Вернутся к фанфику
Глава 18. Дождаться Цайэр
1 декабря 2024, 17:07
Большой кристалл сиял голубым, периодически вспыхивая всеми оттенками радуги и наполняя радостным многоцветьем просторный гостиный зал личных покоев императорского внука. Световые вспышки отражались в зеркалах и хрустальных люстрах, создавая ощущение неуловимой магии. Фэн Хаочень рассеянно смотрел на завораживающие эффекты, ласкающие некогда привычную, комфортную обитель, и мечтал быть отсюда далеко-далеко. Как там его Цайэр? Недолгая разлука уже казалась вечностью.
— Нечто подобное люди используют для своих энергетических пушек, — вывел его из раздумий тихий голос наставника.
Тот стоял рядом и с отрешенным любопытством рассматривал предмет в руках молодого человека.
— По-моему, пойдет, — неохотно отозвался Хаочень, мельком взглянув на бога-демона, который теперь спокойным глазом знатока изучал элегантный декор стен. — Конечно, в сокровищнице можно было и получше найти, но сейчас не до того.
— Да, вполне, — подтвердил Ситри, одобрительно похлопав ученика по плечу. — Подпитывать клона необходимо, иначе это потребует слишком много твоих ресурсов. Одна печь не справится, насколько я понимаю суть этих артефактов. Но все равно нужны и внимание, и концентрация… Да еще расстояние.
— Для сознания это не помеха. Если такое не пробовали до меня, значит, буду первым, — с наигранным легкомыслием ответил тот, пряча кристалл в пространственное кольцо.
Кольцо с такой знакомой аурой…
Его голос звучал уверенно, но в глубине души Хаочень ощущал трепет предвкушения и страха. Ему предстояло совершить нечто небывалое, и он надеялся, что его усилия оправдаются. Аура кольца напоминала о любимой и укрепляла решимость в сердце.
— Все равно ты рискуешь, парень, — в тоне бога-демона читался оттенок уважения.
— Мой соблазн слишком велик, — хохотнул Хаочень, жестом приглашая собеседника на выход. — Вам полагается теперь эту сферу знать по должности, наставник.
Лавандовые волосы Ситри упали на лицо и скрыли его легкую улыбку. Молодой человек подумал, что тот, возможно, понимает его лучше, чем кажется на первый взгляд.
Выйдя из личных покоев вслед за их хозяином, бог-демон заметил:
— Любой соблазн построен на иллюзии исполнения желаний. Это тот крючок, на который можно поймать каждую душу.
— Вы мастер иллюзий, — Хаочень взмахом ладони позвал двоих охранников следовать за собой. — Однако увидеть в сердце слабость и сыграть на ней не так-то просто.
Ситри покосился на охрану, вмиг поняв, что не в меру умный ученик приставит их потом лично к нему в качестве соглядатаев, но предпочел продолжать беседу как ни в чем не бывало:
— Ты уже должен понимать, что наши противники сами подпитывают эти иллюзии.
— Не желай — и не разочаруешься? — поддел Хаочень. — Рецепт защиты прост?
— Это слишком примитивно, — поморщился его наставник, приподняв бровь и показывая, что уловил иронию ученика, но принципиально не согласен с таким подходом.
— У меня не просто желание, а мечта, — улыбнулся молодой человек, представляя себя и Цайэр вместе много лет спустя. — И эта мечта сама по себе меня подпитывает.
Ситри хмыкнул и промолчал, скрывая за маской равнодушия свои настоящие чувства. Возможно, он действительно никогда не мечтал настолько масштабно, чтобы занять позицию двенадцатой колонны. Его молчание казалось многозначительным, словно он напоминал о недавних беседах и всех тех сложностях, которые обсуждались ранее. Вдаваться в подробности было излишним, тем более, что оба понимали: главное ― результат.
Наставнику, как всегда, не хватало воображения. Если счастливое будущее с Цайэр возможно — это означало, что к лучшему изменится весь мир. Пусть с трудом, через испытания и жертвы… Но о таком результате стоило мечтать, и эта мечта окрыляла…
Вскоре Фэн Хаочень и Ситри добрались до личных покоев принцессы Лэн Сяо. Уже на подходе ощущались нежнейшие благовония, наполняющие пространство тонким расслабляющим ароматом и слышались звуки неуловимой нежной мелодии. Она струилась откуда-то издалека, словно принесенная ветерком, и вызывала ощущение покоя и уюта.
Ситри вновь с интересом разглядывал новую обстановку, как и полагалось знатоку удовольствий: большая гостиная, известная богатым золотым декором и предметами роскоши, вызывала зависть у всех местных кумушек. Особо ярко выделялся посередине круглый топчан, обитый красным бархатом с вышитыми золотыми розами, который так и манил растянуться на нем во весь рост.
Мелодия вдруг резко прервалась.
— Хаочень! — едва появившись на пороге внутренних покоев, возбужденно воскликнула Лэн Сяо. — Как хорошо, что ты еще тут. Этот твой генералишка так и не пришел в себя! Пришлось отнести его в каземат для провинившихся!
