Глава 1. Сквозь снег

Следы на песке стирает ветер.

Следы на снегу стирает время.

— Неизвестный автор

Удушливый, тошнотворный запах бил в ноздри. Хотелось бежать, но зыбкий песок обволакивал ступни, не давая сдвинуться с места.

«Где я?»

Тёмные волны бились о берег. Ветер безжалостно трепал тонкое, почти прозрачное платье. Тело дрожало, мокрое то ли от брызг — то ли от пота.

«Почему… я?»

Могильный холод поднимался из-под земли и полз вверх по внутренней стороне бедра. Крик застрял в горле: губы намертво слиплись. Тик-так — стучали гигантские часы, заслонившие собой луну.

«За что мне… это?»

Тик так. Стрелки побежали в обратную сторону. Боль обожгла запястье, и кожа тотчас покрылась красными волдырями. Она рванулась, но руку никто не держал.

«Тик-так», — шептал в голове чей-то насмешливый голос.  Волны поднимались всё выше.

«Это невыносимо…» — горячие слёзы покатились по щекам.

«Тик-так… Тик-так… Тик-так…»

Тэсс рывком втянула воздух и села, возвращаясь в реальность. Над головой нависал бетонный потолок. «Это всего лишь сон», — шепнула она себе. «Лишь сон». Но сердце билось где-то в горле.

Запястье саднило: мини-терминал, давно отчаявшись её разбудить, до боли сжимал руку браслетом. Тревожная трель одрадека заполняла комнату. Тэсс скривилась. В ушах всё ещё шумел прибой, а потрескавшиеся губы щипала соль.

Холодный бетонный пол коснулся ступней. Влажное от пота бельё липло к телу. Тэсс тряхнула головой, прогоняя остатки сна, и посмотрела на экран. «Сколько же он так вопит?» Несколько секунд она не решалась принять вызов. Мини-терминал вибрировал и светился, окрашивая каморку в неоново-голубой. Онемевшие пальцы слушались плохо, но жест для ответа она всё же сложила:

«Сррр… рочн… каз…» — прерывисто заскрипел механический голос. — «… ребует… ттттсссся… экст… щь…»

На высоте, из-за высокой концентрации хиральных облаков, связь была нестабильной. Хиралиграмма рябила и искажалась, контакт то и дело прерывался. Тэсс хмурилась, просила повторить, пытаясь спросонья уловить суть. В конце концов компьютер устал её мучать и выдал расшифровку:

#879 [СРОЧНЫЙ ЗАКАЗ] Спасательная операция: курьеры в беде.

Угроза: Темпоральная буря 5 баллов. Требуется экстренная помощь.

«Всё ясно, — тяжело вздохнула она, чувствуя, как невидимый груз уже ложится на плечи. — Медлить нельзя».

***

Она уже натягивала защитный костюм. Горы не прощали ошибок: прогноз менялся каждые несколько часов, а темпоральный дождь и снег старили и разъедали металл, стекло и даже камень. Что уж говорить о человеке. Тэсс знала это не понаслышке: вся её юность прошла там, где даже осадки пытаются тебя убить. Курьер-профи, бедолага-МУЛ, простой выживальщик — стихия заставала врасплох любого. Смерть давно стала здесь частью ландшафта.

Буря разыгралась в полутора километрах от Метеостанции. Пять баллов: не самая мощная, но очень опасная.

«Ха, — усмехнулась Тэсс, застёгивая молнию. — Кажется "Бриджес" задумали меня убить».

***

5:30 утра. Тэсс была курьером со стажем, и за плечами у неё помимо рюкзака имелся багаж из десятков заданий, включая спасательные. Опыт подсказывал: стандартную укладку придётся серьёзно расширить. Благо на Станции хватало ресурсов. Верёвка, ледоруб, фонарь. Спальный мешок. Запасные термоблоки. Аптечка и медсканер. Каждая вещь легла на привычное место: туда, где была вчера и будет завтра. Уверенность курьера не просто навык, это инженерия.

