Часть 37

До Оазиса они ехали молча: никто не хотел говорить о том, что произошло. Хлоэ что-то набирала в телефоне, переписываясь, вероятно, с Ларсом: несмотря на весь бред и абсурд ситуации она иногда улыбалась, глядя на экран. Дэмиан молчал, отвернувшись к окну на переднем сиденье. Харви лишь единожды взглянул в телефон, когда прозвучало сообщение от банка. Поймав взгляд детектива в зеркале заднего вида, он кивнул, подтверждая сделку. «Теперь ещё и Ларсу спасибо говорить придётся!» - и плевать, что наследник был заинтересован в том, чтобы Хлоэ не впутывали в эту историю, что теперь было просто невозможно.  Глаза детектива снова и снова обращались к зеркалу заднего вида в попытках найти ещё одну фигуру. Но её не было: Дэш с ними не поехала. Не прощаясь, она вызвала такси, отправившись за своей машиной, обещая, что найдёт их в Оазисе сама. - Что слышно от Ларса? Винстон в курсе? – он спросил, глядя на Хлоэ через зеркало, когда они высадили Харви сразу после проходной, недалеко от медчасти. - Ларс сказал, что охрана уже приходила за ним часа полтора назад, но по поводу нападения. Остальное… Что случилось? Этот вопрос интересовал всех: на территорию, прилегающую непосредственно к Вьера-Тауэр, проехать они не смогли. Шлагбаум горел красным. - Похоже, Винстон всё же в курсе, - Кларенс откинулся на подголовник водительского кресла, наблюдая, как люди Винстона окружили машину. Все вооружены, хоть оружие и оставалось в кобуре, но заявление весьма громкое. И однозначное. - Что делаем? – Дэмиан повернулся к Кларенсу, ожидая инструкций.  Детектив устало рассмеялся: - Улыбаемся и машем! - Это Харви? Он сдал? – Хлоэ подвинулась вперёд, приблизившись к проёму между Кларенсом и Дэмом.  - Вряд ли: в машине он телефон взял лишь однажды – когда пришло сообщение, но ответ не писал, сразу убрал его. После того, как мы его высадили – прошло не больше двух минут. Едва ли он успел наябедничать Винстону, а тот едва ли успел бы подключить охрану: они ждали нас до! Поэтому нам дали заехать в район. Так что Винстон, похоже, уже знал, что мы вывезли его сотрудника. Дэм, Хлоэ! Говорите, что… Звякнуло сообщение на телефоне Хлоэ, а охрана уже приказывала им покинуть машину. Хлоэ, прочитав, тут же перебила детектива: - Ларс сказал Винстону, что это он, испугавшись за Дарко, приказал Харви съездить за необходимым собачьим лекарством. И что это он его ударил от волнения.  Тут же пришло ещё одно сообщение: - Сказал, что Харви он тоже предупредил… Так что… - Выходим, они тянутся к оружию! – Кларенс, открыл машину, тут же поднимая руки, показывая кобуру и пистолет в ней. К нему тут же подошли двое внушительных размеров охранников, приказав следовать за ними. - О! Сегодня с эскортом! – он съязвил, глядя на Дарека, краем глаза замечая, что подобное же сопровождение было обеспечено и Дэм.  Вот только увели их в разные комнаты, не дав поговорить. Держали его в пустой комнате. Просто задавали вопросы, отобрав телефон и пистолет. Лишь однажды, когда его очередной, похоже, слишком складный ответ не устроил лично Дарека, тот позволил себе ударить в челюсть. Что ж, Кларенс подозревал, что в этом было больше личного, чем служебного. С другой стороны, саднящая боль немного привела в чувства – шла вторая ночь почти без сна. И неизвестно какие сутки подряд в длительном напряжении. «Ничего, и сильнее били!» - в Академии старшие на них действительно отыгрывались по-полной. Оставалось лишь надеяться, что люди Винстона будут более… благожелательны к Дэму; что побоятся испортить репутацию, ударив одного из самых популярных актёров и одного из самых известных резидентов Оазиса. Хлоэ же, вероятнее всего, отправили под домашний арест. Вероятнее всего, в компании Ларса. Руки, стянутые за спиной стяжками, чуть затекли, начиная ныть, зато, пусть и вынуждено, у него появилась возможность обдумать всё произошедшее в последние дни вдоль и поперёк.  Вот только мысли упорно возвращались в тёмный концертный зал, когда он опустел, оставив их с Дэшнаедине.  «Хлоэ наверняка ей сообщила… Только прошу, адвокат, не вляпайся! Не лезь грудью на амбразуру!» - а он, отчего-то, был уверен, что она обязательно сунется, в своей манере пытаясь помочь и позаботиться. «Себе только хуже не сделай!». Почти насильно он заставил себя отвлечься от груди, которой она будет лезть на амбразуру, и переключиться на дело.  Но всё каждый раз заходило в тупик. «Чёрт! Столько нитей, но ничего не соединяется! Сука!» - он вытянул ноги, чуть сменив позу. От такого простого действия руки заболели сильнее, что только взбодрило его. «- Что делать, когда заехал в тупик? Ломиться напролом и ломать машину? - он пытался рассуждать, разговаривая сам с собой. Вот только и сам не заметил, как откуда-то в голове взялся другой, ехидный женский голос, поддерживая беседу. - Знаешь же – это глупо, детектив! Уставшее за двое суток без нормального сна сознание, терзаемое одним и тем же делом снова и снова, подсовывало ему совершенно иные картинки. Он почти отчётливо видел адвоката в деловом костюме, сидящую прямо на столе перед ним, закинув нога на ногу, поставив одну ногу в красивых туфлях с ремешками, аккуратно опоясывавшими щиколотки, на стул между его ног. Почти как когда-то в кафе. В его то ли воображении, то ли в фантазии она насмешливо улыбалась, скрестив руки на груди, из-за чего грудь только больше привлекала к себе внимание. - Что ж, такой допрос мне нравится! – он, усмехнувшись собственной фантазии, продолжил говорить про себя. С ней. – Согласен, глупо! - Что же тогда нужно сделать? – она, хитро и наигранно-сексуально изогнув бровь, приподняла ногу от стула, игриво качнула ею, почти коснувшись его ремня мыском туфли. - Нужно сдать назад! - А потом? - Проверить карту и ехать дальше! - Чтобы уткнуться в очередной тупик? - Полагаю, с тобой спорить бесполезно? - Можешь попробовать, но с собой же спорить трудно, правда, детектив? – она подалась вперёд, наклонилась к нему, опираясь теперь руками на стол. - Как думаешь, этот стол окажется таким же прочным, как и стол в клубе Нила? Дэш снова лишь хитро улыбнулась: - Боюсь, мы этого никогда не узнаем: ты же привязан к стулу, детектив. Но оцени иронию: ты всё кичилсянаручниками, а в итоге сам оказался прикован! Если скажешь, что они использовали твои же браслеты, я просто умру со смеху! – она откровенно прикусила губу, склонив голову на бок, рассматривая его внимательно, голодными глазами. «Как тем вечером…».  - Будешь жить, адвокат! – он фыркнул, продолжая наблюдать за ней, за каждым движением, за каждой улыбкой, каждым жестом.  Она же, опустив глаза на его пах, улыбнулась, проговорив: - Боюсь, люди Винстона будут ещё долго гадать, кого из них ты так внезапно захотел оттрахать! - И чья это вина, адвокат? – что ж, воображение, как в юности, сыграло с ним плохую шутку: возбуждение было явно заметно. Да только ему было плевать: она была куда интереснее.  - Вину признаю! – она легко спустилась со стола, стоя теперь прямо пред ним, между его ног. Она оперлась бёдрами на стол, правым коленом коснулась его левой ноги.  - Если подашься чуть вперёд, то… допрос станет ещё интереснее! – он улыбнулся ей голодно. - Тогда сначала ответь на вопрос: что делать, после того, как ты выбрался из тупика, сдав назад? Он, глухо застонав от досады, откинул голову назад, рассматривая тусклый плоский светильник на потолке – такой же, как и во всех допросных, в которых ему доводилось бывать. - Вернуться в начало пути?! – он перевёл взгляд на неё, не без удивления почувствовав, как она развела его ноги своим коленом чуть шире, ставя колено на стул между его ног, опираясь на него, нависая над ним, но не касаясь. - И что же в начале пути, детектив? – она придвинулась ещё ближе, правую руку выставила вперёд, опираясь теперь на его стул слева от его головы. Просто смотрела и улыбалась. – Перефразирую: что в начале, воснове расследования?! - Заведи волосы за ухо, адвокат… - попросил тихо, внимательно наблюдая, как она выполнила его просьбу, убрала волосы, открыв лицо, часть шеи. Она не продолжала игру дальше: ждала ответа. – Что ж, в такой формулировке… В Академии говорили, что в основе расследования всегда одно – треугольник доказательств!  