Вернутся к фанфику
Глава двадцать шестая. Тейт.
18 ноября 2024, 17:00 Тейт
— Не могу поверить, что ты это сделал, — со смехом сказал я, выпустив Мэтти из пикапа.
— Каждому ребенку нужна собака, — пробормотал Хоук, подходя и целуя меня в губы. — Он обнял меня, и мы вместе смотрели, как Мэтти нес щенка через подъездную дорожку к лужайке у дома. — А еще, так и должно быть, — добавил он, взял меня за руку и повел к дому.
События этого дня изрядно меня утомили. Хотя на улице было еще светло, я надеялся без проблем уложить Мэтти спать пораньше, потому что он тоже очень устал. По крайней мере так было, пока Хоук не остановился перекинуться парой слов со своим соседом, который припарковался возле магазина, куда мы заехали за продуктами. Хоук собирался забежать туда и взять замороженную пиццу, но стоило Мэтти увидеть щенка на руках у пожилого владельца ранчо, как он стал умолять отпустить его поиграть с животным. В итоге в магазин за едой отправился я, а когда вернулся, ранчеро уже не было, а Мэтти радостно держал на руках маленького рыжего щенка. Хоук объяснил, что это был последний щенок из внепланового помета, которому мужчина пытался найти дом, а женщина, изъявившая желание забрать этого щенка, не пришла за ним.
Хоук выглядел виноватым, вспомнив собственные слова о том, что подобное решение нам следовало принимать вместе, но я лишь улыбнулся и, покачав головой, отправился обратно в магазин за кормом для щенков. Мэтти перебирал вслух имена разных супергероев и в конце концов остановился на своей любимице из Людей Икс. Шторм — щенок оказался женского пола.
На следующий же день после нашего с сыном приезда в Вайоминг мы попрощались с Ронаном, Сетом, Мэвом и Пулей. Ронан и Сет улетали домой в Сиэтл, чтобы побыть вдвоем, а Мэв планировал небольшое путешествие по горным перевалам на своем огромном мотоцикле «Харлей Дэвидсон» в ожидании следующего задания. Я почти ничего не знал о мужчине с длинными черными волосами и множеством татуировок. Мэв выглядел, как типичный байкер, а Хоук обмолвился, что тот не афишировал свою личную жизнь. Но от меня не ускользнуло, с каким уважением Хоук говорил о нем. Похоже, у Мэва не было дома, куда он мог бы вернуться, и это очень беспокоило меня, но он отклонил наше приглашение на ужин в вечер отъезда Сета с Ронаном. Большую часть того дня мы гуляли по городку Роки-Пойнт и его окрестностям, а затем Хоук предложил прогуляться и по его собственным владениям. В какой-то момент он взял меня за руку и повел нас в сторону от основной тропы. Я понятия не имел, что он хотел показать нам с Мэтти, но все стало ясно, когда мы вышли на поляну у небольшого озера и увидели под ветвями огромного дерева одинокое надгробие.
Хоук почти не говорил, пока мы стояли там, лишь объяснил, что они с Ревей проводили большую часть летних каникул, купаясь и играя в озере, мечтая о будущем, лежа на песке. Мэтти был нехарактерно тих, я едва сдержал слезы, когда он обошел меня, встал по другую сторону от Хоука и тоже взял его за руку. Уложив сына спать, мы провели остаток ночи за обсуждением планов на будущее. Когда Хоук предложил поселиться в Сиэтле, я был очень взволнован и одновременно обрадован. Я пытался объяснить, что не был против остаться в Роки-Пойнте после того, как закончится лечение Мэтти, но Хоук отказался, заявив, что нам требовалось начать все с чистого листа... всем нам. Он лишь спросил меня, не возражал ли я, если он оставит себе участок, поскольку там похоронена Ревей. А на мой вопрос о дальнейшем преследовании Бака и Денни, он просто ответил, что для него все было кончено, и я больше не касался этой темы.