Ее голос был полон радости и облегчения, но, заметив Ситри, она на мгновение замялась, явно удивленная присутствием незнакомца.
— Вот для этого я и позвал своего наставника. Не волнуйся, тетушка, бог-демон двенадцатой колонны Ситри быстро его приведет в кондицию.
Глаза Лэн Сяо сузились, изучая нового гостя, но вскоре она снова расплылась в довольной улыбке, демонстрируя уверенность и власть.
Дочь императора демонов гордо подняла голову и откинула назад длинные черные локоны. Дымок благовоний подчеркивал исходящую от нее величественную ауру родословной демонических драконов.
— Наконец-то этой колонной владеет мужчина, — покровительственно заявила она. — Та красноволосая стерва регулярно пыталась соблазнить даже отца!
— И ничего смешного! — подбоченившись, добавила принцесса, видя, как парень едва сдерживает смех. — Надеюсь, эта нахалка на тебе свои чары испробовать не успела!
— Моя предшественница пыталась это сделать, — вкрадчиво вмешался Ситри. — Но ваш племянник, принцесса Лэн Сяо, невероятно стоек. Скорее, это он соблазнил бы ее.
— Никто никого соблазнять не собирается! А про дедушку я даже представлять такое не хочу. Фу! — решительно поставил точку Хаочень.
Лэн Сяо закатила глаза и попыталась дернуть племянника за хвостик. Но тот увернулся, хватая экспрессивную дамочку за руку.
— А вот выпытать правду и открыть душу пленника… для этого тебе, тетушка, пригодится помощь знатока душ.
— Очень на это надеюсь! — фыркнула гордячка, взмахом тонкой кисти приглашая на выход. — Следуйте за мной.
Лэн Сяо стремительно двинулась вперед, оставляя за собой легкий шлейф ароматов и шелеста тканей. Красные одежды развевались вокруг стройной фигуры в такт ее шагам, словно языки пламени.
Ситри мгновенно повиновался, а Хаочень многозначительно хмыкнул, направляясь вслед за ними. Пусть скучающая тетушка развеется…
Принцесса повела гостей через извилистые коридоры, шествуя уверенно и грациозно, и те молча следовали за ней, погрузившись в собственные мысли и планы. Тем не менее, в воздухе появилась напряженность, которая усиливалась с каждым шагом по направлению к казематам.
Тюремные камеры находились в самом конце обширных покоев, уходя в глубину под дворец. Каменные стены, покрытые плесенью, источали сырость и холод, проникающий до костей. Сквозняки, пробегавшие по коридорам, приносили с собой запах затхлого воздуха и пыли, вызывая неприятное ощущение удушья. Сколько у капризной принцессы было провинившихся слуг, Хаочень даже не пытался представить, скользя взглядом по мрачным, угнетающим развитие зарешеченным кельям. У него самого все было устроено гораздо проще: внук императора не вмешивался в проблемы прислуги, ко всем относился ровно и предпочитал иметь дело только с охранниками, которые не давали слугам шпионить и наглеть.
Свет кристаллов на стене стал ярче, вокруг заиграли разноцветные отблески, словно танец теней, и в самой дальней камере Хаочень увидел пленника. На миг воспоминание о возлюбленной укололо сердце подобием раскаяния.
Что он наделал?
Но эти болезненные ощущения парень отогнал, списывая их на свою человеческую природу. Долг есть долг. Разве он мог поступить иначе?
Генерал Ду находился в плачевном состоянии: потеря печи сильно сказалась на нем. Некогда бодрого мужчину было практически не узнать: на губах запеклась кровь, лицо опухло от желтеющих гематом и в то же время выглядело застывшим, будто при смерти. Он лежал на полу все в той же окровавленной одежде, в неестественной позе, как сломанная кукла.
Оставаться здесь дольше не только не хотелось, но и не требовалось.
— Тетушка, вспомни, о чем я тебе советовал узнать, — твердо заявил внук императора демонов, собираясь распрощаться. — Наставник, эти двое гвардейцев будут охранять вас, пока я нахожусь в уединении.
— Хаочень! — Лэн Сяо обняла племянника со всем пылом, непосредственно и горячо, словно окатила кипятком нежности.
Ее объятие было уютным и теплым, оно напомнило о детстве, но Хаочень не мог полностью расслабиться, зная, что его ждут важные дела.
— Надеюсь, и ты, и брат Бао скоро станете сильнее, — искренне произнесла принцесса.— Я жду с нетерпением!
Наивная женщина еще не прочувствовала на себе, что значит борьба за власть и влияние, оставаясь в иллюзии относительно реального управления миром демонов.
Пусть так остается и дальше!
Ситри пожелал удачи с понимающей доброжелательностью в тоне, и Хаочень наконец откланялся.
