Глава I. Алые одеяния среди снегов.

×××       На просторах горы Чанмин уже опустился вечер. Сегодня был удивительно не ветрянный и тёплый день для этих снежных гор.       В хижине недалеко от замёрзшего озера Е Байи сидел у кровати и наблюдал за спящим на ней ребёнком, укрытом одним из самых тёплых одеял, которые у бессмертного мастера только были. Его ученик нарезал уже не первый круг по этой маленькой комнате, чем ужасно раздражал Е Байи. — Жун Сюань, сядь уже куда-нибудь и не раздражай мои глаза непрерывным движением.       Минуту назад ходящий туда-сюда подросток остановился и нервно сжал рукава своих светло-голубых одежд. — Почему он не просыпается уже по меньшей мере две недели? Он точно жив? Может быть, ему холодно? — он хотел ещё что-то спросить, но строгий взгляд наставника заставил его покорно замолчать.       Бессмертный мастер облегчённо выдохнул и осторожным движением убрал белоснежную прядь с щеки лежащего на кушетке мальчика. Одеяло немного сдвинулось, оголяя светлую кожу на шее, расчёркнутую уже зажившим алым шрамом. Е Байи вздохнул, проведя осторожно пальцем по нему, и прикрыл глаза. — Какой же странный ребёнок. Волосы его удивительно белые, будто он уже потерял жизненные и духовные силы, но тело такое крошечное, полное жизни. Как он оказался в том озере? И почему треснувший лёд вынес его на себе?       Жун Сюань набрал в лёгкие воздух, собираясь ответить, но наставник остановил его взмахом руки, заставляя прервать ещё не начатую фразу. Подросток насупился, раздосованно сложив руки на груди, но всё таки ничего так и не сказал. Сюань покривлялся за спиной Е Байи и подошёл ближе к кушетке, садясь на неё. — Что же с тобой приключилось? — подросток взял вылезшую из-под одеяла пухлую руку незнакомого мальчика, которому едва исполнилось примерно десять лет, и слегка погладил.       Мальчик неожиданно пошевелился, но не проснулся, лишь схватился маленькой ручкой за палец Жун Сюаня. Подросток даже застыл от этого, но не посмел шелохнуться.       Е Байи вновь вздохнул и покинул покои двух детей. ×××       Когда Вэнь Кэсин резко очнулся, он закашлялся, ощущая железный привкус, сгусток крови пришлось сплюнуть в любезно предоставленную кем-то ёмкость рядом. Он до сих пор чувствовал, как ледяное лезвие меча Белых одеяний полоснуло ему горло, и поток крови хлынул из раны, а удушающая боль заставила навсегда сомкнуть веки и провалиться в пустоту.       Рядом кто-то зашевелился. Кэсин обернулся к источнику и вновь закашлялся, узнавая в этих ещё подростковых чертах легендарного в плохом смысле Жун Сюаня.       Сюань вскочил и громко позвал: — Наставник Е, мальчик очнулся!       Послышался шорох одежд, а затем их хозяин аккурат приземлился рядом с уже сидящем Кэсином. Мастер Е выглядел моложе чем тогда, когда странник Вэнь столкнулся с ним в той жизни.       Кажется, воды реки выбросили его в то время, когда он даже ещё не родился. Тут тебе и ещё едва достигший подросткового возраста Жун Сюань и более менее молодой Е Байи. Хотя со вторым можно и поспорить, ведь неизвестно сколько этой старой черепахи сейчас лет. Но если он здесь, то куда же воды реки Забвения отправили У Си, Бэйюаня и его Цзышу? Он не переживёт, если хотя бы одного из них здесь не будет. И лучше бы хоть кто один был Цзышу. Но почему он оказался здесь? На горе Чанмин...в компании...в компании этой старой черепахи и его ученика? Разве не было бы логично, если бы их отправили в своё время, которое они когда-то пережили? А что тогда поменялось в этом мире? Долина Призраков точно основана, Тяньчуан — нет, та Библиотека ещё не построена, и она ни за что не должна быть построена в этом будущем...или настоящем, а иначе весь этот мир падёт. А его...его родственная душа вновь умрёт. Пожалуй, из всего перечисленного Кэсин может повлиять на создание Библиотеки, раз уж он оказался здесь. — О, мальчишка, ты очнулся. — голос Е Байи был удивительно ласков и беспокоен. — Откуда ты здесь? И как тебя зовут.       Кэсин поднял долгий взгляд на бессмертного мастера, молча. Он же не может сказать ему всё как есть, это будет странно. На него может и не посмотрят как на сумасшедшего, но говорить об этом пока совершенно не хотелось. — Меня зовут...Вэнь Кэсин, — как можно тише ответил он. — Но я совсем не помню, откуда я и как тут оказался. — мальчик вновь закашлялся и демонстративно ухватился за руку сидящего рядом Жун Сюаня, придавая голосу неуверенный шёпот.       Е Байи посмотрел на ребёнка в упор, будто разыскивая на его лице что-то, но свои мысли оставил при себе, лишь кивнув: — Останешься тут, пока я не разберусь откуда ты взялся, и кто ты. — потом старейшина обратил свой взор на своего ученика: — Жун Сюань, иди узнай, не приходил ли посланник из Цзянху. А я осмотрю мальчика на предмет каких-то повреждений. — Наставник Е, разве посланник не должен был прийти завтра? — вопросительно склонил голову Жун Сюань, резко уклонившись от летящего в него белого веера с росписью цветов сливы, однако, этого было достаточно, чтобы подросток понял, что прямо сейчас лучше скрыться с глаз наставника, что он поспешно и сделал. Веер поймал Кэсин, заметив свои маленькие детские пальчики. Значит, он не просто переродился в этой приятной компании старой черепахи и его ученика, но ещё и стал ребёнком. Прелестно.       