В ту ночь мы снова занимались любовью, но, в отличие от всех предыдущих раз, крайне неторопливо. Больше времени мы провели, просто исследуя друг друга, и не всегда с сексуальным подтекстом. Я обнаружил, что при всей своей силе и мужественности Хоук очень боялся щекотки, а сам он с упорством отыскивал каждую из моих эрогенных зон и коварно использовал их. На следующее утро мы решили отправиться в Йеллоустоунский национальный парк, который находился всего в паре часов езды. Мэтти был на седьмом небе от счастья. Мы гуляли по парку пешком, исследовали его на машине, но самым ярким событием поездки стала встреча с черной медведицей и ее двумя детенышами, переходившими дорогу в сотне футов от нашего пикапа. Мы переночевали в отеле и большую часть дня продолжили знакомство с парком, после чего отправились домой.
Отсюда была и накопившаяся усталость.
Мы уже подошли к крыльцу, когда я вдруг услышал, как Мэтти позвал меня, а потом крикнул, что не мог найти щенка.
— Все нормально, я сам разберусь, — сказал я Хоуку, когда он последовал за мной. — Можешь пока разогреть пиццу?
Хоук кивнул.
— Заберешь мой телефон из пикапа на обратном пути? Мне нужно его зарядить.
— Я же просил тебя не показывать ему эти игры на телефоне, — усмехнулся я.
— Да, просил, — признал Хоук. — Ну что сказать, этот парень обвел меня вокруг пальца. Откуда мне было знать, что он будет играть, пока батарея не сдохнет? — проворчал он, поднимаясь по ступенькам крыльца. — Кроме того, это не я забыл свой телефон.
Я бросил на него насмешливый взгляд и зашагал в сторону дома, где в последний раз видел Мэтти с щенком. Никого не обнаружив, я почувствовал беспокойство, и направился через луг к большому заброшенному сараю. Хоук предупреждал меня, чтобы я не позволял Мэтти играть рядом с ним.
— Мэтти! — ответа не последовало, и я ускорил шаг, — Мэтти, отзовись сейчас же! — крикнул я.
Я понимал, что, скорее всего, накручивал себя, но в голове промелькнула мысль, что Мэтти мог забраться на сеновал и провалиться сквозь трухлявый настил, и пустился бежать. Снова позвал его по имени, но ответа по-прежнему не было. Увидев частично приоткрытую дверь сарая, я в панике закричал, зовя Хоука.
Но стоило мне открыть дверь пошире и протиснуться внутрь, меня встретило зрелище, к которому я оказался совершенно не готов.
Потому что посреди сарая за спиной моего сына, приставив пистолет к его голове, стоял Денни.
— Папочка, прости, — пролепетал Мэтти срывающимся голосом.
Я знал — еще несколько мгновений, и он бы расплакался. В какой-то момент он все-таки нашел Шторм, потому что держал на руках притихшего щенка.
— Все хорошо, дружище. Просто держи крепко Шторм и веди себя тихо и спокойно, пока взрослые разговаривают.
Услышав мое предупреждение, Мэтти кивнул, но это было его единственным движением. Я поднял глаза на Денни и покачал головой.
— Денни, пожалуйста. Он всего лишь ребенок. Отпусти его, а мы с тобой поговорим.
— Тебе не следовало его забирать, Крисси, — ответил Денни. Рука, в которой он держал пистолет, сильно дрожала. — Папа… он был... ты просто не должен был его забирать.
Я осмотрел сарай, насколько хватило обзора, но нигде не увидел Бака. И все же я не сомневался, что у Денни не хватило бы ума действовать самостоятельно. Глядя в его стеклянные глаза с расширившимися зрачками, я заподозрил, что он был либо под кайфом, либо испытывал отходняк. Одного этого факта хватало, чтобы вселить ужас. Потому что в таком состоянии Денни был совершенно непредсказуем.
— Я не мог поступить иначе, Денни. Ты сам знаешь, что Бак сделал бы с ним. Во что бы он его превратил.