— Этот бог-демон должен всегда находиться под вашим наблюдением, — защитившись энергетической сферой против подслушивания, проинструктировал он охрану. — Пресекайте все его вольности в отношении принцессы. Но ненавязчиво, чтобы она ничего не поняла. И не забывайте про контроль разума.
— Так точно!
Да они сами за красавицу порвут кого угодно в клочья — в этом молодой человек даже не сомневался. По Лэн Сяо сохли все без исключения, хотя ее рука светила только лучшим из лучших драконов, способных за нее биться насмерть. А в случае с богом-демоном — тот не был безумцем, чтобы устраивать переполох прямо в центре владений императорского клана, наследственной чертой членов которого был устойчивый, мощный и быстрый разум, доставшийся даже самому Хаоченю, дракону только на четверть.
С другой стороны, и это понимала иная, совершенно прагматичная часть сознания внука императора, если принцесса заинтересуется таким импозантным мужчиной, как Ситри, и что-то с ним захочет… шансы Хаоченя стать избранным и единственным наследником Владыки демонов только возрастут.
Куда ни глянь, выгода везде.
Так что за тетушку он не переживал, пусть ей хорошо будет. А вот за любимую… Вернее, за себя самого, если Цайэр вдруг узнает… Но что он сделал не так? Беспокойство иногда терзало его душу, заставляя думать о возможных последствиях.
Еще раз взглянув на наставника, который приблизился вплотную к решетке, внимательно оценивая пленника, молодой человек поспешил к себе. Пусть он не обладал способностями к предвидению Звездных демонов, но что-то подсказывало ему, что все окажется не совсем так гладко, как он планировал.
Императорский внук приказал начальнику охраны оставить его в одиночестве для медитации. Такие приказы не были редкостью, и он знал, что никто не осмелится его потревожить. Даже сам император демонов вряд ли явится проверить его прогресс.
Хаочень уже горел нетерпением покинуть Моду. Метка слежения показывала, что любимая находилась на территории людей, но — увы! — не в назначенном месте встречи. Он все равно будет ждать и верить, что та придет хотя бы поговорить… После того, что между ними было… Разве возможно иначе?
Что за строптивая девчонка! Но другая не нужна…
Сладкий запах ее кожи, прерывистое дыхание на его щеке, трепетный взмах длиннющих ресниц… не забыть никогда. От одного воспоминания тело охватывает жар, и каждая частица млеет от памяти блаженства…
Лучше сейчас об этом не думать, иначе он не сумеет сконцентрироваться!..
Коридоры дворца, украшенные резьбой и фресками, тянулись бесконечно, словно лабиринт, ведущий в неизведанные уголки подсознания. Отгоняя грезы, Хаочень прошел до своей комнаты для медитации: такая являлась необходимым подспорьем любого практика.
Его была идеально круглой, как естественная форма распространения энергии, и казалась вырезанной из единого гигантского камня. По периметру комнаты инкрустацией стен располагались кристаллы наподобие того, что он принес с собой, но более слабые. Они излучали мягкий, успокаивающий свет, одновременно насыщая пространство и создавая благоприятный фон для концентрации маны, а также привнося атмосферу спокойствия и гармонии, необходимую для сосредоточения. Воздух в комнате был чистым и свежим, словно пропитанным ароматом весеннего леса на территории людей. Именно здесь молодой человек провел большего всего времени из той жизни, которую помнил.
Воодушевленный планами и вмиг очистивший сознание от посторонних мыслей, Хаочень разместил кристалл в геометрическом центре и активировал его. Кристаллы на стенах начали резонировать, вскоре пространство стало похоже на упорядоченную, почти осязаемую кожей структуру, многократно усиливающую потоки маны.
Хаочень почувствовал, как энергия течет через его тело, и приготовился к работе, требующей полнейшей концентрации сознания. Ему предстояло создать клона с помощью новой печи Контроля.
Ошибка тут была недопустима. Не хватало только, чтобы неприкаянный клон вышел из-под контроля и шлялся по дворцу, как сомнамбула, а потом попал в руки игривых драконих, желающих заполучить императорского внука.
Дедушка за такое его прибьет на месте, и будет прав!
Материализовать клона на долгое время ― задачка не из простых, но юный экспериментатор верил в успех. Молодой человек вложил всю свою энергию и концентрацию в процесс, зная, что результат зависит от его способности управлять маной. Он сосредоточился полностью, посвящая всего себя действу, погружаясь в знакомое чувство присутствия сознания в моменте «здесь и сейчас», привычное для любого практика. Внутри вспыхнула искра, словно первый луч солнца, пронзающий утреннюю дымку. Эта искра разрослась, заполнив каждую клеточку его существа, превращаясь в мощный поток маны, который устремился к печи Контроля.
Клон обычно создавался с боевым намерением, чаще всего простым, изредка многоэтапным, но тут Хаоченю пришлось к четкому намерению добавить и сложное ощущение времени.
Молодой человек замер, резко открыв глаза.
В бою редко приходилось разглядывать клона: каждый выполнял свою задачу в битве с врагами. Поэтому сейчас парень обомлел.
