровати, и смотрела в голографический проектор.

Уровень допуска Астор открывал архивы, которые для студентов класса D не просто были закрыты — их официально не существовало.

Виктория листала файлы. Сухие строки корпоративных отчетов. И остановилась.

Имя: Виктор Кроу.

Статус: Умер.

Причина: Производственная авария в секторе 4.

Последнее место работы: «Динамика Астор». Отдел экспериментальных прототипов. Старший инженер.

Виктория замерла. Кроу. Рейвен Кроу.

Она открыла вложенный файл. Фотография мужчины. Резкие черты лица, уставшие глаза, но в них читался тот же упрямый огонь, что и в зелёных глазах девушки на крыше. Рядом с фото — опись личного имущества, изъятого после смерти.

Предмет 14: Зажигалка металлическая, кастомная. Гравировка: «V». Подарок от В. Астора.

Виктория медленно подняла руку. В её ладони лежала та самая зажигалка. Тяжёлая, потёртая. Она перевернула её. Буква «V».

Виктор Астор. Отец Виктории.

Виктор Кроу. Отец Рейвен.

Два Виктора. Один строил империю. Второй проектировал её двигатели. А потом первый уничтожил второго, чтобы списать убытки по проекту.

Виктория сжала зажигалку так, что металл врезался в кожу.

Сектор G находился на три уровня ниже нулевой отметки. Здесь не было умного стекла и климат-контроля. Здесь пахло сыростью, ржавчиной и горелым пластиком.

Виктория стояла у ворот гаража 412. На ней было простое чёрное пальто, капюшон надвинут на лицо. Она не должна была здесь быть. Если охрана увидит наследницу дома Астор в нижних секторах, это вызовет вопросы. Но ей было всё равно.

Она толкнула дверь.

Гараж был залит тусклым светом аварийных ламп. Посреди стоял Dodge. Из-под капота доносился стук гаечного ключа.

Рей лежала на спине, глядя в небо из двигателей. Она не услышала шагов — или сделала вид, что не услышала.

— У нас нет запчастей для топливного насоса, — бросила она, не поворачивая головы. — Лео, если ты опять купил китайский аналог, я тебя убью.

— Лео ушёл за кофе, — сказала Виктория.

Стук ключа прекратился.

Рей медленно выскользнула из-под капота. Села на пол, вытирая руки тряпкой. Увидев Викторию, она замерла. В её зелёных глазах не было ни удивления, ни радости. Только холодная, колючая защита.

— Ты заблудилась, Астор. Сектор G в другую сторону. Или ты пришла проверить, не украла ли я что-то из твоего идеального мира?

Виктория не ответила на колкость. Она сделала шаг вперёд. Свет лампы упал на её лицо. Рей заметила, что под глазами Виктории залегли тёмные тени. Она не спала.

— Я нашла твой файл, — сказала Виктория. Голос был ровным, но слишком тихим.

Рей бросила тряпку на пол. Встала.

— Ты взломала базу данных университета? Торн будет в восторге. Его любимая ассистентка нарушает правила.

— Я использовала допуск своей семьи.

Рей усмехнулась. Ямочки на щеках не появились.

— Конечно. Зачем тебе мои проблемы, если у тебя есть всё. Зачем ты здесь, Виктория?

Виктория подошла к Dodge. Провела пальцем по холодному матовому капоту. Потом достала из кармана зажигалку. Положила её на металл. Металл тихо звякнул.

— Твой отец, — сказала Виктория, не глядя на Рей. — Виктор Кроу. Он был старшим инженером в «Динамике Астор». Он проектировал гибридные двигатели.

Рей перестала дышать. Воздух в гараже внезапно стал слишком густым.

— Откуда ты знаешь его имя? — голос Рей стал тише. Опасно тише.

— Мой отец, — Виктория подняла глаза. — Виктор Астор. Он подарил эту зажигалку твоему. В честь их партнерства. «V». Виктор.

Тишина в гараже стала абсолютной. Только где-то вдалеке капала вода.

Рей смотрела на зажигалку. На потёртую букву. Она знала, что буква означает имя её отца. Она носила эту зажигалку как талисман, как единственное, что осталось от человека, который учил её разбирать моторы и не сдаваться.

Но она не знала, кто её подарил.

— Твой отец, — прошептала Рей, — убил моего.

Это не был вопрос. Это был факт, который она носила в себе годами, не зная имени палача. Виктор Кроу погиб в «производственной аварии». Рей тогда было двенадцать. Её отправили в государственный приют, а потом — в класс D.

— Да, — сказала Виктория. — Он списал проект на аварию. Чтобы скрыть растрату. Твоего отца сделали козлом отпущения.

Рей сделала шаг к ней. Резко. Виктория не отступила.

— И ты пришла сюда, чтобы сказать мне это? — голос Рей дрогнул. — Чтобы посмотреть, как я сломаюсь? Как студентка класса D узнает, что её нищета — это результат подписи твоего отца?

— Я пришла, чтобы вернуть это, — Виктория кивнула на зажигалку. — Я не знала. Когда подбирала её в луже... я думала, это просто буква.

— А теперь?

— Теперь я знаю, что держала в руках единственное, что у тебя осталось. И я не имею права это держать.

Рей смотрела на неё. На идеально уложенные волосы, на дорогое пальто, на бледное лицо. Она хотела ударить её. Хотела крикнуть. Хотела выгнать из гаража и никогда не видеть.

Но она видела, как дрожат руки Виктории.

— Ты ненавидишь меня? — спросила Виктория. Тихо. Почти беззвучно.

Рей сжала кулаки. Ногти впились в ладони.

— Я ненавижу твою фамилию, — сказала она. — Я ненавижу твой дом. Я ненавижу то, что ты стоишь здесь и смотришь на меня своими идеальными глазами.

— А меня? — Виктория сделала шаг ближе. Расстояние между ними сократилось до минимума. — Ты ненавидишь меня?

Рей посмотрела в её зелёные глаза. Увидела в них не высокомерие. Не жалость. А страх. Тот самый страх, который Виктория прятала за маской безупречности. Страх человека, который понял, что его фундамент построен на костях.

— Я не знаю, — честно сказала Рей.

Она протянула руку. Взяла зажигалку с капота Dodge. Металл был холодным.

— Уходи, — сказала Рей. — Пока я не передумала.

Виктория кивнула. Раз. Медленно.

Она повернулась и пошла к двери. У самого выхода остановилась. Не обернулась.

— Он гордился тобой, — сказала Виктория в пустоту гаража. — В старых отчетах... мой отец писал, что Виктор Кроу — единственный инженер, который не прогибается под систему.

Рей не ответила.

Дверь закрылась.

Рей осталась одна. Она смотрела на зажигалку в своей руке. На букву «V».

Раньше это была просто буква. Теперь это была война.

Она сжала зажигалку в кулаке. И впервые за долгое время — не закурила.