Денни отвел пистолет от головы Мэтти, чтобы вытереть лоб тыльной стороной ладони. Я почувствовал облегчение, когда он опустил его, а не приставил обратно. Но другой рукой он продолжал удерживать малыша за плечо.
— Когда он вернулся домой и обнаружил, что ребенок исчез, все пошло не так, как надо, — обвиняюще сказал Денни.
— Прости, я не подумал об этом, когда забирал его.
Он еще больше разволновался, покачав головой.
— Я говорил этой тупой сучке, чтобы держалась подальше.
Денни будто погрузился в себя, воспользовавшись моментом, я опустил глаза на Мэтти, ободряюще улыбнулся ему и коротко кивнул. Он явно был напуган, но смог кивнуть в ответ.
Денни продолжал разглагольствовать, я видел, что он заводился все сильнее, поэтому вмешался:
— Денни, поговори со мной. О ком ты?
Брат посмотрел на меня так, словно только что заметил мое присутствие, и я с удивлением отметил, насколько осунулось его лицо.
— Я действительно любил ее, понимаешь?
— Кого?
— Она была той единственной. Мы должны были стать семьей. Ты ведь помнишь это, Крисси? — удрученно спросил он.
При других обстоятельствах я бы даже пожалел его.
— Папу зовут Тейт, — неожиданно вмешался Мэтти, но вместо того, чтобы снова приставить пистолет к его голове, Денни как-то странно посмотрел на него, а потом развернул к себе и опустился перед ним на колени.
— Он не твой папа, Мэтью, — сказал Денни, протягивая руку, в которой держал пистолет, и пытаясь погладить лицо Мэтти.
Тот вздрогнул и отвернулся, прежде чем Денни успел прикоснуться к нему.
— Денни, — в отчаянии позвал я и сделал несколько шагов вперед, чтобы привлечь внимание к себе. Это сработало, Денни вскочил на ноги, направляя на меня пистолет. — Поговори со мной, Денни, — настаивал я, поднимая руки.
— Нахуй! — прорычал он и снова опустил пистолет. — Это ты во всем виноват! Я мог бы убедить Бака не...
Денни принялся с неестественной амплитудой качать головой, а потом ударил себя в грудь кулаком. Я наблюдал это бесчисленное количество раз, когда он был в ярости и пытался взять себя в руки.
— Убедить Бака не делать чего? — спросил я, когда Денни снова успокоился.
— Нет человека — нет проблемы, помнишь?
Я в ужасе посмотрел на Мэтти и покачал головой. Это просто не укладывалось в сознании.
— Нет, — сорвалось с моих губ, когда в ушах зазвучала отцовская присказка. — Он был трехлетним ребенком, Денни! — почти кричал я.
— Нет человека — нет проблемы, — повторил Денни. — Но я, блядь, не мог этого сделать. Только не с собственным ребенком.
Я не стал сообщать Денни, что он не являлся отцом Мэтти, потому что знал, — это было единственным, что удерживало его от причинения вреда ребенку. Но его слова говорили о многом, и, судя по тому, что он сказал ранее, мать Мэтти была ему небезразлична.
— Кто она? — спросил я.
Денни снова замолчал и после паузы пафосно произнес:
— Дженна ДюКейн.
— Где она, Денни?
— Ушла, — все, что он ответил.
— Куда ушла?
— Она пришла к нам в дом в тот день в поисках дозы. Я говорил ей никогда не приходить туда.
— Что с ней случилось?