Рядом находился его точный двойник, практически равный по уровню совершенствования. Но он был связан с печью Контроля, вместо собственных духовных печей. Дракон Асура тоже не ощущался, когда Хаочень переключил фокус внимания на сознание клона. В двойнике сконцентрировалось бесконечное, замкнутое на само себя намерение медитировать и впитывать ману — подобно бездне, в которой теряется солнечный свет.
Внук императора демонов понимал, что аура у клона слегка отличалась от его собственной, но это скрывалось даже от опытного глаза, благодаря энергонасыщенности пространства. Если клона даже и выведут на чистую воду в будущем, никто не сможет понять, когда и для чего тот был создан.
Уставший, но довольный Хаочень не стал рассматривать двойника пристально — слишком странным при этом было самоощущение. Клон являлся копией его сущности, призванной выполнить задание, лишенной самосознания и неразрывно связанной с хозяином. И не было никакой необходимости созерцать его со стороны.
Закончив тяжелый этап своего плана, Хаочень тенью выскользнул из комнаты, направляясь прочь. Чтобы скрыться, он отвлек охрану заранее приготовленным магическим свитком, вызвавшим грохот в соседнем коридоре. Когда хаос стих, внук императора демонов уже оказался на свободе.
После тяжелых усилий собственная аура Хаоченя почти совпадала с окружающей атмосферой, и ему не пришлось прилагать дополнительных усилий, чтобы раствориться в серости толпы.
Черный плащ укрывал фигуру, на лицо был низко опущен капюшон. И он был тут не единственный, кто не желал демонстрировать свою внешность. Однако добротная ткань и богатая отделка одежды показывали статус своего обладателя, достаточный, чтобы тот мог спокойно пройтись по улицам некогда города людей без проверки гвардейского патруля.
Ничего человеческого в ауре этого места не осталось: если тут и прятались коллеги Цайэр, то они никак не влияли на размеренное течение демонической жизни в сердце императорской столицы, где сила и магия концентрировались, будто внутри огромного энергетического кристалла.
Выйдя за пределы территории клана черных драконов, Хаочень направился в Лигу торговцев, если так можно было называть принадлежащий Агаресу отдел контрабандистов, неофициально входящий в его торговую палату. Внук императора узнал, что эта весьма успешная контора промышляла добычей нужных сведений и обменом ими с Альянсом. Про Лигу ему впервые рассказала Юэ Е, хвастаясь, что в ведение ее отца находится даже такой теневой способ управления. Как учил Агарес, распространение или сокрытие информации ― и есть суть управления. Точнее и не скажешь!
В Альянсе тоже с лихвой хватало циничных приспособленцев, которые за вознаграждение были готовы и мать родную продать. А потому в Лиге оказывали любые услуги, так или иначе требующие участие людей. Тут можно было что угодно найти, продать и купить. Даже человеческих рабынь для гаремов чаще всего искали через Лигу, желая удовлетворить любые извращенные вкусы.
Тяжелые двери с золоченым узором открылись, приглашая внутрь просторного холла. Молодой человек поморщился, замечая скрытую охрану, затаившуюся по бокам от входа в тени бархатных драпировок у мраморных колонн.
Навстречу уже радостно вышагивал подтянутый Лунный демон: темноволосый симпатяга с фиолетовыми глазами. Цепкий взгляд пробежался по гостю, привычно оценивая, как на нем можно нажиться. Хаочень недолюбливал таких проныр, но именно их всегда назначали на подобные должности.
― Прошу, проходите, ― заулыбался администратор, явно способный сходу отделять реальных клиентов от всякого сброда. ― Чем могу служить?
Его вкрадчивый тон ― попытка подражания богу-демону Луны ― вызвал у Хаоченя невольную усмешку.
― Мне нужна услуга в столице Альянса, ― ученик Агареса подхватил ту же манеру речи, но куда ближе к оригиналу.
Администратор опешил и сразу же скис. На попытку сканирования ауры внук императора ответил просто: сунул в нос ярлык приближенного к Лунному богу-демону, чем взвинтил свой статус до небес.
Авторитет второй колонны был незыблем. Страх в этом случае действовал куда быстрее и эффективнее иллюзии Ситри, и даже зачастую давления дедушки, потому что сочетался с жаждой выслужиться перед начальством. Администратор чуть было не отказался от вознаграждения, но в последний момент передумал, заметив острый, предупреждающий взгляд своего визави.
Хаочень передал письмо в Башню Охотников на демонов для Шэн Цайэр. Что еще он мог сейчас? Только послать очередной подарок любимой с предложением руки и сердца и повторить просьбу о встрече. Парень переживал и волновался глубоко внутри, но отбрасывал эти чувства. Он и вправду не знал, сколько придется уговаривать своевольную красавицу... Но на данный момент это было лучшей тактикой, и молодой человек скрепил сердце.
― Через месяц отправьте еще одно, а потом так же следующее, ― холодно распорядился он. ― Адресат указан.