И всё же внутри проклюнулось беспокойство. Как всегда, в начале пути.

Затянув потуже ремни и проверив крепления одрадека, она напоследок окинула взглядом каморку. Под потолком гудели хиральные фильтры. В холодном свете ламп застыли подёрнутые ржавчиной стол, стул и откидная кровать. На дне мусорного отсека прятались две пустые банки.

Лязгнула автоматическая дверь. Быстрые шаги эхом покатились по длинному коридору к лифту. Палец коснулся кнопки, и платформа поползла вверх.

***

Прощание с командой Метеостанции вышло наспех. Неловко. Даже нелепо. Никто не ожидал, что она, прибывшая с доставкой днём ранее, уйдёт так скоро.

— Ты когда-нибудь отдыхаешь? — неодобрительно покачал головой старший сотрудник станции, этим утром дежуривший на отгрузке.

Тэсс неопределённо пожала плечами. «Будто у меня есть выбор», — хмыкнула она про себя и направилась к выходу.

— Береги себя, — бросил он вслед с тёплой, вовсе не формальной улыбкой.

Она замерла в проёме ангара. Простая вежливость, но в груди что-то болезненно сжалось.

Тэсс ненавидела прощания. Не потому, что не хотела уходить: просто не умела. Одиночные маршруты закалили характер, сделали его прочным, как сталь. Жизнь курьера — дорога, которая диктует правило: где привязанность, там уязвимость. Иногда Тэсс твердила себе: «Есть маршрут, есть груз и тот, кто его ждёт. Этого достаточно».

Это была ложь. Характер у неё был твёрдый, но душа оставалась хрупкой, словно стекло.

«Расставание — это маленькая смерть».

Одно непроизнесённое прощание уже стоило ей слишком дорого.

В предрассветном тумане тонули огни фонарей. В нос ударил холодный воздух. Глядя себе под ноги, Тэсс кивнула и вышла, не оборачиваясь.

***

«И это они называют пятибалльной бурей?» — Тэсс с трудом сглотнула комок в горле.

Едва спустившись на седловину, она осознала, в какое рискованное дело ввязалась — границы циклона было видно невооружённым взглядом: настолько плотной оказалась метель. Глядя, как вдали всё туже закручиваются вихри, Тэсс чувствовала, как нарастает тревога.

Мимолётный триумф после удачного спуска растаял. В ушах звенело, тело ломило — гипоксия и усталость брали своё.

«Мне нужна передышка». Она присела на хрустящий снег.

Порывы ветра срезали шапки сугробов, поднимая в воздух облака хиральных частиц. Снег искрился тёплым золотистым светом. Красивый и смертельно опасный. Именно туда, сквозь белую стену, в самый эпицентр, и лежал её путь.

«Дойду? Смогу? Вернусь ли…» Перед такой стихией сомневался бы даже бывалый курьер. Тэсс не была уверена, что ищет людей, а не трупы. И что сама не пополнит их число.

[Некроз].

После катаклизма изменилась и смерть. Тело, не кремированное в первые 48 часов, начинало необратимо разрушаться, и распад заканчивался мощным взрывом. Яркая вспышка, а потом выжженная земля и огромный кратер.

Сигнал бедствия поступил в «Бриджес» сутки назад.

«Они могут уже быть мертвы». Очередной порыв чуть не сорвал капюшон, одрадек предупреждающе пискнул и завертелся. Тэсс ещё раз взглянула на проекцию карты. Мертвы или вот-вот погибнут — не важно. Пока идёт сигнал, остаётся надежда.

***

Внутри воронки циклона видимость была нулевая. Не спасало даже специальное покрытие линз. Снежная крошка била в лицо с такой силой, что казалось маска не выдержит и вскоре лопнет. Ноги то и дело проваливались в сугробы по самое бедро.