— Она начала кричать на меня, что если я не начну помогать ей содержать ребенка, то она расскажет своему отцу, кто я такой. Ей нужны были деньги и дурь. А потом вернулся Бак, и она стала кричать, что ее отец — коп. — Я тяжело сглотнул, поняв, к чему клонил Денни. — Ей было всего четырнадцать, когда мы с ней... она твердила, что это изнасилование и ее отец засадит нас за решетку. Бак ударил ее. — Он горестно покачал головой. — Я умолял его позволить мне поговорить с ней. Обещал ему, что смогу заставить ее успокоиться. Но он сказал, что она — проблема. И он тоже, — добавил он, указывая на Мэтти. — Он затолкал Дженну в свой пикап, и сказал, чтобы я отвез парня куда-нибудь и избавился от него. Но я не смог. — Денни присел перед Мэтти. — Он похож на меня, да? — спросил он, а затем потянулся к бейсболке Мэтти и стянул ее с его головы. Выражение лица моего брата превратилось из странного отечески-заботливого в абсолютно шокированное, когда он увидел лысую голову. Его взгляд перескочил на меня. — Он болен?
Я кивнул.
— Лейкемия. — Денни с ужасом посмотрел на Мэтти, и, медленно подняв руку, погладил его по лицу. Мой сын даже не шелохнулся. И тут я увидел возможность, о которой не подумал раньше. — Денни, просто отпусти его. Ты можешь забрать меня... Я скажу Баку, что Мэтти живет у друзей.
Денни коротко взглянул на меня, а затем с тоской посмотрел на Мэтти. Наконец он кивнул головой, поднял бейсболку и аккуратно надел ее на ребенка.
— Мэтти, — осторожно сказал я. — Возьми Шторм и спрячься в лесу, хорошо? Оставайся там, пока не увидишь Хоука или полицейских, слышишь меня?
— Да, папочка, — прошептал Мэтти.
Я почувствовал невероятное облегчение, когда он стал отходить от Денни, а тот отпустил его. Когда Мэтти медленно проходил мимо меня, я положил ладонь ему на плечо.
— Беги очень быстро, хорошо?
Мэтти кивнул.
— Люблю тебя.
Мне едва удалось кивнуть и ответить:
— На веки вечные.
Я не сводил с него глаз, пока он не скрылся за дверью сарая, а потом перевел взгляд на Денни.
— Тейт, — пробормотал тот. — Не думал, что ты это вспомнишь.
— Вспомню что? — спросил я.
— Это имя. Ты был таким маленьким, когда батя сменил его.
Я уставился на него в недоумении.
— Меня на самом деле зовут Тейт?
Денни кивнул.
— Батя ненавидел его, поэтому всегда использовал твое второе имя. Он шутил, что мама была под кайфом, когда придумала это имя.
— Ты помнишь нашу маму?
— Да, — пробормотал он. — Она была очень красивой, — задумчиво добавил он. — Батя говорил мне, что мы ей больше не нужны, и она бросила нас на него. Но я никогда ему не верил.
Ошеломленный, я прошептал:
— Ты знаешь, где она... она еще жива?
— Не знаю.
Голос Денни был начисто лишен эмоций, и это пугало, но моя потребность в ответах была слишком велика, поэтому я рванул вперед, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от него.
— Денни, ты помнишь, как ее зовут?
— Лейла, — ответил Денни. — Она постоянно включала эту песню.
— А как ее фамилия? Бакли?
Он покачал головой.
— Не думаю.
— Так вот как ты избавляешься от проблем? — услышал я позади себя.
Я бы узнал, кому принадлежал голос, даже если бы не обернулся. И как только я это сделал, тотчас же пожалел, потому что в темный сарай зашел мой отец, таща за собой моего сына, по-прежнему сжимающего в объятиях щенка. По лицу Мэтти катились слезы.
— Я не смог бежать достаточно быстро, папочка, — пролепетал он.
Я направился к Баку, не заботясь о том, что этот человек мог сделать со мной, но, как и ранее Денни, он достал пистолет и направил его на Мэтти. Мне пришлось остановиться.
— Привет, сынок, — прошипел Бак, продолжая идти вперед и вынуждая меня тем самым вернуться к Денни.
— Все в порядке, Мэтти. Ты очень хорошо справился, — мягко сказал я, когда малыш разревелся всерьез.