Щедро расплатившись за услугу, Хаочень твердым шагом покинул богатую резиденцию Лиги торговцев. И не трудясь отойти подальше, сразу же взмыл в воздух, набирая предельную скорость полета. Город Моду быстро остался позади, словно сияющий драгоценный камень в темной горной породе.
Молодой человек больше не обращал внимания на меняющийся пейзаж: иным становился только рельеф унылой местности, на которой стабильно ничего не росло и не обитало, разве что кое-где встречалась суета клановых поселений среди очагов чахлой растительности или укрепленного естественным образом ландшафта.
Восточная граница Альянса замаячила впереди горным перевалом, покрытым мрачным лесом, но этот сумрачный вид отразился радостью в сердце усталого путешественника. Сбоку промелькнул военный лагерь демонов, когда Хаочень приземлился среди знакомых валунов на границе Темнолесья. Именно тут он впервые встретил суженую, и тут он встретит ее снова.
Легкий ветерок коснулся лица, напоминая о ней, его трепетной и горячей девочке. Молодой человек вспомнил, как впервые увидел ее — во время атаки дракона Асуры. Он замер тогда, словно пораженный ударом бога-демона в самое сердце. Девушка казалась воплощением его неосознанных грез, словно сияющая богиня, проявившаяся во всей своей невыразимой красе и силе.
Вздохнув, Хаочень проверил метку слежения. Та показывала, что Цайэр все еще находилась глубоко на территории людей, значит, ему придется ждать долго…
Внук императора справедливо опасался, что его поиски начнутся рано или поздно, и потому выбирал место для медитации с особой тщательностью. К ощущению сознания клона он постепенно привыкал, как к ноющей боли после ранения, стараясь его локализовать и вынести за фокус внимания. Расширив ауру, юный практик смог сконцентрироваться на изучении места, в котором оказался. Его выбор пал на небольшую пещеру, скрытую среди скал, уходящих вглубь Темнолесья. Вход в пещеру был настолько узким, будто природа специально создала его для того, чтобы никто, кроме самого Хаоченя, не смог туда пробраться. Разве только его стройная малышка!
Молодой человек улыбался про себя, найдя это идеальное место: даже если кто-то сдуру решит проверить каждую трещинку в этих горах, им понадобится целая вечность, чтобы найти его здесь.
С легкостью преодолев узкий проход, Хаочень оказался внутри пещеры. Свет едва проникал сквозь щели в камне, создавая причудливые тени на стенах. Место было тихим и спокойным, идеально подходящим для медитации. Казалось, даже ветер не знал об этом уголке.
Но заботы о безопасности никто не отменял.
Едва Хаочень собрался создать иллюзорный барьер, как вдруг он услышал слабый шорох снаружи.
Кого уже сюда принесло?
И это точно была не Цайэр. Он сомневался даже в намерениях упрямицы, не говоря уже о других возможных визитерах…
Звук становился все ближе. Нахмурившись, внук императора демонов приготовился прихлопнуть вторженца: быстро и решительно, как учил дедушка.
Шорох усилился, и вдруг в узкой расщелине появилась маленькая мордочка. Это был крошечный зверек, напоминающий смесь кролика и олененка. Он смотрел на Хаоченя большими любопытными глазами. Рогатый заяц?
Похоже, зверьку досталось на демонической территории, потому что его аура болезненно мерцала.
— Эй, малыш, — улыбнулся Хаочень, протягивая руку.
Тот замер на мгновение, но затем, почувствовав дружелюбие, осторожно подошел ближе.
— Я думаю, нам стоит стать друзьями, — сказал парень, поглаживая мягкую шерстку и длинные уши пушистого гостя.
Тот доверчиво прижался к его руке, довольно посапывая и фыркая.
— Назову тебя Мао, — решил Хаочень, разглядывая неожиданного спутника. — Ты отдохнешь и подлечишься в иллюзорном барьере, а заодно станешь моим стражем. Если кто-то подойдет близко, ты предупредишь меня, хорошо?
Мао, казалось, понял его слова и боднул рожками прямо в центр ладони. Хаочень рассмеялся, радуясь такому необычному союзнику.
Начало было лучше, чем он ожидал.
Успокоив нового приятеля, Хаочень приступил к созданию барьера. Подняв руку, он с нежностью посмотрел на кольцо «Незабудку». Это кольцо, подаренное ему Цайэр в далеком детстве, которое он не помнил, тем не менее являлось символом их неразлучной связи. Оно реагировало на ауру любимой, в этом Хаочень убедился уже давно. Возможно, в момент их первой встречи именно кольцо не позволило ему пройти мимо.