Она улыбнулась, провела рукой по его щеке, касаясь проступившей колючей щетины, спустилась к шее, коснулась пустой кобуры. - И каковы же углы треугольника? - Ты определись: это допрос или экзамен? – он фыркнул, крутанув голову так, чтобы прижаться к её руке.  - Это тебе нужно определиться! Глядя на неё снизу вверх, не дождавшись ответа, он продолжил: - Место преступления… однозначно не определяется: объездная трасса – нападение на Дэма, большинство остальных – в пределах Оазиса или как-то с ним связанных местах. О том, где и как преследовали ГрегаВьера, – вообще ничего неизве… - он замер, сражённый идеей: - Нужно найти и поговорить с Шелл, агентом ГрегаВьера! - Вот видишь, детектив! – она коснулась губами его щеки, спустившись ниже. Он же всё пытался поймать её губы, пока её руки скользили по его рубашке от груди к животу. – Что дальше? Какой следующий угол треугольника? - Мотив, - он протяжно выдохнул, когда она, оторвавшись от его шеи, встала, обошла его. Стук каблуков разрывал на части ночную тишину допросной. Встав у него за спиной, она склонилась к самому его уху, проведя языком по задней части шеи, вызывая волну возбуждения и мурашек. Руки коснулись его собственных, затёкших, начавших болеть – провела по кистям, сплела их пальцы, а дыхание всё ощущалось у самого уха. – Мотив и связи. - Какой у него мотив? - Ненависть… к знаменитостям.  - Что вызывает эту ненависть? Почему он не выбрал кого-то… более безопасного для преследования: одинокую официантку из пригорода, таксиста-холостяка? Почему именно знаменитости? Те, за кем все и без него следят?  - Зависть? – несмотря на сомнительность этой идеи, он ощущал, что она верна. Чутьё обострилось, будто… реагировало на неё. – Его самого никто не замечает! Поэтому он так хорошо скрывается! Привык быть в тени. Привык быть незаметным.  - Что он сказал Дэмиану, когда пытался убить его? – она поцеловала его шею прямо за ухом: нежно, растягивая прикосновение.  - Сказал, что не ожидал, что такая знаменитость, как Дэмиан Уайлд, обратит свой взор на плебеев. Сказал, что лицо Дэма – лишь маска, которую он умело показывает миру, - память с феноменальной точностью воспроизводила в голове слова Дэма, которые сам Кларенс смог выудить из актёра далеко не сразу. – Сказал, что ему нужен Дэмиан, весь, целиком. Что он хочет забрать его себе. Навсегда. Что хочет увековечить его, сделать настоящей легендой. Возвысить.  - Почему он сказал именно это? – её руки скользнули вверх, разминая его связанные запястья, поднимаясь к плечам, поглаживая их, помогая снять напряжение.  - Хотел стать заметным, знаменитым, не плебеем через убийство Дэма.  - Они были как-то связаны до этого? Были знакомы? - Не думаю, - просто интуиция. Она положила голову ему на плечо, прижавшись к щеке, пока руки запутались в волосах, поглаживая, успокаивая. - После он… преследовал Дэма? - Пару раз оставлял записки – именно поэтому Дэмобратился ко мне. Спас меня от… - даже фантазии он не решился сказать триггерное слово. – Но потом пропал. - С чем это могло быть связано? - Выбрал другую жертву… - Какую? Какой фильм вышел после нападения на Дэма? - Я не был в кино лет пять – можно сказать, с нашего знакомства! – он усмехнулся, повернул голову в её сторону, находя губами её губы. Поцеловал. Не отпрянула, позволила. Руки спустились к его рубашке, мягко скользнув под неё, касаясь разгорячённой кожи груди, касаясь пресса. Внутри всё скрутилось в тугой узел возбуждения… - «Тугой узел» - триллер с десятком номинаций и тремя наградами!  - Кто должен был сыграть в нём главную роль? - Грег Вьера! - Нет! Кто должен был? - Дэмиан Уайлд… - Что с ним случилось? - На него напал Фанатик, тяжело ранив. - Кто сыграл в фильме главную роль?  - Грег Вьера. - Кому расчистил дорогу Фанатик? - Грегу Вьера. - На кого переключился Фанатик? - На Грега Вьера. Она обошла его, снова оказавшись перед его жадными, голодными глазами.  - Когда Фанатик проявил себя в следующий раз перед Дэмом? - Незадолго до кастинга на главную роль в «Иллюзию славы»… Это нечестно – я не могу раздеться, не могу тебя коснуться. Придётся самой. Снова! – он улыбнулся, наблюдая, как она, хмыкнув в ответ, быстро сняла лишь  пиджак, отбросив его на стол.  - К чему это привело? - К тому, что… мы переехали в Оазис.  - Треугольник доказательств: место? - Он загнал нас в Оазис. - Нападал ли он на Дэма в пределах Оазиса? - Нет… на тебя, Хлоэ и Ларса, ранив Дарко. - А где он… преследовал Дэма? - За пределами Оазиса… Только за пределами. - Почему? Ну же, любая идея? - Хочет доделать всё там, гед ен получилось в первый раз. Где ему помешали. - Или? Почему вне Оазиса? - Не хочет… не хочет, чтобы нападения на Дэма были в Оазисе. - Почему? - Слишком явно укажет на него? - В Оазисе проживете несколько тысяч человек. И несколько тысяч работает… Огромное количество подозреваемых… Какой слоган Оазиса? - Из десятки… - Чем так кичится Оазис? - Безопасностью. Если навредят кому-то столь известному, как Дэмиан Уайлд на территории Оазиса, пострадает репутация Оазиса. - Значит? - Значит, по какой-то причине Фанатику важен Оазис. - Третий угол, детектив? – она, опираясь руками на спинку стула за его головой, села на его колени, прижавшись после так близко, что он не смог сдержать рваного стона. Насладившись, прочувствовав его реакцию на себя, она чуть откинулась назад, держась руками за его плечи и шею.  - Жертва.  - Кто стал жертвой? - Грег Вьера. - Он умер. Кто были следующими? – она подняла руку, на которой рукава, внезапно, оказались закатаны до локтя, проведя её перед лицом детектива.  - Хлоэ и… ты. На набережной, когда он нанёс тебе рану, - он наклонился вперёд, коснулся губами, языком свежего, недавно зажившего шрама на её руке.  - Что было после?  - Упал прожектор. - Кто был целью? - Судя по расстановке сцены – Ларс Вьера.  - Кто такой Ларс Вьера? - Молодой актёр, наследник всего состояния Винстона Вьера. Хам. Золотой мальчик.  - Кем приходились друг другу Ларс и Грег? - Дядя и… Отец и сын, - благо, Хлоэ не стала скрывать от них эту информацию. - Дальше? - Дальше подложили мой пистолет. Был ранен Ласло. Актёр. Но мог быть ранен и Ларс. - Кто «пострадал» бы сильнее в любом случае, вне зависимости от того, кому бы достался пистолет? - Ларс.  - Дальше? - Дальше был звонок, убивший Кармен. Она убила себя сама, переборщив с лекарствами, но… - Но можно запросить результаты анализов и сопоставить с дозировкой препарата: узнаем, были ли таблетки оригинальным успокоительным, или… - … или должны были гарантированно её убить даже небольшой дозой, потому что кто-то подменил их натакие же, но с повышенной концентрацией! Винстон вряд ли стал требовать полное исследование тела. - Мы можем достать именно тот флакон, из которого выпила таблетки Кармен? - Если Дейв поможет. - Дальше, детектив, - она отвлеклась на миг, поцеловав, притянув к себе. – Кто умер, испугавшись звонка? - Кармен Вьера. - Кто она? - Мать Ларса. - Что было дальше? - Напал на Хлоэ. Вколол препарат.  - Кому особо дорога Хлоэ? - Ларсу. - Дальше? - Появился в клубе, подкинул записку с угрозой. - Кому подкинул? - Дэму. - Кому угрожал? - Мне. - Зачем ему убивать тебя? - Чтобы… сделать Дэма беззащитным, оставить без прикрытия. Чтобы добраться до Дэма после. И завершить начатое. Доделать работу… - он застыл, будто пытаясь что-то поднять из памяти: где-то совсем недавно он слышал эти слова, но никак не мог вспомнить, где и от кого. Но внутри всё вопило: это важно!  - Почему снова Дэм? Что он начал делать в Оазисе? - Проводил репетиции. - Кому должны были помочь эти репетиции? - Ларсу. - Дальше?  - Напал на самого Ларса. Она усмехнулась, прижалась к нему теснее, коснувшись грудью его груди. Бёдра её чуть подались вперёд, ощутимо коснувшись его паха. - Он наблюдателен? - Очень: всегда подгадывает удобный момент. Имеет доступ к камерам. - Он мог быть в курсе, когда Ларс гуляет с Дарко? Он мог специально предложить встретиться в  садах, где Ларс обычно гуляет с Дарко, чтобы Ларс не смог отказаться и точно решил бы совместить прогулку с собакой и свидание с Хлоэ? - Он не хотел нападать на Ларса… Он хотел спровоцировать Дарко. Он хотел ранить пса. - А кому дорог пёс? - Ларсу. - Вокруг кого на самом деле крутится Фанатик?  - Ларс… - По кому он бьет? - По тем, кто дорог Ларсу. - Зачем? - Чтобы причинить боль, помучить. - Чего он хотел от Дэма? - Прославится через его смерть. За пределами Оазиса. - Он мучил его до этого? - Нет. - Чего он хочет от Ларса? - Помучить, поиздеваться. Отобрать всё, что Ларсу дорого. - Он хоть раз дал понять, что хочет возвысить Ларса, сделать легендой? - Нет. - Значит? - Значит, это глубоко личное!  - Ещё раз: Дэм был знаком с Фанатиком? - Нет. - А Ларс? - Слишком личное… Слишком точно бьет. Вероятно, что они знакомы. Или хотя бы пересекались! – сознание всё ещё крутилось вокруг этой мысли, а глаза смотрели только на неё. Улыбнулся мягко, подался вперёд, целуя. – Я не под тем углом смотрел на происходящее. Спасибо… Дэш! Она мягко притянула его голову к себе, прижимаясь лбом к его лбу: - Тебе бы поспать… - Предпочту в кровати. И не один. Она улыбнулась ему, чуть отстраняясь.  - Они скоро придут. Чутьё подсказывало, что держать его всю ночь в допросной никто не станет. Она собралась подниматься, но он спешно проговорил: - Побудешь со мной ещё? Снова лишь улыбка. Снова руки, заскользили вниз по затёкшим рукам. Снова пальцы ласково переплелись с его собственными. Снова прижался лбом к ней, расслабляясь». - Эй! Подъём! – тяжелый удар по стулу заставил мигом проснуться, начать оценивать обстановку: вместо пиджака на столе перед ним теперь лежали его телефон. – Забирай телефон и вали! Пистолет остаётся пока у нас! – Дарек зло зашёл за спину, открыв стяжку. – Надеюсь, ты успел основательно подумать о своём поведении? Кларенс фыркнул, поднимаясь на затёкшие ноги, встряхнул руками, которые плохо чувствовал, но на которых всё ещё помнил ощущение чужих пальцев.   - Скажу так: успел основательно кое-что обдумать! – он фальшиво улыбнулся главе службы охраны: - Такой ответ устроит?! Дарек не ответил, зло отвернувшись. Кларенс же покинул помещение, по привычке поправив пустую теперь кобуру, проверил телефон: 03:06. Что ж, если сейчас ни в одном из сообщений не будет сказано о том, что произошёл очередной апокалипсис, который разгребать придётся ему, то он сможет, наконец, поспать. Импровизированная допросная располагалась среди лабиринта служебных коридоров на первом этаже – в самом основании Оазиса, как бы намекая, что ожидать от остального здания, возведённого на подобном… Он вызвал лифт, заглядывая в телефон: «Ларса заперли» - от Хлоэ в 23:15. «Останусь на ночь у него». Что ж, минус повод для беспокойства. «Меня сопроводили в апартаменты, настоятельно «рекомендуя» не покидать их в ближайшее время. Отобрали телефон, проверили его, только вернули» - от Дэма в 01:34. «Где ты?». Кларенс хмыкнул, прислонившись плечом к стене вестибюля, провел рукой по лицу, позабыв, коснулся саднящей челюсти, в которую пришёлся удар Дарека. Отдёрнул руку, зашипел от боли, высматривая в одном конкретном чате хоть одно новое сообщение – ничего. Не стал ничего писать, убрав телефон: она, скорее всего, осталась на материке.  «Видимо, Хлоэ ничего не рассказала…» - отчего-то мысль всё равно цепляла и задевала: сейчас просто хотелось, чтобы о нём… думали. - Встречаться у лифта уже сродни привычки, детектив! – знакомый голос, который развлекал его в допросной, прозвучал у него за спиной. В реальности. «И снова шагов не слышал!». Кларенс встрепенулся, оборачиваясь: Дэш стояла прямо за ним, повторяя его позу, прислонилась к стене, сложив руки на груди. Похоже, о нём волновался ещё кое-кто помимо Дэма.  - Тебя связали как-то с… с похищением? – он нахмурился, глядя на неё. Она усмехнулась, взяла его за руку, заводя в лифт: он даже не услышал, как тот приехал, распахнув двери в абсолютно пустую кабину. - Косвенно! Сказала, что знаю обо всём только со слов Ларса, который вызвал меня для консультации.  - Ларс взял все на себя, сказав… - … что отправил Харви на материк в приказном порядке за лекарством для Дарко. Как думаешь, чья идея? – она игриво приподняла бровь. Он прислонился спиной к холодной металлической стене лифта, прижав к ней затылок. Закрыл глаза, усмехаясь: - Стоило бы догадаться, откуда у внезапной изворотливости Ларса ноги растут!  Вдруг щеки коснулась рука, аккуратно спускаясь к саднящей челюсти: - Дарек отыгрался?  Он открыл глаза, наблюдая за её взглядом, который теперь скользил лишь по одной части его лица. - Да на здоровье! Держу пари, у рокера удар тяжелее будет.  