— Батя... — начал было Денни.
— Заткнись, блядь, — рявкнул Бак, и снова переключил внимание на меня, обходя нас вокруг и становясь лицом к двери, вероятно для того, чтобы не пропустить, если бы зашел кто-то еще.
С того момента, как я вошел в сарай в поисках Мэтти, минуло всего несколько минут, но мне казалось, что прошли часы. Я не сомневался, что Хоук уже искал нас и вот-вот появится, а мне просто нужно было поддержать разговор с Баком и Денни до этого момента.
Но не успел я подумать об этом, как услышал звук выстрела неподалеку. Через несколько секунд раздался еще один выстрел.
— Слышал? — спросил Бак с улыбкой. — Это называется «контрольный в голову».
С ужасом я понял, что выстрелы доносились из дома.
— Эти мексиканцы знают толк в том, как избавляться от проблем, — усмехнулся он.
На глаза навернулись слезы, но невероятным усилием воли я заставил себя не думать о Хоуке.
— Я сделаю все, что ты захочешь, — сказал я. — Только отпусти Мэтти. Он здесь ни при чем.
Бак рассмеялся.
— Думаешь, это все из-за тебя, маленький педик?
Мой взгляд упал на Мэтти, и я покачал головой.
— Он всего лишь ребенок, папа.
Мне было неприятно называть его отцом, но я знал, что лучше его не злить, называя Баком — именем, которое мне, как его сыну, не разрешалось использовать, поскольку он считал это проявлением неуважения.
— Хочешь знать, в чем самый прикол? — продолжил Бак, игнорируя мою просьбу. — Я был готов позволить тебе оставить этот мелкий кусок дерьма, — он несколько раз дернул Мэтти за шиворот, — пока ты и твой дружок-глиномес не заявились в Лулинг с вопросами.
— Кто тебе рассказал? — спросил я, надеясь отвлечь Бака, пока не придумаю, что делать. — Шериф?
— Этот ленивый сукин сын всегда любил легкие бабки. Все, что от него потребовалось, — пробить ваши номера по базе, — ответил он, и я понял, что он имел в виду номера пикапа Хоука, по которым можно было вычислить его адрес. Взгляд Бака переместился на Денни. — Заканчивай, — внезапно скомандовал он, указывая на меня пистолетом.
Денни стоял рядом со мной, но не поднял свой пистолет.
— Батя, может, нам просто отпустить их. Ребенок болен...
— Его бы здесь не было, если бы ты сделал то, что я велел тебе сделать два года назад.
— Он мой сын... — в отчаянии произнес Денни, и я почти почувствовал к нему жалость.
— Не твой, — возразил я, бросив на него взгляд.
— Что?
— Он не твой, Денни, — повторил я, не сводя глаз с Бака. — Думаю, батя хотел, чтобы ты решил его проблему, а не свою.
— Нет, — прошептал Денни. Я посмотрел на него, — его взгляд устремился на Бака, чья глумливая улыбка исчезла. — Ты обещал мне, — пробормотал он. — Ты обещал, что не будешь с Дженной в таком состоянии.
— Заткнись и делай, что я говорю, обсос! — прорычал Бак.
— Я же сказал тебе, что люблю ее! Ты обещал, что нам не придется ее делить!
Денни кипел от ярости, и я увидел, как Мэтти закрыл глаза, почувствовав нарастающее напряжение между двумя мужчинами. К счастью, пистолет Бака не был направлен в его голову, хотя ладонь с оружием лежала на его плече.
— А я сказал, что произойдет, если она расскажет о тебе своему отцу.
— Не обо мне! — закричал Денни. — О тебе! Она любила меня! Она никогда бы не рассказала ему о нас, но не о тебе! Ты, блядь, изнасиловал ее, больной ублюдок?
— Хватит! — рявкнул Бак, и Денни замолчал, хотя, стоя рядом, я буквально физически ощущал волны ярости, исходившие от него.
