Омут (Ева Ян)

Ты не беспокойся… Придешь ко мне сегодня — я не дам тебе спать. С личностью Евы Ян на первый взгляд всё достаточно ясно, но на второй взгляд всё не так уж просто. Должный эффект достигается к тому моменту, когда появляется вся тема с Собором: поскольку, опять же, никто толком и не объясняет, при чём тут Собор, как с ним связана Ева и… ещё очень-очень много других вопросов. Из всех трёх веток Ева играет серьёзную роль только в ветке Бакалавра, — в ветке Гаруспика с ней практически нет никаких взаимодействий, а в ветке Самозванки она не говорит ничего нового. По факту, из всех диалогов с ней становится ясно, что она слишком привязана к Бакалавру; косвенно об этом можно судить и по картине в её доме, но главный вопрос, как и всегда: почему? Вероятно, имя Ева было выбрано, исходя из библейского мифа о первых людях: та же Самозванка в собственной ветке неоднократно связывает Бакалавра со змием, который по тому же мифу был виновником грехопадения Евы. Само поведение Евы в диалогах с Бакалавром иногда также является очень… соблазняющим? В остальном, она всегда поддерживает Данковского и очень сильно беспокоится за него: будто бы её роль предполагает быть «женой» для Адама, который был сделан по образу Бога… а на роль Бога, понятное дело, подходит никто иной, как Симон, — но это разговор для другого раза. Впрочем, и у этой версии есть некий «изъян», — поскольку по одному из квестов Андрей Стаматин будет утверждать, что Ева являлась его женщиной. Хотя сама Ева в этом была не настолько однозначной, поэтому стоит относиться к этой информации с долей сомнения. Фамилия Ян звучит крайне нестандартно и непривычно для русского языка: и вновь тут нет какой-то точной версии, что именно она означает. Первая версия: возможно, это с английского «young», то есть юная. Вторая версия: возможно, это отсылка к понятию Инь/Ян, воплощению мужского и женского начала. Тут стоит уточнить, что Инь/Ян — это условно противоположности, цикличность между днём и ночью, действием и покоем; в контексте характера Евы это можно было бы охарактеризовать как непостоянность её настроения, динамика между пассивным поведением и поиском выхода энергии. Именно здесь нужно также вспомнить про название дома, Омут. Само значение этого слова в контексте символизма может быть двойственным: либо речь идёт о том, что сама владелица дома «не так проста, как кажется на первый взгляд», либо это может указывать на инертность, приземлённость, энергию Инь. Фактически, то, что Ева оказалось той, для кого дом оказался комфортным, объясняется тем, что с её легкомысленным характером дом «естественным» образом уравновешивал её, — пускай это и выражалось в некотором беспокойстве и мрачных мыслях. Знаешь, я не боюсь смерти. Однажды я бросилась вниз с лесов строящегося здания. Я тогда чудом осталась в живых. Как когда-то говорила Мария (или всё же Нина в теле Марии?), Собор был построен на пике развития города, и вся проблема Собора в том, что по сути это был компромисс. Ибо чудес не существует без веры, а без веры — Бога; это не дословная цитата, но смысл примерно тот же. Само событие заражения людей в Соборе также неслучайно, так как оно лишний раз доказывает верность данного тезиса: в конце концов, тот же Многогранник, который является существующим чудом, не пропускал в себя Песчаную Чуму. Хотя даже это утверждение, как и всякое в игре, можно рассмотреть под совсем другим углом. Играет ли какую-то весомую роль в контексте сюжета религия? В том плане, сколько в диалогах вскользь упоминает бог, — то формально никакого. В данном случае, бог — это фигура речи; никто не верит в него, потому что ни создание Многогранника, ни сами мистерии Степи не связаны с ним. Собор олицетворяет собой попытку объяснить и интерпретировать чудо общедоступным языком, — и вера в чудо предполагает веру в невозможное, во что-то, превосходящее человеческие возможности. По сути, все фракции трактуют «человеческие возможности» по-разному, ровно и то, в какой форме это может воплотиться. Как и все Утописты, Ева хотела помочь трансформироваться городу во что-то другое, но она никогда не понимала, как именно это должно произойти. Для Бакалавра «Омут» служил местом, которое «заземляло» его размышления через научную картину мира, а сама Ева существовала для того, чтобы обеспечивать ему комфорт, — шутка ли, даже после её смерти, то у Данковского всё равно есть прелестная Айян, которая будет жить в «Омуте»… что в какой-то мере выглядит странно, если не понимать контекст символизма вокруг всей концепции происходящего. Возвращаясь к теме Собора, то смерть Евы выглядит бессмысленной, — ровно как и неясно, для чего это было необходимо, — и почему Ева умирает только в ветке Бакалавра, но в других этого события не требуется. Однако смерть Евы показывает, что память человека бессмертна: и для «материалистичного» Бакалавра, который по факту остаётся ни с чем к моменту прибытия Инквизитора, это и становится своеобразным импульсом для веры во что-то за гранью привычных возможностей человека, то есть в Многогранник. Понятно, что в случае каноничного выбора Бакалавра с сохранением Многогранника Собор обречён, — поскольку, как говорит сама Ева, она сделала это прежде всего ради себя, нежели кого-то ещё. К тому же, само «состояние» Евы также является дискуссионным вопросом, так как, кхм-кхм, существует понятие «святой» по отношению к Кларе, а она очень часто оперирует религиозными понятиями в своих рассуждениях, поэтому, может, Утописты тут не то чтобы имеют к Собору какое-то отношение, а речь о чём-то другом. Так что не стоит воспринимать всё буквально. Или даже верить тому, что здесь написано.