Сконцентрировав ману окружающего пространства на выходе из пещеры, молодой человек направил туда же энергию кольца, создавая маскирующую завесу. Барьер задумывался таким образом, чтобы скрывать вход для всех, кроме возлюбленной, а также служить четким детектором ауры Цайэр. Пространство насытилось мгновенно, подчиняясь воле императорского внука, и незримой шторой окутало вход, делая его неприметным для окружающих, как и ауру всего этого места. Кольцо «Незабудка» теперь в каком-то смысле служило и ключом к защите убежища, позволяя Цайэр легко находить путь к нему, в то время как остальным просто придется пройти мимо, не замечая укромного местечка.
— Готово! — с облегчением вздохнул Хаочень. — Мао, теперь ты можешь посидеть там и отдохнуть.
Рогатый заяц как будто понял его и шмыгнул назад, стремясь принять энергетическую ванну. Парень и сам понежился бы в бодрящих волнах маны и сладком ощущении ауры любимой. Однако неуверенность все еще терзала его душу.
— Она придет? — зачем-то вслух прошептал он, глядя на кольцо, мерцающее на пальце. — Будет ли она искать меня?
Проходящие дни и ночи сливались в непрерывный поток времени, который нельзя было уловить, как течение полноводной реки. День за днем, месяц за месяцем, а ее все не было…
Цайэр… Почему он предложил ей встречу в этом месте? Не сомневался в себе? В ней? В том, что она его суженая? Сомневался в ее благоразумии, но верил, что это правильно: дать ей время и возможность все обдумать и прийти к нему… Неужели ей самой не нужно было определиться со своей жизнью, неотъемлемой частью которой он стал, как ее мужчина? Как мальчик, спасший ее в детстве. Как человек, для которого нет никого, важнее нее. И где, как не на месте их первой встречи, можно поговорить по душам?
Девчонка разрушила его устоявшиеся взгляды на жизни, словно наступила на грудь острым каблучком.
Душевная боль, которая рвала сердце когтями неведомого демонического мутанта, мешала медитации. Наличие клона тоже не способствовало быстрому прогрессу. Седьмой уровень маячил совсем близко, но не хватало то ли понимания, то ли преодоления препятствий для прохождения узкого горлышка.
Хаочень в конце концов решил для себя, что сам отправится на поиски, когда достигнет следующей ступени. Как река, пробивающая себе дорогу сквозь камни, он сам построит свою судьбу. Он не оставит Цайэр в покое, даже если придется ползти весь этот путь к ней, прикидываться агентом людей, выдавливать из нее жалость к себе, апеллировать к прошлым чувствам…
Она — его женщина, и он не позволит судьбе разлучить их. Никогда!
Дед мог и не одобрить этот выбор, и даже уже в каком-то смысле не одобрял. Но кому нужен потенциальный наследник, который даже с собственной женщиной справиться не может?
Принятое решение помогло снова настроиться на совершенствование. Но едва Хаочень собрался погрузиться в медитацию, как у входа раздался знакомый шорох.
Верный Мао радостно скакал к нему, но на этот раз он держал на рожках здоровенный кочан капусты, который казался вдвое больше самого зверька. Хаочень чуть не поперхнулся от смеха и изумления. В том числе тому, что сам откуда-то знает, как выглядит и называется этот овощ.
Рогатый заяц смотрелся комично: он тащил вилок, упершись в него рожками и поддерживая лапами. При этом малыш шумно фыркал и принюхивался, куда бежать, потому что ничего не видел из-за этой громадины. Раньше молодой человек сам подкармливал приятеля, оставляя еду между сеансами медитации, теперь же маленький друг решил тоже позаботиться о провизии.
На сердце разлилось тепло, и парень засмеялся:
― Мао! Как же ты это притащил, дружок. Давай, я помогу.
Он встал и, забрав тяжелую ношу зайчика, подкинул ее, как детский мячик. Затем ободрал верх и протянул добытчику нежный лист:
― Вкуснее то, что внутри. Держи.
Мао сразу же с энтузиазмом захрумал деликатесом.
― Надо тоже попробовать, ― решил Хаочень, с улыбкой наблюдая за пушистым приятелем.
Но именно в этот момент, как назло, он почувствовал давление в том месте сознания, которое отвечало за существование клона: будто легкая боль возникла в определенной точке головы. Переместив фокус внимания туда, словно сместившись по звездной карте внутреннего мира, Хаочень сосредоточился.
Неужели что-то пошло не так, и его обман раскрыли раньше времени?
Уловив самоощущение двойника, он облегченно вздохнул,.
Дело было вовсе не в клоне. Тот спокойно медитировал, продолжая бесконтрольно подпитываться энергией, как Агарес ― вином на пирушке.
Давление исходило извне, от знакомой ауры, которую невозможно было ни с чем спутать: в комнату для медитации вломилась нетерпеливая тетушка!
Но вскоре колебания ее ауры, как яркие всполохи, исчезли из поля восприятия клона, будто Лэн Сяо сразу же ветром сдуло. Двойник же при этом никак не отреагировал на вторжение и сидел с отрешенным и пустым лицом ― таким только детишек пугать.
А вот не надо высокородным леди бесцеремонно вторгаться в мужские покои. Чего там только не увидишь!