Бак переместил на меня свой взгляд, полный злобы, и поднял пистолет. Я понял, что у меня не осталось способов отсрочить неизбежное. Подавив панику, я посмотрел на Мэтти и прошептал:
— Закрой глаза, приятель.
Мэтти подчинился, и, когда через секунду раздался выстрел, я попытался вызвать в памяти образ их с Хоуком, какими видел вместе в последний раз.
В меня будто врезалось что-то тяжелое и повалило на пол. Через секунду я понял, что причиной оказалась не пуля, пробившая мою плоть. Я услышал ужасный хлюпающий звук и вскочил на колени, поскольку страх за Мэтти взял верх над всем остальным. Но стреляли не в Мэтти.
Рядом со мной лежал Денни, на его футболке расплывалось ярко-красное пятно крови. С ужасом и удивлением я понял, что брат оттолкнул меня, приняв пулю, которая предназначалась мне.
— Денни?! — закричал я, а потом инстинктивно прижал ладони к ране на его груди. — Я потрясенно посмотрел на Бака и увидел, что тот, похоже, и сам находился в состоянии шока. Мэтти по-прежнему держал глаза закрытыми. — Денни, держись, ладно? — в отчаянии попросил я, глядя, как кровь просачивалась сквозь пальцы. Денни с ужасом смотрел на меня, усиленно пытаясь сделать вдох.
— Мне очень жаль, — прохрипел он.
Я покачал головой.
— Все в порядке, просто держись.
— Я должен был защищать тебя… — успел сказать Денни, но его слова оборвались.
Его зрачки расширились, а затем он опустил голову на пол, несколько раз дернулся и окончательно затих.
Я оторвал окровавленные руки от его груди и несколько бесконечных секунд смотрел на них, прежде чем вытереть о штаны.
— За что? — спросил я, хотя и не ожидал ответа.
Я перевел взгляд на Бака и увидел, что его пистолет был снова направлен на меня.
— Опусти его.
Голос Хоука за спиной отозвался вибрацией во всем теле, я невольно всхлипнул, услышав его. Мне так хотелось повернуть голову и посмотреть на него через плечо, но я не смел пошевелиться, потому что в ту же секунду пистолет Бака переместился с меня на Мэтти.
— Папа? — прошептал он, не поднимая век.
— Я здесь, приятель, — сумел вымолвить я, не сводя глаз с сына. Щенок, который вел себя тихо все это время, начал вылизывать его подбородок. — Просто держи Шторм, хорошо? Скоро все закончится.
Мэтти кивнул.
— Брось оружие, — тявкнул Бак. — Я уже прикончил одного сыночка. Не подумай вдруг, что я не убью другого, — предупредил он.
— Хоук, — взмолился я.
— Все в порядке, Тейт, — только и сказал Хоук.
Я услышал его шаги, которые становились все ближе, и вскоре почувствовал, что он оказался от меня в нескольких дюймах. Но мне было наплевать на себя.
— Помни о своем обещании, — прошептал я. — Неважно, что случится со мной, — добавил я, чертовски надеясь, что он вспомнит о своем обещании всегда в первую очередь думать о Мэтти.
— Я помню, — отозвался Хоук.
— Опусти на пол ебаную пушку, — ледяным голосом потребовал Бак. Я не видел Хоука, но услышал звук касания металла о дерево и понял, что он подчинился. — Отбрось в сторону.
В глубине души я пожалел, что уже не умер, услышав, как пистолет скользил по деревянному полу.
— Мэтти, — спокойно произнес Хоук. — Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал, хорошо? — Мэтти кивнул, так и не открыв глаза. — Мне нужно, чтобы ты попытался прочитать мои мысли, как это делает профессор Ксавьер. Но, поскольку здесь так шумно от чужих мыслей, ты должен очень сильно сосредоточиться и не двигаться. Даже не шевелиться, ладно?
Мэтти снова кивнул, потом все-таки открыл ненадолго глаза, посмотрел на Хоука, а затем на меня.