Она фыркнула: - Можешь у Харви спросить, хотя я бы не стала ему лишний раз напоминать, - стала серьезной. – Я уже план твоего похищения начала составлять – Дареку он бы не понравился! – едва различимые стальные нотки в голосе Дэш заставили его тут же поверить в оправданность угроз. - Ты что, в засаде все это время торчала? – он усмехнулся, уже предполагая ответ. Впрочем, «с ним» она точно была всё это время. Там, в допросной. - Не всё, но… Сначала с Ларсом и Хлоэ поговорила. Сверили показания, подогнали детали, так сказать. Потом проверила Дэма, прикрываясь поручением от Ларса: рядом с вашими апартаментами дежурит охрана, мирно прогуливаясь по коридору, чтобы не привлекать внимания. Но по рации Дарек пару минут назад передал, что «отбой» - видимо посчитали, что припугнули достаточно. А после спустилась сюда: просто торчать в коридоре было скучно, стала придумывать, как поиметь Дарека. Метафорически, конечно, - она ненадолго отвернулась, после заговорила снова, глядя в пустоту панорамного окна, за которым мелькали огни материка. – Тебе лучше проверить телефон. У Дэма тоже забирали. Могли что-то... - Подложить? Жучок, трекер? Как сделала ты? – Кларенс внимательно следил за реакцией девушки: она удивилась и испугалась. Зато он оказался прав. - Они его нашли? - То есть, даже отрицать не станешь?  - Нет, не стану.  - Не нашли – он все ещё между телефоном и чехлом. Так ты нашла тот концертный зал? Так нашла, где держали меня? И нахера, адвокат? - Сам ответил на свой вопрос: чтобы знать, где вы. Где ты.  - Мы? То есть, у Дэма – тоже? - Да. Подкинула ночью после появления Фанатика в закрытом клубе. Пока ты был в душе.  - А у Хлоэ и Ларса? - У Ларса – нет. У Хлоэ в старом телефоне, который украл Харви – тоже был. Но он перестал работать. Полагаю, Фанатик, а мы теперь берём за истину, что это он напал на Хлоэ, вырубив её препаратом, отключил всю электронику при помощи своего грёбанного чипа. Так что и мой датчик тоже накрылся. В её новый телефон тоже уже установила! Лифт звякнул на её этаже, распахнув двери во тьму ночного коридора, будто приглашая. Она снова посмотрела на него, спрашивая без слов. - Проверю Дэма сначала. Минут через десять вернусь, - он улыбнулся, целуя её перед тем, как она покинула лифт, улыбнувшись в ответ. – Дождись.  Едва двери лифта закрылись, кабина медленно поползла вверх…  Отвратительный скрежет наполнил пространство кругом. Кабину затрясло, она замерла. Цокающий монотонный звук раздавался откуда-то сверху: механизм, как и в сломанной рампе прожектора, продолжал работать. Всё, что он ощутил в следующий миг – состояние падения. Его резко подкинуло вверх, после прижав к дорогому паркетному полу. С отвратительным скрежетом кабина лифта неслась вниз, цепляя стены. Раз. Два. Три… Вдруг с не менее громким визгом мнущегося металла кабина резко, в рывке, замерла. Резкий удар торможения выбил воздух из лёгких, больно швырнув его тело об пол.  На пару секунд повисла страшная тишина, которая перебивалась лишь его громким, порывистым дыханием. Аккуратно, чтобы не нарушить хрупкое положение кабины, остановившейся каким-то чудом, он перевернулся на спину, слыша при каждом своём движении отвратительный скрип металла. В ноздри тут же ударил запах жженого железа – похоже, сорвавшаяся кабина затормозила лишь за счёт того, что у неё сместился центр тяжести, и она стала царапать стены шахты, воткнувшись в них под небольшим углом: если бы он сейчас положил на пол бильярдный шар, тот бы покатился по наклонной прямо в панорамное стекло. Он снова аккуратно пошевелился, перевернулся, поднялся, отжимаясь от пола, стараясь дышать глубоко и ровно. Не вышло: сверху тут же послышался возобновлённый механический скрежет, будто механизм снова пришёл в движение. В кабине погас свет, отключилась подсветка, показывающая этаж, но он разглядел до этого: между 10 и 9. Не так высоко, как было, но разбиться хватит. Темнота кабины не была абсолютной: город теперь казался ещё ближе, «благодаря» изменённому углу панорамного окна. Приподнявшись ещё немного, аккуратно встав на одно колено, замирая от каждой вибрации в металлической коробке, от каждого звука, похожего на скрежет, он выцепил в отражении стекла своё лицо – ссадина на лбу, плотно сжатая челюсть, бегающие глаза… И в этот миг взгляд его упал на площадь перед Оазисом – прямо посреди ночной пустоты стояла одна фигура. В капюшоне, маске. Фанатик наблюдал за тем, что происходило. Просто прицельно смотрел в сторону панорамного окна шахты лифта.  «Сука!» - мысли заработали лавиной: «Лифт наверняка на электронном управлении!».  Дрожащей рукой он достал телефон, с ужасом ощутив, как неровный пол кабины дёрнулся: лифт упорно боролся с законами физики, но начинал им проигрывать, пока медленно сползая глубже по шахте. Стоит только ему сменить угол или потерять точку опоры – снова сорвется вниз. Телефон удивительно, но работал. «Фанатик не может заглушить с такого расстояния? Но как он лифт испортил?» - ответ не заставил себя долго ждать: «Блок управления где-то на первом этаже, сигнала хватает…».  В таком случае, он полностью в руках Фанатика.   Будто прочитав его мысли, фигура внизу медленно подняла в руке телефон, демонстрируя каждое движение. Фанатик что-то нажал на экране… Механизм лифта пришёл в движение где-то наверху. Заметив ошибку в работе, электронный блок управления пытался выполнить заданную программу, подключая протокол безопасности: блокировка системы. Вот только лифт, стоящий под углом, не позволял системе исполнить и это. И снова – механические щелчки, звук тянущегося металла, от которого вдоль позвоночника прошла волна страха, вибрация уже не в самой кабине – во всей шахте.  - Кларенс! – Дэш, успевшая пробежать почти двадцать этажей, прокричала из-за плотно закрытых дверей. – Кларенс! – в голосе был страх.  - Я в порядке! – очень хотелось повернуться к ней всем телом, но лишние движения вызывали лишь страх обрушить лифт. Он даже боялся изменить центр тяжести, просто перенеся свой вес на другую ногу.  - Я вызвала механиков и охрану! Не двиг… Звук механизма наверху вдруг замолчал, чтобы включиться снова на повышенных оборотах. Не прошло и двух минут, как за дверью послышались голоса службы безопасности – Дарека узнать было очень просто. Сразу послышала возня, брань, переговоры по рации. Он же лишь пытался сосредоточить слух на звуках за дверью, а глаза – на Фанатике. Он всё ещё стоял, не двигаясь, любуясь происходящим. И снова что-то нажал, снова механизм ненадолго встал, а затем… Кабину снова затрясло. - … выключили… не… какой-то глюк… - слышалось из рации. - Выруби эту грёбанную шутку, Кларк! – доносилось из-за дверей.  А дальше он услышал то, что вызвало куда больше страха, чем само падение: - Где блок управления? – Дэш, видимо, выхватив рацию, проорала в неё – она догадалась, чьих рук дело. Догадалась, как Фанатик это сделал. И отлично помнила об ограничениях по расстоянию.  - Не смей! – он заорал, что было сил, резко разворачиваясь к дверям, меняя центр тяжести. Лифт заскрипел, просев на пару сантиметров вниз. - Замри там, придурок! – Дарек, хоть и  имел с детективом личные счёты, работу выполнял исправно. - Дэш! Не смей! Стой на месте! – он игнорировал Дарека. Но ответа не последовало. – Твою мать! Стой! – он то ли прокричал, то ли прорычал в потолок кабины, аккуратно разворачиваясь на начавших затекать ногах. Знал ведь, что кричит в пустоту, но сдержаться не смог. Теперь он снова развернулся к стеклу, наблюдая за происходящим своими глазами. Фанатик стоял, самоуверенно, безбоязненно, на показнажимая что-то на светящемся, будто мишень, в темноте экране. В следующий миг его внимание что-то привлекло: он дёрнулся, но… Раздался выстрел. Один. Смартфон, яркой мишенью озарявший все перед собой пару секунд назад, отлетел в сторону, погаснув в тот же миг. Фанатик, не медля, бросился прочь, растворяясь в темноте аллеи-лабиринта из живой изгороди.  