Холод не просто лез под кожу, он пробирал до костей. Щёки горели под маской. Тяжёлый рюкзак давил на плечи. Его хотелось снять, сбросить и оставить здесь, но нельзя. Без снаряжения курьер — труп.

Дышать стало трудно: фильтры забились ледяным крошевом, смешанным с хиралием. Вьюга с яростью толкала то в спину, то в грудь. Её пронзительный вой терзал уши. Каждый пройдённый метр здесь превращался в подвиг.

«О, чёрт…» — только и успела выдохнуть Тэсс, как земля ушла из под ног. В непроглядной пурге она не заметила уклон и сорвалась, увлекая за собой пласт рыхлого снега. Хватило одного неверного шага: она скользила вниз, теряя контроль, и только чудом сумела вбить ледоруб. Дыхание вышибло, мощный рывок обжёг плечи, но движение остановилось. На мгновение Тэсс замерла, прислушиваясь к себе: сердце бешено колотилось. Острая снежная крошка всё также била в лицо, царапая стекло маски.

«Соберись!» — со злостью процедила она, осторожно поднимаясь на ноги. Сведённые судорогой пальцы по-прежнему крепко сжимали ледоруб.

***

Вскоре пользоваться одрадеком стало невозможно. При такой скорости ветра любой порыв вырвал бы прибор с корнем из креплений и швырнул бы, словно ненужную игрушку. Единственным ориентиром, что остался в этом всепоглощающем циклоне был сигнал маячка. Того самого аварийного маячка, чья отчаянная трель становилась всё громче и обнадеживающе ближе. Тэсс упорно следовала за ним, словно крохотная лодка сквозь девятибалльный шторм, пока не уткнулась носом в скалу. Её шершавая поверхность тонула в заносах искрящегося темпорального снега. Сигнал исходил откуда-то отсюда.

Озадаченно озираясь, Тэсс бродила вдоль каменной стены, пока не заметила небольшое углубление в снегу:

«Пещера!» — Радостно подпрыгнуло сердце.

Не без труда пробравшись внутрь сквозь снежный заслон, она обессиленно рухнула на колени. Некоторое время Тэсс не могла ни видеть, ни слышать — только дышать. Едва настигшее чувство облегчения было тотчас вытеснено новой волной усталости, граничащей с изнеможением. Постепенно приходя в себя, она привстала и отряхнула костюм. Тыльной стороной ладони девушка отёрла линзы и огляделась: в пещере царил густой полумрак.

«Что-то не так…» — шепнула интуиция. Одрадек проснулся и начал вращаться. Только теперь, опомнившись, Тэсс осознала, как отчаянно разрывается трелью маяк.  Вдох. Выдох. Щелчок. Пальцы коснулись нагрудного фонаря, и бледный свет заскользил по стенам. На лбу выступили горошины пота. Напряжённый взгляд сканировал пространство, пока не коснулся фигуры человека, лежащего лицом к низу. Сердце оборвалось.

«Опоздала…» — на ставших ватными ногах Тэсс бросилась к телу и резким движением перевернула его на спину.

Это был мужчина. Сухие, потрескавшиеся от жажды губы были мертвецки бледными, но не синими. Глаза — закрыты. Он был без сознания: неподвижный и податливый, как тряпичная кукла. Тэсс трясущимися руками стянула перчатки и приложила ладони к колючим от щетины щекам.

«Он жив!» — выдохнула она, ощутив едва заметное тепло под пальцами. Мурашки забегали под костюмом. На грани, но всё ещё здесь — в этом мире.

Похлопав его по лицу, Тэсс стала грубо, без ласки, растирать ему уши. Не сразу, но он начал приходить в себя. Послышался тихий и хриплый стон. Приподняв тяжёлые веки, незнакомец было открыл рот, но тут же сильно закашлялся.

— П… пить, — одними губами прошептал мужчина.