— Все в порядке, Мэтти. Давай, читай мысли Хоука, — посоветовал я.
Мэтти снова закрыл глаза и скорчил гримасу, нахмурив брови.
— Очень трогательно, Крисси, — глумился Бак.
На его губах расплылась уродливая улыбка, и он поднял пистолет. Я в ужасе затаил дыхание — направлен он был не на меня. Он был направлен на Хоука.
— Его зовут Тейт, — прошептал Хоук, а затем все произошло настолько быстро, что я едва успел понять, что видел.
Периферическим зрением я уловил отблеск металла, а через долю секунды Бак закричал от боли. Запястье руки, в которой он держал пистолет, пронзил нож. Пистолет все-таки выстрелил, но пуля врезалась в пол в нескольких футах справа от Бака, вместо того, чтобы пролететь мимо меня в сторону Хоука. Почти одновременно с этим Хоук, едва не задев меня, подскочил к Баку, сильно ударил его и повалил на пол. Мэтти упал вместе с ними, но, подбежав, я увидел, что ни один из мужчин не приземлился на него. Я подхватил его на руки и поднял глаза как раз в тот момент, как Хоук вытащил нож из запястья Бака и вонзил ему в шею. Бак издал жуткий булькающий звук, во все стороны брызнула кровь. Мне пришлось отвернуться от жуткого зрелища.
Пока мой отец пытался сделать свой последний вдох, я полностью переключил внимание на Мэтти и принялся осматривать его на наличие повреждений.
— Мэтти, у тебя ничего не болит? — спросил я.
Он продолжал плакать, прошло несколько секунд, прежде чем он наконец покачал головой.
— Можно мне открыть глаза, папочка? — спросил он, щенок попытался вырваться из его рук.
Я взглянул на Хоука — тот уже поднялся на ноги. Тело моего отца все еще дергалось, и повсюду была кровь, поэтому я ответил:
— Нет, дружище, еще нет, — я поднял сына на руки, вынес из сарая, а затем присел на траву и поставил его перед собой. — Теперь можешь открыть их. — Он медленно открыл глаза, коротко огляделся и разрыдался, бросившись мне в объятия. — Все хорошо, Мэтти. Все кончено, — прошептал я, прижимая его к себе. Шторм оказалась между нами и лизала его лицо. — Ты был таким храбрым, — сказал я, поглаживая Мэтти по спине, когда его рыдания стихли.
— Они были плохими людьми, — сказал он, отстраняясь от меня.
— Да, были, — ответил я. — Но они больше никогда не смогут причинить тебе боль, понял?
Мэтти кивнул, а затем посмотрел через мое плечо. Проследив за его взглядом, я увидел, как к нам направлялся Хоук. Его футболка была в крови, но я знал, что не в его собственной. Я удивленно вздохнул, когда позади него показался Мэв, и сразу же понял, откуда взялся нож, который вонзился Баку в запястье.
Хоук был не похож на себя от волнения. Он опустился на колени рядом со мной, притянул Мэтти и уткнулся носом в его плечо.
— Я прочитал твои мысли, — объявил Мэтти, когда Хоук отпустил его.
— Правда? — ответил Хоук срывающимся голосом.
Он перевел на меня взгляд, положил ладонь на шею и молча обнял. Мне не нужны были слова, чтобы понять, о чем он думал. Прижавшись к нему, я смотрел на своего сына.
Нашего сына.
— Ты думал о том, как спасти меня и папу.
Хоук погладил Мэтти по щеке свободной рукой.
— Совершенно верно, — подтвердил он.
— И знаешь, что еще? — продолжил Мэтти, вытирая остатки слез.
— Что?
— Ты думал, что мы с папой должны остаться с тобой навсегда.
Мы с Хоуком обменялись взглядами, и у меня сжалось горло. Он медленно кивнул и притянул Мэтти к себе. Обняв нас обоих, он ответил:
— На веки вечные.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!