В следующий миг по площади, на которой красовался Фанатик, лёгкими упругими движениями, легко  перемахивая через бетонные ограждения территории, через всё те же кусты и скамейки, пролетела Дэш. Не сбавляя скорости ни на миг, даже не задумываясь, к ознобу ужаса Кларенса, она бросилась за Фанатиком в темноту аллеи. «У неё пистолет?» - мысль стучала в виски. Так сильно, что даже не сразу дошло, что все механизмы отключились, блок управления замер. Следующая мысль переросла в немой, внутренний крик:  «Стой! Не смей преследовать!». Его никто не слышал. Зато он услышал сам: ещё два глухих выстрела в отдалении. - Кто стрелял?! Тед, срочно на обход! – Дарек тоже расслышал стрельбу, организуя людей. Кларенс же лишь неотрывно смотрел в темноту аллеи, выискивая хоть какое-то движение, знакомую фигуру, знакомую тень… Следующие пять минутой показались мучительной пыткой: тишина, не считая брань за дверьми лифта; пустынная улица перед его глазами. Она появилась совершенно с другой стороны: не оттуда, куда убегала. Появилась почти за спинами охранников, будто сама только вышла из Оазиса. Начала обеспокоенно с ними разговаривать, показывая куда-то в сторону аллеи. Когда охранники отвернулись, стремительно подняла испорченный телефон, спрятав в карман. Охранники бросились в сторону аллеи, она же… подняла глаза, стоя почти на том месте, где до неё стоял Фанатик. Тоже просто стояла и смотрела, выхватывая его глазами сквозь большое стекло: она будто тоже боялась теперь двигаться, замерев вместе с ним.  Отмерев, она спешно бросилась к входу в Оазис лишь, когда заметила яркую полоску света – Дарек и его ребята смогли открыть заблокированные двери, вытянув Кларенсанаружу.  Почувствовав под ногами твёрдый пол, он, наконец, смог дышать полной грудью, даже не замечая, что всё это время старался не делать даже таких движений. Ушибленные рёбра ныли, будто в них впился ремень безопасности при резком торможении. Однако волновало его теперь совсем иное… Дэш вбежала на этаж, распахивая двери, ведущие на лестницу, преодолела коридор за какие-то мгновения, налетев на Кларенса, обнимая. Он, игнорируя боль в рёбрах, прижал к себе, спустив руки на поясницу, проверяя по старой полицейской привычке. «Пистолета… нет?». Она лишь прошептала, сразу понимая, что означал его жест: - Потом расскажу, что с ним, - но, похоже, это всё её сейчас мало интересовало: она смотрела на него почти в ужасе, тяжело дыша. Но не от физической нагрузки – с девятью этажами она справилась даже ему на зависть легко – она перепугалась. За него. И боялась до сих пор.  «Теперь-то хоть немного меня понимаешь?!».  Он попытался её успокоить, наклонился, поцеловал в висок.  - Теперь только лестницы! – он попытался пошутить. Она шутку не оценила: всё ещё пыталась успокоиться. Прижалась лбом к его плечу, к кобуре, руки её безвольно опустились вдоль тела.  - Я не… не знала, как помочь, - даже сейчас она только и могла, что думать о своей беспомощности. – Я сделала то единственное, что могла. И то, что было нужно. Он, поглаживая её спину, успокаивая таким простым движением и себя: - Но это не было правильным, Дэш! – Кларенс не стал шутить, заговорил серьезно. Она отстранилась от него немного, чтобы он видел её глаза, её лицо: - Это было единственное правильное во всем этом дерьме! – она тихо улыбнулась, взяв за руку, потянула за собой. – Мой этаж ближе. Тебе необходимо поспать, детектив. В паре слов рассказав Дареку про «случайную» аварию, они направились к одному из оставшихся работать лифтов.   - Я бы предпочёл сегодня лестницы!  Она, убедившись, что люди Дарека не могли видеть, достала из кармана куртки аккуратно, касаясь лишь двумя пальцами, чтобы не оставить отпечатки, испорченный телефон Фанатика. Простреленный насквозь телефон. - Полагаю, сегодня он уже ничего испортить не сможет! - Ты понимаешь, сколько всего тебе придётся объяснять? – он, нахмурившись, кивнул на пулевое отверстие в телефоне. Отверстие, которое спасло ему жизнь. - Завтра, - она кивнула, нежно коснувшись губами синяка, который уже расплывался по скуле.  - Завтра, - он чуть повернул голову, целуя. Её апартаменты встретили темнотой и ночной прохладой – двери, ведущие на небольшую террасу, были открыты, впуская свежий ветер.  В прохладе её спальни, прижимая к себе горячее тело, вдыхая почти утраченный после душа шлейф духов, которые ему так понравились, он провалился в глубокий сон – этот день оказался слишком долгим.