Она помогла ему приподняться и опереться спиной о стену. Даже такое малое усилие далось ему с трудом. Луч фонаря скользнул по лицу — мужчина поморщился. «Крупный. Выше меня на голову, — нахмурилась Тэсс, окинув его быстрым взглядом. — Если не сможет идти…»

Не хотелось даже думать об этом.

— Есть какие-то травмы? Переломы? — осторожно спросила она, привычным движением снимая флягу с крепления.

Её голос прозвучал механически, без эмоций — респиратор сильно искажал его, делал бесполым. «Словно робот», — поёжилась Тэсс и виновато опустила глаза. Мужчина отрицательно мотнул головой. «Мне везёт», — с горькой усмешкой отметила она.

Она дала ему питьё, мягко придерживая флягу рукой. Едва спасительная влага коснулась губ, как он жадно припал к горлышку, торопливо делая большие глотки. Несколько капель сорвались вниз и покатились по подбородку. Грудь высоко вздымалась. Дрожащими пальцами он хватался за флягу, как за спасательный круг. На него было больно смотреть.

Опустошив флягу на две трети, мужчина немного успокоился и тяжело вздохнул. По вымученной улыбке Тэсс поняла, что ему стало легче. Однако выглядел он скверно: тело сотрясалось дрожью, на лбу выступила испарина — и он всё ещё не мог говорить.

Не мешкая, Тэсс продолжила оказывать помощь. Щёлкнули крепления костюма: отстегнув свои термоблоки, она отдала их ему. Один сунула ему в ноги, второй — на живот.

— Обними его, — распорядилась она, попутно открывая рюкзак, — тебе срочно нужно согреться.

Мужчина послушно кивнул и взял согревающий блок. Тепло коснулось окоченевших ладоней и медленно потекло вверх, разливаясь по венам. Боль неохотно отступила, сменяясь облегчением — жаль, что лишь временным. Тэсс невольно замерла, глядя, как крепко он прижимает устройство к груди: будто ребёнок — любимую игрушку. «Он кажется таким уязвимым», — отметила она про себя. Внутри всё сжалось от этой мысли.

Выудив из рюкзака небольшой предмет в форме браслета, Тэсс закрепила его на запястье мужчины. Издав тихое стрекотание, прибор активировался, готовясь приступить к работе. Пара сотен мельчайших игл с лёгкостью вошли в тонкую, обезвоженную кожу. Мужчина скривился. Оснащённое искусственным интеллектом устройство принялось с упоением анализировать и производить расчёты.

Прибору требовалось время. Устроившись поудобнее, Тэсс исподтишка рассматривала своего подопечного.

Вероятно, они были сверстниками. Мокрые от пота волосы облепили бледное, измождённое, но всё же привлекательное лицо. Высокий лоб, острые скулы, тонкая линия губ. Черты строгие, но утончённые, как у философа или поэта. Глаза, кажется, серые или голубые, поблёскивали в луче фонаря. Вопреки истощению и усталости, в них горела жизнь. Он не готов был сдаваться.

Взгляд упал на экран терминала.

#879 [СРОЧНЫЙ ЗАКАЗ]: … курьеры в беде.

Внезапно в голове что-то щёлкнуло. Сердце ускорило ритм: тук-тук — удар за ударом. «Курьеры… — вспомнила Тэсс детали заказа. — Их должно было быть двое».

— Ты здесь один? — спросила она, с тревогой оглядываясь.

Шершавые стены сжимали пространство. В пещере было пусто, серо и холодно. Капли конденсата срывались со свода и звонко падали вниз.

Мужчина медлил с ответом.

Краем глаза она заметила движение. «Что это там, в темноте?» Тук-тук — стучало в груди. Тэсс прислушалась к своему особому чувству. Тишина. Чуть поодаль виднелся сталагмит, а вокруг него мирно копошились биоты. Тэсс покачала головой: в пещере не было никого, кроме них. Только он, она и эти крохотные розовые существа в тени.