Е Байи наблюдал за этим, размышляя, что у мальчика хорошая реакция и его можно было бы учить вместе с Жун Сюанем. В конце концов, в этом мире возможность защитить себя многого стоит. Разумеется, бессмертный мастер осмотрел ребёнка, как и сказал своему ученику. Кэсин был полностью здоровым мальчиком, только его шрам на шее вызывал очень нехорошие предчувствия, но размышлять над ними не было ни времени, ни желания. Е Байи поищет что-то о человеке по имени Вэнь Кэсин, но есть подозрения, что это будет непросто. Возможно, стоит наведаться в Долину Целителей и задать несколько вопросов, ведь там есть семья под фамилией Вэнь, но бессмертный мастер точно знал, что в той семье нет детей, но может он что-то пропустил за долгие годы уединения?       Жун Сюань уже успел вернуться и ждал, когда наставник очнётся от своих мыслей, и его молитвы были услышаны. — Так что, А-Сюань, приходили ли вести от посланника Цзянху? —       спросил он в конце концов.       Его ученик отрицательно мотнул головой, а Кэсин попытался вмешаться в их безмолвный диалог: — А почему вы ждёте посланника Цзянху, старейшина Е? Е Байи лишь уклончиво ответил: — Он должен принести вести.       Мальчик понял, что больше эта старая черепаха ему не скажет и лишь кивнул. Пока что ему нельзя было вести себя неразумно, нужно показаться разумным и послушным ребёнком. Тем более, идти ему отсюда явно некуда. ×××       Следующее утро началось с криков Жун Сюаня о том, что посланник Цзянху принёс письмо.       Вэнь Кэсин, одетый в чистые алые одеяния, выбежал вместе с Е Байи из хижины и, напросившись на руки к Жун Сюаню, незаметно взглянул в письмо, но там не оказалось ничего интересного, однако, мальчик всё равно уцепился взглядом в знакомую фамилию Чжоу, но та почему-то оказалась рядом с титулом "князь". Князь Чжоу? Это уже что-то интересное, оно и вызывало много вопросов, но ни один из них задавать было нельзя. Прочитав письмо, Е Байи однако неожиданно заявил: — Жун Сюань, мне нужно наведаться в Долину Целителей. Не мог бы ты сам встретить посланника Долины Призраков?       От подобных слов Кэсин, сидящий на руках Сюаня, чуть не подавился. Посланник Долины Призраков? Пос-слан-ник? Значит, сейчас между горой Чанмин и Долиной Призраков мир? Хотя едва ли это удивительно, ведь именно мастер Жун Чанцин её основал. Возможно, мастер Чанцин ещё жив? Тогда почему его сын сейчас является учеником Е Байи? Всё это так странно. — Но наставник Е, нас навестит сам хозяин Долины Призраков. Я не хочу встречать достоподченного сам. — Сюань посмотрел на Е Байи рассеянно. — Толку от тебя нет! — хмыкнул бессмертный мастер, смотря на своего ученика. — Он ничего тебе не сделает. Забери у него просто пузырьки с ядом и иди куда угодно. — Зачем вам пузырьки с ядом? — собственный детский голос поразил Вэнь Кэсина, но он всё же с любопытством посмотрел на эту старую черепаху. — Мал ты ещё, чтобы такое спрашивать. — отрезал бессмертный мастер, холодно на него взглянув. — Отведи своего шиди в хижину и выходи встречать гостя. И чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее я уйду.       Вэнь Кэсин даже дрогнул от столь ледяного голоса старшего и предпочёл ничего не говорить, а как можно скорее оказаться в хижине. — Уже поздно, — со стороны послышалась незлобная насмешка. — Здравствуй, Байи. Здоровья тебе. А-Сюань, представь нам своего младшего брата.       Мальчик в руках подростка повернулся в строну голоса и оглядел статного очень красивого мужчину, стоящего неподалёку. Он улыбался, держа за руку едва достигшего десятилетнего возраста мальчика. Его лицо было скрыто алой тонкой вуалью, а красивые такие же алые одеяния струились по белым снегам горы Чанмин. — Старейшина Лю, приветствую! — ответил ему Жун Сюань, но не поклонился, потому что его руки были заняты ребёнком. "Старейшина Лю" не увидел в отсутствии поклона ничего дурного, продолжая улыбаться. Вместо своего ученика в знак приветствия ему поклонился Е Байи. — Полно, Байи, нашёл кому кланяться. Так вы нам представите мальчика? — хозяин Долины Призраков склонил голову. — Да, простите, наставник Лю. — покаялся Сюань. — Это Вэнь Кэсин. Мы нашли его у реки.       Наставник Лю? Нас-тав-ник Лю?! Да что же в этом времени представляет из себя Долина Призраков? Некогда место самых опасных людей и призраков со всей Поднебесной? — Приятно познакомиться, мальчик. Я Лю Цин, хозяин Долины Призраков, а это мой приемник У Си. — он махнул в сторону молчаливо стоящего рядом мальчика.       Заслышав имя его приемника, Вэнь Кэсин едва не свалился с рук "своего старшего брата".