Не зная, то ли плакать, то ли смеяться, Хаочень покачал головой. Он отчетливо прочувствовал, как изменилась аура экспрессивной принцессы от изумления или даже от страха. Она явно не ожидала наткнуться на то, что увидала в чужих приватных комнатах.
Внук императора демонов хотя и не достиг пока седьмого уровня, но научился за это время отлично понимать природу клонов. Поэтому он мог смело предположить причину сильного дискомфорта тетушки. Увидев фигуру, которая должна была быть ее племянником, Фэн Хаоченем, но полностью им не являлась, она подсознательно пришла в смятение. Страх, вероятно, сковал ее душу, ведь Лэн Сяо знала этого юношу с детских лет. Осознать же, что перед ней клон, она не могла.
Оставалось надеяться, что с тетушкой все хорошо.
Сам клон пока не обладал функцией самосознания: его сознание было зациклено на выполнении поставленной задачи и крутилось в этом контуре, как зверек в клетке-колесе. Тем не менее, при потере изначального источника ― создателя ― эта сущность при наличии постоянной энергетической подпитки могла со временем расшириться и запустить механизм самосознания, то есть стать независимым существом. Вопросы о сущности клонов занимали ум Хаоченя: знал ли кто-нибудь еще эти секреты? Печи клонирования были редким явлением, и лишь избранные постигали их тайны.
Мао продолжал грызть капусту, поглядывая на старшего товарища любопытными бусинками-глазами. Вновь улыбнувшись пушистому приятелю, парень тоже оторвал листик и принялся его медленно разжевывать. Во время медитации питание и очищение тела регулировались потоками маны, а потому Хаочень уже давно ничего не ел.
Вкус обжег язык, но в следующий миг показался приятным и знакомым, словно являлся отголоском забытого детства…
Почему-то внук жрицы света совсем не думал о родителях. Их словно вырезали из области тревог и сомнений, как часть праздничного торта, отложенную на завтрашний день. Хаочень объяснил это себе легко и просто: заполучив Цайэр, он и о них узнает всю правду. Он чувствовал и без дара предвидения, что это обязательно произойдет.
Размышления о неясном прошлом прервались внезапно: внутренний толчок, словно магический сигнал, напомнил ему о метке слежения. Сердце замерло в сладком предвкушении, когда он, полный надежд, проверил местоположение своей драгоценной малышки.
Цайэр направлялась сюда, на перевал Охоты на демонов.
Время текло медленно, каждый миг растягивая до бесконечности. Тишина окружала Хаоченя, словно плотное покрывало, не позволяя звукам внешнего мира проникнуть внутрь. Он ощущал себя заключенным в этой тишине, словно пленником собственных мыслей.
Молодой человек знал, что Цайэр где-то рядом, но она не спешила появиться. Он вспоминал свои письма, в которых вновь и вновь просил ее руки, надеясь, что она найдет в своем сердце силы ответить взаимностью. Но любимая так и не пришла, несмотря на то, что находилась в Храме ассасинов, до которого было рукой подать.
С их последней встречи прошло уже почти восемь месяцев. Внутри пещеры Хаочень, медитируя, почти не чувствовал перемен погоды, будто здесь царило безвременье, но снаружи природа менялась, словно отражая душевные метания юного отшельника. Лучи солнца, пробивающиеся сквозь щели, становились то ярче, то скуднее, и тогда полумрак убежища освещался лишь слабым светом магических кристаллов, которые парень разместил на стенах. Камни были гладкими и холодными, словно замороженные во времени.
Отрастивший пушистую шерстку Мао выглядел очень довольным, когда снова начал притаскивать в дом свежую сочную кору молодых деревьев или пучок молодой зеленой травки.
― Дружок! Без тебя я уже давно сошел бы с ума, ― часто говорил он малышу компаньону с улыбкой, которая становилась все грустнее и тоскливее.
― Хрум! ― отзывался рогатый заяц, на миг позволяя забыть о горестях и печалях.
Только сейчас Хаочень начал серьезно задумываться о целях и ценностях самой Цайэр. Как будто впервые он осознал, насколько разные знамена ведут их по жизни, и этот разрыв становился все глубже, подобно трещине в леднике. Так ли важно было для нее убить его деда? Уничтожить демонов? Но ведь она трезво мыслила, как и он. На данном этапе своего пути они не могли существенно повлиять на расклад сил… Вот если бы он сменил деда на месте императора… даже тогда все не было бы легко и просто. Пока существуют колонны демонов, простое решение отсутствует.
Хаочень хотел лишь защитить любимую во время кризисного момента, который готовил дедушка, строя амбициозные планы по становлению богом. Но девчонка своим упрямством показывала, что ей важно совсем другое, бросая дерзкий вызов ему и его чувствам.
Возможно, именно это и удерживало ее? Она ждала от него чего-то большего? Голову парня переполняли мысли о том, что Цайэр хотела увидеть его изменившимся, готовым взглянуть на мир иначе, не с позиции сторон конфликта, а с высоты справедливости и мудрости. Эти мысли кружились, как листья на осеннем ветру, не находя покоя и умиротворения.