И тем не менее она ждала ответа. Несколько мгновений он смотрел ей в глаза, будто искал в них что-то.

— Он… — мужчина с трудом сглотнул, — погиб.

Его снова трясло. Мышцы напряглись, тело содрогалось, словно от сильного холода. Скорее всего, шок, но размышлять об этом было некогда.

— Давно? Где? — более резко, чем рассчитывала, спросила она.

— Не достанет досюда… — стиснув челюсти, чтобы не стучали зубы, тихо произнёс он.

Короткий, но исчерпывающий ответ.

Повисла пауза. Тяжёлая, как груз за спиной. Ещё никогда Тэсс так не хотелось прервать её, как сейчас.

— Сочувствую, — растерянно пробормотала она.

Мужчина молча отвёл взгляд. В уголках глаз предательски что-то блеснуло.

— Не вини себя, — вырвалось у неё, и она тут же осеклась, закусив нижнюю губу.

Он не видел этого: Тэсс всё ещё была в маске.

Устройство на запястье мужчины загорелось зелёным: компьютер закончил расчёты. Тэсс взглянула на экран и нахмурилась, но не подала виду.

[ОСТРОЕ ХИРАЛЬНОЕ ОТРАВЛЕНИЕ]: … стадия 2–3 ... критические показатели: … оксигенация 73% … ЧСС 135 уд/мин … малокровие … токсический хиральный шок

— Я сделаю тебе инъекцию «умных лекарств», хорошо? Они быстро ставят на ноги, — сказала она как можно мягче. — Для начала — стимулятор регенерации.

Мужчина кивнул, не поворачивая головы. Безразличный взгляд был устремлён в пустоту.

— И синтетический окситоцин, — добавила она, чуть помедлив. — У тебя хиральное отравление.

[Хиральное отравление].

Тэсс и без компьютера нашла у себя его признаки. Снаружи бушевала темпоральная буря, и частицы хиралия просачивались даже сюда. Усталость, гипоксия и стресс только множились под воздействием вещества, вытягивая остатки сил. Виски сдавило болью, на языке горчило. Но сначала она должна была помочь мужчине.

Расстегнув замки, Тэсс наконец сняла маску вместе с респиратором и откинула капюшон. Воздух в пещере был сырым и затхлым, но дышать свободно, полной грудью, всё равно было приятно. На веснушчатых щеках и переносице краснели следы от уплотнителя. Она склонилась над рюкзаком в поисках аптечки, и выбившиеся из короткого хвоста пряди упали на лицо. Машинальным движением Тэсс убрала их за уши.

Из аптечки Тэсс достала ампулы с маркировкой «Бриджес» и по очереди вставила их в приёмный порт. Каждая отозвалась щелчком и тусклой вспышкой: система рассчитывала дозу. Устройство загудело, приступая к инфузии. Она сверяла показатели, когда вдруг почувствовала на себе чужой взгляд. Мужчина смотрел на неё пристально, чуть прищурившись, будто что-то припоминал. Стоило ей повернуть голову, как он принялся разглядывать свод пещеры.

Надо отдать должное фармацевтике нового поколения: лекарства «Бриджес», умели эффективно и, главное, быстро ставить человека на ноги даже в тяжёлом состоянии.

Спустя некоторое время Тэсс с облегчением заметила, как щёки и губы мужчины начали снова приобретать естественный розовый оттенок. Его дыхание стало ровным, а сознание — более ясным. Тело всё ещё изредка вздрагивало, но шок постепенно сходил на нет. Теперь он не отворачивался, а наоборот, внимательно вглядывался в её лицо.

Прочистив горло от скопившейся мокроты, он заговорил:

— Я думал, умру тут от жажды, — признался он и криво усмехнулся. — Был готов есть этот проклятый снег… Так хотя бы всё закончилось быстро. 

