Уже после болезни Гарри

Ночь была холодной. Но не в смысле температуры — в смысле тишины, в которой всё казалось немного громче. Часы тикали слишком чётко. Огонь в камине трещал с каким-то нервным звуком. Даже дыхание Фенрира, обычно ровное и тяжёлое, звучало как рычание. Гарри не спал. Он лежал посреди широкой постели, уже не в виде кота — просто собой, с хвостом, с немного вытянутыми когтями и заложенными назад ушами. Он не спал, потому что чувствовал на себе два взгляда. Один — хищный, но уже нежный. Второй — оценивающий, но с теплом. — Ну что, вы ещё долго будете пялиться? — фыркнул Гарри. — Пока ты не перестанешь пахнуть как уязвимость. — отозвался Фенрир. — С этим я согласен. — сказал Антонин. Гарри перевернулся на спину и посмотрел в потолок. Потом — на Антонина, потом на Фенрира. — Вы оба психи. — лениво сказал он. — Но я уже привык. — Прогресс. — кивнул Антонин. Фенрир подполз ближе, сдвинул плед, под которым Гарри пытался спрятаться, и уткнулся носом в его шею. И немного прикусил его кожу. — Что ты творишь, псина? — возмутился Гарри. — Помечаю. — буркнул Фенрир. — Никакой магии. Просто запах. — Тебя никто не учил, что так не делают? — сказал Гарри. — Делают. Когда не хотят делить. — голос Фенрира стал чуть тише. — А ты мой, так что, это совершенно логично. Гарри немного бесила такая волчья логика Фенрира, но он уже постепенно привыкал. Правда Гарри это никогда не признает. — А ты? — спросил Гарри, поворачиваясь к Антонину. — Я не помечаю. Я привязываю. — Антонин встал, подошёл и сел на край постели. — И ты это знаешь. Потому что каждый раз, когда ты не можешь уснуть - ищешь мою руку. — Это вообще… что между нами? — спросил Гарри. — Слишком сложно для одного слова. — усмехнулся Фенрир. — Связь. — сказал Антонин. Гарри вдруг по-кошачьи потянулся, заполз между ними и обнял обоих — лапами, руками, хвостом. Всех и всем сразу.