Как он мог оставить деда, императора демонов, и предать свое наследие ради мира, которого никто не гарантировал? Противоречия разрывали его изнутри, заставляли сомневаться в каждом прошлом и последующем шаге.
Привычные и, на первый взгляд, разумные умозаключения разбивались о скалу сопротивления упрямой женщины. В какой-то момент Хаочень смирился с тем, что ему придется отойти полностью от привычного и разумного и думать над конфликтом с обеих сторон. Тот мир, о котором он мечтал, должен стать в его мыслях данностью, а не прекрасным и далеким миражем… Он точно не знал, но начал понимать, что был втянут во дворцовые интриги неспроста. Его, как человека, хотели использовать многие в расстановке фигур на шахматной доске. Однако эта игра могла идти в обе стороны, а также и сама доска ― оказаться перевернутой. Агарес желал мира с людьми, хотя и не представлял на практике, как это возможно. Дед хотел решить все просто ― грубой силой, а он сам… Ему самому придется искать какой-то другой выход, если он хочет прожить с Цайэр всю свою жизнь и воплотить в реальность дерзкие мечты.
Невеселые мысли прервало резкое изменение ауры вокруг пещеры.
Мао грыз добытую травку, но тоже застыл, его шерстка воинственно поднялась, и зверек уставился на выход из укромного места.
― Р-р-р! ― выплюнув еду, грозно пискнул он.
Ментальная разведка!
На примере деда Хаочень прекрасно знал, как ощущается на деле эта способность могущественных практиков. Замирая от тяжелого предчувствия, он мог лишь надеяться, что маскировки окажется достаточно. Давление было не со стороны демона. Кто-то из людей на высокой ступени развития искал его…
Это означало, что любимая женщина все рассказала о нем его врагам. Кому именно? Родственникам? Ассасинам? Руководству Альянса?
Ощущение вскоре пропало, и Хаочень облегченно вздохнул. Его не нашли!
Но тяжелая плита осознания, с грохотом упавшая на грудь, продолжала давить жестоко и беспощадно. Ведь это означало только одно…
Цайэр… зачем же ты так поступила? Пешкой в чужой игре он не станет ни за что и никогда!
Погруженный в водоворот боли и отчаянья, Хаочень ни о чем другом больше думать не мог.
― Мао, что же нам теперь делать? ― пробормотал он, когда верный приятель запрыгнул ему на колени и попытался потереться о щеку.
Но это не было концом потрясений и разочарований, которые ожидали молодого человека.
Сообразительный рогатый заяц чувствовал ауру не хуже него, и снова ощетинился, когда вскоре возле пещеры кто-то появился. Аура неизвестного почти полностью имитировала ауру Цайэр. Не будь кольца, даже сам Хаочень наверняка повелся бы…
Они хотели выманить его?
Вопросы переполняли голову, ответы казались один страшнее другого.
Визитеры стали появляться регулярно, но Хаочень терпеливо переносил эту пытку. Иногда ему хотелось выбежать и закричать на весь перевал Охоты на демонов: «Цайэр! Зачем?! Почему?!».
Каждая минута без ответа становилась для него испытанием, словно он старался преодолеть снова и снова узкое горлышко между ступенями развития ― и неизменно проваливался.
Хаочень даже не мог погрузиться в глубокую медитацию, чтобы в ней пережить творящийся кошмар, потому что Цайэр была где-то рядом. Иногда он специально настраивался на самоощущение клона, чтобы позаимствовать у двойника состояние покоя и благости, отчаянно завидуя ему.
В один из таких моментов Хаочень, погруженный в привычный легкий транс, почувствовал снаружи изменения в ауре, которых раньше не было.
Мао пискнул и припустил к выходу в тот же миг, когда парень понял, что наконец свершилось то, ради чего он застрял в этой пещере на долгие месяцы. На что он уже и не рассчитывал, оставив надежду, как жаждущий человек в бескрайней пустыне.
Это была она.
Наконец-то Цайэр пришла к нему сама. Она действительно пришла!
Хаочень вскочил на ноги, чувствуя, как волна возбуждения захлестывает его тело. Его сердце заколотилось, кровь прилила к щекам. Подхватив Мао, он бросился наружу сквозь узкий проход, спеша навстречу тому, что могло изменить все.
Ветер ударил в лицо, растрепав волосы, словно пытаясь вырвать из головы сомнения и боль тщетных ожиданий. Густой туман окутывал лес, скрывая очертания деревьев. В воздухе витал слабый аромат хвои и влажной земли, напоминающий о недавнем дожде, будто пролитых природой слезах по своим детям.
Возле покрытого сумраком валуна, где они впервые встретились, Хаочень увидел ее. Это была Цайэр!
Мир вокруг перестал существовать, и все, что осталось, — это шок перед тем, что открылось его взору.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!