Тэсс раньше не задумывалась всерьёз о том, что будет, если принять внутрь темпоральную влагу. Природа этой жидкости была загадочна, сверхъестественна и не поддавалась известным законам химии. Она каким-то образом ускоряла время для всего, чего касалась, и процесс этот был разрушительным и необратимым.

— Я всё думал, — с горькой усмешкой продолжил курьер, — если меня и найдут, то кто это будет? Кто этот отчаянный сотрудник «Бриджес», готовый сунуться в это место ради такого пропащего дурака, как я…

Не отводя взгляда, он слегка вымученно, но в то же время обаятельно улыбнулся. Неожиданно для себя она смутилась:

— Эм…

— Питер. — Мужчина приветственно протянул к ней всё ещё слабую руку. — Питер Инглерт.

— Тэсс Лайн, — ответила она, протягивая свою.

Они немного неловко обменялись рукопожатием.

В воздухе что-то витало.

Скольким людям Тэсс оказывала помощь на поверхности, можно было сбиться со счёта. Это было чем-то вроде рутины. Но в этот раз что-то неуловимо изменилось.

***

Истощённый организм Питера охотно принимал лекарства, но он был всё ещё слаб и выглядел плохо. Его то рвало непонятной жидкостью, то он мучительно кашлял, отхаркивая густую слизь в рукав. В конце концов Тэсс решила дать ему седативное.

— Тебе необходимо поспать, — сказала она, подключая к медсканеру ампулу со снотворным. 

Прибор сделал очередной прокол, и жидкость стремительно ворвалась в кровоток. Ей показалось, что он хочет что-то сказать, но язык, заплетающийся под действием препарата, быстро сделал его речь неразборчивой. В какой-то момент он просто отключился, провалившись в глубокий сон без сновидений.

Тэсс выдохнула и ещё раз устало огляделась вокруг. Только голые каменные стены и пол. Судя по всему, почти всё его снаряжение было утрачено в попытке спастись от бури. Рюкзака не было — только поодаль лежали треснувшая маска и респиратор, а на плече молчаливо покоился нерабочий одрадек.

Достав свой спальный мешок, она наклонилась ниже, чтобы укрыть спящего мужчину. Взгляд скользнул по лицу совсем близко. Только сейчас она заметила, что оно испачкано чем-то чёрным.

Осторожно коснувшись небольшого пятна на его щеке, она вдруг ощутила на пальцах тёплое, липкое, тянущееся вещество.

«Неужели это?.. Нет. Не может быть».

Мало кто из людей встречал это вещество в живую. Ощущал его кожей, чувствовал запах и это неприятное вязкое тепло.

[Смола].

Своеобразный «привет с той стороны». Тягучая, маслянистая субстанция, поднимающаяся откуда-то из глубин и поглощающая окружающую поверхность. Она напоминала чёрное и липкое сверхъестественное болото.

Смоляные болота могли появляться в местах, где человек сталкивался с ещё одной угрозой новой эры — с Тварью: существом из потустороннего мира, не живым, и не мёртвым. Люди мало знали о них: лишь то, что впервые они появились после Выхода Смерти и теперь полноправно делили с людьми эту планету.

Два мира столкнулись, но остались всё так же чужды друг другу. Если человек вступал в контакт с Тварью, пространство неизбежно взрывалось, как при некрозе, и уничтожало всё живое вокруг. Взрыв, кратер и смоляное болото. Выплеск Пустоты — так называли этот феномен. Ни один человек, как считалось, не способен пережить его.

Тэсс задумчиво растёрла в пальцах остатки вещества, взятого со щеки Питера.

«Выходит, он побывал там, где недавно случился Выплеск? Ведь не мог он вызвать его и выжить?»

Её передёрнуло от мысли.

«А его Напарник? Их было двое. Что случилось с ним?»

Густая смесь из тревоги и болезненного любопытства охватила её. Она жадно вглядывалась в безмятежные черты спящего мужчины, словно надеясь прочесть в них ответ.